2
1
  1. Ранобэ
  2. [18+] Чистая любовь и Жажда Мести
  3. Общая выкладка

Глава 483 - Восстановление.

Изображение пропало.

Марго-сан выключила питание?

— Итак.

Марго-сан открывает дверь.

— Я выключила монитор, вы можете войти.

Там стоят Нэи и Мегу, которые говорили, что будут в другой комнате.

— Мне кажется я всё ещё беспокоюсь за Йо-тян.

Они ждали меня в коридоре?

Марго-сан приглашает их, и они входят обратно.

— Я тоже, я больше не хочу видеть то, что там происходит. Хватит. Продолжать это смотреть бессмысленно. Дальнейший просмотр принесёт только печаль и мрак.

Сказала Марго-сан.

После этого они будут бесконечно мучить Ширасаки Сусуке.

Это не закончится отрезанными руками и языком.

— Это неизбежно. Если бы Ширасаки Сусуке сказал: «Это моя вина. Простите меня», если бы он только извинился, то всё могло закончиться иначе.

Сказала Марго-сан.

— Хотя они говорили перед камерой о том, что наказание для Ширасаки Сусуке неминуемо. Минахо и Кёко-сан на самом деле приготовили довольно многое.

А?

— Это линчевание в конце концов. Это не будет наказанием в соответствии с законами, как после реального зала суда.

Мне кажется, что я слышал об этом ещё до того, как началась месть.

— Я хочу прояснить ситуацию, Минахо только что сказала: «у нас есть гордость проституток», она сделала чёткий вывод, но она вообще не верит в это.

Марго-сан смотрит на нас.

С серьёзным взглядом.

— Я не думаю, что Шоу-онээсан знает, но все остальные знают Ивакура Юкийо, да? Были девушки, как она, у которых нет гордости, проститутки, которые просто говорят, что им нравится аморальный секс. Проститутки тоже переходили на сторону Ширасаки Сусуке. Не у всех дам особняка одинаковое мнение.

Это правда.

Не все согласны с идеями Минахо-нээсан.

— Твоё мнение: Те, у кого была воля к жизни, те, кто имел решимость, чтобы стать проституткой и выжить» слишком идеальное. Даже если у них есть решимость, есть те, кто просто выжил, потому что у них сильная воля.

Ивакура-сан определённо такая.

Её энергии и ресурсов более чем достаточно.

Тем не менее, она не думает слишком глубоко.

Она просто позволяла своим эмоциям совершать непредсказуемые действия.

— Но видишь ли, если ты говоришь о гордости проституток таким девушкам, как Ивакура-сан, они чувствуют, что ими восхищаются, что их заметили, они чувствуют себя лучше от этого. Поэтому, если ты скажешь: «Юкино-сан не стала проституткой, но мы стали проститутками по собственной воле», тогда…

Да.

Правда.

— Если бы они могли смотреть свысока на дочь Ширасаки Сусуке, Юкино-сан, им стало бы лучше, не так ли? Вот почему они сохранили Юкино-сан жизнь.

Она будет объектом для бывших проституток, чтобы смотреть на неё свысока.

— В этой ситуации у Минахо-нээсан был только один способ спасти Юкино-сан.

Заявляет Марго-сан.

— То есть Минахо-нээсан намерено сделала это с целью спасти Юкино?

Спросил я. Марго-сан:

— Конечно, это не только для Юкино-сан. После этого родилась концепция «гордости проститутки», и тогда, пока над этой идеей будут смеяться, Ивакура-сан будет трудно быть эгоистичной в будущем. Если она сделает что-то грубое, Минахо будет ругать её: ты потеряла свою гордость, как проститутка? Тогда ты такая же, как Юкино-сан.»

Взгляд свысока на Юкино означает, что Ивакура-сан и её приближённые не будут вести себя опрометчиво.

Чтобы продолжать напоминать об этом, Минахо-нээсан.

— Ну, она убила двух зайцев одним выстрелом и при этом обрекла Юкино. Но взамен казнь Ширасаки будет намного хуже.

Марго-сан?

— Кёко-сан и Минахо должны зайти так далеко, чтобы вызвать в их сердцах всепоглощающий страх, чтобы Ивакура-сан и другие не решились пойти против них.

Мы раскрыли рты.

— Изначально Минахо не планировала убивать Ширасаки Сусуке. Кёко-сан изувечила лицо Ширасаки Сусуке так, что его больше не узнать, и jна ведь реально это сделала, не так ли? План состоял в том, чтобы выбросить его в закоулке для бездомных в Осаке вместе с удостоверением личности другого человека. Затем ему дадут только 300 йен.

Чужие документы? Бездомные?

Марго-сан достаёт документы из своего кармана.

— Момияма Момизу, 48 лет. Адрес неизвестен. Безработный. После окончания средней школы работал в салоне пачинко. В возрасте 21, 29, 32 и 44 он был арестован за нападения на женщин и четыре раза отсидел в тюрьме. У него нет кровных родственников. Мы тайно сделали вымышленные записи в семейном реестре.

Что это значит?

— Мы хотим сделать так, чтобы Ширасаки Сусуке жил под именем Момияма Момизу до конца своей жизни.

— Это наказание?

Спрашивает Мегу.

— С самого рождения Ширасаки Сусуке делал всё, что хотел, с помощью власти дома Ширасаки. Он жил, глядя свысока на других. Он никогда не испытывал проблем с деньгами. Он никогда не подрабатывал в школьные годы. Единственное рабочее место, это компания семьи.

Да, он директор крупной рекламной компании.

— Мужчина, который прожил такую хорошую жизнь, внезапно оказался выброшен на улицу, где никто не поможет ему, кроме того, его выкинут к бездомным, как думаешь, что произойдёт?

Он явно не поладит с другими бездомными.

— Его адрес неизвестен, он безработный, я не думаю, что он будет в состоянии найти для себя работу. Он вряд ли сможет заниматься физическим трудом.

Он работал только в элитной компании.

40-летний бездомный не может взяться за работу так просто.

— Кроме того, если полиция посмотрит на его удостоверение личности, то они поймут лишь то, что он сексуальный преступник, и вернут его в тюрьму. Никто не захочет помочь ему, ты так не думаешь?

Верно.

— Минахо хочет, чтобы Ширасаки Сусуке прочувствовал вкус жизни на самом дне. Вкус пота и слёз.

Сказала Марго-сан. Мисузу:

— Но если Ширасаки Сусуке-сан будет утверждать, что он не Момияма Момизу, а Ширасаки Сусуке, то что случится? Что, если он назовёт своё имя полиции?

Марго-сан смеётся.

— В этом случае дом Ширасаки убьёт его. Или, может быть, один из его бывших подельников наймёт убийцу.

Если они обнаружат, что Ширасаки Сусуке живёт, как бездомный, это будет позор для клана Ширасаки. Банда, которая ненавидит Ширасаки Сусуке, может послать наёмного убийцу.

— Это определённо должно случиться. Такой человек, как Ширасаки Сусуке, не сможет прятаться, как бездомный, не вытерпит этого. Он не сможет выдержать жизнь в самом низу, это всего лишь вопрос времени, когда он прокричит о своей личности. Более от него ничего и не потребуется, другие люди придут, чтобы убить его.

Понятно.

— Нет, Минахо хочет, чтобы Ширасаки Сусуке пережил жизнь на дне ада, даже если это продлится недолго до его смерти. Несчастный, жалкий, голодный, живущий в одиночестве.

Да, этот план куда более суров, чем просто убийство.

— Но мы больше не можем этого делать. Мы должны показать кровь, чтобы наслать сильный ужас на Ивакура-сан и других.

Поэтому они не пойдут против Минахо-нээсан, не объединятся с бандами, чтобы возобновить бизнес на проституции.

Они должны запечатлеть в них страх.

— Для Юкино-сан тоже.

А, Юкино?

— Юкино-сан будет рада думать, что её жизнь спасена, глядя на кровь её отца.

Сказала Марго-сан.

Ох, Юкино – девочка, которая забывает обо всём, как только опасность минует её.

Если она не увидит крови, то вскоре забудет, что была спасена в последний момент.

— В конце концов, Куромори-сан не обязана быть доброй ко всем.

Шоу-онээсан говорит о Минахо-нээсан.

— Она сдерживает свои эмоции и делает наиболее подходящий выбор, чувствуя атмосферу этого места.

— Что это значит?

Я не понимаю.

— Например, Юкино-сан и Мана-сан – обе дочери Ширасаки Сусуке, но при этом Мана-сан невинная, а Юкино-сан виновная. Если подумать об этом, как-то странно получается, не правда ли?

Это так, но.

— Да, это двойные стандарты. Но это нормально. В конце концов, это нечестное наказание.

Наказание.

— Мана отчаянно склонила голову в этой атмосфере, она показала, что действительно любит, и бывшие проститутки почувствовали: «Я хочу её спасти», атмосфера изменилась благодаря этому. Поэтому она освободилась. Куромори-сан изо всех сил старалась создать эту атмосферу, ты знаешь? Она упорно работала в этом направлении.

Да.

Правда, это так.

— Потому что атмосфера была: «Я хочу спасти её», Мана-сан была спасена. Кроме того, это было решино единогласно среди всех бывших проституток, поэтому не должно быть проблем в будущем.

Это определённо правда.

— Но в случае с Юкино-сан, пусть к тебе пришла и такая мысль, что есть шанс на её спасение, если Юкино-сан сама станет проституткой, сделав себя такой же, как другие, однако…

Юкино…

— Эта девочка даже не смогла стать проституткой. Она сделала свои эмоции приоритетными. Она лишь вызвала антипатию у бывших проституток.

Шоу-онээсан рассуждает.

— В этом состоянии, даже если бы ты смог заняться сексом с Юкино-сан, я думаю, отталкивающая атмосфера для девушек не изменилась бы. Они задались бы вопросом, была ли это проституция.

Да.

Дамы не пощадили бы Юкино.

— Пусть мы и обсуждаем уже прошедшие события, хорошо, что ты не занялся сексом с Юкино-сан. Это правильно. Это создало некий хаос в атмосфере.

А?

— Мы использовали этот шанс, чтобы вломиться в комнату. Если бы атмосфера была другой, мы бы не смогли войти. Мысль о мести глубоко укоренилась в разумах бывших проституток. В другой ситуации они бы не приняли чужаков, пожелавших вмешаться.

Сказала Шоу-онээсан. Нэи и Мисузу кивают.

— Это правда! Мы посторонние, которые не имеют отношения к мести, мы хотели лишь защитить Йо-тян и показать, что мы не против этой мести, поэтому мы вломились в комнату!

Сказала Нэи.

— Да, Нэи-онээсан отлично постаралась.

У Мисузу серьёзное лицо.

— Потому что Нэи кричала там с сильным напряжением, нет, конечно, большинство бывших проституток, смотрящих трансляцию, не знали почему Нэи была так зла. Но этим вторжением мы охладили вскипевшую атмосферу того места.

Шоу-онээсан?

— Да, Сенсей смогда сменить тему на «Юкино-сан не может быть проституткой»

Нэи.

— Разве это не хорошо, Данна-сама? Юкино-сан не умрёт.

Мисузу.

— Разве всё это не было фарсом, Минахо-нээсан и Нэи-онээсан тоже?

Мегу удивлена.

— Нет. Мегуми. Ты не понимаешь.

Нэи вздыхает.

— Понимаешь. О чём ты думала, когда Юкино-сан и Йо-тян боролись друг с другом, пытаясь заняться сексом?

Спрашивает Нэи. Мисузу:

— Я ненавидела это. Мне не понравилось это зрелище.

— А? Почему?

Нэи продолжает спрашивать.

— Потому что всякий раз, когда Йоши-кун разговаривает с Юкино, они оба выглядят обыденно, они не сдерживаются друг с другом, как будто они относительно ладят.

Мегу.

— Йоши-кун всегда внимателен к нам, это делает меня счастливой, но я ревную к Юкино. Юкино открывается только для Йоши-куна, а Йоши-кун её принимает.

— Мегуми, ты сестра Юкино-сан, вы одного возраста, и ты всегда смотрела на неё снизу, так что тебе не понять.

— Что?

Мегу удивлена.

— Это совершенно не так!

А?

— Юкино-сан самонадеянно полагается на Йо-тян. Даже когда она открылась Йо-тян, она была убеждена, что Йо-тян испортит её.

— Я знаю, но.

— Нет, ты не понимаешь это, Мегуми. Юкино-сан зависит от него лишь односторонне. Кроме того.

Мисузу вступает в разговор.

— У Юкино-сан нет романтических чувств к Данна-сама. Она заявила это.

Романтические чувства.

— Мегуми, попробуй сопоставить всё это в голове и подумай. Она девочка, которую он любил когда-то, нет, возможно Йо-тян всё ещё любит её, такую вот девочку.

Нэи смотрит на Мегу.

— «Я могу зависеть от тебя во всём, я могу самоуверенно относиться к тебе, а ты делаешь всё, о чём я прошу, для моего удобства. Но я не люблю таких, как ты. Я не думаю, что у меня когда-нибудь появятся романтические чувства к тебе, даже если ты перевернёшь мир.» Если бы она сказала это, то что бы случилось по твоему мнению.

— Юкино-сан простодушна и безразлична, она вполне могла бы такое сказать. Она постоянно делает это с Данна-сама.

Сказала Мисузу.

— Затем: «Страшные люди сказали мне заняться с тобой сексом, иначе я умру, так что давай сделаем это. Мы ладим только во время секса, да? Хотя ты мне совсем не нравишься.» Так говорила Юкино-сан.

— А потом Юкино-сан.

— «Мне дали указание стать проституткой, поэтому я скажу, что ты мне нравишься. Но это ложь, так что не воспринимай серьёзно». Она сделала несколько ненужных комментариев.

— Мне жаль Данна-сама.

— Да. Йо-тян бы никогда не возбудился от такой женщины! Она просто дура!!

Нэи!

— Она так сильно ранила сердце Йо-тян и всё же, Йо-тян так старался, чтобы возбудиться ради спасения Юкино-сан.

— Это так!!

Нэи и Мисузу поняли это так?

— Да, если бы ты заставил себя заняться с ней сексом, твоё сердце было бы разбито. Даже если бы ты спас Юкино-сан, она бы лишь растоптала твоё сердце.

Сказала Шоу-онээсан.

— Вот почему вы вломились.

Прошептала Нагиса, которая всё это время молчала.

— Да. Суть в атмосфере. Кацу-нээ и Нагиса-сан, которые были проститутками, не сделали бы этого, да? Люди, которые ослеплены местью, не могут позволить себе думать о сердце Йо-тян!

Сказала Нэи.

— Ширасаки Юкино просто издевалась над тобой.

Ох.

— Если она могла сказать такую дерьмовую ложь, как «Я люблю тебя», то она могла бы ответить: «Если друзья, то ладно», когда Йо-тян попросил её: «Я хочу быть друзьями»!!!

— Да, но она ответила: «Мы не можем быть друзьями», и всё равно после этого сказала: «Давай займёмся сексом». Она просто издевается над Данна-сама!!

Понятно.

Я.

Вот почему я не смог возбудиться.

Я бы в любом случае не возбудился.

Я знаю, что Юкино никогда меня не полюбит.

Я знаю, что мы даже друзьями не станем.

И всё же.

Я хотел помочь Юкино.

Я отчаянно пытался возбудиться.

— Эта девочка думает, что ты обязан ей помогать. Она растоптала твоё доброе сердце.

Шоу-онээсан.

— Вот-вот, она могла бы проявить хоть немного дружелюбия к Йо-тян. Даже если это ложь, она могла бы сказать, что они могут стать друзьями!

Нэи.

— Человек с таким сердцем просто разобьёт сердце Данна-сама, если Данна-сама заставит себя заняться с ней сексом. Данна-сама не должен испытать такой горький опыт.

Мисузу.

— Ахаха, понятно, я поняла сейчас.

Я ничего не могу сделать, только немного посмеяться.

Нэи крепко держит меня за руку.

— Йо-тян, твоё сердце не должно разбиться. Ты знаешь это. У Йо-тян теперь есть семья, которую ты должен защищать.

— Да, я знаю это. Я знаю это, но всё же!!

— Ничего не поделать, мальчики не хотят, чтобы их ненавидели те, кого они любили раньше.

Сказала Шоу-онээсан.

— Как и сказал Отоку-сан. В его случае, однако, я думаю, что это мальчик, который ему нравился. Он упомянул: «Привязанности будут сохраняться несмотря ни на что»

Моя давняя привязанность к Юкино.

— Поэтому мы насильно забрали Йо-тян у этой дуры!!

— Да, это правильно!

Мисузу и Шоу-онээсан обнимают меня с тех пор, как они вломились в комнату.

Они закрыли мне глаза своими руками, чтобы я не видел Юкино.

— Мы не отдадим Йо-тян этой девочке. Йо-тян наш!

Нэи держит меня за руку. Крепко.

— Понимаю, вы больше не могли этого выносить.

Говорит Нагиса им.

— Минахо-сан приняла твоё «похищение», потому что она понимает твои чувства. К тому же…

Нагиса смотрит на меня.

— Она знает твои чувства, поэтому она пыталась как-то манипулировать логикой, чтобы спасти жизнь Юкино-сан.

Логика.

— «Юкино-сан – женщина, которая не может быть проституткой, поэтому она ниже нас. Она не заслуживает смерти. Над ней будут смеяться, потому что она не сможет заниматься сексом до конца своей жизни, так что мы не убьём её.» Эта логика ослабила изжогу у бывших проституток.

Сказала Шоу-онээсан.

— Но этого недостаточно, желание отомстить ещё не полностью исполнено, поэтому первоначальный план изменился, они будут ужасно мучить Ширасаки Сусуке.

Сказала Марго-сан, глядя на фальшивое удостоверение личности, которое больше не пригодится.

— Показывая кровь и стоны, они удовлетворят жажду мести девушек. Ради этого они будут мучить Ширасаки Сусуке на глазах Юкино, она будет рыдать.

Ох.

Я взвалил такой тяжёлый груз на плечи Минахо-нээсан.

— Только что они освободились от жёсткого самоконтроля, поэтому нас выпроводили. Вот почему нам не стоит находиться в комнате. Нам больше не нужно на это смотреть.

Сейчас в той комнате Минахо-нээсан, Кёко-сан и Кацуко превратились в демонов.

Они устроят ад на земле для Ширасаки Сусуке.

Юкино будет смотреть на своего отца и плакать.

— Я подожду здесь, пока всё не закончится.

Сказала Марго-сан.

— Тогда я тоже.

Сказал я. Марго-сан:

— У тебя есть дела, которые нужно сделать.

Я должен сделать.

— У тебя есть семья.

Марго-сан смотрит на меня.

Она права. Я:

— Я обещал принять ванну с Мао-тян.

— Тогда давайте возьмём Агнес, и все вместе примем ванну.

Сказала Нэи.

— Мы должны отвезти Агнес к Икеда-сенсей, не так ли?

— Тогда я приготовлю свою машину.

Ответила Нагиса.

— Но я думаю, что принять ванну сначала, это хорошая идея.

— Ты права, Нагиса-сан. Тогда я приготовлю большую ванну!

Нэи улыбается.

— Йо-тян, сходи проведай Агнес, а заодно Мана.

— Да, Нээ-сан.

— Я сделаю что-нибудь покушать.

Сказала Мегу.

— Мы до сих пор не поужинали.

Кстати говоря, сегодня я съел только бутерброд и несколько закусок.

Я не ел здоровую пищу сегодня.

— Тогда пойдём на кухню.

Нагиса говорит Мегу.

— Мне пойти с вами?

Сказала Мисузу. Нэи:

— А, Мисузу, иди к Мичи. Ты, конечно, можешь смотреть за ними на мониторе, но она наверняка утомилась от игр с Эдди.

— Ах, да.

— Тогда давайте соберём их всех в ванной.

Сказал я.

— Все, кроме кухонного отряда, идут в ванную, хорошо.

Шоу-онээсан.

— Эмм, я тоже иду в ванную?

— Ах, если не хочешь, то не страшно.

— Нет, дело не в этом.

Все собираются принять ванну.

— Хорошо, тогда вперёд.

Мы выходим из комнаты по команде Нэи.

— Марго-сан, пожалуйста, позаботься о Минахо-нээсан и остальных.

— Хорошо, я прослежу за ними, включая Юкино-сан.

Сказала мне Марго-сан.

◇ ◇ ◇

Пройдя по коридору, Нэи:

— Йо-тян.

Она обнимает меня, а затем целует.

— Йо-тян, у тебя есть мы. Всё хорошо. Я люблю тебя. Не забывай обо мне.

— Нээ-сан.

Я тоже обнимаю и целую Нэи.

Тело Нэи тёплое.

Я чувствую аромат её кожи.

Я чувствую тело Нэи всеми своими пятью чувствами.

— Да, Нээ-сан, я помню это.

Ко мне возвращаются воспоминания, как мы занимались любовью.

— Я тоже. Я люблю тебя. Я люблю тебя. Я люблю тебя. Это важно, поэтому я сказала три раза. Пожалуйста, не забывай о Мисузу тоже.

Затем Мисузу целует меня.

Ох, понятно.

Из-за этой привязанности к Юкино…

Все немного беспокоились.

Они обнимают и целуют меня, чтобы вернуть моё сердце им.

— Мисузу.

Молодое тело Мисузу.

Я чувствую запах её волос на кончике своего носа.

— Мисузу, ты всегда пользуешься этим шампунем.

— Тебе не нравится?

— Мне нравится, он пахнет как Мисузу.

— Да, Мисузу для Данна-сама.

Затем Нагиса встаёт передо мной.

— Я тоже, я люблю тебя. Я люблю тебя, я люблю тебя. Я хочу ребёнка от тебя, я хочу, чтобы ты сделал меня матерью. Не забывай обо мне.

Роскошное тело Нэи обнимает меня.

Я чувствую её пухлые губы.

Кожа Нагисы пахнет взрослой женщиной.

Она пахнет, как мать.

— Ээ, я.

Шоу-онээсан застеснялась.

— Мне уже всё равно! Я тоже люблю тебя!! Помни об этом!!

Она обнимает меня, затем целует.

Я

— Шоу-онээсан, ещё раз.

— А?

— Я хочу почувствовать тепло Шоу-онээсан.

— Хорошо.

Мы снова обнимаемся.

Наши губы соприкасаются.

— Да, я запомню это. Это Шоу-онээсан.

Она выше меня. Её тело плотное.

Но пахнет хорошо.

Это запах трудолюбивой женщины.

— Не забывай это.

Шоу-онээсан улыбается.

— Мегу.

Наконец я обращаюсь к Мегу.

— Йоши-кун.

Лицо Мегу мрачное.

Я знаю причину.

— Мегу, ты слишком много думаешь.

— А?

— Я возбужусь для Мегу.

Я не возбудился от Мегу, но

— Я возбужусь от запаха Мегу!

— Йоши-кун.

Мегу бросается мне на грудь.

— Я люблю тебя, я не могу быть спокойным с тобой.

— Ох, прости, Йоши-кун, мне жаль.

Мы целуемся.

У Мегу высокая и стройная фигура.

Её грудь маленькая, но упругая и приятная на ощупь.

Кожа Мегу пахнет солнцем.

На её коже здоровый загар.

— Йоши-кун, я тоже.

Мегу улыбается.

— Я намокла от одних объятий.

Смеётся. Мегу смеётся.

— Ну, ещё бы. Мы ведь любим друг друга, как ни крути!

— Да. Я люблю тебя. Я люблю тебя, Йоши-кун!