Настройки, закладки и тд
Оглавление
Добавить в закладки

Глава 3

Утро в будни у Тацуи практически не изменилось. Прошлой ночью у него произошёл разговор с Якумо, но ни Миюки, ни Минами об этом не спрашивали. Однако, раз он придерживался обычной рутины, это отчасти заверило их, что он обеспечил безопасность друзей.

Впрочем, сам Тацуя сильно не расслаблялся. Или точнее, не в его характере было перестать беспокоиться, применив лишь один уровень защиты.

После уроков в школьном совете. Поскольку встреча в доме Кудо, который располагался в городе Икома, была назначена на шесть вечера, Миюки уведомила Хоноку и Изуми, что у неё есть личные дела, и оставила всё на них.

— Шизуку, — обратился Тацуя к зашедшей в комнату Шизуку.

— Что?

Её ответу недоставало учтивости, но Тацуя не обиделся, ведь он знал, что она не собиралась грубить.

— Хонока может остаться ненадолго у тебя?

— Э?! — Это Хонока подняла голос, Шизуку лишь чуть подняла брови.

— Зачем?

— Потому что ей может быть небезопасно оставаться одной.

— ...Э? Но почему? — с побледневшим от тревоги лицом спросила Хонока.

Конечно, Тацуя собирался объяснить причину так подробно, как мог.

— Правда в том, что вчера, когда мы вышли из станции, на нас кто-то напал.

— Боже мой! Ты не ранена?! — вклинилась громким голосом в разговор Изуми. И спрашивала она Миюки.

— Я в порядке. Ни Онии-сама, ни я, ни Минами даже не поцарапались.

Изуми, купаясь в улыбке Миюки, села на место.

— Как Миюки и сказала, мы не ранены, но мы не знаем, почему на нас напали.

Половина слов была ложью, однако другая половина была правдой и в данном случае более важной половиной.

— А полиция?

— Поскольку с нами до сих пор не связались, думаю, ещё ведётся расследование.

— Тогда ты что-то знаешь?

— Лишь то, что это были волшебники древней магии.

— И всё? Ещё какие-нибудь зацепки?

— Как Онии-сама и сказал, мы не знаем, почему на нас напали.

— Тогда, возможно...

Хонока, слушавшая обмен между Шизукой и Миюки, повела разговор именно в ту сторону, которую желал Тацуя.

— Целью не был лично Тацуя. Есть вероятность, что целью был член школьного совета Первой школы?

Тацуя не хотел особо пугать Хоноку, но в таких обстоятельствах лучше, чтобы она была настороже.

— Я не знаю. Однако, как я и сказал ранее, думаю, лучше не оставаться одной.

— Хорошо, — Шизуку положила руку на плечо испуганной Хоноки. — Хонока, начиная с сегодняшнего дня ты ночуешь у меня дома.

— Ладно... Но мне нужно забрать с дому вещи, пойдешь со мной после занятий?

— Хорошо.

Невозможно с готовностью так внезапно пойти на ночь в чужой дом, даже к подруге. Хонока колебалась, однако, в конце концов, приняла совет Тацуи и позволила Шизуку её побаловать.

Но скрытное маневрирование Тацуи на этом не закончились.

— Потому сейчас мы в таком положении, что не знаем, кто станет следующей целью.

— Это может быть связано с Конкурсом диссертаций, а может и не быть?

Тацуя сказал Миюки и Минами немного подождать, и пошёл к Микихико, чтобы сообщить такую же смесь правды и лжи. Сейчас тот ради безопасности в актовом зале наблюдал за работой Исори. Видно, Микихико понял составленную Тацуей историю, раз ответил таким вопросом.

— Верно. Поскольку мы не можем определить причину, сузить количество целей тоже не можем.

В речи Микихико не было никаких признаков того, что он сомневается в словах Тацуи. В защиту Микихико — это была не наивность. Ведь атаковали учеников Первой школы, а это серьёзное дело.

— Значит, нужно увеличить охрану представителей?

— Нет, Накадзо-сэмпай сопровождают достаточно людей, и союза Исори-сэмпая, Тиёды-сэмпай, Минаками-сэмпая и Кирихары-сэмпая должно быть достаточно против большинства врагов.

Лео, молча слушавший их разговор, несколько раз кивнул:

— Согласен, я, например, больше беспокоюсь о вас, а также о Мизуки, чем о них. Потому что с вами в Первой школе я наиболее близок.

Когда он говорил «наиболее близок» перед двумя парнями, то чуть смутился. С другой стороны, Эрика, среди них сейчас единственная девушка, не улыбнулась. Она выглядела довольно серьезной.

— Я справлюсь и сама. О Мики тебе и говорить не нужно... Лео, наверное, тоже справится.

— Я о тебе беспокоюсь. Ты ведь, в конце концов, девушка.

В некотором смысле Лео отнёсся к ней как к низшей. Он приготовился в ответ получить оскорбление, однако Эрика ответила не так, как всегда.

— Точно. Как идиот и сказал, нужно побеспокоиться о Мизуки. Потому что по силе она не более чем обычная девушка.

Микихико, похоже, думал так же. Он с встревоженным лицом кивнул в знак согласия:

— Верно...

— Тацуя-кун, я пока буду провожать Мизуки. Из школы и до школы достаточно?

Эрика собиралась забирать Мизуки лично, из-за чего все три парня покачали головой.

— Ты ведь тоже девушка.

— Неважно, насколько ты талантлива, но это слишком опасно. Противники — волшебники древней магии. Если они нападут прямо, я не думаю, что ты проиграешь, но мы не знаем, что за трюки они могут использовать. Так ведь, Тацуя?

— Я согласен с мнением Микихико. Одно дело, если всё, что нужно, это защищать себя, но совсем другое, когда нужно защищать и Мизуки.

Как бы там ни было, а упрощённый ответ Лео — наверное, самый эффективный — в сочетании с мнением Микихико и Тацуи не дал Эрике возразить.

— Тогда, Мики, ты её сопровождай.

— Э?!

Хотя она не забыла контратаковать бомбой.

— Верно... Микихико, мы можем на тебя рассчитывать?

— Э, да, но...

— Не забудь отвести её до двери и назад. А также представиться её родителям. Если так не сделаешь, тебя примут за сталкера.

— Ууу...

Он понимал, что это необходимо. Однако было сильное эмоциональное сопротивление. В особенности к части «представиться её родителям».

— Я поговорю с Мизуки.

— Ах, позаботься об этом.

Видно, его разум и эмоции воевали друг с другом.

— Понял... будет слишком поздно, если будем ждать, пока что-то случится.

Свою неловкость и смущение Микихико подавил во имя благого дела. Его честность осталась незатронутой.

◊ ◊ ◊

Завершив все приготовления, Тацуя вместе с Миюки и Минами отправился в город Икома. До города Нара они добрались на поезде, а на месте пересели в Кабинку, ведь в регионе Кэйхансин транспортная сеть была не хуже, чем в Токио, за исключением исторических районов и руин.

В этот раз Миюки и Минами тоже предпочли места в поезде, так что Тацуя посчитал, что в будущих поездках также можно будет пользоваться таким транспортом. Пока они ехали в особняк Кудо, наслаждаясь видом гор Икомаяма и предгорий Хигасиямы.

До этого дня у Десяти главных кланов не было традиции посещать дома других кланов. Также, само собой разумеется, в таком обществе особенно часто ограничивались контакты между мужчинами и женщинами, достигшими брачного возраста. Впрочем, только не в случае Тацуи и Миюки, у которых были скрытые связи с семьей Йоцуба. Вот почему то, что они в первый раз посещали резиденцию Кудо, не было чем-то из ряда вон выходящим. С другой стороны, по пути потеряться было невозможно, потому что когда они вышли из станции Кабинок, то взяли автоматическое такси.

Почти как и планировалось, они прибыли в 17:55.

Выйдя из такси, они подошли к воротам и позвонили в звонок. На той стороне переговорного устройства появился не слуга, а Фудзибаяси.

— Добро пожаловать, Тацуя-кун, Миюки-сан, Минами-тян, спасибо, что пришли.

— Извините за это. Мы просто хотели сопровождать Онии-саму.

Тацуя был благодарен Фудзибаяси за то, что она быстро приехала сюда из Токио и так живо их встретила.

— Это пустяк. Заходите, не стесняйтесь, — Фудзибаяси, улыбнувшись, открыла ворота и пригласила троих внутрь.

Если бы никто не показывал путь, нужна была бы какая-то вторая форма зрения, похожая на способность Тацуи, чтобы добраться до входа в здание. Минами с восхищением на лице оглядывалась. Миюки же с её отличными манерами смотрела строго брату в спину, но её удивила большая зелёная стена в конце дорожки, по которой они шли.

Между передними вратами резиденции Кудо и парадной дверью лежал лабиринт, созданный более чем двухметровой живой изгородью. Въезд для машин был, наверное, в другом месте. Также, без сомнений, тут были ловушки, а раз вход для людей — лабиринт с магическим узором, невозможно, чтобы въезд для машин был свободным.

«Эта резиденция своего рода крепость».

Снаружи это был богатый трёхэтажный дом западного стиля, в котором, казалось, нет ничего особенного. Однако в особняке должен был быть установлен какой-то механизм, не дающий пройти незваным гостям. Наверное, его можно даже назвать полноценной укреплённой усадьбой с некоторой военной архитектурой.

— Впечатляет, да? — с улыбкой спросила Фудзибаяси. В её голосе чувствовалось восхищение. — Изначально особняк не был построен так, чтобы выстоять против нападения традиционалистов. Объединив исследовательские данные бывшей Девятой лаборатории, оборону усиливали небольшими шагами. Построить особняк именно в этом месте тогда решило правительство.

Фудзибаяси посмотрела на Тацую и спросила тоном, которым детям загадывают загадки: «А ты знаешь, для чего?» — Не важно, ожидала ли она что-то услышать или нет, и не важно, знал он ответ или нет, у него не было достаточно мотивации, чтобы ей подыграть.

— Я слышал, чтобы наблюдать за Осакой.

— Это обескураживает... но ответ правилен.

Тацуя тайно подумал: «Она и вправду на ребёнка похожа», — когда увидел её разочарованный взгляд.

— Онии-сама, а за чем они наблюдали в Осаке?

Восхищение на лице Фудзибаяси, когда она задавала вопросы, было заслуженным, поскольку Тацуя обладал не только общими знаниями. Как бы там ни было, Миюки спрашивала брата, но в этот раз ответила Фудзибаяси:

— Поскольку Осака — международный торговый город, горожане терпимее к иностранцам и там относительно легко поселиться. Тем не менее мимо тайных служб просачиваются шпионы, и когда случается какое-либо происшествие, скрыться достаточно просто.

— Значит, для того чтобы быстро реагировать?

— Да. Поскольку тайные действия шпионов-волшебников — один из худших кошмаров политиков. Семье Кудо, лучшим волшебникам бывшей Девятой лаборатории, поручили пресекать активность иностранных волшебников-шпионов.

Миюки кивнула с пониманием, но, казалось, какие-то вопросы у неё ещё остались.

— Миюки-сан, не стесняйся и спрашивай, что хочешь, — Фудзибаяси, похоже, это заметила, и призвала её продолжить.

— Спасибо. Не думаю, что это большое дело, но... разве для слежения за проникшим в Осаку шпионом база не должна быть на западной части Осаки, у берега, или по крайней мере на восточной стороне гор Икомаяма?

Это был случайный вопрос, но он, кажется, попал по больному месту Фудзибаяси. Она нахмурилась и не знала, что сказать. Это был сигнал вмешаться Тацуе.

— Слишком близко находиться тоже не хорошо, могли возникнуть неприятности.

Миюки едва заметно удивилась.

— Например, «предательство»?!

— Похоже, политики так считают.

Лабиринт подходил к концу — они увидели вход. И разговор о том, как политики относятся к волшебникам, прекратился.

Кудо Рэцу уже ждал в гостиной. Время было 17:59. Поскольку Тацуя и остальные не опоздали, извиняться было не за что, и они не нервничали. Перед старейшиной магического мира Японии разум и тело Тацуи были в безупречном состоянии, как и всегда.

— Искренне благодарю вас, что уделили нам сегодня время.

На стопроцентно официальное приветствие Тацуи Рэцу ответил несколько горько-сладкой улыбкой.

— Много времени прошло. Последний раз мы встречались лицом к лицу, кажется, прошлым летом, да?

— Спасибо огромное за ваше вмешательство в дело золотых электронных червей.

— Пустяки... — На лице Рэцу появилась нерешительность. Однако лишь на мгновение. — Честно говоря, поскольку ты предложил встречу, у меня не было никакого обязательства тебя принимать, однако я рад, что мы встретились снова.

— Простите, что побеспокоил вас, — поклонился Тацуя, придерживаясь правил поведения, на что Рэцу помахал рукой, чтобы остановить его от продолжения.

— Шиба Тацуя-кун. Может, это ради самоудовлетворения, но сначала я хочу извиниться. Дело Кукол-паразитов задумал и спланировал я. Не хочу придумывать оправдания как проигравший, но я не думаю, что был не прав. Однако, полагаю, я доставил вам неприятности, за это я искренне извиняюсь, — сказав это, Рэцу низко склонил голову... сидя на мягком диване гостиной. Тацуя и Миюки смотрели на него серьёзно, но лишь Минами, стоявшая позади Миюки, смотрела на него холодно. — Что ж, я не в том положении, чтобы просить прощения, но по крайней мере я хотел бы извиниться.

— Ваше превосходительство, поднимите голову, — почтительно ответил Тацуя. — Все поступают так, как считают нужным. Даже такой новичок как я это понимает. Я не мог согласиться с тем, как вы собирались провести эксперимент. Однако не буду отрицать, что ваша идея развития автономного магического оружия очень полезна.

— Рад слышать, что ты так считаешь, — Рэцу поднял голову и посмотрел на Тацую.

Затем он и Тацуя посмотрели друг другу в глаза.

— ...Я слышал о твоей мисси от Кёко. — Разговор продолжил Рэцу. — Захватить Чжоу Гунцзиня. Это миссия от Майи... нет, Йоцубы-доно?

— Да, вы правы.

Миюки грациозно села возле Тацуи, однако она скрыла, что внутри удивлена и потрясена. Она не ожидала, что Тацуя открыто признает свою связь с Майей, какими бы обстоятельства ни были или какой бы высокой вероятность того, что Кудо Рэцу это знает, ни была, даже если тот должен был стать союзником в этой миссии.

— Ты знаешь, кто у Йоцубы-доно это запросил?

— Нет. Не знаю и думаю, что мне не нужно этого знать.

— Тебя устраивает быть пешкой Йоцубы?

На тестовый вопрос Рэцу Тацуя с непоколебимым бесстрастным лицом снова ответил: «Нет».

— Главным образом, потому что я понял, что мне не нужно этого знать.

Рэцу лишь вздохнул, не чувствуя в словах Тацуи притворства.

— Ясно... значит, об «этой персоне» ты узнал достаточно.

Тацуя ничего не ответил. Он принял отношение «без комментариев».

— Похоже, Миюки-кун, ты тоже не знаешь... Нет, простите, что сказал нечто смутное, — Рэцу снова вздохнул, сначала посмотрев на Тацую, потом на Миюки. — Десять главных кланов связаны правилами Десяти главных кланов. И в этих правилах кланы не должны допускать, чтобы другие кланы сговорились. Сотрудничать они могут лишь в чрезвычайных обстоятельствах.

— Да. — Тацуя не знал мельчайшие подробности правил Десяти главных кланов. И о таком значительном правиле он услышал впервые. Он не смел критиковать, и ответил кратко, кивнув.

— Семья Кудо не может получить запрос сотрудничества от семьи Йоцуба. Так что в этом деле, думаю, это Шиба Тацуя лично просит одолжения лично у Кудо Рэцу.

— Спасибо вам огромное.

В один голос Тацуя и Миюки выразили признательность за то, что Рэцу принял просьбу, хоть и окольным путём. Миюки сдержанно улыбалась, Тацуя же остался бесстрастным.

Меньше чем за десять минут встреча с Кудо Рэцу была окончена, более того, достаточно хорошо для Тацуи. Предположительно, он просил помощи как частное лицо, но получил согласие о сотрудничестве как партнёр. В конце концов, хорошо, что встреча не затянулась надолго.

Позже Фудзибаяси пригласила Тацую и девушек на ужин, так что они попрощались с Рэцу и пошли с ней. Ужин был неформальным, без присутствия главы дома. Тацуя был благодарен Фудзибаяси за её внимательность.

Среди всех многочисленных столовых особняка Кудо их привели в комнату, предназначенную для детей (но не для совсем младенцев, а для несовершеннолетних, которые могли бы укреплять там свои отношения), судя по царившей в ней непринуждённой обстановке. Они беседовали в ожидании еды, и тут в дверь легонько постучали, что привлекло их внимание.

— Войдите, — ответила Фудзибаяси, и дверь плавно открылась.

— Прости, дедушка попросил пригласить тебя на ужин...

В комнату вошёл молодой человек возраста Миюки и Минами. На его прекрасном лице было удивление. Минами задержала дыхание, увидев его нечеловеческую красоту. Даже Тацуя смотрел с восхищением. Он был красив, но не женственен. Молодой человек был, если не обращать внимания на выражение лица, «идеальным красавцем». Тацуя знал лишь одну персону, которая была столь же поразительной, — Миюки, «идеальную красавицу», у которой среди парней не было равных.

— Минору-кун, как долго ты собираешься стоять?

Слова Фудзибаяси к молодому человеку потрясли Миюки.

— Я извиняюсь! — тот оказался прилежным для своего возраста и шагнул между Фудзибаяси и столом группы Тацуи. — Приятно с вами познакомиться, — чуть дрожащим голосом он начал представляться. — Меня зовут Кудо Минору, я самый младший сын Кудо Макото, главы семьи Кудо. И я ученик первого года во Второй старшей школе. Для меня честь встретить вас, Шиба Тацуя-кун, Шиба Миюки-сан и Сакурай Минами-сан.

Минами удивилась, услышав своё полное имя, и даже покраснела.

— Приятно познакомиться. Я Шиба Тацуя, — Тацуя ответил и учтиво поднялся.

— Я Миюки, младшая сестра. Минору-сан, ты о нас уже знаешь? — через долю секунды Миюки поднялась и улыбнулась Минору.

Тацуя и Миюки представились дружески, не настороже. Минору сильно смутился перед двумя такими людьми. Хотя он жутко покраснел с легко читаемым выражением на лице, часть «супер-супер» красавец не изменилась вовсе.

— Я видел ваши достижения на Турнире девяти школ. И, эм, зовите меря просто Минору, без почтительного обращения, я ведь младше вас, и мне так лучше.

Он был столь же красив, как Миюки, но по характеру, похоже, уступал ей, и был почти обычным. Возможно, потому что был самым младшим сыном главы семьи и не получил достаточно образования для наследника.

— Тогда я буду называть тебя Минору-кун.

Когда Миюки сладко улыбнулась, почти ухмыльнулась, Минору в смущении отвёл взгляд.

Наконец настала очередь Минами.

— П-прости мою грубость! — Послышался громкий звук и Минами поднялась. Хотя её слова были неуважительными, что не вязалось с её манерами, Минами просто не могла сейчас думать об этом. — То есть извини, что я поздно представилась. Меня зовут Сакурай Минами. Приятно познакомиться, Минору-сама.

— Ах да, это любезно с твоей стороны. Но я предпочту, если ты не будешь использовать «сама». — Минору почувствовал себя немного неудобно перед нервничающей и жёсткой Минами.

— Минору-кун, к сожалению, такой уж у неё характер. Может, закроешь на это глаза? — скромно предложил Тацуя.

— Хорошо, если ты так говоришь...

Минору не слишком настаивал на своём и в конце концов сдался, и тема была закрыта.

Миюки, Минору и Минами были одного возраста, им было по шестнадцать лет, но Минору и Минами учились на первом году старшей школы. Кроме того, можно сказать, что им было трудно общаться друг с другом непринуждённо.

— Минору-кун... это не брачная встреча, не нужно так напрягаться.

— Э? Это... извини, Кёко-нээсан.

— Тебе тоже, Минами-тян... Хотя ни с того ни с сего говорить откровенно не стоит, но, пожалуйста, расслабь немного плечи. Ведь быть настолько напряжённой невежливо.

— Я извиняюсь, Миюки-нээсама.

Но напряжение между Минору и Минами всё равно осталось. Всем, похоже, стало неловко, и было трудно продолжать разговор, игнорируя их двоих.

— Не говори так, Миюки. Ты должна учитывать, что шестнадцатилетняя девушка впервые встретила парня того же возраста. Так просто расслабиться ей не удастся.

Тацуя лишь хотел успокоить Минору добродушным подшучиванием, но тут вмешалась Миюки:

— Онии-сама, я тоже шестнадцатилетняя девушка, которая впервые встречает Минору-куна. Хочешь сказать обратное? — надулась она, тем самым снова подтвердив свою чрезмерную чувствительность к словам Тацуи.

— Всё просто, ты — леди, а не обычная девушка.

— Ох, Онии-сама, ты так говоришь... — Миюки легко прибодрилась и положила руки на бледно-розовые щеки, избегая взгляда брата.

Затем они услышали хихиканье, словно начало смеха. Минору отвернулся и закрыл руками рот, чтобы овладеть собой. Под их взглядами он покраснел, тем не менее ему не удалось сразу задушить смех. Потребовалось около десяти секунд, чтобы как-то вернуть самообладание.

— Простите мою грубость...

Минору, извиняясь и краснея, выглядел просто очаровательно — впечатление недотроги, создаваемое его чрезвычайной опрятностью и красотой, совсем исчезло.

— И ты нас, поскольку брат слишком много шутит.

Миюки взяла положение под контроль, переведя ответственность на Тацую. Услышав её слова, Тацуя сделал вид, что это его не касается.

— Нет... у вас очень милые отношения.

— Слишком хорошие отношения могут причинять неудобства.

— Не помню, чтоб это было неудобно, Фудзибаяси-сан.

Фудзибаяси вклинилась в разговор Минору, дразня того, и Тацуя воспользовался этим.

— В любом случае мне немного завидно. Я редко говорю со старшими братьями из-за разницы в возрасте. А также у меня нет друзей.

— Неужели у тебя нет друзей в школе?

Вопросу Миюки немного не хватало внимательности.

— Поскольку у меня от рождения слабое тело... я часто пропускаю школу.

Из-за своей ошибки Миюки сделала неловкое выражение лица.

Минору попытался развеять нарастающее неудобство:

— Но на этой неделе я хорошо себя чувствую. Ох, точно! Вы останетесь в городе на ночь?

— Да, мы остановились в близлежащем отеле.

— Так почему бы вам не остаться в этом доме?

Тацуя не мог решить, как себя повести с Минору, который выглядел словно ребенок, с которым прекратили играть приятели. У него была симпатичная реакция, но не подходящая внуку Кудо Рэцу. Было непонятно, наигранно он ведёт себя или искренне.

— Минору-кун, пожалуйста, не проси невозможного, — Фудзибаяси пришла на помощь Тацуе и Миюки, которые не знали, как ответить.

— Что ж, тогда подождём, пока мы не станем близкими друзьями.

После небольшого упрёка от двоюродной сестры, Минору с улыбкой твёрдо кивнул.

— Минору-кун, почему бы вместо этого не сопровождать группу Тацуи завтра?

На внезапное предложение Фудзибаяси Минору отреагировал быстрее Тацуи и Миюки:

— Да, непременно!

— Это не доставит тебе трудностей?

Скорее всего, Миюки поняла, что Минору просто был добродушным без каких-либо скрытых мотивов, но он — союзник, с которым они познакомились только недавно. Потому она попыталась разумно отклонить предложение, но Фудзибаяси убедительно сказала:

— Тацуя-кун, Миюки-сан, Минами-тян, никто из вас не знаком с городом, так ведь? Хотя здоровье у Минору-куна не очень хорошее, он не уязвим для заболеваний, как Ицува Мио-сан. Кроме того, в местах, где вы собираетесь искать, могут сновать традиционалисты.

Тацуя посмотрел на неё пронизывающим взглядом. Заметив это, Фудзибаяси спокойно повернулась к двоюродному брату и заявила: «Так ведь, Минору-кун?.

— Да. Я часто пропускаю школу, так что знаю о работе дедушки больше подробностей, нежели мои старшие братья, Шиба-сан...

— Можешь звать меня Тацуя.

— А меня зови Миюки.

Минору запнулся, запоздало осознав, что обращается «Шиба-сан» к одному человеку, но таких тут двое, потому они это заметили и попросили называть их по имени.

— Пожалуйста, зови меня Минами.

Минами хотела воспользоваться возможностью и робко показать добрые намерения, ей вовсе не хотелось самовыразиться.

— Тацуя-сан, твоё задание найти волшебника традиционалистов? — с серьезным лицом спросил Минору, и, безусловно, не из каприза. Ведь он был волшебником Десяти главных кланов.

— Что-то в этом роде.

«Не совсем» — такой нюанс был в его ответе.

— Ясно.

Минору не задал ненужный вопрос, чтобы выяснить, в чём же это «не совсем» заключается.

— В таком случае я думаю, что смогу оказаться полезным. Киото — это база традиционалистов, там их сосредоточилось больше всего, хотя Нару можно считать их главным оплотом. Пожалуйста, позвольте мне вас завтра сопровождать.

Тацуя посчитал предложение Минору очень ценным. С другой стороны, Миюки и Минами были сбиты с толку, потому Фудзибаяси решила прояснить некоторые их сомнения:

— Хотя традиционалисты — большая магическая организация, она не едина, в ней по меньшей мере десять групп волшебников, противостоящих Ассоциации, и у каждой группы есть свой оплот. Как вы знаете, у Десяти главных кланов есть дополнительные восемнадцать семей, и в общей сложности они состоят из двадцати восьми семей, так? То же самое и тут.

Похоже, две девушки наконец поняли. И когда Фудзибаяси закончила объяснять, Тацуя решил завершить их встречу:

— Спасибо за доброту. Минору-кун, позаботься о нас завтра.

Миссия была опасной, так что тут были определённые ожидания от способностей шестнадцатилетнего молодого парня. Однако ни Миюки, ни Минами не возражали. Не только Миюки твёрдо следовала решению Тацуи, но и Минами не мешала решению господина и не выходила из роли слуги, ведь так её обучили.

◊ ◊ ◊

На следующий день Тацуя и девушки рано утром выехали из гостиницы и снова посетили резиденцию Кудо. Они послали багаж прямиком на станцию Нара, чтобы увеличить подвижность.

Кстати, о подвижности, сегодня Миюки на редкость была в узких джинсах. Более того, они были из прочной материи, больше подходящей для загородного похода, нежели для прогулки по городу, а сверху вместо блузки она надела длинный вязаный свитер. Однако это вовсе не означало, что она выглядит по-простому. Низ и верх идеально подходили её телу, подчеркивая не только лицо, но и общую красоту, не сильно уделяя внимание какой-то одной части.

В этом отношении Минами соответствовала Миюки — надела штаны и вязаный свитер. Однако их сравнивать не было смысла. Миюки была больше по-девичьи милой, нежели обладала взрослым женским шармом, а также была немного выше Минами.

В семь утра в резиденции Кудо их троих ждал Минору — ни сонный, ни уставший. И он, похоже, не притворялся таким, он и вправду был здоровым.

— Доброе утро. Вы уже позавтракали?

— Доброе утро, Минору-кун.

— Да, мы уже закончили.

Тацуя и Минами ответили. Когда на лице Минору появилось небольшое сожаление, Миюки встревожено спросила:

— Ты ещё не поел, Минору-кун? Может быть, ты ждал нас?

— Нет, я в порядке, — Минору поспешно покачал головой. — Я думал пригласить вас на завтрак в поместье, если бы вы ещё не поели. Я в любом случае уже готов.

— Правда? — на лице Миюки появилась облегченная улыбка.

Минору от смущения покраснел, однако не был очарован её улыбкой.

— Сюда, я приготовил машину.

Приготовленная семьей Кудо машина была лимузином. Без сомнений, для них это было обычным делом. Хотя Тацуя также не мог отбросить возможность того, что это какая-то форма притеснения.

Водителем был пожилой мужчина, немного похожий на того телохранителя, с которым его познакомила Маюми. Тот был, несомненно, из Экстра номеров. Тацуя предполагал, что водителем могла оказаться Фудзибаяси. Но, как и ожидалось, у неё не было столько свободного времени. Неразумно рассчитывать на её поддержку, к тому же он сейчас не работал на военных. Тацуя сразу изменил своё мнение.

Не похоже, что Минору преувеличивал или врал, говоря, что уже готов. Он сел в лимузин, и Тацуя с остальными последовали за ним. Тацуя с Миюки по одну сторону, а Минами возле Минору по другую. И хотя Тацуя и Минору сидели друг напротив друга, ногам места хватало. И вправду, настоящий лимузин.

Когда Минору заходил в лимузин, из-под правого рукава тонкой куртки показался общий CAD в форме браслета. Но не многие одевают CAD на доминантную руку, а что он правша стало ясно вчера за ужином. Уловив на себе взгляд Миюки, Минору смутился от того, что этим вопросом задалась она.

— Это же?..

Минору закатал правый рукав, показав CAD, потом закатал левый рукав. Там тоже был CAD.

— 99 недостаточно... я понимаю, что было бы неплохо убрать схожие последовательности активации, но найти хорошего инженера не так-то просто. — Общий CAD мог хранить 99 последовательностей активации. Однако Минору пожаловался, что не может использовать всю эту магию наилучшим образом. — Хотя оперировать CAD в обеих руках тяжело, благодаря разработанному FLT вспомогательному устройству с управлением мыслями это стало очень просто.

— Минору-кун, ты используешь CAD с полным мысленным управлением компании FLT?

— Ага. — Он, потянув за висевшую на шее цепочку, показал Миюки CAD в форме медальона. — Это вспомогательное устройство просто замечательный продукт. Нет никаких сомнений, что Таурус Сильвер — гений!

В голосе Минору чувствовался восторг. Миюки, кивая, сказала: «Согласна», — скрывая восторженную улыбку от того, что похвалили брата, скрывая тайну, что Тацуя — Сильвер.

— Как много вы знаете о традиционалистах? — когда лимузин тронулся, Минору спросил их троих.

Салон и водительское сидение разделял прозрачный экран, потому переговариваться с водителем можно было только через микрофон, на котором лампочка сейчас показывала, что тот выключен, но машина ведь принадлежала семье Кудо. Маловероятно, что подслушать их было невозможно.

— Минами-тян и я знаем не много. Главным образом то, о чем Онии-сама сказал тебе ранее.

Рэцу знал об их связи с Йоцубой, но остальные члены семьи Кудо не знали так же много. Он все еще оставался членом семьи Кудо и сохранял некое влияние, поэтому, как бывший глава, точно знал о них, но может ли быть такое, что текущий глава, Макото, много не знал? Миюки интуитивно пришла к такому выводу. И она подумала, что в таком случае, вероятно, будет нежелательно раскрывать Минору источник информации Минами.

— Я же немного слышал об этом от мастера Коконоэ Якумо. Волшебники древней магии не могли получить результаты, не войдя в бывшую Девятую лабораторию. Впоследствии, когда лаборатория закрылась, группа неоправданно обиженных волшебников древней магии неразумно объединилась, наверное, из-за недоразумения.

После слов Тацуи Минору горько улыбнулся. В улыбке одновременно виднелась и злоба, и насмешливая снисходительность. Он просто смеялся, не поднимая бровь от удивления. Может быть, у него был строгий характер, или, возможно, цинизм, подходивший его внешности.

— Примерно так оно и есть.

Если бы он прекратил разговор на этом, то стал бы похож на Тацую.

— Они называют себя «традиционалистами», но если посмотреть на тех, кто унаследовал истинные традиции, их нужно называть «еретиками». Или, может быть, вернее их будет назвать «нетрадиционными», если не говорить прямо.

Тацуя не впервые слышал такое мнение, но он просто слушал, не присоединяясь к разговору.

— Некоторые говорят, что древняя магия скрывалась в тенях общества, пока не началось полным ходом изучение современной магии. Наверное, причина была в том, что талантливые волшебники не желали подвергаться гонениям, но есть мнение, что люди у власти не хотели, чтобы древняя магия была обнародована. К тому же магия, после которой не остаётся доказательств, — сильное оружие в борьбе за власть.

— Смертельные проклятья, традиции из древних времён периода «Хеян»? Сейчас это общее мнение, которое встречается в учебниках истории, но есть ли доказательства, что это происходило на самом деле?

— По меньшей мере существуют записи, оставленные волшебниками древней магии, которые были частью бывшей Девятой лаборатории. Ну, как бы там ни было, записи относятся не к буквальному смертельному проклятью, которое останавливает жизнедеятельность, а к технике по удалённому контролю, с помощью которой галлюцинациями заставили цель ножом совершить самоубийство.

— И убийство было эффективно? — твёрдым голосом спросила Минами. В тренировке Йоцубы она не испытывала удалённого убийства, где невозможны контратака или сопротивление, однако она видела инцидент, где партнёра убили во время процесса «тренировки». Миюки тоже почувствовала отвращение, но не показала это на лице. После слов Минору остался спокойным лишь Тацуя.

— Записи не были подделаны.

— Минами, Минору-кун не ответил на твой вопрос прямо, но до какой-то степени ты должна его понять. — Тацуя прочёл нотацию Минами, но не винил бывшую Девятую лабораторию. У неё на лице появилось выражение «ох нет!». Она сразу же повернулась к Минору и поклонилась.

— Прошу прощения, Минору-сама!

— Нет, я был бестактным. Мне не было нужды упоминать эту историю.

Когда он вспомнил чувство вины за нечеловеческие эксперименты, в которые были вовлечены его родственники, голос стал жёстким. Однако у Минору было достаточно душевных сил на то, чтобы вина его не поработила.

— Вернёмся назад к нашему разговору. В древние времена волшебники делали грязную работу из-за запросов от людей во власти, это не значит, что такими были все. На самом деле их было даже меньшинство, и волшебники, практикующие магию ради аскетизма, не имели ничего общего с теми, кто работал на политиков.

Тацуя поднял эту тему не для того, чтобы продвинуть разговор, а для того, чтобы узнать, правда это или нет.

— Да. Существовали знаменитые боевые монахи из храмов Кофуку-дзи и Энряку-дзи. Как ты и сказал, Тацуя, после установления сёгуната в Эдо жестокие аспекты из традиционных религиозных школ были убраны. Была проведена так называемая «охота за мечами». Политикам запретили иметь вооруженные религиозные силы. Это, конечно, очевидно. В то же время, хотя необходимо иметь учрежденную армию и политическую систему, нельзя закрывать глаза на применение излишней силы. С современной точки зрения, правительство Эдо просто полнилось разнообразными проблемами. Ведь в то время начались большие восстания.

— И из-за этого ушли в подполье не только люди, потерявшие работу.

Среди них было немало людей, обладавших боевой «силой буддизма».

— В точку. Среди них были как пешки политиков, так и те, кто предпочитал скрываться в тени, но не позабывшие свои навыки, теперь они стали называться мастерами боевой магии. Те из них, кто некогда были частью Девятой лаборатории, сейчас называют себя «традиционалистами». — Минору сделал большой вздох, выпуская своё презрение и показывая усталость. — Мастера древней магии были схожи с практиками Девятой лаборатории, но множество онмёдзи, которые отделились от Цутимикадо, пользователей ниндзюцу и прочих не использовали такие бесстыдные имитации, однако...

— А в чём разница?

— В том, что они тренировались сдерживать свою гордыню, — тут же ответил Минору, несколько раз моргнув. Он говорил будто сам с собой. Можно было подумать, что это его озадачит, но его вид был более обычным. — Извини. Я не хотел отходить от обсуждения. Похоже, мне не хватает разговоров с людьми моего возраста.

— Не беспокойся об этом. Это ведь всё равно не была пустая болтовня.

— Благодарю. Умм, на чём я закончил?.. Ах да, рождение традиционалистов.

Увидев, что Тацуя кивнул в знак согласия, Минору продолжил говорить о главной теме:

— Из-за такой истории они основали базы традиционной школы недалеко от мест, из которых изначально вышли. Хотя, наверное, лучше сказать в арьергарде.

— Например, возле известных храмов и святынь?

— Да, и это раздражает сильно религиозных людей.

Тацуя и Минору посмотрели друг на друга и горько улыбнулись. Однако поразительную улыбку Минору, которая была вне различий пола, нельзя было сравнить с более мужественной улыбкой Тацуи, хоть и подобной. Общей у них была атмосфера загадочности.

— Думаю, нам пора возвращаться назад на станцию Нара.

— Да, ты прав, — коротко ответила Миюки. До сих пор Тацуя был сосредоточен на разговоре с Минору.

— На самом деле самая большая школа традиционалистов находится в Наре, недалеко от храма Касуга, недавно я там бывал. И это как раз на пути к станции Нара. Потому мы можем сосредоточиться на городе Кацураги. На юге Нары будут, несомненно, лояльны традиционалистам...

— Хорошо, мы на тебя полагаемся.

— Решение за тобой.

Минору повёл их троих к старой пешеходной дороге, которая называлась «Кацураги» и была расположена в городе Госё, на юго-западе долины Нара. Он выбрал эту дорогу, когда они проезжали посёлок Икаруга, скорее всего потому, что в нём не было укрытия традиционалистов.

«Кацураги» была прогулочной дорогой, которую неспешно можно пройти за шесть-семь часов, но на этот раз у них не было столько времени. Минору сообщил, что лимузин будет ждать в конце пути, и предложил взять напрокат электрические роботизированные скутеры стоячего типа.

Хотя роботизированный скутер был автоматическим, для езды на нём требовались водительские права на одноместный мотоцикл, и права на двуместный мотоцикл для езды на двуместном типе. К сожалению, ни у Миюки, ни у Минами не было таких прав.

Нет, для Миюки это было «к счастью», а не «к сожалению», ведь они взяли напрокат двуместные скутеры, поскольку у Тацуи было водительское удостоверение на большой, а у Минору на обычный двухместный мотоцикл, так что они разделились на пары Миюки с Тацуей и Минами с Минору.

— Извини, Минору-сама.

— Не волнуйся об этом. Ведь из нас двоих только я умею водить.

Минами не стала извинятся дальше, но Минору это совершенно не заботило. Просто для неопытного старшеклассника такие обстоятельства были достаточно новыми и выгодными. Минами не считали милой девушкой очень мало парней, хоть её уровень и не дотягивал до Миюки. Каким бы Минору притягательным парнем ни был, он не мог не быть недовольным.

Что же до другой пары...

Двуместный моторизированный скутер был таким транспортом, где пассажирам приходится стоять друг за другом, водитель держится за руль, а пассажир держится за ручки безопасности, присоединённые к каркасу. Однако Миюки не держалась за ручки. Она обхватила Тацую за талию и прижалась к нему.

Роботизированный скутер Тацуи и Миюки следовал за Минору. Они не ехали рядом, потому что Минору показывал путь и ещё потому, что нужно было оставлять некоторое место до тротуара, чтобы не мешать прохожим. Кроме того, можно сказать, что таким образом Минору и Минами не видели брата и сестру, которые цеплялись друг к другу. Однако каждый раз, когда Минами оборачивалась, чтобы проверить, как там они, обессилено вздыхала. Минору же, впервые видевший физический контакт брата и сестры, выглядел спокойно.

Таким образом, Минами была вынуждена отодвигать умственную усталость, наблюдая за проходящими пейзажами.

Если говорить о результате, поиски на старой дороге «Кацураги» оказались тщетными. Впрочем, о такой вероятности Минору предупредил заранее, чтобы не было разочарования. Вместо этого, пользуясь случаем, они осмотрели достопримечательности (осмотр ограничился лишь магическими пробами снаружи) и за короткое время посетили храм Кухондзи, святилище Хитокотонуси, святилище Такамахико и прикоснулись к освежающей ауре древних храмов и святынь.

А также произошла неожиданная встреча.

— Шиба-кун?.. — молодой человек, по-видимому ученик священника, подметавший территорию храма Такакамо, обратился к Тацуе. Он был одет в традиционную белую «хакама» и, хоть он и не носил очки, Тацуя вспомнил его лицо.

— Цукаса-сэмпай, давно не виделись.

Это был Цукаса Киноэ, ученик и сейчас бывший капитан клуба Кэндо Первой старшей школы, в апреле прошлого года он пострадал от промывки мозгов антимагической организации в «инциденте Бланш».

— Ты меня запомнил... хотя, я ведь доставил тебе много неприятностей. У меня не было возможности должным образом извиниться. Я прошу прощения, — он искренне опустил голову. Сейчас он выглядел совсем по-новому.

— Нет, Цукаса-сэмпай, ты ведь был тоже жертвой...

Киноэ покачал головой:

— Я был слаб, и потому меня сбили с пути. Однако, могу сказать, я благодарен за твою доброту. — Затем, будто вдруг вспомнив, он без презрения в тоне добавил: — Также я больше не «Цукаса». Моя мать развелась и взяла свою девичью фамилию, так что теперь я Камоно Киноэ.

— Неужели? Не в этом, случайно, причина того, что ты сюда пришёл?*

— Я тебя не так хорошо знаю, но ты в самом деле умён. Из-за этих глаз, — сказав это, Киноэ указал на его глаза. — Понимаешь, я не знал главную ветвь семьи, пока они со мной не связались. Позже произошло много сложного, но в конце концов я могу тут учиться.

Для Тацуи это не было неожиданностью. Якумо упоминал, что у Киноэ есть связь с кланом Камо. Кроме того, храм Такакамо — главный среди храмов Камо Японии и также дом бога-покровителя клана Камо. Этот клан был особенно загадочным в мире магии, в нём главная ветвь могла забрать себе кровных родственников из неглавной ветви, даже из очень далёкой ветви, и в храме Такакамо заботиться об их исключительном таланте.

— Я учусь здесь ради искупления. Ради того, чтобы смыть всю грязь.

— Неужели? Тогда удачи, Камоно-сэмпай, и не говори такие резкие слова.

— Благодарю. Позволь мне ещё раз извиниться, — Киноэ снова низко поклонился и вернулся к подметанию территории.

Тацуя покинул храм, не желая ему больше мешать. Он вернулся к месту, где был роботизированный скутер, ничего не сообщая о том, что случилось, но Миюки заговорила первой:

— Онии-сама, я рада, что ты в порядке.

— Ага...

Честно говоря, Тацую не слишком заботил Киноэ и он даже не помнил о нём, пока они не встретились в храме. Однако парень, пострадавший от магии, который пытается встать на правильный путь, не отказавшись от неё, стал для Тацуи, пострадавшего от проклятья магии, словно глотком свежего воздуха.

Когда группа доехала до конца «Кацураги», Минору повёл их к храму Касихара, а именно к кургану Исибутаи в горах Аманокагуяма. Мысль была в том, чтобы провести их к базе традиционалистов, которая предположительно была в том месте, но поиски закончились неудачей, они лишь достопримечательности посмотрели.

Затем, в три часа дня, они приехали в парк Нара.

— В этом городе есть магическая ассоциация?

— Говорят, в горах Микасаяма есть большая база, которая может быть одной из баз традиционалистов.

— Горы Микасаяма — святилище, или, лучше сказать, объект для поклонения, разве туда не запрещен доступ, за исключением осмотра достопримечательностей через ограниченные маршруты?

— Люди не приближаются к святыням, поэтому традиционалисты думают, что эти места для них подходят. Но ты не считаешь, что те, кто обучаются истинной магии, имеют право получить божественное благословление?

— Хм, дерево лучше прятать в лесу... Пожалуйста, продолжай показывать путь.

Как всегда с Минору во главе, они вышли из лимузина, и пошли по пешеходной дорожке Касугаяма к перекрёстку дорог к святилищам Тодай-дзи и Касуга таися. До двадцать первого столетия через горы была проезжая часть, но сейчас дорогу сделали пешеходной. Поскольку с развитием науки и магии «страх» святынь начал возрождаться. Может быть, в научном подходе что-то осталось, что помогло людям вернуть благочестие сердца? Как философ из древней Греции говорил: «Я не знаю того, что не знаю».

Четверо шли в таком порядке: Минору впереди, затем Тацуя и Миюки, и за ними, на один шаг позади, Минами. Но в таком порядке они начали идти лишь когда проходили мимо храма Укигумо, храма при святилище Касуга таися. Впрочем, причин этому особых не было. Ещё можно смело сказать, что Минору начал уделять внимание Минами.

— Какой красивый храм.

— Нельзя сказать, что размер не имеет значения, но если соблюдать все необходимые формальности во время поклонения богу, получится прекрасное святилище, поскольку у бога нет фиксированного роста и веса.

— Онии-сама, разве это не непочтительно?

— Неужели? Во всяком случае, врать, чтобы угодить богу, я себе не буду.

— Что ж, давай оставим все как есть.

Брат с сестрой наслаждались беседой. Кроме того, сестра крепко обхватила брата за руку, и расстояние между ними оказалось практически нулевым. Если бы Минами посмотрела им в спину, то точно бы выругалась. На них было стыдно смотреть. Странно, но чувства безнравственности и некрасивости не возникло, лишь кровь подошла к лицу, и тело стало горячим. Тем не менее она не могла просто уйти. Она смотрела вниз с покаянием.

Минору заметил беспокойное лицо Минами и пошёл рядом с ней.

— Здесь есть храм Эданомия святилища Касуга таися?

Брат и сестра продолжали радостно разговаривать. И не важно, знали ли они о состоянии Минами или нет... с высокой вероятностью знали, и именно поэтому оставили её как есть.

— Да. Здесь есть два храма, где поклоняются Эданомии, храм Атако, где божество — Кагуцути, который защищает от огня, и храм Хидзири акира, хорошо известен тем, что там впервые в Японии была добыта медь.

— В святилище Касуга таися поклоняются Такэмикадзути но Микото-сама, Фуцунуси-сама, Амэ-но-коянэ но Микото-сама и Химэгами-сама, так? Это напомнило мне... разве эти четыре божества не такие же, как в доме Йошиды-куна?

— Ты говоришь о храме Йошида, имя которого совпадает с фамилией Микихико? Они не связаны. Кроме того, его дом — не храм.

— О, правда?

— Да. И также не религиозная организация. Дом родителей Микихико — школа, и, более того, частная для изучения магии.

— Ох, это смущает. Я всё время думала неправильно. Онии-сама, в следующий раз, пожалуйста, научи меня поскорее, — изнеженным голосом сказала Миюки, надувшись.

Расстояние между Тацуей и Миюки не изменилось, даже если иногда их проводили упрекающими взглядами. Минами продолжала глядеть вниз и терпеть отчаянное желание закрыть уши. А шедшему рядом с ними Минору поведение Тацуи и Миюки казалось трогательным.

Они уже подходили к концу дороги, так что Минами оставалось недолго терпеть. Тацуя вдруг остановился и чуть отдёрнул левую руку, которую обнимала Миюки, и она тут же отпустила. Странность заметил не только он. Минору чуть запоздал, но настороженно посмотрел влево и вправо, его глаза горели пронизывающим светом. Сегодня было воскресенье. Потому по дороге к святилищу Касуга таися шло много туристов. Но сейчас здесь осталась лишь группа Тацуи, и понемногу начал виднеться какой-то силуэт, который растянулся до самого входа в храм.

— Это... барьер магии психического вмешательства, — пробормотал Тацуя.

— Враг?

Миюки проницательно шагнула назад, внимательно следя за окрестностями. Минами поступила точно так же рядом с Минору.

Тацуя заметил, что Минору, похоже, тоже ощутил аномалию. Странно, что ни Миюки, ни Минами не спросили, почему силуэт неестественно исчезает. В особенности Миюки, у которой было сильное сопротивление психическим атакам из-за того, что она обладала сильнейшей Внешней системной магией Психического вмешательства.

На этот вопрос ответ был у Минору.

— Кажется, это высокоуровневые заклинатели барьера. Они, видимо, снизили выход магии к минимуму, чтобы её было очень трудно заметить.

В современную эпоху, когда магия используется лишь на короткие промежутки времени, если не обнаружить её подсознательно, то это, можно сказать, большой недостаток. Магия, которая может отсрочить обнаружение, самое большее развилась в управление временем активации. Но магическая технология полного сокрытия активации существовала лишь как индивидуальный навык.

Даже если магическая сила противника выше, Миюки имеет большую силу вмешательства, потому изменения явления не произойдёт. Однако в этот раз из-за постепенно навесившегося слабого внушения она угодила под технику даже не подумав о том, чтобы сопротивляться.

— Похоже, такие техники распространены в древней магии.

— Поскольку мы, волшебники современной магии, придаем большое значение способности правильно использовать широкий спектр методов для различных обстоятельств, в отличие от волшебников древней магии, которые ценят волшебников с особыми и необычными техниками.

— Значит, вторичные техники развивались для использования вместе со специальной магией.

Знание Минору было полезно для Тацуи по-разному. В особенности касательно древней магии в бывшей Девятой лаборатории. Было освежающе услышать об этом несколько с иной точки зрения, нежели традиционные знания о магии от Якумо или Микихико. Тацуе хотелось об этом поговорить больше, но, к сожалению, сейчас было не время.

— Однако, Тацуя-сан, они тебя недооценили, раз ты так быстро заметил их технику, разве не так?

Как только Минору это сказал, неподалёку, в лесу, зашелестели листья.

— Кажется, они уверены в своей «невидимости».

Враждебность, которая была скрытой, теперь показалась в форме четырех человек, которые начали их окружать.

— Я знаю, где они, и я собираюсь атаковать, — Минору намеренно это заявил, чтобы спровоцировать врагов.

Наверное, те рассудили, что скрываться бесполезно, ну или просто оказались вспыльчивыми.

— Минами!

— Да!

Как только по приказу Тацуи Минами возвела барьер, на его поверхности мелькнул серебряный свет. Это была или толстая игла или тонкая стрела, похожая на металлический дротик, высвобожденная магией «пуля-флешетта». Приготовившись в любую секунду активировать защитную магию, Миюки посмотрела в сторону стрелявшего. Однако когда она его обнаружила, Тацуя уже был по другую сторону деревьев. Затем раздался крик. Крик боли из-за дыры в теле, проделанной частичным Разложением. Миюки посчитала, что эту сторону можно оставить на брата и высвободила магию на противоположную сторону.

Над головой Миюки и Минами колыхнулись псионы — признак активации магии. Миюки вспомнила, что видела такое много раз, поскольку это было похоже на магию молнии с использованием духов, в которой специализировался Микихико. Однако магия тут же исчезла — Тацуя применил боевую магию разложения информационного тела — Рассеивание заклинания.

— Онии-сама, здесь всё в порядке!

В доказательство этих слов Миюки расширила свою Зону подавления магии. Сначала она установила вокруг себя небольшое цилиндрическое поле, чтобы не повлиять на магию Минами и Минору. Затем растянула его вверх и понемногу расширила на такой высоте, чтобы не мешать тем двоим. Следом укрепила круговое поле под ногами. Тем самым меньше чем за секунду она возвела Зону подавления магии в форме огромного бокала для коктейля, в которой подавлялась вся атакующая магия, защитив себя с неба и земли.

— Невероятно! Будто Святой Грааль, — восхитился Минору, или даже изумился.

Однако он не только хвалил магию Миюки. Он прошёл рядом с Миюки и Минами в другую сторону от места, где перед этим послышался крик нападавшего, которого победил Тацуя. Но прежде всего Минами попыталась остановить Минору от безрассудных независимых действий. Она подумала что-то вроде вежливо попросить его поступать как Тацуя, который хотя бы быстро ринулся к врагам, а не медленно к ним шёл. Вот только как раз когда она собиралась открыть рот, Миюки остановила её, схватив за руку и неожиданно мягко покачав головой, показывая, что в этом нет необходимости.

И Минами сразу же поняла, почему.

Вражеских волшебников, похоже, было два типа. Волшебники древней магии, которые не придерживались традиций и использовали современный WICAD, стрелявший физическим снарядом «пуля-флешетта». И традиционные волшебники древней магии, которые атаковали Магией духов «порабощение» — Внешней системной магией Психического вмешательства посредством независимых информационных тел.

Тацуя столкнулся с первым типом волшебников, а Минору направился ко второму типу, которые прятались. Враг тоже не понимал цель Минору и был сбит с толку, но без промедления сосредоточил на нём интенсивный огонь. Наверное, они заметили ненавистный род Кудо, совсем позабыв о Миюки и Минами.

Впрочем, вся вражеская магия оказалась неудачной. Ветер, огонь и звук — всё прошло сквозь Минору и развеялось, не причиняя ему никакого вреда. Не удалась и магия, прямо наносящая ущерб внутренним органам, поскольку цель отсутствовала.

— Иллюзия? Не могу поверить... — прошептала Минами, и это не было преувеличением. Волшебник не должен быть Тацуей, чтобы уметь воспринимать псионы как свет и звук. Попавший в поле зрения Минами Минору обладал тем же псионовым узором, что и настоящий, который только что мимо неё прошёл. Другими словами, магические чувства говорили, что человек, без сомнений, там.

— Парад. Техника семьи Кудо, включающая элементы ниндзюцу. — в голосе Миюки послышалась не только похвала, но и дрожь. — Но всё равно это невероятно... точность даже лучше, чем у Лины.

— Лины? Главнокомандующей Звезд USNA, Энджи Сириус?

— Да. Эта Энджи Сириус. Анджелина Кудо Шилдс. Мы зовём её Лина. Она добрый и мягкий ребёнок, немного неуместный для военной службы, но её могущество не позорит имя главнокомандующего Звезд. Однако Минору-кун технически её превосходит, по крайней мере в отношении Парада. Должна признать, что у семьи Кудо могущественные потомки.

Что бы Минору почувствовал, услышав последнее замечание Миюки? Может быть, он с «честью» принял бы похвалу, или смутился бы, сказав: «мне до этого ещё далеко», или показал бы скромность, говоря: «какие ещё могущественные потомки». Или, вполне возможно, был бы шокирован из-за того, что за ним наблюдают. Как бы там ни было, он вызвался быть их гидом из чистой вежливости, так что он ничего не сделает против Миюки и остальных.

К счастью, последнее замечание Миюки Минору не слышал. Он полностью сосредоточился на нейтрализации врага.

В правой руке Минору началась возводиться последовательность активации и в мгновение поглотилась. В связи с использованием идеального CAD с управлением мыслями не нажималось никаких кнопок, что не удивительно. Особое внимание следовало уделить скорости чтения последовательности активации, которая была сравнима со скоростью бывшего Президента Первой школы Саэгусы Маюми.

Но и этому ещё рано было удивляться.

Не давая времени на то, чтобы изумляться скорости обработки последовательности активации, Минору высвободил магию.

Как только он сделал шаг, земля начала излучать свет. Системная магия Высвобождения «Искра». Фундаментальная техника, которая вытесняет электроны из вещества и вызывает явление электрического разряда. Целью магии обычно становятся молекулы воздуха в небольшом радиусе от вещества. Хотя ионизация такого характера — относительно распространённое явление, она требует очень высокой силы вмешательства, потому что магия влияет на структуру вещества, изменяя её. Обычные волшебники способны на ионизацию низкой плотности, проще говоря, в самом лучшем случае они могут произвести малое количество молекул в определённом объеме газа в очень ограниченном радиусе от вещества.

Но активация была направлена почти на всю видимую поверхность земли.

Так что у «Искры» был более широкий диапазон, нежели у комбинированной магии «Скользкий гром», в которой был силён бывший Председатель группы управления клубами Хаттори Ханзо. Более того, «Искра» была более сложной техникой, несмотря на то что у магии Хаттори применялись условия вроде разряда статического электричества при трении.

«Сильнее Хаттори-сэмпая и сравнимый с Саэгусой-сэмпай?!»

Наблюдая за сценой, Миюки забыла использовать магию поддержки.

Тацуя с восхищением посмотрел на то, как Минору нейтрализовал половину окружавших их волшебников.

Миюки тоже была впечатлена. Её впечатлила «Искра», которая требовала большой силы вмешательства, чтобы подействовать на несколько целей. Однако Тацуя заметил, что Минору применил «Искру» на широкой области не только как подготовка для того, чтобы найти врага. Когда обычным... нет, даже когда первоклассным волшебникам недостаёт силы вмешательства, магия не сможет активироваться. Но Тацуя вскоре собственными глазами увидел, что у Минору достаточно магической силы для его экстравагантной тактики.

Чтобы электрический ток не пополз по ногам, вражеские волшебники применили защитные техники. В современной магии нужны заранее подготовленные особые условия для метода активации, когда CAD вызываешь магию для обнаруженного нападения, чтобы магия среагировала вовремя. Наверное, пользователи магии духов использовали одноразовые искусственные духи, вызывающие модификацию явления, которая отменяет «обнаружение магического явления заклинателем». Тацуя предположил, что эта древняя магия называется «Ониярай-дзюцу» — техника, отгоняющая злых духов.

Но сейчас настоящий характер вражеской магии был не важен.

Магия активировалась автоматически, и в результате активации магии без цели техника сокрытия местоположения врага под названием «Невидимость» мгновенно исчезла. Теперь Тацуя даже без Элементального взгляда знал, где тот прячется. Однако Миюки с Минами этого не знали. И, конечно же, не знал Минору.

Последовательность активации в левой руке Минору расширилась и поглотилась. Он по большей части освоил CAD с идеальным мысленным управлением. Для разработчиков это хорошая новость, но учитывая, что с первой продажи прошло всего лишь два месяца, способности у Минору ужасающие.

В место, куда указал Минору, потянулись электрические потоки. Там ничего не искрилось, и не было электрической дуги, но Тацуя, использовавший свой необыкновенный талант распознавания информационных тел, «увидел» их. Магия Минору произвела тот же эффект, что и вливание электричества снаружи, вмешиваясь в электрические токи тела противника.

Ушей Тацуи достиг звук того, как человек упал на землю. Из-за атаки Минору вражеский волшебник получил удар током и потерял контроль над телом.

Тело волшебника защищает от магии других информационная защитная стена, которая разворачивается бессознательно. И это верно даже для волшебников древней магии. Но Минору с легкостью пробился через стену и направил магию прямо на врага. Даже магией «Разрыв», в которой был хорош Итидзё Масаки, трудно в мгновение пробиться через информационную защитную стену. Тацуя знал об этом из подробных боевых рапортов о йокогамском инциденте, он не видел это лично.

Как показали обстоятельства, системная магия Высвобождения с электрическим вмешательством, то есть управление электронами, было специальностью Минору. Так что нельзя сказать, что сила его вмешательства превосходит силу Масаки. С другой стороны, Минору смог объединить древнюю и современную магию в технике «Парад», вот почему можно сказать, что по способностям он равен Масаки, который знает современную магию.

Враги падали, как только Минору смотрел в их сторону. Они же даже увидеть Минору не могли. Они наконец осознали разницу в способностях, которую можно назвать изменением статус-кво? Осталась лишь тень одного прячущегося волшебника. Он не сдался, потому что у него ещё остались магические талисманы. Он показывал свою позицию так прямо, что не мог сбежать. Он собирался предпринять отчаянную атаку, или, вернее, поставил всё на один удар.

Конечно же, Минору глядел на этого мужчину. Было бы нечестно называть это пренебрежением. Просто у Минору, такого талантливого, из-за слабого организма не было много возможностей сражаться.

Враг, державший талисманы, был побеждён магией Минору. В то же время маленькая тень бросилась из кустов ближе к Миюки, нежели Минору. Это был не волшебник. Это был проворный четвероногий зверь, который был значительно меньше человека.

— Канко?*

Может быть, Минору хотел привлечь к этому внимание Миюки, или просто машинально высказал удивление, но для предупреждения было уже слишком поздно. Маленький зверь с явным злым намерением тут же кинулся на Миюки. Та смотрела на него, не мигая.

— Миюки-сама! — Минами начала действовать.

Она ощутила, как нечто проскользнуло через возведённый барьер, а не сломало его. Потому, чтобы защитить Миюки, она сделала себя щитом. Вот только Миюки была выше Минами. Чтобы её прикрыть, Минами нужно было повалить её на землю и закрыть собой. Просто немыслимо, чтоб Миюки хоть немного надеялась, что Минами на самом деле так себя поведёт, потому она сильно удивилась.

— Миюки! — нетерпеливым голосом выкрикнул Тацуя. Но вскоре он восстановил самообладание.

Минами поспешно перевела взгляд на то, что лежало возле Миюки, и с неожиданностью увидела нечто замершее. Там и вправду лежало тело замороженного маленького животного, это не была метафора.

— Бооольно... Минами-тян, пожалуйста, отойди.

Минами быстро поднялась, услышав этот голос. В нём не было гнева, но на Минами почти напала паника.

— Как и ожидалось от Миюки. Великолепная реакция.

Тацуя подошёл и протянул Миюки руку. Миюки счастливо взяла руку брата и поднялась движением, в котором едва ли чувствовался какой-либо вес.

— Я ведь сестрёнка Онии-самы. Я должна быть способна хотя бы на это.

Ни Тацуя, ни Миюки, похоже, не заметили Минами, которая почти потеряла сознание от напряжения.

Тем временем Минору нейтрализовал оставшихся врагов.

Тацуя ненадолго отошёл от Миюки и Минами, чтобы обыскать карманы побеждённого врага. Однако ничего не нашёл по чему можно было бы определить его личность. Впрочем, он на многое не надеялся, так что не разочаровался. Он просто вернулся к двум девушкам.

Минами и Миюки продолжали обмениваться словами «прости, прости» против «ничего, я не волнуюсь об этом», и «прости, прости, прости...» против «правда ничего, я больше об этом не волнуюсь». Тацуя рассудил, что Минами требуется немного больше времени, чтобы успокоиться, и уделил внимание как раз подошедшему Минору. Тацуя хотел поблагодарить его за помощь, но тот заговорил первым:

— Изумительно, Тацуя-сан. Я и представить не мог, что ты так быстро расправишься с врагами.

Тацуя едва сумел сдержать горькую улыбку.

— Нет, разве не ты был изумительным? Со своей стороны я был лишь способен на неожиданное нападение, но ты вывел всех врагов из укрытия и победил в прямом столкновении.

— Можно сказать, я играл нечестно. Ты, случайно, не знаешь о «Параде»?

— Знаю, но один человек, должно быть, задаётся вопросом, почему я знаю о его существовании.

— «Парад» ведь секретен.

Минору ответил так быстро и с такой улыбкой, что не чувствовалось никакой злобы. Может быть, это многим было известно, но Тацуя подумал, что тот имеет лицо ангела, а также хороший характер.

Тацуя думал, что если люди услышат подобное, то непременно начнут обвинять его в том, что он ничего не сказал, но потом решил сменить тему, прежде чем все это превратилось в порочный круг взаимных похвал.

— Кстати, как далеко отсюда до базы традиционалистов? Мы не так много времени потратили на бой, но сейчас, когда встретили здесь засаду, враг может ожидать, что мы знаем об их убежище. Но даже если мы выдвинемся сейчас, не думаю, что там останутся какие-либо зацепки.

— Я тоже так считаю. Кроме того, мы не можем их оставить без охраны.

— Онии-сама, разве не лучше нам скорее уезжать? У нас ещё много времени, чтобы успеть на поезд, но не будет ничего хорошего, если нас будут слишком долго видеть в этом месте и этот час.

Миюки привлекла внимание Тацуи, даже если причиной не была ревность от того, что Тацуя и Минору добродушно болтали.

— Да, ты права. На этом сегодня мы закончили, так ведь?

— Ах, да, на этом я... Кхм, я знаю, что мне не следует лезть в чужие дела, но на какое время ваши обратные билеты?

— На десять тридцать вечера. У нас ещё три часа.

Поскольку Тацуя собирался потратить много времени на поиски, он взял обратные билеты на относительно позднее время... кстати, система под названием билеты постоянно меняла форму, но до сих пор выжила.

— Не хотите пойти на горячий источник? Что скажите?

— Горячий источник?.. — слушавшая разговор Миюки с подозрением нахмурила брови.

Рядом с ней Минами тайно — на самом деле у всех на виду — отодвинула воротник свитера, чтобы проверить запах тела. Было ясно, что это значит. Минору ступил на минное поле под названием женские эмоции, он поспешно ответил:

— Нет, нет, нет, от вас не несёт потом и вы не грязны.

Миюки посмотрела на Минору пронизывающим взглядом. Тот застыл. Произошедший пару минут назад достойный бой теперь казался отговоркой. Тацуя, вероятно, посчитал, что теперь это придётся ему расхлёбывать, но вздохнул лишь в мыслях.

— Минору, это самоубийство.

Сначала Тацуя остановил Минору от неосознанного нанесения ещё большего ущерба.

— Миюки, Минами тоже, пожалуйста, успокойтесь. Минору просто предположил окунуться в горячие источники и расслабиться после битвы.

Минору потерял дар речи от того, как Тацуя сильным тоном переубедил девушек.

— Полагаю, в этом нет ничего плохого, как считаете?

— Если так говорит Онии-сама...

Хотя Миюки была убеждена не полностью, вскоре она, похоже, заинтересовалась горячим источником, её глаза засияли от предвкушения и она кивнула.

Стоявшая рядом Минами, наверное, смутилась, поскольку прижала к шее воротник свитера.

Минору повёл группу к горячим источникам, которые находились в гостинице недалеко от руин древнего города Хэйдзё-кё. Это было скорее сопровождение, нежели прогулка, в случае внезапной атаки им необходимо было оставить позади кого-нибудь, чтобы дать остальной группе возможность сбежать, поэтому Тацуя настоятельно попросил Минору вести их... Минору оказался уязвим к такому неожиданному давлению.

Вероятно, если бы Минору не пошёл с ними, Миюки бы затащила Тацую в семейную баню. Это не значит, что это неприемлемо, но в то же время он не мог оставить Минами одну в таком месте.

И ещё Тацуя хотел чуточку больше поговорить с Минору.

Тацуя и Минору пока не пошли на источник, вместо этого они сидели в гостевой комнате напротив друг друга у небольшого столика.

— Так Тацуя-сан, что ты хочешь знать о том «Канко»?

— Я удивлён. У тебя великолепная проницательность.

Тацуя похвалил Минору вполне искренне, так что тот воспринял это как комплимент.

— Нет, просто я не помню, чтобы говорил что-то ещё, что могло бы привлечь твой интерес, Тацуя-сан.

Тацуя хвалил такую опасливость, но решил не повторять свои слова и перешел к главной теме:

— Тот «канко»... что он такое? Невозможно не слышать о существе в форме лисы с таким завершённым телом. Кроме того, обычное существо не сможет проскользнуть мимо барьера Минами.

На короткое мгновение в глазах Минору отразилось колебание.

— Ты ведь уже знаешь о Паразитах?

— Да. И ты тоже?

— Да. В общем, «канко» — фамильяр, созданный с тем же принципом, что и Паразиты.

— С тем же принципом?.. Они вставляют в зверя независимое информационное тело?

— Да. Убив животное, они извлекают информационное тело и создают искусственный дух. Этот новый параллельный зверь... или лучше сказать «фамильяр», создаётся с магической способностью родительской особи. Удивительно, но этот древний магический ритуал популярен.

— Значит, «канко» на самом деле один из видов фамильяров?

— Да. Но ты правда это хотел услышать?

Минору излучал нечеловеческую ауру. Но, несмотря на это, он не являлся носителем Паразита. Он вел себя настороженно, ожидая, что Тацуя спросит о процессе культивации паразитов. Неправильно ли он понял, что паразиты размножаются, захватывая тела жертв? Из-за напряжения лицо Минору всё больше походило на сверхчеловеческое.

Впрочем, Тацуе было всё равно. Потому что он уже привык к красивой внешности, так что особого давления не ощутил.

— Да, пока достаточно.

Такой ответ застал Минору врасплох, и всё подозрение исчезло с его лица. Ему пришлось невинно сказать:

— И... извини за это. — Он несколько искажённо рассмеялся. Похоже, таким он был человеком. — Знаешь, Тацуя-сан, ты и вправду глубокий человек. Теперь я понимаю, почему тобой заинтересовался дедушка.

— Нет, я всего лишь обычный человек.

Минору продолжил смеяться с мыслью возразить Тацуе, который обладал блестящим умом.

Как только Миюки и Минами привели в их комнату, они решили сразу же пойти на горячий источник, а именно — большую общую баню. И Миюки не просила Тацую их сопровождать. С другой стороны, поскольку Миюки была слишком любознательной, не было особой надобности скрывать разговор о «канко».

Как бы там ни было, похоже, что они верно поступили, решив пойти на горячие источники. Погрузиться в воду оказалось неожиданно приятно.

В бане было довольно много народу. Но никто не был обнажённым на публике, как и полагалось. Место, где можно помыться, и место, где можно просто посидеть в горячей воде, были отделены друг от друга. Это была старая тихая гостиница, и несмотря на значительное количество взрослых, количество наготы контролировалось... фактически было подвергнуто цензуре. Но тем не менее Миюки привлекла всеобщее внимание.

В гостинице смешанной бани не было. Сверх того, большинством были взрослые женщины, и даже некоторые пожилые. Тем не менее когда возле большой ванны появилась Миюки, все клиенты одновременно перевели на неё взгляд, затихнув, будто время остановилось.

Затем, когда в тишине её белая нога погрузилась в горячую воду, откуда-то послышался глубокий вздох и время снова пошло. Когда Миюки начала медленно погружаться, из-за воды купальный халат колыхнулся и прилип к телу. Не одна и не две подумали, что спустилась небесная дева в робе ангела.

Миюки почувствовала себя очень уютно и выпустила просто пленительный вздох. Но всем казалось, что она вдохнула.

Вдруг по воде пошли грубые волны. Две женщины, выглядевшие лет на двадцать, быстро покинули баню. Не то чтобы они целенаправленно спровоцировали одну или две посетительницы уйти, но, не заметив этого, Миюки и Минами остались на горячем источнике одни.

— Что случилось, где все?

Минами тайно вздохнула. Она прекрасно понимала чувства ушедших женщин. Более того, она тоже не хотела принимать ванну вместе с Миюки. Но она это заметила лишь сейчас, когда они вошли в ванную. Ей, словно побуждённой комплексом неполноценности женщины, хотелось отсюда убежать.

Наверное, это уже было неактуально... но Минами привыкла к этим лишним проблемам.

— Что ж, идеально. Так мы расслабимся ещё сильнее.

Минами прискорбно согласилась с этим мнением. Когда Миюки привлекает внимание, Минами обязательно нужно вписываться в картину. Но она, в отличие от Миюки, не привыкла к взглядам. Она, несомненно, была красивой девушкой, но не достаточно, чтобы привлечь всё внимание как девушек, так парней. На самом деле из-за того, что они остались в бане одни, Минами немного успокоилась.

— Да, это славно...

Затем Миюки вздохнула.

Тело Минами дрогнуло от страха, а не удивления.

— Хм? Что случилось, Минами-тян? Ты замёрзла?.. Неужели вода стала холоднее?

Ей вовсе не было холодно. Напротив, она словно горела.

— Я лучше погружусь чуточку больше. Я знаю, что это не очень хорошо для тела, поэтому я ненадолго, лишь чтобы телу стало теплее.

Это было не так. Минами хотелось немедленно уйти. Но она не могла возражать желаниям Миюки. Так что, понимая намёк Миюки и чувствуя давление, она ещё сильнее погрузилась в воду.

Миюки удовлетворённо улыбнулась, смотря на прилежную Минами. Но Минами почувствовала головокружение. На любого, принимающего ванну слишком долго, подействует усталость от горячей воды.

Тацуя покинул гостиницу вместе с абсолютно свежей Миюки и Минами, у которой почему-то было истощенное лицо. На самом деле они ещё заплатили за ужин, но времени не хватило.

Позже перед станцией Минору глядел печальными глазами на Тацую и двух девушек, которые собирались выйти из лимузина.

— Сегодня было весело.

Минору, как обычно, не говорил учтивыми словами.

— Нет, это мы должны тебя благодарить за помощь, — Тацуя ответил от имени всех троих.

На этот раз Минору повернулся к Тацуе с глазами как у щенка. Лицо, которое может заставить женщину брачного возраста потерять рассудок.

— Мы встретимся снова?

— Миссия ещё не окончена. Мы снова сюда приедем. И тогда, думаю, ты тоже сможешь помочь.

— С радостью! Дайте только знать, чем я могу пригодиться. Если это в пределах моих возможностей, я с радостью протяну вам руку помощи.

— Благодарю. Что ж, ещё увидимся.

— Да. Увидимся в следующий раз.

Тацуя и девушки попрощались с Минору, пообещав встретиться снова.

◊ ◊ ◊

Возвратившись в Токио, они трое поужинали, а затем уже вернулись домой. Тацуя пошёл в свою комнату и подключился к личному терминалу, а не домашнему. Он сразу же увидел на автоответчике сообщение. Отправителем была Фудзибаяси. Хотя в последнее время было много возможностей связаться с ней, он решил, что сейчас хорошее время, чтобы позвонить на её личный номер.

— Ах, Тацуя-кун? С возвращением.

Странное чувство, когда при звонке говорят «с возвращением». Даже когда адресат стоит по другую сторону видеозвонка.

— Простите, что позвонил так поздно. Фудзибаяси-сан, вы всё ещё в резиденции Кудо?

Он не просто так это спросил. Она ведь присутствовала, когда Тацуя встречался с Кудо Рэцу.

— Ага, а ты довольно проницательный.

— Ну, я просто угадал.

— Ара, неужели? Раз это ты, Тацуя-кун, я была уверена, что ты взломал локальную сеть дома, чтобы получить информацию.

— К сожалению, у меня нет таких навыков сбора информации, как у вас, Фудзибаяси-сан. Кстати, о сообщении, которое я только что получил... кем были те сегодня?

«Те». Хотя Тацуя выразил свою осведомлённость без какого-либо странного смысла, Фудзибаяси беззвучно рассмеялась.

— Точно, «те»... — она использовала то же слово, прежде чем перейти к подробностям. — Компания, напавшая на вас этим вечером. — Фудзибаяси с легкостью выразила слово, которое Тацуя сделал двусмысленным.

Тацуя не выразил недовольство. С другой стороны. Фудзибаяси не волновалась ни о каком прослушивании, поскольку безопасность линии была гарантированной.

— Вы знаете, кто они?

— Да, кажется, это и так ясно.

— Волшебники древней фракции традиционалистов.

— Что ж, ты уже знаешь, — равнодушно ответила Фудзибаяси.

— Но, я уверен, это ещё не конец, так ведь? — с уверенностью спросил Тацуя.

Однако если бы ей было нужно лишь это, она не зашла бы так далеко и не просила бы Тацую перезвонить.

— Ты прав. Без сомнений, напавшая на вас компания была оперативным отрядом традиционалистов, среди них также был монах, сбежавший с континента. — После этих слов она чуть нахмурилась. — Ради разработки Кукол-паразитов Кудо заручились поддержкой этого монаха и защитили его. Я знала, что он побежал в убежище к традиционалистам, но странно, что он появился в таком месте и такое время.

— Разве это не ожидаемо?

— Ну... ты прав, — Фудзибаяси с кислым видом, словно её комар укусил, кивнула. — Они пригласили волшебника, который с высокой вероятностью может стать их врагом, внушили тому страх, чтобы участвовать в их тайных операциях, а теперь позволили ему сбежать... Кроме того, он стал сообщником в нападении на гражданских, несовершеннолетних ко всему прочему. Что же, чёрт возьми, клан Кудо думает, делая это?

— Если оставить в стороне несовершеннолетних, заявлений об атаках на гражданских не было. Впрочем, он напал и на Минору, так что я не намерен винить исключительно клан Кудо.

— Ну, ты прав... сейчас с этим уже ничего не поделаешь, — чуть покачала головой Фудзибаяси. А также, с намерением сменить настроение, она поправила немного взъерошенные волосы. — Мне было нужно, чтобы ты перезвонил, поскольку я хочу извиниться за другое дело.

— Извиниться?

— Да. По правде, я должна была позвонить тебе первой, но я не знала, когда ты вернешься.

— Я не возражаю. Так о каком извинении вы говорите?

Тацуя не притворялся невежественным, он и вправду понятия не имел. Но по её лицу было видно, что ей очень неудобно, будто она ожидала этого замечания Тацуи.

— Сегодняшнее нападение... стало компетенцией отряда по сбору информации. — Внезапно тон Фудзибаяси стал более формальным, который следовало ожидать от военного офицера.

— Неужели? Тогда как это относится ко мне, лейтенант?

Пытаясь сохранять невозмутимость, Фудзибаяси приготовилась ответить на вопрос Тацуи.

— Резюмируя, бригада 1-0-1 не может вмешиваться в это дело. Не говоря уже об Отдельном магическом батальоне. — К сожалению, она не смогла остаться невозмутимой до самого конца. — Извини за это, Тацуя-кун. — Она извинилась с поистине достойным жалости выражением на лице. — Когда ты нам нужен, мы тебя используем, но в критические времена не можем помочь, когда помощь нужна тебе.

Однако Тацуя не совсем понимал, о чём она так волнуется.

— Лейтенант, думаю, вам не нужно об этом так тревожиться. Вопреки тому, что вы меня используете, я думаю, что вы много раз протягивали мне руку помощи.

— Но тогда обстоятельства отличались от тех, что сейчас. Ведь на этот раз, Тацуя-кун, нацелились на тебя.

— Это не ваша вина, лейтенант, и не вина майора. И даже если это причина, я не собираюсь доставлять отряду неудобства.

На лице Фудзибаяси появилась тревога. Она почувствовала, что для Тацуи его личная безопасность не имеет значения.

— Эй... — Её тон вернулся от «лейтенант Фудзибаяси» до «просто Фудзибаяси». — Может, попросишь помощи у Якумо-сэнсэя?

— Я уже попросил мастера о помощи. А именно, чтобы он тайно наблюдал за моими школьными друзьями.

— Я говорю не об этом. — Кроме нетерпения, Фудзибаяси, похоже, начала немного раздражаться. — Почему бы не попросить о личной защите? Если не хочешь защиты для себя, то хотя бы попроси для Миюки-сан и Минами-тян.

На самом деле Фудзибаяси немного расстроилась из-за того, что Тацуя не понял, о чём она в действительности волнуется.

— Лейтенант Фудзибаяси, может, вы забыли, но Миюки и так хорошо охраняется, поскольку Минами и я — её официальные Стражи. — Что бы Фудзибаяси ни говорила, Тацуя парировал всё. — Более того, я не собираюсь вовлекать мастера в это дело ещё больше.

— Почему? — спросила Фудзибаяси, несколько восстановив самообладание.

— Отношения между Кудо, традиционалистами и мастером очень сложны. Чем больше мастер вовлечён, тем больше вероятность того, что его ученики в ниндзюцу станут причиной несчастного случая. А тогда, скорее всего, храм Хэйзан сделает свой ход. Если это случится, начнётся гражданская война. И Десять главных кланов, скорее всего, не смогут её остановить. — Тацуя, вероятнее всего, не учитывал все эти возможности. Он просто придумал их, чтобы Фудзибаяси не нашла никаких контраргументов. — Если что-то такое случится, это без необходимости даст возможность действовать тем, кто спонсирует бегство Чжоу Гунцзиня.

— Хочешь сказать, кто-то дергает за ниточки?

— Скорее всего.

По ту сторону экрана Фудзибаяси глубоко задумалась.

— Даже если твои действия выведут высшие чины организации на главную сцену, или загонят в угол... Тацуя-кун, ты правда считаешь, что за Чжоу Гунцзинем кто-то стоит?

— Если за ним никого нет, то всё становится проще. Нужно просто найти его и разобраться. Главная проблема заключается в вероятных осложнениях. Думаю, будет глупо увеличивать общий риск ради снижения вероятности травм.

— И, конечно же, первым приоритетом следует поставить свою безопасность...

— Лейтенант Фудзибаяси.

Фудзибаяси опустила глаза.

— Хорошо, я поняла. Однако если почувствуешь, что становится по-настоящему опасно, без колебаний со мной свяжись. Поскольку принимать меры, чтобы спасти жизнь члена военного отряда, позволяется военным уставом.

— Вас понял, — ответил Тацуя, отдав честь. И, конечно, не в насмешку, а для того, чтобы заявить о своих намерениях как члена военного отряда, и также, чтобы заверить в этом Фудзибаяси.

  1. у храма Такакамо (高鴨 — высокая утка) и у фамилии Камоно (鴨野 — дикая утка) один и тот же корень «камо» (鴨), это своего рода семейный храм, что Тацуя и заметил.
  2. Мифическое существо, напоминающее лису.



Горячие клавиши:

Предыдущая часть

Следующая часть

Оглавление