Глава 9

Суббота, 27 октября. Наконец завтра начнётся Конкурс диссертаций. Команда поддержки, представители Первой школы и команда безопасности вечером выехали в Киото. Презентация Первой школы будет шестой и начнётся в 13:40, поэтому они могли поехать даже в сам день конкурса и успеть. Однако когда конкурс проводится в Киото, делегация Первой школы обычно приезжала за день до начала.

Школа арендовала грузовик, на котором перевезли оборудование для презентации, и большой автобус. Поезд для автомобилей (высокоскоростной поезд, вмещающий большие пассажирские автомобили и даже крупногабаритный груз) прибыл на станцию в пригороде Киото, откуда участники конкурса и их поддержка поехали в гостиницу.

CR гостиница была одной из роскошнейших, где могли останавливаться старшеклассники. А поскольку людям нелегко избавиться от некоторых привычек, никто не смел нарушить давнюю традицию и перейти в гостиницу более низкого класса.

— Наконец-то приехали!

Первой из автобуса вышла Канон, которая с большим волнением наслаждалась всей поездкой. Она ещё в прошлом году хотела поехать на Турнир девяти школ в автобусе вместе с командой техников, но тогда её желание не исполнилось , и она с нетерпением ждала этой поездки. Хотя на Турнире девяти школ в этом году она должна была тоже предпринять попытку, но, похоже, результат оказался не таким, как ожидалось — Канон по-прежнему помнила недовольство прошлым Турниром.

Последней из автобуса вышла Изуми. На самом деле Миюки, Президент школьного совета, должна была ещё проверить, не забыл ли кто-то багаж и все ли на месте, но Изуми вызвалась сделать это вместо неё, заявив, что с такой рутиной справится сама. Миюки же, как представитель Первой школы, зарегистрировалась в гостинице. Затем Тацуя и Хонока раздали ключи. Таким образом, все ученики разошлись по номерам. Они остановились в двойных номерах в западном стиле, которые были дешевле апартаментов в японском стиле. Соседом Тацуи оказался Микихико. И, конечно, не случайно.

— Микихико, остальное оставляю тебе.

— Хорошо. Жаль, что я не могу пойти с тобой.

— Ты и так мне сильно помог, к тому же ещё нужно соблюдать секретность. Кроме того...

— Случится что-то ещё, Тацуя? — склонил голову набок Микихико.

— Не думаю, но ради всех в школе я хочу попросить не пренебрегать безопасностью.

— Хорошо.

Тацуя не смог сказать вслух: «Мизуки ведь тоже приехала?». Клуб искусств очень помог в создании демонстрационного устройства, и избранные члены клуба приехали поддержать участников. Мизуки входила в их число. Было интересно, волнуется ли за неё Микихико. Но в конце концов Тацуя не стал об этом спрашивать, поскольку посчитал, что это не его дело. Посторонний не должен задавать подобные вопросы.

— Возможно, я задержусь. Я сообщу, если не смогу вернуться этой ночью.

— Хорошо. Будь осторожен.

Тацуя спрятал свой излюбленный CAD, Silver horn, и поднял в ответ руку, затем вышел из номера.

◊ ◊ ◊

Тацуя направился в другой отель, немного меньше гостиницы CR, в которой остановились ученики Первой школы, и менее заметный. Его часто использовала для рабочих целей семья Куроба.

— Добрый день, Тацуя-ниисан.

— Мы тебя ждали, Тацуя-сан.

В вестибюле его ждали Фумия и Аяко.

— Простите, что попросил прийти сюда.

— Не извиняйся, это дело ведь изначально поручили нам.

— Не следует разговаривать стоя. Почему бы не присесть, Тацуя-сан? — Аяко пригласила Тацую на диван. Когда он сел, Аяко расположилась с другой стороны стола, а Фумия принёс напитки.

Он подумал о том, дозволено ли тут есть или пить, но потом заметил, как 3H вытирает другой стол. Это был «человекоподобный слуга» бизнес-типа, похожие использовались в самолётах и назывались «Серваноид». Решив, что с этим нет никаких проблем, Тацуя принял напиток без возражений.

Аяко возвела звуконепроницаемый барьер. Не прозвучало никаких предупреждений о несанкционированном использовании магии. Похоже, гостиница не только соответствовала уровню семьи Куробы, как ему сказали, но и была полностью модифицирована для работы семьи Куроба... нет, семьи Йоцуба.

— Отлично. Тацуя-сан, вот всё, что ты просил.

— Мотоцикл той же модели, что ты используешь, припаркован на стоянке.

— Одежда пуленепробиваемая и с дополнительной защитой от колющих ударов, хочешь переодеться?

— Сапоги, перчатки и шлем — всё соответствует боевым стандартам.

— Как любезно... — Они потратили больше усилий, чем он ожидал; Тацуя почти засмеялся, но понимал, что они двое серьёзны. — Спасибо. Это мне пригодится.

Близнецы счастливо улыбнулись.

— Тогда мы проводим тебя в номер, — Аяко поставила чашку чая и встала. Фумия поднялся, тоже оставив напиток на столе. Тацуя последовал за ними.

Приготовленная сменная одежда неожиданно подошла ему идеально — просто жуть. Тацуя хотел задать вопрос о том, где они узнали его размеры, но в конце концов решил, что лучше не стоит этого делать.

— Как сильно вы сократили область поиска? — спросил Тацуя об укрытии Чжоу Гунцзиня.

Хаяма поделился с семьей Куроба информацией, которую получил от него в понедельник. Потому всю эту неделю Куробы искали точное расположение укрытия.

— Мы почти уверены в том, где он прячется.

— Хорошо. Как и ожидалось от вас. Так где?

Фумия чуть заколебался:

— В это трудно поверить, но...

— JSDF, вторая база снабжения Удзи. В том районе почти нет других мест, где его можно укрывать, — вместо запнувшегося Фумии ответила Аяко.

Тацуя не смог сказать «это невозможно».

— Понятно. И вправду неплохое убежище, — пробормотав это, он взял коммуникационную консоль и леденящим голосом произнес:

— Фумия.

— Да! — тот ответил громче, чем нужно.

Голос Тацуи явно свидетельствовал о том, что его чувства достигли предела. Из-за невозможности испытывать сильные эмоции, он показывал их как неэмоциональные намерения, как только они достигали определённого уровня. А предательство национальных сил обороны выходило далеко за пределы его терпения. Поскольку на Окинаве на Миюки напали повстанцы, он в особенности не переносил предательство. Говорят, что японский меч особенно холодно сверкает, когда он хорошо наточен. Тацуя, потерявший свои чувства от гнева, являл собой наглядное воплощение этой поговорки.

— Здесь есть внешняя связь?

— Одну секунду... — стоявший рядом с Тацуей Фумия протянул руку и ввёл на клавиатуре пароль.

Затем Тацуя сел перед консолью и набрал сложный код. Черед пять секунд на мониторе появилась женщина-офицер.

— Тацуя-кун, что-то случилось? Ты позвонил так внезапно.

Тацуя использовал код экстренного вызова по личной линии Фудзибаяси.

— Лейтенант, я сейчас в Киото.

— Ясно... — Похоже, этого оказалось достаточно, чтобы Фудзибаяси его поняла.

— Вы выяснили?

Она смиренно вздохнула от того, как Тацуя намеренно опустил слова.

— Мы догадываемся, где прячется Чжоу Гунцзинь.

Информацией от традиционалистов у храма Киёмидзу и горы Араси Тацуя поделился не только с Хаямой, но и с Фудзибаяси. Помогать Чжоу Гунцзиню, который привёл иностранные войска на территорию страны, — тяжкое преступление для армии. Тацуя не мог закрыть на это глаза, даже если бы его попросили. Он собирался это использовать.

— Так где? — прямо спросил Тацуя, из-за чего Фудзибаяси помрачнела:

— К отправлению готовится военная полиция. Особый лейтенант Оогуро не должен вмешиваться.

— Это не подпадает под военные нормы секретности. Фудзибаяси-сан, где Чжоу Гунцзинь? Вы входите в семью Кудо, которая пообещала сотрудничать, пожалуйста, ответьте мне.

— Он у JSDF, вторая база снабжения Удзи. Тацуя-кун, пусть остальным займутся военные. Даже ты не останешься безнаказанным, если проникнешь на базу.

— Я понял. Увидимся позже.

— Тацуя-кун?!

Не говоря явно, что именно он «понял», Тацуя оборвал связь. Более того, через консоль заблокировал линию. Он обернулся — Фумия и Аяко круглыми глазами наблюдали за его разговором с Фудзибаяси.

— Поддержка отрезана. План готов?

— Мы проникаем на базу на закате, — ответил Фумия, придя в себя.

— Путь вторжения?

— Мы войдём гордо через несколько ворот. Преодолеть такой забор проще простого.

— У ворот, конечно, мы кого-то оставим.

— Правда, у нас не так много людей.

Тацуя поднялся:

— Фумия, Аяко, я попрошу кое-кого нам помочь. Возможно, я не успею войти на базу вовремя, но я постараюсь.

— Хорошо, Тацуя-ниисан, устройства связи на время операции будут отключены.

— Тацуя-сан, будь осторожен.

— Вы тоже. Не снижайте бдительности.

— Да.

— Конечно.

Услышав их ответы, Тацуя пошёл на стоянку. Он сразу же распознал приготовленный для него мотоцикл. Однако поехал не в том направлении, куда показывала стрелка навигатора.

Западный край неба окрасился алым. До старта операции оставалось не так много времени. Не останавливая мотоцикл, Тацуя голосом вызвал телефонный номер Масаки; он воспользовался беспроводным вспомогательным интерфейсом, встроенным в шлем.

— Шиба? У тебя ко мне какое-то дело?

Видимо, телефонный звонок от Тацуи оказался неожиданностью. Впрочем, Тацуя, скорее всего, отреагировал бы схожим образом, если бы принял звонок от Масаки. Поскольку Тацуя это понимал, то не сказал ничего ненужного.

— Итидзё, я нашёл, где предположительно прячется Чжоу Гунцзинь.

— Правда?!

— Да, где ты сейчас?

— Рядом с храмом Камигамо.

Как Тацуя и думал, он уже прибыл. Третья школа обычно приезжает в день Конкурса диссертаций, а не на день раньше. Однако Масаки, подумав о том, что происходило на прошлой неделе, приехал раньше.

— Давай встретимся в 17:00 у юго-западного входа в парк Удзи.

— 17:00? Понял. Я приеду.

Поначалу Масаки подумал, что осталось мало времени, но потом сразу понял, почему тот назвал точное время, и, несмотря на недружелюбие в их разговоре, начал действовать немедленно. Он был бы грозным противником, но надёжным союзником. Тацуя понимал, что Масаки хороший человек, вот почему решил связаться с ним.

«Мне самому следует поспешить».

Странно получилось бы, если б Масаки успел вовремя, а он опоздал. Тацуя разогнал мотоцикл сильней.

◊ ◊ ◊

Чжоу Гунцзинь, которого преследовала группа Тацуи, готовился покинуть вторую базу снабжения Удзи.

— Чжоу-сэнсэй, вам правда нужно покидать базу? — разочарованно спросил мужчина. Выглядел он чуть старше тридцати лет.

— Капитан Хатаэ, я не собирался уезжать, но, кажется, это место раскрыли.

— Ясно. Какая жалось. Если бы вы остались подольше, я бы защитил вас даже от Десяти главных кланов. Я не позволил бы никому из них даже пальцем вас тронуть.

Капитан Хатаэ не только выступал за переговоры с Великим Азиатским Альянсом, но и прибегнул к древней магии с континента, и был одним из тех, кто считал, что почти последние сто лет Япония имеет историю выскочки. Он искренне верил и заявлял, что Чжоу Гунцзинь не причастен к йокогамскому инциденту. А когда узнал, что Чжоу разыскивают Куробы, неделю укрывал его, следуя своему чувству правосудия и желая отомстить волшебникам современной магии.

— У нас нет выбора. В конце концов, им помог его превосходительство Кудо, — Чжоу тонко улыбнулся. Такая улыбка очень подходила его красивому лицу.

Капитан Хатаэ скривился. Как и сказал Чжоу Гунцзинь, капитан не мог ослушаться приказа командования о проведении инспекции базы. У бывшего генерала Кудо Рэцу сохранилось достаточно влияния, чтобы он сумел вмешаться в эту стандартную процедуру.

— Я хотел бы больше узнать о сэндзюцу от вас...

— Я сам ещё неоперившийся волшебник. Иногда моя незрелость проявляется самым неожиданным образом. Мне всё ещё предстоит пройти долгий путь, чтобы быть в состоянии учить искусству других, — Чжоу использовал своё обычное оправдание, чтобы мягко отклонить просьбу Хатаэ.

Тот, даже не чувствуя себя отвергнутым, сменил тему разговора:

— Так когда вы отправляетесь?

— Думаю, ночью, когда вы освободитесь.

— Да, так лучше всего, раз инспекция планируется завтра ранним утром...

— Я благодарен, что вы сумели раздобыть информацию об инспекции до того, как вас уведомили о ней официально, — Чжоу склонил голову. На лице Хатаэ появилось сожаление:

— Но ведь ночью врата будут закрыты.

— Я смогу об этом позаботиться.

Увидев на лице Чжоу уверенную улыбку, Хатаэ вспомнил его особую магию.

— Вы правы. Но я хотя бы приготовлю для вас машину. Одну из моих личных, а не военную. Думаю, так за вами никто не последует.

Отслеживающие устройства для защиты от угона устанавливались на все служебные автомобили, а не только военные. А это значило, что ради маскировки лучше использовать личный автомобиль.

— Спасибо за вашу доброту, — Чжоу легко склонил голову в знак признательности.

◊ ◊ ◊

Тацуя стоял, оперевшись на одолженный у Фумии мотоцикл. Примерно через пятнадцать минут он заметил, как к нему приближается еще один мотоцикл — красный.

«Он и вправду любит красный цвет».

Почему-то у Тацуи заболела голова от этого. Вполне возможно, этот парень просто любит свою альма-матер, ведь эмблемой Третьей школе служила красная звезда. Тацуе стало интересно, осознаёт ли Масаки это.

— Я заставил тебя ждать, — вместо приветствия сказал Масаки, встав с мотоцикла и сняв шлем.

— Нет, ты ведь приехал раньше назначенного часа. У нас ещё достаточно времени, чтобы продумать стратегию.

Сейчас было 16:50. Закат начнётся в 17:10, потому у них осталось немного времени в запасе.

— Так что мы будем делать?

По меньшей мере нужно было объяснить стратегию, которую Тацуя приготовил заранее.

— Похоже, Чжоу Гунцзинь укрывается вон там, — Тацуя указал на юг. На базу JSDF. Масаки не сразу понял этот жест, поэтому удивленно распахнул глаза лишь через несколько секунд:

— Невозможно! Ты уверен, что он внутри военной базы?!

— Вторая база снабжения Удзи. Вероятнее всего, Чжоу Гунцзинь прячется там.

— Ты уверен?..

— Пока это лишь догадка, но мы собираемся её подтвердить.

— На базе?! — изумился Масаки, словно говоря «ты серьёзно?» или «ты что, сдурел?».

Однако Тацуя уже имел опыт проникновения на закрытую территорию сил самообороны и опыт совместной работы с силами JSDF, потому не колебался.

— Задержание Чжоу Гунцзиня тайно организовала одна группа волшебников.

— Не военная полиция?

— Нет. Операция неофициальна.

А значит, незаконна. Масаки это понимал.

— Вскоре они войдут через ворота базы.

— Через ворота?.. Так они используют внешнюю системную магию?

Тацуя кивнул.

Масаки попытался понять, какие волшебники могли организовать тайную операцию. Они специализируются на внешней системной магии и могут пойти против JSDF. На ум приходила лишь одна семья.

— Шиба, ты...

— Я отличаюсь от них, — категорично заявил Тацуя прежде, чем прозвучал вопрос. — Уже почти время. Я войду на базу, перепрыгнув через забор. Итидзё, ты со мной?

Масаки не ответил сразу. Проникновение на базу JSDF — это явно преступление. Он подчинялся закону и не мог нарушить его так же легко, как Тацуя. Его родители поставили бы приоритетом Десять главных кланов, а не мораль гражданина. В особенности его отец. Он, может быть, даже надрал бы сыну задницу, если бы увидел его колебание. Проблема заключалась в том, что Масаки входил в команду Третьей школы. Если его задержит полиция прямо перед Конкурсом диссертаций, более того, при серьёзном нарушении, это может повлиять на конкурс. Сильно потрясены были бы не только его одноклассники, но и ученики младших курсов, и даже старших. Больше всего он боялся, что усилия его друга окажутся напрасными.

«...Но я часть Десяти главных кланов».

На несколько секунд Масаки потерялся в мыслях.

— Я пойду. Прежде всего, именно этот человек обманул меня в прошлом году. Я не могу оставаться в стороне.

Тацуя глянул на информационный терминал и ухватился за руль мотоцикла.

— Операция начинается через пять минут. Поехали, Итидзё.

— Хорошо.

Они одновременно надели шлемы и завели мотоциклы.

◊ ◊ ◊

На восточной стороне моста через реку Удзи, как раз за пределами печально известного храма Бёдо-ин, остановилась машина.

— Спасибо. Я позвоню, как только закончу, не могли бы вы подождать в обычном месте? — сказал водителю вышедший из автомобиля необычайно красивый юноша.

Случайные прохожие глазели на Минору так, будто из него вытянули душу. А на фоне заката благодаря его неземной красоте казалось, словно время в мире остановилась.

За Минору следовал мужчина средних лет. Разумеется, это была телохранитель, он выглядел заметно натренированным, хотя и не слишком массивным.

— Минору-сама, мы подождём здесь?

— Да. — Минору говорил явно грубее, чем с Тацуей и друзьями; похоже, именно таким тоном он отдавал приказы. — Чжоу Гунцзинь побежит сюда. Когда придёт время, мы должны задержать его любой ценой.

— Но ведь есть ещё один мост через Удзи в сторону города Осима, разве нет? — телохранитель просто спросил, он не сомневался в словах своего господина. Похоже, он всего лишь боялся, что усилия Минору, напрягшего своё нездоровое тело, будут потрачены даром, если Чжоу Гунцзинь решит убежать другим путём.

— В той стороне находится лишь закрытая эстакада, так ведь? А чтобы сбежать, пути отхода не должны быть ограничены. Истинную силу Кимон Тонко можно использовать лишь в том случае, когда можно свободно выбирать направление. Тем маршрутом Чжоу Гунцзинь не воспользуется.

— Однако это значит, что есть вероятность, что он сбежит на восток...

— Там гора Такаминэ. Как видно по предыдущим его побегам, Чжоу Гунцзинь предпочтёт город горам. Полагаю, это тоже связано с его владением Кимон Тонко.

— Но...

— Как шумно, — Минору взмахом руки прервал телохранителя, который всё ещё пытался выразить свои опасения. — Ты что, хочешь сказать, что мои доводы ошибочны?

Телохранитель умолк. Ему не обязательно было сдерживаться по отношению к к членам семьи нанимателя. Однако шедший от Минору холод не дал ничего добавить.

◊ ◊ ◊

— Время. Начать операцию.

— Да! Как пожелаете, молодой мастер. — Мужчина в чёрных очках повернул голову, едва слышно хрустнув шейными позвонками.

— Идиот, это молодая леди! Молодой мастер замаскировался...

— Заткнитесь! — ссору между «тёмными очками» прервал Фумия, который превратился в «Ями». — Сейчас не время для пустой болтовни! Начать операцию!

— Так точно! — мужчины в чёрных очках склонили голову и преклонили колено, затем растаяли в воздухе, словно мираж.

— Боже мой... подумать только, и они — мастера гэндзюцу семьи Куроба... — посетовал Фумия, прижав руки к вискам. Тем временем сзади появилась Аяко, одетая как «Йору», и начала утешать брата:

— Ями-тян, нужно просто их использовать. Умения и индивидуальность — две разные вещи. Компетентные подчинённые с плохим характером лучше хороших неумех, так ведь?

— Ну, это так, но...

— Что действительно важно, Ями-тян, , всё уже началось.

На базе раздалась громкая тревога. Его подчинённые не должны были так оплошать. Пусть у них было множество личных недостатков, но даже Фумия признавал их способности.

— Интересно, это Тацуя-ниисан?

— Да, должно быть, он решил стать приманкой. Может быть, он хочет отогнать добычу из южной части Китагавы.

— Почему Тацуя-ниисан всегда так рискует?

— Тацуя-сан уверен в себе. Что бы ему ни грозило, он всегда будет в безопасности. Вот почему он взвалил на себя самую опасную роль.

— Понятно...

— Нельзя, чтобы доброта Тацуи пошла прахом. Давай, не стой на месте. Нужно убедиться, что Чжоу Гунцзинь именно здесь.

— Хорошо, я понял.

За спиной Фумии стояла небольшая легковая машина неброского темно-синего цвета. И, без сомнений, необычная. Её кузов по прочности не уступал танку, А ещё беспилотный, сделанный на заказ автомобиль обладал двигателем не хуже, чем у гоночного болида.

◊ ◊ ◊

Сигнал тревоги зазвучал на второй базе снабжения Удзи. А кроме того, послышались один-два выстрела.

— Что происходит? — прокричал капитан Хатаэ в сторону двери. Стоявший впереди подчинённый с побледневшим лицом ответил:

— На базе нарушители! Их двое! Оба, вероятно, волшебники!

— Что?!

Хатаэ не слишком удивился. Волшебник — могущественный противник, даже если он один. Силу волшебника невозможно обобщить, так как она отличается от человека к человеку, но, говорят, один может справиться с ротой, а если он силён — с батальоном. А тут их было двое. Более того, они проникли на базу в открытую; просто невозможно, чтобы их сила была ниже среднего.

— Каково положение?!

— Нарушители продвигаются в нашу сторону, разрушая при этом припасы. Они не остановились, даже когда мы ответили огнём!

Даже во время тревоги Чжоу Гунцзинь продолжал собираться, не поднимая лицо; как только он щёлкнул пальцами, все затихли.

— Как раз вовремя.

— Э? Чжоу-сэнсэй... что...

— Это хорошая возможность. Пожалуйста, уничтожьте нарушителей. Используйте все силы базы.

Как только Чжоу сказал это, Хатаэ и его подчиненные вздрогнули, будто их ударило током. Такое произошло не только с людьми в этой комнате, но и со всем подразделением, которым командовал Хатаэ.

— Капитан-сан, я приму ваше любезное предложение и позаимствую ваш автомобиль. Передайте мне ключ.

Хатаэ неловким движением отдал ключи от машины.

— Что ж, если вы не расправитесь с нарушителями, армия не сможет сохранить свою гордость. Вы должны уничтожить их полностью, даже клочка от трупов не оставив.

— Да. Это вызов гордости JSDF. Не недооценивайте их. Сокрушите их.

— Так точно.

Тон его голоса противоречил словам, которые он сказал.

На шее Хатаэ и его подчинённых, которые отдали честь и покинули комнату, виднелся след от укуса паука.

◊ ◊ ◊

Два нарушителя вошли на базу в мотоциклетных шлемах, полностью закрывающих лицо. Тацуя на всякий случай нашёл все камеры видеонаблюдения и разложил их. И, конечно же, он не стал ограничиваться скрытыми камерами.

— Что это за магия?!

— Сейчас не время для вопросов, — резко ответил Тацуя. Они были достаточно осторожны, чтобы не называть друг друга по имени перед врагом, но разговор становился всё менее дружелюбным.

— Я никогда не слышал о такой магии! — выкрикнул Масаки; должно быть, с этим ничего нельзя было поделать. Он впервые видел «разложение» Тацуи.

Оружие и техника перед CAD Тацуи разваливались на куски. Автоматы распадались на части. У автомобилей сначала отваливались колёса, потом двери и всё остальное.

— Важно другое. Почему топливо испаряется так медленно?

— Потому что это требует много усилий!

Масаки испарял водородосодержащую жидкость, которой и является топливо, и с помощью магии концентрации отделял водород, затем создавал водородные баллоны из самого газа, сжимая их в сферы, чтобы тот не загорелся, и выпускал в небо. Эта магия была намного сложнее, чем магия «разложения» Тацуи.

— Значит, «разрыв» не единственный твой талант.

— Я знаю!

Масаки следовал указаниям Тацуи, несмотря на некоторые жалобы; он понимал, что эта магическая техника в будущем может оказаться весьма полезной. Магия, которая испаряет топливо собиранием и изолированием водорода, чтобы предотвратить возгорание, и выпускает его в небо, поможет обезвреживать технику на поле боя без ненужных жертв. Она может стать даже полезнее «Разрыва».

Пока они вдвоем наугад разрушали военную технику, ответный огонь внезапно усилился. Пули сменились с безопасных резиновых на боевые. Масаки расширил свои барьеры. Части, которые он не сумел закрыть, Тацуя тайно защищал магией разложения. Они разделились, прыгнув за щит.

— Они стреляют!

— Ещё и боевыми патронами. Похоже, ими управляют. Как и традиционалистами.

На лице Масаки отразилось понимание.

В прошлое воскресенье у горы Араси на них напали волшебники, которые в конечном итоге совершили самоубийство. Ими манипулировал пользователь ходзюцу с континента, который прятался в роще.

Из-за здания послышался грохот. Один за другим выехали четыре танка.

— Эй, они даже танки выкатили!

— Они ничему не учатся. Хотят довести дело до более серьёзного уровня.

Это была небольшие боевые машины для городских боёв, но использовать её против двух человек — чрезмерно. Тем не менее, в зависимости от обстоятельств, против двух волшебников её могло оказаться недостаточно. Как и сейчас.

— Я разберусь. Не дай им взорваться.

— Не проси нев... подож... ээх, оставь это мне. — Масаки хотел сказать «не проси невозможного», но передумал, поняв, что сейчас не до нытья.

Колеса отвалились. Дула упали на землю, орудия сместились. Пластины брони рассыпались. Всё это случилось одновременно с четырьмя танками. Из моторов вытекло топливо. Оно поднялось в небо и испарилось до того, как успело воспламениться, затем смешалось и рассеялось в атмосфере.

— Хорошая работа.

— Не хочу слышать комплименты от тебя, — холодно ответил Масаки. Тацуя озорно ухмыльнулся:

— Тогда, может, попросить Миюки?

— Не шути со мной! Сейчас не время для этого! — обида Масаки выглядела забавно. — В любом случае пошли! Чжоу Гунцзинь убегает... это он!

— Что? — Тацуя расширил свой «взгляд» в сторону, куда смотрел Масаки.

Тацуя не спросил, уверен ли тот. Ведь Масаки видел Чжоу Гунцзиня вблизи лицом к лицу и не мог ошибиться.

Чжоу Гунцзинь ехал к южным воротам на седане бронзового цвета. Должно быть, он решил убраться с базы через выезд, где отсутствовали записывающие устройства наблюдения.

«Это?.. — Посмотрев на его Эйдос, Тацуя заметил что-то инородное, не принадлежащее Чжоу. Нечто, что он ненамеренно поглотил. — Укус пчелы, хех... Я не позволю вашей смерти оказаться напрасной», — поклялся Тацуя ради умершего, с которым виделся только один раз.

◊ ◊ ◊

— Чжоу Гунцзинь подъезжает к южным воротам.

— Другие врата охраняются людьми с базы, так ведь? Чего и следовало ожидать от волшебника, победившего нас, Куроб, и сбежавшего.

— Иначе у нас были бы проблемы, — с иронией и восхищением ответила Аяко на слова Фумии.

Фумия сел на заднее место автономной машины, Аяко устроилась рядом. В то же время из южных ворот вылетел седан с Чжоу Гунцзинем.

— За ним!

— Да, молодой мастер. Нет, молодая леди.

— Что угодно пойдёт! Быстрее! — прикрикнул Фумия на лидера «чёрных очков», которого близнецы выбрали в качестве шофёра. Без водителя даже беспилотным машинам запрещалось ускоряться вне пределов области управления движением.

◊ ◊ ◊

«Что это за неприятное чувство...» — Чжоу Гунцзиню начинало казаться, что мышеловка захлопывается, прежде он такого никогда не чувствовал.

Строго говоря, он, хоть и с небольшим отрывом, успешно ускользал от врага. Он понимал, что за ним упорно гонится команда Куроб... Йоцубы, но в итоге он сумел от них оторваться. Последние десять лет он мирно жил в китайском квартале, но раньше около тридцати лет скрывался от постоянного преследования.

«Упс... мне ведь сейчас только двадцать четыре».

По крайней мере так говорилось в идентификационной карте. Он купил ресторан в китайском квартале примерно четыре года назад и сейчас вспомнил, что в документах тогда написал, что ему двадцать лет.

«Года для нас как имя, просто ещё один ярлык».

Наверное, его слишком сильно поглотили воспоминания, раз он не увидел преграждающую путь человеческую тень до сигнала устройства, предотвращающего столкновения. Чжоу ударил по клаксону, на его лице появилось выражение, не подходившее его репутации.

Он увидел лицо парня. Оно поражало неземной красотой. Чжоу тоже был красив, но этот парень находился на совершенно ином уровне. И он узнал этого юношу. Чжоу вспомнил, что видел его раньше.

— Кудо Минору! Почему ты здесь?!

Появился один из немногих волшебников, которых Чжоу опасался.

Во время нападения в Наре он узнал, на что способен Минору. Чжоу насильно отключил устройство, защищающее от столкновения. Минору поднял правую руку и нацелился на машину. Та загорелась. Чжоу выпрыгнул прежде, чем огонь добрался до двигателя.

По спине Чжоу Гунцзиня прошёл холодок. При столкновении с Куробой Мицугу или Накурой Сабуро такого не было. Взрывая машину, Кудо Минору не сомневался ни секунды. Он не только без колебаний целился, но и не боялся задеть прохожих. Правда, прохожих не было, как и других автомобилей. Однако Чжоу видел, что парня никогда по-настоящему не заботило окружение. Его небесная красота прекрасно подходила такой беспощадности, так что обычным людям Минору казался непостижимым.

Чжоу достал артефакт и прицелился в Минору. Это было не химическое образование, а гэндзю. Чжоу осознавал, что против такого противника должен использовать сильнейшую технику.

Материализовался однорогий чёрный зверь и побежал в сторону Минору на скорости, за которой не уследить обычному человеку. Минору не уклонился, чёрный зверь его пронзил... и прошёл сквозь него.

— Маскировка!

Чжоу Гунцзинь узнал эту магию. Это был «Парад», козырная карта семьи Кудо. Он не только скрывал настоящее положение Минору, но и изменял информацию о положении в Эйдосе. Чжоу решил бежать. Он осознал, что не сможет пробиться через «Парад». Он понял это, лишь раз увидев технику Минору.

Минору направил на Чжоу правую руку. Однако молния ударила на метр правее. Минору по-детски качнул головой. Выражение на его лице было не человеческим, а, скорее, ангельским. Словно образ ангела с безжалостной улыбкой.

Рядом с Чжоу Гунцзинем снова ударили молнии. Минору не промахнулся. Чжоу применил Кимон Тонко, чтобы повлиять на его прицеливание. Однако единственным, кто испытывал ужас, оставался Чжоу. Он собирался сбить прицел Минору на девяносто градусов. Однако Минору постоянно его находил, и прицел сбивался лишь на тридцать.

Чжоу призвал всех оставшихся в артефакте зверей, в то же время доставая чёрный носовой платок и разворачивая перед собой. Все звери просто проскальзывали через фигуру Минору. Чёрный носовой платок упал на землю.

Минору смотрел вниз по течению реки Удзи, улыбаясь без злобы. Его глаза, смотревшие на Эйдос, не теряли из виду тень Чжоу, его тень без силуэта. Чжоу бежал на скорости сорок-пятьдесят километров в час вдоль реки Удзи. Это была популярная техника Суйкодэн под названием «Синкохо». Он бежал назад к базе, но собирался в середине спуститься к нижней стороне моста и перебраться на другой берег.

Но вдруг перед глазами появился противник. Девушка не прыгнула со стороны дороги, а материализовалась прямо в воздухе.

— Ложная телепортация?!

Об этой технике он узнал, получив способного на неё Паразита. Однако уровень того был намного ниже, чем у неё.

Девушка с собранными в пучок волосами появилась без предупреждения и, подобрав подол платья, ударила кастетом. Расстояние было слишком большим, однако Чжоу почувствовал такой сильный толчок в правую ногу, что она подкосилась. Не теряя времени, он расправил белый носовой платок, достаточно большой, чтобы скрыть человека. Закрывшись, Чжоу нажал на аккупунктурную точку, пытаясь уменьшить боль в правой ноге. Боль не исчезла, но он уверил себя, что это просто иллюзия.

Он достал последний артефакт, который держал в нагрудном кармане. Когда ткань, закрывающая поле зрения, упала, девушка уже исчезла. На её месте оказался знакомый парень с красным CAD в руке.

— Итидзё Масаки!

— Давно не виделись, Чжоу Гунцзинь. Тебе удалось провести меня в прошлый раз.

Чжоу попытался спрыгнуть с моста. Однако в это мгновение речная вода взорвалась, разбрызгиваясь во все стороны.

— Прыгать в воду перед лицом «Разрыва» семьи Итидзё — всё равно что бросаться в гору бомб.

Услышав позади голос, Чжоу Гунцзинь обернулся.

— Шиба Тацуя... — и активировал свою лучшую технику, Кимон Тонко. Он попытался убежать, проскользнув мимо Тацуи. Однако прямо перед его глазами Тацуя ударил ребром ладони. Чжоу Гунцзинь знал — демонический клинок так остр, что может прорезать даже сталь. Вынужденно отступив на шаг, он снова оказался зажат между Тацуей и Масаки. — Почему моё Кимон Тонко не работает на тебе? — Чжоу продолжал улыбаться.

«Это обманка?»

Масаки не понимал его настоящие намерения. Тацую же они вовсе не заботили.

— Что за удивительная техника, Кимон Тонко. Я слышал, что она может сбоить на близкой дистанции, но твоя работает идеально. Я не знал, что ты собирался проскользнуть мимо меня.

— Не понимаю... Почему ты тогда только что приготовился атаковать?

На устах Тацуи расцвела улыбка. По сути, она была такой же, как у Чжоу, но не настолько красивой. В ней не было никаких чувств. Напускная улыбка.

— Я не знаю, где находишься ты. Однако знаю, где находится кровь Накуры Сабуро, которая сейчас внутри тебя.

От удивления глаза Чжоу широко распахнулись.У Масаки появилось впечатление, что он впервые видит истинное лицо не имеющего возраста даосского волшебника.

— Кровь Накуры Сабуро... с того времени?

— Тебя ведь пронзили кровяные иглы? Обычно инородные элементы исчезают из тела в течение двух недель. Похоже, эти содержат довольно сильное желание.

— Желание? Я полагал, что это понятие откинули в современной магии.

— Что бы ты ни думал, что существует, то существует. И наоборот.

— Есть вещи, которые существуют неоправданно.

Тацуя направил на Чжоу свой серебряный CAD.

— Можешь продолжить лекцию в тюрьме. Хотя они могут и не дать тебе достаточно времени.

— Меня всё равно убьют, да?

— Это решаю не я.

— Другими словами, просить сохранить мне жизнь бесполезно?

Тацуя не ответил на это.

— Пока в тебе кровь Накуры Сабуро, ты не убежишь.

Но предъявил ультиматум.

— Вот как... — Чжоу вздохнул, принимая судьбу.

В следующее мгновение он прыгнул в сторону Масаки. Синкохо не связано с мускулами ног. Пока ноги есть, пусть даже онемевшие, магия будет работать. Масаки этого не знал и не ожидал случившегося. Так что его подготовленность, скорее всего, оказалась лишь удачным совпадением.

Когда Чжоу Гунцзинь кинулся к нему, Масаки нажал на спусковой крючок красного CAD. «Разрыв» активировался почти мгновенно. Это была улучшенная техника, испаряющая кровь не из всего тела, а лишь из его части. Обе ноги Чжоу Гунцзиня разорвались изнутри. Синкохо отменилось, и Чжоу упал на землю.

— Это конец, — Масаки, по-прежнему готовый применить CAD, призвал противника сдаться.

Чжоу Гунцзинь сразу же попытался поднялся. Гордость не позволяла ему жалко лежать на земле.

— Да, это конец. — Чжоу медленно поднимался, хотя ноги ниже колен не должны были двигаться. Это движение даже выглядело страшно. — Но вы меня не поймаете. — Чжоу скрыл лицо за улыбкой. Улыбкой, похожей на маску. — Я не погибну. Даже если я умру, моя сущность восторжествует!

— Итидзё, назад! — прокричав, Тацуя отпрыгнул.

Итидзё тоже решил убраться подальше.

В следующую секунду из тела Чжоу во все стороны фонтаном брызнула кровь, красная кровь, которая превратилась в красное пламя.

— Ха-ха-ха-ха-ха-ха-ха... — за пламенем последовал бесконечный смех. Это продолжалось до тех пор, пока огонь не погас. Не осталось даже костей.

— Чжоу Гунцзинь на самом деле умер? — Масаки был поражён. Закат превращался в ночь, начинали сиять звезды.

— Нет признаков того, что он куда-то сбежал. Он, без сомнений, умер в том огне. — Тацуя смотрел не на Масаки, а в сторону реки Удзи.

Масаки испытывал такое же чувство, он ответил: «Понятно». Но не спросил, как Тацуя это узнал.

— На этом дело йокогамского инцидента закрыто?

— Да.

— Понятно... это может быть опасно.

— Что? — спросил Тацуя. Поскольку Масаки больше ничего не сказал, даже Тацуя не мог его понять. Масаки повернулся к Тацуе:

— Военными манипулировали, они даже вывели танки. Это может вызвать волнения.

— Они уже использовали заметную магию. Они уже в состоянии волнения.

Масаки рассмеялся серьезному ответу Тацуи:

— Тогда, раз мы сумели взять положение под контроль прежде, чем волнения распространились, можем мы сказать себе «хорошая работа»?

— Можно взглянуть на это и так, — Тацуя тоже громко рассмеялся.

Одинокий осенний ветер унёс их смех.

— Тацуя-ниисан, спасибо за тяжёлый труд.

Когда Тацуя приехал на мотоцикле в гостиницу, то увидел, что Фумия и Аяко уже вернулись.

— Фумия, Аяко, вам тоже спасибо за тяжелый труд. Я смог его остановить благодаря вашей изумительной комбинации.

Близнецы смущённо отвернулись.

— Кстати, Тацуя-сан, как ты вычислил местоположение того человека? Мы потеряли его из виду, хоть и гнались на машине, — Аяко и вправду смутилась, она не смотрела Тацуе в глаза, когда задавала вопрос.

— Благодаря упрямству одного волшебника, который загнал его в угол даже после смерти...

— ? — Аяко озадаченно посмотрела на него. Фумия поднял взгляд и с любопытством склонил голову набок.

— Я всё ещё не знаю, как это случилось. Я расскажу вам больше, когда выясню.

Тацуя вошёл в комнату, которая находилась рядом с той, которую использовали близнецы. Ранее он оставил тут свою одежду. Не став закрывать дверь и начав переодеваться, Тацуя заговорил с Фумией:

— Фумия, почему бы тебе не доложить Хаяме, что миссия выполнена. Мне ещё предстоит со многим разобраться.

— Хорошо. Оставь это мне.

Переодевшись, Тацуя вышел.

— Я на тебя рассчитываю, — сказал он на прощанье и вскоре покинул гостиницу.


Горячие клавиши:

Предыдущая часть

Следующая часть