1. Ранобэ
  2. Психо-любовная комедия
  3. Psycome 1: Убийца в цветке смерти

После занятий. Заключение


— Чтооооооооооо?! Это правда, что ты никого не убивал, Кёске?! — Истерический крик Майны эхом разнесся по пустому лазарету. Прошел целый день.

— Эй… ты слишком громкая! Потише, Майна!

— Что нам делать, если кто-нибудь услышит?! К тому же, повторять это который раз… Ох! — Пожаловалась Эйри, держась за живот и охая. Она облокачивалась на кровать. Ее красные волосы, которые обычно были собраны в хвостик, сейчас были распущены и спадали на лицо, которое из-за боли не было как обычно хладнокровным.

— Эйри?! Т-ты в порядкеее?! — Майна наклонилась вперед, беспокоясь о ней.

— Ха?! А, да, я в норме! — Эйри застыла. — Я в порядке, так что… п-просто успокойся, ладно?

На ней было множество ран. Пластыри украшали ее щеки, а толстый слой бинтов покрывал все остальное.

Виновник этого свесил голову и извинился.

— Ох… профти! Я была тогда так взволнована. Думала, что может случиться, если я не поспешу. И тогда, ну… все произошло… ах, эм…

— … Все в порядке. Так что не беспокойся ты так. По сравнению с моими ребрами это мелочь, видишь? Хотя, они стали хуже от того, что ты снова и снова на них падала… В смысле, ты сделала это, но… н-неважно! Я тебя не виню, все в порядке. Только… пока мои раны не затянутся… не подходи ко мне, ладно?

— … Да. Я поняла. — Майна понимала, что это суровая правда.

Реакция Эйри была вполне понятна. Неуклюжесть Майны по пути в лазарет приводила к одной катастрофе за другой, и в результате Эйри получила в два раза больше травм.

Кёске, доверивший ее Майне, тоже чувствовал себя виноватым.

Размышляя об ситуации, Эйри посмотрела на повесивших голову Кёске с Майной и вздохнула.

— … Ладно, не нужно обо мне беспокоиться. Давайте поговорим о Кёске.

— Нет, нам нужно о тебе беспокоиться, но… в любом случае, ты права. Давайте вернемся к нашему разговору.

Улыбаясь суровой, но доброй Эйри, Кёске откашлялся.

— … Как я уже сказал, это ложное обвинение. Я просто обычный человек. Я неплохо дерусь, но…

— Я бы назвала это обманом, — перебила его Эйри. — Ты не просто «неплохо» дерешься.

— Она права, она права! Ты вообще не обычный человек… ты экстремально сильный обычный человек! Ты сверхчеловек!

Кёске сжал кулак и покачал головой, не соглашаясь с их высказываниями. В его голове крутились условия, продиктованные Курумией.

— Я не так уж и силен… в смысле, я, вероятно, сильнее большинства людей, но недостаточно сильный для того, чтобы выжить здесь в течении следующих трех лет в одиночку. Я уже столько раз чуть не умер! Однако…

Он на мгновение остановился и пристально посмотрел на Эйри и Майну. Это были его единственные друзья, которых он встретил в Исправительной Академии Пургаториум. Лишь им он мог доверять.

— Если мы будем работать вместе, то как-то сможем сделать это. Конечно, я тоже сделаю все для этого. Так что, я прошу вас… Пожалуйста, одолжите мне свою силу! — Закончив говорить, он низко поклонился.

Они и до этого помогали друг другу, но сейчас Кёске сделал официальный запрос на помощь. Он молча смотрел в пол.

Над его головой раздался удивленный голос Эйри:

— Ты такой дурак, Кёске… Что ты такое говоришь? После всего, через что мы уже прошли. Это ведь должно быть очевидно.

— Она права, она права! — Радостно согласилась Майна. — Особенно в моем случае. Я всегда зависима от других… Так позволь мне хоть раз быть полезной! Правда, я не так много могу…

От такого теплого ответа на глазах Кёске навернулись слезы.

— Вау… спасибо. Вы обе такие хорошие… а, чего?

В этот момент Кёске увидел черный противогаз, выглядывающий из-за слегка приоткрытой двери. Но когда Эйри и Майна взглянули туда, проследив за направлением его взгляда, там уже никого не было. Обе девушки удивленно наклонили голову.

Напряженно улыбаясь, Кёске позвал девушку, скрывающуюся там:

— Эээй, Ренко. Чего ты прячешься? Заходи.

Однако, Ренко не заходила. Она, вероятно, чувствовала себя неловко после всего того, что произошло. Некоторое мгновение спустя из-за двери раздался испуганный голос.

— Вааа… Н-но… Ты ведь злишься на меня. От злости ты набросишься на меня и…

— Погоди-ка. Что ты там напридумывала? Не наброшусь я на тебя, так что заходи уже.

— Но ты ведь должен сердиться на меня! Ты должен ненавидеть меня! Я показала тебя свою истинную сущность и… невозможно, чтобы ты не ненавидел меня… шмыг. — Судя по звуку, она сидела на полу.

Как будто не зная, как быть в подобной ситуации, Эйри цокнула языком, положив руку на грудь, которая была еще меньше из-за плотно намотанных бинтов, и уставилась по направлению двери.

Эйри получила наибольший урон от атаки Ренко. Помимо внешних ран и серьезного внутреннего кровотечения, одно из сломанных ребер проткнуло легкое. Полное восстановление займет не меньше месяца.

Ранее, когда Эйри узнала, что Кёске, который был избит еще сильнее нее, отделался лишь небольшими ранениями, она серьезно спросила:

— … Ты точно человек?

Нетрудно было догадаться, что Эйри чувствует по отношению к Ренко.

Как будто травм было мало, мрачная аура исходила от всего ее тела.

— Заткнисьзаткнисьзаткнисьзаткнись! Так раздражаешь… Если считаешь, что была неправа, то извинись прямо в лицо. Ты бесишь таким поведением.

Услышав грубые слова Эйри, противогаз наполовину высунулся из-за двери.

— … Я не думаю, что была неправа. И я не думаю извиняться. Я сказала, что это была настоящая я. Если я сейчас извинюсь, то это будет противоречить моему raison d'être… Плюс, не похоже, что ты хочешь принимать мои извинения. Ты меня ненавидишь! Я не хочу, чтобы вы меня ненавидели… я понимаю вас, но при этом не хочу принимать это. Вот поэтому…

— Вот поэтому ты там прячешься? Я ведь уже сказала. Меня раздражает то, как ты себя ведешь. Если не собираешься извиняться, то пожалуйста. Только вот не решай сама кто и за что тебя ненавидит.

Ренко была растеряна от такого заявления.

Тогда Майна, которая сидела с опущенной головой, посмотрела на нее.

— Я… я слышала все от Кёске! Ренко без противогаза… не может не убивать. В некотором смысле это похоже на мою неуклюжесть. Нет способа избежать этого… но Ренко ведь приняла меня даже после того, как узнала это. Поэтому я не стану ненавидеть Ренко за что-то подобное!

После этих слов Ренко вновь выглянула из-за двери.

— Майна…

Кёске почесал затылок и заговорил:

— В любом случае, сейчас ты в противогазе, так что можно не бояться, да? Когда ты без него, то опасно быть рядом, но… это лишь из соображений безопасности, а не из-за ненависти. Ты как лев. Никто не ненавидит львов, однако все держатся от них на расстоянии… как-то так. Давай перестань себя накручивать и иди к нам.

Увидев, как Кёске манит ее, Ренко нервно заерзала.

— Вааа… н-но….

— Не нокай. Ты ведь сама говорила такое Майне когда только узнала о ее неуклюжести, помнишь? Так как мы знаем о том, как Майна убивает, то можем поддерживать ее и общаться с ней… это твои слова. Теперь я понимаю кем ты являешься. И зная это, я могу сказать: я, Эйри и Майна… мы не ненавидим тебя! Мы ждали тебя вчера, Ренко!

Ренко застыла. Молча, она осмотрела каждого из них. Эйри пожала плечами, Майна весело ухмылялась, а Кёске натянуто улыбался.

А затем…

— Вааааааааа! Рееебяяятаааа!

Ренко влетела в комнату.

— Спасибо… спасибо вам всем! Вааа… хнык… кшшш. — Она энергично обняла их все по очереди.

— Ай!!! Дура… если я сказал, что мне больно, это значит, что мне больно! — Эйри оттолкнула плачущую Ренко. — … П-просто умри уже…

— Ну… Ренко, н-не плачь… ваа… хнык, — сказала Майна и крепко обняла Ренко.

Кёске был последним. Похлопав Ренко по плечу, он прошептал:

— … А ведь если так подумать, она вчера меня чуть не убила.

Он не чувствовал ни удивления, ни обиды. Хотя, было немного, но все же больше это было изумление и смирение…

«Думаю, что все так и должно было быть».

Ну кто может злиться на такую невинно-счастливую девушку? И тот факт, что такая милая (и очень красивая без противогаза) девушка могла иметь к нему чувства, добавлял причину не злиться на нее.

— … Кёске, подожди немного, — томно прошептала Ренко ему на ухо. — Скоро я заставлю тебя полюбить меня, ладно?

От этого внезапного и прямого заявление сердцебиение Кёске участилось. Однако, следующая фраза разрушила все впечатление.

И когда ты влюбишься, я убью тебя! Кшшш. Конечно, сейчас я не хочу убивать, но… я, все же, Дева Убийца. Я заставлю тебя влюбиться в меня по уши, а затем убью. Расслабься, Кёске. Я не дам никому другому тебя убить. Я защищу тебя. Единственный, кто может тебя убить… это я. Лишь я могу завоевать твое сердце.

— …

Его покрасневшее лицо вмиг стало белым, радость переросла в страх.

«Значит, эм… чего? Ренко защитит меня для того, чтобы потом самой убить. Если я влюблюсь в нее, то она, несомненно, сделает это».

— Я сделаю все для того, чтобы ты полюбил меня, Кёске! Кшшш. — Уныло улыбнувшись, Ренко сжала свою грудь.

У него было предчувствие, что это будет опасно.

«Сделаешь все…?»

— Я позволю тебе делать и то, и это. Все, что пожелаешь, Кёске. Если хочешь, я даже могу снять маску! Я все равно не могу тебя сейчас убить, так что все в порядке. Я сниму одежду и позволю тебе насладиться всем, чем захочешь. Я буду вся твоя — с головы до ног.

— Что… ты сказала?

Кшшш… — Раздался короткий смешок.

Если она позволит ему это, то он не сможет устоять и обязательно влюбится в нее. Конечно, без ее кровожадности она хороший человек… с прекрасным чувством стиля… с наикрасивейшим лицом… Даже для Кёске довольно трудно отказаться от такого.

— … Ладно, ладно, хватит уже. Ты слишком увлеклась. Отойди от Кёске. — Вмешалась Эйри.

Ренко раздраженно застонала, а затем повернулась к Эйри.

— Что не так, Эйри? Ты тоже нацелилась на Кёске? Если так, то мы соперницы!

— … Ха? Ни за что. Мне не интересен Кёске. Совсем. Серьезно, не интересен.

— О, вот как? Ну, ты не будешь особым препятствием. В смысле, если выбирать между нами, то результаты очевидны. Кшшш.

— Что?! Ты что, нарываешься на драку?! Я просто хотела сказать, что не надо делать передо мной эти свои дела с Кёске. Мне не особо хочется на это смотреть, так что… Ой!!!

— Эйэйэй… в-вы двое! Пожалуйста, успокойтесь! П-повалуйста… повалуйста, усп… нет, я уверена, что Кёске прекрасен, но… — Смотря то на Ренко, то на Эйри, между которыми летели искры, Майна становилась все более и более взволнованной.

Сначала он просто смотрел на них, а потом улыбка появилась на его лице. Курумия сказала это. Три года — большой срок.

Исправительная Академия Пургаториум — странная школа, предназначенная только для убийц. Когда Кёске был один, он не был уверен, что сможет выдержать хотя бы год из этих трех. Все вокруг были сумасшедшие. Тело выдержит, а вот разум едва ли. Но теперь…

«Если я буду с этими тремя девушками, то три года пролетят быстро».

Кёске был в этом уверен.