Дополнительная глава (3).

На следующее утро...

Почувствовав тепло руки на своей спине, Чизуру мягко очнулась ото сна.

— Мхм...

Когда она попыталась пошевелить своим телом, лежавшим между волнами белых простыней, то почувствовала лёгкую боль и онемение.

Слабый луч света заглянул в окно, указывая на то, что ночь вот-вот закончится, и наступит раннее утро.

Чизуру вновь изогнулась всем телом, желая увидеть лицо своего любимого рыцаря, который держал руку у неё на спине.

Однако Лукров остановил её движения и сказал нежным голосом:

— Она красная. Я продолжаю причинять тебе боль...

Он прошептал это низким голосом, от которого задрожал воздух.

Чизуру не сразу поняла, о чём он говорит, и попыталась отодвинуться.

Словно желая помешать ей сделать это, Лукров обнял её сзади за талию и нежно поцеловал в ответ. Чизуру задрожала, когда дрожь пробежала по её спине от контрастного ощущения холодных губ Лукрова и горячего дыхания, исходящего от них.

Лукров двинулся губами дальше вниз по её спине.

Он медленно спустился от поцелуев в центр её спины к концу. Когда он дошёл до конца, Лукров наконец отстранился.

В то же время воспоминания о прошлой ночи нахлынули на Чизуру подобно наводнению.

Прошлой ночью, чуть позже полуночи... Лукров яростно схватил её.

Прислонившись спиной к каменной стене, она была охвачена страстью, которая, казалось, хотела поглотить всё её существо.

Лукров продолжал колотить Чизуру по внутренностям, заставляя её содрогаться, как марионетку, вонзаясь всё глубже и сильнее. Сеанс поцелуев длился долго, и к тому времени, когда Лукров наконец достиг своего оргазма, Чизуру была измотана.

Время от времени случались такие ночи, как эта.

Иногда, но не всегда, он искал её с необычной силой, которая казалась наказанием и Чизуру, и ему самому.

Чизуру точно знала, почему это произошло...

— Прости, Лукров.

Пока Чизуру что-то бормотала, Лукров внезапно приподнял её верхнюю часть тела и развернул, схватив за плечи. Тело, которое лежало на боку, теперь лежало на спине. Лукров навис над Чизуру, глядя на неё сверху вниз.

— Почему это ты извиняешься передо мной?

Мужественный голос Лукрова становился чрезвычайно властным всякий раз, когда он становился немного эмоциональным, как сейчас.

— Тебе приснился плохой сон? Это всё моя вина...

— Это не твоя вина.

Лукров уверил её твёрдым тоном и продолжил:

— Даже если это так, это не повод причинять тебе боль. Иногда я боюсь, что могу сломать тебя.

Некоторое время они молча смотрели друг на друга, а затем пристально посмотрели друг другу в глаза, словно желая подтвердить свои чувства. Она могла видеть очевидные признаки сожаления и разочарования в его глазах, и она почувствовала, как её грудь сжалась, затрудняя дыхание.

Дело было не в том, что Лукров хотел навредить Чизуру.

Просто иногда он мог высвободить свои бушующие эмоции и страхи своего прошлого одиночества, только дав волю своим диким страстям до такой степени, что потенциально мог причинить боль Чизуру.

Он был свирепым человеком, хорошо обученным воином, рыцарем, которого когда-то называли Рыцарем Пламени и превозносили как лучшего рыцаря в стране.

Тем не менее, количество подобных ночей с течением времени неуклонно сокращалось.

— Всё в порядке. Не делай такое лицо.

Чизуру считала, что спешить не нужно. На самом деле, обычный Лукров был настолько добр, что компенсировал это, и этого было более чем достаточно. Всякий раз, когда Чизуру баловала его, он всегда исполнял её желания, чего бы это ни стоило.

Чизуру счастливо улыбнулась ему.

— Мы провели много... мероприятий, и я проголодалась. Я хочу поесть здесь. Ты можешь принести нам чего-нибудь поесть?

Лукров улыбнулся в ответ. Его губы были раздвинуты в слегка саркастической усмешке, когда он пытался подразнить Чизуру.

— Ты единственная, кто может просить о подобном у Хозяина Замка. Ты это понимаешь?

— Но ты же принесёшь мне поесть?

— Ничего не поделаешь.

Лукров быстро наклонился и нежно поцеловал Чизуру в щёку. Выражение его лица было счастливым, несмотря на его дразнящие слова.

— Если таково желание моей жены, я не могу не исполнить его. Пожалуйста, подожди немного.

Это было одним зимним днём – ровно через год после того, как они поженились.

* * *