1. Ранобэ
  2. Арифурэта : С простейшей профессией к Сильнейшему в мире [LN]
  3. Arifureta Shokugyou de Sekai Saikyou 8

Экстра: Ежемесячник Вербергена

4

После покорения лабиринта Халтины Хадзиме с остальными решили провести несколько дней, поправляясь в прекрасном городе Вербергене. Поскольку они были ответственны за излечение всех раненых в Вербергене и помогли Хаулиям освободить всех рабов в империи, жители Вербергена не жалели средств на то, чтобы оказать как можно лучший приём группе Хадзиме. Благодаря этому деньки группы в столице зверолюдов проходили в роскоши.

Но, разумеется, они не могли оставаться здесь вечно. Завтра они направятся к седьмому и последнему лабиринту, Морозным Пещерам. Группа собралась на тихой полянке, расположенной на окраине Вербергена, чтобы обсудить детали завтрашнего отправления. Они все расселись на окружающих пеньках и Хадзиме начал собрание.

— Отлично, итак, чтобы добраться до Морозных Пещер, мы должны будем пройти через Снежные Поля Шни, но это не должно стать проблемой, поскольку у нас есть Фернир.

— Обычно нам бы пришлось месяцами идти через замороженные пустоши, чтобы добраться туда. Серьёзно, огромное тебе спасибо, что согласился взять нас с собой, Нагумо-кун.

— Просто чтобы ты знала, Танигучи. Использование сокращённого пути значит, что мы можем пропустить некоторые важные испытания, которые мы должны преодолеть, чтобы покорить лабиринт. Не стоит настолько радоваться, что легко всё преодолевается.

— Угх, я запомню это… обещаю, что не буду снижать бдительности в лабиринте…

Поскольку она провалила покорение предыдущего лабиринта, она не могла всерьёз спорить, когда Хадзиме говорил ей, чтобы она не зазнавалась. Особенно поскольку она снова насильно напросилась в их группу.

Пронзительный взгляд Хадзиме прошёлся также и по Коуки с Рютаро. Они оба сморщились и кивнули. Юэ, Каори и Тио многозначительно на него глянули.

— Что? — повернулся он к ним, заметив их взгляды.

— Ммм… ничего.

— Ага, не беспокойся об этом.

— Не обращай на нас внимание.

Покачали головами все трое, но продолжили всё также многозначительно смотреть на него. Хадзиме стеснённо отвернулся, и взгляд Шизуку заскакал между ним и Юэ. Она более или менее догадалась, что происходит, хотя Хадзиме всё ещё оставался в неведении.

«Мне только кажется, или Нагумо-кун слегка изменился? Он кажется менее агрессивным, чем раньше. Почти словно он успокоился и стал немного более зрелым».

Обычно ответ Хадзиме для Сузу был бы куда суровее, но теперь он отбросил большую часть излишней враждебности. Теперь, когда он, наконец, обнаружил конкретный путь домой, он начал смягчаться. Начал становится более человечным. Пока Шизуку думала о переменах, через которые он проходил, последний член группы, наконец, прибыл.

— Простите, ребята, я опоздала. Моя идиотская семья пыталась дать всем в Вербергене резкие прозвища, так что мне пришлось их всех побить.

— Отлично сработано, Шиа, — улыбнулся Хадзиме и показал Шие большой палец вверх. Она ответила ему такой же улыбкой и жестом.

Хадзиме размеренно сдвинулся в сторону, и Шиа села рядом с ним так, словно это было самым обычным делом. Справа от него теперь была Юэ, а слева — Шиа. Изначально это Каори сидела слева от Хадзиме, но она не успела и слова проронить, когда Хадзиме сдвинулся в сторону, а Шиа заполнила промежуток.

— Гррр, — пробурчала Каори. Заметив её недовольство, Шиа повернулась к Каори и без слов одним взглядом спросила: «Хочешь поменяться?». Однако Каори лишь улыбнулась и обняла Шию. Шиа улыбнулась в ответ и прижалась к жрецу их группы.

«Шиа тоже довольно таки изменилась. Это словно она стала более щедрой, в каком-то роде. Или, может быть, спокойней?.. В любом случае, причина явно в Нагумо-куне», — точные заключения Шизуку много говорили о её наблюдательных способностях.

Принятие её любви сделало чудеса с уверенностью в себе у Шии. Казалось, словно она в один момент выросла из девушки в женщину. Её очарование тоже стало обладать аурой зрелости.

— О, точно, я нашла это по пути сюда, — выложила Шиа нечто, выглядящее как журнал, на стол перед собой. Она достала ещё несколько экземпляров такой же работы и сложила их вместе. «Ежемесячник Вербергена. Издание 1. Повторно отредактировано» было написано на обложке жирными буквами.

— Хм? Это то, что эти крылатые ребята раздавали недавно?

— Всё верно. Это гарпии заняты распространением новостей в Вербергене. Они прекратили публиковать новости, когда демоны и империя атаковали, но обычно они выпускали их раз в месяц. Кто-то вроде приходил к вам брать интервью последнее несколько дней, верно?

— О, точно, так и было. Какая-то девушка по имени Мао задавала мне кучу вопросов. Мне кажется, она вроде как была старейшиной?

— А, да, она и мне задала несколько вопросов.

— Это был первый раз, когда кто-либо в моей жизни брал у меня интервью. Это был довольно интересный опыт.

Хотя Верберген становился оживлённее с возвращением их освобождённых сородичей, он всё же понёс тяжёлые потери. Множество солдат погибло в следующих подряд сражениях, и множество рабов погибло в империи не получив даже шанса вернуться домой. И именно потому что так многие вернулись, те, кто не вернулись, оставили ещё большую дыру в сердцах скорбящих семей. По этой причине гарпии решили продолжить публикацию своего ежемесячника. Они надеялись, что радостные новости и забавные колонки смогу облегчить жизнь жителей Вербергена, даже если совсем ненамного.

В ознаменование их значимого повторного запуска, Мао решила провести интервью с Хадзиме и остальными, чтобы придать первому изданию некоторого запала. И потому она посетила каждого члена группы и попросила дать интервью. Улыбаясь, Коуки взял один из экземпляров:

— Эх, это так ностальгично. Навевает воспоминания о тех временах, когда у меня брали интервью в Японии.

Как отлично выглядящий чемпион по кендо, Коуки часто появлялся в журналах про кендо и подобное. Он также дебютировал в модных журналах и многих других журналах, где были нужны горячие парни на обложку. Хадзиме и Рютаро не особо беспокоила его популярность, но будь здесь любой другой парень из их класса, он бы наверняка цокнул языком от раздражения. Коуки рассеяно перелистнул пару страниц, пока не нашёл один заголовок.

[Герой на самом деле гей?! И он к тому же нацелился на Нагумо!]

— Что это, чёрт возьми, значит?! — бросил Коуки журнал об землю. Все остальные взяли по журналу и перелистнули на ту же страницу. Вот часть того, что там было написано:

[Герой, Аманогава Коуки, сыграл значительную роль в оказании помощи Хаулиям для освобождения захваченных империей рабов. Он пробрался в город и устроил диверсию, исполняя роль, данную ему Нагумо Хадзиме. Его усилия однозначно надо похвалить, поскольку благодаря ему так много наших сородичей смогло вернуться живыми и здоровыми. Согласно исследованию этого скромного репортёра, целая треть незамужних девушек, которых он освободил, пытались заигрывать с ним тем или иным образом.

К сожалению, чувства ни одной из них не достигли его, но этот бесстрашный репортёр обнаружил, что за этим стояла умопомрачительная причина.

Согласно моему интервью с одной девушкой, когда она призналась, Коуки произнёс: «У меня сейчас есть более важное дело. Я кроме Нагумо…» — начал он пространно отказывать ей, но в тот момент Нагумо как раз проходил мимо, и Коуки оказался отвлечён его широкой спиной.

Я уверена, внимательные читатели уже поняли, какими были следующие слова Коуки. Разумеется, это было: «Я кроме Нагумо ни о ком сейчас не могу думать!». Причина, которой Коуки до сих пор отверг все ухаживания женщин, связана с тем, что он хранит глубокую, жгучую любовь к Нагумо. Коуки, безусловно, настолько пристально пялился в спину Нагумо как раз по этой самой причине. Возможно, это прозвучит нагло с моей стороны, но я продолжу до самой смерти поддерживать эту трудную любовь Коуки.]

Юэ поднялась с места и грозно глянула на Коуки.

— …Готовься умереть, — прошептала она, подготавливая Пламя Чистилища.

Шиа тоже спешно поднялась на ноги.

— Не беспокойся! Я защищу твой зад, Хадзиме-сан! — произнесла она и достала Дрюкен, взмахнув им в воздухе.

— Постойте! Прошу, подождите! Эта статья — наглая ложь! Разумеется, вы смогли это понять, верно, Юэ-сан, Шиа-сан?! Это явная клевета, придуманная извращённым мышлением репортёра! — отчаянно пытался обелить своё имя Коуки.

— А-Аманогава, ты…

— Сто-о-о-ой! Не смотри на меня так, Нагумо!

— Н-Но, Коуки-кун, ты действительно временами очень пристально смотришь на Хадзиме-куна…

— И ты тоже, Каори?! Умоляю тебя, прояви сострадание! Это же просто решительный взгляд! Взгляд, показывающий, как я всегда уверенно думаю, что смогу стать сильнее Нагумо — «решительный взгляд»!

— Решительный взгляд пониже спины?*

— Рютаро, сейчас не время для шуток. Кончай, а то отметелю.

Потребовалось некоторое время, чтобы успокоить Юэ и Шию, которые зыркали на Коуки словно пара якудз, готовых прикончить за долги. Шизуку, которая занималась большей частью этого успокоения, устало плюхнулась на стул.

— Большое спасибо, Шизуку, — склонил голову Коуки, произнося это. Настолько пугающими были Юэ и Шиа.

— Я не уверен, что хочу знать, что там дальше, но может нам стоит продолжить читать, ребята? — вопросительно посмотрел Хадзиме на журнал в своих руках. Шизуку устало кивнула ему.

— Я тоже не особо хочу знать, но страшнее не знать, что Мао написала о нас.

— Т-Ты права. Я наконец-то подружилась с некоторыми детьми зверолюдов. Мне нужно знать, есть ли там что-то, что заставит их возненавидеть меня…

И таким образом группа решила продолжить. Они пролистнули обратно на начало и принялись читать внимательней.

[Особая статья! Душещипательный роман принцессы Шии из племени Хаулий!]

— Принцесса?! Я — принцесса?! — резко встали кроличьи уши Шии. Хадзиме криво улыбнулся и произнёс:

— Заголовок верен, технически. Хаулии стали официальной союзной нацией для Вербергена, и обладают равной позицией в совете. К тому же, вы герои. И поскольку ты дочь вождя героев, это, по сути, делает тебя кем-то вроде принцессы.

— Ммм… склоните головы, простолюдины. Вы находитесь в присутствии великой госпожи принцессы Шии!

— Прошу, хватит, Юэ-сан! Ты засмущаешь меня до смерти!

Шиа явно не обладала характером принцессы. Краснея, она спрятала лицо руками и отвернулась.

Хадзиме и остальные хихикнули, наблюдая за её реакцией. После этого статья продолжалась следующим:

[Госпожа Шиа — дочь вождя Хаулий, Кама Хаулия. Несмотря на его статус, она жила в трудностях и борьбе. Она потеряла мать в юном возрасте и позже была вынуждена сбежать из своего дома вместе со своим племенем, чтобы выжить. Но как только они покинули лес, госпожа Шиа и её семья оказалась преследуема империей до самого Провала Райсен. После многочисленных стычек со смертью госпожа Шиа и её семья вернулись в Верберген только чтобы быть изгнанными!]

— И ты одна из старейшин, проголосовавших изгнать нас из Вербергена… — зыркала Шиа на страницу журнала. Её злобный взгляд был почти настолько же силён, как у Юэ. Однако в данный момент Мао писала с объективной позиции редактора Ежемесячника Вербергена.

[Но хотя все ставки были против неё, госпожа Шиа никогда не сдавалась! После множества испытаний и злоключений, она, наконец, встретила любовь всей своей жизни — Нагумо!]

Шиа прекратила зыркать и начала краснеть.

— К-Как-то смущает, что она это так выставила.

— Ага, такие вещи действительно заставляют краснеть.

Хадзиме и Шиа обнаружили насколько это неловко, когда кто-то другой пишет историю о них. Юэ улыбнулась покрасневшей парочке, тогда как Коуки неловко отвернулся, а Рютаро раздражённо цокнул языком.

[Я оказалась достаточно удачлива, чтобы заполучить возможность взять интервью напрямую у принцессы Шии.

Репортёр: Когда ты впервые встретила Нагумо, какого это было? Ты с самого начала поняла, что он твой единственный?

Принцесса Шиа: На самом деле я знала, что он мой суженный ещё до того, как встретилась с ним! Я не удивилась, встретив его, поскольку это была наша судьба. Но когда наши глаза впервые встретились, я ощутила огромный шок, а затем моя голова опустела, и я почувствовала, словно лечу!]

— …Ты имела в виду те моменты, когда Хадзиме ударил тебя Электропокрытием, заехал локтём по лицу, а затем бросил в стаю хиверий?

— Юэ-сан, мне нужно было как-то сохранить своё лицо.

Коуки неверяще повернулся к Хадзиме. Сам он отвернулся, целенаправленно всех игнорируя.

[Репортёр: Это значит, что ты любила Нагумо с того самого момента, как встретила?

Принцесса Шиа: Неа, ни капли. Всю мою семью вот-вот намеревались прикончить, так что я была больше обеспокоена сохранением их жизней, чем тем, каким человеком был Хадзиме-сан.

Какая жестокая судьба! Только сбежала из одного кризиса, принцесса Шиа напоролась сразу на следующий! Поистине боги суровы к этой девушке!]

— Причина, по которой всех вот-вот собирались казнить, это ты, мадам Репортёр, проголосовавшая за это. Это не боги были суровы ко мне, а вы!

— Не могу понять, она преданный репортёр, или просто бесстыжий.

[Репортёр: В таком случае, когда ты впервые заметила, что любишь его?

Принцесса Шиа: Думаю это было когда Хадзиме-сан встретился со старейшинами и заявил: «Шиа — любовь всей моей жизни! Я не прощу вас, если вы попытаетесь забрать её у меня!» — ох, у меня мурашки пробежали от этого по спине…]

— Эй! Я никогда такого не говорил!

Взгляды всех повернулись к Шие. Холодный пот побежал по её лбу, а её кроличьи уши качались из стороны в сторону.

— Простите… я немного увлеклась.

Всё-таки Шиа всё ещё была обычной девушкой. Она хотела, чтобы история её первой любви была особенной. Лица у всех стали добрее, а Юэ продолжила фразой:

— …Впрочем, ты действительно сказал «только попробуйте отобрать у меня этих ребят».

— Э?! Т-Ты хорошо запомнила это, Юэ.

Юэ помнила то, что он сказал тогда почти слово в слово. В этот раз всеобщие взгляды обратились к Хадзиме.

— О-Ох, господи… почему я не подобрал способ получше сказать это? — пробубнил Хадзиме, пряча своё краснеющее лицо.

[Что ж, теперь вы можете понять, как после такого между ними образовалась такая крепкая связь. И таким образом, наша принцесса Шиа превосходно одолела Юэ и стала единственной подружкой Нагумо. Оказалось, что Юэ тоже дала своё благословение их паре. Я уважаю её за то, что она признала своё поражение в такой манере. Полагаю, даже она осознала, что у неё нет ни шанса победить очарование принцессы Шии. Как бы то ни было, премного благодарностей принцессе Шие за такую трогательную историю.]

Голова Юэ отдельно от тела со скрипом повернулась в сторону Шии.

— …Шиа, что это значит?

— Б-Б-Б-Без понятия! Я никогда ничего такого не говорила!

— …Ладно, в таком случае, я схожу по-быстрому прикончу Мао.

— Юэ, успокойся!

Схватила Каори за руки Юэ и заломила ей их за спину.

— Я убью эту сучку, — пробубнила Юэ, пытаясь вырваться из хватки Каори.

«Предполагаю, что она немного подправила реальность, чтобы история вызвала больший отклик среди зверолюдов…» – рассеянно подумал Хадзиме.

— Э-Эта женщина по имени Мао выглядит совсем не беспокоящейся за свою жизнь, — произнесла Тио. Все согласно кивнули.

[Затем я спросила принцессу Шию о том, обеспокоена ли она из-за остальных девушек, путешествующих с Нагумо. Она выглядела не понимающей смысла моего вопроса, так что я его перефразировала. Я спросила, что она думает о своих соратницах. Далее записан её ответ, слово в слово.]

— Что?! Слово в слово?! Она сказала, что отредактирует смущащие моменты! — воскликнула Шиа.

Взгляды остальных девушек блеснули опасным светом, и они заглянули в свои журналы с новообретённой внимательностью.

[Я всех их люблю. Я настолько их люблю, что временами мне кажется, что я родилась на свет для того, чтобы встретиться с ними.]

— Угх, простонала Шиа и плюхнулась на стол перед собой. Всё её лицо было красным, и она прикрывала свои кроличьи уши обеими руками.

[Юэ-сан словно моя старшая сестра. Она та, кто научил меня сражаться и стал моей первой подругой. Я стала тем, кто я есть, благодаря ей. Я не прощу никого, кто навредит ей, даже если это будет сам Хадзиме-сан.]

Лёгкий румянец покрыл щёки Юэ, и она ласково взглянула на Шию.

«Насчёт Каори-сан… На самом деле, когда я встретила её, она была очень доставучей!»

Каори подпрыгнула от шока после таких слов.

— Постойте, я не нравлюсь Шие?! — прокричала она.

[В смысле, она продолжала всё время сравнивать себя с нами, и это было настоящей морокой. Ей стоило просто, ну знаете, сделать всё с большим эффектом. Или вроде фьюш.]

Коуки повернулся к Рютаро и прошептал:

— Знаешь, образ мыслей Шии-сан очень похож на твой.

— Эй, Коуки, и что это должно значить?

С глазами приклеившимися к странице, Каори игнорировала их обоих.

[Но, что ж, Юэ-сан очень любит её! Она всегда подшучивает над Каори-сан при любой возможности! Она словно одна из старшеклассниц, которая всё время донимает кого-то младше себя, потому что не может признать, что она ей нравится! Чтоб тебя, Каори-сан, украла у меня Юэ-сан. У тебя уже есть Шизуку-сан, так что иди и заигрывай вместо этого с ней!]

Каори глянула на Юэ. Юэ отвернулась в сторону, но Каори смогла заметить, что она краснеет. Это заставило покраснеть и Каори тоже, так что она неловко отвернулась.

— Стойте, почему меня здесь совсем игнорируют? Не то чтобы меня это волновало, но всё же… — пробубнила Шизуку себе под нос. «Должно быть, это и есть одиночество, которое ощущает Шиа».

[Тем не менее, знаете, она, пожалуй, та, кого я уважаю больше всего.]

Все удивлённо повернулись к Шие. Она всё ещё прижимала свои уши и не реагировала.

[Когда она умерла и от неё осталась одна душа, первое, что она попросила, было силой, чтобы продолжать сражаться вместе с нами. Она даже пожертвовала своим телом, чтобы стать сильнее. Только тогда я осознала, что она всё время на самом деле была очень сильной девушкой. В отличие от меня она завидовала Юэ-сан, и в отличие от меня она всегда беспокоилась из-за того, что слабее всех остальных. Но она смогла преодолеть все эти чувства и стать таким человеком, как сегодня. Я думаю, что она безусловно сильнее, чем я.]

Глаза Каори широко раскрылись, а руки начали дрожать, пока она продолжала читать.

[Так что теперь я люблю и её тоже. И она та, кем я хотела бы стать. Я не позволю, чтобы что-нибудь снова опечалило Каори. Я защищу её.]

Каори крепко обняла Шию. Шиа удивлённо подняла взгляд, но Каори не отпускала её.

— Знаешь, это начинает заставлять меня слегка ревновать.

— Ммм… меня тоже.

Юэ кивнула Шизуку, и обе девушки обменялись кривыми улыбками.

— О, похоже, что Шиа сказала что-то и обо мне, — возбуждённо перелистнула страницу Тио.

[Тио-сан? О, она конченная извращенка!]

— За что? За что ты со мной так, Шиааааааааа?! Всё, что я хотела, это пара ласковых слов!

«И это хотя ты мазохистка?» — одновременно зыркнули все на Тио. Тио рухнула на четвереньки и начала стучать кулаком по земле.

— Эмм, Тио-сан, там есть ещё!

— Правда? Для меня ещё есть надежда? — вернулась Тио на своё место и подобрала журнал.

[Серьёзно, кто пробуждает свои фетиши из-за того, что огромную пику вгоняют в зад?! Это ненормально!]

— Я была глупа, что надеялась! Шиа презирает меня! — снова рухнула Тио на землю и начала ударять кулаком по ней. Сузу, которая очень привязалась к Тио после битвы с тараканами, утешала её до тех пор, пока она не оказалась готовой продолжать чтение.

[Но, что ж, я думаю, Тио-сан может быть той, кто лучше всех нас понимает. Когда бы что ни случалось, она тут же рядом, чтобы дать подходящий совет. Это словно она всегда присматривает за нами.]

Тио издала странный звук, и её глаза покраснели.

[Она на самом деле очень хороший человек, который всегда изо всех сил старается помочь нам. И хотя она извращенка, она на самом деле самая собранная среди нас. Я думаю, Хадзиме-сан тоже это понимает, в связи с чем всегда полагается на неё в трудную минуту.]

Со сверкающими глазами Тио повернулась к Хадзиме.

— Не пялься на меня так, — сказал он, смущённо отворачиваясь.

[Всегда чувствуешь себя в безопасности, когда она рядом. И ещё, не записывайте это — она очень напоминает мне мою маму. Так что, ну, я люблю и её тоже. Эхехе. О, но моя мама не была такой извращенкой, как она!]

«Если бы только она не была извращенкой, Тио была бы идеальна». Разочарованно, Юэ бросила в её сторону язвительный взгляд:

— Серьёзно… верни мне моё уважение и почтение.

— П-Прошу, простите меня… — спрятала Тио своё лицо и отвернулась. Однако не по тому, что её ранили слова Юэ. Она просто была смущена и более чем слегка счастлива от того, как сильно нахваливала её Шиа.

[Кстати говоря, это вина Хадзиме-сана, что Тио-сан стала извращенкой, так что я ожидаю, что он возьмёт на себя ответственность за это. Если он когда-либо откажется от Тио из-за то, что она извращенка, я отправлю его в полёт Дрюкеном.]

Хадзиме простонал. Он выглядел так, словно только что проглотил нечто очень горькое.

— Хозяин, ты же возьмёшь ответственность? — лыбясь, повернулась к нему Тио, как и вся остальная группа.

После мгновения колебания, Хадзиме смиренно вздохнул и посмотрел Тио в глаза.

— Как минимум я никогда не брошу тебя только потому что ты извращенка. И это правда, что я полагаюсь на тебя больше всего. С тех пор, как ты присоединилась к нашей группе, я чувствую себя в намного большей безопасности.

— О-Ох, понятно. Покуда ты всё понимаешь… — опустился взгляд Тио, испытывающей трудности с обработкой водопада эмоций, только что обрушившегося на неё. Её смущённое выражение выглядело совсем не таким, как когда Хадзиме наступал на неё, и на сей раз она выглядела как бесподобная красавица, какой она и была.

Коуки и Рютаро сглотнули, очарованные. Тем временем Сузу и Шизуку гордо улыбались ей.

Хадзиме неловко прокашлялся, чтобы разрядить атмосферу.

— Кхем. Оказывается, Шиа сказала некоторые вещи также и насчёт Аманогавы с остальными. Давайте продолжать чтение.

— Что? Про нас тоже есть?

Коуки и Рютаро снова посмотрели в журнал, заинтересованные выяснить, что Шиа думала про них.

[А? Герой? Хмм. Я не особо его знаю. Я мало разговаривала с ним и его другом. Они меня просто не интересуют.]

— Я так и думал, — пробубнил Коуки с опустевшим взглядом.

— Я просто «его друг»? Шиа-сан, неужели ты даже не помнишь моего имени? — произнёс тихо Рютаро, смотря в никуда.

[Насчёт Сузу-сан… Каждый раз, когда она смотрит на меня и Юэ-сан или Каори-сан с Шизуку-сан, у неё всё время становится такой печальный взгляд.]

Сузу охнула и Каори с Шизуку обеспокоенно на неё глянули.

[В смысле, я понимаю, почему она так смотрит. Поэтому я была счастлива, когда она попросила Хадзиме-сана снова взять её с нами. Поскольку это значит, что она ещё не сдалась. Она всё ещё хочет продолжать бороться. Мне очень нравятся такие люди, как она].

Сузу смущённо заёрзала, тогда как Коуки и Рютаро плюхнулись на стол. Различие в отношении к Сузу и к ним было заключительным ударом.

[И Шизуку-сан… Что ж, для неё это лишь вопрос времени!]

— Что?! Что это должно значить?! — прокричала Шизуку.

Тем временем Юэ, Каори и Тио понимающе кивнули со словами: «Действительно».

— Серьёзно, да что это должно значить?!

Но никто ей не ответил.

[Шизуку-сан всегда выглядит собранной, но мне кажется, что на самом деле она человек, у которого довольно часто всё валится из рук, делая только хуже. Хотя создаётся впечатление, что Шизуку-сан повсюду ходит за Каори-сан, чтобы приглядывать за ней, на самом деле это Каори-сан присматривает за ней, пока она рядом. Каждый раз, когда я вижу их вместе, у меня возникает ощущение не того, что Шизуку-сан составляет ей компанию, а скорее, словно она хватается за неё.]

Шизуку ошеломлённо посмотрела наверх. Её взгляд бесцельно блуждал, пока она пыталась переварить это.

— Ну, то, что Яэгаши одержима Каори, всем и так было видно невооружённым взглядом, — усмехнулся Хадзиме. Юэ с остальными согласно кивнули.

— Эхехе, не беспокойся, Шизуку-тян, я тоже тебя люблю, — произнесла Каори с улыбкой. В ответ Шизуку скрыла лицо за своим хвостиком, подняла колени и спряталась за ними. «Это защитная стойка от смущения стиля Яэгаши?..» — праздно подумал Хадзиме. Улыбаясь, Сузу радостно прочитала следующее предложение вслух:

[Как бы сказать… Она правда милая девушка. Если мы все плотоядные, тогда я бы сказала, что Шизуку тут единственная травоядная].

Хадзиме с остальными повторили слово «травоядная» про себя, после чего понимающе кивнули, заставляя Шизуку дёрнуться под защитой своего конского хвоста. Затем группа вернула своё внимание к журналу. Оказалось, что специальная статья про Шию почти заканчивалась.

[И на этом завершаются мысли принцессы Шии о своих соратниках. Как и ожидалось от одной-единственной возлюбленной Нагумо, она и благородна, и внимательна. Действительно, она стоит на уровень выше всех остальных девушек. Я уверена, что любовь нашей драгоценной принцессы Шии и Нагумо будет длиться вечно].

— Она серьёзно проталкивает Шию…

— …Это не спасёт её от моей ярости.

— Ага, я думаю, нам надо немного поговорить с Мао.

Будущее репортёрши Мао начинало выглядеть бледным.

[Перед окончанием интервью я задала принцессе Шие последний вопрос: Что самое важное для тебя?

Принцесса Шиа: …Будущее. Я думаю, что самым важным для меня является будущее. Есть важный урок, который я, Шиа Хаулия Прорицательница, усвоила, и это то, что я хотела бы передать вам всем. Предсказания — это не то, что становится правдой, а то, что вы сами заставляете стать правдой. До тех пор, пока вы будете продолжать трудиться ради желаемого будущего, однажды вы сможете его достичь. Я гарантирую это.

Вот так, ребята. Принцесса Шиа стала сегодня такой благодаря тому, что продолжала трудиться навстречу будущему, которое она себе представила. Как репортёр, я польщена, что брала интервью у кого-то настолько великого, как принцесса Шиа. Огромное спасибо. И на это заканчивается особенная статья про принцессу Шию.]

Некоторое время никто ничего не говорил. Они все просто ласково глядели на Шию.

— Ух… Смущает, как круто я старалась звучать там под конец. Я слишком погрузилась в интервью и совершенно забылась, — отчитала себя Шиа за то, что попыталась под конец повести себя круто и дать жизненный совет читателям.

— Пожалуйста, скажите что-нибудь, ребята, — пробубнила Шиа, когда тишина начала тянуться дальше. Однако Хадзиме и остальные оставались молчаливыми, их ласковые взгляды ощущались Шией словно пронзительные и злобные.

— Грр! Нечестно, что я единственная, кто проходит через публичную казнь! Давайте посмотрим, что у вас всех в интервью! Могу поспорить, они все такие же смущающие, как у Героя!

— Это напомнило мне — этот журнал ведь опубликовали по всему городу, верно? Хахаха, похоже, все в Вербергене считают меня геем. Хахаха… — безрадостно рассмеялся Коуки, его дух был сломлен. Шиа листала журнал, тогда как Рютаро попытался привести своего друга обратно в чувства.

[Будоражащее интервью с Камом Хаулией, Чемпионом Зверолюдов!

Кам: Меня зовут Камбантис, демон-охотник кромешной бездны. И я хочу сказать только одно. Лишь наш Босс, Нагумо Хадзиме, алый владыка белой ночи, священный уничтожитель…]

Звук выстрела прервал чтение группы. Все подпрыгнули и взглянули на Хадзиме.

— Не шевелитесь. Не читайте ни слова дальше. Хоть одно движение, особенно глазами, и вы словите пулю.

Он звучал прямо как террорист, собирая у всех журналы, вырывая оскорбительные страницы, бросая их на землю и сжигая в пламени температурой 3000 градусов.

— Теперь, давайте продолжим читать, пока я убиваю Кама. Что не так, ребята? Переворачивайте страницы, пока я заодно найду и убью Мао.

Оказалось, что про Хадзиме тоже были написаны довольно смущающие вещи. К сожалению, он узнал про это слишком поздно, и про то, что его «легендарные» деяния с новым прозвищем уже распространилось по всему Вербергену. Однако публичная казнь Хадзиме нанесла побочный урон и Шие тоже, так что она снова плюхнулась на стол. Она вероятнее всего не поднимется больше. Все, за исключением Шии, молча перевернули страницы и прочитали.

[Отношения между Избранными.]

Этот заголовок был простым. «Избранными» зверолюды называли тех людей, которые покорили как минимум один лабиринт, а это означало, что статья была вероятнее всего об их группе в целом. То, что это не было особой статьёй, показывало различие в обращении с Шией по сравнению со всей остальной группой.

[Мы спросили избранных, Нагумо, Юэ, госпожу Каори, Тио и Шизуку об их взаимоотношениях. Было ясно с первого взгляда, что все девушки испытывают чувства к Нагумо. Но что они думают насчёт остальных, своих соперниц?]

В отличие от Шии, Хадзиме и остальные девушки не паниковали. Они были уверены, что как следует подбирали свои слова во время интервью, чтобы не опозорить себя. Однако Каори воскликнула: «Как вышло, что я единственная, кого назвали госпожой?!» — в то время как Шизуку убрала хвостик в сторону и прокричала: «Эй, разве это не звучит так, словно я тоже влюблена в Нагумо-куна?!»

Коуки повернулся к ней и заговорил напряжённым голосом:

— Они просто свалили в кучу всех Избранных. Из-за чего ты так разволновалась, Шизуку?

— А? О, точно. Верно подмечено, — выпрямила Шизуку спину, избегая взгляда Коуки. Каори сочла реакцию своей подруги странной, но проглотила свои слова и вернулась обратно к статье.

[Поскольку у нас заканчиваются страницы, я просто обобщу то, как прошли интервью.]

— Что?! — удивились Юэ и остальные девушки.

[Не хватит места, чтобы подробно остановиться на том, что чувствует Юэ к принцессе Шие. Излишне говорить, они обе очень заботятся друг о друге. На деле, во время интервью Юэ так долго говорила о Шие, что меня почти стошнило. Должна признаться, читатели, я провалилась как писатель. Я упомянула Юэ под заголовком, и всё же я не включу сюда её интервью. Хотелось бы повеситься. К сожалению, я гарпия, так что мне даже не будет больно».]

Было сложно понять, действительно ли Мао сожалела о своих действиях или нет.

[Двигаясь дальше, отношения госпожи Каори и Юэ довольно странные. Когда я спросила девушек насчёт друг друга, они выдали мне безостановочное бормотание из оскорблений. Честно, это заставило растянуться интервью дольше необходимого.]

Юэ и Каори зыркнули друг на друга, их стэнды проявили своё существование. Однако прежде, чем они начали драться, следующие несколько предложений отвлекли их.

[Несмотря на резкие оскорбления, лица двух девушек загорелись, когда они говорил друг о друге. Было очевидно, что они вовсе не ненавидят друг друга. Это просто моё впечатление, как репортёра, но мне кажется, что Юэ нравится проводить время вместе с госпожой Каори, тогда как госпожа Каори ценит свои отношения с Юэ. Как минимум, когда Юэ говорила о госпоже Каори, её лицо демонстрировало такую же доброту, как когда она говорила о Шие. Таким же образом, улыбка госпожи Каори была настолько же ласковой, как когда она говорила о Шизуку. Хотя их чувства могут отличаться от испытываемого к Шие и Шизуку, они точно настолько же сильны].

— Не пойми неправильно… Не то чтобы ты мне нравилась, Каори.

— Это ты тут что-то не понимаешь, Юэ. Не то чтобы ты мне нравилась или что-нибудь в этом роде.

Заговорили две цундере в идеальной синхронизации. Хотя они обе хмыкнули и отвернулись в разные стороны, их щёки покраснели.

[Кроме того, я услышала несколько историй о госпоже Каори от истовых верующих Каоризма. Со слов одного приверженца, после лицезрения того, как Юэ подшутила над госпожой Каори, он спросил: «Может нам стоит пробраться в её комнату ночью и отомстить за тебя?». Оказалось, что госпожа Каори впала в ярость от этих слов и произнесла: «Юэ — одна из моих лучших подруг! Если хоть один волос упадёт с её головы, я разложу вас всех в пыль!]

Каори плюхнулась на стол.

— М-Мы вовсе не друзья или что-то такое. Просто соперницы, — пробубнила она.

Юэ глянула на Каори, её румянец стал ещё сильнее.

[Однако куда более удивительно было, когда Юэ поведала мне, что из всех людей она больше всего испытывает уважение к Тио.]

— К-Ко мне? — воскликнула Тио, широко раскрыв глаза. Это было особенно удивительно, учитывая, что Юэ отчитала Тио буквально несколько минут назад. Паникуя, Юэ попыталась объясниться, но её опередил Хадзиме, прочитав несколько следующих предложений вслух:

[Когда говорила о Тио, выражение Юэ показалась довольно рассерженным, но внимательный репортёр заметил также промелькнувшее уважение и почтение. Кроме того, слова самой Юэ подтвердили мои ощущения. Хотя я сомневаюсь, что она намеренно позволила этому выскользнуть, под конец интервью Юэ прошептала: «Тот факт, что она никогда не меняется… ободряет». Как бы невероятно это не звучало, Юэ испытывает к Тио не меньше уважения, чем принцесса Шиа.]

— Н-не поймите неправильно. Не то чтобы я уважала Тио или что-то подобное.

— Фуфу, вот как? Понятно… Значит ты совсем не уважаешь. Но даже если это так, ты всё равно находишь моё присутствие ободряющим. Не бойся, я всегда буду рядом.

Хотя тон Тио был подшучивающим, в нём также присутствовали нотки радости. Четвёртая павшая, Юэ плюхнулась на стол, вместе с Шией и Каори.

— Я редко вижу эту твою сторону, Юэ, — произнёс Хадзиме и перевернул страницу.

[Комментарии Шизуку были слишком серьёзными и скучными, так что я опустила их в этой статье.]

— Уж прости, что я слишком серьёзная и скучная, чтобы обо мне писать, — снова Шизуку спрятала своё лицо за хвостиком. Оказалось, что для неё это была довольно чувствительная тема.

[Тио была, как и все её описывали, конченной извращенкой, но в то же время надёжной, мудрой представительницей драколюдов. Далее один из разговоров, который произвёл на меня сильное впечатление.

Тио: Хм? Если мне надо описать Юэ и остальных одним словом, то что это будет? Фуфу, ты, наверное, ожидала что-нибудь стандартное вроде «мои соперницы»? Прошу прощения за то, что разочарую. Если надо будет подобрать одно слово… это будет «чудесные». Каждая из моих соратниц — чудо. То, что мы смогли все встретиться, тоже является чудом. У нас есть обычный парень, который выполз из бездны. 300-летняя вампирша, которая сбежала из вечной тюрьмы. Девушка-кролелюд, единственная родившаяся с маной за многие поколения. Волевая жрица, которая сделала тело апостола своим собственным. Кто бы мог представить, что настолько абсурдные лица могут существовать? Разумеется, даже бог не мог предсказать подобного. Существование всех нас и наша случайная встреча — всё это чудеса. Прямо сейчас моя жизнь наполнена чудесами. И ничто не смогло бы сделать меня ещё счастливей.]

Тио рухнула на стол.

— Я действительно говорила такое. Но в свою защиту скажу, что я позволила себе забыться и поддаться моменту, — прокряхтела Тио.

Даже она была смущена тем, как звучали эти слова, прочитанные кем-то другим. С этим Юэ, Шиа, Каори и Тио плюхнулись на стол, тогда как Шизуку пряталась за своим хвостиком. Единственными всё ещё живыми членами группы были Хадзиме, Коуки, Рютаро и Сузу. И Коуки был почти уничтожен статьей, называющей его геем, так что в действительности оставалось лишь трое, у кого ещё были очки здоровья.

— Какой ужасающий журнал. Он смог прикончить всю мою группу.

— Похоже… в нашем разделе не так уж много, прямо как в случае с Шизушизу.

— Но в отличие от Шизуку, Мао задала тебе довольно интересные вопросы, да, Нагумо? И гляди, не то чтобы твои вопросы стали пропускать.

— Эй, Нагумо… только мне так кажется… или ты уже давал интервью? Эти ответы словно от профессионала.

— Моя мама очень известная сёдзё-мангака, так что её часто приглашают на всякие интервью. Кроме того, она любит валять дурака с окружающими, так что часто даёт безумные ответы на вопросы. И это я — тот, кого она всегда хватает помочь ей пересмотреть свои ответы.

«Никогда не знаешь, какие навыки могут пригодиться».

Сузу перевернула последнюю страницу статьи про Избранных:

— О, похоже, что она закончила статью на интервью с Юэ-сан.

Юэ дёрнулась. Она отчаянно думала про своё интервью, пытаясь вспомнить, не сказала ли она чего-либо смущающего. «Она действительно милая в такие моменты», — подумал Хадзиме, читая статью.

[Поскольку принцесса Шиа официально стала подружкой Нагумо, я спросила Юэ, что она думает насчёт девушек, добивающихся его внимания. Даже я, скромный репортёр, могла сказать, что узы Шии и Нагумо стали крепче с момента последнего посещения Вербергена. И как такой же зверолюд, я хотела убедиться, что она не мучает теперь принцессу Шию за то, что ей приходится делить с ней вниманием Нагумо.]

— Значит, она знала, что Юэ не отступила, но всё равно написала то дерьмо. Она что, действительно не ценит свою жизнь?

Поскольку Мао относилась к Юэ в этой статье, как к главной жене, было ясно, что она прекрасно понимает сложившиеся взаимоотношения. То, что она всё равно проталкивала Шию вперёд в своей истории, чтобы подбодрить зверолюдов, подразумевало, что она ценила журнал больше своей жизни.

[В качестве извинения перед Юэ, и в качестве замечательного завершения этой статьи, я, в итоге, решила включить её интервью как есть.]

— Ха, она полностью отступила от своего прошлого решения.

— Могу понять почему. Юэ-сан пугает, когда зла.

Сузу и Рютаро могли практически услышать: «Простите за всё, что понаписала, пожалуйста, пощадите меня», — сочащееся из слов на странице. Поскольку большая часть их группы пала, Сузу решила прочитать вслух слов драгоценной для Хадзиме Юэ.

[Всё, что мне дорого, было дано мне Хадзиме. Если бы он не освободил меня в тот день, я бы наверняка всё ещё была бы заключена во тьму в глубинах бездны.]

Все слушали внимательно, ловя каждое слово Сузу.

[Он дал мне причину жить. Благодаря ему я встретила свою лучшую подругу с представителем расы, которую я так уважаю, и подругу, рядом с которой я могу быть сама собой. Я уверена, что в будущем продолжу принимать ещё вещи от Хадзиме, в связи с чем я хочу, чтобы Хадзиме тоже находил вещи, которые будут ему дороги. Будь это люди, объекты или что-то совсем иное. Как только его путешествие закончится, я хочу видеть Хадзиме улыбающимся в солнечном свете, окружённым множеством близких ему людей.]

Это по этой причине Юэ решила принять Шию. Она хотела, чтобы парень, встреченный ею в бездне, однажды смог улыбаться в лучах солнечного света.

Звонкая тишина опустилась на поляну. Даже насекомые перестали издавать звуки. Наконец, тишина была нарушена звуком Хадзиме плюхающегося на стол. Он был красным до самых макушек ушей. Выслушивание искреннего признания принцессы вампиров было слишком смущающим. Это был первый раз, когда кто-либо видел, чтобы монстр из бездны дрожал от смущения.

— В итоге, похоже, что всю группу Хадзиме нокаутировали.

— Боже, это так слащаво, что может вызвать диабет. Мне нужно чёрное кофе или что-нибудь подобное, чтобы прополоскать рот. Давай, Коуки, пошли отсюда.

— Л-Ладно… Да, это звучит неплохо. О, но давай выберемся куда-нибудь в тихое место, Рютаро. Я не хочу, чтобы кто-нибудь в Вербергене видел меня с ещё одним парнем.

— А, постойте! Я иду с вами! Здесь слишком неловко оставаться!

Коуки, Рютаро и Сузу в спешке покинули поляну. Хадзиме и остальные валялись всё также на столе ещё долгое время после их ухода. Заслушивание истинных чувств их соратников заставило всех непередаваемо смутиться.

Пробивающиеся лучи солнца грели спины их группы, пока они лежали гармоничным кругом.

Эта сцена была и чудом, и знаком грядущего светлого будущего.

Первое издание возрождённого Ежемесячника Вербергена оказалась настолько успешным, что Мао пришлось делать несколько тиражей. История Шии особенно стала вдохновением для зверолюдов повсюду, и спустя время была переиздана в Вербергене в качестве сказки. Столетия спустя любовная история Шии, похожая на историю Золушки, станет легендой.

  1. Тут была забористая шутка из игры слов. Коуки говорил «ketsui no shisen», т.е. «решительный, твёрдый взгляд». На что Рютаро переспросил «ketsu e, no shisen?», что означает «взгляд, на задницу?». Просто непередаваемо, хех.

Горячие клавиши:

Предыдущая часть

Следующая часть