1. Ранобэ
  2. Повелитель Тайн
  3. Том 2: Безликий

Глава 478. Запечатанный артефакт 0-го класса в действии.

В тот момент, когда таинственная незнакомка появилась перед Леди Отчаяния, последняя материализовала острое, кристаллическое копье и метнула в пришелицу.

Бросив копье, она кувыркнулась назад, и попыталась через заднюю часть кареты выбраться на улицу.

Она была крайне озадачена и смущена внезапно объявившемуся противнику. Отыскать ее в той карете было еще сложнее, чем заразить весь город ядовитым туманом.

Когда-то она была Ассасином, но шаг за шагом старательно улучшала свои способности и совершенствовалась, дабы стать Демонессой Отчаяния четвертой последовательности. Она понимала, что ей было непозволительно отвлекаться или пускаться в пустозвонные разговоры.

Поэтому она решила действовать столь решительно.

Она уже представила себе, как ее противник был приколочен к стенке кареты ее кристаллическим копьем, однако она осознавала, что могла не прикончить врага и ей потребовалось бы еще больше сил, чтобы добить ее.

Если бы к ней не заявилась та необычная женщина, она бы уже давно сбежала на улицу и смешалась с толпой.

Однако, как выяснилось, копье не попало в свою цель. Только было оно достигло той женщины, как вдруг оно растворилось в воздухе.

Ангел! — В ужасе осознала Демонесса Отчаяния, испустив из своего тела смертоносный яд.

В тот миг все ее тело задрожало и застыло на месте.

Ее руки и ноги, сантиметр за сантиметром, стремительно исчезали.

Она разглядела пару прекрасных, но безжизненных глаз, внутри которых было темнее, чем в самой глубокой ночи.

— Ты… — внезапно оборвалась речь Демонессы Отчаяния.

Все ее тело походило на грубый набросок, который спокойно стирали ластиком.

Последний взгляд Леди Отчаяния был полон страха… и отчаяния.

Спустя несколько секунд виновница гибели множества граждан столицы стерлась.

Красивая женщина с ничего не выражающим лицом натянула капюшон и слегка улыбнулась, чтобы в конце концов мгновенно исчезнуть.

На окраине Района Императрицы, в общественном вагоне.

Трисси тихо сидела в углу, скрывая свое лицо за шляпкой с вуалью.

Она не бежала по реке, чтобы добраться до ближайшей железнодорожной станции, как все думали.

Она решила вернуться обратно в Баклунд.

Только в густонаселенной столице, переполненной разными тайными организациями, ей удалось бы скрыться от преследовавших ее последователей Секты Демонессы.

Трисси была очень напряжена, а ее мысли были заняты ужасающим ее разум пожилым дворецким Фанкелем.

Внезапно у нее закружилась голова.

Когда ее зрение и рассудок вернулись к норме, она неожиданно для себя обнаружила, что каким-то волшебным образом покинула общественный экипаж. Она стояла на грязной дороге.

Изумлению Трисси не было предела. Она настороженно огляделась по сторонам.

Как вдруг ее взору предстала некая фигура в черном плаще с капюшоном, который скрывал черные как сама ночь глаза.

По какой-то причине Трисси ощутила себя ребенком, настолько робким и пугливым, что она была не в состоянии и шелохнуться.

Капельки холодного пота выступили с ее лба, а ее ноги дрожали столь сильно, что если бы она попыталась бежать, то точно упала бы навзничь прямо на месте.

Это самый страшный противник, с которым я когда-либо могла столкнуться… Даже высокоуровневая Демонесса, встреченная мной ранее, не вызывала у меня таких чувств… Неужели я умру здесь? Неужели после стольких попыток и неудач, я завершу свой путь на какой-то пыльной обочине… — помыслила Трисси, пытаясь перебороть сцепивший ее тело ужас.

Ее сердце переполнилось страхом и печалью, словно та погрузилась в самый ужасный ночной кошмар.

Внезапно перед ее глазами вспыхнул тусклый синеватый блеск, который развеял «чары», не позволявшие ей двигаться.

Трисси взглянула вперед, но там уже никого не было. Все, чего она так сильно испугалось — было лишь ужасающей, но очень реалистичной иллюзией.

Но опустив свою голову она с удивлением обнаружила, что ее сапфировое кольцо, которое та носила на мизинце левой руки, каким-то образом разбилось, утратив свой былой блеск.

*Цик* *Цик* *Цик*

Остатки драгоценного камня маленькой крошкой засыпались наземь.

Клейн вновь увернулся и перекатился вокруг недавно рухнувшей каменной колонны. Тем временем тяжело раненный Мистер «А» уже вовсю исцелял свои раны и бежал к выходу.

Что касалось Мастера-ключа, то Клейну показалось, что его медный артефакт собирался вновь, но он не придал этому большого значения, ибо боялся, что упустит убегающего прочь противника.

Он прекрасно понимал, что при прочих артефактах и усилениях он едва ли мог сравняться по силам с Пастырем, посему ему надлежало действовать незамедлительно. Ко всему прочему, у него не осталось ни одной спички.

Несмотря на то, что Мистер «А» был очевидно серьезно ранен, Клейн не осмеливался рисковать. Он слышал, что Потусторонние, которые еще не продвинулись до последовательности Пастыря, также были крайне опасны, ибо обладали силами магии крови.

*Скрип!*

Клейн распахнул тяжелую дверь, а внутрь залился естественный, но блеклый свет. Облака были окроплены тонкой желтой дымкой.

Выбравшись наружу, он оказался посреди какой-то горы. Вокруг той горы были скалы поменьше.

Без времени на раздумья, он ринулся вперед. Он не стал пользоваться скрытой и подготовленной тропой, а вместо этого при помощи сил Клоуна, наспех побежал вниз, кувыркаясь и цепляясь за удачно расставленные деревья.

*Всплеск!*

Он услышал шум реки. Да, он услышал, что впереди и под ним журчала вода!

Как вдруг сильный порыв ветра ударил ему в спину.

Быстро сообразив, что делать дальше, он согнулся в коленях и покатился в сторону.

*Вжух!*

Место, где он стоял секунду назад, обсыпалось и превратилось в овраг. Ту выемку в земле образовал внезапно нахлынувший яростный ветер.

Мистер «А» вскоре оказался поблизости. Его тело было сокрыто плащом, под которым извивалась стремительно заживавшая плоть.

Он указал пальцем, и вдруг из его тела вылетели лоскуты окровавленной плоти, которые в полете раздувались и взрывались.

*Бум!*

Капли крови и кусочки мяса летели во все стороны. Клейн, вращаясь на месте сумел уклониться от большинства из них, а затем нашел укрытие за огромным деревом.

Эти импровизированные снаряды проделали несколько кровавых отверстий в том крепком и толстом дереве, которое вскоре принялось разлагаться.

Выбежав из-за укрытия, Клейн уже успел зарядить свой револьвер. Он было собирался прицелиться и выстрелить Мистеру «А» в глаз, но вдруг увидел, что в нем образовалась какая-то необычайная и глубокая тьма.

Внезапно, несмотря на то что реальность вокруг него была как настоящая, Клейн осознал, что его втянули в кошмар.

Знакомое ощущение… — подумал Клейн, пытаясь сохранить в здравии свой рассудок.

Мистер «А» вопреки всем законам физики взмыл в небо, обратившись багрово-кровавым одеялом, которое окутало Клейна, да так цепко, что тот не мог сдвинуться с места.

Неужели ты хочешь удивить меня силами Кошмара? — Вскользь помыслил Клейн.

В конце концов это был сон, а во сне могло произойти все что угодно!

Уже через секунду в небе зажглось ослепительно-золотое солнце. Яркое и пылающее пламя мгновенно воспламенило все пространство вокруг.

Клейн представил себе сцену, которую впервые увидел, столкнувшись с Вечным Пылающим Солнцем!

Почти в ту же секунду он вырвался из пут сна, услышав приглушенное недовольное ворчание.

Мистер «А» отпрянул назад, а с кончика его носа залились тонкие струйки крови.

Халат, скрывавший драную плоть, принялся медленно таять.

*Щелк!*

Клейн щелкнул пальцами и поджег деревья, стоявшие от него в тридцати-сорока метрах.

Под его ногами возгорелись давно увядшие сорняки и яркое пламя охватило его тело.

Женственное лицо Мистера «А» сталось еще более мягким и нежным. Кристаллическое и невесомое ледяное копье материализовалось в его руке, и он бросил снаряд в сторону горящих деревьев, стоявших неподалеку.

Как только Клейн выскочил из горящего дерева, в его зрачках отразился кристаллический наконечник копья.

Летящий вперед наконечник становился все больше и четче, заполняя отражение его глаз.

Клейн бросился в сторону, но все его тело покрылось тонким слоем инея.

Затем прозрачное копье погасило пламя, позволив толстому слою льда быстро распространиться во все стороны.

Все это время Клейн пребывал в воздухе. Он оперативно свернулся в клубок и перевернулся вверх тормашками.

Он протянул левую руку и слегка надавил на слой льда. Снова поднявшись в воздух, Клейн покинул обледеневшую землю. Однако, кожа на его ладони все еще была застлана обжигающим льдом. Спустя секунду вгрызавшийся в плоть лед заставил Клейна содрать с руки свою кожу.

Перекатившись и встав на ноги, Клейн полез в карман и вытащил самодельный Амулет Сна.

Как только он засобирался произнести заклинание, у него вдруг предательски зачесался нос, и он несколько раз чихнул.

*Апчхи!* *Апчхи!* *Апчхи!*

У него сильно разболелась голова и он продолжил безостановочно чихать, не имея сил противиться.

Я заболел? Меня заразили? — Рассудил Клейн, заметив, как почти-что незримые нити опутывали все его тело.

Он примерно понимал, что происходило, ибо знал, что это была одна из мистических сил Демонессы Наслаждения.

Клейн решил погрузить все пространство вокруг себя в глубокий сон. Чудом он избежал воздействия вражеских чар. Мистер «А» все это время держался на расстоянии около двадцати метров.

Как бы то ни было, Клейн был не просто Клоуном. Заиндевевшие пальцы, которыми он еще мог орудовать, щелкали что было мочи!

В одно мгновение «паучий шелк», обвивавший его тело, вдруг воспламенился, обратившись подобием гигантского факела.

Едва успев выскочить из алого пламени, он вновь стал чихать, а затем и вовсе усиленно кашлять. Это подкосило возможность применять множество подручных ему заклинаний.

В тот миг на женственном лице Мистера «А» выступило высокомерие.

Он протянул правую руку и слегка сжал ее. Клейн в тот момент понял, что, если он прямо сейчас не сбежит с поля битвы, все, что ему останется, так это бегать кругами и уворачиваться от атак.

Мистер «А», облаченный в алую мантию, расплылся в жестокой улыбке. Перед ним появилась древняя и иллюзорная книга.

— Я пришел, я увидел, я записал, — провозгласил он.

Клейн хотел спрятаться и убежать, но был обессилен. В ту секунду он испытал на себе всю мощь Пастыря. Это могущество воистину был достойным того, чтобы им обладал полубог!