1. Ранобэ
  2. Хроники восстановления королевства реалистом
  3. Хроники восстановления королевства реалистом 2

Глава 7 — Пожертвовать сливой, чтобы спасти персик

6

1-й день десятого месяца 1 547-го года по континентальному календарю — Город Красного Дракона.

Утро после битвы, в которой виверны кружили в небе под грохот пушек линкоров.

Я и Лисия завтракали вместе с дочерью Кастора, Карлой, в правительственном офисе в замке Красного Дракона.

Аиша стояла позади понурой Карлы держа руку на рукояти своего огромного меча, словно говоря: «если ты сделаешь хоть одно подозрительное движение, я готова убить тебя в любой момент».

Мне пришло в голову, что Аиша все еще была моим «самопровозглашенным телохранителем». Учитывая ее успехи в битве за Город Красного Дракона, я подумал, что было бы неплохо официально присвоить ей титул капитана личной гвардии короля.

…Ну, это может подождать до окончания войны.

Захватив Кастора Варгаса и взяв под свой контроль военно-воздушные силы, мы оставались в Городе Красного Дракона, ожидая, пока они соберутся здесь. Сейчас Хакуя, прибывший после битвы, и Толман, должно быть, были заняты тем, что вызывали еще не ответивших, и организовывали уже собравшихся.

Я отправил Кастора в столицу вместе с несколькими мятежными рыцарями ВВС.

Они бы только мешали нам, если бы мы взяли их всех с собой, а Кастор все равно был в рабском ошейнике.

Специальная магия в этом ошейнике заставит его замолчать, если он сделает что-нибудь неподобающее, а в худшем случае вовсе обезглавит. Пока он носит этот рабский ошейник, ему бессмысленно пытаться сбежать.

Дочь Кастора, Карла, осталась здесь, под рукой. Я полагал, что наличие заложника поможет пресечь любое нежелательное сопротивление со стороны ВВС. На ней тоже был рабский ошейник, и Аиша внимательно следила за ней сзади, так что она, вероятно, не сможет сделать ничего, чего не следует.

Не знаю, из-за Аиши или еще из-за чего, но ее буйный темперамент, демонстрируемый вчера, почти исчез, и Карла практически не говорила. И наоборот, словно пытаясь компенсировать молчаливость подруги, Лисия была более разговорчивой, чем обычно.

— По ее виду, возможно, этого и не скажешь, но на самом деле она очень заботливая. Еще она очень порядочная, как бы сильно ей что-то не нравилось, она всегда поможет, когда ее попросят. Я думаю, что она замечательная девушка.

Я молчал.

Все, что она говорила, сводилось к перечислению достоинств Карлы. В основном, ее достоинств как женщины.

Мы сидели в кабинете человека, который до вчерашнего дня был вражеским командиром, и ели сухой паек, привезенный с собой (до вчерашнего дня это была вражеская территория, был риск отравления), в то время как моя невеста и будущая основная королева рекомендовали мне взять дочь вражеского генерала, которая теперь носила рабский ошейник и сидела рядом с нами, в качестве дополнительной королевы. Довольно сюрреалистичная сцена.

Кстати, не лишним будет рассказать о разнице между основными и дополнительными королевами в этой стране. Основными королевами могли стать только женщины, рожденные в благородной семье, дети основных королев имели право наследования. Дополнительными королевами могли стать женщины, рожденные в любом другом социальном классе, их дети прав на престол не имели. Дополнительной королевой могла стать даже рабыня, если король не беспокоился о своем имидже. Можно было иметь любое количество основных и дополнительных Королев (нумерация для обеих категорий одинаковая: Первая […] Королева, Вторая […] Королева, и так далее).

— О-ох, и еще, — продолжала Лисия, — Если Карлу раздеть — у нее убойное тело! Может, за доспехами не видно, но у нее просто потрясающая фигура, гораздо лучше и женственнее моей. А так как дракониты — долгоживущая раса, она останется красавицей, даже когда я буду старухой.

— Ты что говоришь, Лисия?! — рассержено выкрикнула Карла.

Карла все же не смогла продолжать молчать, когда Лисия начала расхваливать в деталях ее фигуру.

— Карла, молчи, — впрочем, Лисия шикнула на нее еще более злым голосом, прежде чем продолжить говорить со мной радостно, — Так вот, у Карлы…

— …Лисия, — произнес я это немного суровым тоном, заставив Лисию резко вдохнуть и замолчать. Когда я увидел ее выражение лица… Как ножом по сердцу. Я не хотел, чтобы она выглядела так. Я яростно почесал затылок. — Лисия, я понимаю, о чем ты думаешь. Но правильно ли ты оценила риски?

Лисия молчала.

В обычных условиях, основная королева никогда не стала бы уговаривать своего короля взять дополнительную королеву. И все же Лисия, первая основная королева, хотела, чтобы я взял Карлу в качестве дополнительной королевы, потому что она всем сердцем пыталась спасти ее.

Офицеры и солдаты военно-воздушных сил, следовавшие за Кастором, находились под подозрением в мятеже, независимо от того, принимали они участие в сражении или нет. Конечно, невозможно было наказать всех их как мятежников, и поэтому формально я должен был рассматривать их как «действовавших только по приказу генерала военно-воздушных сил Кастора и ряда высокопоставленных офицеров», при условии, что они перейдут под командование запретной армии.

Но Кастору придется понести ответственность.

Как дочь Кастора, высокопоставленный офицер и непосредственный участник боевых действий, Карла была уверена, что после войны ее будут судить так же, как и ее отца. В сложившейся ситуации их казнь казалась неизбежной.

И поскольку Лисия тоже так думала, она пыталась затолкать Карлу в королевский гарем.

В этой стране король обладал колоссальной властью. В теории, судебная власть была независимой, но решение короля могло оградить преступника от преследования. Лисия пыталась убедить меня увлечься Карлой, чтобы я отгородил ее от суда. Но это… Не то, что следовало делать легкомысленно.

— Там, где сила — хозяин, справедливость — слуга. Если король не соблюдает закон, люди потеряют уважение к этому королю. Если мы сейчас пойдем на поводу у чувств, мы заплатим за это стократ. Ты ведь должна это понимать, Лисия?

— Ну, да… Но…

Конечно, Лисия это понимала. И все же она не могла отпустить подругу без боя. Честно… Быть королем — крайне скверная роль.

— Все же… — начала Лисия.

— Лисия, не надо умолять пощадить мою жизнь, — сказала Карла, пока Лисия подыскивала нужные слова. — Ты снова и снова посылала нам письма с просьбой присягнуть на верность Соме, но мы предпочли отказаться. Я последовала за отцом понимая, что это может случиться, если мы проиграем. Я получаю только то, что заслужила. Я считаю себя воином. Теперь, когда дошло до этого, я не буду сожалеть о своей жизни.

Карла, казалось, уже смирилась со своей судьбой. Я чувствовал, что могу понять, почему она и Лисия были так близки. У них был схожий характер — серьезный, упрямый и непреклонный, как только они принимали решение. Вот почему все, что я мог сделать, это вздохнуть.

— Жаль, что ты не направила свою решимость на что то, что не опечалило бы Лисию.

— На это мне сказать нечего, — ответила Карла и добавила более резким тоном: — не смей… Кх!

— Карла?! — воскликнула Лисия.

В середине фразы, лицо Карлы исказилось от боли. Рабский ошейник затянулся туже, похоже, он не терпит никакого неуважения к хозяину. Довольно жестокая штука.

— Я… я в порядке, — сказала Карла обеспокоенной Лисии, когда рабский ошейник перестал сдавливать ей шею спустя пару «предупредительных» секунд. Затем, Карла посмотрела на меня, — Похоже, я была недостаточно уважительна. Позвольте мне перефразировать: Король Сома, я прошу Вас не печалить Лисию так, как это сделала я.

— …Я понимаю, — сказал я.

Пока мы разговаривали, в кабинет вошли Хакуя и Толман. Толман отсалютовал, прежде чем начать доклад.

— Ваше Величество, мы закончили собирать военно-воздушные силы.

— Хорошо. Ну тогда… Выдвигаемся.

Я поднялся со своего места и начал отдавать распоряжения.

— Хакуя, я попрошу тебя прибраться здесь. Кроме того, используй кристалл вещательной сети и свяжись с Эксель, скажи, что продержаться им нужно лишь до вечера.

— Как пожелаете, — поклонился Хакуя.

— Толман, возглавь атаку ВВС на Рендел, — продолжил я. — Уничтожить только противовоздушные болтометы на стенах города и в замке. Если обнаружиться, что хоть одна бочка с порохом упала в городе и убила гражданских — я позабочусь о том, чтобы после войны виновного наказали. Все понятно?

— Так точно! Я понимаю! — твердо сказал он.

— Лисия и Аиша, идете со мной. Мы встретимся с Людвином и его людьми.

— Хорошо, — сказала Лисия.

— Понятно, Сир, — согласилась Аиша.

Хорошо. Отдав распоряжения остальным, я повернулся и посмотрел на Карлу.

— Карла, ты тоже пойдешь с нами.

— В данный момент я не представляю для вас особой ценности в качестве пленницы, — сказала Карла. — Пожалуйста, просто бросьте меня куда-нибудь в камеру.

Похоже, она окончательно сдалась, но я отрицательно покачал головой.

— Ты должна увидеть развязку. Понять, под чью дудку вы танцевали.

— А? О чем Вы? Ни под чью дудку мы не танцевали?..

— О нет, ты танцевала, — ответил я. — Все мы и сейчас танцуем под нее.

«Сейчас ни у кого из нас нет представления о картине целиком. И все же, если мы сыграем свои роли до конца, я надеюсь, мы узнаем, кто именно написал сценарий».


◇ ◇ ◇


Тот же день, несколькими часами позже, город Рендел в Герцогстве Кармин.

На стенах Рендела, центрального города Герцогства Кармин, царила непринужденная атмосфера. Вроде бы сейчас должна была кипеть битва между сухопутными силами и запретной армией, но эта битва велась исключительно в крепости, построенной запретной армией близ Рендела.

Как итог, ни одна стрела не пролетела над стенами Рендела.

— Скучно… — пробормотал себе под нос один из солдат.

— Эй, ты не забыл, что мы сейчас воюем с запретной армией? — один из его товарищей услышавших это, нахмурился.

— Так нам говорят, но… Все бои идут возле этой крепости, не так ли? — продолжил жаловаться первый солдат. — Есть ли смысл нам оставаться здесь на страже?

— Что плохого в том, чтобы скучать? Ты бы предпочли быть на передовой против запретной армии? — рассмеявшись сказал третий солдат.

Этого я не говорил…

— Держу пари, что парни на передовой мечтают поменяться с нами местами, — продолжал второй солдат. — Раз они сражаются с запретной армией, их в итоге могут назвать мятежниками. Еще я слышал, что немало солдат сухопутных сил во главе с сэром Глейвом Магной переметнулись на сторону нового короля. Кому захочется сражаться с людьми, с которыми они когда-то ели из одного котла?

— Все так, — присоединился к разговору еще один солдат, — Я еще слышал, амидонцы зашевелились. О чем только думают Герцог Кармин и король?

— Подводя итог, можно сказать, что охрана городских стен — лучшая работа в мире, — сказал второй солдат.

— …Возможно, вы и правы, — солдат, начавший жаловаться, согласился с этим доводами.

Именно тогда и произошло это.

— Внимание на небо с востока! Что-то приближается! — закричал кто-то.

Услышав это, все повернулись и посмотрели в указанном направлении.

В небе далеко на востоке виднелись черные точки. Поначалу солдаты подумали, что это стая птиц. Достаточно большая стая птиц, около тысячи особей.

Когда стая немного приблизились, стало понятно, что это виверны.

— Хорошо… Герцог Варгас — наш союзник, облегченно вздохнули солдаты.

— Военно-воздушные силы идут нам на помощь!

— Раз так, то битва уже закончена. Эта их крепость мгновенно падет под бомбардировкой с воздуха.

Все солдаты согласно закивали.

…Верно, конец этой битвы был близок. Однако этот конец был прямо противоположным тому, что ожидали эти солдаты.

Военно-воздушные силы прошли над крепостью, построенной за пределами Рандела, где скрывалась запретная армия, и сбросили бочки с порохом на противовоздушные болтометы, установленные на стенах Рандела.


◇ ◇ ◇


Рыцари ВВС на вивернах пролетели над стенами Рендела. Их предводитель, Толман, посмотрел вниз как раз вовремя, что бы увидеть взрыв. Цели, противовоздушные болтометы, разнесло на куски, вместе с частями стены.

Используемые ВВС бочки с порохом на самом деле были больше похожи на снаряды для фейерверков, или же на огненные стрелы, используемые пиратами в период Сэнгоку, чтобы топить вражеские корабли*.

Время до взрыва можно было регулировать с помощью фитиля, используемого так же в качестве предохранителя. Просто упав на землю, бочка не взрывалась, но порох из нее рассыпался вокруг и мог взорваться от следующих упавших бочек, что увеличивало площадь поражения.

«Сколько солдат сухопутных сил Эльфридена сейчас погибло в этих взрывах… Нет!» — Толман покачал головой, прогоняя гнетущее чувство — «Я не буду просить за это прощения. Это для моего господина и принцессы».

Толман надеялся, что положение Кастора и Карлы улучшиться, если ВВС отлично справятся с поставленной задачей. Словно пытаясь поднять боевой дух, себе и подчиненным, Толман выкрикивал следующие приказы.

— Болтометы уничтожены! Начинаем бомбардировку замка! Ни при каких обстоятельствах бомбы не должны упасть на жилые кварталы! Клянусь гордостью военно-воздушных сил, мы не можем допустить больше ненужных смертей!

— Так точно! — отозвались рыцари ВВС на слова Толмана.

И так началась бомбардировка замка Георга Кармина в центре Рандела.


◇ ◇ ◇


Примерно тогда же, когда рыцари ВВС уничтожали противовоздушные болтометы, виверны с гондолой, в которой находились Лисия, Аиша, пленная Карла и я, приземлились в крепости, где нас дожидались Людвин и остальные. Высаживаться в крепости в сердце битвы было, конечно, рискованно, но получив сообщение о бомбардировке Рендела, сухопутные силы отступили.

Когда мы вышли из гондолы, Людвин, Хэл и Каэдэ уже ожидали нас. Я с облегчением увидел, что они выглядели усталыми, но невредимыми. Хотя они и находились в осаде всего полтора дня, в бою всегда могло произойти что угодно.

Я поздоровался с Хэлом стукнувшись кулаками.

— Я привел с собой военно-воздушные силы, как и планировалось.

— Что ж, мы выступили против сухопутных сил, как и планировали, — ответил он в том же тоне.

Мы оба с гордостью хвастались своими достижениями.

— Всего то полтора дня, — фыркнул я. — Если бы ты не продержался так мало, я бы не знал, что с тобой делать.

— Болван, — отбил Хэл. — Враги даже пушки притащили, представляешь? Если бы не подкрепление темных эльфов — у нас могли бы быть серьезные потери.

— Понимаю… Надо будет наградить их после после войны. В любом случае, я рад видеть, что у тебя все хорошо.

— И я рад, что у тебя все получилось. Ты слабый, так что не перенапрягайся слишком.

— А ты, Хэл, сильный, но часто не думаешь. Я боялся, что ты слепо бросишься в атаку и погибнешь, — по какой-то причине мы с Хэлом перешли от бахвальства к указанию на недостатки друг друга.

Лисия, Аиша и Каэдэ смотрели на нас, удивленно переглядываясь.

— Чем эти двое занимаются? — пробормотала Лисия.

— Может быть, это и есть та самая мужская дружба? — предположила Аиша.

— Просто Хэл неосознанно соревнуется с Его Величеством, — сказала Каэдэ.

Девочки без малейших стеснений обсуждали нас с Хэлом. Только Карла не ожидала такого, поэтому просто стояла и удивленно моргала.

— Он… Ведет себя с королем так панибратски, это нормально? — спросила она.

— Офицер Хэлберт получил разрешение обращаться с ним как с другом. По сути, так же, как и мы, — объяснила ей Лисия.

В это время, подошедший Людвин преклонил передо мной колено и доложил:

— Сир, мы успешно построили и защитили крепость, как было приказано.

— Вы прекрасно послужили мне, — сказал я. — Я позабочусь о том, чтобы вы и ваши войска были должным образом вознаграждены за ваши усилия после войны.

Он обратился ко мне официальным тоном, и я ответил ему тем же. Вот только Хэл и остальные, увидев эту перемену к важному тону, ухмыльнулись. Ладно, просто не буду обращать внимания. Время сейчас крайне важно.

— Людвин, собирай войска и готовьтесь выдвигаться, — приказал я.

— Так точно! Значит, мы атакуем Рендел?

— Нет… Эта битва уже закончена.

— А? Что Вы…

— У меня доклад! — в следующее мгновение к нам подбежал солдат запретной армии.

Он был крайне взволнован и бежал к нам настолько быстро, что Аиша и Людвин едва не выхватили мечи.

Солдат практически упал ниц перед мной, а затем громко сказал:

— Над Ренделом подняли белый флаг! М-мы победили!


◇ ◇ ◇


Незадолго до этого в замке Георга Кармина поднялся шум из-за внезапного нападения. Люди строили самые разные догадки.

Неужели Кастор Варгас предал их?

Неужели король и Кастор Варгас тайно сговорились?

Нет, такое скорее в духе Эксель Уолтер, невероятной женщины и ветерана многих битв.

Версий было много, но никто даже не предполагал, что Сома провернул хитрый фокус и разгромил Герцога Варгаса за один день.

Сильнее всех шумели те, кто вчера измотал подконтрольные им силы при неудачных попытках штурма крепости, а сегодня просто были удалены с передовой — коррумпированные дворяне. Как только они узнали, что взрывы — результат бомбардировки ВВС, они бросились в управление по правительственным делам, где несмотря на ситуацию, спокойно работал Георг Кармин.

— Герцог Кармин! Чем Вы занимаетесь, пока на наши головы падают бомбы?! — воскликнул один из них.

— Военно-воздушные силы предали нас! Мы должны немедленно придумать план действий!

— Отдавайте уже нам приказы! Что нам делать?

Дворяне приходили в неистовство, постепенно переходя на оскорбления. Беовульф, правая рука Георга, как раз пришедший с докладом о бомбежке, сердито нахмурился. Он уже тянулся к мечу, чтобы ответить на оскорбление, но…

— Беовульф, — обратился к нему Георг.

— Да, сэр! — он встал по стойке смирно.

— Каков ущерб от бомбардировки? — спросил его Георг.

— Сер, бомбардировка замка лишь повредила несколько крыш, к счастью, обошлось без жертв. Тем не менее, мы потеряли все противовоздушные болтометы на стенах города и в замке. Видевшие это солдаты находятся в состоянии паники или замешательства.

— Понятно…

После доклада Беовульфа лицо Георга оставалось все таким же спокойным, а вот дворяне стояли мертвецки бледные. Потеря противовоздушных болтометов означала потерю какой-либо возможности противостоять ВВС. Даже если они попытаются закрепиться в замке — их просто уничтожат с воздуха.

— Иначе говоря, все в этом замке сейчас их заложники. — сказал Георг, поглаживая слившуюся с его гривой бороду.

— Да, сэр. Похоже, что так оно и есть.

Когда он услышал ответ Беовульфа, уголки рта Георга приподнялись.

— Тогда — мы проиграли эту битву.

Он так легко смирился с поражением, что коррумпированные дворяне не сразу поняли, что он сказал.

Они проиграли.

Как только до них дошел смысл его слов, они с новой силой продолжили словесную атаку на Георга:

— Ч-что вы такое говорите, Герцог Кармин?! Мы еще не проиграли!

— В самом деле! Армия до сих пор практически не пострадала! Есть масса возможностей все изменить!

— Если у нас нет противовоздушных болтометов, нам всего лишь нужно отступить в город, где они есть! Давайте встретимся там с королем и запретной армией и вырвем победу из их рук!

— …Вы хотите, что бы я бросил Рендел? — спросил Георг, раздраженно смотря на собравшихся сопротивляться до последнего дворян. — Что за правитель бросает своих подданных? И кто захочет принять у себя такого правителя?

— Что за вздор! — воскликнул еще один дворянин, — У подданных не спрашивают, принимают они правителя или нет! Они повинуются сильнейшему! Даже если они будут недовольны какое-то время, в итоге они вас примут!

— Именно! Все это имеет смысл только если ты жив! Вот и мы должны в первую очередь обеспечить свое выживание! — крикнул другой.

Слушая аристократов, которые даже сейчас были озабочены только своим благополучием, Георг вздохнул.

— В конце концов, вы беспокоитесь только о себе. Теперь я припоминаю, что вы были такими с самого начала. Честно… за то короткое время, что прошло с тех пор, как мы в последний раз сражались с чужеземным врагом, я никогда не ожидал, что наши корни так сильно прогниют. Как я и думал, чтобы новые почки расцвели, сначала нужно избавиться от гниющих листьев и ветвей.

— Герцог Кармин? Что Вы такое говорите?..

Дворяне были озадачены внезапной переменой в поведении Георга.

— Действуй по плану, — Георг отдал приказ, не обращая внимания на дворян.

— …Да, сэр, — ответил Беовульф, подавая знак кому-то за открытой дверью.

По команде Беовульфа в комнату ворвались солдаты с обнаженным оружием и окружили опешивших дворян, начавших понимать, что их обвели вокруг пальца. Их одного за другим разоружили и надели рабские ошейники.

— Что все это значит, Герцог Кармин?!

— Вы не сделаете этого, Герцог Кармин! Хотите отдать королю наши головы, чтобы умолять пощадить свою собственную?!

— Э-это нечестно!

— Будь ты проклят! Это подло, Георг Кармин!

Услышав, что дворяне все еще разговаривают подобным образом, Георг разочарованно вздохнул.

— Меня оскорбляет сама мысль, что нас что-то может объединять… Увести их.

Связанных дворян вывели из комнаты.

Некоторые пытались сопротивляться, но Беовульф, на кого были зарегистрированы ошейники, просто приказал ошейникам немного сжаться, лишив их сознания.

Но даже когда дверь закрылась, из-за нее все еще доносились проклятия в адрес Георга. Через некоторое время, когда голоса стихли, Георг вернулся за свой стол. Глубоко вздохнув, он задал Беовульфу вопрос.

— Что стало с их личными войсками и наемниками из Зема?

— Сэр, прямо сейчас их арестовывают.

Услышав ответ Беовульфа, Георг удовлетворенно кивнул. Затем, словно сбросив суровую маску, которую он носил все это время, на его лице появилась теплая улыбка.

— Я сделал то, о чем мечтал. Больше мне не о чем сожалеть в этом мире.

В отличие от удовлетворенного Георга, Беовульф выглядел подавленно.

Ему было тяжело сделать последний шаг. Понимая это, Георг отдал приказ как можно спокойнее.

— Итак, Беовульф. Могу я попросить вас сделать то же самое для меня?

— …Да, сэр, — он на мгновение заколебался, но все же застегнул на шее Георга рабский ошейник.

Хотя Георг был в ошейнике, способном убить его или заставить подчиниться любому приказу нового хозяина, выражение его лица оставалось спокойным, словно это был причудливый галстук-бабочка. Георг отдал свой последний приказ в качестве генерала армии:

— Пошлите гонца к запретной армии, мы капитулируем и отдаем себя в распоряжение Его Величества. Все солдаты и офицеры, за исключением коррумпированных дворян и их солдат, действовали только по моему приказу. Я несу ответственность за все их преступления. С этого момента… Я оставляю все тебе и Глэйву. Все понятно?

— …Да, сэр. Приступаю немедленно, — Беовульф отсалютовал ему и вышел из комнаты.

Проводив его взглядом, Джордж выдвинул нижний ящик письменного стола. Внутри стояла бутылка вина того же года, в котором родилась принцесса Лисия. Его подарил ему бывший король Альберт с просьбой: «Что бы ни случилось, я хочу, чтобы ты защитил мою дочь». Георг никогда не забывал этой просьбы.

После того как Лисия окончила офицерскую академию и поступила на службу под его начало, он часто говорил ей: «В день твоей свадьбы я собираюсь напиться до беспамятства этим вином» — и смеялся.

«Ее свадьба… хм, — подумал он. — Жаль, что я не смогу увидеть принцессу в день ее свадьбы, но если думать обо всем этом, как о величайшем свадебном подарке, который кто-либо может предложить — это не так уж плохо. Что касается этого вина… Мне придется попросить кого-нибудь проследить, чтобы его доставили до этого молодого короля. Хотя, поскольку именно он украл у меня принцессу, я не хочу этого делать.»

С радостной улыбкой он представил себе, как Сома и Лисия стоят рядом в день свадьбы.

«Интересно, сам король войдет в этот замок? Мне бы очень хотелось встретиться с ним лично и поговорить хотя бы раз».

Таково было желание Георга, но вбежавший через несколько минут посыльный принес другую весть:

— Докладываю! Король Сома не вошел в Рендел, а уже отбыл, ведя запретную армию на Запад! Так же, нашим войскам поступил приказ: «Как только армия будет реорганизована под командованием Беовульфа и Глэйва Магны, они должны немедленно последовать за запретной армией».

Когда он получил это сообщение, на его лице на мгновение отразилось изумление.

«Если Вы будете большим деревом, преграждающим мне путь, я перешагну через Вас» — он вспомнил лицо Сомы, когда молодой король произнес эти слова. Георг все понял.

— ГХА-ХА-ХА! — от души расхохотался Георг, — Понятно, вот оно что! Король решил выловить рыбу покрупнее! Теперь понял! Меня использовали как ступеньку! Был ли это план короля? Или это был премьер-министр в черном? Как бы то ни было, это было блестяще, молодые люди! Это рассвет нового поколения! Мое время подошло к концу. Ну же, мой король, моя принцесса! Рука об руку, перешагните через это старое дерево и идите вперед! Слава новым почкам и слава Эльфридену!

Став свидетелем конца своей эпохи, Георг от всего сердца благословил ее.


«Пожертвовать сливой, что бы спасти персик» — такова была стратегия Георга, добиться большой победы, принеся себя в жертву.


◇ ◇ ◇


Давайте проясним некоторые детали произошедшего.

Во-первых, все началось когда три герцога выступили против отречения бывшего короля, решив не присягать мне на верность. С тех пор как я получил трон, три герцога уединились в своих герцогствах вместе со своими армиями.

Три герцога не торопились идти на контакт и когда я набирал талантливых людей, пытаясь поставить страну на ноги. Далее, несколько дворян, которых я проверял на коррупцию в рамках моей реконструкции экономики, бежали. Они нашли убежище в Герцогстве Кармин, что можно посчитать началом явного противостояния.

Когда же я выдвинул ультиматум, дело дошло до полноценного вооруженного конфликта.

Однако, один из трех герцогов, Адмирал Флота Эксель Уолтер, поклялась мне в верности, когда я предъявил ультиматум. Благодаря этому, запретная армия и флот оказались на одной стороне.

После этого Георг, отвергший мой ультиматум, и Кастор, который был готов принести себя в жертву за дружбу с Георгом, подняли флаг восстания против меня. Вот что послужило причиной нынешней войны… Ну, во всяком случае, это была история, в который верил не только мой народ, но и Княжество Амидония.


Но истинное положение дел было совершенно иным.


Во-первых, хотя люди и думали, что Эксель поклялась мне в верности после ультиматума, на самом деле она сделала это раньше. Эксель послала ко мне свою внучку, Джуну, чтобы узнать, есть ли у меня необходимые таланты, чтобы стать королем. Получив положительный ответ от Джуны, она поклялась мне в верности. В дальнейшем, Джуна выступала посредником между нами.

Однако, чтобы следить за действиями Георга, а также попытаться убедить Кастора, мы скрыли этот факт, и она некоторое время продолжала работать вместе с двумя другими герцогами.

Во-вторых, причина этого конфликта тоже была иной.

Наш с Хакуйей план изначально вообще не предполагал вооружённого конфликта с тремя герцогами.

Когда Лисия рассказала мне о Георге, я решил, что он прислушается к голосу разума.

Кастор вспыльчив, но я думал, что если мы вместе с Эксель и Георгом будем его убеждать — он неохотно, но подчиниться.

Но когда Георг приютил коррумпированных дворян, все мои планы пошли прахом.

Ни я, ни Хакуя не видели в продажных дворянах опасности. Они уже были изгнаны со своих постов. Когда мы закрыли границу и конфисковали их имущество, мне было бы все равно, куда они пойдут. Однако Георг держал этих дворян под рукой, добавив их силы к своим войскам.

Когда я увидел это его поведение, абсолютно несоответствующее тому, о чем рассказывала Лисия, я был удивлен и возмущен.

Вот тогда-то передо мной и предстал Глэйв Магна.


◇ ◇ ◇


Формально он пришел ко мне, чтобы извиниться за грубость Хэла в городе, но я уверен, он бы пришел и без этого повода. Георг поручил Глэйву секретную миссию.

— Сир, я понимаю, что это невероятно грубо, но мне нужно кое-что Вам рассказать, — сказал он, закончив приносить извинения за поведение Хэла. — Будет лучше, если разговор услышит как можно меньше людей, — ответил он на мой вопрос «что именно» и попросил оставить в комнате как можно меньше людей.

Я велел Лисии, Аише, Хакуе, Хэлу и Каэдэ остаться и отпустил всех остальных. Как только я это сделал, Глэйв наконец заговорил о плане Георга.

— Герцог Кармин намерен собрать всех коррумпированных дворян в одном месте, поднять восстание с их поддержкой и заставить Ваше Величество подавить его.


Георг это делал потому, что считал этих коррумпированных дворян реальной угрозой, если позволить им спокойно скрываться. Когда Георг явно выступил против меня — коррумпированные дворяне слетелись к нему, как мотыльки на пламя.

Далее, по его приказу Глэйв и еще несколько старших офицеров, которым он доверял, «переметнулись» на нашу сторону «потеряв доверие к Георгу из-за того, что он укрывал коррумпированных дворян». Они должны были присоединиться к запретной армии, что бы после войны у нас остались люди, способные реорганизовать сухопутные силы. Отклонив мой ультиматум, он собрал вокруг себя всех коррумпированных дворян в стране, поскольку у них больше не было вариантов. Оставалось только нейтрализовать их всех разом. К сожалению, нейтрализовать было необходимо и дворян, и Георга.

Сухопутные силы имели в своем распоряжении 40 000 солдат, что делало их достаточно грозной силой, но совместными усилиями запретной армии, ВВС и флота мы могли легко их подавить. На самом деле, даже в недавнем сражении с сухопутными силами, все, что потребовалось для их капитуляции — это уничтожить их противовоздушные болтометы внезапной атакой ВВС.

В завершении, после капитуляции подчиненные Георга арестуют коррумпированных дворян и их войска, в том числе наемников из Зема.

Таков был план Георга.


— Какого черта?! Кто вообще просил его об этом?! — услышав от Глэйва этот план, я мог только кричать в гневе.

— Ваш гнев понятен, но… Такова задумка Герцога Кармина, — даже склонив голову, Глэйв не собирался отступать.

— Зачем ему это?! Коррумпированные дворяне уже отстранены от власти!. Мы уже наложили арест и на их имущество. Просто отпусти этих тараканов! — я продолжал кричать.

— Если спросить Герцога Кармина, он назовет это наивной надеждой, — невольно Глэйв вслед за мной начал говорить громче, но быстро взял себя в руки. Он не мог позволить себе повышать голос на короля.

— …Что в этом наивного? — увидев это, я тоже постарался остыть.

— Сир, когда зерно гниет, гниль распространяется на соседнее зерно. Проблема с дворянами заключается в их обширных связях.

Чтобы усилить свое влияние, они организуют браки с другими дворянскими семьями, постоянно укрепляя родственные связи. Если попытаться судить их за что-то не очень серьезное, вроде коррупции, другие дома вмешаются. Даже если Вы уничтожите их дом, вполне возможно, что они найдут убежище в доме родственников. Таким образом, единственная возможность устранить эту угрозу — судить их за измену государству.

Я молчал.

Я понял, что он хотел сказать.

Необходимо было вынудить их совершить приступление, за которое к ответственности можно будет привлечь и их родственников. Опасаясь быть втянутыми в это, другие дома по собственной воле разорвут с ними связи. И только тогда можно будет говорить с беспристрастном суде.

В этом был смысл. Это было похоже на правду, но…

— …Нам действительно нужно заходить так далеко?

— Да, — ответил Глэйв. — Есть еще одна причина.

— Что, есть еще что-то?..

— Вы говорите, что конфисковали их имущество, Сир, но Вы взяли только то, что было на виду. У них есть не только официальные средства и влияние. На самом деле дворяне, уже прибывшие в Герцогство Кармин, использовали свои средства, чтобы нанять наемников из Зема. Полагаю, это доказывает, что Вы забрали у них не все.

Когда он указал на это, мне оставалось только хлопнуть себя ладонью по лицу.

Конечно. Я смотрел на бухгалтерские книги и обманывал себя, что знаю, куда ушли деньги. Я не подумал, что богатство можно накапливать иными способами.

Я посмотрел на Хакую. У него было такое же выражение лица.

Для меня, прежде не не имевшего дел с аристократией, и для Хакуи, до недавнего времени жившего затворником, было сложно понять мир темных дел дворян.

В такие моменты я вспоминал, насколько мне все еще не хватает людей.

— Неужели Георг намерен заставить дворян потратить эти темные деньги? Даже если так, деньги просто отправятся в Зем за отправку наемников… — вот тогда-то я и понял, как можно заставить Зем вернуть деньги, украденные коррумпированными дворянами, — Выкуп пленных!

— Да, — ответил Глэйв. — Мы захватим не только коррумпированных дворян, и всех наемников из Зема, которых они наняли.

Как и в Японии периода Сэнгоку, здесь существовала система, при которой взятых в плен солдат освобождали в обмен на выкуп. Выкуп повышался в зависимости от статуса человека, а если никто не платил выкуп — пленника продавали в рабство. В большинстве случаев люди с низким статусом освобождались большими группами, когда их страна выплачивала единовременную сумму, а за людей более высокий статуса выкуп платили их родственники. Не слишком богатые дома это могло даже разорить.

— Георг хочет, чтобы дворяне использовали свои теневые деньги, чтобы нанять наемников из Зема, а затем мы вернем эти деньги обратно, заставив Зем платить выкуп за пленных наемников? — спросил я.

— Совершенно верно.

Вряд ли среди захваченных наемников мы найдем кого-то с высоким статусом, но итоговая сумма все равно должна быть значительной.

Что же… это был отлично продуманный план. Что было еще одним поводом для злости.

— Почему я должен терять человека, который может так хорошо все продумать? — сказал я с горечью в голосе. — У меня и так не хватает людей, так что если он так решительно настроен помочь, пусть помогает мне нормально!

— Пожалуйста, поймите, Сир, — сказала Глэйв, глядя мне прямо в глаза. — Герцог Кармин доверил Вам будущее.

— Как он может так верить в меня? — я судорожно сглотнул. — …Мы ведь даже никогда не встречались.

— Этого я не знаю. Предлагаю Вам спросить его при личной встрече.


◇ ◇ ◇


Я попытался узнать мотивы Георга во время объявления ультиматума

— Что же подтолкнуло Вас к этому?

— Моя гордость воина. Мне уже больше пятидесяти лет, мое тело будет только слабеть, но сейчас мне дана величайшая из возможностей. Я повлияю на судьбу Эльфридена своими усилиями. Раз в жизни каждый воин желает совершить нечто такое, что запомнится последующим поколениям.

Можно было подумать, что это были слова мятежника, начинающего свою азартную игру. Но на самом деле он заявил, что готов отдать свою жизнь за эту страну.

Повлиять на судьбу Эльфридена и сделать то, что запомниться будущим поколениям… Вот почему он решил уничтожить коррумпированных дворян, даже ценой своей собственной жизни и чести.

Я не мог быть уверен, что все правильно понял, но я видел его непоколебимую решимость. Возможно, Лисия научилась своей решимости именно у него.


Но вернемся к истории.

То, что сообщил нам Глэйв, должно было остаться в той комнате, Если что-то из сказанного просочиться наружу — весь план пойдет прахом.

Из-за риска подслушиваний мы не могли рассказать об этом даже уже сотрудничающей с нами Эксель и Людвину, главнокомандующему запретной армии. В результате, Эксель по прежнему с подозрением относилась к Георгу.

Был допущен еще один просчет. Восстание Кастора.

Кастор решил поддержать Георга, что стало для нас полной неожиданностью. Георг специально вел себя странно, так что мы не думали, что прямолинейный Кастор встанет на его сторону.

Так же, я не предполагал, что он возьмет с собой только сотню своих лучших рыцарей ВВС и броситься с головой вслед за Георгом, готовый принести себя в жертву их Дружбе.

Из-за этого, битва за Город Красного Дракона была абсолютной импровизацией. К счастью, мы выиграли ее быстро и без больших потерь, так что дальнейший сценарий сильно менять не пришлось.

Возможно, Эксель могла бы предвидеть действия Кастора, но я не мог рассказать ей о плане Георга через вещательную сеть, и не мог отправить к ней кого-либо из своих доверенных людей, что указало бы на нашу связь.

Я был уверен, что ситуация была столь запутанной из-за того, что я не смог достаточно хорошо распорядиться доступными мне людьми, над чем мне стоило как следует поразмыслить.


Ну, в этом сценарии было не мало перипетий и внезапных поворотов, но каким-то образом нам удалось доиграть его до конца. Опустился занавес, знаменующий окончание пьесы Георга.

Но это было начало новой пьесы. Мы добрались до главного события, сценаристами которого были мы с Хакуйей. Из-за Георга подготовка заняла чуть больше времени, но сейчас мы готовы снова выйти на сцену.

— А теперь, начинаем подавление.

Именно это я и заявил.

Слово «подавление» обычно используется в контексте «подавление восстания в собственной стране», но в более широком смысле можно «подавить» и враждебную иностранную страну.

Сейчас самое время кое-что вспомнить. Амидония вторглась в Эльфриден, решив воспользоваться суматохой конфликта между мной и Георгом. Они тайно обещали поддержку как мне, так и Георгу.

Вот только Георг был сосредоточен на внутренних проблемах страны и не интересовался помощью из вне. Он никогда не вступал в контакт с Амидонией.

Так кто же обменивался письмами с Гаем VIII?


Начинается истинное представление.

  1. Период Сэнгоку (или «Эпоха воюющих провинций»)— период в японской истории со второй половины XV до начала XVII века.