1. Ранобэ
  2. Становление героя щита
  3. Становление Героя Щита 19

Глава 3. Деяния людей и монстров

9

— Наконец-то настало время вернуться в мои владения.

— Бу!

Прошло несколько дней после возвращения из школы боевого стиля Грасс и начала тренировок. Мадракон, который отправлялся в путь каждое утро и перемещался в замок вечером через зеркало, наконец-то добрался до своей бывшей территории.

Мы сели на спину Мадракона — которому ради этого пришлось принять взрослую форму — и полетели. Наша задача — отыскать тайные сокровища Мадракона, а также раскрыть тайну родословной Грасс.

Наш отряд: я, Рафталия, Раф-тян, Кидзуна, Грасс, Крис, Мадракон, Фиро, косатки и молчаливая Сэйн. Фиро начала ревновать из-за внимания, которое я уделяю Мадракону, так что пришлось взять её с собой. Ицуки, Лисия и Эснобарт тоже с нами, но слишком заняты обсуждением результатов тренировок, переводом древних книг и разгадыванием потайных шифров, чтобы участвовать в разговорах. Ларк и все остальные тренируются под началом бабульки. Они хотели пойти с нами, но нельзя пренебрегать защитой замка. Если понадобятся — позовём.

И всё-таки нас как-то многовато. Такое чувство, будто рейд-группа на босса собралась.

— Да уж, сразу видно, что это твоя земля… — пробормотал я, глядя на зловещую область перед нами.

Мы долго летели над пустошами, над которыми парили искрящиеся скалы — как я понял, это область с уникальной экосистемой.

Когда пустоши закончились, началась земля, похожая на огромное кладбище из-за бесконечных деревьев в виде крестов. Я сначала решил было, что это каменные надгробия, но затем к своему удивлению понял, что это всё-таки деревья.

Я уже видел карту этого континента и знаю, что он довольно большой. Достаточно большой, чтобы за эту территорию воевали несколько стран.

— Впечатляет, не так ли? — с гордостью спросил Мадракон. — Эти болота называют Курганом смерти или Курганом заблудших, потому что я своей магией насылал на них плотный туман.

— Мы так намучились, пока проходили через них… — пробормотала Кидзуна, вспоминая свои приключения. — Этот туман ещё и поднимался высоко в небо, как на базе Кё, поэтому мы не могли просто перелететь на Клановой Лодке.

Пожалуй, не буду уточнять, как именно они смогли пройти через болота.

— Осталось пролететь над полями магмы — и будет мой замок.

— Ясно. Ты, видимо, гостей не жалуешь?

— Я не доставлял им особенных неудобств. Желанный гость на моей земле не заблудится.

Видимо, вокруг его земель есть какой-то барьер, через который могут пройти только те, кому Мадракон разрешил.

— У тебя тут барьер как в Кутенро?

— Хм… Если верить тому, что я знаю о твоей истории, то, получается, что да. И кстати, эти же знания о Кутенро подтолкнули меня к тому, чтобы вновь использовать эту землю.

— Но в ходе войны за власть между странами от барьера ничего не осталось?

— Поначалу эти земли действительно стали открыты для всех людей, но потом началась борьба за власть, в которую, к сожалению, ввязались и мы, — ответила мне Грасс. — Страна Ларка и многие другие охотно принимали беженцев, так что всё закончилось относительно благополучно. Но некоторые предпочли остаться здесь.

Как и следовало ожидать, друзья Кидзуны проводят толковую политику, в отличие от той же Церкви Трёх Героев. Надо сказать, открыть двери для беженцев — это непростое решение. И Ларк — достойный король, раз сумел принять его.

— Впрочем, города и деревни, которые я видел, пролетая здесь в прошлый раз, пришли в упадок после моей гибели.

— Ты уже объявил им о своём возвращении?

— Я пролетел над ними молча, решив, что сделаю это, когда вновь займу замок. Благо глупость людей погубила их попытки создать государство, и они вновь перешли под власть монстров.

— Что, серьёзно? — переспросил я.

— Настоящие враги людей — не монстры, а другие люди, — ответила Грасс, отводя взгляд. — Я услышала эти слова именно здесь, когда посещала эти земли после исчезновения Кидзуны.

— Что ж это за мир такой? — вздохнула Кидзуна. — Они ведь так клялись работать ради всеобщего блага…

— Кидзуна, твои подвиги не прошли даром, — заверила Грасс. — Мы спасли многих людей, приняв в нашу страну. Но мы уважали мнение тех, кто решил остаться.

— Ясно…

Получается, что те, кто остались, добровольно решили стать рабами монстров.

Постоянные набеги со стороны соседей не позволили создать государство, которое выражало бы волю людей этой земли. Те, кто эти набеги устраивал, наверняка считал, что не стоит допускать создание страны, которая завтра же может стать врагом. Лучше уж поработить жителей и делать вид, что у них никогда не было свободы. В таких условиях неудивительно, что некоторые из местных людей предпочли остаться слугами монстров, а не принимать сторону эгоистичных соседей. Они сделали для себя вывод: люди — враги, а монстры — защитники.

Разумеется, от изменений всегда кто-то выигрывает. Но блага не бесконечные, кому-то выгода есть, а кому-то нет.

— Возвращаясь к разговору об Аматихе — для меня тоже стало открытием, что такая страна вообще существовала на моей земле.

Мадракон лишь задумчиво покрутил головой, когда мы рассказали ему то, что узнали в школе Грасс.

— Ты не можешь ничего о ней вспомнить или что?

— Тебе ведь известно, как устроены императоры драконов? Пока у меня нет какого-либо фрагмента ядра, я тебе даже не скажу, какие воспоминания в нём хранились, — Мадракон задумался, явно что-то осмысливая. — И вообще, я ведь правил здесь не вечно. За долгие годы земля может несколько раз переходить из рук в руки.

— То есть мы сейчас наблюдаем результат многовековой истории?

— Именно. Разумеется, я могу строить догадки, опираясь на свой опыт. Я ведь даже однажды построил подводный город.

В принципе, я уже понял, что Мадракон — это нечто вроде древнего зла, которое периодически восстаёт.

— Раз так, мне придётся изучать развалины и местные деревья.

— Как скажешь, Герой Щита. И раз тебе это так важно, я буду делиться с тобой всеми известными мне сведениями в обмен на…

— Прекрати домогаться. И вообще, ты не думаешь, что твоя привязанность ко мне — тоже влияние Гаэлиона?

Мадракон вздрогнул и отвёл взгляд. Неужели он понял, что его соперник действительно на него повлиял?

— Пф… Даже если по его вине у меня появились сомнительные чувства, ты всё равно мне по душе, Герой Щита. Я не мог не влюбиться в твоё желание сжигать миры дотла своей ненавистью.

— Ну-ну.

На самом деле у меня нет такого желания. Вся моя ненависть направлена к Ссуке.

Я всё ещё не избавился от этого чувства, но благодаря Атле научился от него абстрагироваться.

— И вообще, Герой Щита, когда ты уже спаришься с обладателем Клановой Катаны? Я каждый вечер заглядываю в ваше окно, предвкушая это событие.

— Эй, ты что за мерзости рассказываешь?!

Хочешь домогаться — домогайся меня. А Рафталию трогать не смей.

— Не волнуйтесь, господин-сама! Я ему мешаю как могу! — заявила Фиро, показывая большой палец.

А-а, то-то я в последнее время постоянно слышу на улице звуки борьбы. Это они подражают противостоянию Атлы и Рафталии?

— У-ха-ха, не думай, что сможешь противостоять мне вечно!

— Бу! Господин-сама — мой! Я его тебе никогда не отдам!

— И правильно, Фиро.

Я и не знал, что она отгоняет от меня извращенца. Она заслужила похвалы.

— Э-хе-хе, меня хвалит господин-сама!

— Гр-р… Отныне он будет хвалить меня чаще! Смотри на это и страдай!

— Бу!

Несмотря на их споры, похоже, что они совсем сдружились.

Тем временем Рафталия повернулась ко мне. Да, я всё понимаю. Всё понимаю, поэтому не надо на меня так смотреть.

— Что? Наофуми и Рафталия, неужели вы этим не занимаетесь?

Твоего мнения ещё не хватало, Кидзуна!

— Я вроде бы говорил об этом сразу после воссоединения с Рафталией, но пока в мире творятся такие катастрофы, я хотел бы отложить отношения до лучших времён.

Есть, конечно, мнение, что потом можно пожалеть об упущенном времени, но у нас другой случай.

— Полностью согласна, — отозвалась Рафталия. — Я тоже не хочу своему ребёнку такой жизни, что была у меня… Так что сейчас для меня нет ничего важнее чувства долга.

— Хм, — протянула Кидзуна.

— Хе-хе, — усмехнулся Мадракон. — Будете долго так считать — я вклиниться успею.

— Заткнись. И не вздумай.

— Тем более, что я не сомневаюсь: как только появится первый прецедент, нагрузка на Наофуми-саму сильно возрастёт, — сказала Рафталия и посмотрела на Садину и Силдину.

— О-о?

Действительно, как только наши с Рафталией отношения перейдут этот порог, косатки немедленно завалят меня просьбами переспать с ними. Более того, я не сомневаюсь, что они будут настолько настойчивыми, что мне не останется ничего, кроме как согласиться. А потом по их примеру начнёт действовать Мадракон. Но ему-то я точно откажу.

— Наофуми-сама и без этого работает все ночи напролёт… А вы предлагаете добавить ему новых ночных обязанностей?

Уф… это намёк на то, что мне стоит освободить немного времени в своём расписании? Если я и дальше буду заниматься готовкой, ювелирным делом, тренировками и участием в совещаниях для повышения морали союзников, то времени на романтику с Рафталией у меня в принципе не будет.

Вдруг в груди у меня что-то кольнуло.

“Неужели я забыл, о чём думал, когда покупал Рафталию? Как могу я, рабовладелец, прикидываться хорошим человеком? Как я могу считать себя достойным отношений с Рафталией?” — спросил меня внутренний голос.

— Тяжёлая у тебя жизнь, Наофуми.

— Кидзуна, прошу тебя, бери с него пример.

— Я и так делаю, что могу, Грасс! Учусь готовить, участвую в тренировках! А уж сбор материалов и ресурсов мне даётся ещё лучше, чем ему!

— Да, не спорю, — согласился я.

Благодаря Кидзуне мне и правда стало легче готовить. Освободившиеся силы я бросил на ювелирное дело.

— Грасс-сан, я полагаю, нам тоже стоит работать не меньше, чем Наофуми-сану и Кидзуне-сан, — осадила Рафталия Грасс.

— Действительно, мы слишком часто зависим от Священных Героев. Мы можем больше, чем просто сражаться, — к счастью, Грасс согласилась с доводом. — Я тоже буду усердно работать, Кидзуна, так что и ты прекращай постоянно рыбачить.

— У-у… ладно. Буду трудиться.

В таких условиях Кидзуна вряд ли сможет отлынивать от работы. Это её удачно подловили.

— Смотрите, впереди показался мой замок! — гордо объявил дракон.

Впереди за магмой действительно уже виднелись руины какого-то замка.