1. Ранобэ
  2. Арифурэта : С простейшей профессией к Сильнейшему в мире [LN]
  3. Arifureta Shokugyou de Sekai Saikyou 4

Глава 5: Сильнейший Бесполезный

1

— Э? Хадзиме-кун? Постой, ты хочешь сказать, это Нагумо-кун? Что!? Не может быть! Как!? — Шизуку озадаченно переглядывалась между Хадзиме и Каори. Пусть Каори и могла мгновенно понять, что беловолосым парнем с повязкой на глазу был Хадзиме, но Шизуку не обладала такими сверхъестественными способностями распознавания.

Однако его кривая улыбка точно была той же самой, которую она раньше видела так много раз. Кроме того, его черты лица всё ещё напоминали Хадзиме из воспоминаний Шизуку.

— Э? Эээ!? Взаправду!? Это действительно ты, Нагумо-кун? Как? Серьёзно, что тут происходит!?

— Притормози, Яаегаши. Ты же вроде должна быть спокойной и собранной?

Даже Шизуку не могла оставаться спокойной после такой невероятной цепи событий. Секунду назад она была готова к смерти, а сейчас она находилась лицом к лицу с одноклассником, который должен был быть мёртв.

Пока Шизуку всё ещё бессвязно бормотала, Хадзиме взглянул на дыру, из которой явился. Он поймал падающую Юэ и аккуратно поставил её на землю. Сразу следом он поймал Шию, которую тоже аккуратно опустил. Последним был Эндо.

— Н-Нагумооо! Ублюдок, меня едва сердечный удар не хватил! Какого чёрта это было!? Ты только что насквозь пропахал лабиринт! О чём ты только думал!? — он оглянулся, пока ругался, замечая своих лучших друзей, вместе с остальными соратниками, окружёнными ордой монстров. Его друзья были переполнены радостью, вновь его увидев, и сердиты от того, что он вернулся.

— Коуске!

— Дзюго! Кентаро! Я привёл подкрепление!

На словах «подкрепление» и Коуки, и демоница повернулись взглянуть на Хадзиме и девушек, которых он привёл с собой. Однако Хадзиме проигнорировал их и начал выдавать приказы Юэ и Шие.

— Юэ, извини, но не могла бы ты прикрыть этих замерших идиотов ради меня? Шиа, пригляди за состоянием валяющегося вон там человека в рыцарских в доспехах.

— Ммм… Положись на меня.

— Поняла!

Юэ размеренно подошла к ученикам, абсолютно игнорируя окружающих их монстров. Тем временем Шиа подскочила к Мелду с удивительной ловкостью.

— Х-Хадзиме-кун… — снова позвала Каори Хадзиме, дрожащим голосом. Она испытывала так много разных эмоций, что не успевала все их обработать. Естественно, среди них были радость от осознания, что он всё ещё жив, и счастье, ощущаемое ей от возможности снова его увидеть. Однако среди них также было давящее ощущение ужаса вместе с внезапным страхом, вползающим в её разум. В конце концов Хадзиме появился здесь, в таком опасном месте. У неё не было никаких идей о том, как он сумел найти путь сюда, но единственным её желанием сейчас было только то, чтобы он сбежал в безопасное место.

Хадзиме заметил её беспокойство и попытался приободрить её.

— Не переживай, всё будет в порядке. Просто сиди и наблюдай.

Он активировал Молниеносность, обостряя чувства до передела. После чего извлёк три Кроссбитса из Сокровищницы и оставил их охранять Каори и Шизуку. Глаза двух девушек метались туда-сюда, наблюдая за летающими крестами, которые внезапно появились из ниоткуда. Хадзиме повернулся к демонице и дерзко уставился на неё. Он предложил ей единственный шанс на пощаду. Поскольку пока что она не была его врагом.

— Ты, рыжеволосая девка вон там. Если сбежишь сейчас, я не стану тебя преследовать. Я рекомендую бежать, если хочешь выжить.

— …Что ты сказал? — было смехотворно думать, что этот жалкий человек сможет навредить ей, особенно учитывая, как много монстров окружало её. Она была так удивлена словами, что даже поначалу их не поняла. Хадзиме вздохнул и повторил.

— До тебя, похоже, не слишком быстро доходит? Я сказал, что если ты сейчас сбежишь, то я оставлю тебе жизнь. Это так сложно понять?

Услышав во второй раз то же самое, демоница поняла, что не ослышалась, выражение её лица стало холодным. В ответ она сказала только односложное, короткое заявление:

— Убить его, — указала она на Хадзиме, приказывая монстрам напасть.

В этот момент демоница сделала самую смертельную ошибку. Ей нужно было обратить большее внимание на тот факт, что Ахатод, её сильнейший монстр, был уничтожен одним ударом.

Дерзкое поведение Хадзиме, и тот факт, что Ахатод был драгоценным монстром, которого ей подарил её предводитель, должно быть, заставили её потерять хладнокровие. Она не смогла как следует оценить ситуацию и позволила гневу захлестнуть её. Она даже не смогла осознать, что означала способность Хадзиме пробиться через этажи. Все, включая демонов, считали, что этажи были сделаны из буквально неразрушимого материала.

Не разгневайся она так быстро, возможно, она бы сделала более мудрый выбор. Однако было уже слишком поздно что-то менять. Жребий был брошен.

— Ясно. Полагаю, это значит, что ты мой «враг», — пробубнил Хадзиме тихо под нос. В тот же момент напала одна из невидимых Химер.

— Хадзиме-кун!

— Нагумо-кун! — Каори и Шизуку одновременно прокричали предупреждение. Хадзиме безразлично схватил Химеру искусственной рукой и поднял в воздух так, словно она была не тяжелее котёнка.

Химера начала дико барахтаться, пытаясь освободиться от его хватки. Хадзиме наблюдал, как воздух искажается и искривляется от её борьбы, вздыхая от неверия.

— Эй, ну вы что, серьёзно? Эта дерьмовая магия — лучшее, что у вас есть? Вы вообще стараетесь?

«Какой смысл в магии невидимости, если воздух дрожит при каждом движении?» – с сарказмом подумал Хадзиме, увидев монстров.

Он сражался с монстрами в бездне, которые были способны полностью скрываться. Каждый из них оказывался тяжёлым противником. По сравнению с ними Химера, встреченная им, была ничтожеством. Навык сокрытия, оставляющий следы, вообще нельзя было считать навыком сокрытия.

Все наблюдали в ошеломлённом изумлении за тем, как сражался Хадзиме. Он просто поднял одной рукой монстра, весящего несколько сотен килограмм, так, будто это было плёвое дело.

Как и всегда, он проигнорировал взгляды и вложил больше силы в хватку. Прозвучал громкий хруст и постепенно воздух перестал дрожать. Вид Химеры проявился, её голова была безжалостно раздавлена. Устрашающее создание, которое вызывало у Коуки и остальных так много трудностей, безвольно повисло в руке Хадзиме.

— Не может быть… — пробубнил кто-то в наступившей тишине.

Хадзиме отбросил мёртвую Химеру в сторону и размеренно достал Доннер из кобуры. Его движения были настолько плавными, что казались почти неестественными. Он нацелился в то, что выглядело пустотой, и выстрелил.

Бах! Бах!

Однако, как и всегда, Хадзиме не промахнулся. Два алых луча рассекли воздух, пронзая насквозь свои намеченные цели. Воздух в этом месте на мгновение задрожал, и проявилась ещё одна Химера, её голова была разорвана на куски, вместе с ней проявился Супер Быкотавр, его сердце было аккуратно простреляно. Оба монстра шлёпнулись на землю, мёртвые.

— К-Как он смог понять… — больше не могла сдержать своего удивления демоница.

Хадзиме лишь хмыкнул. Даже если они были полностью невидимы, они искажали воздух вокруг себя и отправляли слабые вибрации по полу. Сверх того, Хадзиме легко мог заметить их взгляды и их ауры, вместе с течением их маны и даже температурой их тел. Для него эти монстры были не больше, чем стоячие мишени.

Хадзиме не удостоил мёртвых монстров даже взгляда и серьёзно начал сражение… или скорее бойню.

Бой был слишком односторонним, чтобы называться сражением. Спустился монстр бездны, и он не собирался уходить, пока его враги не будут уничтожены.

Демоница не могла поверить в то, как легко убивали её монстров, в то время как Нагаяма и остальные не могли понять, как Хадзиме заполучил оружие, которое явно не принадлежало этому миру.

Не обращая ни на что внимание, кроме своих приказов, монстры продолжили нападать волнами. Не будь их разумы под контролем, они вероятнее всего уже бы сбежали.

Несколько чёрных кошек забрались Хадзиме за спину и попытались атаковать своими щупальцами из слепых зон. Однако одним движением запястья Хадзиме повернул Доннер назад и выстрелил во врагов, оказавшихся позади. Пули пролетели быстрее скорости звука и разнесли черепа кошек.

Следом стая четырёхглазых волков окружила Хадзиме с двух сторон. И всё же Хадзиме лишь дополнительно достал Шляген и скосил прыгнувших на него волков. Пули, выпущенные практически в упор, разнесли на куски не только черепа волков, но и их тела.

Ещё одна чёрная кошка запрыгнула на Химеру и воспользовалась её камуфляжем, чтобы создать шквал невидимых щупалец. Те не менее, ни одно из них не достигло цели. Хадзиме выпустил не усиленную Электропокрытием пулю, которая срикошетила от стен и попала в кошку. Сила удара от столкновения с пулей отправила её в полёт. После чего он усилил свои ноги навыком Стальные Ноги и обрушил ногу на Химеру словно топор.

Он прикончил и кошку, и Химеру выстрелами из Доннера.

— Граааааа!

— Уоооооо!

Два Супер Быкотавра ринулись окружить его. Их молоты разрывали воздух с невероятной силой. Хадзиме просто нырнул с пути и, пока была возможность, поставил подножку Супер Быкотавру, который находился справа. Несясь на всех порах, Супер Быкотавр врезался в своего соратника.

— Гра!? — издали они оба удивлённые вопли. Пока они обнимали друг друга, Хадзиме выпустил ещё один залп пуль. Супер Быкотавры умерли в объятиях друг друга.

Следом ещё восемь котов прыгнуло в воздух, пытаясь достать Хадзиме синхронизированной атакой. В этот раз они полагались на свои когти вместо щупалец.

Руки Хадзиме начали двигаться независимо друг от друга. Своей правой он уничтожал врагов, находившихся прямо перед собой, тогда как левой он отстреливал всех, оказавшихся сзади. Доннером он отстреливал всех справа от себя, Шлягом — всех слева. Когда ему надо было уничтожить врага справа Доннером, он выстреливал перед собой из Шляга. Когда надо было снять врага слева Шлягом, он выстреливал назад от себя Доннером.

Каждый красный луч безошибочно находил свою цель. Это был результат интенсивных тренировок Хадзиме.

Его движениям не хватало полировки уровня Мелда или Шизуку, которые тренировались в стилях, отточенных поколениями. Они были явно грубоваты местами. Однако они были эффективны. Крайне эффективны.

Он плавно смещался в угол помещения, который было легко защищать, после чего снимал своих врагов со смертельной точностью. Все до единого из его движений идеально стыковались со следующим. Их поддерживал такой уровень опыта, который никакой практик боевых искусств не мог когда-либо достичь.

Улыбка заиграла на губах Хадзиме. Она появилась не из-за того, что он получал удовольствие от раздавливания врагов. Это просто была радость от осознания того, что он, наконец, может бросить вызов этому безрассудному, бесчестному миру. Его способ сказать: «Попробуй убить меня, если посмеешь». Собранными в его улыбке, были его решимость остаться в живых и уничтожить всё, что посмеет встать на пути.

В тот же момент, когда у Доннера и Шляга одновременно кончились патроны, накинулась очередная волна Химер и четырёхглазых волков.

Хадзиме подпрыгнул на четыре метра в воздух, сделал сальто и перезарядил свои револьверы, пока находился вниз головой. Он двигался так быстро, что Химеры и четырёхглазые волки на мгновение потеряли его из виду. Пока они всё ещё ошеломлённо оглядывались, Хадзиме нанёс каждому из них смертельный удар.

Кровь и мясо летели во все стороны. Два Супер Быкотавра понеслись вперёд, надеясь воспользоваться тем моментом, когда Хадзиме приземлится.

Но он этого не сделал. Используя Аэродинамику, Хадзиме отправился дальше в воздух. Он начал вращаться вокруг себя как юла, стреляя из Доннера и Шляга во всех направлениях.

Дождь из пуль уничтожил не только двух Супер Быкотавров, но и множество Химер с волками, ждавших позади них. Один за другим бегущие монстры падали замертво, сила инерции скидывала их в огромную кучу трупов, растущую прямо под Хадзиме.

Хадзиме беззвучно приземлился на образовавшуюся вокруг него гору убитых. Он вновь на мгновение приостановился, выбрасывая отработанные гильзы и заряжая новые. И как только он закончил один из монстров издал странный визг.

Обернувшись, Хадзиме увидел Абсода, уставившегося на него с раскрытой пастью. Ослепляющая белая сфера света росла в его пасти.

У него всё ещё была вся мана, которую он поглотил от Обещания Верности Мелда. Хотя дистанция заклинания была ограничена, у него было больше, чем достаточно, сил для убийства одного человека.

Закончив зарядку, Абсод выстрелил. Свет разрезал землю, двигаясь на пути к Хадзиме, вырезая в каменном полу глубокий желоб. Хадзиме спокойно достал огромный похожий на гроб щит и присоединил к левой руке. В тот же самый момент он активировал Алмазную Кожу. Он крепко упёрся в землю, словно дерево пустившее корни, и размеренно ожидал, когда ударит свет.

Когда свет ударил в щит, прогремел сотрясающий землю хлопок. Даже воздух содрогнулся от атаки Абсода. Однако, к удивлению всех наблюдающих, Хадзиме не сдвинулся даже на сантиметр. Всё ещё улыбаясь, он едва заметно повернул щит, отклоняя луч света. Новая траектория отправляла луч прямо в сторону демоницы…

— А!? Проклятье! — прыгнула она в сторону. В тот же момент, когда Хадзиме начал истреблять её армию, она осознала, что серьёзно просчиталась. Для того, чтобы хоть как-то обернуть ситуацию в свою сторону, она начала распевать длинное, мощное заклинание. Хадзиме, разумеется, был осведомлён о происходящем, как раз в связи с чем он отклонил атаку Абсода в её сторону.

Когда она побежала, Хадзиме начал корректировать угол своего щита так, чтобы луч продолжил преследовать её. Стены позади неё начали испаряться от жара, и демоница повысила темп. От её спокойной надменности не осталось и следа.

В тот самый момент, когда она решила, что её убьют её же атакой, у Абсода, наконец, кончилась запасённая мана.

— Тц… — вздохнул Хадзиме. Тем временем у демоницы не было времени даже перехватить дыхание. Её лицо напряглось, и холодный пот выступил на спине.

Прогремел мощный хлопок, и волна жара окатила правую сторону её лица. Белые перья посыпались вокруг неё.

Ворон, который до сих пор покоился на её плече, был убит. Поскольку его план убить демоницу её же атакой провалился, Хадзиме использовал Доннер для того, чтобы убить Абсода, и Шляг — чтобы убить ворона.

Абсод не успел издать даже звука, до того как сверхзвуковая пуля Хадзиме отправила его в небытие.

Ворон тоже был мгновенно уничтожен, даже не осознав, что в него попало.

Ударная волна от пули Хадзиме была настолько сильна, что сбила демоницу с ног. Покатившись по земле, демоница аккуратно коснулась щеки. Она была забрызгана кровью ворона и жгла при прикосновении. Трения и жара было достаточно, чтобы обжечь её щёку.

«Если бы в тот момент моя голова была чуть ближе к ворону…» — пробежали мурашки по спине демоницы от таких мыслей.

Прямо сейчас у неё на глазах, её считающуюся непобедимой армию монстров словно в насмешку уничтожали с невероятной лёгкостью. Оказавшись под атакой, она поняла, что парень может убить её в тот же момент, как захочет. Её жизнь целиком и полностью находилась в его руках. До сих пор она очень гордилась своим несгибаемым духом воина. Однако столкнувшись с подавляющей силой Хадзиме, этот дух начал рассыпаться. Ничего из того, что она могла, не было способно даже поцарапать этого монстра.

«Что это, чёрт возьми, такое? Как кто-то вроде него вообще существует? И как я должна выжить, сражаясь с ним!?» — крутились вопросы в голове демоницы, но никаких ответов не появлялось.

Многие из этих вопросов пробегали также в умах Коуки и остальных. Большинство из них не узнало Хадзиме в беловолосом парне с повязкой на глазу, так что они были заинтересованы в личности этого парня, способного раздавить монстров, от которых они едва могли отбиваться.

— Кто… Кто он, чёрт возьми, такой!? — пробормотал Коуки лёжа на земле, всё ещё слишком выдохшийся, чтобы двигаться. Все остальные подумали то же самое. Тем, кто предоставил им всем ответы, был Эндо, которого они отправили спасаться в одиночку.

— Хаха, вы вероятно не поверите мне, но… это Нагумо.

— Что!?

Все уставились на Эндо. Он легко мог сказать, что они все посчитали его сумасшедшим. Естественно, это было ожидаемо. Он тоже сперва в это не поверил, но такова была правда, так что всё, что он мог сделать, это пожать плечами.

— Как я и сказал, это Нагумо. Хадзиме Нагумо. Тот самый Нагумо, который упал с моста в тот день. Он каким-то образом выжил и выполз обратно из лабиринта. Он также пробился через всех монстров на пути сюда. Серьёзно, это просто безумие! Не могу поверить, что это действительно тот же самый парень, но… это так.

— Стоять, значит Нагумо был жив всё это время!? — прокричал Коуки от удивления. Все ещё раз обернулись посмотреть на парня, который уничтожал армию демоницы. Они все думали: «Это не может быть Нагумо. Это просто невозможно». Эндо мог догадаться о том, что они думали, по выражениям их лиц, так что решил предоставить ещё доказательства.

— Я серьёзен. Он сейчас полностью отличается, но я видел его пластину статуса, — улыбнулся он сухо, наблюдая, как приведённое им подкрепление разрывает ряды монстров. Никто не мог поверить, что слабый парень, над которым они все насмехались, стал так силён. Один человек был особенно не рад такому развитию событий.

— Э-Это враньё. Нагумо умер. Я хочу сказать, мы все это видели! Он никак не может быть до сих пор жив! Кончай нести это дерьмо!

— Уох, что с тобой не так!? Я видел его пластину статуса и всё остальное, это точно он!

— Я не верю! Это видимо какой-то трюк! Это должно быть самозванец!

— Что за ерунду ты несёшь? Зачем кому-то хотеть прикинуться Нагумо?

Хияма схватил Эндо за грудки и начал яростно спорить. Его лицо было бледным, и он отрицал выживание Хадзиме с невероятной ожесточённостью. Даже его друг Кондо был шокирован тем, насколько неистов был Хияма.

Чтобы успокоить его, кое-кто буквально окатил его холодной водой. Небольшой водопад появился над головой Хиямы, окатывая сверху донизу. Это произошло как раз в тот момент, когда он собирался сделать вдох, так что он слегка захлебнулся. Кашляя и брызгая водой, Хияма взглянул на того, кто это сделал. Перед ним стояла Юэ. Она заговорила с ним голосом ещё более холодным, чем вода, которую она него вылила.

— …Сиди тихо. Ты мешаешься, — Хияма собирался огрызнуться, но проглотил слова, увидев взгляд Юэ. Он был для неё не больше чем жук, и если начнёт спорить в ответ, он не сомневался, что она раздавит его как одного из таких жуков.

Хотя от её взгляда его пробрало холодом до костей, Хияма не мог не восхититься идеальной фигурой Юэ. Он также не был в этом одинок. Остальные ученики, включая Коуки, были заворожены её кукольными чертами. Сузу даже издала крайне неподходящий для девушки свист. Несмотря на то, как молодо выглядела Юэ, вокруг неё витала атмосфера зрелости, которая невольно привлекала остальных.

Как раз в этот момент, по приказу демоницы, несколько монстров разделились, чтобы атаковать группу Коуки. Она пыталась взять их в заложники. Поскольку у неё не было ни шанса одолеть Хадзиме в прямом столкновении, она прибегла к этому плану.

Сузу в спешке попыталась поднять щит, но её уставшее тело простонало в протесте. Она колдовала почти без остановки с момента пробуждения. Тем не менее, она прикусила губу, чтобы не дать себе потерять сознание и продолжила колдовать. В итоге Юэ мягко положила руку на её голову, чтобы остановить её. Удивлённая, Сузу прекратила распевать.

— Не беспокойся, — хотя не было никакого основания, чтобы это внезапно сделало происходящее нормальным, волна облегчения окатила Сузу. Сама Сузу не знала, почему слова Юэ ощущались такими успокаивающими, но она, казалось, поняла, что может довериться Юэ.

Юэ перевела взгляд с Сузу и с презрением уставилась на монстров, которые устремились к ним протянув когти с щупальцами и размахивая булавами. После чего спокойно произнесла всего лишь два слова.

— Лазурный Дракон, — бледно-голубая сфера примерно метр в диаметре появилась прямо над её головой. Огненные маги группы мгновенно поняли, что это было одно из сильнейших огненных заклинаний — Лазурное Пламя, заклинание настолько мощное, что сжигало всё вокруг себя.

Было невообразимо, чтобы кто-то смог мгновенно его сколдовать без какого-либо распева. Маги в группе глупо уставились на огромный огненный шар, витающий над ними.

Однако на этом удивительное только начиналось. Это потому, что затем огненная сфера задрожала и развернулась, превращаясь в змею. В тот же момент огненный змей проглотил надвигавшегося Супер Быкотавра целиком, не оставив на своём пути даже пепла.

Змей развернул свои крылья, заканчивая свою трансформацию.

Пылающий голубой дракон находился там, где была сфера.

Тридцатиметровый дракон обвился вокруг Коуки и остальных, создавая защитный барьер. Сверкающее синее пламя было настолько горячим, что монстры не могли даже приблизиться к нему. Устремившись вперёд, дракон распахнул свою пасть.

— Граааааа!!! — сотряс его рёв всё помещение. Монстры поднялись в воздух и запрыгнули в ожидающую пасть дракона. Они отчаянно сопротивлялись, но это было бесполезно. Один за другим их забрасывало в адский горн и сжигало не оставляя даже пепла.

— Что это… за магия… — пробубнил один из учеников. Никто из них никогда не слышал о магии, которая могла подобным образом контролировать других.

Это было логично. В конце концов, Сапфировый Змей было оригинальным заклинанием Юэ, созданным ею при помощи соединения Лазурного Пламени и магии гравитации.

Призыв огромного огненного дракона в закрытом пространстве означал, что её надо регулировать то, как много кислорода она позволит ему поглотить, или все задохнутся. Это требовало намного более точного контроля, чем Дракон Грома.

Однако Коуки и остальные не знали об этом. Они все повернулись к Юэ, намереваясь потребовать объяснения.

Но увидев её величественную фигуру, спокойно направляющую дракона так, словно это плёвое дело, они проглотили свои слова. Несколько учеников, включая Сузу, в этот же самый момент влюбились в неё.

Демоница отчаялась, увидев лазурного дракона. Она думала, что у неё на руках только один безумный монстр, но было похоже, что спутницы этого загадочного парня настолько же опасны. Быстро лишившись вариантов действий, демоница взглянула на то, что у неё осталось. Единственными другими людьми, на которых она может нацелиться, были девушка-кролик рядом с полумёртвым рыцарем, и две девушки, обнимающие друг друга и находящиеся на достаточном удалении от остальных.

И всё же демоница вскоре обнаружила, что они тоже не являются лёгкой добычей. Один взмах Дрюкена начисто снёс голову приближавшегося Супер Быкотавра. Шиа воспользовалась моментом инерции своего взмаха, чтобы сделать полный оборот и раздавить четырёхглазого волка, попытавшегося накинуться на неё сзади.

Тем временем Химеры и коты хлынули в сторону Каори и Шизуку. Шизуку стиснула зубы и храбро подняла свой сломанный меч, но прежде, чем враги смогли настичь её, кроссбитсы Хадзиме принялись действовать.

Шизуку удивлённо наблюдала, как летающие кресты нацелились на Химер и выпустили залп.

«Да что это за штуковины!?» — что-то просвистело мимо её щеки и упало на землю с металлическим лязгом. С другой стороны то же самое случилось рядом с Каори.

Всё ещё озадаченные, они обернулись к монстрам, надвигавшимся на них, только чтобы обнаружить, что им снесло головы. Они взглянули обратно на кроссбитсы, осознание, наконец, снизошло на них.

— Это был… порох?

— Порох… это ружья? — обменялись девушки взглядами. После чего они повернулись к Хадзиме. Оружие в его руках подтвердило их подозрения. Странные летающие кресты, защищавшие их, также были его оружием.

— П-Поразительно… Кажется Хадзиме-кун превратился в человека-гандам.

— Когда это он только успел превратиться в Ньютайпа… *

Теперь, когда непосредственная угроза была устранена, и стало очевидно, что Хадзиме вне опасности, две девушки смогли немного успокоиться. Кроссбиты Хадзиме также обладали функцией приёма звука, встроенной внутрь, так что он слышал всё, что они говорили. Он был довольно удивлён, что они обе так много знали о вселенной Гандама. Он хотел было прокомментировать это, но решил воздержаться.

— Невероятно… да кто он такой? — пробубнила демоница. Все её планы были разрушены одной лишь грубой силой. Отчаяние овладело ей, так что она отдалась своей судьбе. У неё больше не оставалось монстров, и исход противостояния был ясен.

В качестве последней отчаянной попытки, она бросила в Хадзиме сильнейшее заклинание, которое смогла вызвать, и бросилась к одному из выходов. Использованное ею заклинание было тем же самым, что вызвало столько трудностей у учеников — Чёрная темница.

Хадзиме удостоил серую сферу лишь взгляда, и решил, что она не представляет угрозы. Он полностью проигнорировал заклинание и продолжил добивать монстров. Сфера взорвалась рядом с Хадзиме, окутывая его окаменяющим дымом. Коуки и остальные охнули, тогда как Каори закричала.

Демоница смотрела за ним краем глаза, пока бежала.

Однако как раз в тот момент, когда она добралась до выхода…

— Хаха… Похоже, что всё это время ты был на шаг впереди меня.

— Именно так.

Один из кроссбитсов Хадзиме ожидал её у выхода, его дуло было направлено прямо на неё. Сейчас она осознала, что была обречена в тот же момент, как решила напасть на него. По какой-то причине, эта мысль показалась ей забавной, так что она начала смеяться. Хадзиме медленно подошёл к ней. Она начала ненавидеть это его чрезмерно спокойное поведение.

Она обернулась назад, окончательно сдаваясь. Хадзиме ни капли не был затронут её окаменяющим заклинанием. И чтобы посыпать соль на рану, он испускал волны маны в сторону другого выхода, выдувая дым. Он мог избежать его, если бы захотел, но он демонстративно принял удар на себя.

— Ты чёртов монстр. Ты действительно человек? Никакой жалкий человек не способен на такое.

— Честно говоря, я уже сам не совсем уверен. Но я непротив быть монстром, так что остановимся на этом.

Он остановился в нескольких шагах от демоницы. Она оглянула помещение и увидела, что все её монстры лежали на земле, мёртвые. Она горько улыбнулась и в уме отругала себя за то, что ввязалась с ним в драку.

Хадзиме медленно нацелил Доннер. Выражение демоницы было странно расслабленным. Она больше ничего не могла сделать. Ей оставалось только умереть, и она смирилась с этим.

— Обычно, я бы спросил, есть ли у тебя последние слова, но… к сожалению, мне плевать на то, что ты хочешь сказать. Хотя, полагаю, есть кое-что, что я хочу от тебя услышать… Что демон вроде тебя делает здесь внизу? И откуда ты получила этих монстров?

— Что заставляет тебя думать, что я скажу тебе? Почему я выдам информацию врагу? Просто убей меня и закончи с этим, — фыркнула демоница на Хадзиме. Он холодно взглянул на неё и без предупреждения выстрелил ей в ногу.

— Ааааагх! — прокричала демоница и рухнула на землю. Её крики эхом разнеслись по комнате. Коуки и остальные молча наблюдали, шокированные безжалостной жестокостью Хадзиме. Хадзиме не обратил на них внимания и продолжил говорить с демоницей.

— Мне плевать на вашу дебильную войну, как и на этот мир. Я не спрашиваю тебя как член армии человечества. Мне просто интересно. Теперь скорее отвечай.

— … — демоница стиснула зубы и уставилась на Хадзиме. Понимая, что она не сломается, Хадзиме решил, что нет смысла продолжать её допрашивать.

— Ну, я более или менее могу догадаться. Ты оказалась здесь из-за того, что хочешь покорить настоящий Великий Лабиринт, который лежит под этим?

Брови демоницы поднялись от удивления. Подмечая её реакцию, Хадзиме продолжил.

— И эти монстры находились под контролем благодаря магии эры богов… Э, в яблочко? Значит демоны сумели покорить один из Семи Великих Лабиринтов, и используют магию, обнаруженную там, чтобы склонить чашу весов с свою сторону… Это значит, что причина, по которой ты здесь, это не просто пригласить к себе группу героя, но и покорить остальные лабиринты?

— Как ты… Не может быть… — сморщилась демоница. Каким-то образом, Хадзиме догадался обо всех её планах. Внезапно, вариант пришёл ей в голову. Возможно, Хадзиме тоже покорил один из лабиринтов. Она взглянула на него для подтверждения, и он молча ей кивнул.

— Понятно. Значит ты прямо как он… Это объясняет твою силу… Мы, наконец, закончили? Если так, покончи с этим уже. Я надеюсь, ты не планируешь взять меня в плен. Ты никогда не возьмёшь меня живьём.

— Он…? Значит, это он был тем, кто дал эту армию монстров.

По взгляду демоницы было ясно, что она скорее убьёт себя, чем позволит, чтобы её взяли в плен. Но если возможно, она хотела умереть как воин, от рук врага. Со своей стороны, Хадзиме получил информацию, которую хотел вытянуть из демоницы. Больше она была ему не нужна.

Демоница проклинала Хадзиме своими последними словами, в своём последнем жесте противостояния.

— Однажды мой возлюбленный найдёт и убьёт тебя.

Услышав такие слова, Хадзиме бесстрашно ухмыльнулся:

— Я убью всех, кто решит стать моим врагом, даже самих богов. Те, кто стали пешками в руках богов, никогда не смогут одолеть меня.

Обменявшись последними фразами, они оба замолчали. Хадзиме навёл Доннер на голову демоницы. Но до того, как он спустил курок, кто-то окликнул его.

— Постой! Подожди, Нагумо! Она больше не может сражаться! Нет необходимости её убивать!

— … — Хадзиме оглянулся на Коуки через плечо, с удивлённым выражением на лице: «Этот парень серьёзен?». Коуки, пошатываясь, поднялся на ноги, неуверенно раскачиваясь. Хадзиме всё ещё держал палец на курке.

— В плен… Точно, давай просто возьмём её в плен. Мы ни за что не можем убить того, кто не сопротивляется. Герои не должны так поступать. Ты один из моих соратников, так что разве ты не должен подчиняться моим приказам?

Хадзиме едва мог поверить в то, что выходило из рта Коуки. Он полностью проигнорировал его и нажал на курок.

Прозвучал резкий треск и пуля отобрала жизнь демоницы.

Наступила тишина. Рот Коуки завис открытым. Он понимал, что только что произошло, но его разум всё ещё не мог принять тот факт, что его одноклассник безжалостно убил кого-то без каких-либо колебаний. Тем, кого больше всего шокировали действия Хадзиме, была Каори.

Не потому, что он убил кого-то. Она тоже была готова к этому. Она понимала, что означало оказывать помощь человечеству этого мира в их войне. Весь этот поход в лабиринт был всего лишь тренировкой для того момента, когда они действительно начнут убивать людей.

Она осознавала, что однажды ей придётся убить кого-то. Естественно, это Шизуку или Коуки с остальными членами передовой будут непосредственно заниматься убийствами, но ей надо было быть готовой помогать им в этом стремлении. Нести такой же грех, как и они.

Каори потрясло то, как легко Хадзиме пошёл на это. Она не могла поверить в то, что у него нет никакого отвращения к убийству. Он сделал это также естественно, как дышал. Хадзиме, которого она знала, был очень добрым парнем. Хотя у него не было особых сил, он всегда был готов прыгнуть в пекло, чтобы помочь остальным. Эта сила не была связана с насилием. Она была основана на том, что он в любой ситуации заботился о других. Поэтому она была так удивлена от того, что он не колебался убить других. Даже того, кто не мог сражаться в ответ и потерял волю сопротивляться.

Шизуку легко могла понять, что происходило в уме Каори. Они были подругами достаточно долго, чтобы она понимала образ мышления Каори. После всего, что она услышала о Хадзиме от Каори, Шизуку знала, насколько большим шоком это должно быть было.

Когда увидела холодный взгляд Хадзиме, она тоже подумала про себя, что он слишком сильно поменялся. Тем не менее, она также понимала, что не имеет никакого права говорить что-либо по этому поводу, не имея ни малейшего представления о том, что Хадзиме испытал до сих пор. Всё, что она могла, это обнять Каори и попытаться как-то её утешить.

Однако, естественно, у Коуки не было подобной сдержанности. Его острое чувство справедливости не позволяло ему молчать. Голос Коуки зазвучал в наступившей тишине.

— Почему… Почему ты её убил? В этом не было необходимости. — Хадзиме взглянул на Коуки краем глаза. Он гадал несколько секунд, как ему стоит ответить, и затем осознал, что ему вообще нет нужды отвечать. Прикинувшись, что он ничего не услышал, он подошёл к Шие и Мелду.

Решив, что Коуки и остальные больше не нуждаются в её охране, Юэ направилась к Хадзиме. Сузу с тоской смотрела, как она уходит.

— Шиа, как дела у Мелда?

— Это было довольно близко. Хоть немного позже и, вероятнее всего, он был бы мёртв. Я дала ему немного амброзии, как ты и просил, но… ты уверен, что это нормально использовать её на него?

— Ага. Он заслуживает хотя бы этого за все те случаи, когда он помогал мне. Кроме того, если он умрёт, оставленную им дыру будет слишком сложно заполнить. В будущем всё станет только сложнее, если кто-то менее благородный примет на себя работу вести группу героя. Что ж, полагаю, он не был достаточно силён, чтобы не дать случиться произошедшему, но… по крайней мере, он человек чести. Я бы не хотел смотреть, как он умер.

Хадзиме не хотел, чтобы кто-нибудь сомнительный вроде Иштара принял на себя задачу по обучению Коуки и остальных. Тем временем, Коуки, поддерживаемый Рютаро, подошёл к Хадзиме и остальным. Остальные ученики шли следом. Коуки не собирался позволять игнорировать случившееся.

— …Хадзиме.

— Спасибо, Юэ. За их защиту, я хотел сказать.

— Ммм, — Юэ пришла в тот самый момент, когда Хадзиме закончил объяснять свои причины Шие. Он ласково обхватил щёку Юэ и поблагодарил её за помощь. Она смотрела на него со счастьем, взглядом говоря, что это было несложно. Совсем скоро двое снова начали флиртовать.

— Есть время и место для этого, вы двое… Ну же, заканчивайте уже с этим! Здесь есть посторонние! — начала Шиа громко хлопать в ладоши, чтобы привлечь их внимание. Она начинала привыкать к их постоянным заигрываниям в неподходящих для этого местах.

Остальные одноклассники Хадзиме начали зыркать на него по совершенно другой причине, чем Коуки. Один из взглядов был настолько холодным, что заставил мурашки пробежать по спине Хадзиме.

— Эй, Нагумо. Почему ты…

— Хадзиме-кун… есть много, о чём я хочу тебя спросить, но сначала, Мелд-сан в порядке? Его раны похоже закрылись, и его дыхание размеренно, но он должен был быть смертельно ранен… — Каори прервала Коуки и присела рядом с Мелдом. Она проверила его состояние и обследовала рану, пока говорила с Хадзиме.

На секунду Хадзиме показалось, что Каори посмотрела на него настолько ужасающе, что кровь могла застыть в жилах, но он больше не ощущал этого давления, так что он списал это на причуды своего воображения. Он также гадал, почему она теперь внезапно начала звать его «Хадзиме-кун», но он решил оставить этот вопрос на потом.

— Ага, должен быть в порядке… Шиа дала ему довольно особое лекарство. Оно достаточно сильно, чтобы излечить даже смертельные раны.

— Я никогда не слышала о подобных вещах.

— Ну, оно не особо распространено… Ты не сможешь найти его обычным образом. Так что, прости, Яаегаши, но тебе придётся найти кого-то, чтобы вылечил тебя. У меня, по крайней мере, есть зелья маны, если они тебе нужны.

— О-Ох… С-Спасибо, — слегка заикнулась Шизуку, пока брала зелья маны у Хадзиме. Она всё не могла привыкнуть к тому, насколько другим он стал. Хадзиме выглядел необеспокоенным её реакцией и также бросил зелья маны Каори. Она ловко поймала флакон, сказала пару слов благодарности, и опустошила его в один глоток. Продолжительное послевкусие как от сиропа заполнило её рот, и Каори смогла почувствовать, как её мана восстанавливается. Как только Каори восстановится, она легко сможет вылечить остальных учеников.

Она издала вздох облегчения, удостоверившись в том, что жизнь Мелда в безопасности. В этот момент Коуки снова попытался заговорить с Хадзиме.

— Эй, Нагумо, я благодарен, что ты спас Мелда-сана, но почему…

— Хадзиме-кун, спасибо, что спас жизнь Мелду-сану. И… спасибо что спас и нас всех тоже.

Однако он снова был прерван Каори. Он взглянул на неё раздражённо, но она не обратила на него внимания, её внимание было полностью сфокусировано на Хадзиме. Хотя трансформация Хадзиме сильно потрясла Каори, всё ещё было что-то, что ей надо было сказать ему. Сказав слова благодарности, она подошла к Хадзиме настолько близко, что их разделяли лишь немногие сантиметры.

Она вцепилась в подол своей юбки, пытаясь удержать в узде эмоции, которые угрожали захлестнуть её. Но она не смогла этого сделать, и слёзы начали литься из уголков её глаз.

Ком подкатил к её горлу, не давая даже простонать, и хотя Хадзиме всё ещё стоял перед ней, вполне живой, она всё равно не сводила с него глаз, словно боясь, что он исчезнет как мираж. Хадзиме смотрел ей в глаза и видел тысячи сверкающих эмоций.

Задрожавшими губами, Каори, наконец, смогла выдавить из себя слова, которые всегда хотела сказать.

— Хадзиме-кун… Спасибо… Хнык… что остался жив. Тогда, я не смогла защитить тебя… Хнык… прости меня за это… Хнык…

Все девушки, которые догадались о том, насколько Каори беспокоиться за Хадзиме, и некоторые из парней, также об этом догадавшихся, ощутили приятное головокружение, распространившееся по ним, пока они смотрели. Только Кондо и Хияма выглядели так, словно проглотили жуков. Коуки и Рютаро, которые были самыми несведущими из присутствующих, всё ещё ничего не понимали и выглядели озадаченными. Коуки был фактически воплощением героя-тугодума из аниме, тогда как у Рютаро были мышцы вместо мозгов. Любой мог легко понять, почему Шизуку всегда испытывала так много проблем, приглядывая за этими двумя.

С другой стороны Шиа беспокоилась из-за появления очередной соперницы, тогда как Юэ уставилась на Каори с ещё более мёртвым выражением, чем обычно.

Хадзиме молча наблюдал. Он слышал от Эндо, что его предполагаемая смерть висела тяжёлым грузом на Каори, но он никогда не осознавал, что это затронуло её настолько глубоко. Он изо всех сил старался найти нужные слова.

Когда он рассказывал Юэ о том, что с ним случилось, он, разумеется, упомянул и Каори, но с тех пор он даже разу не думал о ней до тех пор, пока не воссоединился с Айко в Уре. Он ощущал небольшую вину за то, что забыл о ней, тогда как она всё это время переживала за него.

После многочисленных внутренних дебатов, Хадзиме, наконец, криво улыбнулся и решился на ответ.

— Похоже, что я заставил тебя очень сильно переживать. Прости, что сразу же не связался с тобой. Тем не менее, как ты можешь видеть, я жив, так что тебе не надо извиняться... Пожалуйста, ухх, это, не плачь, — его глаза содержали ту же самую доброту, которая была в них, когда Каори пришла в его комнату, и он попросил её защищать его.

Каори вспомнила эту ночь так же ясно, как будто она случилась вчера. Было похоже, что не всё в нём изменилось. От переизбытка чувств она вцепилась в рубашку Хадзиме и безвольно захныкала.

Неуверенный, как отреагировать, Хадзиме просто стоял на месте, его руки зависли в воздухе. Сделай нечто подобное любой другой его одноклассник, он бы отбросил их без колебаний, возможно даже отвесил бы хорошего пинка за неприятности, но он не мог заставить себя сделать то же самое в отношении Каори. Она была единственной, кто так сильно беспокоился за него всё это время, и всё то время, которое они провели вместе до того, как он упал в бездну, также висело в его памяти.

Впрочем, в то же время он не хотел обнимать другую девушку на глазах у Юэ. И потому он стоял на месте, а его руки зависли в воздухе, не совсем обнимая Каори, но и также, не отталкивая её. Такое нерешительное поведение было совершенно не похоже на него.

Шизуку сердито уставилась на Хадзиме, её взгляд ясно говорил: «Моя лучшая подруга прямо сейчас плачет у тебя на руках! Как следует обними её!». Но в то же самое время он мог ощутить, как холодный взгляд Юэ вгрызается ему в спину.

Постепенно он пришёл к компромиссу и ласково немного погладил Каори по голове. Он был намного безропотнее, чем обычно.

— Ты очень добра, Каори… Тем не менее, Нагумо безжалостно убил кого-то, кто не мог сопротивляться. Мы не можем игнорировать его поступки. Пожалуйста, уйди от него.

Нагаяма и его друзья зыркнули на Коуки: «Следи за атмосферой, придурок!». Их сбивало с толку, что он до сих пор не заметил чувств Каори к Хадзиме. Коуки сердито глядел на Хадзиме, пытаясь стряхнуть с него Каори.

Хадзиме не был уверен, не нравится ли Коуки то, что Каори касается другого мужчины, или то, что он боится оставлять её в непосредственной близости к убийце. Честно говоря, возможно было понемногу от обоих вариантов.

— Притормози, Коуки. Нагумо-кун тот, кто спас всех нас. Разве надо выставлять это именно так?

— Но, Шизуку, она больше не могла сопротивляться. Она потеряла волю к сражению. Не было причин её убивать. Это не то, что я могу простить.

— Эй, Коуки, можешь уже просто забыть про это? — сузила глаза Шизуку, уставившись на Коуки. Нагаяма и остальные обеспокоенно оглядывались вокруг, неуверенные чью сторону принять. Однако Хияма и его шайка всегда ненавидели Хадзиме, так что они мгновенно приняли сторону Коуки. Они подзадорили остальных, и вскоре большинство учеников было против него. Каори уже какое-то время отошла от Хадзиме и вытерла слёзы. Она было в глубоких раздумьях, размышляя о том, насколько сильно изменился Хадзиме по сравнению с тем, каким она его помнила.

Юэ заткнула всех парой суровых слов. Её голос был холодным, как лёд.

— …Кучка идиотов. Мы можем идти, Хадзиме?

— Э, ага. Вполне можем.

Ледяным голосом Юэ оценила Коуки с остальными просто как «кучка идиотов». Её голос был едва громче шёпота, но каким-то образом он ясно пронёсся по комнате. Её холодность заставила замолчать учеников, и они все повернулись в её сторону.

Хадзиме изначально согласился только потому, что был в долгу у Каори. Теперь, когда он вернул долг, его работа была закончена. У него не было причин оставаться, так что он позволил Юэ повести его из комнаты. Шиа проигнорировала учеников и тоже поспешила за ним.

Но, разумеется, Коуки не собирался позволять ему уйти просто так.

— Стой. Я ещё не закончил. Пока я не пойму твои причины, я не буду чувствовать себя комфортно, считая тебя своим соратником. К тому же, кто ты вообще такая? Я рад, что ты спасла нас, но ты не думаешь, что грубо звать кого-то, кого ты только встретила, «идиотами»? Кроме того, что ты вообще имела в виду под этим?

— …

Как и всегда, Коуки полностью исказил обстоятельства. Вырванное из контекста, всё сказанное им было абсолютно логично. Но учитывая обстоятельства, было очевидно, что он не прав. Казалось, будто он одержим смертью демоницы.

Юэ уже решила, что Коуки недостоин даже того, чтобы тратить на него дыхание, так что она не потрудилась даже взглянуть на него. Коуки нахмурился, но мгновением позже он показал Юэ ту же самую убийственную улыбку, которой он светил всем девушкам школы.

Однако всё, в чём он преуспел, это сделать Юэ ещё более раздражённой. Осознавая, что таким темпом они ничего не добьются, Хадзиме вздохнул и решил ответить Коуки.

— Аманогава, ты практически ходячая шутка, и у меня нет никаких обязанностей отвечать на какие-либо твои примитивные вопросы. Тем не менее, поскольку я знаю, что ты ни за что не отстанешь, я по крайней мере дам тебе небольшой совет.

— Совет? Ты хочешь сказать, что это я тут не прав? Я думаю, всё сказанное мной вполне здравомысляще.

«Вот почему так напрягает разбираться с тобой!» — хотел возразить Хадзиме на заявление Коуки, но воздержался и продолжил.

— Кончай создавать для себя иллюзии.

— С чего ты внезапно…

— Ты сердит не потому, что я убил демоницу. Ты просто не хочешь смотреть, как кто-то умирает у тебя на глазах. Даже ты не можешь сказать, что неправильно было убить того, кто попытался убить всех вас и почти убил капитана рыцарей. Вот почему ты фокусируешься на том факте, что она была беззащитна, когда я её убил. Ты увидел что-то, что не можешь вынести, и ты зол, что я сделал то, что не смог ты. И теперь ты пытаешься вывалить это на меня. Всё ещё прикидываясь, будто ты прав. Разумеется, ты это делаешь не со зла. Ты вероятно даже не осознаёшь этого. Ты никогда не меняешься. Ты всегда воспринимаешь вещи так, как тебе хочется, не принимая во внимание чужое мнение.

— Э-Это неправда! Не говори так, словно знаешь меня! Кроме того, это не отменяет того факта, что ты убил беззащитного противника!

— Что неправильно в убийстве врагов?

— Э!? Что ты хочешь сказать, что неправильного!? Это убийство! Естественно это неправильно!

— …Мне действительно не хочется спорить с тобой. Давай закончим на этом. Это мой принцип — убивать всех, кто стал моим врагом. Пока у меня нет хорошей причины не делать этого, я обязательно убью их. Неважно добро они или зло, или могут они сопротивляться или нет. В тот же момент, как ты проявишь жалость — ты умрёшь. Я выучил это жёстким способом на дне бездны. Хотя это лишь мои принципы, и у меня нет намерений навязывать их кому-то ещё. Тем не менее, если ты намерен встать против меня из-за того, что тебе это не нравится, тогда… — Хадзиме мгновенно сократил расстояние между ними и приставил Доннер ко лбу Коуки. После чего он активировал своё Запугивание и окатил одноклассников его полной силой.

Они обеспокоенно сглотнули. Хотя Коуки мог хотя бы глазами поспевать за Шизуку, которая была самой быстрой из их группы, он не смог даже заметить движений Хадзиме.

— Даже если ты мой бывший одноклассник, я не проявлю жалости.

— Т-Ты…

— Не пойми меня неправильно. Я пришёл не для того, чтобы воссоединится с вашей маленькой группой. Вы мне не соратники. Я пришёл только потому, что задолжал Ширасаки. Как только мы выберемся отсюда, наши пути разойдутся. У меня есть свои цели в уме.

Хадзиме смотрел на Коуки несколько секунд, прежде чем зачехлить Доннер и развернуться. Он также прекратил своё Запугивание, и все дружно вздохнули с облегчением. Однако Коуки всё ещё не собирался принять это. Он открыл свой рот, чтобы спорить и дальше, но в этот раз Юэ заткнула его. Она устала от его трепотни.

— Хадзиме тот, кто сражался. Всё, что вы сделали, это сжались от страха и сбежали. Проигравший не имеет права что-либо говорить.

— Что… Мы не сбежали…

Не было совпадением, что Хадзиме и остальные свалились в ту самую комнату, где сражались Коуки и остальные. Находясь на более верхних этажах, Хадзиме ощутил мощный взрыв маны. Догадываясь, что это должно быть то самое место, где они сражались, Хадзиме воспользовался своими навыками восприятия, чтобы отследить их местонахождение. После чего он воспользовался комбинацией трансмутации и отбойника, чтобы прокопаться через этажи.

То, что ощутил Хадзиме, была активацией Перегрузки Коуки. Хадзиме решил, что с текущим уровнем силы, Коуки сможет легко одолеть демоницу. Из последовавшей ситуации Хадзиме верно заподозрил, что Коуки не смог убить её, в связи с чем они и оказались в такой тяжёлой ситуации.

Как раз в тот момент, когда Коуки собирался возразить, Мелд включился в разговор.

— Заканчивай, Коуки.

— Мелд-сан!

Мелд пришёл в сознание некоторое время назад и слушал их разговор. У него всё ещё слегка кружилась голова, но его сознание прояснилось. С трудом поднявшись на ноги, он положил руку туда, где должна была быть рана, но обнаружил, что его живот поразительно цел.

Каори вкратце рассказала Мелду о том, что случилось, пока он находился без сознания. Когда он узнал, что Хадзиме всё ещё жив, и что это его лекарство спасло Мелду жизнь, его переполнила радость.

Мелд распростёрся перед Хадзиме, благодаря его за спасение жизни, и извиняясь за то, что не сам смог спасти Хадзиме. Хадзиме неловко принял благодарность Мелда, потрясённый его искренностью.

Откровенно говоря, он полностью забыл про обещание Мелда спасти его, когда сам предложил задержать Бегемота, но было похоже, что это висело тяжёлым грузом на Мелде.

Как только закончил извиняться перед Хадзиме, Мелд повернулся к Коуки и также извинился перед ним.

— М-Мелд-сан? Почему ты извиняешься?

— Естественно, потому что я твой инструктор. И всё же я забыл научить тебя самой важной вещи. Что тебе надо быть готовым убивать. Я планировал в какой-то момент подставить под вас каких-нибудь бандитов, чтобы вы испытали какого это, убить кого-то… В конце концов, вам придётся намного больше убивать на войне… но чем больше я проводил с вами времени, тем больше мне казалось неправильным заставлять вас убивать кого-то… поэтому я колебался. Как командир Хейлигха, я должен был научить вас этому без промедления, но… Я продолжал это откладывать до тех пор, пока, наконец, это не привело к произошедшему. Моя нерешительность едва не стоила вам жизней. Мне стыдно называть себя вашим инструктором. Правда… мне очень жаль, — снова склонил Мелд голову перед Коуки и остальными. Они столпились вокруг Мелда и пытались приободрить его. Было похоже, что Мелду тоже приходилось разбираться со своей долей забот. Он разрывался между своим долгом рыцаря и личными чувствами к детям.

Мелд был центральной фигурой в королевстве, но он также был истовым верующим Эхита. Его религия говорила ему, что учить этих «Воинов Эхита» сражаться в войне было самой благородной задачей из всех возможных. Однако он всё ещё испытывал сомнения. Его добродушная натура сыграла часть в его дурных предчувствиях, но больше, чем что-либо ещё, он был, как и сказал Хадзиме, человеком невероятной мудрости.

Коуки внезапно замолчал. На него наконец снизошло понимание, что в ближайшем будущем ему тоже придётся убивать людей. Он вспомнил страх, который он ощутил, получив шанс отнять чужую жизнь. Было немалым шоком, что Мелд даже раздумывал подставить людей, чтобы ученики их убили. Бандиты или нет, люди были людьми. Ученики не испытали бы никаких проблем, разобраться с бандитами, но убить их было совсем другим делом.

Каори тоже замолчала. Не из-за сказанного Мелдом, а из-за последних слов Хадзиме.

О том, как бездна научила его убивать врагов без колебаний, кем бы они ни были. Это было тем, что старый Хадзиме никогда бы не сказал. Тем не менее, убийственное намерение, излучённое им ранее, доказало, что это не блеф. Хадзиме, который когда-то вызвался пожертвовать собой ради их спасения, теперь говорил, что не колеблясь убьёт их, если они встанут у него на пути. Каори чувствовала себя потерянной. Хадзиме, которого она знала, и Хадзиме, который стоял перед ней, слишком сильно отличались. Она начала думать, что ей могли померещиться остатки его прошлого я, которые она увидела ранее.

В какой-то момент, Каори осознала, что кто-то пристально смотрит на неё. Она взглянула и увидела златовласую красноглазую красотку, стоящую перед ней. Каори казалось, что её взгляд лишён каких-либо эмоций.

Каори уставилась в ответ, заинтересовавшись девушкой, которая выглядела очень близкой к новому Хадзиме. Двое смотрели друг на друга некоторое время.

— …Хмф.

— Э…

Первой отвернувшейся была Юэ. Она с насмешкой хмыкнула на Каори и отвернулась.

Каори невольно сглотнула. Даже без слов она понимала, что подразумевала Юэ: «Если твои чувства к Хадзиме настолько поверхностны, тогда мы можешь навсегда про него забыть».

Юэ легко могла сказать, что у Каори есть чувства к Хадзиме. Она ожидала встретить ещё одну соперницу, и была готова сразиться за внимание Хадзиме. Однако когда Каори увидела то, насколько изменился Хадзиме, она дрогнула. Возможно, это была вполне естественная реакция, но с точки зрения Юэ, это значило только то, что она недостойна расценивания соперницей.

«Такая как ты не сможет стать его спутницей. С этого момента Хадзиме только мой. ‘Особенная’ для Хадзиме — это я!»

Приняв такое заявление, Каори покраснела до ушей. От смущения или от гнева, она не понимала. Юэ фактически объявила, что она была самым важным человеком для Хадзиме, но Каори не могла ничего сказать в ответ. Она потеряла это право в тот самый момент, как подумала о Хадзиме как о ком-то отличном от любимого человека. Первое столкновение между Каори и Юэ закончилось победой Юэ.

Игнорируя возникшую напряжённую атмосферу, Хадзиме собрал все свои использованные отбойники, прихватил с собой Юэ и Шию и вышел через один из проходов.

Коуки и остальные поспешили следом. Поскольку группа выдохлась, Эндо предложил, чтобы они последовали за Хадзиме на поверхность, тогда им не придётся сражаться с монстрами на пути обратно. Когда Мелд спросил, возможно ли это, Хадзиме ответил, что не возражает.

По пути назад они увидели, как Хадзиме с лёгкостью избавлялся от монстров, которые создавали трудности всей группе. Вновь им напомнили о том, насколько подавляюще силён он был. Они едва могли поверить в то, что он был тем же самым парнем, над которым они насмехались, как над «никчёмным».

Хияма и Кондо с завистью смотрели на Хадзиме весь путь наверх. Нагаяма и остальные были впечатлены силой, которую приобрёл Хадзиме, но они не были уверены, что сделать с тем фактом, что Хадзиме больше не смотрел на них, как на своих соратников.

Новая сила Хадзиме пугала Хияму и Кондо. Они не забыли про то, как издевались над ним, и они были уверены в том, что он тоже. Нагаяма и остальные тоже ощущали вину за то, что закрывали глаза на издевательства. Чем больше они думали об этом, тем больше они понимали как логично то, что Хадзиме не считает их соратниками, но Хадзиме просто игнорировал различные взгляды, которые ученики бросали в его сторону.

Сузу была единственной достаточно храброй, попытаться поговорить с ними. Она предприняла попытку разговорить Юэ, и задавала Хадзиме самые разные вопросы о том, что он до сих пор делал. Когда она поняла, что они оба не обращают на неё никакого внимания, она обратила своё внимание на Шию. Шизуку останавливала её многочисленные попытки помять грудь Шии. Ободрённые её прямолинейным поведением, Кондо и Хияма тоже попытались приблизиться к Юэ и Шие, но они обе их игнорировали, а когда Хияма разозлился и попытался схватить Шию за уши, его ударила резиновая пуля Хадзиме. Наконец, группа прибыла на поверхность.

Каори всё ещё была глубоко погружена в мысли. Шизуку крутилась вокруг неё, как обеспокоенная мамочка. Впрочем, когда они вышли из входа в лабиринт, Каори была насильно вытянута в реальность. В конце концов, случилось событие, которое она абсолютно не могла проигнорировать.

Для кого-то, кто любил Хадзиме, это, вероятно, было самое шокирующее из возможных событий.

— А! Папочка! С возвращением!

— О, Мью!

Появилась маленькая девочка, зовущая Хадзиме папой.

Голос Мью зазвенел над шумом торговой улицы. Несколько зевак улыбнулись, наблюдая, как маленькая девочка подбегает к Хадзиме.

Она стрелой неслась прямо на Хадзиме и прыгнула ему на руки. Он поймал её в воздухе и поднял высоко вверх.

Обычно это было бы сценой, когда она врезается в Хадзиме и сбивает его с ног, но он был едва ли настолько слаб, чтобы не суметь поймать маленькую девочку. Если на то пошло, это Мью была бы тем, кто поранится, если врежется головой в грудь Хадзиме.

— Ты пришла сюда встретить меня? Где Тио?

— Ага. Сестрёнка Тио сказал, что папа в ближайшее время поднимется, так что мне стоит пойти его встретить. Прямо сейчас, Сестрёнка Тио…

— Я прямо здесь, — проложила Тио себе дорогу через толпу, её красота привлекала внимание ближайших торговцев и авантюристов. Хадзиме не мог поверить, что Тио отпустила Мью из под надзора в таком оживлённом месте.

— Эй, Тио. Ты не можешь оставлять Мью одну в таком месте.

— Она никогда не покидала моего поля зрения. Хотя мне нужно было разобраться с парочкой отморозков, и я посчитала, что будет благоразумно сделать это там, где Мью не сможет ничего увидеть.

Было похоже, что какие-то идиоты-похитители попытались поймать Мью. Хадзиме сказал ей носить капюшон, когда она выходит на публику, чтобы не привлекать много внимания. Он решил, что именно по этой причине её предполагаемые похитители не заметили, что она Морелюд, член расы, находящейся под защитой Святой Церкви. Мью была поразительно милой девочкой, так что она оказалась привлекательной целью для похищения. Хотя Хадзиме никак не мог сказать явились ли они лишь ради денег, или просто были педофилами.

— Понятно. Полагаю, тогда я не могу тебя винить… Итак, где эти отморозки?

— Не беспокойтесь, Хозяин. Я уже разобралась с ними.

— Тц, ну и ладно.

— Ты уверен, что сможешь расстаться с ней, когда придёт время?

Хадзиме явно намеревался убить этих неудачливых похитителей, так что Тио быстро оборвала его, пока это не переросло в большой событие. Хотя поначалу ему не нравилось, что его называют папочкой, постепенно он входил в роль отца всё больше и больше. Это дошло до точки, когда его спутницы начали беспокоиться о том, сможет ли он расстаться с ней, когда они доберутся до Эрисена.

Одноклассники думали, что их больше ничего не сможет удивить после того, как они увидели его трансформацию, но они оказались неправы. Даже в самых диких мечтах они не могли представить, что Хадзиме станет папой. Взгляды всех парней перемещались между Юэ, Шией и новоприбывшей Тио, гадая чей это ребёнок, вместе с тем о том, насколько же опытнее стал Хадзиме за последние несколько месяцев. Возможно, это было даже большим шоком, чем невероятная сила Хадзиме.

Логически, было невозможно, чтобы у Хадзиме была четырёхлетняя дочь, поскольку они были разделены лишь немногим больше четырёх месяцев, но ученики были слишком шокированы и уставши, чтобы ясно мыслить.

Каори вышла вперёд, слегка раскачиваясь. На её лице была улыбка, но её выражение было совсем не радостным. Она пошатываясь подошла к Хадзиме и схватила его за грудки.

— Хадзиме-кун, что это значит!? Это действительно твоя дочь!? Кого из них ты обрюхатил!? Юэ-сан!? Шию-сан!? Или вон ту черноволосую девушку!? Не может быть, неужели есть ещё больше девушек, о которых я не знаю!? Скольких из них ты уже сделал беременными!? Ответь мне, Хадзиме-кун! — было похоже, что Каори, наконец, сорвалась. Хадзиме попытался объяснить, что это всё недоразумение, но Каори не отпускала его. Он не мог понять, откуда у неё взялась такая сила.

— Успокойся, Каори! Невозможно, чтобы эта девочка на самом деле была его дочерью! — попыталась Шизуку оттащить Каори от Хадзиме, но не преуспела.

Люди на улице начали шептаться между собой.

— Что это? Любовная ссора?

— Похоже, что он отправился и обрюхатил другую, хотя у него уже была возлюбленная?

— Больше чем одну девушку, к тому же.

— Он заделал ребёнка всем пятерым?

— Не, я слышал у него целый гарем девушек, и десять из них беременны от него.

— Но, похоже, он скрывал всё это от своей жены.

— Понятно… И похоже она только что узнала про это.

— Гарем, да…? Я завидую.

— Что за парень… Удачливые ублюдки вроде него должны помереть.

Слухи начинали преувеличиваться с умопомрачительной скоростью, и всего за несколько минут Хадзиме стал женатым человеком с гаремом из десяти беременных девушек на стороне. Пока Каори всё ещё трясла его туда-сюда, Хадзиме взглянул на небо и вздохнул. Мью озадаченно посмотрела на него, и он ласково погладил её по голове.

С красным, как омар, лицом, Каори зарылась в объятия Шизуку. Она хотела лишь забраться в какую-нибудь дыру и умереть. Как только она, наконец, достаточно успокоилась, чтобы тщательно логически всё обдумать, Каори осознала, насколько смущающими были вещи, которые она произнесла. Шизуку выглядела скорее как мама Каори, чем кто-либо ещё, пока успокаивала её.

Хадзиме и остальные переместились от входа в Лабиринт на площадь у окраины города. Уже начали разлетаться слухи о том, что Хадзиме был мужиком среди мужиков, но также и дерьмовым изменщиком. Хадзиме уже закончил докладывать об успехе главе отделения гильдии Лоа и спешил убраться из этого города. Он остановился только для того, чтобы доставить письмо Илвы, и в этот момент не надо было пополнять каких-либо припасов, так что не было никаких препятствий отправляться прямо сейчас.

Коуки и остальные ученики последовали за Хадзиме на окраину города только потому, что Каори последовала за ним. Она была всё ещё смущена предыдущим всплеском, но она также знала, что вскоре должна принять решение. Отправиться в путешествие с Хадзиме, или навсегда про него забыть. Путешествовать с ним было её желанием. В конце концов, она наконец смогла с ним воссоединиться, так что она безусловно не хотела с ним расставаться.

Тем не менее, она колебалась. Она ощущала вину за оставление группы Коуки. И больше, чем что-либо ещё, она всё ещё была потрясена тем, насколько изменился Хадзиме. Хуже того, Юэ видела насквозь то, насколько она потрясена.

Каори тоже могла сказать, что Юэ, как и она, очень любит Хадзиме.

Впрочем, больнее всего жалило то, что Хадзиме тоже любил Юэ. Они выглядели идеально синхронизированными. И когда Юэ хмыкнула на неё, Каори начала сомневаться в глубине собственных чувств.

Если её чувства уступают Юэ, может быть она действительно любила Хадзиме не настолько же сильно, как Юэ. Может быть, если она признается ему сейчас, то он увидит в ней лишь помеху. Могла ли она вообще принять Хадзиме таким, какой он сейчас? Может она просто тосковала по старому Хадзиме?

Коротко говоря, Каори была раздавлена высокомерным присутствием Юэ. Тот факт, что Юэ обладала силой, которая соперничала с силой Хадзиме, лишь усиливало её устрашение.

Каори потеряла свою уверенность, что сможет одолеть Юэ, и как маг, и даже в глубине чувств к Хадзиме. Вот почему она не могла принять решения. И теперь Хадзиме собирался уйти. Однако до того, как пройти через ворота, он остановился. Каори взглянула вперёд и увидела десять мужчин, блокирующих их путь.

— Эй, сопляк, куда это ты собрался? Ты серьёзно думаешь, что мы отпустим тебя после того, как ты избил одного из наших ребят!? — неотёсанные мужики уставились на Тио. Они были друзьями похитителя, с которым разобралась Тио, и они пришли отомстить за одного из своих. Хотя судя по их пялящимся взглядам, они были мотивированы скорее похотью.

Хадзиме начинал уставать от этих жалких отморозков, пытающихся завязать с ним драку. Отморозки восприняли молчание как страх и начали становиться наглее.

Их взгляды проскользнули по Юэ и Шие. Испытывая отвращение от взглядов мужчин, Юэ и Шиа спрятались за Хадзиме. Вновь, мужчины неправильно восприняли их действия и посчитали, что они должно быть напуганы, так что начали угрожать Хадзиме.

— Сопляк, тебе лучше не устраивать каких-нибудь глупостей. Если не хочешь помереть, оставь женщин и проваливай. Не переживай, мы вернём их после того, как они как следует извинятся.

— Хотя они вероятно сломаются к этому времени.

Все мужчины засмеялись от этих слов. К сожалению для них, в тот же момент, когда они обнажили клыки на Хадзиме, их судьба была предрешена.

Как и всегда, его Запугивание создало давление настолько сильное, что его можно было физически ощутить. Разъярившись, Коуки вышел вперёд, чтобы наказать мужчин, но обнаружил, что подвергся тому же самому давлению, что и отморозки. Его зрение поплыло, и он упал на колени.

Хадзиме пошёл вперёд, и отморозки слишком поздно осознали, что наехали не на того парня. Они поспешили извиниться, но давление было настолько сильным, что они не смогли даже открыть рта. Она рухнули на землю, тщетно пытаясь пошевелиться.

Хадзиме больше не хотелось продолжать слушать их блеянье. Любой, кто напугает Мью, заслуживал судьбы хуже, чем смерть.

Хадзиме ослабил давление достаточно, чтобы они смогли встать на четвереньки. После чего он подошёл к каждому из них и выстрелил в яйца.

Коуки и остальные были настолько шокированы его безжалостностью, что отпрянули назад. Парни сочувствующе прикрыли промежности.

Как только он закончил, Юэ и остальные подошли к нему.

— Безжалостен, как и всегда. Я была права, что сделала тебя своим хозяином. Пусть я и не мужчина, но даже я поморщилась наблюдая это.

— В этот раз ты выглядел злее, чем обычно. Ты действительно гиперопекаешь Мью, знаешь об этом?

— Ммм. Это была не единственная причина… Он разозлился и ради нас тоже.

— Э!? Это включает и меня тоже? Эхехе, ох, Хадзиме-сан… Большое спасибо.

— …Ты всегда видишь меня насквозь, Юэ.

— Ага. Потому что я всегда смотрю на тебя, Хадзиме.

— Юэ…

В итоге, снова случилось обыденная схема событий из двух, начавших флиртовать, Шии, их разделяющей, Мью, пытающейся привлечь внимание Хадзиме, и Тио, получающей шлепок за нечто странное. Каждый раз, когда Хадзиме оказывался рядом, события между этой пятёркой заканчивались таким же образом.

Каори наблюдала за происходящим со стороны.

Предыдущая сцена как следует показала ей, что Хадзиме не колеблясь прибегал к насилию. На первый взгляд, было похоже, что от его бывшей доброты не осталось и следа.

Но когда Каори подумала о причинах, стоящих за его действиями, она увидела происходящее под другим углом. Он сделал это, чтобы защитить улыбающихся девушек, которые были вокруг него.

Мог ли по-настоящему недобрый человек быть окружён такими улыбками? Даже эта маленькая девочка обожала Хадзиме, словно отца. Кроме того, разве Хадзиме вернулся в первую очередь не для того, чтобы сообщить ей, что он жив? Она была слишком шокирована его изменениями, чтобы вовремя это заметить, но он вернулся думая о ней. К тому же, даже если он пришёл в основном из-за неё, он всё равно не бросил остальных учеников. Он также спас жизнь Мелда, воспользовавшись драгоценным лекарством.

И потому, понаблюдав за ними какое-то время, Каори наконец осознала правду. Хадзиме не колебался прибегать к насилию из-за того, что он понимал, что ему необходимо защитить дорогие для него вещи. Естественно, его собственная жизнь тоже в это входила, но это была не единственная вещь, которая имела значение. Девушки, улыбающиеся рядом с ним, были доказательством этого.

Впервые за всё это время, Каори попробовала подумать о том, через что он должно быть прошёл. Его волосы стали белыми. Он потерял правый глаз и левую руку. Не было никаких сомнений, что он должно быть страдал намного больше, чем она могла вообразить. Его тело и разум должно быть неоднократно подталкивались к точке разрушения. На деле, возможно, их толкнуло даже дальше этого. Этот новый он, вероятно, был результатом этого. Тем не менее, несмотря на всё, что с ним случилось, Хадзиме мог сделать так, чтобы остальные улыбались.

Туман, обосновавшийся в сердце Каори, развеялся. Всё пришло в движение. Она не могла поверить, что была так слепа. Парень, стоящий перед ней, был Хадзиме. Он был тем самым Хадзиме, в которого она влюбилась. Парнем, которого оскорбляли никчёмным, и которого бросило в бездну, только чтобы он выполз из неё собственными силами и вернулся, чтобы спасти её.

Конечно, часть в нём изменилась, но столько же в нём осталось как раньше. И это было вполне естественно. Все люди меняются с прошествием времени, с новым опытом и новыми встречами. По какой причине она должна бояться его? По какой причине она должна терять веру в него? Больше всего, по какой причине она потеряла веру в правильность собственных суждений?

Если в нём была какая-то новая сторона, неизвестная ей, то она просто должна была провести с ним время и узнать её. Разве она не провела всё своё время в старшей школе, делая именно это?

Не было ни шанса, что она проиграет Юэ в глубине своих чувств к нему. Она тоже будет частью этой веселящейся группы. Она больше не позволит Юэ и дальше смеяться над ней. Решительность поднялась в Каори. Шизуку улыбнулась, увидев решимость в глаза своей лучшей подруги. Каори выпрямила спину, после чего благодарно кивнула Шизуку. Пришло время для неё вступить на новое поле боя. Поле боя в любви. Хадзиме взглянул назад и заметил Каори, приближающуюся к нему. Он подумал, что она просто пришла проводить его, но Юэ обеспокоенно на неё уставилась. Шиа наблюдала с большим интересом, тогда как Тио гадала о её мыслях.

— Хохо, это будет хорошая сцена.

Реакции его спутниц предупредили Хадзиме о том факте, что это не просто обычные проводы. Он внезапно ощутил плохое предчувствие ото всей ситуации.

— Хадзиме-кун, могу я тоже присоединиться к твоей группе…? Вернее, я присоединюсь несмотря ни на что. Спасибо, что позаботишься обо мне.

— …А? — Хадзиме был удивлён огнём в её голосе. Она начала с просьбы, а закончила требованием. Какой-то момент он не знал, как ответить. Юэ сделала шаг вперёд, отвечая вместо него.

— У тебя нет права на это.

— Почему нет? Нужно любить Хадзиме, чтобы присоединиться? Если так, мои чувства не проиграют никому.

Каори не дрогнула. Юэ нахмурилась. Они обе глядели друг на друга. Казалось, будто яростная огненная буря полыхала между ними. Юэ осознала, что Каори, вероятно, была сильнейшей соперницей из всех, что она могла когда-либо встретить.

Она могла увидеть решимость в глазах Каори. Спустя несколько секунд, Каори отвернулась и взглянула на Хадзиме. Решимость всё ещё оставалась на месте, но теперь её сопровождало нечто ещё.

Она хлопнула ладонями перед собой и сделала глубокий вдох. Её щёки покраснели. Она сделала ещё один глубокий вдох. Это было моментом истины. Наконец, пришло время сказать слова, которые она хотела произнести с самого первого момента, когда она увидела его склонившимся перед отморозками в Японии.

Её голос немного дрожал, но его было ясно слышно.

— Я люблю тебя, Хадзиме-кун.

— Ширасаки… — видя её решимость, Хадзиме ощутил, что должен честно ей ответить. — Прости, но у меня уже есть та, кого я люблю, так что я не могу ответить на твои чувства. Вот почему ты не можешь пойти с нами.

Каори закусила губу и повесила голову. Однако, через несколько секунд, она снова обрела решимость. Сдерживая слёзы, она подняла взгляд на Хадзиме и уверенно кивнула.

Позади неё ученики простонали от отчаяния, но они ей были безразличны. Она уже решила, что будет делать.

— Я знаю. Это Юэ-сан, правильно?

— Ага, так что…

— Но это не причина отказывать мне пойти с тобой.

— Что?

— В конце концов, Шиа-сан и Тио-сан тоже влюблены в тебя. Кажется, Шиа-сан особенно. Я не права?

— Это…

— Они знают, что ты влюблён в другую, но ты всё равно позволил им пойти с тобой. Так скажи мне, в чём сейчас отличие? Всё-таки… мои чувства к тебе сильнее, чем у кого бы то ещё, — говоря это, Каори снова взглянула на Юэ, пока огонь ярко горел в её глазах. Она больше не позволит Юэ смеяться над ней. Это было её объявление войны. Она украдёт место самого любимого человека Хадзиме.

Губы Юэ изогнулись в улыбке. Было похоже, что Каори всё-таки будет достойным соперником.

— …Хорошо, тогда ты можешь присоединиться. Я покажу тебе, насколько велика между нами пропасть.

— Моё имя не «ты». Зови меня Каори.

— Тогда ты можешь звать меня просто Юэ. Я принимаю твой вызов, Каори.

— Хехе. Очень хорошо, Юэ. Тогда не плачь, когда проиграешь.

— …Хе, Хехехехехе.

— Ахахахахахаха.

Потерялись они обе в собственном мире. Несмотря на то, что ему признавались, Хадзиме ощутил себя так, словно его внезапно оставили в стороне. Решение позволить ей присоединиться было принято без обсуждения с ним. Мью и Шиа в страхе обнимали его, наблюдая, как две девушки вели словесную перепалку.

— Х-Хадзиме-сан, с моими глазами что-то не так? Я могу увидеть кучевые облака, собирающиеся позади Юэ. Там к тому же есть дракон!

— Нет, твоё зрение в порядке. Я вполне уверен, что позади Ширасаки тоже стоит размахивающий мечом демон.

— Папа! Сестрёнки страшные!

— Хааа… Хааа… только представить, что эти двое… посмотрят на меня с таким презрением… Нмм… моё тело уже дрожит…

Каори и Юэ, обе вызвали свои стэнды и зыркали друг на друга*. «Эти двое всегда были такими?» — Хадзиме хотел разнять их, но был обеспокоен тем, что они могут сделать с ним, если он попытается. И потому он просто стоял на месте, пока Мью и Шиа цеплялись за него. Мудрый человек знал, когда нужно держать язык за зубами.

К сожалению, местный герой не был мудрым человеком. Как и всегда, Коуки чувствовал необходимость влезть.

— П-Постойте! Я не понимаю. Ты любишь Нагумо? Ты отправляешься с ним? Что? Что происходит? С чего всё это? Нагумо, что ты сделал с Каори!?

— …Какого ляда?

Было похоже, что Коуки не может принять тот факт, что Каори действительно любила Хадзиме. Для такого тугого, как он, это казалось возникшим на пустом месте. Вот почему он решил, что Хадзиме должно быть что-то с ней сделал. Хадзиме был поражён тем, насколько незамечающим происходящее может быть Коуки. Он знал, что с этим всё плохо, но это был совершенно другой уровень.

Коуки почти собрался вытащить свой меч, когда Шизуку остановила его. Она раздражённо потёрла свои виски и попыталась объяснить Коуки происходящее таким образом, чтобы он смог понять.

— Коуки, ты действительно веришь, что Хадзиме сделал бы нечто подобное? Подумай об этом спокойно. Возможно, ты был слишком туп, чтобы это заметить, но Каори была влюблена в Хадзиме уже давно. В действительности, ещё когда мы были в Японии. Почему ты думаешь, она всегда с ним разговаривала?

— Шизуку… О чём ты говоришь? Это потому что Каори добра. Она просто сочувствовала, потому что Хадзиме всегда был один, верно? С чего она могла оказаться влюблена в этого ленивого, неразговорчивого отаку?

Хотя Хадзиме не мог отрицать какое-либо из этих заявлений, их всё равно было неприятно слушать.

Заметив шумиху, Каори, наконец, разорвала зрительный контакт с Юэ. Она повернулась взглянуть на своих одноклассников. Было лучше всего, чтобы они услышали это от неё.

— Коуки-кун, ребята, мне жаль. Я знаю, что это эгоистично с моей стороны, уходить вот так, но… Я хочу отправиться с Хадзиме-куном, так что я ухожу из группы. Мне действительно жаль, — склонилась она под конец. Сузу, Эри, Тсуджи и Йошино болели за неё. Они осознали происходящее уже какое-то время, и не испытывали с этим никаких проблем. Нагаяма, Эндо и Номура тоже знали об этом уже какое-то время. Хотя было печально, что она покидает их, это не было неожиданностью, так что они провожали её с улыбками.

Однако Коуки всё ещё отказывался соглашаться с этим.

— Ты же шутишь? В этом нет никакого смысла. Ты всегда была со мной, Каори… Почему ты теперь захотела уйти? Ты мой друг детства… так что… ты должна остаться со мной. Разве это не так, Каори?

— Эмм… Коуки-кун. Мы можем быть друзьями детства, но… для меня это не причина, чтобы всё время быть с тобой. На самом деле, я не совсем понимаю, почему ты вообще считаешь это веской причиной…

— Сдавайся, Коуки. Каори тебе не вещь, и не тебе решать, что ей делать со своей жизнью.

После того, как на него ополчились две девушки, Коуки, наконец, замолчал. Он повернулся к Хадзиме.

Тот не обращал на них никакого внимания. Он был занят разбирательством с остальными девушками гарема. Глаза Коуки сузились от гнева. Мысль о том, что Каори присоединится к этому гарему, наполнила его ревностью. Это было чувство, которого он никогда раньше не испытывал. Он предпринял последнюю отчаянную попытку убедить Каори сдаться.

— Каори, ты не можешь уйти с Нагумо. Я говорю это ради твоего же блага. Погляди на него. Вокруг него крутятся девушки, и теперь у него даже есть дочь… Хуже того, он нацепил рабский ошейник на эту девушку-кролика. И эта темноволосая девушка до этого назвала Хадзиме хозяином. Он вероятно заставляет их идти с ним. Нагумо видимо считает, что девушки не более чем объекты для его коллекции. Он мусор. Погляди, как легко он убивает людей. И даже несмотря на то, что он силён, он отказывается помогать нам, его соратникам. Отправиться с ним принесёт тебе только беды. Тебе лучше остаться с нами. Нет, я заставлю тебя остаться с нами. Даже если ты возненавидишь меня за это, это ради твоего же блага. Я ни за что не позволю тебе уйти!

Остальные ученики шокировано уставились на Коуки. Они никогда не видели, чтобы он вёл себя так. Тем не менее, теперь, когда он раззадорил себя, было слишком поздно его останавливать. Он повернулся к остальным девушкам, окружающим Хадзиме, и начал читать нотации и им тоже.

— Вы, девушки, тоже. Вам не стоит оставаться с ним. Идёмте со мной! Наша группа с радостью примет настолько сильных людей, как вы. Мы сможем спасти человечество вместе. Ты же сказала, что твоё имя Шиа, верно? Не беспокойся. Если ты отправишься со мной, то я немедленно тебя освобожу. Мы не держим здесь рабов. Ты тоже, Тио. Тебе больше не придётся звать Нагумо своим хозяином.

Он сверкнул им своей самой очаровательной улыбкой и протянул руку. Шизуку ударила себя по лбу и уставилась в небо, пока Каори была настолько озадачена, что не смогла вымолвить ни слова. Юэ, Шиа и Тио просто смотрели на Коуки.

— …

Не было слов, которые могли передать их чувства. Они неловко отвернулись в сторону от Коуки и потёрли руки. При ближайшем рассмотрении можно было заметить, что они покрылись гусиной кожей. Заявления Коуки были настолько отвратительно далеки от истины, что это нанесло урон их разумам. «Это не та боль, что мне нравится» — мягко пробубнила Тио себе под нос.

Видя, что они явно игнорируют его приглашение, улыбка Коуки напряглась. Они не только не хотели встретиться с ним взглядом, они даже отступили позади Хадзиме для безопасности.

Шок Коуки медленно превратился в ярость. Он безрассудно достал меч и зыркнул на Хадзиме… прежде чем воткнуть его в землю. Он указал на Хадзиме и бесстрашно заявил о своих намерениях.

— Нагумо Хадзиме! Сразись со мной! Без оружия! Если я выиграю, пообещай, что никогда больше не приблизишься к Каори! И освободишь всех этих девушек, которых держишь в плену!

— О, боже... Вот это стыд. Я больше не могу на это смотреть.

— Кончай бубнить! Ты мужчина или нет!?

Он вызвал Хадзиме на безоружную дуэль только потому, что понимал, что его меч никогда не сравнится с револьверами Хадзиме. Юэ, Шиа, Тио и даже Каори сделали шаг подальше от Коуки. Его действия ничего не сделали для того, чтобы впечатлить их.

Тем не менее, Коуки всё ещё был убеждён, что он сейчас прав. Он полностью уверился в том, что спасает свою подругу детства, так же как и бедных девушек, из лап Хадзиме. Его ревность, объединившись с его прямолинейной натурой, смешались вместе, формируя ужасающее сочетание. Для него больше не было пути назад. И потому, даже не дожидаясь ответа Хадзиме, он понёсся вперёд.

Вздохнув, Хадзиме сделал несколько шагов назад. Думая, что он боится драться без оружия, Коуки удвоил скорость и помчался быстрее. Сейчас он был уже в нескольких шагах. Руки Хадзиме всё ещё висели по бокам, и он не принял какой-либо стойки. Уверенный в своей победе, Коуки выбросил кулак, сопровождаемый всем моментом своего ускорения. Как раз тогда…

— А!?

Коуки исчез. Или скорее, провалился. Но он упал настолько быстро, что казалось, будто он исчез. Он свалился в охотничью яму. Делая пару шагов назад, Хадзиме трансмутировал яму там, где до этого стоял. Он встроил в свою обувь такие же магические круги трансмутации, что и в перчатках, в связи с чем ему не нужно было наклоняться.

Как только Коуки свалился, земля мгновенно вернулась обратно в изначальное состояние. Затем сдавленный взрыв донёсся из-под земли. Пока работал над созданием ямы, Хадзиме заодно перенёс из Сокровищницы в дыру также световую гранату, гранату со слезоточивым газом и парализующую гранату. Ничего смертельного, естественно.

Вероятно, что Коуки был поражён ими как раз тогда, когда пытался выползти из дыры. Каждый из его органов чувств был моментально уничтожен, а паралитическая граната не дала ему извиваться от боли.

После этого Хадзиме трансмутировал дырку для дыхания ему над головой, чтобы он не задохнулся насмерть.

Всё из этого он сделал так быстро, что казалось будто он совсем не двигается. Для посторонних выглядело так, словно Коуки самостоятельно свалился вниз. В каком-то смысле, это выглядело почти что жалко.

— Эй, Яаегаши. Если что, он всё ещё жив, так что позже можете откопать его, если хотите.

— Есть много чего, что я хотела бы сказать по поводу случившегося, но… я поняла.

Даже когда они были в Японии, неписаным правилом было то, что Шизуку подчищает за ошибками Коуки и Рютаро. Шизуку вздохнула, ворча на работу, которая на неё свалилась.

Наконец, Хадзиме действительно был готов отправляться. Только чтобы его снова прервали. В этот раз Хияма. С его слов, их группа долго не протянет без поддержки Каори. Он вероятно был обеспокоен, что могут возникнуть жертвы, если она уйдёт, так что он тоже попытался убедить её остаться. Он доказывал свою правоту очень горячо. Всё, над чем он работал, вот-вот собиралось ускользнуть сквозь его пальцы… И его выражение ясно давало понять то, о чём он действительно думал.

Хияма и его шайка знали, что Каори слишком упёрта, чтобы передумать, так что вместо этого они сфокусировались на Хадзиме. Они умоляли его вернуться в их группу. Неся чушь вроде: «Мы сожалеем о том, что делали в прошлом, так что, пожалуйста, вернись».

Все, включая остальных учеников, знали, что Хияма ни капли не сожалеет о том, что он сделал. Даже они сочли отвратительным то, как он без стыда и совести пытался умаслить Хадзиме. Хадзиме как следует взглянул на Хияму впервые с того момента, как они снова встретились. В глазах Хиямы было безумие, которого раньше не было. Перспектива ухода Каори действительно пугала его.

Хадзиме решил, что сейчас самое подходящее время узнать правду о том, что случилось в день его падения. Он решил, что вполне может разобраться со своими вопросами до того, как Шизуку накинется на него. И потому, он иронично ухмыльнулся и задал Хияме самый главный вопрос, висевший в его голове.

— Эй, Хияма. Ты стал лучше в использовании магии огня?

— Э? — Хияма был пойман врасплох неожиданным вопросом. Его лицо побледнело, когда понимание того, что спрашивает у него Хадзиме, снизошло на него.

— О-О чём ты говоришь? Я член авангарда… И элемент, к которому я имею наибольшую склонность — это ветер.

— Хех. А я-то думал, это был огонь.

— Э-Это не так. Какое это вообще имеет значение…

— Ну, ты должно быть очень любишь огонь. Особенно огненные шары. Помнишь, как бросал их недавно?

— … — Хияма побледнел, как простыня. Его реакция фактически подтвердила подозрения Хадзиме. И судя по тому, каким потерявшим рассудок он выглядел из-за отправления Каори, Хадзиме также мог догадаться о его мотивах. Хадзиме был поражён, что Хияма до сих пор не попытался изнасиловать её.

К этому моменту, ему уже было действительно плевать на месть. Если Хияма настаивает на становлении врагом Хадзиме, то он просто убьёт Хияму без колебаний. Хотя в ином случае, Хадзиме просто оставит его в покое. Для Хадзиме, Хияма не стоил даже тех проблем, что вызовет его убийство. Само существование Хиямы ничего не стоило в уме Хадзиме.

Хадзиме отошёл от Хиямы и обратился к нему, вместе с остальной его группой.

— Мне не нужны ваши извинения, и мне плевать на то, что случилось в прошлом. Насколько я могу судить, вы, ребята, никчёмны. То же самое касается всего, что вы скажете. Если вы поняли, проваливайте с моих глаз! Вы все — бельмо на глазу!

Кондо и остальные ощетинились от поведения Хадзиме, но Хияма понимал, что стоит за этой понимающей ухмылкой Хадзиме. Он молча кивнул, после чего сказал своей шайке отступить. Хияма понял, что Хадзиме знает. Если он хочет остаться в живых, его единственным вариантом было подчиниться приказам Хадзиме.

Кондо и остальные были удивлены нехарактерной послушностью Хиямы, но его серьёзный тон не подразумевал обсуждения, так что они нехотя сдались переубеждать Хадзиме.

Наконец, больше не с чем было разбираться. Каори вернулась забрать вещи из гостиницы, что было последним, чего он дожидался, прежде чем отправиться. Хияма и остальные вызвались пойти с ней, но Хадзиме остановил это. Пока Рютаро всё ещё выкапывал Коуки, Шизуку подошла к Хадзиме.

— Эмм… Прости. За всё, я хотела сказать. Также, ещё раз спасибо. И за наше спасение, и за то, что пришёл сказать Каори о том, что жив.

Услышав извинения и слова благодарности от Шизуку, Хадзиме невольно тихо рассмеялся в ответ, отчего она вопросительно наклонила голову. Взгляд Шизуку словно говорил: «Что забавного?».

— Ничего, виноват. Просто ощущение, словно ты совсем не изменилась. Даже когда мы были в Японии, ты всегда приходила ко мне извиниться и сказать спасибо. И теперь ты делаешь здесь то же самое… Тебе действительно стоит приглядывать за собой побольше, или эти морщины на лбу станут постоянными.

— Я могу позаботиться о себе, большое спасибо. В любом случае, сам ты выглядишь довольно изменившимся. Не могу представить, чтобы вокруг старого тебя крутилось так много девушек… и дочка до кучи…

— Я влюблён только в одну из них, кстати говоря…

— Я знаю, что это не моё дело говорить такое, и я знаю, что это эгоистично с моей стороны, но… постарайся приглядывать и за Каори тоже, ладно? Пожалуйста.

— … — Хадзиме не ответил. Видя, что он не намеревается отвечать на её чувства, он честно не хотел даже брать её с собой. Юэ, разумеется, приняла решение несмотря на это. Он не мог представить себе, почему из всех возможных людей именно его девушка нормально относилась к тому, что все эти девушки открыто боролись за его внимание. Тем не менее, он отложил эти чувства в сторону и уставился вдаль.

Осознав, что он пытается проигнорировать её, Шизуку вынула свою козырную карту. Она не собиралась отдавать свою лучшую подругу Хадзиме без каких-либо гарантий.

— Тебе лучше пообещать мне, или иначе… я сделаю твою жизнь убогой.

— Убогой? Как ты сможешь…

— Что ты думаешь насчёт Алебастрового Казнителя?

— Э?

— Или постой, как насчёт чего-то более явного? Алый Опустошитель: Владыка Разрушений, может быть?

— Постой секунду, о чём ты…

— У меня есть ещё. Как насчёт Обсидианового Тирана? Или Синергист Алая Молния?

— Н-Не говори мне, что ты…

Поначалу Хадзиме был озадачен шквалом странных титулов, но Шизуку планировала вскоре стать вполне очевидной. В ответ он побледнел.

— Хехехе, ты знаешь, я один из избранных воинов Эхита, и член партии героя. Если я захочу, чтобы конкретные прозвища стали популярными по всему миру, я смогу. С моим влиянием они распространятся как лесной пожар. Итак, Нагумо-кун, какой ты предпочтёшь? То как ты выглядишь, даёт возможность очень легко придумать довольно много. У меня также есть ощущение, что они пристанут.

— Постой! Прошу, постой! Откуда ты вообще знаешь про сильнейшую уязвимость всех отаку!?

— Каори таскала меня повсюду за собой, пока пыталась побольше о тебе узнать. Она потратила много времени на просмотр аниме и чтение манги только для того, чтобы поговорить с тобой. И она втянула меня в это за собой, так что я довольно знающа в этих вещах. Я припоминаю, что в Японии они зовут людей вроде тебя чуни-

— Прекрати! Умоляю, стой!

— Ох, надо же, похоже, что это даже эффективнее, чем я думала… Ты поразительно застенчивый.

— Т-Ты, проклятый демон… — пал Хадзиме на колени, словно новорождённый оленёнок, содрогаясь от ужаса. Его тёмное прошлое из средней школы возвращалось, чтобы снова преследовать его. Все воспоминания, что он запечатал, заполонили его разум.

— Хехе. Итак, ты обещаешь позаботиться о Каори?

— …

— Хмм. Панихида Гибели: Дробовик Хаоса. Воплощение Бедствий: Обратный Катаклизм…

— Л-Ладно, ладно, я понял! Просто заканчивай уже с этими именами!

— Ты обещаешь позаботиться о Каори?

— …Я обещаю не относиться к ней плохо, по крайней мере.

— Этого вполне достаточно. Мне было бы неприятно продолжать тебя пытать больше чем сейчас, но… Если ты когда-либо нарушишь своё слово, я клянусь, что напишу о тебе книгу и распространю повсюду. И здесь, и дома в Японии.

— Ты же на самом деле последний босс, да? Я ведь прав? — обхватил Хадзиме свою голову руками, словно сходил с ума, склонившись у ног Каори. Все остальные, включая Юэ и остальных, дрожали от трепета. Шизуку заставила склониться всемогущего Хадзиме одними лишь словами.

Пока Хадзиме боролся с травмами прошлого, Каори прибежала обратно. Её глаза широко раскрылись, когда она увидел Хадзиме, склонившегося у ног Шизуку.

Заинтересованная устрашающей девушкой, Юэ спросила про неё у Каори. Получив основное описание Шизуку и объяснив Каори то, что случилось, Юэ погрузилась в раздумья. Каори глядела на Шизуку с Хадзиме и пробубнила свои мысли.

— Подумав об этом, они часто вдвоём болтали о чём-то по секрету, пока мы были Японии…

Они обе пришли к одинаковому заключению. Было вероятно, что Шизуку была также и последним боссом, с которым им придётся столкнуться в битве за внимание Хадзиме.

С новыми вопросами для размышления, Юэ и Каори приготовились к отправлению. Шизуку, Сузу, остальные девушки, Нагаяма с друзьями и Мелд пришли к городским воротам проводить Хадзиме.

Всё ещё не полностью отойдя от впечатления из-за того, что Хадзиме выжил, и его последовавшей трансформации, все неловко пожелали Хадзиме безопасного путешествия и ещё раз поблагодарили его за их спасение.

Тем не менее, на сегодня с сюрпризами ещё не было покончено. Их челюсти снова отвисли, когда Хадзиме достал Бриз на пустом месте.

Шизуку и Каори держались за руки. Из всех присутствующих, Шизуку была тем, кого Каори будет не хватать больше всего. Посчитав, что это подходящий момент, Хадзиме достал меч из Сокровищницы и протянул его Шизуку.

— Что это?

— Ты же вроде потеряла свой предыдущий меч? Я даю тебе новый. У тебя и так полно трудностей, и я забираю у тебя твою «(психологическую) поддержку». К тому же, ты немало помогла мне, когда мы были в Японии.

Шизуку приняла меч и осторожно извлекла его из чёрных как смоль ножен. Лезвие тоже было полностью чёрным. На деле оно было настолько тёмным, что казалось, будто оно поглощает окружающий свет. На рукоятке не было никаких отметок, и у лезвия был лёгкий изгиб. Он обладал лезвием с обеих сторон. У него было поразительное сходство с одним из знаменитых японских мечей, Когарасумару. Хадзиме не был хорошим знатоком японских мечей, но у него было много практики при создании клинков для племени Хаулия. Он воспользовался богатым опытом трансмутации, чтобы закрыть все недостатки, и прочтённой им мангой, в качестве ориентира для основы.

— Он сделан из сжатого полотна самой крепкой из существующих руд, так что я гарантирую, что он никогда не сломается. Даже новичок сможет разрубить им сталь. Насчёт обслуживания… Ну, ты знаешь мечи лучше меня, Яаегаши.

— Это поразительно… Всё-таки, ты не просто так Синергист. Спасибо. Я с радостью приму его.

Шизуку сделала с мечом пробный взмах. Он без усилий разрубил воздух. Она улыбнулась и поблагодарила Хадзиме. Шизуку выучила все свои техники меча используя японский меч, так что ей было тяжело адаптироваться к мечам этого мира. В связи с чем она была так счастлива заполучить полноценную катану.

— …Значит она — последний босс?

— Шизуку-тян…

— Э? Что такое? Почему вы смотрите на меня таким образом?

Юэ наблюдала за Шизуку с настороженным выражением, тогда как Каори не знала, что сказать. Они покинули Хорауд, оставив вопрос Шизуку без ответа.

Погода была прекрасной. Их следующим местом назначения была Пустыня Груена. Внутри неё был один из Семи Великих Лабиринтов, который им надо было покорить, Великий Вулкан Груена. Волшебное воссоединение закончилось тем, что Хадзиме заполучил нового соратника в свои ряды, и они продолжили путь на запад.

  1. Для непосвящённых, Ньютайпы — это что-то типа усиленных людей со психическими и физическими сверхспособностями во вселенной гандама, которые могли контролировать независимые модули для боя сидя в роботе и не только. Кого интересуют подробности, ищите «гандам ньютайпы».
  2. О да, ДжоДжо во всей красе, что сказать, это очень популярное произведение…