Глава 179. Мужская гордость и гордость мастера магических устройств

Далия и Вульф отправились в храм на карете, забрав с собой Браслет-поглотитель маны.

Тобиас помогал Озвальду убирать материалы в мастерской.

Браслет был готов, Ирма и ребёнок наверняка будут спасены, Марселла тоже успокоится… Облегчённо вздохнув, он закрыл последний ящик с магическими пластинами — и в тот же миг мир перед глазами поплыл.

Видимо, напряжение наконец отпустило. Волна жуткого озноба и тошноты накрыла его с головой.

Тобиас добрался до уборной и вырвал всё, что было. Но желудок был пуст, и облегчения это не принесло.

Магия иссякла полностью. Головная боль усиливалась, тошнота не проходила.

Пальцы, белые и ледяные, едва могли повернуть дверную ручку.

Нужно уйти домой, пока не упал и не доставил хлопот.

Решив так, он вернулся в мастерскую.

Но там Озвальд наливал в бокалы скорпионовую водку.

Рядом стояла бутылка Скорпио.

Марселла как-то пил то же самое. Кажется, это был очень крепкий напиток.

От одного запаха алкоголя голова закружилась сильнее.

— Награда за завершённую работу. Выпейте.

Если он выпьет это сейчас, то точно рухнет.

Но под давлением странной уверенности Озвальда Тобиас сделал глоток, надеясь, что это взбодрит его.

Вкус алкоголя почти не чувствовался, лишь лёгкая горечь после. Эту характерную горечь он узнал.

— Это… зелье восстановления магии?

— Мне нужно было выпить половину. Выбрасывать остальное было бы расточительством.

— Благодарю за заботу.

— Не стоит, это просто мои остатки.

Озвальд наотрез отказывался признавать своё участие, и от этого под ложечкой засосало.

Допив бокал, Тобиас вдруг сказал то, о чём лучше было промолчать:

— Господин Зола, с вашей правой рукой всё в порядке?

Озвальд слегка нахмурился, взял бокал кончиками пальцев правой руки и покачал им.

— Как видите, всё в порядке. Далия тоже заметила?

После наложения заклинания Озвальд скрывал правую руку, запачканную кровью, полотенцем. Но Тобиас видел: все ногти, кроме большого пальца, были покрыты трещинами.

Обычный человек закричал бы от такой боли. Но этот мужчина, стиснув зубы, терпел с невозмутимым лицом.

— Нет, думаю, она не заметила.

— И хорошо. Не хотелось бы выглядеть жалким мужчиной перед женщиной. Ах да, вы тоже проявили упорство. Долго держались, хотя магия давно иссякла.

Тобиас не нашёлся, что ответить на это, и тогда Озвальд налил ему уже по-настоящему крепкий напиток.

От этого уже не отвертеться.

— Раз уж выпили, мистер Орландо, я хотел бы спросить кое-что.

— Что именно?

— Почему вы бросили Далию и выбрали нынешнюю супругу?

От неожиданного вопроса у Тобиаса перехватило дыхание.

Лицо Озвальда улыбалось, но голос был холодным, как лед.

— Когда-то на собрании баронов Карло хвастался: «Мой новый ученик — мастер тонкого контроля магии, аккуратен в работе. Из него выйдет отличный мастер магических устройств». И вот теперь я вижу вас… и удивляюсь.

— …Наверное, считаете меня дураком?

— Да. Я подумал, что вы глупец. Как можно, имея невесту, долго оставаться помолвленным, а перед самой свадьбой совершить такую глупость? Вы напомнили мне мою бывшую жену, сбежавшую с учеником.

— …Что?

Тобиас издал странный звук от такой резкой смены темы.

Озвальд, покачивая бокал, продолжил совершенно спокойно:

— Моя первая жена сбежала с учеником. Тогда я был готов всё бросить. Поэтому мне и хотелось услышать «оправдание бросившего».

Можно было не отвечать. Отделаться общими фразами или ложью.

Но, хлебнув горького вина, Тобиас ответил честно:

— Вы, наверное, посмеётесь… но с первой встречи я был безнадёжно очарован. Да, я колебался, но всё же считал, что она — моя настоящая, единственная любовь. Я хотел защищать её, мне больше ничего не было нужно… Я не видел ничего вокруг…

Звучало это жалко и банально. Самому было стыдно — история влюблённого дурака.

Озвальд тоже сделал глоток.

— Я не буду смеяться. Не скажу, что понимаю, но знаю, что запретная любовь с первого взгляда — не редкость. И вы не жалеете?

— Жалею… Мне стыдно за то, как я ранил Далию, как поступил подло. Этого не исправить.

— Понятно. А если бы могли… отпустили бы нынешнюю супругу и вернулись к прошлому?

— Нет… Этого не будет. Никогда.

Он совершил много ошибок. Ранил Далию, втянул в это других.

Но даже если бы пришлось потерять всё остальное — он не отпустил бы руку Эмилии.

Пусть это подло. Пусть жалко. Но это его выбор.

— То заклинание, что вы наложили ранее… и равномерность, и стабильность — всё было на хорошем уровне. У вас есть чутьё на магию. Если вы посвятите этому лет пятнадцать-двадцать, то превзойдёте даже меня.

— Вы шутите.

Тобиас фальшиво усмехнулся, считая это издевкой после смены темы.

Как бы он ни старался, ему никогда не достичь уровня Озвальда с его изысканными и безупречными заклинаниями.

— Мужчине вроде вас такие шутки не принесут мне никакой выгоды.

Серебряные глаза Озвальда смотрели прямо на него.

Атмосфера вокруг мужчины стала плотнее, и Тобиас невольно выпрямил спину.

— Я, как мастер магических устройств, взялся помочь Далии, но не смог справиться и вызвал вас. Поэтому я предлагаю вам плату. Той магической книги недостаточно для практики. Если у вас будут вопросы по содержанию или реализации — приходите ко мне через торговый дом. В пределах разумного я помогу.

— Но это будет обременительно для вас… И один день работы — слишком малая плата за такие уроки.

Озвальд, дворянин и глава торгового дома Зола, не мог не знать о проблемах дома Орландо и положении Тобиаса.

— Разве есть проблема в том, что два мастера магических инструментов встречаются по торговым делам? В следующем году я стану виконтом, бываю в королевском замке. У меня достаточно влиятельных друзей. Моя репутация не пострадает. Если хотите платить — обсудим это отдельно.

— …Благодарю вас.

Тобиас склонил голову.

Действительно, больше спросить не у кого.

В письме Карло было: «Если что-то непонятно — спроси у профессора Лины Лаурен».

Но она два года была наставницей Далии.

После разрыва помолвки Тобиас не мог обратиться к ней.

— Я многим обязан Карло. Так что помогу его ученику. И ещё… добавлю кое-что о «связях» из своей молодости.

— «Связях»?

Тобиас не понимал, о чём речь, и прищурился.

— В молодости я подарил браслет одной знакомой из торгового дома. Не обручальный, просто чтобы отваживать мужчин — она жаловалась на назойливые ухаживания во время работы.

Она носила его три сезона, но потом вернула с улыбкой: «Отдайте кому-нибудь другому».

Вскоре она надела обручальный браслет с чёрным камнем и обрела счастье. Правда, её муж оказался ревнивым, так что наши пути разошлись.

— …Понятно.

Тобиас не знал, что ответить на этот внезапный рассказ.

Может, Озвальд был пьян сильнее, чем казалось?

Размышляя об этом, он допил остатки напитка.

— Мать моей знакомой вскоре после замужества овдовела и вышла за купца. Видимо, решила, что без магии дочери будет трудно среди дворян. Аристократы холодны к тем, у кого мало или нет магии.

Моя знакомая была красивой женщиной с каштановыми волосами, умной, хоть и без магии.

— …Господин Зола?

Озвальд не назвал ни имени, ни дома.

Но Тобиас догадался, о ком речь.

— Когда занимаешься торговым делом, понимаешь цену дворянской власти. Неудивительно, если родные желают такого союза. Возможно, были и личные чувства.

Мать Тобиаса была из купеческой семьи. У неё не было магии, а когда-то она имела густые каштановые волосы.

Отец — дворянин, мать — простолюдинка. Возможно, её история была похожа на историю Эмилии.

В студенчестве она поддерживала его, хотя их семья была купеческой. Не ругала его за разрыв помолвки с Далией. Теперь она редко выходила из дома, держалась особняком.

Всё это сложилось в горькую картину.

— На этом мои воспоминания заканчиваются. Благодаря подрядам от дома Розетти и помощи Далии ваш торговый дом выправится. Дальше всё зависит от вас и Иренео.

— Я только приношу проблемы.

— Возможно. Даже если Далия простит вас после сегодняшнего, другие — нет. Вам предстоит долгий путь мастера магических инструментов, словно ползти по зыбучим пескам. Вам придётся выбираться, как муравью из пасти муравьиного льва.

В голосе Озвальда не было ни снисхождения, ни жалости.

Но Тобиас соглашался с каждым словом.

Серебряные глаза смотрели на него без насмешки, но и без сочувствия.

— Но… это последствия моего выбора.

— У вас есть коммерческие знания и чутьё на магию. Вы можете выбрать другой путь. Если хотите покровительства дворянина — я могу порекомендовать вас.

— Нет, спасибо. У меня нет иного способа загладить вину, кроме как жить как мастер магических устройств.

— …Я рад. Значит, в вас ещё есть гордость.

Озвальд широко улыбнулся.

Почему-то его улыбка напомнила улыбку учителя — Карло.

— Выбирайтесь, Тобиас. Доберитесь до моего уровня как мастер магических устройств. И тогда представьтесь мне как ученик Карло Розетти. Вот какую плату я хочу.

От этих слов мир поплыл перед глазами, и Тобиас не смог поднять голову.

— …Разве такой день настанет?

— Он не настанет сам. Заставьте его настать. Разве мастер Карло не учил вас: «Если не получается — измени метод и пробуй снова, пока не выйдет»?

— Он повторял это часто…

— И я, его младший товарищ, слышал это не раз. И следовал этому. Поэтому я здесь.

— …Благодарю вас.

Тобиас уткнулся лицом в поданное полотенце.

Если тереть глаза, они покраснеют и опухнут.

Эмилия заметит, будет волноваться…

Но сдержать слёзы уже не получалось.

— Ещё один совет от женатого мужчины. Я понимаю мужскую гордость, но говорите с супругой чаще. Вы, как и я в прошлом, слишком малословны.

— Как «учитель» в прошлом?

— Да, Тобиас. Не думайте, что супруга поймёт вас без слов. Это источник недопонимания. Не скупитесь на слова с теми, кто вам дорог.

За дверью стояли Эльмелинда с загадочной улыбкой и Эмилия, не скрывавшая покрасневших глаз.

Тобиас не знал, какое выражение выбрать, глядя на жену, сдерживающую слёзы.

Но он взял её руку и на этот раз решил сказать всё, что чувствовал.

Озвальд активировал артефакт защиты от подслушивания и бросил Тобиасу напоследок:

— Если есть любовь — будьте осторожны. Когда-то я сам сбежал от неё.