1
  1. Ранобэ
  2. Стать сильнее. Новая Сага
  3. Том 3

Глава 13

На следующий день состоялось восемь боёв второго раунда турнира боевых искусств. Кайл, Серан, а также Лейла, естественно, выиграли и прошли дальше.

— Но всё же, хоть почти все фавориты и повылетали, турнир довольно оживлённый.

На тренировочной площадке стадиона Серан заговорил с Кайлом, вспоминая сегодняшние поединки.

Даже сегодня Лейлу поддерживали столь громко, что уши болели. Всё из-за её ошеломительной популярности.

— Так мать действительно знаменита…

— В Римазе от неё исходит лишь впечатление простого пугающего мастера.

Вспомнив Лейлу в их родном городе, Кайл тоже выглядел удивлённым.

— И, ты придумал какие-нибудь контрмеры против неё?

На вопрос Серан Кайл лишь медленно покачал головой.

Для Кайла Лейла мастер, а также практически часть семьи, поэтому он очень хорошо её знает. В то же время и она знает о нём почти всё, а значит непродуманные уловки с ней не сработают.

— Вот как, ну, постарайся.

— Легко говорить, когда самому драться не придётся.

Кайл обиженно взглянул на него.

— Забудь, ты сам выбрал этот путь… Ладно, забудем об этом, так нормально?

То, о чём беспокоился Серан, полуфинальный поединок с Кайлом, в котором они должны выложиться на полную. Они пришли на тренировочную площадку, чтобы обсудить поединок, который обманет Лейлу, и решали, каким образом пройдёт поединок и как Кайл победит.

— Далеко, так что не думаю, что она нас раскроет…

— Лучше уж… нет, всё-таки стоит притвориться больным…

Серан тоже погрузился в мысли и с серьёзным лицом о чём-то размышлял.




По окончанию обсуждения Серан ушёл первым, чтобы присоединиться к Лиз и остальным, а Кайл остался один, раздумывая над контрмерами.

Он встал в центр тренировочной площадки и начал тренироваться, используя магию иллюзий и гипноза, технику, называемую Гентохо.

Закрыв глаза и сконцентрировавшись, через какое-то время он увидел иллюзию Лейлы. Эта иллюзия обладала неотличимым от реального обликом и глядела на Кайла со своей как обычно дерзкой и уверенной улыбкой.

Будь это кто-то другой, он бы сразу же атаковал, но сейчас не мог сделать первый шаг.

Ему доводилось сражаться с демонами, которые превосходили её с точки зрения силы, и даже сражаясь против Короля Демонов он не чувствовал страха. Но когда дело доходит до Лейлы, он никак не мог представить себя побеждающим.

— Чёрт, мастер действительно проблемная…

Рассеяв концентрацию, он избавился от иллюзии Лейлы.

— Нет… проблема во мне?

Кайл самоуничижительно рассмеялся.

Он много раз сражался против неё, но если подумать, то он никак не мог вспомнить, чтобы атаковал сам. Сражения всегда начинались с нападения Лейлы, давящей и заставляющей его обороняться, и заканчивались поражением.

В плане способностей она не та, кого нельзя одолеть. Это определённо именно так, но дело в том, что в любом случае проявляется робость.

И когда Кайл обхватил свою голову руками, кто-то вошёл на площадку, которую во время турнира могут использовать лишь его участники.

Это был ящеролюд.

Внешне его раса напоминает большую прямоходящую ящерицу. Даже на континенте они национальное меньшинство, проживающее лишь на юге. Хоть шансы и малы, но в империи, где смешались многие расы, их встретить возможно.

К правой ноге вошедшего ящера было прикреплено металлическое кольцо. Прикреплено так, чтобы оно бросалось в глаза.

Знак раба… так он из военных рабов?

В империи Галган принято рабство. Есть денежные рабы, ставшие таковыми из-за денежных задолженностей, военные рабы — военнопленные, за которых не смогли выплатить выкуп, и рабы-преступники, нарушившие закон.

В прежние времена существовала так называемая система вечной преемственности: дети рабов сами становились рабами. Но сейчас рабство всегда затрагивает одно поколение и имеет фиксированный временной срок.

Поскольку империя вторглась на юг континента, то он, вероятно, является военным рабом, которого привезли оттуда.

И одна из работ, которую мог выбрать раб, — быть гладиатором. Способные сражаться часто желают выбрать этот путь.

Естественно, существует риск расстаться с жизнью, но если быть успешным, то есть возможность быстро освободиться и даже заполучить богатство и славу.

Кроме того, ящеролюды настолько храбры, что их называют расой прирождённых воинов, поэтому они идеальные гладиаторы.

Это определённо Голдар…

Кайл вспомнил его. Он единственный ящеролюд, участвующий в турнире, и самое главное противник Кайла в третьем раунде.

Голдар, должно быть, тоже заметил Кайла, но совершенно не подавая виду сосредоточенно начал тренироваться с толстым односторонним мечом.

Кайл не хотел его беспокоить, поэтому сразу же попытался уйти, но кое-какое движение привлекло его внимание.

Перед началом тренировки Голдар что-то пробормотал с обращённой к небу правой рукой. И это действо всколыхнуло память Кайла.

В прошлом его товарищ ящеролюд делал то же самое.

— Кажется… Азаул?

Когда Кайл невольно произнёс эти слова, Голдар внезапно замер. А затем мгновенно подбежал к нему.

— Ты с-сейчас-с-с сказал «Аз-заул»?

Голдар уточнил у Кайла со свойственным ящеролюдам стилем речи, когда растягиваются свистящие и шипящие звуки и происходит интонационное повышение на конце предложения.

— Отвечай, откуда ты з-знаеш-шь?

Всё его тело кричало: дашь неверный ответ, пощады не жди.

— А… эм…

Кайл, на которого давило это угрожающее выражение лица, цыкнул про себя от досады.

Снова повторил ту же ошибку… забыл, что у ящеролюдов хороший слух.

Та же ошибка, что и с Урзой, когда потрясённый внезапной встречей он назвал её истинное имя, которое не должно быть известно посторонним.

Совершенно неожиданно, что на таком расстоянии он расслышал бормотание Кайла, но теперь вряд ли получится просто соврать. Поневоле ему пришлось вложить в объяснения немного правды.

— …Знакомый мне ящеролюд делал точно так же. Когда я спросил его об этом, то он объяснил мне, что это молитва богу войны, Азаулу, передающаяся среди ящеролюдов.

«Эта молитва доверена лишь избранным как доказательство прохождения ими испытания племени», — вот что он с гордостью произнёс тогда.

— …Ты знаеш-шь его имя?

— …Нет, он не назвал себя. Мы сражались вместе совсем недолго, так что, должно быть, он тоже не знал моего имени.

На самом деле, естественно, знал, но назови он его здесь, и могли возникнуть проблемы.

— Вот как… хорош-шо. Ес-сли он рассказал эту ис-сторию, то з-значит герой приз-знал тебя. Раз-з так, я тоже приз-знаю.

Кайл не заметил ни малейшего изменения выражения лица ящеролюда, но через некоторое время напряжение исчезло, и более того ощущалась практически дружеская атмосфера.

— …Всё в порядке?

От такого изменения в обстановке он невольно захотел завязать разговор.

— Это молитва, доверенная лиш-шь из-збранным, прош-шедш-шим ис-спытание. Я из-з них, а з-значит — гордос-сть племени.

Его голос звучал поистине горделиво.

— Как тебя з-зовут?

— Кайл, но… ты, наверное, не заметил, что я твой следующий противник?

Ну, я тоже не очень-то различаю лица ящеролюдов, — добавил он про себя.

— Противник… я плохо раз-зличаю человечес-ские лица… но мне повез-зло…

Голдар, казалось, удивился, но тут же радостно засмеялся.

— Кем бы ни был противник, я приложу в бою вс-се с-силы, но раз-з мой с-соперник приз-знан героем, то, похоже, выйдет хорош-шее с-сражение.

Радостно сказав, что будет с нетерпением ждать, Голдар вновь вернулся к тренировке.

— И правда, раса, любящая сражения…

Наблюдая за удаляющейся фигурой, Кайл горько усмехнулся.

Похоже, они живут лишь ради сражений. С одной стороны, их можно назвать бесстрашными, но с другой — попросту безрассудными. Но в предыдущей жизни его товарищ ящеролюд был действительно надёжным, солдатом, которому можно было доверить свою жизнь.

Кайл вспомнил гордого ящеролюда, погибшего не ради себя, а ради товарища. Он хотел когда-нибудь вновь с ним встретиться.




Возвращаясь с арены, Кайл остановился перед собором. Ему вспомнилось неприятное ощущение, которое он почувствовал, придя сюда вместе с Лиз два дня назад.

В тот раз он почти сразу же обнаружил Минаги, поэтому и не стал разбираться в источнике этого чувства. Из-за вчерашнего появления Лейлы пусть уже и не столь сильно, но оно его всё же беспокоило.

— Может, в этот раз попробовать помолиться… за победу над мастером. Хм, когда же я последний раз молился? Похоже, меня всё-таки загнали в угол, — почёсывая голову он вошёл в собор.

В церкви было столь же много людей, как и прежде, но кое-что точно отличалось.

Почему-то было много вооружённых рыцарей, внимательно оглядывающих окрестности. Похоже, в церковь зашёл важный человек. И тем, кто вскоре в сопровождении нескольких священников вышел из внутренней части церкви, оказался второй принц Конрад.

В тот самый момент, когда он встретился с Кайлом взглядом, Конрад нахмурился.

— И что ты здесь забыл?

Кайл был удивлён плохому настроению Конрада, но поклонившись и поприветствовав его, чтобы не быть грубым, равнодушно объяснил.

— Я тоже верующий Кайрис, поэтому пришёл помолиться за будущие победы.

— …Хм, ладно. В тот раз нам помешали, но у меня к тебе разговор. Послушай, ты…

— Конрад-сама, стоит ли сейчас разговаривать?

Один из священников, стоявших за спиной, остановил принца, когда тот пытался заговорить.

Ему было где-то тридцать с половиной лет. На лице у него была спокойная добрая улыбка, как и положено духовному лицу.

— Бареру! Не мешай мне!

От угрожающего вида Конрада на лице священника, которого назвали Бареру, появилось извиняющееся выражение лица, но хоть он и не должен был, но осмелился сказать.

— Прошу меня простить. Но Эльдранд-сама ожидает вас во дворце.

— Тц… Я не могу заставлять его ждать…

После того, как его настроение вновь упало, Конрад, словно ничего не мог поделать, быстрым шагом покинул собор.

Вместо принца извинения Кайлу, наблюдавшему за происходящим с мыслью «Что это было?», принёс Бареру.

— Прошу прощения за доставленные неудобства… А-а, забыл представиться, моё имя Бареру. Я являюсь верховным священником этой страны. Рад с вами познакомиться, — поклонился он.

Священник не просто духовное лицо, он также управляет религиозными событиями страны, служа не только богу, но и государству. Поэтому они действуют и как чиновники или политики, так что, став верховным священником, он, без сомнения, ключевая фигура государства.

— Честно говоря, я всегда очень хотел поговорить с Кайлом-сама. Вы не против всего лишь небольшого разговора?

— Простите, но у меня…

— Что? Я не потрачу вашего времени. Наша встреча, должно быть, уготована самой богиней… Прошу вас. Кроме того, это будет полезный разговор и для вас, Кайл-сама.

«У меня планы», попытался вежливо отказать Кайл, но Бареру перебил его, а другие священники окружили, отрезав ему путь к отступлению.

Таким образом, его, можно сказать, насильно заволокли во внутреннюю часть церкви.




В комнате верховного священника обстановка была роскошной. Перед сидящим в мягком кресле Кайлом на серебряном подносе тонкой работы поставили чай высшего качества и пирожные к нему. Как видно, ему был оказан радушный приём.

— Нет-нет, успех Кайла-сама…

Сидящий напротив него Бареру уже какое-то время настойчиво превозносил Кайла.

— Что вы, что вы, я благодарен вам…

Контакты с Кайлом постепенно начинают расти.

Кайл, уже совершивший подвиги в разных местах, когда-нибудь ведь прославится и в империи Галган… так думали проницательные люди и заранее заводили с ним знакомство.

Это также говорит и о том, что цель Кайла в становлении героем и увеличении известности неуклонно прогрессирует. Но, честно говоря, это так хлопотно.

Поскольку Бареру по крайней мере внешне вёл себя дружелюбно, да и парень не мог ему решительно отказать, то Кайл и составил ему компанию.

Поэтому, когда выскочила следующая фраза, он неосознанно согласился.

— Но мы не можем принять ту длинноухую.

— Да… что?

Кайл посмотрел на лицо Бареру, но тот продолжал улыбаться, как и раньше.

Длинноухие — презрительное обращение к эльфам. Неожиданные слова от священника богини Кайрис, проповедующей милосердие и любовь.

— Если такая вещь будет на стороне Кайла-сама, то, несомненно, навредит вам. Нужно избавиться от неё как можно скорее.

Нет никаких сомнений, что, говоря об эльфе возле Кайла, он имел в виду Урзу. Поначалу Кайл подумал, что это просто шутка, но теперь это зашло слишком далеко, и более того взгляд Бареру был серьёзен.

— Вы… всерьёз?

Кайл злился, он бросил на собеседника гневный взгляд, в котором примешалась даже жажда убийства.

Если предположить, что его по каким-то причинам просто провоцировали, то он должен был успокоиться и взять себя в руки. Но если это не провокация, то он не собирался давать ни малейшей пощады тем, кто пытался оскорбить или нанести вред Урзе или Лиз.

— Да, конечно. Каким бы количеством благодеяний вы ни одарили этих низших существ, в ответ получите лишь зло… Мы не можем доверять никому из человечества помимо самих людей.

В этот момент Кайл почувствовал то же неприятное ощущение, сопровождаемое отвращением, как и два дня назад. Он настолько разозлился, что невольно потянулся к рукояти меча.

Ощущение, безусловно, исходило от верховного священника Бареру, с прежней спокойной улыбкой сидящего перед Кайлом.

Кайл вспомнил один момент в словах священника, а именно «никому из человечества помимо людей».

— Ты… последователь Меры!

Это было название еретического учения, запрещённого в человеческом обществе.