1. Ранобэ
  2. Во всеоружии
  3. Том 1

Глава 731

"Я ведь хотел совсем не этого…"

Чего действительно хотелось Гриду — так это показать численное превосходство, которым он обладал, будучи правителем целого королевства. Только для этого, и ни для чего другого Ёну решил собрать в Рейнхардте все основные силы.

Окончательный размер войска равнялся тридцати тысячам. Это была большая армия, достойная рейда на такого мощного босса, как Нолл. Этого было достаточно, чтобы граф вампиров понял, что такое численное превосходство. Собирать абсолютно всё свое войско Преемник Пагмы вовсе не собирался. И всё же ситуация начала развиваться вовсе не так, как планировалось.

— Максонг, король Кодного Клана, привёл свою армию, чтобы помочь Вооружённому до зубов королю!

— …

— Ладен и Всадники Гейла к Вашим услугам! Нас послал Герцог Стейм!

— …

— Бланд прибыл. Отец приказал мне защитить Ваше Величество.

— …

— Грид-сама. До меня дошли слухи, что ты в опасности. Я сейчас сбегаю за Дочерьми Ребекки, так что подожди немного.

— Пожалуйста, не надо…

Сила королевского приказа оказалась намного выше, чем предполагал Грид. Игроки и лорды неправильно трактовали ситуацию, решив, что Преемник Пагмы в опасности, а потому послали ему на помощь свои самые лучшие войска. В результате этого у входа в город вампиров образовалось такое столпотворение, что в него стало трудно даже просто войти.

"И кто их всех кормить-то будет…? Что же мне делать…?"

В военное время солдаты потребляли куда больше пищи, чем в мирное. На марш и сражение у них уходило много энергии, а потому перемещение войск всегда было настоящим экономическим бременем для королевства. В частности, Королевство Вооружённых до зубов, будучи аграрной державой, сильно зависело от экспорта продовольствия, а потому берегло еду.

— Уф-ф… — тяжело вздохнул Ёну, глядя на прибывающие и прибывающие войска.

На самом деле он хотел только показать Ноллу свою армию, задействовав в битве лишь Пиаро с Асмофелем. Он не хотел, чтобы в этом участвовали солдаты. Почему? Да потому что если бы солдаты вступили в бой и погибли, это стало бы большой потерей для королевства. Кроме того, была ещё одна, не менее важная, причина.

"Я не хочу делиться с ними своим опытом!"

Грид знал, что даже если к битве присоединится всего два человека, Пиаро и Асмофель, остальные члены группы получат куда меньшее количество опыта. Таким образом, Преемник Пагмы не хотел разделять драгоценный опыт ещё и на рядовых солдат. Совершать рейды на столь опасных боссов, чтобы получить пару процентов опыта, было совершенно нецелесообразно. Однако…

— Поможем нашим союзникам! Пора отплатить за услугу!

— Сотрём вампиров с лица земли!

— …

Его план потерпел крах в тот самый момент, когда Максонг, возглавлявший независимую армию, приказал своим подчиненным принять участие в рейде. Теперь это был уже не рейд, а настоящая война. Кроме того, каким бы ни был её исход, Грид и Вооружённые до зубов могли даже не мечтать о поднятии своих уровней.

— Уф-ф…

Итак, напрочь лишившись мотивации, Грид мог лишь вздыхать. Он бездействовал, наблюдая за борьбой Пиаро, Асмофеля и Максонга, даже не думая об участии в рейде. Весь его энтузиазм попросту умер.

Тем не менее вскоре Нолл по-настоящему взбесился, из-за чего Вооружённые до зубов солдаты оказались под вполне реальной угрозой уничтожения. При виде этого Грид наконец-то пришел в себя. Перестав жалеть об упущенном опыте, он вернулся к реальности, начав защищать солдат, использовать всевозможные благословения и атаковать Нолла.

А затем…

Вы объединили усилия с людьми, которым абсолютно доверяете!

Вам удалось открыть секретный навык "Координация Способностей".

В качестве награды за открытие секретного навыка, урон при его использовании навсегда увеличился на 20%!

Пиаро, Асмофель, Максонг и Грид. Эта четверка использовала свои навыки совершенно непроизвольно. Они просто прочитали идеальное время для их активации, полностью доверившись друг другу. И результат оказался потрясающим.

Благодаря Координации Способностей мощь навыков Ваших соратников увеличилась на 240%.

Сила Вашего навыка увеличилась на 260%.

Фу-жу-жу-жух!

"Раскол Небес" Пиаро, который мог похвастаться мощью Измельчения, был смертельно опасным для Нолла.

Подобную силу содержал и меч Асмофеля, существенно перекрыв восстанавливающие способности вампира.

Не менее мощной оказалась и окончательная техника Максонга.

Навыки сразу трёх человек достигли цели в одно и то же время, из-за чего показатель Здоровья Нолла упал до критического. Всё это поставило Нолла в достаточно опасное положение, поскольку в фазе бешенства он лишился большей части своего сопротивления.

Итак, потеряв импульс, Нолл закашлялся кровью. А затем, сквозь застелившую его глаза кровавую пелену он увидел меч Грида.

— Вершина Убийственной Связующей Волны!

— …!

Это была та самая техника, которая убила одного из его братьев. Итак, Нолл попросту не мог не почувствовать грядущую смерть. Конечно, он не хотел её принимать. Графу вампиров было сотни лет. Однако из-за проклятия безделья большую часть этого времени он попросту проспал. Он только-только сумел преодолеть проклятие безделья, собравшись насладить жизнью, как её тут же решили оборвать.

А ведь он всего лишь хотел жить. Бродить по пустыням, городам и смотреть на то, как живут другие существа.

Однако…

Фу-ду-дух!

Фу-ду-ду-дух!

— …!

Мощь Преемника Пагмы оказалась достаточно высокой, чтобы превзойти воображение Нолла. Благодаря предшествующим атакам троицы, удары Грида представляли для Нолла не что иное, как смертный приговор.

Фу-жух!

Фу-ду-дух!

Тело вампира пронзало, разрывало и поглощало пламенем. Количество повреждений было катастрофическим, из-за чего сознание Нолла стало постепенно размываться. Он больше не чувствовал боли, которая доминировала над его телом. Теперь он чувствовал лишь одно. Свою собственную глупость.

"Вот оно, моё самое главное проклятие..." — подумал вампир.

Если бы он всё ещё страдал от проклятия безделья, то такая смерть не была бы столь страшной и печальной. Он бы просто счёл, что покинуть этот мир не так уж и плохо. Однако Нолл преодолел проклятие безделья. Теперь он мог и, что важнее, хотел наслаждаться жизнью. Меньше всего на свете граф вампиров хотел погибнуть…

А тем временем энергия, исходящая из меча Грида, хлынула во все стороны, словно волна, а затем сконцентрировалась на кончике меча, будто молния. Вот-вот должен был произойти последний удар.

"Мать… Твой глупый сын никогда не должен был родиться… Ничего, скоро это недостойное существо покинет мир. Я хотел, чтобы ты почувствовала, что я достоин рождения, но… судьбу естественного проклятия трудно преодолеть".

Единственным, что он видел в калейдоскопе своей жизни, это гроб, которая был и его спальней, и материнским лицом.

И Нолл почувствовал себя опустошенным, когда понял это.

"Если… Если мне когда-нибудь представится ещё один шанс…"

То он обязательно проживёт жизнь, совершенно отличную от этой. Тем не менее он всего лишь выдавал желаемое за действительное. Конец уже наступил, а потому Нолл закрыл глаза. Он был готов принять смерть, ведь меч Грида уже летел к его голове.

А затем…

— …?

Нолл изумленно замер на месте, поскольку меч Преемника Пагмы, который должен был расколоть его череп, как арбуз, внезапно завис в воздухе.

"Это что, галлюцинация?"

Возможно, он уже был убит, а его душа блуждала в просторах хаоса?

Да, он определенно погиб, поскольку не чувствовал никакой боли. Нолл очень боялся хаоса, на существование в котором обречена его проклятая душа. Тем не мене…

— Уф-ф… Уф-ф-ф…

Окружавший его пейзаж был не свойственен миру хаоса. Перед ним всё ещё стоял Грид, держа свой огромный двуручный меч прямиком перед носом вампира.

— …

А затем в городе вампиров повисла неловкая тишина. Игроки, солдаты и рыцари недоуменно уставились на Грида, не понимая, почему тот не убил Нолла.

— Что…?

Точно таким же вопросом задавался и сам Нолл. Он не понимал намерений Грида, стоявших за нежеланием добить его.

— …

Сам же Грид не сказал ни слова. Он просто взмахнул мечом, вновь задержав его перед носом Нолла.

— Что происходит…? Почему ты не убиваешь меня? Этого просто не может быть… Неужели… Неужели ты сочувствуешь мне? — нахмурившись, спросил граф.

— …

Преемник Пагмы ничего не ответил. Со сложным выражением лица он продолжал стоять на месте, время от времени открывая и закрывая рот.

— Ты… Ты понял меня. Ты понял моё стремление жить. Ты понял, что лежит у меня на сердце…

Несмотря на то, что Ноллу было несколько сотен лет, сам он выглядел как тринадцатилетний красивый мальчик.

— Человек…! Человек…! Человек испытывает сочувствие к прямому потомку…! — подрагивающим голосом воскликнул Нолл, после чего не выдержал и расплакался.

Кто-то мог подумать, что ему просто было стыдно. Но нет. На самом деле это были слёзы счастья. Он был существом, которое не знало причину своего рождения и просто существовало. Оно даже не мечтало, чтобы кто-нибудь посочувствовал ему и проявил по отношению к нему милосердие.

И всё же такой человек появился. Кроме того, это был враг, с которым за последние несколько дней ему уже несколько раз довелось сражаться. И вот, Нолл начал кое-что понимать.

— Да… Ты… Ты, должно быть, осознал мою ценность. Благодаря опыту, полученному за последние несколько дней, ты убедился, что я — хороший вампир.

— …?

— … Спасибо. Спасибо за то, что признал меня. По правде говоря, для меня это впервые с самого момента рождения.

— …?

— Благодаря тебе я могу жить. И остаток своей жизни я отдам тебе. Я докажу свою ценность и отплачу за проявленное милосердие.

— …

Преемник Пагмы до конца продолжал сохранять молчание. И Нолл счёл, что причиной тому было его волнение. Как никак, не каждому человеку суждено стать мастером прямого потомка Шизо Бериаче. Это было просто неслыханно. В эту историю никто бы не поверил, даже если бы она была рассказана уважаемым летописцем.

А затем, словно желая помочь своему королю разобраться с этой ситуацией, заговорил Пиаро:

— Служить королю Гриду — это хорошая и правильная идея. Будешь работать со мной в поле.

— … ** * * * ** * * ***! * * ** * *…!

Услышав подобное, Нолл попросту не мог не выругаться. Этот сумасшедший Мастер Меча продолжал притворяться фермером, считая его полным кретином!

Да, Ноллу очень нравился Грид, но вот к Пиаро он был настроен крайне враждебно.