Глава 29. Помощь и Протянуть руку.

Охранник видел, что домоправитель Цао был беспомощен и запаниковал. Но он не пытался скрыть правду, а только тяжело вздохнул и сказал:

- Домоправитель Цао, рана Цао Линя очень серьёзна. Хотя сначала ему вовремя оказали лечение, но теперь его рана загноилась, и у него сильный жар. Поэтому врач велел готовиться к похоронам.

- Готовиться к похоронам?

Домоправитель Цао сделал несколько неровных шагов и почувствовал, что в глазах все потемнело. Ноги подкосились, и он упал на пол. Охранник испугался, но сразу же побрызгал его холодной водой. Потом он попытался ущипнуть его и несколько раз шлепнул по лицу, чтобы привести в чувства.

- Домоправитель, не падайте в обморок сейчас, Цао Линь ждёт вас...

Чтобы увидеть вас в последний раз.

Охранник не осмелился договорить это. Но домоправитель каким-то образом угадал, что он имеет в виду, поэтому он крепко схватил его за руку и медленно проговорил:

- Помоги мне повидать Цао Линя.

Домоправитель Цао очнулся, но, казалось, состарился на десять лет. Его ногти вонзились в руку охранника, но тот будто и не почувствовал.

Охранник был хорошим другом Цао Линя. Но помимо этого, домоправителя Цао любили все охранники поместья принца Сяо. Поэтому сейчас его не заботила такая мелочь, и он лишь как можно скорее повёл его к сыну.

У домоправителя Цао было хорошее здоровье. Обычно он мог ходить быстрее, чем молодые люди. Но на этот раз он спотыкался и просто не мог идти.

Цао Линь и другие раненые охранники были размещены в другом небольшом флигеле в западной части поместья. Когда они пришли, охранник сразу же отпустил домоправителя Цао и открыл дверь в комнату Цао Линя.

Рана Цао Линя была серьезнее, чем у всех остальных охранников. Поэтому у него была отдельная комната, самая большая из всех. В это время там находились врач и двое слуг. Эти слуги следили, чтобы у Цао Линя было все необходимое.

Домоправитель Цао вошел, глаза слуг покраснели, а на их лицах читалось волнение. Но домоправитель Цао, казалось, не замечал их и смотрел только на своего сына, лежащего в постели.

Глядя на сына, который лежал без движения, домоправитель Цао заплакал и сказал, задыхаясь:

- Доктор У, мой сын… Что случилось с моим сыном? Неужели его правда нельзя спасти?

- Хм… Рана Цао Линя слишком серьезна. Я здесь бессилен.

Доктор У был одним из старейших жителей поместья, поэтому он не стал скрывать правды.

Домоправитель Цао больше не мог сдерживать слезы и сделал несколько неровных шагов. Он остановился лишь тогда, когда ударился о стол со стулом.

- Как такое возможно? Разве вы не сказали, что его рана зашита, и все будет хорошо?

- Изначально с ним все было в порядке. Но вчера утром у Цао Линя внезапно началась лихорадка, его рана воспалилась и сильно загноилась. Я всеми способами пытался сбить жар, но… – Доктор У приподнял одеяло Цао Линя и показал на его живот. – Его рана становилась все серьезнее, и жар поднимался. Я больше ничего не могу для него сделать.

- Доктор У, умоляю вас… Умоляю, спасите моего сына. Я не могу потерять его!

Домоправитель Цао, который всегда выглядел спокойным, который всегда соблюдал приличия, теперь встал на колени перед доктором У. Доктор У был потрясен и быстро попросил слуг помочь ему подняться.

- Домоправитель Цао, прошу вас, встаньте. Не говорите так. Если бы я знал способ спасти его, вы могли бы и не просить меня.

- Так теперь я должен просто смотреть, как умирает мое дитя? – непонимающе спросил домоправитель Цао, а его глаза глядели в одну точку, как будто он потерял свою душу, и в его сердце была одна лишь горечь.

Доктор У был расстроен, но его медицинские навыки были ограничены, и он не мог вылечить Цао Линя. Он не мог смотреть на то, в каком состоянии находится домоправитель Цао, сжал зубы и сказал:

- Пожалуйста, спросите Цинь Юаня, возможно, у него получится спасти Цао Линя. Когда принц Сяо был тяжело ранен, именно он помог ему сохранить ноги.

- Просить Цинь Юаня? – глаза домоправителя Цао расширились, а тело застыло. – Цинь Юань – придворный врач, он будет лечить только императора. Если император не прикажет ему, он ни к кому не пойдет.

- Ох… – доктор У мог лишь вздохнуть и ничего больше не сказал.

Домоправитель Цао заплакал. Он не осмелился бы просить Сяо Тяньяо, он мог лишь настаивать, чтобы доктор У придумал способ спасти Цао Линя…

Доктор У был вымотан и мог едва поддерживать жизнь Цао Линя, но он не мог сбить жар или вылечить лихорадку.

- Если лихорадка усиливается, боюсь, это может повлиять на мозг, – честно сказал доктор У домоправителю Цао.

Домоправитель Цао сидел у постели Цао Линя два дня. Он видел, как его сын слабеет и слабеет с каждым днем, и болезнь сына, как нож, ранила его сердце. Каждый день и каждую ночь он думал о словах доктора У и не мог заснуть.

- Я… я пойду и попрошу Ванъе!

Хотя он знал, что если будет просить чего-то у принца Сяо, то окажется в неудобном положении. Домоправитель Цао не мог упустить шанс спасти своего сына, иначе он сожалел бы об этом до конца своих дней.

Домоправитель Цао переоделся и даже умыл лицо холодной водой, чтобы немного взбодриться.

Сяо Тяньяо слышал, что домоправитель Цао хотел о чем-то просить. Его брови слегка изогнулись, и он посмотрел на Су Ча взглядом, который явно спрашивал, что случилось.

В последние два дня Сяо Тяньяо и Су Ча оба были заняты, потому что император пытался скрыть нападение асассинов и хотел просто быстренько разобраться с ним, но Сяо Тяньяо это не устраивало.

Они все время проверяли, как идет поиск лиц, стоящих за покушением, но неожиданно подозрения в том, что здесь замешан император, были отброшены. Однако, хотя весомых улик не было, Сяо Тяньяо был твердо намерен заставить императора заплатить!

Поэтому в последние несколько дней Сяо Тяньяо вел игру с императором. И, похоже, его представление удавалось. У него получилось отправить в тюрьму сенатора, губернатора провинции и командующего имперской армии.

Разумеется, это был не конец, а только начало. Мысли Сяо Тяньяо прежде всегда были сосредоточены на поле боя, и раньше его внимание не привлекал двор. Но теперь он был даже готов ввести туда своих людей.

В последнее время Сяо Тяньяо был так занят, что даже не успевал поспать. Но положение Су Ча было еще хуже, потому что он воплощал его план в действие в полнейшей секретности. Так что у него не было сил обращать внимание еще и на поместье.

- Может быть, дело касается Ванфэй, – высказал смелую догадку Су Ча.

Но Сяо Тяньяо только с подозрением взглянул на него и сказал:

- Иди и отдохни, чтобы у тебя потом мозг проснулся.

- Да! – Су Ча обрадовался.

Он быстро повернулся и вышел, потому что боялся, что Сяо Тяньяо может передумать, и он упустит шанс отдохнуть…

Сяо Тяньяо потер больные глаза и откинулся на спинку стула. После этого он позволил домоправителю Цао войти.

Хотя домоправитель Цао выглядел спокойным, но он не мог полностью скрыть печаль в своих глазах. Поэтому Сяо Тяньяо смутно догадывался, о чем он будет просить.

Разумеется, как только домоправитель Цао вошел, то сразу же опустился на колени перед Сяо Тяньяо и сказал:

- Ванъе, ваш раб осмеливается просить вас спасти Цао Линя.

- А что случилось с Цао Линем? – Сяо Тяньяо ответил вопросом на вопрос.

Домоправитель Цао в точности повторил слова доктора У. Но прежде чем закончить, он склонился лбом к самой земле и не поднимался.

- Ванъе, Доктор У сказал, что только императорский врач Цинь Юань теперь может спасти Цао Линя. Ваш раб… У вашего раба нет другого выхода… – домоправитель Цао не мог более сохранять спокойствие и заплакал.

Он так горько плакал, что даже задыхался и выглядел очень несчастным. Но…

Сяо Тяньяо нахмурился.

- Цинь Юань… Это плохо!

Цинь Юань подчинялся только императору и был придворным доктором. Он никогда раньше не лечил обычных людей. К тому же они с императором сейчас враждовали. Так что император, разумеется, не позволит Цинь Юаню лечить подданного…


Горячие клавиши:

Предыдущая часть

Следующая часть