Глава 13. Дождевые тучи, стремящиеся затмить солнце
Уже через день в лагере Ли Му начали судачить о Линь Юе и Линь Ваньюэ. Слухи о них разлетелись по всей казарме в течение ночи, и к этому моменту почти все солдаты обсуждали: Что же это за парочка такая? В конце концов, почему генерал проявил к ним такую благосклонность?
Линь Юй был повышен до статуса первого командира. Линь Ваньюэ была назначена командиром батальона Летящих перьев. Стремления к славе и лести у них не было. Линь Юй и Линь Ваньюэ, которые всегда были не разлей вода, внезапно отдалились друг от друга. В тот самый вечер, покидая главный шатер, Линь Юй хотел расспросить Линь Ваньюэ, но она лишь ответила: “Поверь мне, это наилучший из исходов”. Линь Юй явно не мог принять такой ответ, способности Линь Ваньюэ всегда были ему известны, и только что в главном шатре он в очередной раз убедился в интеллектуальности Линь Ваньюэ. Линь Юй всегда предполагал, что, возможно, Линь Ваньюэ нуждается в удобном случае, но когда он появился, она уступила его Линь Юю. Этой ночью они впервые поссорились. В непроглядной тьме Линь Юй не мог видеть выражение лица Линь Ваньюэ. Но ее молчание исчерпало последнее терпение Линь Юя. Он многого наговорил, и, в конце концов, ему пришлось провожать взглядом фигуру Линь Ваньюэ, исчезающую в темноте. Впервые Линь Юй осознал, что на самом деле ничего не знал о своем старшем братце.
Единственное преимущество для Линь Ваньюэ в возглавлении Летящих перьев в том, что, у нее был свой небольшой шатер, где больше не придется тесниться с толпой мужчин. Что касается Линь Юя, она чувствовала себя виноватой. Она хорошо знала, что Линь Юй действовал от чистого сердца был искренен в своих лучших намерениях, понимала его озадаченность и гнев. Она боялась, Линь Юй испытал больше, чем просто разочарование в ней.
Линь Ваньюэ мысленно улыбнулась: “Жаль, что я не мужчина. Одеться женщине в мужскую одежду и при этом находиться в армии — смертельное преступление. Я, Линь Ваньюэ, завербовалась в военный лагерь только ради мести. Лишь убив сто восемнадцать человек, я отступлюсь. Я могла бы умереть на поле боя, но не на пути к славе и богатству!”.
Однако, Линь Ваньюэ не могла объясниться и рассказать все. Возможно, конец ее с Линь Юем дружбой — лучший из исходов. Ее тело — это смертельная тайна, и если в один прекрасный день произойдет что-то ужасное, одной ее смерти будет достаточно, и никто не должен быть вовлечен в это.
***
Но печаль, вызванная разрывом дружбы, не могла держаться слишком долго, так как надвигалась ежегодная "осенняя битва". Гунны начали массовые и яростные набеги, чтобы разорвать линию обороны и добыть себе достаточное количество пайков на зиму. Сражения больших и малых масштабов происходили почти каждый день, и гунны уже предприняли несколько ночных атак. Во всем лагере царила напряженная атмосфера, и то, что беспокоило Ли Му, в конце концов произошло. Сейчас войска гуннов более не были разрозненными, а напротив стали структурированнее и свирепее. Они наступали под звук боевого рога и барабанов, а отзывали войска под единый сигнал отступления.
Войска Ли Му потерпели поражение и получили тяжелый урон...
…
Императорский город Тяньду.
В роскошном дворце на высоком троне восседал император страны Ли, Ли Чжао. Его угрюмое лицо выглядело влажным, словно он недавно плакал.
— Пограничная застава оказалась в критическом положении. Генерал Ли Му потерпел череду неудач, вся столица судачит об этом. Можете предложить годную стратегию?
— Ваше Величество, у этого покорного слуги есть идея.
Глядя на человека, которым был советник Лон Даньцин, Ли Чжао кивнул.
— Этот покорный слуга считает, что Генерал Ли Му защищал границы долгие годы. Несмотря на то, что сейчас он проигрывает, Ваше Величество должно отправить этого слугу в качестве посла, чтобы уладить все.
Ли Чжао молча кивнул, соглашаясь.
Принц Юн, который весьма выделялся среди всей шеренги, сказал:
— Отец Император, я бы хотел возглавить армию против гуннов и показать им всю мощь нашей страны.
Отставной дворцовый страж* Чу Яньцзун сразу же выступил против:
— Этот верноподданный возражает, хоть Его Высочество Юн и храбрый воин, в настоящее время не следует менять главнокомандующего во избежание мятежа и ослабления боевого духа. Кроме того, генерал Ли Му охранял границу в течение многих лет, никто не в силах разобраться с ситуацией так же, как он. Уповаю на то, что Его Величество дважды подумает!
* дворцовый страж — 卫尉 (wèiwèi) — т.е. начальник охраны ворот императорского дворца
— Мгм, послушаем принца Чу.
— Сюянь-эр согласен с советником, однако то, что Генерал Ли Му неожиданно начал проигрывать сражения раз за разом, выглядит так странно. Было бы хорошей идеей отправить ревизора на северную границу. Если война настолько ожесточенная, как говорит Ли Му, то необходимо утешить армию беспредельной милостью императора; в противном случае мы будем вынуждены отправить генерала в отставку.
Выслушав Ли Сюаня, Ли Чжао некоторое время подумал и, наконец, кивнул:
— Сюянь-эр толково рассудил. Кто отправится на границу?
— Отец Император, Сюань-эр хотел бы предложить отправить Пинъян Хоу. Во-первых, он совершил множество подвигов, что делает его наиболее подходящим кандидатом. Во-вторых, это покажет, как вы уважаете Генерала Ли Му, потому что они одного с ним ранга.
— Хмм... дорогой вельможа. Принц Чу рекомендует тебя. Тебе это по нраву?
Пинъян Хоу с улыбкой вышел из шеренги и сказал:
— Этот покорный слуга отдаст жизнь за Его Величество без колебаний, но этот слуга слишком стар для этого дерьма, поэтому я выдвигаю кандидатуру в лице своего сына.
— Гмм... Чжун-эр действительно достаточно взрослый, хоть он и изъявляет покорность императрице и, вероятно, будущий супруг старшей принцессы...В таком случае, целесообразнее будет отправить его…
На следующий день Ли Чжун с императорским указом мчался к северной границе на четырех роскошных каретах, но с ним был еще один человек…
— Принцесса, не хотите ли попробовать сливы?
Ли Сянь медленно села в карету и безразлично покачала головой в ответ.
Вечером того дня, когда Ли Чжун получил приказ императора, Ли Сянь попросила встречи с Ли Чжао…
— Отец Император, я хотела бы отправиться с Ли Чжуном.
— Война идет на границе. Ты горячо любимая дочь императора, так что тебе следует оставаться во дворце.
— Отец Император, Генерал Ли Му, в конце концов, мой дядя. В этой ситуации не имеет значения, кто отправится на границу, он неизбежно будет воспринят как "надзиратель" и вызовет у него подозрения. Только мое появление сможет действительно успокоить дядю.
Ли Чжао подумал некоторое время, а затем ответил:
— Хорошо, я разрешаю тебе отправиться к нему. Мало кто может быть настолько проницательным, как ты, Сянь-эр, чтобы даже человек, потерявший жену, позволил своей единственной дочери нечто столь опасное.
— Благодарю тебя, Отец Император, — Ли Сянь поклонилась.
Ли Чжао продолжил:
— В таком случае, я хочу отдать тебе меч Шанфан*, чтобы в критический момент ты смогла найти ему верное применение.
*Шанфан — 尚方宝剑 (shàngfāng bǎojiàn) — императорский меч
***
Экипаж приближался к пограничной заставе. Ли Сянь откинулась на спинку сиденья и прикрыла глаза. Поездка была настолько утомительной, что даже шумный Ли Чжун, наконец, заткнулся.
Ли Сянь размышляла о словах императора. На душе было неспокойно.С детства живя во дворце, она привыкла к равнодушию Ли Чжао, однако она до сих пор не могла поверить в то, что ее отец действительно отдал ей свой меч и сказал, что она должна найти ему верное применение. Что это вообще значит?
"Как я найду верное применение? Убить им дядю, как только он сделает что-нибудь не так?"
Горячие клавиши:
Предыдущая часть
Следующая часть