1. Ранобэ
  2. Возрождение злополучной супруги
  3. Том 1

Глава 28. Намерение совершить убийство

2


Расстояние от этого города до столицы займёт два, максимум три дня. Императорский Цензор Ван всегда был сторонником бережливости. Поэтому, вопреки ожиданиям, он отказался от удобного паланкина, который приготовил для него Цянь Вань Ли, и заказал вместо него два конных экипажа (1).

Сундуки Цзян Жуань с разными предметами уже были проданы, а стоимость конвертирована в банкноты (2), поэтому в карете остался только сундук с книгами. Таким образом, было сэкономлено много места.

Помимо сопровождения Бай Чжи и Лянь Цяо, Лу Чжу также присоединилась к ним в их путешествии. Бай Чжи и Лянь Цяо были не только остроумными и умными служанками, но и смелыми, что было довольно редкой чертой. Перед отъездом Лу Чжу добровольно предложила служить Цзян Жуань. И как оказалось, Цзян Жуань также планировала взять с собой Сяо Юань. Однако Сяо Юань родилась служанкой в этой резиденции и не хотела оставлять своих отца и мать. Поэтому она тактично и вежливо отклонила доброе намерение Цзян Жуань. Таким образом, Цзян Жуань не настаивала на этом, и оставил ей сумму денег в уплату за услугу, которую Сяо Юань сделала для неё.

С другой стороны, Лу Чжу была служанкой, которую купили снаружи. После смерти обоих родителей, родственники продали её работорговцам. А так как она много путешествовала и встречалась со многими людьми, то была чрезвычайно умна. За короткое время взаимодействия Бай Чжи и Лянь Цяо уже сблизились с ней.

Из-за Цзян Жуань и других женщин, Цянь Вань Ли пытался снискать расположение Императорского Цензора Вана, организовав для Ли Ми и другого офицера сопровождение в столицу. Итак, всё путешествие прошло в гармонии. Во время их путешествия Лу Чжу была очень оживленной, рассказывая о времени, проведённом в путешествии с работорговцами, и о странных вещах, с которыми они столкнулись. Или, возможно, она была от природы оптимистична. Каждое слово, которое она произносила, переполняло очарования и интереса, без намёка на уныние. Если она и испытывала печаль или страх, то знала об этом только она сама. Бай Чжи и Лянь Цяо, естественно, чувствовали, что она была мягким и общительным человеком, и все трое увлечённо болтали, в то время как Цзян Жуань сидела в карете с книгой в руке, по-видимому наслаждаясь вкусом свободы.

Вскоре они достигли середины своего двухдневного пути. После ночного отдыха им, вероятно, удастся добраться до столицы к полудню следующего дня.

Ли Ми и другой офицер сидели верхом на своих скаковых лошадях, сопровождая Императорского Цензора Вана в другой карете. Небо постепенно темнело. Ли Ми навёл справки и обнаружил, что на пути есть храм. Так как они находились посреди дикой местности, мужчина подумали о том, как трудно найти гостиницу, в которой можно было бы переночевать. Поэтому, спросив мнение Цзян Жуань, он решил, что они должны остаться в храме.

Храм был довольно большим, но благовоний почти не зажигали. Возможно, из-за отдаленного расположения в глубоких горных дебрях, очень немногие люди путешествовали сюда, чтобы зажечь благовония. Даже монахов, ходивших туда-сюда, было немного.

Бай Чжи и Лянь Цяо давно не переступали порогов храмов. Раньше, когда Чжао Мэй ещё была рядом, она часто брала Цзян Жуань в храм в Путо, чтобы помолиться о благословении. После ее смерти, когда Цзян Жуань была отправлена в сельскую резиденцию, жизнь становилась все суровей с каждым днем, и не было ни времени, ни денег, чтобы посетить храм. Деньги, необходимые для покупки ароматического масла, используемого в богослужении, все еще были деньгами. Просьба о благословении и защите Будды обходились недешево.

Лу Чжу не была новичком в храмах. По приказу Цзян Жуань, пока Бай Чжи и Лянь Цяо убирали, она уже обошла храм и даже вернулась с несколькими блюдами вегетарианской пищи. Когда она убеждала Цзян Жуань поесть, пока еда была горячей, она подробно описала госпоже расположение храма.

Когда они поселились в храме, уже наступила ночь. Все мужчины, включая Императорского Цензора Вана, Ли Ми и другого офицера, устроились спать на другой стороне храма. Хотя у Ли Ми и были некоторые опасения на этот счёт, он пришёл к выводу, что репутация дам имеет первостепенное значение. Более того, хотя храм и был довольно большим по площади, если что-то действительно случится, он всё равно успеет вовремя среагировать.

Лянь Цяо подрезала длинный фитиль в масляной лампе, чтобы лампа светила ярче. Цзян Жуань положила книгу, которую держала в руках, и потерла виски.

- Мисс, уже поздно, разве вы не должны спать? - спросил Бай Чжи. Цзян Жуань достаточно отдохнула за последние несколько дней, и теперь была полна сил, не желая ложиться спать.

- Нет необходимости в спешке, ещё есть время для вечернего развлечения, - сказала Цзян Жуань с лёгкой улыбкой.


Она вспомнила вопрос, который задала Ли Ми, когда ехала в экипаже:

- Дажэнь, люди по дороге в столицу обязательно должны проходить мимо этого храма?

- Да, - ответил Ли Ми. - Этот храм является единственным зданием в радиусе нескольких десятков ли (3).

Цзян Жуань прервала ход своих мыслей как раз вовремя, чтобы услышать, как Лянь Цяо с любопытством задаёт вопрос:

- Какое развлечение?

- Лу Чжу, - ответила Цзян Жуань.

Лу Чжу вошла в комнату и заговорила, улыбаясь:

- Всё готово, Мисс.

Была глубокая зима, поздняя ночь, и в храме, окружённом чернильной чернотой, царила мёртвая тишина. Был слышен только звук завывающего холодного ветра.

Все лампы были погашены. Единственным оставшимся светом была полоска лунного света от убывающей луны, освещавшая заснеженную землю. В этот момент огромные темные тучи прокатились над головой, полностью заслонив слабый лунный свет. Под небом, земля была окутана покровом тьмы.

В безмолвной темноте во дворе внезапно появились несколько фигур. Фигуры задержались в нескольких комнатах, заглядывая внутрь в поисках подтверждения, прежде чем войти в одну из комнат гуськом.

В безмолвной тишине двора послышался тихий звон маленьких колокольчиков.

Девушка в темноте открыла глаза, зрачки её блестели от холода. Она слабо улыбнулась и прошептала:

- Лянь Цяо, Бай Чжи.

Обе служанки одновременно кивнули, встали, открыли дверь и вышли.

Цзян Жуань стояла в центре комнаты. Она уже разложила всё в соседней комнате, но не спала там. Вместо этого девушка всё время пряталась в соседней комнате. На самом деле она выставила себя лёгкой мишенью (4).

В своей предыдущей жизни она тоже жила в подобном храме, но её воспоминания о том времени были очень смутными. Она помнила только, что монахи и аббат усложнили ей жизнь, но было ли это намеренно или по какой-то другой причине, она не могла понять тогда. Еда, которую ей давали, была крайне скудной, а состояние комнаты, в которой она спала, - крайне ужасным. Однако, оглядываясь назад, это должно быть произошло по подстрекательству Ся Янь и её дочери. В то время она была нужна им как пешка в их плане проникновения во дворец, поэтому они лишь ненадолго усложнили ей жизнь, прежде чем отпустить. Теперь, когда ей дали новую жизнь, и она возвращалась в Цзян фу (5) с большой помпой и статусом очень праведной дочери первой жены, она боялась, что Ся Янь и Цзян Су Су не будут слишком счастливы.

В этот последний день они всё ещё хотели воспрепятствовать её возвращению в Цзян фу. Однако на этот раз им нужна была ее жизнь!

Из-за отдаленного расположения храма и, как следствие, отсутствия денежных пожертвований, они взяли серебро Ся Янь и выполняли её приказы. Таким образом, "несколько" добросердечных монахов, которые остались, "заботливо" посоветовали Цзян Жуань разместить мужчин и женщин из ее окружения в отдельных комнатах, чтобы сохранить ее репутацию. Значит, если что-то случится, ей некого будет позвать на помощь, и она должна будет вынести все это одна!

Однако сегодня она была злым духом, вернувшимся из ада, и в этой пьесе, которую они ставили, она одна играла ключевую роль, требуя чью-то жизнь!

Из соседней комнаты донёсся слабый звон колокольчиков - это был секретный знак. Отлично. Она выпустила в комнату большое количество ядовитого дыма, а Лу Чжу заранее приняла противоядие. Как только люди, которых послала Ся Янь, вошли в комнату, их роль (в пьесе – продолжение метафоры "развлекательной пьесы") должна была закончиться. На рассвете она планировала бросить тела этих людей перед статуей Будды в храме. Ли Ми был офицером и, естественно, должен был провести расследование. Что же касается того, как аббат и монахи объяснят всё это, что ж, им придётся самим придумать правдоподобное объяснение.

Цзян Жуань поправила юбку, готовясь открыть дверь и пойти в соседнюю комнату, чтобы проверить ситуацию. Она как раз подошла к двери, когда та резко распахнулась, и кто-то быстро проскользнул внутрь. Поражённая, Цзян Жуань поспешно сделала несколько шагов назад. Другая сторона, по-видимому, тоже не предполагала, что кто-то будет в комнате, и не отреагировала немедленно. В эту долю секунды Цзян Жуань, двигаясь слишком быстро, небрежно наступила на длинную юбку и отклонилась назад в прелюдии к падению.

Увидев её падение, другой человек быстро и рефлекторно протянул руку, чтобы схватить девушку за талию. На короткое мгновение их тела прижались друг к другу, и лицо Цзян Жуань коснулось чёрной ткани его одежды, украшенной чё рными мифическими существами Цилинь (6). Она побледнела. В мгновение ока тёмные тучи рассеялись, и комнату залил лунный свет. Цзян Жуань посмотрела в глаза, холодные, как мёртвая звезда.


1. Паланкин против конного экипажа


2. Инь Пяо (银票 ) – банкноты равносильные серебру, использовались в старину.


3. Li ( 里 ) – древняя мера длины, приблизительно 500 м.

4. Weng zhong zhuo bie (中中.) -中中 = jar, 捉 = поймать; 鳖 = черепаха; лит. поймать черепаху в банку; рис. охотиться за легкой добычей.

5. Fu ( 府 ) – поместье или особняк; обычно резиденция знатной или влиятельной семьи. Таким образом, Цзян фу относится к главной резиденции, т. е. особняку Цзян.

6. Хэй Линь ( 黑麟 ) – Black = черный, Chinese = китайское мифическое существо, также известное как китайский единорог.