Настройки, закладки и тд
Оглавление
Добавить в закладки

Глава 7

20 октября, субботнее утро.

Школы искусств по-прежнему придерживались пятидневной системы, но в остальных старших школах шестидневная учебная неделя уже, как правило, стала нормой. И, конечно, магические школы работали с понедельника по субботу.

Но сегодня, вместо того чтобы сидеть перед классными терминалами, практиковаться или ставить эксперименты, Тацуя взял с собой Миюки с Минами и отправился в Киото. Они не прогуливали занятия, а воспользовались официальным выходным для «предварительной проверки места проведения Конкурса диссертаций». На этот раз они не ехали на линейном экспрессе, а воспользовались трейлером. Если просто, трейлер — это двухэтажный комбинированный поезд, где на первом этаже находятся Кабинки для пассажиров, а на втором — просторное помещение со всеми удобствами. Честно говоря, по скорости он не уступал экспрессу, поскольку приводился в движение линейным двигателем.

Металлические колёса ехали по рельсам. По сравнению с экспрессом или Кабинкой трейлер больше напоминал «железнодорожный состав». Перед отправлением из него выдвигался парковочный поддон и подставлялся под колёса Кабинок. Поскольку у них скорость была выше, нежели у трейлера, кабинки подъезжали задом. И парковочный поддон загружал их с задней части, после чего снова заезжал в трейлер с помощью автоматического слайдера. Таким образом, пассажиры для более длинных междугородних поездок могли заезжать в трейлер вместе с Кабинками. Такая система стала возможной, поскольку колеса крепились к раме, а не вращались в связке с силовым механизмом.

Тацуя и компания сразу же сели в трейлер и, после долгих попыток устроиться комфортней, перешли в просторную комнату на втором этаже. Первый этаж был неудобным, поскольку там было очень мало места для рук и ног, хотя он отлично подходил для сохранения приватности.

К счастью, кресла для расслабления оказались свободны. Тацуя и Миюки сели рядом, а Минами — напротив Миюки, повернув своё кресло.

— Хочешь что-нибудь выпить? — Тацуя достал из подлокотника терминал для заказов и спросил Миюки, показав ей экран.

— Извини, что тебе пришлось беспокоиться, Онии-сама. Я закажу вот это.

Миюки сама сделала заказ на терминале. Тацуя попытался показать экран и Минами, но та уже достала терминал из своего кресла, словно заявляя: «Лучше я закажу через свой, нежели через терминал Тацуи». Он, рассмеявшись, вернулся к своему терминалу. Заметив это, Минами проявила некоторое недовольство, пока выбирала, что бы заказать.

Напитки прибыли меньше чем через минуту. По потолку к ним троим приблизилась роботизированная рука и опустила поднос. В обычных домах использовался такой же механизм, HAR (домашний автоматический робот). Рука раздала стаканы из перерабатываемого сырья Тацуе, Миюки и Минами и поднялась обратно к потолку. Они взяли стаканчики и отпили по глотку.

Сразу же после этого Тацую окликнули сзади:

— Э? Тацуя-кун?

Тацуя и остальные опустили стаканы, потому что к ним кто-то шёл.

— Доброе утро, Эрика, — поприветствовала её Миюки.

— Я не ожидал, что ты будешь в этом трейлере, — продолжил Тацуя после того, как Эрика села перед ним.

— Какое приятное совпадение, — кивнула она, почти не показав удивления.

Междугородние трейлеры ходили с регулярными интервалами, так что путешествующие на большие расстояния часто садились на ближайший рейс. Управление осуществлялось системой контроля трафика, так что, можно сказать, пассажиры не могли выбрать другой трейлер.

Однако в том, что они попали в один трейлер, не было ничего удивительного. Если они ехали в одно и то же место, и время прибытия тоже было одинаковым, то вероятность оказаться на одном рейсе была довольно высока. Эрика села в трейлер вскоре после Тацуи и компании. Потому вероятность их встречи на борту была высока.

Последовав примеру Тацуи и остальных, Эрика тоже заказала напиток и растянулась в кресле.

— Да, как и ожидалось, лучше, когда можно вытянуть руки и ноги.

— В небольшой Кабинке тебе тесно?

Хотя индивидуальные Кабинки создавались по размеру тела, некоторым людям они казались слишком узкими. Миюки предположила, что Эрика тоже относится к ним.

— Хм? Не то чтобы тесно. Меня также учили часами сидеть в маленькой комнате.

— В искусстве владения мечом есть и такая дисциплина? — удивилась Миюки. Эрика неожиданно горько нахмурилась:

— Этот дерьмовый отец заставлял меня делать это ради тренировки.

Тацуя и Миюки переглянулись из-за слов, которые выбрала сидевшая перед ними молодая девушка. Эрика казалась дерзкой, но на самом деле её воспитывали как истинную леди. Одно дело называть брата глупым, но совсем другое — обзывать отца «дерьмовым».

— Так, значит, это было не искусство меча? - спросила Миюки.

После возникшей паузы она с любопытством посмотрела на Эрику и увидела, что та не собирается отвечать. Они обе были похожи в том, что не хотели рассказывать о семье. Из слов Эрики Миюки поняла, что это, по-видимому, был своего рода урок. Впрочем, она посчитала, что это похоже на Эрику.

— Это была чайная церемония. Садо.

Миюки изумилась такому ответу Эрики, хотя, если подумать, это было вполне естественно.

— Полагаю, чайную церемонию не так уж и редко сочетают с боевыми искусствами. — Однако заговоривший секундой позже Тацуя не дал Эрике заметить, что Миюки от удивления потеряла дар речи.

— Ну, я уверена, что это нужно моему отцу, как главе семьи. Но зачем заставлять делать это своих детей?

— Что ж, в этом тоже есть смысл.

— Но я думаю, что ты слишком жёсткая, Эрика. — Миюки, опомнившись, с улыбкой вклинилась в разговор. — Чайной церемонии в основном обучаются девушки. Твоему брату это было бы ещё труднее, разве нет?

— И, Эрика, не думаю, что для тебя странно проводить садо, — добавил Тацуя, после чего Эрика отвела от него взгляд.

— Эх, интересно, тебе не будет неуютно, если я буду подавать чай?

— Конечно нет. Меня дважды приглашали на уроки Миюки, и я думаю, что такая атмосфера хорошо тебе подходит.

— Уверена, Миюки думает иначе… — отвернулась Эрика со слабой улыбкой на устах, отчего Тацуя усмехнулся. Было очевидно, что она пыталась скрыть смущение наигранной обидой.

Когда они прибыли на станцию Киото, Лео и Микихико уже ждали их у билетных стоек. Как и ожидалось, они тоже не случайно приехали вместе. Они знали, что Эрика собирается поехать на трейлере, и решили сесть в одну Кабинку.

Шесть человек встретились на станции Киото и сразу же пошли в гостиницу. Однако как только они вышли со станции, Тацуя остановился и обернулся, ощутив приближение знакомого.

— Тацуя-сан, Миюки-сан, Минами-сан.

— Ара, Минору-кун? — обратилась Миюки к быстро шагающему в их сторону юноше, с которым они познакомились две недели назад.

Это был младший сын семьи Кудо, Минору. Тацуя и компания заметили, и он, наверное, тоже — его назвали по имени без колебаний, и его лицо сияло улыбкой. Кое-кто справа от Тацуи изумился. Эрика широко распахнула глаза, у неё даже рот чуть приоткрылся. Должно быть, она довольно сильно удивилась.

— Как неожиданно, — восхитилась она. — Он похож на мальчишескую версию Миюки... Никогда не думала, что встречу кого-то ещё с таким идеальным лицом.

Тацуя был согласен с её мнением, но она произнесла не те слова, которые следовало говорить в присутствии обсуждаемого человека.

— Минору, ты пришёл нас встретить? Разве мы не договорились, что ты подождёшь в гостинице?

— Да, так и есть, но станция находится не слишком далеко, так что я решил прийти.

«Слава богам, что мы не разминулись». — Тацуя предпочёл держать это при себе и вместо этого представил Минору остальным.

— Ты ведь впервые их видишь?

Под «ними» он подразумевал своих друзей, которые выстроились в линию справа. Миюки была слева, а Минами — за ним.

— Это сын семьи Кудо, Кудо Минору.

— Приятно с вами познакомиться. Я ученик первого года старшей школы, Кудо Минору, — представился он. И не как член семьи Кудо, а как ученик старшей школы. Он решил быть школьником, а не членом Десяти главных кланов.

— Я ученица второго года Первой школы, Тиба Эрика. Приятно познакомиться, — Эрика быстро оправилась от потрясения и представилась первой.

— Я Сайдзё Леонхарт. Тоже второгодка из Первой школы.

— Йошида Микихико. И я учусь на втором году Первой школы. Приятно познакомиться, Кудо-кун.

— И мне приятно познакомиться.

Брови Минору чуть приподнялись, когда он услышал фамилии Эрики и Микихико, должно быть, он понял, что они потомки мечников Тиба и заклинателей Йошида соответственно. Похоже, он не настолько владел лицом, чтобы скрыть свои мысли, хоть и обладал невероятным талантом в магии.

— Что ж, мы почти ровесники.

— Минору. Сначала мы собираемся отнести багаж в гостиницу, пойдёшь с нами?

— С радостью. В это время можно и поговорить.

— Верно.

Тацуя снова пошёл к остановке автоматических такси. Миюки шла рядом с ним, а друзья следовали сзади. Минору и Минами также двигались за Тацуей.

Несмотря на ранее утро, багаж они оставили в гостинице без проблем. Эта практика прошлого оставалась неизменной.

Семь человек в группе Тацуи, включая Минору, сначала направились в Новый киотский международный конференц-центр, место проведения Конкурса диссертаций. Раньше здание называлось «Киотский международный выставочный зал», но спустя двадцать лет после завершения последней мировой войны его перестроили и переименовали в Новый международный конферец-центр.

Вокруг было много природных красот, озёра и горы изначально окружали это место, и после реконструкции это не изменилось. Строительство больших торговых зданий запретили, даже стоявший невдалеке небольшой стадион из-за старости снесли, а на его месте разбили большой парк.

В отличие от городской местности Йокогамы, в окрестностях Нового международного конференц-центра отсутствовали высокие здания, в которых иностранные агенты могли совершить диверсию, за исключением гостиницы при самом центре. Дома в округе были в основном двухэтажными. Едва ли тут можно было незаметно спрятать большое количество людей.

— Но, с другой стороны, тут легче скрыться небольшому числу людей, — высказался Микихико.

— Кто знает? Не думаю, что желающие ночевать под открытым небом обоснуются глубоко в горах, — заметила Эрика.

— Ночевать в горах необязательно. А скрываться можно только днём, так ведь? Разве не поэтому мы пришли обследовать местность?

Эрика несколько раз моргнула на возражение Лео. Она скрыла, что собиралась сказать то же самое, и заметила, что он был не слишком уверен.

— К тому же нет необходимости вставать лагерем в горах, — продолжила Эрика и заставила Микихико умолкнуть, хотя и не стремилась к этому. Впрочем, Микихико попытался кое-что донести до них:

— Два-три человека могут свободно спрятаться в частном доме. Древними заклинаниями можно загипнотизировать людей, и они даже не осознают, что рядом посторонние.

— Хм, местные жители. Традиционная магия на такое способна. Ты молчал, потому что скептически отнесся к такому варианту? — невинно добавила Эрика.

— В любом случае, почему бы сначала не разделиться и обследовать местность? Думаю, я смогу обнаружить возведённый барьер, — предложил молчавший до этого времени Тацуя.

— Нет, это неэффективно, — Микихико ответил сразу же, хотя в мыслях у него не было ничего особенного. — Если за барьером прячется небольшая группа, ты не сможешь их обнаружить снаружи и окажешься уязвим. Я не сомневаюсь в твоих способностях и способностях Миюки, но просто невозможно найти их вслепую, если только ты не обладаешь большой удачей. У нас не так много времени, чтобы полагаться на случай.

Тацуя кивнул:

— Ясно. Тогда что ты предлагаешь?

— Я попытаюсь разведать своим шики. Эрика, Лео, поможете мне? — ответил он, повернувшись к одноклассникам.

— Что нам нужно делать? — с большим энтузиазмом спросил Лео.

— При использовании шикигами я буду уязвим, и они сосредоточат своё внимание на мне. Я хочу, чтобы вы сохраняли бдительность и следили за окружением.

— Оставь это мне, — кивнул с улыбкой Лео.

— Нет выбора... Что ж, я буду тебя защищать. — Эрика попыталась замаскировать эмоции беззаботным выражением лица, но тем не менее её воинственное настроение ясно чувствовалось как в выражении лица, так и в голосе.

— Я полагаюсь на вас. Что до второй группы. — Дав инструкции Эрике и Лео, что нахмурились из-за его бесцеремонности, Микихико снова повернулся к Тацуе. — Тацуя, Миюки-сан и Сакурай-сан, почему бы вам не осмотреть город, как мы и договорились на прошлой неделе? Эм... — он озадаченно посмотрел на Минору, который стоял возле Минами.

— Я вас провожу. В конце концов, в прошлом году вторая школа пострадала от тех же проблем.

— Минору — двоюродный брат Фудзибаяси-сан.

30 октября прошлого года Микихико, Эрика и Лео узнали, что Тацуя — засекреченный военный офицер, и теперь были вынуждены хранить тайну. Они вспомнили имя красивой девушки-офицера, которая сопроводила их до станции Сакурагитё.

— Ааа...

— Хм... так ты её родственник.

— Так вот в чём дело.

Судя по их реакции, они, должно быть, поняли, что не должны распространяться об отношениях между Тацуей и Минору.

— Эм, это, в конце концов, наша территория. Если вы намерены искать в Киото, я могу стать проводником.

Они трое истолковали «упоминание Фудзибаяси» как «упоминание JSDF», и Тацуя произнёс те слова, чтобы усилить это непонимание.

— Ясно, — сказал Микихико, приближаясь к пределу притворного спокойствия. — Тогда, Тацуя, оставляю это на тебя.

— Ага, тебе тоже удачи.

— Йошида-кун, Сайдзё-кун, Эрика, увидимся позже.

— Да, в гостинице, — Эрика громко ответила Миюки, и семеро подростков разделились на две группы.

◊ ◊ ◊

Группа Тацуи направилась в широко известный храм Санзэнин на северной окраине Киото. Однако Тацуя не планировал в него заходить, он сюда пришёл не ради осмотра достопримечательностей, а потому, что тут последний раз видели Чжоу Гунцзиня.

Место располагалось в той же стороне, что и Новый международный конференц-центр, так что Тацую провели туда с самого начала, однако его удивило то, что точка назначения оказалась дальше ожидаемого. Он привык к мысли о том, что в Киото все рядом и компактно.

Согласно информации, полученной от Хаямы, разведывательные отряды Куробы обнаружили Чжоу Гунцзиня в районе между «гробницей великого императора Тоба» и «гробницей императора Дзюнтоку». Как и ожидалось, им не было дозволено ступать на территорию усыпальниц. Возле дороги, ведущей к гробнице, текла небольшая речка.

Когда он впервые услышал это, то подумал о горах, но совершенно неожиданно для него в направлении, котором сбежал Чжоу, находилось много туристов и частных домов местных жителей. Сопоставив пейзаж с картой, он подумал, что если куда и стоит сбегать, то в направлении водопада Отонаси, но вспомнив своего противника, Тацуя покачал головой. Кимон Тонко — это техника изменения ориентации. Объединив всю ранее полученную информацию, он заключил, что это вид магии, что заставляет преследователей ошибочно думать, что пользователь направился не в ту сторону. На первый взгляд казалось, что эта магия может показать свои преимущества посреди старого, заросшего леса, но её истинная ценность раскрывалась лишь в толпе людей.

«Если бы здесь никого не было, я смог бы его обнаружить».

Но посреди толпы было невозможно сфокусироваться, поскольку чувство направления полностью сбивалось. Другими словами, определить местоположение противника не получится, если не увидеть его.

Прежде чем приехать сюда, Тацуя полагал, что Чжоу скрывается глубоко в горах, избегая людей. Однако он передумал, оказавшись в месте, где того видели последний раз. Судя по этой речке, он, скорее, убежал в сторону жилых районов, а не в горы, и спрятался в городе, где много людей, вместо того чтобы изолировать себя.

— Подсказки о его местоположении указывают на гору Курама, где расположена ближайшая база традиционалистов. Тацуя-сан, хочешь туда пойти? — спросил Минору, когда они переходили через реку Рицу по короткому мосту. Миюки и Минами тоже посмотрели на него, но он покачал головой:

— Нет, давайте возвращаться в город.

— Так он в городе? — чуть удивился Минору.

— Онии-сама, думаешь, Чжоу Гунцзинь скрывается там, где много людей?

Тацуя кивнул в знак согласия.

— Понятно. Прятать дерево следует в лесу.

У Минору, похоже, было иное мнение, но он не посмел поправить Тацую.

— Некоторые базы традиционалистов посещают много людей, например... окраинные храмы Киёмидзу-дэра, окрестности Кинкакудзи, а также павильон храма Тэнрюдзи.

— Это неожиданно мало.

Хотя он слышал от Минору, что фракции традиционалистов, в основном, находятся в Наре и Киото, Микихико говорил, что дом таких волшебников — Киото. Другая информация также натолкнула Тацую на предположение, что фракция традиционалистов сосредоточена в Киото.

— Секта Киото внимательно сохраняет настоящие традиции, так что она сильнее, нежели секта Нары. Любую новую фракцию, которая копирует их имя, они оттесняют в горные районы.

— Хочешь сказать, они называют себя «традиционалистами», потому что у них связанный с этим комплекс?

Минами изумилась тому, какое у Тацуи о них плохое мнение. Конечно, она не показала это Миюки. Хотя она считала, что удивилась не так уж и сильно, чтобы хозяйка разгневалась, но решила не вызывать ненужных трений. На самом же деле Миюки и Тацуя это заметили.

Тем не менее Минору был не таким, как Минами, он ответил:

— Я не знаю. Как тебе известно, традиционалисты происходят от волшебников древней магии, которые были частью Девятой лаборатории. Их цель — отомстить членам бывшей Девятой лаборатории и всем домам, у которых число девять в фамилии.

Можно сказать, традиционалисты слишком углубились в свою обиду и потому задумались о мести. Их убедили присоединиться к Девятому научно-исследовательскому институту, и они содействовали развитию современной магии вместо того, чтобы дорабатывать собственные навыки.

Лозунгом Девятого института было слияние современной и древней магии, настоящей же целью была адаптация древних заклинаний к современным последовательностям активации, им не раскрыли этот секрет. После завершения исследования участникам сообщили, что оно было проведено с целью создания Девятого научно-исследовательского института. Взамен им дали денег, и лишь люди из самого учреждения получили новый социальный статус. Соглашений о том, что им предоставят новую магию, не было.

«Секретное искусство за секретное искусство» — можно сказать, это были их собственные ожидания, обусловленные узостью мышления или даже инфантильностью.

— И все-таки, почему они решили покинуть место своего появления, Нару, и рассредоточиться по Киото... Я не могу понять.

— Правда? Какой бы ни была их мотивация, я понимаю, почему они покинули Нару, — откровенно ответил Тацуя.

— Э? — Минору широко открыл глаза.

— Секта традиционалистов не такая уж и сплоченная организация. Ты ведь сам мне об этом говорил.

— Д-да. Говорил.

— Тогда разве отношение к бывшей Девятой лаборатории не будет тоже отличаться? Ненавидящие «девятку» остались в Наре, последние три десятилетия ожидая возможности отомстить.

— Как глупо. Если бы они только направили свою страсть в более конструктивное русло, некоторые из них могли бы даже преуспеть на национальном академическом уровне, — с отвращением сказала Миюки.

— Не говори так. — Чтобы её успокоить, Тацуя нежно погладил её по голове. — Немногие люди могут упорно продолжать идти вперёд в любых обстоятельствах, так ведь? По крайней мере, если посмотреть вокруг нас.

У Тацуи в голове промелькнули образы отца и его нынешней жены.

— Я поняла, — Миюки кивнула. Её улыбка чуть померкла, потому что она, должно быть, представила то же, что и Тацуя.

Он слегка взъерошил сестре волосы. Она, надув щёки, посмотрела на Тацую. Тем не менее глаза её смеялись. Тацуя, улыбнувшись, убрал руку.

— Хотя оставшиеся в Наре члены отвернулись от основной цели, можно сказать, что их действия все же направлены на её достижение.

Миюки озадаченно посмотрела на него. Конечно, Тацуя не собирался из-за этого её дразнить.

— Те, кто переместил свою базу в Киото, хоть и относились с неприязнью к Девятой лаборатории, боялись семей, которые из неё вышли.

— Боялись? Но ведь ни Кудо, ни Куки, ни Кузуми никогда не нападали на волшебников древней магии, которые сотрудничали в исследованиях... — неуверенно возразил Минору. Это случилось ещё до его рождения, а спрашивать о полной истории он боялся. Ему были известны лишь слухи.

— Я тоже так думаю. В «девятке» были волшебники, которых тоже использовали в экспериментах. Но для пользователей древней магии вполне естественно думать о себе как о жертвах, чтобы внушить себе, что они не преступники. В то же время традиционалисты не должны были навлечь на себя враждебность других подопытных Девятой лаборатории.

В глазах Минору снова появилось спокойствие. Тацуя предположил, что он, наверное, почувствовал облегчение из-за его замечания.

— Думаю, некоторые волшебники древней магии боятся даже собственной тени. Поскольку бывшая Девятая лаборатория управляется государством, вполне резонно сосредоточить обиду на правительстве. Однако традиционалисты посчитали своим врагом дома «девяти», которые вышли из той же лаборатории. Они должны понимать, что требуют извинений не у тех.

Выслушав это, Тацуя замер в задумчивости. Единственным отличием от позы знаменитой скульптуры Родена было то, что его взгляд не был устремлен в пустоту.

— Может, традиционалисты считают восстание позорным или просто не имеют смелости восстать против правительства... В любом случае, поскольку они понимают, что их обида на «девятку» необоснованна, то они не боятся подвергнуться неожиданному нападению. Они должны знать силу тех, кто создан бывшей Девятой лабораторией. Вот почему не смеют напасть на волшебников «девяти» напрямую. Если они это сделают, то будут контратакованы магией «девяти», которую сами же и помогали создать.

Тацуя, должно быть, посчитал это забавным, так как злорадно усмехнулся.

— Ещё есть вероятность, что после ухода они перестали быть едиными. Поначалу лидеры каждой секты, скорее всего, успокаивали более молодых волшебников, которые были сильно недовольны. Когда это перестало создавать беспокойство, сторонники жёсткого курса, продолжавшие злиться на девятую лабораториею, остались в Наре, тогда как остальные ушли в Киото. Удивительно, но, может быть, разное местонахождение может быть лишь видимостью, возможно, они отличаются только этим. Преданны ли одному истинному наследию все традиционалисты? — спросил он у Минору.

— Ну... те, кто раньше был частью Девятой лаборатории, пришли не из одной секты, — кивнул тот.

— Из-за такой банальной причины они лелеют мелкую обиду десятилетиями? — Миюки глядела на Тацую с выражением лица, значившим не «я не верю», а «я не хочу верить».

— Ничего не поделаешь, раз осталась мелкая обида, ведь им удалось пройти весь этот путь.

Тацуя подразумевал, что если бы они действовали более враждебно, то были бы уже давно разбиты. Миюки, похоже, это поняла. Но это озадачило Минами:

— Тацуя-ниисама, — возможно, не было нужды притворяться перед Минору, но она на всякий случай использовала это обращение, — Я тоже считаю, что именно так и случилось, но... — у неё не было другого выбора кроме как заколебаться здесь из-за своего положения. Однако, побуждённая чувством долга, Минами не убежала от своих слов: — Если это правда, почему традиционалисты Киото наняли иностранцев, чтобы причинить Японии такой вред?

Минору посчитал её замечание резковатым. Тем не менее Тацуя ответил без задержки:

— Хотя это лишь моя догадка, но, думаю, они не хотят предпринимать реальных действий. Однако они вложили в Чжоу Гунцзиня так много, что пренебрегли благополучием общества.

— Должна быть какая-то причина тому, что они не разорвали с ним все связи.

— Полагаю, подробности об этом знает и Минору. Традиционалисты получили поддержку сосланных пользователей ходзюцу через Чжоу Гунцзиня. Может показаться, что традиционалисты помогли Чжоу, но на самом деле они сотрудничают, чтобы усилить себя.

Тацуя повернулся к Минору и кивнул ему.

— Среди нападавших во время недавнего происшествия в парке Нары также были сосланные пользователи ходзюцу с континента. Они получили определённый уровень значимости в секте традиционалистов. По крайней мере организация не потерпит внутренних распрей, если они собираются восстать.

Минами молча поклонилась Тацуе. Все признаки сомнений исчезли. Тацуя в ответ чуть кивнул и снова посмотрел на Минору.

— Кажется, мы отвлеклись. Из-за всех этих причин я и хотел бы исследовать те места в пределах города. Мы пойдём в эти три храма — Киёмидзу, Кинкакудзи, Тэнрюдзи.

— Да, ты прав.

Тацуя не достал информационный терминал, а представил карту в голове.

— Кинкакудзи и Тэнрюдзи в одной стороне, а храм Киёмидзу на противоположной части маршрута.

— В таком случае было бы лучше соединиться с группой Йошиды-куна, — предложила Миюки, глядя в свой информационный терминал. В самом деле, куда бы они ни пошли, будь то в Кинкакудзи и Тэнрюдзи или храм Киёмидзу, это было ближе к Новому международному конференц-центру. Однако Тацуя покачал головой:

— Жаль, что у нас так мало времени. Хотя Минору сильно сузил область поисков, нас всего четыре человека. Кроме того, есть вероятность, что он прячется в Киото, как я упоминал.

Однако неоспоримый факт: четырёх человек было недостаточно для поисков скрывающегося противника. Известный детектив может раскрыть дело лишь в том случае, если преступник перед глазами, однако чтобы найти подозреваемого, который прячется, нужно больше людей. К сожалению, ни Тацуя, ни Миюки не могли использовать свою магию из-за широкого диапазона камер наблюдения. Тацуя просто не мог действовать в том случае, когда их могли отследить с помощью камер наблюдения.

— Я поняла. Тогда куда мы пойдём?

Видимо, Тацуя уже принял решение. Он с готовностью ответил:

— В храм Киёмидзу. Затем давайте заглянем и в Кинкакудзи с Тэнрюдзи.

◊ ◊ ◊

Разделившись с Тацуей, группа Микихико обошла окрестности Нового международного конференц-центра, используя заметное заклинание поиска, как они и договорились на прошлой неделе. Тут были пышные леса, большое озеро и широкий зелёный парк, где часто встречались иностранцы. Эрика и Лео болтали друг с другом, следуя за Микихико, но они не теряли бдительности, поскольку взяли на себя роль охраны.

Положение изменилось почти в то же время, как Тацуя решил пойти в храм Киёмидзу. Сейчас они обследовали противоположный берег озера Такарагайкэ. Недалеко от леса Сатояма почувствовалось намерение убийства. Сначала это осознал Микихико, а потом и Эрика с Лео.

— Они здесь. — Эрика подошла к Микихико слева, словно желая посмотреть ему в лицо под наклонённым зонтом. Так они должны были походить на сладкую парочку, что-то шептавшую друг другу.

— Со стороны гор? — прошептал Лео, просунув голову между Эрикой и Микихико. Изображали ли они свидание или нечто большее, но играли они довольно хорошо.

— Присутствие со стороны гор, но нет гарантии, что это единственный враг. И ещё есть вероятность, что нападающие — не люди. Смотрите в оба.

К сожалению, Микихико не был столь беззаботным, как двое других, он нахмурился и оглянулся, услышав, что сказал Лео.

— Простые дети. Кажется, у них что-то вроде любовного треугольника.

— Не вижу ничего, кроме учеников с любовными проблемами. Неужели нападение на них стоит такого риска?

Это разговаривали девять человек, которые прятались в леске и глядели на Микихико и компанию.

Они говорили как обычно, хотя голоса были едва слышны. Эти люди использовали устройства, позволявшие читать движения губ с помощью камеры, так что разговор был понятен даже без звуков. Этот способ был рискованным, поскольку его можно было перехватить, но всё равно они использовали его, так как радиоволны с большей вероятностью можно было обнаружить и подавить.

Поэтому на такой случай Эрика и Лео вели себя как пара, которую не заботит остальной мир и которая живет своей обычно мирной жизнью.

Однако некоторые из наблюдавших за ними всё же были настороже.

— Я некоторое время слежу за тем парнем, он использует шики. Это потомок семьи Йошида. Мы не можем просто оставить его в покое.

Эти слова насторожили его товарищей.

— А разве второй сын семьи Йошида не утратил силы? — повысил голос один из них. Мужчина средних лет, который, похоже, был лидером группы, сурово его упрекнул:

— Это устаревшие данные. Йошида Микихико вернул себе могущество и даже стал сильнее первого сына. — Атмосфера стала напряженней. — И мы сейчас это подтвердим. Мы его не убьем, лёгких травм пока будет достаточно.

Хотя слова лидера не убедили того, он промолчал и достал из нагрудного кармана маленький свиток, легко поместившийся в ладони. Остальные семеро, включая лидера, последовали его примеру. Седой традиционалист наблюдал за этим молча, не двигаясь.

— Ха!

Первой на вражескую атаку ответила Эрика. Она поспешно взмахнула зонтом в сторону присутствия, которое приближалось сзади. Съемное приспособление на зонте отделилось и в воздухе врезалось в синий огненный шар «ониби». Остальные синие шары, что обрушились на них дождем, Эрика сбила оружием, замаскированным под ручку зонта.

Довольно скоро последовала вторая и третья волна шаров, но Эрика отбила их все тонким серебряным стержнем. Это не была железная палка или полицейская дубинка, это было тонкое, встроенное в оружие устройство расчёта в виде серебряного стержня.

Это устройство расчёта дал ей Тацуя специально для этой поездки в Киото. Его создал третий отдел разработок FLT, а последовательность магии увеличивала скорость, а не вес. Оружие ускоряло не только тело, но и само оружие. Поэтому, чтобы справиться с устройством, пользователю нужно было дополнительно напрягать руку, создавая ненужную нагрузку на руки с риском повреждения кости. Однако Эрика ничего подобного не испытывала и освоила оружие хорошо.

Дождь из шаров прекратился. Однако это не было концом атаки. Вслед за прилетевшими красными и жёлтыми листьями последовали клинки ветра. Хотя Эрика с лёгкостью отбивала огненные шары, ей было интересно, сможет ли она перехватить созданный из ветра клинок без формы и цвета. У неё на губах появилась бесстрашная улыбка, однако она встала в свою обычную стойку, когда услышала, как за спиной кто-то сказал: «Я займусь ими». Эрика оставила ветряные клинки Микихико.

Он решил использовать талисманы в форме металлического веера, чтобы активировать магию ветровых клинков того же типа, что и у врага. В воздухе заискрило — клинки Микихико отразили все вражеские клинки, несмотря на то что он защищался.

Эрика и Микихико сосредоточили внимание на следующей атаке, идущей с неба. В это время у них за спиной тени деревьев приняли человеческую форму. Из земли поднялось чёрное создание. Беззвучно и смешивая своё присутствие с окружением, тень подошла к Микихико сзади.

— Уруйя! — прокричал на тень Лео. Он замахнулся кулаком и ударил мужчину в чёрном свитере. Но тот успел откинуться назад и, сделав сальто, уйти. — Они что, ниндзя?

Приглядевшись, Лео увидел, что тот чёрный свитер на самом деле тёмно-зелёный. Даже брюки были такого же цвета. Это отличалось от традиционного костюма ниндзя, будто его улучшили до наряда, который позволял не выделяться в толпе. Однако, судя по кунаю у него в правой руке и свитку в левой, враг был и вправду ниндзя.

Появились три, пять человекоподобных теней. У Лео не было возможности увидеть, откуда они вылезли.

— Хе-хе, интересно.

Однако это не повлияло на его боевой дух. У Лео не было плохой привычки искать грозных противников, но перед сильным врагом кровь у него в жилах закипала. Возможно, это было из-за унаследованных от дедушки генов, из-за того что он был создан как биологическое оружие. Лео иногда сам так думал. Однако в мыслях он всегда преувеличивал. Но это намного лучше, чем бояться поражения ещё до начала схватки. Как только разум побеждён, невозможно даже сбежать. Вот как он считал. Если его разум будет побеждён, он всё равно что лишится жизни. Так что если потребуется бежать, он убежит.

И сейчас он не отступал, потому что ещё не сдался. Естественная ли реакция при виде тигра, обнажившего клыки — не убегать? Впрочем, если положение стало бы критическим, он не отказался бы от выживания.

«Я не признаю такой жалкой смерти. Я живу, чтобы сражаться».

Ниндзя в свитерах рассредоточились вокруг Лео. Сознательно или нет, но они отступали от него. В стороне от Лео Эрика серебряным стержнем ударила одного из нападавших. Тот опустился на колени, зажав сломанную девушкой руку. В это мгновение другой ниндзя, подходивший к Эрике, решил отпрыгнуть от неё, чтобы сбежать. С этими двумя факторами в мыслях ей больше не нужно было волноваться о других атаках от этого ниндзя.

— Лео, хотя ты разгорячился, следует держать сознание ясным. Знаешь, ты ведь сражаешься не один.

После того как Эрика сказала это, Лео заметил атаку, идущую со стороны.

— Спасибо, ты меня спасла. — До его ушей донёсся звук столкновения ветряных клинков, и посыпались искры. — Микихико, ты тоже не прав. Почему всё закончилось тем, что ты защищаешь свой эскорт?

— Это не совсем так. Разве не ты защитил меня от неожиданной вражеской атаки из теней?

— Ладно, пусть будет так.

Лео достал из кармана кастет. Хотя он был похож на модную пластмассовую игрушку, это было хорошей маскировкой от полиции.

Как только кастет соприкоснулся с его телом, вокруг левого запястья начала конструироваться последовательность активации, которая поглотилась кастетом. Это не был его обычный CAD с активацией голосом. Это было устройство с полным мысленным управлением немецкого производителя CAD, Розена, одна из последних работ отдела магической разработки. Лео получил этот CAD через определённые каналы... хотя это было больше похоже на форму извинения, и он только недавно освоил управление им.

Эта миссия требовала менее заметного оружия. Именно поэтому у Эрики было устройство, замаскированное под зонт. Поскольку его обычный CAD выглядел созданным для боя, Лео предпочёл в поездку взять эту модель.

Хотя скорость развёртывания магии зависела от аппаратного обеспечения, эффективность зависела от последовательности активации, или, другими словами, от программного обеспечения. Передовой CAD с мысленным управлением показал высокую скорость обработки, нивелируя задержку мыслительного процесса. Оптимизировал последовательность магии сам Тацуя, чтобы сократить неэффективность программного обеспечения, никак не изменяя ожидаемый результат.

Кастет был изготовлен из синтетической смолы, усиленной твёрдым сплавом. Последовательность активации была установлена на последовательный выход. В этот раз даже надетые на Лео рубашка с длинными рукавами и джинсы были усилены пуленепробиваемым материалом высшего качества.

— Ну что же, начнём, — Лео с громким стуком ударил кулаками друг о друга.

— Я позабочусь о враге на этой стороне. — Эрика встала на позицию и взмахнула серебряным жезлом.

— Я помогу, — Микихико развернул магический веер.

— Я иду, ора-а, — с громким криком Лео кинулся на врага.

Вполне понятно, что пользователи ниндзюцу не стояли молча. Перед Лео закружились листья, закрывая ему обзор. Само собой разумеется, это было неестественное явление. Это была магия, ветром поднявшая листья. Сама техника не была смертельной, однако её хватило, чтобы Лео замедлил шаг и прикрыл рукой лицо. На руке, груди и бедре он почувствовал лёгкие удары. Это были кунаи врага. Они прилетели неожиданно быстро, тем не менее они были слишком лёгкими, чтобы пробить усиленную магией защиту Лео. Из-за спины подул порыв ветра.

Магия Микихико расчистила поле зрения.

Пользователь ниндзюцу, стоявший перед ними, взял свиток в рот, а руками, которые, после того как он бросил кунай, были пусты, начал создавать печати. Даже Лео понимал, что это не ниндзя из сказок, а волшебник традиционалистов с настоящей силой. Это был один из хорошо известных стереотипов, чёткий образ монаха, из-за чего Лео невольно расслабился. И хотя он продолжал нестись вперёд, его внимание на мгновение рассеялось.

Грудь пользователя ниндзюцу раздулась и тут же опустилась. Воздух пронзил свист, и у Лео закружилась голова. Тот свиток, который он взял в рот, был замаскированным свистком, но не простым свистком, а магическим инструментом, который мешал органам чувств посредством звука. Пользователь ниндзюцу вытащил нож. Не катану, даже «ниндзя» не могли сопротивляться модернизации. Должно быть, он был уверен в собственных навыках. Он бросился на Лео без малейшего колебания. Однако просчитался — плоть Лео была не как у обычного человека. Хотя общая оценка магического таланта Лео была довольно низкой, его физические данные были выдающимися. Даже с искажённым чувством равновесия Лео держал свои мышцы под контролем с помощью других органов чувств.

Враг сделал выпад, Лео поднял правую руку и встретил его кастетом, из-за удара враг выронил нож. Затем Лео ударил пользователя ниндзюцу хуком слева. Удар пришёлся прямо по челюсти.

— Ох-хо, было близко! — невольно вырвалось у Лео, показывая его неправильное сожаление о том, что он не отнёсся к врагу легкомысленно. Хотя его наивность была недостатком, Лео мог восполнить этот пробел.

За побеждённым человеком показался новый враг. Мужчина открыл рот, и в это мгновение Лео пригнулся. Тот выдохнул огонь. Языки пламени пронеслись у Лео над головой, однако траектория движения огня изменилась в воздухе, что противник заметил слишком поздно. Выдыхатель пламени упал, схватившись за обожжённое лицо. Это Микихико развернул пламя своей магией.

Стоя за Лео, Микихико нахмурился из-за дыма, который создал. Однако он не колебался с новой атакой. Он уже приготовил следующее заклинание.

Как Эрика и сказала, она помогла Лео не оказаться зажатым между двумя пользователями ниндзюцу. У ударов её CAD был меньшая сила по сравнению с её обычной катаной, но скорость была выше. В следующее мгновение уронивший нож ниндзя разделился на две фигуры.

— Теневой клон?! — в удивлении воскликнула Эрика. Пользователь ниндзюцу распался надвое, держа в руке кунай и самодовольно ухмыляясь.

Однако положение быстро поменялось. Один из теневых клонов исчез. Как было видно по лицу ниндзя, в его план это не входило. Заклинание ниндзюцу разрушила магия духов Микихико. Эрика не собиралась упускать возможность. В воздухе мелькнули четыре серебряные отблеска. Ноги и руки пользователей ниндзюцу оказались переломаны, и те упали на землю, а потом их ударила слабая молния. Микихико поразил магией молнии всех восьмерых пользователей ниндзюцу, которые уже утратили боевую силу, и они потеряли сознание.

Микихико тяжело вздохнул.

— Это конец? — спросил Лео, осмотревшись.

Тем временем Эрика вывела из строя оставшуюся добычу.

— Не похоже, что к ним идёт подкрепление.

Услышав её, Лео глубоко вздохнул:

— Мы только что дрались с ниндзя, — рассмеялся он. Хотя он знал об их существовании, но даже представить не мог, что ему доведётся обменяться ударами с одним из них.

— Это пользователи ниндзюцу. Они не так уж и редко встречаются, ведь, в конце концов, живут в мире, где предпочитают старомодную магию, — коротко ответила Эрика, не присоединившись к смеху Лео.

— Ты права. К тому же мы не так далеко от городов Ига и Кока, баз древней магии. Даже храм на горе Курама превратился в центр пользователей ниндзюцу. Интересно, эти ребята из той же фракции? — поддержал Эрику Микихико.

— Хм, вполне возможно. Как любопытно. Мне никогда не скучно, когда я с вами, ребята.

Лео не обиделся, он, скорее, этим наслаждался.

— Хотя подождите, я ведь оказалась втянута во всё это благодаря Тацуе.

Не по вине Тацуи, а благодаря ему. Хотя она сделала вид, что жалуется, её настоящие чувства совпадали с эмоциями Лео.

— Без разницы, — криво улыбнулся тот. Рядом с ним Микихико тоже скривил губы в усмешке.

— Кстати, что будем делать с ними? Оставим полиции? — без колебаний предложила Эрика. Не из-за своих связей с полицией, а из-за того, что признавала их влияние.

— Полиция, хех.

Похоже, Лео имел что-то против. Однако он не стал явно отвергать предложение Эрики.

— Интересно, к лучшему ли это...

Микихико согласился с предложением Эрики и достал информационный терминал рукой, которой не держал вспомогательное устройство. Он сам намеревался позвонить по номеру «110». Однако когда он хотел произвести голосовой вызов, пальцы остановились. Он, бессознательно прекратив нажимать на клавиатуру портативного терминала, вгляделся в лесок и сжал покрепче устройство в виде веера. Затем высвободил псионы и послал шикигами обследовать местность.

— Враг?

У Микихико не было времени, чтобы ответить Лео.

— Вон там!

Как только Эрика это выкрикнула, Микихико начал последовательность активации. Эрика смотрела на пруд, Лео и Микихико тоже это увидели. Из пруда выскочили четыре зверя, образованных из воды.

— Химические образования?! — выкрикнул Лео.

— Нет! Демонические куклы-шикигами, которым придали форму водой, своеобразные големы! Они созданы из материального вещества! — прокричав ответ, Микихико уставился на монстров, не мигая. — Рэйрэй? Гою? Тёю? Даже Фусё? — поражённо проговорил он.

Духовная корова, напоминающая тигра, Рэйрэй. Дикий кабан с человеческим лицом, Гою. Тёю — четырёхрукая обезьяна. И Фусё, олень с четырьмя рогами. Все они были более мелкими версиями зверей с континента, которые, говорят, вызывают наводнение. Это явно сделали традиционалисты с континента.

— Что это такое?!

— Вражеская магия! Остальное неважно! — прокричав Лео в ответ, Эрика замахнулась серебряным стержнем на ближайшую демоническую куклу. Враг оказался в пределах досягаемости. Тонкий клинок, коснувшись воды, испустил псионы. Он разрезал заклинание, поддерживавшее голема. Водный зверь при рассеивании, как правило, снова превращался в воду.

Однако не было времени снижать бдительность. Зверей было не только четверо.

Рэйрэй, Гою, Тёю и Фусё один за другим приземлились на поверхность пруда. Может, у монстров и была жуткая внешность, но они были размером с комнатную собачонку, так что не выглядели очень угрожающе. Однако они не были столь же безвредны, как комнатные собаки. Кроме того, что монстры были магическими созданиями, было неизвестно, есть ли у них скрытые силы.

— Сначала давайте отсту... — Эрика, не успев предложить сбежать, потеряла дар речи.

Миниатюрные звери побежали к лежавшим на земле побеждённым пользователям ниндзюцу, а не на Эрику, Лео и Микихико.

— Это не враг?

Удивилась не только Эрика. Лео, неспособный на дистанционные атаки, просто смотрел, но даже Микихико забыл активировать магию.

— Тц!

Они трое уставились на происходящее и в унисон ахнули. Миниатюрные создания, сформированные водой, начали поглощать тела живых пользователей ниндзюцу, которые из-за травм не могли двигаться.

— Не шутите со мной! — Эрика оправилась от удивления и снова покрепче сжала серебряный стержень.

Её голос стряхнул паралич Микихико, и он выпустил заклинание пламени. Псионовый клинок разорвал куклы-шикигами, пламя разрушило последовательность магии, которая поддерживала монстров, и все они снова превратились в воду. Лео встревоженно подошёл к пользователям ниндзюцу, которые стонали от боли. Ранее он активировал магию усиления, но из-за шока они не избежали ран на лицах и шеях.

— Уэ, — первое, что он произнёс, присев перед ними. — Выглядит ужасно, но не похоже, что порезы дошли до костей. — Лео выпрямил спину и посмотрел на Эрику и Микихико. — И все живы.

Хотя у них онемели глаза и горло, с жизненно важными функциями, похоже, всё было в порядке. Микихико вздохнул с облегчением. Однако Эрика всё ещё была настороже.

— Странно.

— Что? — её удивление заставило Микихико снова занервничать.

— Почему вода не впитывается в землю?

Земля тут не была вымощена. Стало быть, вода, формировавшая големов, должна была впитаться в грунт. Однако она, напротив, текла назад в пруд, смешавшись с кровью.

— Что за?! — Лео машинально отпрыгнул.

Хотя прыжок на четыре метра без разбега, предварительных действий или магии показывал, что он обладает невероятной силой, Эрика и Микихико не обратили на это внимания. Они тут же заметили неестественное движение воды. Вода, смешанная с кровью, вдруг ускорилась. Лео быстро убрал ногу от водного потока.

— Что это такое?..

— Вражеская магия! — ответил на вопрос Эрики и в то же время предупредил её Микихико. Но, наверное, этого не требовалось. Эрика и Лео своими глазами видели, что происходит.

Вода в пруду завращалась. Поначалу медленно, но потом увеличивая скорость. Затем из центра водоворота пришёл шквал звука — это сделал созданный из грязи змей, подняв шею.

— Сорю!

Гигантский змей с девятью человеческими лицами. Большой монстр с континента, известный как злой бог наводнения, «Кёэ». Когда Сорю выползал на землю, вода загнивала и неожиданно отравляла почву.

— Назад! — прокричал Микихико Эрике и Лео, видя, что девять голов начали открывать рты. И в то же время молодой волшебник возвёл барьер из ветра.

Из одного рта за другим выливались узкие потоки грязной воды. Эрика и Лео попытались уклониться от прямого попадания. Брызги, которые образовались из-за столкновения потоков с землей, были сдуты кружившим вокруг ветряным барьером. Однако пользователи ниндзюцу, которые не могли двигаться, не избежали последствий атаки.

Когда их начал кусать миниатюрный монстр, еще более громкие вопли послышались от разбросанных по земле мужчин. Части тел, которых коснулась мутная вода изо рта Сорю, растаяли.

— Кислота?!

— Нет, проклятие коррозии, — ответил Эрике Микихико. — Будьте осторожны! В отличие от кислоты, оно расплавляет не только части, которые входят в контакт с жидкостью.

Хотя они не пострадали от этой атаки, они не поставили под сомнение слова Микихико, в особенности после того, как увидели, что случилось с пользователями ниндзюцу.

— Аргх. Где оператор?!

Чтобы управлять таким големом, оператор должен был находиться поблизости. И верно, его присутствие обнаружилось невдалеке в лесу. Без сомнений, это он управлял монстром. Однако шикигами, которого послал Микихико ранее, ничего не принёс. Это было или признаком мастерства оператора, или знаком использования особого оборудования, например буддийского талисмана, который дезориентирует чувства волшебников с помощью Кимон Тонко.

Даже с такими физическими данными, как у Эрики и Лео, было трудно уклоняться от непрерывного потока грязной воды из девяти ртов. У Микихико тоже были заняты руки, он возводил барьеры, чтобы избежать прямых попаданий, он не мог позволить себе активировать ещё одного шикигами.

— Эрика, Лео, давайте отступим!

— Я полностью с тобой согласна, но!

— Как мы это сделаем?!

Микихико стиснул зубы. Способ был. По легенде сила марионетки из фольклора могла быть увеличена в зависимости от знаний. Следовательно, были случаи, когда волшебник оказывался не в состоянии выдержать прирост магии, позаимствованной от более старшего персонажа из фольклора, что приводило к отмене всего заклинания. Но даже если нет, контроль над заклинанием зависел от силы волшебника.

Хоть этот Сорю и был фальшивым, он принадлежал к водному семейству. Дух самого высокого уровня в водном семействе — заклинание «дракона».

«Справлюсь ли я сейчас? Должен».

Однако колебание осталось. Именно из-за этой магии Микихико впал в отчаяние и начал думать, что потерял свою силу.

Впрочем, выбирать ему не пришлось. Перед Эрикой, Микихико и Лео возник яркий псионовый свет, обволакивая змея с девятью головами. Из информационного тела сформировалась последовательность магии. Виртуальная зона магии внезапно появилась в информационном теле с определёнными координатами, а не прилетела по баллистической траектории.

Тело змея с девятью человеческими головами взорвалось. В результате ядро последовательности магии демонической куклы-шикигами было сдуто, а значит магическая информация, формирующая зверя, рассыпалась. Вода, которая расплескалась после, уже не была проклятой. Она превратилась в обычную воду из пруда. Коррозия на телах пользователей ниндзюцу тоже прекратилась.

— Вы в порядке?

Троица обеспокоенно думала: «Что же сейчас случилось?». Ответ появился прямо у них перед глазами. Чёрные тонкие брюки и тёмно-красная куртка, а также чёрные сапоги — это была форма Третьей старшей школы. Кроме того, парень держал в правой руке красный CAD в форме пистолета. Увидев всё это, они мгновенно узнали его.

— Итидзё Масаки, — в удивлении Лео назвал его имя.

Ас третьей школы из Десяти главных кланов. Перед ними стоял первый сын семьи Итидзё. Масаки осмотрелся, опасаясь засады — ища, нет ли признаков активации магии. Через некоторое время он чуть расслабился, не найдя никаких врагов. Перед ним лежали восемь побеждённых людей с серьёзными травмами. Масаки также понял, что они не жертвы, а нападавшие, которых победили, и поскольку они не шевелились, для Микихико не было никакого смысла проверять их положение.

— Хм? Вы из Первой школы... — Масаки вспомнил лица Лео и Микихико по прошлогоднему «Коду монолита».

— Йошида Микихико. Спасибо за помощь, Итидзё-кун.

Однако он, похоже, не помнил их имена. Когда Микихико представился, у Масаки на лице появилось облегчение.

— Не за что. Я, как волшебник из Десяти главных кланов, не мог пройти мимо такой вредоносной магии. Не волнуйтесь об этом.

— В любом случае ты нас спас. Это было близко.

— Ах, нет... Кстати, что это такое было? — сменил он тему разговора, наверное, из-за смущения. Если это так, то характер Масаки отличался от характера Тацуи в том, что он был застенчив, однако в этот раз сравнивать их было не совсем уместно.

— Демоническая кукла-шикигами с кровью в качестве подношения для того, чтобы создать монстра из воды. Один из видов магии големов.

— Так значит это древняя магия?

— Техника называется «ходзюцуси» — магия формирования кукол, её, как правило, используют волшебники с континента.

Наслушавшись Масаки и Микихико, Эрика раздраженно вклинилась в разговор:

— Эй, может, лекцию оставим на потом? Это «ходзюцуси» может ещё где-то прятаться.

Масаки встревожился и быстро огляделся. Видно, он забыл о такой вероятности. Но Микихико, напротив, покачал головой:

— Нет, это невозможно.

— Почему ты так уверен?!

Микихико, несколько раз открыв и закрыв рот, снова покачал головой:

— Лучше увидеть это собственными глазами, вместо того чтобы слушать мои слова. Пошли и посмотрим.

— Неужели мы вывели из строя того, кто управлял големом?

Вместо того чтобы ответить на вопрос Лео словами, Микихико кивнул.

— Ты знаешь, где он?

Масаки неосознанно хотел было открыть рот, чтобы вклиниться между ними.

— Ты идёшь, Итидзё-кун?

Но вместо этого его пригласили, и он кивнул в ответ.

Они вышли на холм, к лесу. Им не потребовалось много усилий, чтобы пройти этот путь. Они даже не успели вспотеть, когда нашли пользователя ходзюцу, которого искали.

— Как я и думал. Я понимал, что случится, но всё же на это неприятно смотреть.

Оператор голема лежал на земле лицом вниз.

— Он умер?..

К большому удивлению Масаки, Лео без страха оказаться атакованным присел возле седого оператора голема и прикоснулся к его шее.

— Пульса нет. Он мёртв.

Лео, похоже, это было безразлично. Хотя он не был настолько бесчувственным, чтобы улыбаться перед трупом, это было наиболее подходящее отношение, о котором он мог подумать. Однако эта мягкость исчезла, как только он перевернул труп. Эрика вскрикнула — столь искажённым было лицо у мертвеца, даже для неё это было слишком.

— Итог сломанного заклинания. Древняя магия этой системы управляет куклой с помощью духа оператора, магия после активации связывает их сознания.

— Хо. Как только активируется современная магия, нет обратного потока информации. Похоже, последовательности древней магии сильно отличаются от последовательностей современной, — Масаки невольно открыл рот, услышав слова Микихико. Затем он сразу же уточнил их смысл: — Другими словами, этот тип получил урон, когда я разрушил заклинание, связывающее его с монстром, что и привело к повреждению его духа?..

— Это не твоя вина. Волшебник должен был понимать риск использования такой магии. В особенности если хотел управлять таким большим големом. Естественно, последствия увеличились. Может, это кажется жестоким, но это обмен, на который пошёл оператор.

— Так вот какая это сила.

Масаки не впервые видел мёртвых и даже убивал не впервые. Он забирал жизни других, хотя делал это вынужденно. Даже сейчас «разрывание» водного монстра казалось правильным решением. Но тем не менее даже с таким опытом он всё равно не мог реагировать бессердечно, в особенности когда увидел ужасное состояние этого старика.

—Извини, Йошида, что заставил волноваться.

— Ничего. Ты ведь, в конце концов, нам помог.

Масаки выдавил улыбку, Микихико тоже покачал головой и улыбнулся.

— Итидзё-кун, можешь оставить объяснение с полицией на нас.

Микихико собирался позволить Масаки уйти, однако тот не согласился:

— Нет, я останусь. С другой стороны, девушка, эм...

— Меня зовут Тиба Эрика. Не волнуйся обо мне. Я к такому привыкла.

Масаки удивлённо обвёл её взглядом, однако подумав, что такая реакция невежлива, тут же взял себя в руки:

— Понятно. Так ты из семьи Тиба?

— Тиба Эрика, ученица второго года из Первой школы, — равнодушно ответила она.

Масаки несколько раз моргнул. Девушки его возраста, за исключением его сестры, почти никогда не относились к нему холодно.

— Извини мою грубость. Я Итидзё Масаки, ученик второго года из Третьей школы.

Это напомнило Лео, что он ещё не представился, так что он, пытаясь смягчить неловкость, тоже назвался:

— Приятно с тобой познакомиться. Первая школа, второй год, Сайдзё Леонхарт.

И этими словами ему, похоже, удалось развеять неловкость.

— Итидзё, у тебя, должно быть, назначена встреча с товарищами? Можешь не задерживаться ради нас, мы справимся сами.

— Не волнуйся. Я приехал в Киото один. На предварительный осмотр города для Конкурса диссертаций, чтобы избежать таких происшествий, как в прошлом году. Так что я могу позволить себе потратить время.

— Хм? Мы здесь тоже ради осмотра города. Тогда давайте сначала сообщим полиции, — предложил Лео.

— Алло. Меня зовут Тиба Эрика, я ученица второго года Национальной первой старшей школы магии. Соедините с отделом магических преступлений. На нас напали волшебники... мы сейчас в районе...

Услышав её голос, Лео с Масаки криво улыбнулись и переглянулись между собой.

◊ ◊ ◊

Пока группа Микихико дралась с врагом на противоположном от киотского Нового международного конференц-центра берегу озера, группа Тацуи подходила к храму Киёмидзу. Не было глубокого смысла в том, что он выбрал именно этот храм. Ну, может, из трёх храмов в этом было «что-то». Он был построен благодаря сёгуну Саканоуэ-но Тамурамаро, и он пережил эпизод, схожий с подавлением региона Канто магией, эта земля стала известной благодаря тому, что стала «магической». Кроме того, именно этот храм представлял северную ветвь буддийской школы Хоссо, Тацуя вспомнил некоторую памятную историю Киото. В теории современной магии секта Хоссо была малоизвестной областью. С другой стороны, дзен-буддизм Тацуя мог считать только «мудростью».

В любом случае Тацуя не верил в высшие силы и не видел смысла в выборе одного из трёх богов, которых он всё равно не мог видеть.

Дорога к храму Киёмидзу, который располагался на горе Отова, полого поднималась вверх. Они решили проехать половину пути на автоматизированном такси, а с подножья уже пойти пешком. На самом деле Минору не был так уверен в месте и сказал «база традиционалистов где-то рядом». Так что они решили медленно пройтись, обращая внимание на подозрительные здания.

Шумная атмосфера не изменилась с предыдущего столетия. Хотя число иностранных туристов значительно уменьшилось во время мировой войны, из-за программы «Новое открытие Японии» количество приезжих снова начало возрастать. Тем не менее японцы не стали чаще ездить за рубеж. Кроме того, хотя бы внешне воцарился мир. Холм был заполнен людьми с разными цветами кожи и глаз, а также разных религий.

— Какая удивительная толпа... — невольно вырвалось у Тацуи.

— Разве в Токио не больше людей? — озадачился Минору.

И в это мгновение несколько прохожих столкнулось друг с другом — туристки загляделись на Минору, и в них врезались позади идущие люди. И, что самое удивительное, среди них были не только «молодые» девушки.

Ранее группа Тацуи избегала людных мест, он не хотел, чтобы Миюки и Минами попали в какое-то происшествие. Он ощутил на себе довольно мрачный взгляд, но его источник был далеко позади, и, к счастью, он и Тацуя решили держать дистанцию, чтобы следить друг за другом. Тем не менее Миюки тесно прижалась к Тацуе, её бы никогда не унесла толпа, даже если бы вдруг хлынула на них. И даже если бы это произошло, Тацуя защитил бы её своей силой. Впрочем, он всё равно убедился в безопасности Миюки и только потом ответил на вопрос Минору:

— Мы живём в довольно тихом месте, хоть оно и в Токио. И там не так людно.

— Ты уверен?.. Может, оно так выглядит, потому что тут более узкие дороги?

— Может быть. — Тацуя говорил о плотности населения, а не об общем количестве людей, но решил прекратить спор, поскольку это не имело никакого отношения к их задаче. — Кстати, Минору, храм Киёмидзу, наш первый пункт назначения, ведь уже близко?

— Да, неподалёку есть дорожка прямо к нему, и она довольно заметная, так как идёт через лес. Но я думаю, традиционалисты могли замаскироваться под лавку сувениров или кафе.

— А это значит, что входить в храм нет смысла.

Тацуя почувствовал на себе сильное давление, будто над головой повисли густые снежные облака. И не похоже, чтобы ему это показалось. Он повернулся влево.

— Онии-сама, здесь что-то есть? — Миюки очаровательно улыбнулась.

Просто воображение... подумали бы другие парни. Однако Тацую это не обмануло. Он, не показывая ни намёка на сомнение, твёрдо посмотрел на Миюки:

— Хочешь зайти в храм?

В глазах Миюки мелькнула нерешительность, но это длилось лишь мгновение.

— Раз уж мы здесь, стоит зайти.

Смысл фразы был очевиден, как бы он её ни формулировал. Тацуя подумал, что следует пересмотреть сегодняшнее расписание.

«Спрыгнуть с моста Симидзу»* — именно эта поговорка приходила на ум, когда смотришь на город Киото из известного храма Киёмидзу. Тацуя перевёл взгляд в сторону города и смутно ощутил псионовый свет, исходящий от волшебников. Пока человек — волшебник и излучает хоть немного света, Тацуя увидит его и даже больше с помощью Элементального взгляда, который может ощутить псионовый свет в местах, недоступных обычному зрению. За неограниченное время этот взгляд мог предоставить много данных, пока Тацуя не добился бы желаемого результата, однако он ещё не встречался с Чжоу Гунцзинем лично, а одной фотографии было недостаточно.

Прекратив бесполезно любоваться пейзажем, Тацуя заговорил с Минору, который тоже смотрел на город:

— Что-то почувствовал?

— Нет, самое большее — разные взгляды... а ты, Тацуя-сан?

— Я тоже, — сказав это, он повернулся к Миюки и Минами.

Девушки облокотились на ограждение и глядели вниз. Они были не из тех, кто суетится по пустякам, но такой высоты было достаточно, чтобы заставить других понервничать. Однако, с точки зрения Тацуи, они невинно наслаждались видом и на время забыли о текущей задаче.

— Я проверил все взгляды, направленные на Миюки, но не нашёл ничего подозрительного.

— В-все?

— Ага, но я не заметил ничего непростительного, кстати, многие взгляды были направлены на тебя, Минору. Скорее всего, они не относятся к нашему делу.

— Это... извини, что из-за меня тебе приходится прилагать дополнительные усилия.

Бесчисленные мужские взгляды, наполненные мирскими желаниями, были направлены на Миюки. И почти такое же количество женских взглядов было направлено на Минору. И Минору также это осознавал. Это была не самовлюблённость, а объективный факт. Еще Минору понимал, что это только увеличивало количество информации, которую необходимо обработать.

— Не беспокойся, я к этому уже привык.

Однако для Тацуи это было повседневной рутиной. Чтобы справиться с ней, ему не была нужна дополнительная сила. Тем не менее он только фильтровал волны взглядов, направленных на Миюки. В этом случае могли существовать враждебные взгляды, направленные на него, а также на Минору — даже Тацуя не был уверен, что сможет их различить. И, что было ещё хлопотнее, вероятно, традиционалисты считали Минору врагом.

— Может быть, вообще нет смысла продолжать в том же духе.

После того как Тацуя сказал это, плечи Минору поникли. Должно быть, он винил себя в том, что они попали в такое положение, у него был взгляд наказанного щенка.

Если появлялись сильные эмоции, Тацуя не мог их не заметить, даже если эти эмоции не были направлены на него. И это повлияло на чувства Минору.

— Ах, нет, это не твоя вина. Сегодня ты нам очень помог. Просто зацепок оказалось меньше, чем я ожидал.

Услышав слова Тацуи, Минору застенчиво улыбнулся. Загремело ограждение, а затем раздался звук шагов. Тацуе не нужно было даже оборачиваться в ту сторону, чтобы понять, что происходит. Миюки заинтересовалась их разговором, посмотрела на них и сразу же решила, что делать. Она подошла к ним и, вступившись за Минору, упрекнула Тацую:

— Онии-сама, пожалуйста, не задирай Минору-куна.

Он не обиделся на это, но она подливала масла в огонь. И результат оказался противоположным тому, что она хотела. Красивая девушка защищает красивого парня. Мужчины, глядевшие на Миюки, и женщины, глядевшие на Минору, замерли в одночасье. Странная атмосфера привлекла внимание проходящих туристов и верующих. Кто бы что ни делал, все одинаково напряглись. Время остановилось в храме Киёмидзу. Тацуя озадаченно осмотрелся. Он посчитал это большим преувеличением, но не мог отрицать того, что происходило у него перед глазами.

Туристки глядели на Минору, однако были некоторые исключения, смотревшие вместе с туристами на Миюки. «Что за куча чудаков», — Тацуя в мыслях выругался. Он был человеком с настолько искаженной моралью, что не чувствовал вины при убийстве, но у него было обычное мнение насчет любви между людьми одного пола. С платоническими чувствами всё было хорошо, но он испытывал предубеждение к физическому желанию. Также было неприятно из-за неуместности происходящего, и, хоть объектом взглядов был не он, Тацуя начал думать о том, чтобы уйти отсюда как можно скорее. Потому он был полон решимости продолжить исследование местности. Избегать проблем до того, как они станут чем-то серьезным, было лучше всего.

По пути Тацуя ощутил чуждый взгляд. Не необычный, а чуждый. Мужчина уставился на Минору. Он был напряжён, как и остальные люди. Но взгляд не был дружеским. Был без желания. Без восхищения. Чувство в нем скорее походило на отвращение. Выражение лица этого мужчины словно говорило: «Почему я должен следить за таким ребёнком?».

«Или "Разве это не оскорбление моих великих достижений?"», — пришло на ум Тацуе.

— Минору, Миюки, Минами. Пойдемте.

Тацуя, не дожидаясь ответов, зашагал вперёд по пути, по которому они шли ранее. Миюки, тут же поняв намерение брата, молча последовала за ним. Минами озадаченно посмотрела на них, но долей секунды позже решила последовать за Миюки. Однако Минору не мог его понять, не спрашивая. Он поспешно поравнялся с Минами, тогда как Миюки шла возле Тацуи.

— Тацуя-сан, почему ты вдруг?..

Пока наблюдатель не воспользуется магией, Минору его не заметит. А судя по его внешности, он уже привык к взглядам людей. Скорее всего тот, кто следил за Минору, не только не использовал магию, но и не был волшебником. Тацуя и остальные опасались волшебников-традиционалистов, так что не владеющий магией частный детектив мог избежать их внимания. Тацуя подумал, что это довольно интересная мысль.

Вместо того чтобы ответить Минору, Тацуя достал из кармана информационный терминал и стилус. Затем начал писать на экране, его рукописный текст преобразовывался в цифровые знаки. Минору прочёл написанное.

«Я обнаружил слежку. Мы притворимся, что не заметили, и выманим его».

Минору был сбит с толку и подумал, что Тацуя заметил, что за ними следят, но не определил, кто именно. Он беспокойно огляделся. Откровенно говоря, это могло выйти им боком. Тацуя, искоса взглянув на Минору, снова нашел потверждение своим мыслям о том, что «как и ожидалось, он не проходил только магическую подготовку». Однако наблюдатель, похоже, подумал, что они «делают вид, что заметили», а не «изображают, что не заметили». Он так уверен в своих навыках или просто недостаточно профессионален? Мужчина, которого приметил Тацуя, шёл за Минору, сохраняя определённую дистанцию.

Тацуя свернул с дорожки, идущей из внутреннего храма к водопаду Отова, и остановился у поворота, ведущего к башне Коясу. Он обернулся и посмотрел на Миюки и остальных. Было вполне естественно посоветоваться о том, стоит ли ловить преследователя, что появился в поле зрения.

«Почему он остановился?» — подумал Тацуя. Наблюдатель достал маленькую камеру и снизу начал фотографировать главный зал храма. Для туриста это не так уж и необычно. Но он продолжал делать снимки с одного и того же места, что было странным. Он, не подозревая, что Тацуя с любопытством на него смотрит, пошёл дальше, к водопаду Отова.

— Эй ты.

Вслед ему прозвучал недовольный голос Тацуи. Наблюдатель дрогнул и побежал, делая вид, что не заметил оклика.

— Ты там, ты меня слышишь?!

Тацуя быстро нагнал его. Лицо Тацуи и так выглядело сурово, а теперь оно было ещё и сердитым. Это привлекло внимание окружающих туристов.

— В-вам что-то от меня нужно? — наблюдатель обернулся и робко посмотрел на Тацую. На первый взгляд, это выглядело так, словно примерного гражданина задирает школьная шпана. Его актёрское мастерство заслуживало похвалы. Если бы Тацуя был один, прохожие точно перешли бы на сторону наблюдателя.

— Разве ты только что не следил за нами с помощью своей камеры?

После одной этой фразы взгляды окружающих стали враждебными. Скорее всего, никто не сомневался, что такой мужчина средних лет может следить за ними из-за редкой красоты Миюки и Минору.

— Беспочвенное обвинение! На каких основаниях... — мужчина прокричал, что невиновен, но положение было не в его пользу, он постепенно начал напрягаться. Увидев, что прохожие заметили маленькую камеру, он отчаянно запихнул её в сумку. Такое поведение сделало его ещё подозрительнее.

— Пусть охрана решит, беспочвенное или нет, — резко ответил Тацуя. И прохожие были полностью на его стороне.

Мужчина побежал, прорываясь через толпу. Должно быть, он думал, что сумеет ускользнуть. Но меньше чем через десять метров Тацуя без труда поймал его и приволок назад. Но когда он собирался отвести мужчину к охране, Минору вмешался со словами: «У этого человека тоже есть жизнь, слишком жалко передавать его полиции из-за такой мелочи». Мужчина перестал с ненавистью глядеть на Тацую, снова став робким. Тацуя же смотрел в ответ без всякого выражения на лице. Мужчина запнулся под взглядом, который, казалось, не мог принадлежать человеку.

— Что вы собираетесь со мной делать?

— Разберёмся с тобой сами.

Когда наблюдатель услышал ответ Тацуи, его лицо наполнилось подозрением.

— Я знаю, что это против профессиональной этики, но кто тебя нанял?

Мужчина отчаянно посмотрел влево и вправо, будто ища способ сбежать. Не то чтобы группа Тацуи ему угрожала, но Тацуя решил повести мужчину к заброшенным воротам.

— Чего вы хотите?..

Тацуя предположил, что мужчина решил притвориться дурачком.

— Ты знаешь, что он — прямой потомок Десяти главных кланов, вершины магического общества Японии?

От осознания услышанного у мужчины побелело лицо.

— Твой наниматель знал, что мы волшебники. Вот почему он выбрал не обладающего магией детектива. — С этими словами Тацуя протянул вперёд руку с часами. Мужчина заметно задрожал. Тацуя улыбнулся одними губами.

— За незаконное использование магии ты закончишь на виселице.

Миюки вдруг рассмеялась. Наверное, она посчитала старомодное выражение «на виселице» смешным. Однако в глазах мужчины это была улыбка безжалостной ведьмы. CAD и экипировка волшебников была так же знакома немагическому обществу, как и неуместные артефакты. Общее знание населения ограничивалось такими стереотипами, как «магию используют с помощью инструмента, который надевается на руку». Поэтому он и принял его жест с часами за подготовку к использованию магии.

— Я спрошу ещё лишь раз. — Тацуя активировал свои псионы. Такой уровень высвобождения датчики даже не посчитали магией. Однако из-за психического давления это могло помочь раскрыть истинный характер неспособного понять это противника. — Где твой наниматель?

Мужчина не ответил. Высокий профессионализм, даже если его источник в упрямстве. Тем не менее это был предел. Человек не сможет выдерживать страх неизвестности слишком долго. Можно держаться против понятного страха, однако если источник страха неведом, он может легко вызвать панику.

— Ясно. Какая жалость. — Тацуя повёл пальцами в сторону наручных часов. Многофункциональные часы были связаны с информационным терминалом, но и только. Они никак не могли помочь в вызове магии.

— Я понял! Я скажу вам.

Но мужчина не был волшебником, он не мог этого знать.

— Это здесь?

Психически раздавленный мужчина привёл их к ресторанчику тофу недалеко от храма.

— Да, я не вру, — быстро заговорил он, не отрывая взгляда от Тацуи. — Эй? Разве этого мало? Я лишь скромный частный детектив, как этот мальчик и сказал, меня всего лишь попросили докладывать обо всём, что вы здесь делаете. Больше я ничего не знаю.

— Не слишком ли хорошо ты знаешь своего нанимателя?

«Никто не будет выдавать себя, нанимая кого-то на подобную работу». — По крайней мере так думал Тацуя.

— Ну, я не хочу заниматься опасными делами. Детективный бизнес сегодня не так уж и спокоен.

— Мир жесток.

— Господи, это и впрямь так...

Тацуя чуть рассмеялся. Детектив не казался набожным. Скорее всего, он промышлял не только честным трудом, потому и был хорош в сборе информации.

— Я понял. Ты отлично поработал.

Мужчина неверяще посмотрел на него. Он не ожидал услышать таких слов, так как был на своеобразном допросе.

— П-правда?..

— Как я и сказал.

— Вы не отрежете мне голову, ударив в спину? Не сделаете что-то подобное?

— Ты пересмотрел драм, — криво улыбнулся Тацуя. Это, похоже, немного расслабило противника, хоть такое выражение лица и не подходило подростку.

— Я-асно. Тогда...

Однако то, что Тацуя ничего не ответил, показывало, что он не очень хорошо умел обращаться с людьми.

— Я знаю, о чём ты думаешь. Узнать, где ты живёшь, очень легко, так что если тебе есть, что добавить, говори это сейчас.

Лицо мужчины наполнилось страхом.

— Д-даже для волшебника это...

— Ты уверен?

Мужчина быстро и отчаянно покачал головой.

— Я не вру! Я говорил правду, поверьте мне!

— Если не врёшь, не следует так бояться.

Мужчина, побежав вниз по холму в сторону храма, казалось, споткнулся о свои же ноги.

Минору был ошеломлён. После того как Тацуя разобрался с наблюдателем, Миюки упрекнула его:

— Онии-сама, не слишком ли далеко зашла твоя шалость?

Тацуя оглянулся с прискорбным выражением лица.

— Я не хотел над ним шутить. Просто я не думал, что даже магией смогу заставить его говорить. Я ведь и магию психического вмешательства не могу использовать.

— Именно поэтому ты решил ему пригрозить?

— Верно.

— Почему-то мне кажется, что ты этим наслаждался.

— Это привело бы к обратным результатам, разве нет? Как бы то ни было, нам нужно идти.

Миюки всё ещё настаивала на своём, но Тацуя пошёл в ресторан, не дожидаясь её.

— Добро пожаловать!

Тацую поприветствовал радостный голос. Голос принадлежал одетой в кимоно официантке, выглядевшей лет на тридцать. Хотя Тацуя подумал, что более сдержанное отношение к клиентам лучше подошло бы этому месту, но посчитал, что, может быть, это его собственное предубеждение.

— Столик на четверых?

Тацуя хотел было покачать головой и сказать «нет», но, посмотрев на Миюки и Минами, которые восторженно глядели на сувениры, он осознал, что уже обеденное время. Кроме того, проверив Эйдос, он заметил волшебников в задней части ресторана. Почему-то они не скрывали себя. Поэтому Тацуя заключил, что они не убегут, пока их группа будет есть.

— Да.

После его кивка официантка радостно ответила: «Сюда, пожалуйста!». Впечатляющий профессионализм, раз она не уделила чрезмерное внимание Минору, подумал Тацуя, когда остальные трое последовали за ним. Официантка привела их к столику, сидеть у которого нужно было на татами.

— Такой подойдёт?

Тацуя предпочитал современные стулья и столы, но, как он видел, все они были заняты. Он повернулся к спутникам, чтобы удостовериться, что у них нет возражений. Затем согласился сесть здесь.

— Пожалуйста, позовите, когда выберете заказ.

Тацуя кивнул, и официантка ушла.

— Давайте пока насладимся едой?

— Эм, правильно ли это? — беспокойно спросил Минору.

— Насколько я вижу, это место — легальное прикрытие для их бизнеса.

— Но...

— Если еда отравлена, я замечу. Кроме того, только что я сумел краем глаза увидеть человека, нанявшего того, кто следил за нами. Если он попытается убежать, я сразу же его схвачу.

Минору потрясённо ахнул:

— Тацуя-сан, твои способности и впрямь безграничны.

Тацуя мог лишь криво улыбнуться его искренности.

— Я много чего не могу делать. Почему ты так легко поверил моим словам?

— Я не верю, что... — он глубоко задумался о фразе «я много чего не могу делать», — то есть, конечно, я тебе верю. — Он хотел спросить «тебе ведь можно верить, да?», но поспешно перефразировал слова.

Миюки негромко хихикнула. Минору явно покраснел.

— Миюки-нээсама, — неожиданная реплика Минами прозвучала упрёком.

— Извини, Минору-кун. Просто рядом с Онии-самой и мной нет парней с нормальной реакцией.

— Ты говоришь так, будто я ненормален, — мгновенно ответил Тацуя, и Миюки засмеялась более радостно и осознанно.

— Онии-сама, ты впервые говоришь как нормальный парень.

Тацуя посмотрел на Минору и пожал плечами. Всё ещё краснея, тот рассмеялся в ответ.

Тацуя и Минору заказали «юдофу» (тофу, нарезанный небольшими кусочками и сваренный в бульоне из морских водорослей), а Миюки и Минами — «юба набэ». Кстати, Тацуя подумал, что юдофу больше подходит храму Нандзэн-дзи, но после того, как Минору всё объяснил, он посчитал, что ему просто не хватает знаний в этой области. Впрочем, он ведь сюда пришёл не как турист, так что не уделял слишком много внимания этому вопросу.

Они никуда не торопились и мирно наслаждались обедом. Тацуя вынужден был полностью изменить сегодняшнее расписание. Главным виновником этому стало юба набе. Это пленка, что образовывается на соевом молоке, потом её оборачивают вокруг шампура и едят. Проще говоря, дело это не быстрое. Если бы Тацуя узнал об этом до совершения заказа, то настоял бы на выборе другого блюда, но сейчас уже было поздно. С начала обеда прошло более часа, и только сейчас они позвали официантку.

— Кудо-сан из Икомы пришёл представиться, не могли бы вы позвать владельца?

— Кудо-сама из Икомы, говорите? Пожалуйста, подождите, пока я позову управляющего.

Прежде всего, он назвал нужное имя. Официантка, ничего не спросив, быстро ушла. Неужели такое тут случается часто?

Они прождали недолго.

— Уважаемые клиенты, управляющий ожидает вас с закусками. Простите, что заставили ждать.

— Благодарю.

Больше ничего не сказав, Тацуя поднялся с подушки.

Хотя это была не гостиная, приёмная сочетала западный стиль с восточным. Вместо дивана и низкого столика стояли деревянные стулья и высокий лакированный стол. Все понимали, что эта мебель намного дороже роскошного дивана.

Управляющий ресторана был волшебником древней магии, и он не сидел на стуле. Он закрыл за ними раздвижную дверь и низко поклонился, не проявляя никакой враждебности. Тацуя не был уверен, является ли его шляпа частью костюма, положенного мастерам чайной церемонии, или простой любезностью для приветствия клиентов. Больше не задумываясь об этом, он сел слева, как ему и предложили.

За столом могли поместиться шесть человек, но когда трое из них сели с одной стороны, там еще осталось место для одного. В центре сел Тацуя, рядом с ним сели Минору (с дальней от двери стороны) и Миюки. Место, которое было расположено ближе ко входу, заняла Минами.

Они снова посмотрели на управляющего. Из-за довольно глубоких морщин на лице казалось, что ему около пятидесяти лет. Хотя не следовало слишком сильно полагаться на внешние признаки, поскольку некоторые волшебники старели относительно быстро, сейчас возраст не имел значения. Стать лидером организации можно было лишь из-за способностей, то же относилось и к немагическим организациям. Ни Тацую, ни Минору, ни Миюки никогда не волновал возраст противника.

— Я никогда не думал, что мне представится возможность увидеть члена клана Кудо, — внезапно начал традицоналист. Он даже не поинтересовался группой Тацуи. Можно сказать, такое отношение было честным, однако Тацуя заметил нехватку самообладания. — Я не стану спрашивать, откуда вы пришли. Так что не могли бы мы перейти сразу к делу?

Миюки и Минами подумали, что это здравое предложение, однако Тацуя, напротив, настороженно прищурился, пытаясь разгадать истинные намерения собеседника.

— Значит, у вас нет никаких враждебных намерений по отношению к нам?

— У меня больше нет намерения причинять беспокойство людям, связанным с «девяткой».

— Извините за грубость, но разве вы не член фракции традиционалистов?

Чайный мастер вздохнул:

— Да, я их шаман.

— Шаман? — удивлённо спросил Минору, перебив Тацую.

— Почти половина буддийских монахов не привыкла к сюгэндзя или оммёдзи, — чуть фыркнув, ответил самопровозглашённый шаман. В глазах появилась гордость, вскоре он перестал колебаться и немного повеселел.

— Разве традиционалисты сплотились не из-за ненависти к бывшим членам Девятой лаборатории, включая волшебников из клана Кудо? Разве с самого начала фракция традиционалистов образовалась не по причине вражды с бывшим Девятым научно-исследовательским институтом? — Тацуя вернулся к изначальной теме разговора. Ему оказалось полезно встретиться с таким человеком в таких обстоятельствах.

— Поначалу я тоже гневался из-за того, как поступил Девятый институт. Я думал, что однажды отомщу. По сравнению с моими соратниками мой гнев был особенно силён, так что некоторые секты сделали меня лидером течения, к которому я никогда не принадлежал.

— Вы говорите так, словно были ненастоящим лидером.

— Я думал об этом... хотя и по сей день это никому не говорил.

Тацуя, заметив его нежелание обсуждать это, молча дождался следующих слов.

— Сначала я серьёзно думал о возмездии. Хотя это было почти невозможно. Однако я думал так лишь из-за того, что Девятая лаборатория использовала меня, я не собирался предавать родину.

— Вернемся к теме: вы приютили изгнанных пользователей Ходзюцу?

Старый волшебник, назвавший себя шаманом, кивнул:

— Я больше не сторонник традиционалистов, которые остались в Наре. После того как они решили стать волками в овечьей шкуре... впутавшись в дела с заклинаниями с континента. Поклясться в верности кому-то не из Японии для японского волшебника... должен сказать, у них нет даже намёка на верность своей родине.

Минору опечалили слова шамана, потому что, без сомнений, он знал, что его отец тоже был в сговоре с волшебниками с континента.

— Разве у них был другой выбор, если идеология их страны не совпадала с их убеждениями?

Шаман покачал головой на небрежные слова Тацуи.

— Преданность — дело не идеологии, а чувств.

Тацуя слегка кивнул.

— Ясно. Вот почему вы оборвали все связи с традиционалистами из Нары, вы хотели остановить направленную на бывшую Девятую лабораторию враждебность.

— Да. Время лечит. Оно исцеляет все раны. Даже те, что кажутся незаживающими.

— Думаю, некоторые раны нельзя вылечить временем, но...

— Нельзя исцелить лишь те раны, которые всё время бередят снова. Если вы не будете подливать масло в огонь, он со временем потухнет, здесь то же самое.

Тацуя непритворно вздохнул.

— Давайте оставим абстрактную философию, — он посмотрел в глаза старому волшебнику. — Почему вы перестали считать нас врагами?

Старый волшебник глубоко вздохнул из-за прямого намека Тацуи на то, что он не поверит голословному заявлению.

— Из того, что я вижу, вам ещё даже двадцати нет. Какое образование вы получили, чтобы быть столь серьёзным?

У Миюки и Минами слегка изменилось выражение лица. Тацуя, конечно, ещё не достиг возраста двадцать лет, однако фразу «вам даже двадцати ещё нет» редко использовали по отношению к ученикам старшей школы. Однако Тацую это, похоже, вовсе не волновало.

— Разве мы с вами сейчас разговариваем не из-за вашего разумного подхода?

Управляющий ресторана, который был традиционалистом, вздохнул, разом словно постарев на несколько лет.

— Я начинаю думать, что мое решение не было ошибкой. Даже способный детектив с хорошими рекомендациями не смог противостоять клану Кудо.

Тацуя не считал, что привлечение детектива оказалось полезным для управляющего. Однако он решил спросить кое о чём другом:

— Ранее вы сказали, что не могли пойти на риск найма пользователей ходзюцу. Можете доказать, что это не пустые слова?

— Могу я узнать, зачем?

— Мы ищем волшебника, который сбежал из Йокогамы. Его зовут Чжоу Гунцзинь. Он принёс этой стране немало серьезных бед.

Шаман на него посмотрел с пониманием:

— Хорошо... Я поделюсь информацией, которая у меня есть.

— Пожалуйста, — ответил Тацуя, но больше из желания надавить на старика, нежели показывая своё нетерпение.

— Мужчина, которого вы ищете, Чжоу Гунцзинь, находится не в Киото. Последний раз мы подтвердили его местоположение в пятницу 12 октября у бамбукового леса недалеко от храма Тэнрюдзи на севере, это рядом с местом, где первоначально располагалась буддистская секта. Кажется, он двигался на юг, но нет никаких признаков, что он переместился южнее реки Удзи.

Однако данные, полученные от самопровозглашённого шамана, были не слишком подробными.

— Вы знаете, почему он не пошёл южнее Удзи?

— Он намеренно не пересекает реку. По ней установлен барьер для защиты Киото.

Впервые за день Тацуя искренне удивился.

— Река Удзи покрыта магией по всей длине? Как вы смогли развернуть такой обширный барьер? — спросила Миюки вместо замолчавшего брата. Однако её вопрос стимулировал Тацую, и у него внезапно появился ответ:

— Нет, он не ограничен рекой Удзи, сама река стала проводником для барьера, я прав? Если смешать магию с водой реки, у неё самой появится магический эффект.

— Удивительно! Девяносто очков! — старый шаман широко улыбнулся. Ранее он вел себя с Тацуей как с равным, и лишь в этот раз посмотрел взрослыми глазами на ребёнка, увидев в Тацуе хорошего ученика.

— Оставшиеся десять очков... Вы не добавляете что-то в реку, а изменяете саму воду... в каком-то месте вы её освящаете? — дополнил Минору.

— Ох! Как быстро, хотя ты ещё ученик старшей школы. Как и ожидалось от прямого потомка клана Кудо, — чуть похвалил старый волшебник. — Барьер начинается с дамбы Амагасэ, там мы освящаем воду. Конечно, не всю, для этого потребовалось бы постоянное присутствие более сотни волшебников.

Тацуя и Минору тоже понимали, что это невозможно сделать.

— Тем не менее созданный барьер не так уж и силён. В лучшем случае он годится, чтобы предупреждать о враге за рекой. Однако есть отличия от механической сигнализации, здесь каждый оператор может прочесть информацию с разными параметрами. Кроме того, его можно настроить на реагирование на конкретного человека.

— Другими словами, вы один из операторов барьера реки Удзи?

Шаман кивнул:

— Меня научили управлять заклинанием этого района случайно. Вполне возможно, другие операторы не знают, что я один из них. И я тоже о них не знаю. Однако сейчас это неважно. — На этом старый волшебник умолк, но осталось впечатление, словно ему ещё есть что сказать. Может быть, он посчитал, что ещё не совсем ослаб, и бессознательно попытался показать это молодёжи. — С этим барьером Ямасиро и Ямато не пострадают. Что до меня, с момента появления Чжоу Гунцзиня в Киото, я следил за барьером, чтобы увидеть, когда он снова его пересечёт.

— Зачем?

— Этот человек опасен для страны, — чётко ответил лидер традиционалистов. — Хотя я говорил, что время лечит, если честно, даже сейчас я не отбросил всю злость на бывшую Девятую лабораторию. Если бы вы, ребята, ворвались и начали меня допрашивать, я бы никогда не заговорил о барьере или местонахождении Чжоу Гунцзиня. — Шаман обвёл взглядом Минору, Тацую, Миюки и Минами, затем пристально посмотрел на Тацую. — Однако вы придерживались минимальной вежливости. Должен сказать, что мне вы показались довольно торопливыми, но я не хотел проливать лишнюю кровь.

Это совпадение оказалось и вправду благом, подумал Тацуя, слушая слова шамана. Он не пошёл дальше в ресторан, поскольку тогда Миюки и Минами хотели пообедать. И кровь не была пролита потому, что с ними не оказалось Микихико, который мог управлять барьерами. Конечно, он не сказал это вслух. Это была бы не обычная честность, а честное безрассудство.

— Спасибо за ценную информацию.

— И ещё одно, поосторожнее с людьми из храма Курамы и района Арасиямы. Похоже, они окончательно слились с волшебниками с континента.

Тацуя поклонился и поднялся. С небольшой задержкой Миюки последовала примеру брата. Минору и Минами поклонились и тоже поспешно поднялись. Старый волшебник смотрел на это с улыбкой.

Когда они вышли из ресторана, солнце уже начало садиться. Хотя до заката ещё было время, до темноты осталось недолго, поскольку дни уже становились короче, что в особенности было заметно на западной стороне. У них всех появилось чувство выполненного долга, а не пустоты из-за напрасно потраченных часов, и, конечно же, времени сегодня осталось не так много.

— Что будем делать дальше? — спросил Минору, когда они спускались по склону к храму. Если верить словам шамана, Чжоу Гунцзинь уже покинул эту область.

— Северная часть реки Удзи слишком широка, чтобы её обыскивали пять человек. Нужно больше подсказок.

— Тогда направимся в район Арасияма?

— Наверное.

В это мгновение Тацуя вспомнил новость об убийстве телохранителя Саэгусы Маюми. Местом преступления была речка Кацура, протекающая через район Арасияма.

Завтра он обследует место убийства вместе с Маюми. Она попросила полицию о том, чтобы ей дали осмотреть вещи Накуры, но даже если она сможет их достать, самое важное — это посетить место преступления. В Арасияме могут быть некоторые подсказки, и, конечно, это хорошее решение обследовать район, однако его время ограничено одной ночью. Еще он подумал, что бесполезно обыскивать один и тот же район два дня подряд.

— Давайте обследуем Арасияму завтра, а пока направимся к следующему храму, Кинкакудзи.

— Я понял. Я свяжусь с Кёко-нээсан относительно Удзи.

— Хорошо.

Поскольку после обеда объекты внимания толпы не изменились, — все смотрели на Миюки и Минору, — группа Тацуи решила уехать из Саконоситы на автоматизированном такси.

◊ ◊ ◊

Микихико, Эрика, Лео и Масаки как раз закончили отвечать на вопросы полиции, и их отпустили, признав самооборону допустимой. Без сомнений, фамилия Тиба была одной из главных причин, позволивших им получить записи уличных камер. Хотя датчики труднее обнаруживали древнюю магию, и оператору потом было сложней, происходящее всё равно записывалось. Можно сказать, что кем бы волшебник ни был, будь то пользователь современной магии или древней, он не сможет избежать обнаружения псионовым радаром, установленным в камере.

После того как наконец закончились все дела с полицией, они вчетвером вернулись в Новый международный конференц-центр.

— Что будем делать дальше? Не думаю, что сегодня ещё что-то случится, ещё раз обыщем периметр? — спросил Лео. Микихико быстро покачал головой:

— Нет, давайте вернёмся в гостиницу.

— Верно. Не слушай дурака, сегодня уже никто не появится.

— Э? Кого ты дураком назвала?!

— Интересно, кого же? И почему это ты разозлился?

— Это, из-за... ну... — Лео уставился на Эрику, которая, расслабившись, отвернулась.

Масаки взглядом спросил у Микихико о том, стоит ли вмешаться, но тот покачал головой, советуя оставить тех в покое.

— Кстати, Итидзё-кун, в какой гостинице ты остановился? — Микихико, похоже, было неуютно в тишине, и он заговорил с Масаки, меняя тему.

— Ах, гостиница КК, — его, похоже, озадачил неожиданный вопрос, но он всё же дал вежливый ответ.

— Ясно. Мы остановились в гостинице CR.

— Правда? Разве они не рядом?

— Ага, какое удивительное совпадение. Китидзёдзи-кун в гостинице?

Если бы Микихико задал схожий вопрос Тацуе, тот бы в ответ вздохнул, с удивлением сказав: «Миюки и я не всегда вместе». Однако Масаки вежливо ответил:

— Нет, как я и говорил ранее, я приехал сюда один. Джордж сосредоточился на подготовке к Конкурсу. Он ведь один из представителей Третьей школы.

— Понятно.

Представители Конкурса диссертаций были поглощены подготовкой презентаций, потому Микихико, Эрика и Лео больше не спрашивали о Китидзёдзи.

— Мы возвращаемся в нашу гостиницу, а ты, Итидзё-кун?

— Давайте посмотрим... — Масаки не требовалась пауза, чтобы подумать. Он, как и Тацуя, хотел проверить разные места, другими словами ему всё ещё нужно было просмотреть другие участки. Однако он не мог разделиться, как группа Тацуи. И ему не нужен был гид, поскольку он посещал Киото довольно часто, так как жил не очень далеко. Тем не менее тут могли быть враги, о которых он не знал, ему пришлось бы объехать много мест. Вот только он потратил много времени на вопросы полиции, к тому же этот хлопотный процесс убил ему на сегодня всё настроение. — Я тоже вернусь в свою гостиницу.

— Тогда почему бы нам не поехать вместе? — пригласил его Микихико, хоть и подумал, что это немного резко.

— Нас ведь как раз идеальное количество, так ведь? — Внезапно приятным голосом вмешалась Эрика, которая не следила за разговором, но мгновенно отвлеклась от поддразниваний Лео.

Из-за этой неожиданной фразы Масаки слегка смутился. Он не хотел присоединяться к ним и собирался мягко отказать Микихико.

— К сожалению, я не смогу, я на мотоцикле.

— Ох, Итидзё-кун, ты тоже водишь мотоцикл?

Многие девушки проявляли интерес к умению Масаки водить мотоцикл. И, как смутно подозревал Масаки, многие хотели прокатиться вместе с ним. Однако он не понимал почему. Даже теперь мотоциклы не слишком изменились. Двуместные роботизированные скутеры с установленными рядом сидениями были популярны, однако девушки предпочитали классическую компоновку, позволяющую прижиматься к спине парня. Это больше соответствовало девичьим мечтам.

— Тоже?

Однако интерес Эрики явно отличался от «девичьих грёз».

— Тацуя-кун... эм, ты ведь знаешь Шибу Тацую? Он тоже ездит на мотоцикле, это довольно клёво.

— Да?

В мыслях Масаки сразу же всплыл образ. Парень едет с девушкой на мотоцикле. Она, не отстраняясь от него, довольно элегантно держится за его талию и прижимается к его спине. Лицо за шлемом принадлежит Тацуе. Девушка, конечно же, — Миюки. Масаки невольно поглотило воображение. Его внимание переместилось на парня. Шлем постепенно заполнился дымом, и лицо превратилось в лицо Масаки... Спиной он почувствовал нежное тело Миюки.

— О чём задумался? — любопытный голос Эрики заставил Масаки прекратить фантазировать:

— Н-ни о чём, — он отчаянно покачал головой, на лице отразилось напряжение. Эрика посмотрела на него с явным недоверием, поэтому он перевёл взгляд на Микихико.

— Если такое дело, почему бы тебе не поехать за нами?

— Что ж, я не возражаю...

Микихико подумал о том, что же случилось, но не озвучил свои мысли. Эрика, которая отвела взгляд, сделала озадаченное лицо, как и Лео. Тот посмотрел на неё и слегка пожал плечами.

◊ ◊ ◊

Посетив на всякий случай храм Кинкакудзи и не получив никаких результатов, группа Тацуи рано вернулась в гостиницу с чувством бесполезности своих действий, так как не смогла даже найти базу традиционалистов.

Гостиница, в которой остановилась группа Тацуи, находилась на небольшом расстоянии от Нового международного конференц-центра, места проведения Конкурса диссертаций. Пусть это и не было удобно, тут должны будут остановиться участники конкурса из Первой школы, а также персонал, поэтому они воспользовались этим для проверки безопасности. Хотя здесь остановятся и некоторые ученики, которые приедут поболеть за представителей своей школы, многие из них предпочтут соседний храм или другое святое место.

Следует отметить, что Минору тоже остался в гостинице. Хотя в этом не было особой надобности, учитывая, что он жил совсем недалеко, это, похоже, был правильный выбор, так как он болел.

Поскольку юных волшебников сильно ограничивали в поездках за границу, путешествия с друзьями по стране были обычным явлением. Однако из-за слабого здоровья Минору было трудно путешествовать слишком долго, более того, у него не было друзей, которые были с ним достаточно близки, чтобы считаться таковыми. На этот раз, хотя Тацуя приехал в Киото не для развлечений, семья посчитала, что это хорошая возможность для Минору.

Кстати, в номере должны были жить только спутники Тацуи. Впрочем, не такая уж большая разница была между тремя и четырьмя людьми, поскольку зарезервированный для парней номер мог вместить до пяти постояльцев.

Тацуя как раз собирался зарегистрироваться и забрать багаж, который оставался в приёмной, когда увидел у входа в здание знакомые лица. Хотя они не договаривались встретиться в определённое время, это было не так уж и странно, так как уже пора было возвращаться в гостиницу. Однако увидев среди них того, кого он не ожидал встретить здесь, Тацуя невольно повысил голос:

— Итидзё.

— Шиба-сан.

Масаки отреагировал так же, но не повысил тон. Тацуя и Миюки переглянулись, Тацуя криво усмехнулся, а Миюки с улыбкой ответила:

— Давно не виделись. Итидзё-сан, ты тоже приехал в Киото по делу?

— Да, на предварительную проверку места проведения Конкурса диссертаций, который состоится на следующей неделе. — Масаки, как и всегда, в присутствии Миюки становился наивным.

— Понятно. Как и мы.

— Да, я слышал от Йошиды-куна и остальных. — Тем не менее он или уже начал привыкать, или очень старался, чтобы разговор шёл более гладко.

— Ты встретил группу Йошиды-куна возле Нового международного конференц-центра?

Масаки не хотел говорить, что помог, когда им угрожала опасность, так как не хотел показаться хвастливым. Поэтому он позволил ответить Микихико.

— Он помог нам, когда стало опасно.

Но заговорила Эрика.

Масаки и Микихико, даже Лео, криво улыбнулись. Поскольку Масаки хотел, чтобы ответил кто-то другой, он не почувствовал неловкости. Однако он посчитал, что такая свобода хорошо подходит этой девушке. Масаки в достаточной степени узнал Эрику.

— Расскажешь всю историю в номере.

Тацуя постарался воздержаться от болтовни. Неожиданно, но Масаки заметил это первым, и Эрика кивнула в знак согласия.

— Итидзё, ты тоже остановился в этой гостинице? — непрямо спросила Миюки ради удобства Масаки.

— Нет, я остановился в соседней КК гостинице. Однако я предпочёл бы услышать обо всём поподробнее.

Масаки припарковал мотоцикл и последовал за группой Микихико — его беспокоили причины нападения на них. Он думал о том же, что и Тацуя.

— Ну что ж, тогда поговорим в нашем номере, — предложил Лео.

— Тогда я схожу за багажом.

— Подождите минутку.

Сказав это, Эрика и Лео пошли к стойке. Секундой позже Микихико последовал за ними.

Масаки не знал, что Тацуя входит в JSDF. Поэтому объяснять нужно было так, чтобы скрыть это. Так подумали Эрика, Лео и Микихико.

— В Киото был обнаружен зачинщик прошлогоднего вторжения Великого Азиатского Альянса в Йокогаму. Я приехал сюда с миссией по поиску этого человека.

— Миссией?! Шиба, кто же?..

— Я ученик Первой старшей школы при Национальном университете магии и в то же время секретный военный офицер из Отдельного магического батальона 1-0-1. — Однако Тацуя сам с легкостью выдал секретную информацию, что потрясло троих его одноклассников.

— Ты...

Хотя Масаки был наследником семьи Итидзё, это не избавило его от удивления. Однако он не мог позволить себе прямо высказать своё недоверие. Масаки не дал вырваться опрометчивым словам из-за серьезного взгляда Миюки, сидевшей радом с Тацуей.

— Итидзё. Думаю, нет нужды это говорить, но это военная тайна.

Масаки мог только кивнуть, поскольку ещё не оправился от потрясения.

Эрика, уставившись вдаль, подумала: «Это всё план Тацуи-куна. Меня заставили участвовать таким же образом».

— По сведениям их информационной сети, похоже, есть вероятность возникновения беспорядков во время Конкурса диссертаций. Микихико и остальным было поручено обеспечить безопасность конкурса.

Эрика и Лео впервые услышали об этом. Целью поездки были поиски определённого волшебника, а не простая предварительная инспекция, они чуть ли не пострадали всерьёз во время вражеского нападения, а если бы снизили бдительность, могли и погибнуть. Тем не менее эти двое слушали историю спокойно. Разве они отказались бы от поездки, услышь её раньше? Они подумали об этом одновременно и отрицательно покачали головой.

Наверное, самым расстроенным оказался Масаки:

— Ты знаешь имя человека, который... провёл армию вторжения?

Тем не менее он спросил о самом важном. Он пристально смотрел на Микихико, при этом ожидая ответа от Тацуи. Микихико тоже ещё не знал этой информации.

— Его зовут Чжоу Гунцзинь. На вид ему около двадцати лет. Однако настоящий возраст неизвестен. У него длинные волосы, а лицо как на этой фотографии. И он владеет техникой Кимон Тонко. — Удивительно, но Тацуя прямо назвал его имя.

— Чжоу Гунцзинь, говоришь?! — воскликнул Масаки. Похоже, он удивился сильнее Микихико.

— Итидзё, ты его знаешь?

Масаки, всё ещё не сумев подавить удивление, ответил Тацуе:

— Да... ясно, так это он. Это он!

В глазах Масаки стал разгораться гнев. И он становился всё сильней.

— Что случилось?

Это явно было не совпадение, а реакция на слова Тацуи.

— В прошлом году часть сил вторжения сбежала в китайский квартал. Я вёл группу преследования.

Тацуя читал рапорты о йокогамском инциденте, однако никогда не слышал этой истории. Масаки не пытался её скрыть, просто информация была неорганизованной. Хотя Тацуя посчитал, что позже следует взглянуть на этот рапорт, сейчас было время послушать Масаки.

— Вопреки моим ожиданиям, врата в китайский квартал сразу же открылись. Задержанные солдаты противника были переданы нам молодым человеком, который стоял перед жителями и представился как... — Масаки стиснул зубы. Тацуя назвал имя вместо него:

— Чжоу Гунцзинь, да?

— Ага. Он, рассмеявшись, сказал, что это его настоящее имя... — Масаки закрыл рот.

Поскольку Тацуя понимал его чувства, то ничего не сказал на этот раз.

— Что это за магия такая, Кимон Тонко? — Эрика решила сменить тему разговора. Хотя и побуждённая чистым любопытством, она, без сомнений, сделала это ради Масаки. Более того, было важно поделиться информацией о магии врага.

— Это Кимон Тонко* из искусства гадания, да? — спросил Микихико.

— Да. Это магическая техника с континента. По сути, это магия духовного вмешательства, которая нарушает ориентацию, — ему ответил Минору.

— Нарушает ориентацию? Например, в воде ты не будешь знать, где низ, а где верх? И из-за этого утонешь?

Минору впечатлил вопрос Лео. Идея была настолько новой, что даже не пришла молодому Кудо на ум.

— Можно сказать и так, но главное применение — это затуманить сознание объекта, нанести психологический ущерб, заставив думать, что он не может догнать виновного, несмотря на то что видит его, или заставить бесконечно блуждать в трёх соснах.

— Кудо-кун...

— Можешь называть меня Минору, Итидзё-сан.

Тацуя представил Минору и Итидзё друг другу сразу после того, как все вошли в номер. Масаки точно так же предложил называть себя по имени, но поскольку Минору был младше, то предпочёл называть его по фамилии.

— Хорошо, Минору-кун. — Однако Масаки решил не повторяться, поскольку это бы выглядело не по-мужски. — Это из легенды о полководце Чжугэ Ляне, жившем в эпоху Троецарствия?

— Да. Девятая лаборатория исследовала не только древнюю магию Японии, но и техники с континента.

Тацуя посчитал, что это вполне понятно. Институт развития волшебников действовал наиболее активно во время двадцатилетнего периода войн. Поскольку вражеская магия, например, «Золотые электронные черви», была реальной угрозой, исследовать её было совершенно естественно.

— Бывшие учёные из Девятой лаборатории говорили, что, вероятнее всего, Чжугэ Лян освоил ходзюцу Кимон Тонко.

Неожиданное упоминание знаменитого полководца впечатлило Эрику и Лео. Но поскольку Тацуя не интересовался военными неудачниками, то попытался перевести разговор в нужное русло, пока он не отклонился слишком далеко:

— Кимон Тонко не только широкомасштабное заклинание, но и может использоваться только высококлассными бойцами, так ведь? Нужно этого опасаться.

— Например, чего? — спросил Масаки.

Тацуя не стал предлагать ему догадаться самому.

— Если во время битвы потерять противника из виду и из-за этого остановиться, неосторожное движение приведёт к смертельной ошибке...

— Ясно. Если ориентация нарушена, мы не будем даже знать, в какую сторону смотрим, — добавил Масаки, и дальнейшее объяснение больше не требовалось. — Вместе с тем возможно, что союзники тоже попадут под действие заклинания и потеряют чувство направления. Из-за Кимон Тонко они могут потерять из виду собственного врага.

— Это тоже возможно. Миюки.

После ответа брата Миюки сразу же заговорила:

— Итидзё-сан. Я столкнулась с таким же заклинанием Кимон Тонко в филиале Канто Магической ассоциации, его использовал некий Чен Сяншань.

— Это правда?

— Да. Однако я смотрела лишь на монитор наблюдения, я явно не могла видеть его приближение, когда шла по коридору. Я должна была смотреть на ту же сцену, что и на мониторе, так как лишь экран показывал, что происходит на самом деле.

— А как ты справилась с этой магией, Шиба-сан?

Масаки оправдал ожидания Тацуи. Он спрашивал «как», а не «почему». Хотя вопрос «почему» не был бесполезен, в бою важнее знать «как».

— Мне помогла подруга, обладательница особых глаз. Я узнавала от неё направление и время, и ждала, пока дверь откроется.

Масаки задумался. Тацуя подождал, пока тот снова заговорит.

— Это значит... Кимон Тонко зависит от времени? Суть магии в том, что эта техника направляет внимание противника в определённую сторону, или вмешивается в сознание, чтобы избежать его внимания. Однако если мы будем знать, где враг появится в определённое время, думаю, мы сможем предсказать направление заранее и подготовить разум, чтобы не поддаваться психическому вмешательству.

— Как и ожидалось от тебя, Итидзё-сан, — похвалил его Минору. — Такая магия изменяет не только ориентацию, но и ощущение времени, это сочетание заклинаний вмешательства в сознание. Это наиболее логическое объяснение. — Для подтверждения своих мыслей Минору посмотрел на Тацую. Тот слегка кивнул.

— Достаточно с трактовкой магического искусства. Итидзё, можешь подумать о том, как ответить на это?

— Что ж, не следует полагаться на наши чувства, чтобы предсказывать движения противника.

— Думаю, каждый должен выбрать себе собственный метод.

Тацуя сделал вид, что кинул Масаки спасательный круг, и завершил разговор о Кимон Тонко. Он слышал от Куробы Мицугу, что Кимон Тонко бесполезно на близкой дистанции, потому имело смысл поговорить о методах противодействия этой магии.

— Давайте пока прекратим обсуждать Кимон Тонко. В битве, которую вам помог выиграть Итидзё, Микихико использовал шикигами, чтобы обнаружить традиционалистов, скрывающих Чжоу Гунцзиня. Я думаю, что они пытались собрать о нас сведения, но случайно это закончилось тем, что они напали.

— Не только, Тацуя. — После того как Тацуя завершил объяснять всё Масаки, заговорил Микихико.

Тацуя и Масаки повернулись к нему. Конечно, Миюки, Минами и Минору, которых не было на месте происшествия, тоже на него посмотрели.

— Напавшие на нас использовали ниндзюцу. Скорее всего, они с горы Курама. Пользователи ходзюцу из континента стали центром их объединения. Разве этот Чжоу Гунцзинь не там скрывается? Должно быть, он уже взял под контроль секту традиционалистов.

— Не всю секту, а только её часть.

Микихико вопросительно посмотрел на Тацую. Так же поступили Эрика, Лео и Масаки.

— На самом деле говорить об этом ещё рано. Подсказок тоже маловато, но мы сузили число возможных областей, где может скрываться Чжоу Гунцзинь.

Прежде чем Микихико успел удивиться, Тацуя рассказал о «шамане» традиционалистов, которого они встретили у храма Киёмидзу.

— Развернуть такой барьер... Как и ожидалось от земли старых традиционных волшебников, — ответил Микихико, услышав о барьере на речке Удзи. — Южная часть Киото... к югу от района Фусими или к северу от реки Удзи. Это всё равно довольно большой район для поиска.

— И вообще, мы можем верить словам того старика? — спросила Эрика, Масаки тоже думал об этом.

— Это намного легче, чем искать по всему Киото. К тому же мы знаем, где он скрывался вплоть до прошлой недели, так ведь? Если проверить то место, можно легко узнать, следует ли доверять старому волшебнику, — высказал положительное мнение Лео. Тацуя криво улыбнулся:

— Чжоу Гунцзинь, без сомнений, скрылся у гор Араси, и доказательствам, которые предоставил волшебник традиционалистов у храма Киёмидзу, тоже следует верить. Я думаю, что он добавил в истину некоторую ложь, чтобы сделать историю более правдоподобной.

Эрика язвительно улыбнулась Лео. Прежде чем тот успел ответить, Тацуя продолжил:

— Однако я согласен с мнением Лео, что мы можем воспользоваться информацией о том, что Чжоу Гунцзинь скрывается у гор Араси. Если это правда, это будет большим преимуществом, а если ложь, то лучше просто не ожидать слишком многого.

— Тогда, Онии-сама, завтра мы все пойдём к горе Араси?

Неожиданно Тацуя покачал головой:

— Если пойдём все вместе, то привлечём внимание, и безопасностью конкурса также не следует пренебрегать. Микихико, Лео и Эрика будут делать то же самое, что и сегодня, искать подозрительных личностей вокруг места проведения конкурса. Пожалуйста, исследуйте места, где могут спрятаться преступники и террористы.

— Хорошо... — Похоже, они не смогли до конца убедить Микихико, однако он, как Глава дисциплинарного комитета Первой школы, не мог позволить себе пренебречь безопасностью учеников, которые будут участвовать в Конкурсе диссертаций. — Из-за сегодняшнего нападения я попросил семью подать жалобу в отношении общины горы Курама. Они также сообщили об этом нашим партнёрам из Киото. Думаю, нападение с Курамы и внутренние конфликты секты в будущем изменят баланс сил.

— Прежде всего, как именно произошло нападение?

Тацуя, не слышавший подробностей атаки, довольно поздно спросил об этом.

— Ах да, кажется, я ещё не поделился с тобой деталями, — расстроенно ответил Микихико.

Микихико рассказал, как Масаки им помог, когда на них напали куклы пользователей ниндзюцу с континента, иногда спрашивая Эрику и Лео о мелочах.

— Пользователь ходзюцу использовал кровь побеждённых пользователей ниндзюцу, чтобы создать голема из воды? Складывается впечатление, словно пользователи ходзюцу обманули пользователей ниндзюцу.

Минору, заинтересовавшись ответом на вопрос Тацуи, включился в разговор:

— Я тоже так думаю. Йошида-сан, в тебе есть сила, кровь в особенности важна для волшебников древней магии. Если использовать её для создания магии, она будет действовать как жертва, не думаю, что такой ритуал можно выполнить без побочных эффектов.

— Тогда скажу прямо. — На этот раз заговорил Масаки. — Шаман у Киёмидзу, похоже, заметил, что волшебники древней магии стали подчиненными волшебников с континента, и их обманули, а не заставили силой, так что всё хорошо до тех пор, пока мы можем найти доказательства, что их обманули. Тем не менее, скорее всего, невозможно сделать их нашими союзниками, но даже прекращения вражды будет достаточно.

Тацуя кивнул:

— Чем больше будет суматоха, тем проще Чжоу Гунцзиню будет сбежать. Думаю, стоит свести хаос к минимуму, этого противник точно не ожидает.

— Нам же будет хуже, если он создаст такой же хаос, как в прошлом году. У нас что, только один выбор — всё или ничего? — спросил Тацую Масаки.

— Я могу действовать как представитель семьи Кудо, однако сомневаюсь, что меня одного достаточно, чтобы представлять дома «девяти» и спровоцировать традиционалистов и пользователей древней магии Киото, их ведь довольно много.

— Ты прав. Так ты только дашь традиционалистам повод, лучше этого избегать, — Миюки подбодрила Минору, в голосе которого отчетливо звучало сожаление.

— Жалоба от семьи Йошида, вероятно, лишь сдержит традиционалистов. Независимо от того, что мы сделаем дальше, если они планируют прибегнуть к насилию, они не остановятся ни перед чем.

Микихико кивнул в знак согласия:

— Хорошо... мы поняли. Тогда будем делать то же самое, что и сегодня. На всякий случай мы сосредоточимся на жилой зоне.

— Что тогда делать мне? — спросил Тацую Масаки. Тот не предложил действовать на своё усмотрение, ведь у него не было власти приказывать Масаки. Положение стало бы неопределённым, если бы он это сказал. Как бы то ни было, чувства Масаки были очевидны — он то и дело поглядывал на Миюки.

— Итидзё-сан, если ты того желаешь, мы хотели бы, чтобы ты сопровождал нас, — ответила Миюки, шагнув вперед, поскольку подумала, что добровольное желание составить компанию поспособствует улучшению отношений... У неё и в мыслях не было, что это может повысить мотивацию Масаки.

— Да, с радостью!

На этом план действий на завтра определился.

  1. Быть готовым сделать что-то от отчаяния.
  2. как выяснилось, в предыдущих томах техника Кимон Тонко называлась «Призрачный Шаг».



Горячие клавиши:

Предыдущая часть

Следующая часть

Оглавление