Возвращение в вечность 2.0

Глава 1

Харуюки положил голову на колени Энеми Легендарного класса Архангела Метатрон и сомкнул веки.

Ему выпала такая честь, когда они находились в загадочном пространстве, которое не относилась ни к высшему уровню Ускоренного Мира, ни к среднему, ни даже к нижнему. Над головой блестело полное звёзд небо, под ногами простиралось море из облаков. Метатрон выглядела как человек, а не как привычная трёхмерная иконка, да и сам Харуюки находился здесь не в виде дуэльного аватара, а самим собой, ещё и в пижаме.

Накануне Метатрон совершила настоящее чудо, появившись в комнате Харуюки, одетая как школьница. Казалось бы, по сравнению с этим возможность понежиться на её коленях — пустяк, однако Харуюки не знал, настоящая ли это Метатрон. Дело в том, что он лежал в своей кровати, крепко спал и видел сон.

Метатрон рассказала, что по мере усиления их связи научилась общаться с ним во время сна, однако Харуюки подозревал, что все эти сны — самые настоящие, потому что в них вечно высокомерная и не позволявшая даже притрагиваться к себе Метатрон становилась на удивление мягкой и нежной.

Погружаясь в полудрему, Харуюки раздумывал над тем, нельзя ли наверняка узнать, спит он или же действительно разговаривает с той самой Метатрон из неограниченного нейтрального поля.

Попробовать прижаться к ней посильнее?.. Но он боялся наказания, которое постигнет его, окажись Метатрон настоящей.

Ненадолго проснуться и снять нейролинкер?.. Но он не знал, как заставить себя пробудиться.

Раз так, почему бы не задать ей вопрос, ответа на который он сам совершенно точно не знает?

Харуюки открыл глаза и обратился к прекрасной девушке-архангелу:

— ...Послушай, Метатрон.

— Что такое, слуга?

Метатрон положила правую руку на макушку Харуюки и чуть-чуть наклонила голову. «Даже здесь она называет меня слугой…» — подумал Харуюки, а затем озвучил вопрос, который вот уже несколько дней не давал ему покоя:

— Как думаешь… почему Нюкта пыталась исполнить желание Цукиори-сан, то есть Уники?

— …

Вместо ответа Метатрон подняла взгляд и посмотрела в звёздное небо.

Прошла четыре часа после появления «чёрной тучи», которое едва не погубила Ускоренный Мир. Они разбирались с этим делом буквально сегодня днём. Туча появилась из-за действий одного из семи высший созданий, Богини ночи Нюкты, которую разбудила бёрст линкер шестого уровня Найтрайд Уника, она же Цукиори Риса. Неделю назад Рисе, гимнастке, не повезло во время большого чемпионата — из-за поломки трамплина она получила серьёзные травмы: ушиб лба, вывих шейного отдела позвоночника и разрыв связок левого плеча. К тому же она долгое время не приходила в сознание. Врачи полагали, что виной тому сотрясение мозга, но настоящая причина крылась в другом.

Когда трамплин сломался во время прыжка, тело Рисы бросило в неконтролируемое вращение. За те несколько мгновений, что отделяли её от жёсткого удара об мат, она инстинктивно прошептала команду «анлимитед бёрст» и отправила своё сознание на неограниченное нейтральное поле.

Терзаясь глубоким отчаянием, она скиталась по Ускоренному Миру, и наконец вошла в подземелье парка Ёёги, влекомая загадочным голосом. Там она повстречала хозяйку подземелья, Энеми Ультра Класса по имени Богиня Ночи Нюкта, которая согласилась исполнить её желание «навечно уснуть в Ускоренном Мире» и изгнать всех прочих бёрст линкеров. Именно эту цель преследовало «чёрное облако».

Харуюки понимал горе и отчаяние Рисы. Тот чемпионат был для неё едва ли не последней возможностью выступить на ближайшей Олимпиаде; она долго тренировалась, чтобы показать себя во всей красе, но ей чудовищно не повезло — никто не мог представить, что сломается трамплин, а сама Риса получит такие травмы, которые поставят под вопрос её будущее как гимнастки. Наверное, Харуюки на её месте тоже не захотел бы больше возвращаться в реальный мир.

Но что насчёт Нюкты?

Почему Энеми того же класса, что и защищающие Имперский Замок «Боги», пыталась исполнить желание Рисы?

Харуюки надеялся, что Метатрон, тоже относившаяся к высокоуровневым Энеми, сможет разгадать мотивы Нюкты, и потому спросил её… но когда архангел опустила взгляд, она лишь медленно покачала головой.

— Неужели ты… тоже не знаешь?

После второго вопроса её блестящие губы все-таки разомкнулись.

— Есть вещи, которые неведомы и мне, слуга. В последнее время... мне даже кажется, что их несоизмеримо больше, чем тех, о которых мне известно.

— Вот как…

Харуюки не мог представить, что заносчивая Метатрон может говорить таким мягким голосом. Он уже успел решить, что всё-таки спит, а вовсе не общается с Метатрон, но в этот момент…

— Однако у меня есть смутная догадка относительно причин пробуждения существа Нюкты, — задумчиво продолжила Метатрон, пропуская волосы Харюуки между пальцев. — Мы, высшие существа, не знали о смысле нашего существования до того самого момента, когда разразилась межсерверная война. Именно это отличает нас от Четырёх Богов, которым дан безоговорочный приказ охранять от проникновения зону 00, она же — Имперский Замок.

— Н-но ведь… вам тоже приказано защищать Четыре Великих Подземелья… или Пять, если считать то, что под парком Ёёги.

— Никто не приказывал нам их защищать. Эти, как ты выразился, подземелья — наши жилища и крепости, мы лишь прогоняем незваных гостей… Мы сражаемся за них по той же самой причине, по которой вы, воины, каждую неделю отстаиваете территории.

— П-понятно… — Харуюки кивнул и на этот раз решил, что всё-таки не спит, и на самом деле разговаривает с Метатрон, живущей на неограниченном нейтральном поле.

В таком случае вновь возникал вопрос о том, почему девушка-архангел стала такой ласковой, но Харуюки решил оставить его на потом — он знал, что если спросит, Метатрон опять превратится в надменную и заносчивую «хозяйку».

Метатрон вновь погладила волосы Харуюки и продолжила:

— К тому же в подземельях мы сражаемся с вами лишь в «первых формах», которые можно считать аналогом Усиливающего Снаряжения. Более того, первые формы действуют автономно. Сами мы лишь наблюдаем за битвами на правах зрителей и можем лишь болеть за наши тела.

— Так вот оно что… — Харуюки снова кивнул. — Я правильно помню, что если победить первую форму, соблюдая особые условия, можно сразиться с истинным телом Святой? Случалось ли такое хоть когда-нибудь, не считая того случая, когда мы втроём с Тию и Лидом освободили тебя?

— Со мной — нет, никогда. Полагаю, прочие Святые ответили бы то же самое. Но напомню, слуга, неделю назад вы с Блэк Лотос одолели лишь первую форму Нюкты. Будь она в истинном облике, вы не продержались бы и десяти секунд.

— Ого… э-это получается, что Нюкта выставила на бой первую форму, хоть и осознавала, что та слабее настоящей? Н-но зачем?.. — изумился Харуюки.

Пальчики Метатрон сжали прядь его волос и несильно подёргали.

— Как я уже говорила, мне неведомы причины, по которым существо Нюкта повело себя таким образом. Но я могу предположить, почему Нюкта откликнулась на зов воина по имени Найтрайд Уника и пробудилась от долгого сна.

— И правда, говорила. Так почему же?..

Харуюки и сам не заметил, как поднял голову с колен Метатрон, уселся напротив неё и, затаив дыхание, стал ждать ответа.

Как ни странно, архангел немного замешкалась.

— ...Все святые стремятся узнать, ради чего мы существуем в этом мире. Первые сотни лет мы считали, что наша задача — оберегать «артефакты», покоившиеся в наших крепостях. Но воины забрали артефакты, победив лишь первые формы и так и не сразившись с нами. Артефакты исчезли, но мы остались. Воины почти перестали ходить к нам, поэтому мы начали задумываться и спрашивать себя: «Что мы здесь делаем?»

Весной этого года закончился восьмой год с запуска Брейн Бёрста 2039. Даже для Харуюки это был внушительный срок, но Метатрон и остальные Святые провели на неограниченном поле уже больше восьми тысяч лет.

Разумеется, Метатрон, будучи искусственным интеллектом, воспринимала время не так, как настоящие люди. Она однажды упомянула, что может приостановить свой разум и таким образом уснуть хоть на сотни лет. Но всё это не меняло того факта, что Метатрон прожила почти целую вечность.

Харуюки не знал, что ответить. Метатрон продолжила мягким голосом:

— Все мы пытались прийти к ответу на этот вопрос по-своему. Кто-то наблюдал за миром с высшего уровня, кто-то обрубил все каналы для поступающей извне информации и углубился в раздумья, ну, а я… обратилась за помощью к воинам. Я ещё ни разу не говорила об этом, но ты не первый. До тебя был ещё один воин, с которым мне удалось наладить крепкую связь.

— Что?! — впервые за эту ночь Харуюки подпрыгнул от изумления.

Он чуть не потерял равновесие и не упал на облачную постель, но замахал руками и удержался. Затем он резко придвинулся к Метатрон.

— Д-до меня?! К-кто это был?!

— Возможно, однажды я… скажу тебе имя, — ответила Метатрон и вновь посмотрела на звёзды.

Увидев на её лице нотки тоски и печали, Харуюки не осмелился расспрашивать дальше, подавил вспыхнувшее любопытство и кивнул.

— Ладно… Ну, в общем, Нюкта пыталась исполнить желание Уники, потому что искала ответ на вопрос, да?

— Возможно, ты прав, а возможно, нет. Быть может, Нюкта стремилась не просто исполнить желание Найтрайд Уники, но и заполучить её, и в конечном счёте слиться с ней.

— С… с-с-слиться?!

Харуюки вновь подпрыгнул от изумления, но на этот раз ещё и мысленно кивнул, кое-что для себя уяснив.

В конце той битвы, когда Нюкта призвала огромную первую форму, она в буквальном смысле заключила внутри неё Унику. Сильверу Кроу и Блэк Лотос удалось пробить оборону с помощью совместной Инкарнационной техники, но если бы у них не вышло, Уника — вернее, Риса — наверняка погрузилась бы в вечный сон. В конце концов, именно этого она и желала.

— И возможно… ровно того же желаю и я, — прошептала Метатрон, а затем вдруг вытянула руки и схватила Харуюки за щёки. — Быть может, я пытаюсь углубить нашу связь, потому что хочу на манер Нюкты закрыть тебя внутри себя. Не просто копию твоего мозга в лайткубе, а именно настоящую душу внутри живого тела. Что ты скажешь на это, слуга?

Метатрон задала такой неожиданный вопрос, что Харуюки недоуменно заморгал, не пытаясь вырваться из ее рук. Ответил он только через пару секунд.

— Хм-м… Конечно, вечный сон меня не устраивает, но я согласен с тем, что нашу с тобой связь надо углублять. Ведь возможно, однажды через неё ты сможешь полноценно существовать на низшем уровне… то есть, в реальном мире. Может, именно тогда ты найдёшь свой ответ…

Метатрон несколько раз моргнула, а затем вдруг растянула щеки Харуюки в разные стороны.

— ...Х-хза сто?

— За то, что ты чересчур дерзко выражаешься, слуга, — Метатрон резко разжала пальцы, схватила голову Харуюки, на глазах которого выступили слезы, и бесцеремонно уложила её обратно на свои колени. — Воину, который до сих пор не может в одиночку победить даже существо Звериного класса, ещё слишком рано волноваться обо мне.

— Х-хорошо… — ответил Харуюки, расслабившись и позволяя сну одолеть его — пусть даже в действительности он и так спал всё это время.

Закрыв глаза и чувствуя, как его тело становится всё легче, он задумался.

Инадатэ Нодзоми уже сообщила о состоянии своего «ребёнка» после пробуждения. Курс лечения ушиба и вывиха обещал растянуться на два месяца, а разрыв связок и вовсе означал отстранение от соревнований на полгода, и это в случае успешной операции. И тем не менее Нодзоми заявила, что Риса всё ещё не потеряла надежды выступить на Олимпиаде в следующем году. Безусловно, её задача сильно усложнилась, но если она добьётся впечатляющих результатов на национальном отборочном чемпионате следующей весной, её вполне могут взять в сборную Японии.

Сам Харуюки с самого рождения был бесконечно далёк от мысли о том, чтобы выступать за страну. Он даже не мог толком представить всю важность происходящего, но всё равно хотел помочь Рисе, если получится. Харуюки верил, что девушка, решившая пробудиться от вечного сна на неограниченном нейтральном поле и снова вставшая на путь борьбы, обязательно справится.

Но как поступит Нюкта?

Она потеряла Унику, уже соединившись с ней даже крепче, чем Харуюки и Метатрон. Вернётся ли она в подземелье Ёёги, чтобы вновь погрузиться в бесконечный сон? Поскольку вторгшиеся в Брейн Бёрст драйв линкеры своими глазами увидели опасность чёрной тучи, едва ли они выберут Нюкту в качестве своей мишени.

Никто пока не знал, чем кончится межсерверная война, но даже если Брейн Бёрст выживет, будет ли она и дальше скрываться в самых глубинах подземелья, где нет ничего ценного? Вытерпит ли сотни и тысячи лет одиночества, забытая всеми бёрст линкерами?

«Такова судьба наделённых разумом высших существ», — прозвучал на задворках его сознания голос Метатрон, которая словно прочитала его мысли.

Харуюки попытался побороть сонливость и ответить, но нежный шёпот неумолимо замедлял его разум.

«Спи. Время следующей битвы ещё не настало.»

Затем Харуюки мягко погрузился в глубины сна внутри сна.

Глава 2

— Да уж, вот так преподобный перфоратор!

Прикончив в три захода фруктовое желе, пришедшая навестить Рису Инадате Нодзоми, или Мимоза Бонго, метким броском отправила стаканчик в урну и произнесла эту непонятную фразу.

— ...Причём тут какой-то перфоратор? — решила всё-таки уточнить Риса.

— Ой, разве такого выражения не существует? — переспросила Нодзоми с нарочито серьёзным видом. — Я думала, это вполне себе аналог «святых пассатиж».

— Не слышала.

— Ох. Значит, с сегодняшнего дня начинаем активно пользоваться, чтобы оно вошло в моду.

— Ни за что!

По ходу не отличающегося глубокомысленностью разговора Риса прикончила своё виноградное желе и положила пустую упаковку на протянутую ладонь Нодзоми.

— Глубочайше благодарю за угощение, Нодзо-семпай, мне очень понравилось.

— Ещё бы, я за ними специально в подземный универмаг Сибуи ездила. Представляешь, одна штука почти 500 иен стоит!

— Ох, вы так на меня потратились?! Надо было половину на потом оставить…

— Ты прямо как скупая бабушка, Риса, но такую я тебя и люблю. Вот только сколько мне ещё повторять, чтобы мы с тобой на «ты», особенно когда не на секции?

Ещё одно меткое попадание в урну — и Нодзоми уселась на край койки.

Несмотря на воскресенье, она пришла в гости в олимпийке. Впрочем, Риса втайне считала, что немного похожей на мальчика Нодзоми олимпийка шла прекрасно, уступая разве что обтягивающей гимнастической форме. Риса, правда, и сама была одета в шорты и футболку с логотипом секции. На её шее поверх нейролинкера сидел бандаж, а на левом плече — заменяющий гипс фиксатор из термопластика. Боли не было, пока она не пыталась двигать повреждёнными частями тела.

Нодзоми о чём-то задумалась, принявшись болтать в воздухе ногами. Поняв, что спросить придётся самой, Риса заговорила, все-таки перейдя на «ты»:

— Так всё-таки при чём тут перфора… тьфу, то есть, чему ты так удивилась, Нодзоми?

— А? Ах, да, точно! Просто я никак не ожидала, что именно ты окажешься виновницей дела о чёрной туче, которое вызвало огромную панику даже в реальном мире, — ответила Нодзоми, плюхнувшись на постель и подползая поближе к Рисе.

— Н-никакая это не моя вина… — не слишком уверенно ответила Риса подруге, которая уже откинула голову на вторую подушку и потихоньку подползала к ней. — Ладно… может, отчасти и моя, но я просто спала и не знала, что снаружи творится такое…

— Не криви мордашку, я тебя ни в чём не обвиняю, — не вставая с постели, Нодзоми вытянула руку и дёрнула Рису за связанные в хвост волосы. — Я радуюсь уже тому, что ты хотя бы вернуться смогла. И что обошлось без по-настоящему серьёзных травм. Ты ведь не собираешься бросать гимнастику?

— Нет, конечно, — Риса уверенно кивнула.

Нодзоми широко улыбнулась.

Риса ответила тем же и посмотрела на виртуальные часы перед глазами. 16:40, доктор разрешил им общаться до пяти. Но, хотя им столько хотелось обсудить, тишина тоже оказалась на удивление комфортной.

Риса получила травму и попала в больницу в воскресенье 21 июля. Прошла ровно неделя, сегодня было уже 28 число. Когда Риса очнулась в парке Ёёги, она не сомневалась в том, что это произошло сразу после несчастного случая, но на самом деле с тех пор миновала уже целая неделя, причём по часам реального времени. На неограниченном нейтральном поле она пролежала на одном месте целых двадцать лет, совершенно беззащитная. Риса ничего об этом не помнила, но догадывалась, что если бы не высшее существо Богиня ночи Нюкта из Святилища Венеры, которая отгоняла от неё диких Энеми, она быстро потеряла бы все бёрст поинты.

Но почему Нюкта спасла её?

Ей рассказали, что Богиня ночи — одна из сильнейших во всём Ускоренном Мире Энеми Ультра Класса, равная по силе стерегущим Имперский Замок Четырём Богам и способная (если не на шутку разозлится) разметать даже Королей. Именно о ней перед соревнованием говорила Нодзоми, когда провожала Рису к стадиону в Ёёги для тренировок опорного прыжка, предупредив, что в лабиринте под парком прячется Энеми столь опасный, что подземелье давным-давно опечатали.

В своё время Нюкта полностью лишила бёрст поинтов множество бёрст линкеров — но почему Рису не постигла такая же судьба? После пробуждения Риса много раз пыталась найти ответ, но никакие объяснения на ум не приходили.

— Нодзо-семпай, — Риса тоже откинулась на койку и обратилась к лежащей рядом Нодзоми. — Помнишь, ты рассказывала о твоём «родителе»? Ты сказала, она провела на неограниченном поле в общей сложности 20 лет, а затем растеряла все очки.

— Угу… — Нодзоми устремила глаза к потолку.

— Мне вот интересно, действительно ли она ходила туда только оттачивать гимнастическое мастерство?.. Ты не думала, что у неё могли быть другие причины погружаться в тот мир?

— Не знаю… — тихо отозвалась Нодзоми, покачивая головой с коротко стрижеными волосами. — Она… почти никогда не водила меня на неограниченное поле… Ну, прямо как я. Когда у тебя появится свой «ребёнок», ты нас поймёшь: не хочется его туда отпускать. Всегда мучаешься при мысли: «А что, если он там наткнётся на опасного Энеми или ПКшного гада и потеряет все очки?»... Н-да, девочки в 16 лет о таком обычно не разговаривают.

Нодзоми смущённо усмехнулась, а Риса коснулась головой её левого плеча.

— Выходит, я тебя сильно перепугала… прости.

— Я же говорила — радуюсь уже тому, что ты хотя бы вернуться смогла, — Нодзоми нащупала левой ладонью правую руку Рисы и нежно сжала.

Федерация гимнастики Японии признала, что приведшая к травме поломка трамплина произошла по её недосмотру, взяла на себя все медицинские расходы и даже оплатила Рисе отдельную палату. Кроме того, палату ей выделили с южной стороны здания, так что сейчас в огромное окно пробивались золотистые лучи летнего заката.

Нечто похожее на лестницу в небо поблёскивало под кучевыми облаками — неужели космический лифт Гермесов Трос? В младших классах среди её одноклассниц бытовало поверье, что если загадать имя любимого человека, пока над головой проносится Трос, любовь будет взаимной. Сама Риса никогда не проверяла поверье на практике… и даже не пыталась. Дожив до 15 лет, она так ни разу ни в кого и не влюбилась.

Возможно, четырёхкратное сальто Михаэлы Раковицэ, которое она увидела в возрасте 8 лет, так поразило Рису, что навсегда лишило её возможности испытывать чувство восхищения и восторга перед чем-то иным. С тех самых пор у неё не возникало желания заводить не только друзей, но и подруг. Те немногие подружки, которые всё-таки появились, завели с ней знакомство сами, включая Нодзоми, самую близкую из них.

Риса плохо понимала других людей, и тем более не смогла бы разгадать мысли Энеми. Хотя вообще не совсем понятно, есть ли у Энеми мысли.

Тем не менее Риса почему-то продолжала без конца думать о Нюкте.

Нюкта могла уничтожить Рису бесконечным истреблением, но не стала так делать. Более того, она остановила всех Энеми, охранявших подземелье под парком Ёёги, проводила Рису в самые глубины лабиринта и даровала ей место, где та могла бы дремать вечно, как и хотела.

Но и это ещё не всё. Когда Риса решила, что вернётся в реальный мир вместе с Сильвер Кроу и Чёрной Королевой Блэк Лотос, Нюкта отпустила её и позволила уйти.

«Ты всё-таки возвращаешься? Ничего, пусть будет так. Я буду следить за вами. Всегда…» — сказала Нюкта напоследок.

Риса проснулась в этой палате четыре с половиной часа тому назад. Её тут же тщательно осмотрели врачи, затем к ней прибежала мать. Увидев слёзы на её не накрашенном лице, Риса почувствовала себя ужасно виноватой, поскольку всю эту неделю находилась не в коме, а внутри Брейн Бёрста. Она долго извинялась перед матерью.

После этого появился тренер из секции и представитель ассоциации гимнастики. Они забрали мать Рисы с собой, чтобы обсудить компенсации. Но стоило Рисе остаться одной, как появилась Нодзоми и с тех пор не покидала палаты.

Тем временем на неограниченном нейтральном поле прошло более чем полгода. Всё это время Нюкта дремала в одиночестве в глубинах лабиринта. А впереди её ждут ещё многие десятки и сотни лет одиночества…

— Всё-таки ты… очень похожа на неё, — вдруг прошептала Нодзоми.

Она отпустила руку Рисы и повернулась на левый бок. Глядя подруге прямо в лицо, Нодзоми заговорила, вспоминая прошлое:

— Она частенько смотрела такими же глазами. Её тело было рядом, но душа витала где-то далеко… Риса, ты ведь хочешь сходить туда ещёе раз?

— ...Да, — Риса медленно кивнула. — Возможно, ты рассердишься на меня, но… я считаю, что у меня остались незаконченные дела. Мне даже кажется, я не смогу вернуться в гимнастику, пока не разберусь с ними…

На лице Нодзоми появилась расстроенная и немного печальная улыбка.

— Чего это ты? Разумеется, я не стану сердиться. Рассердиться я могу только на то, что ты решила отправиться одна.

— Ты уже догадалась?.. — смущённо спросила Риса, но тут же приняла серьёзный вид. — Нодзо-семпай. Ты сказала, что радуешься уже тому, что я смогла вернуться. Безусловно, я рассчитываю вернуться и в этот раз, но… на неограниченном поле ни в чём нельзя быть уверенной. Я могу наткнуться на сильного Энеми, Нюкта может лишить меня очков, и на этот раз Нега Небьюлас не придёт на помощь… Поэтому я не могу просить тебя потакать моим капризам.

Риса старалась говорить как можно увереннее, чтобы донести до Нодзоми всю твёрдость своего отказа.

Однако её подруга даже не изменилась в лице. Она вытянула правую руку…

И зажала нос Рисы между указательным и большим пальцами.

— А-а! Ч-что ты делаешь?!

— С сегодняшнего дня я начинаю карать каждую твою дерзость — запрещаю дышать носом десять секунд.

Нодзоми не соврала — она отпустила нос Рисы ровно через десять секунд. Пока Риса в слезах потирала нос, лицо Нодзоми вдруг оказалось точно над ней.

— А теперь послушай меня, Риса. Не как бёрст линкера, а как семпая по секции. Не как «родителя», а как подругу. Я не смогла уберечь тебя от травмы. А до того толком не смогла помочь, когда ты упёрлась в стену и страдала.

Риса попыталась было возразить, но оробела под суровым взглядом Нодзоми.

— На отборочном этапе я тоже выполняла опорный прыжок. Подойди я к нему чуть серьёзнее — смогла бы заподозрить, что с трамплином что-то не в порядке. Не то, чтобы я прыгала вполсилы… но всё равно в душе считала, что пройти в финал по опорному прыжку мне не светит. Поэтому мои ощущения притупились…

— Нет… ты не виновата. Я тоже ничего не почувствовала во время отборочных…

— Но я должна была заметить! — приглушённо воскликнула Нодзоми и изо всех сил зажмурилась.

Риса поражённо смотрела на капельки, собравшиеся в уголках её глаз. Она никогда раньше не видела слез Нодзоми.

— Семпай… ты плакала, когда я спала?.. — задала она неожиданный и не совсем уместный вопрос.

На оказавшемся совсем близко над ней лице подруги появилась горькая улыбка.

— Разумеется. Я столько плакала, что у меня, наверное, обезвоживание началось.

— Ясно… вот, значит, как…

С одной стороны, ей хотелось извиниться за то, что она причинила Нодзоми столько печали, а с другой — куда больше хотелось радоваться тому, что кто-то проливал слезы ради неё. Риса тоже улыбнулась и протянула руку. Собрав слезы Нодзоми кончиками пальцев, Риса машинально поднесла их к губам.

Нодзоми недоуменно заморгала, затем её щеки залила густая краска.

— Ты… Что делаешь? Зачем ты их лижешь?!

— Жалко же, зря пропадут… У твоих слёз почти нет вкуса, Нодзо-сэмпай.

— И что мне с этим отзывом делать?..

Нодзоми подняла спину и покачала головой. Затем похлопала себя по щекам, словно пытаясь согнать с них жар.

— Я иду с тобой, — вдруг громко заявила она.

— Что? Но…

— Никаких «но», «ну» и «не»! Ещё раз повторю, теперь я обращаюсь к тебе не как «родитель» из Ускоренного Мира… Как твоя подруга из реального мира, я решила, что больше тебя одну никуда и ни за что не отпущу.

— Нодзо-семпай…

Слова, выражение лица и чувства Нодзоми грели Рису, словно лучи солнца, и в то же время заставляли её сердце обливаться кровью.

А затем в голову стукнула бесконечно очевидная, но до сих пор не посещавшая Рису мысль.

Нодзоми тоже бёрст линкер. А значит, у неё тоже есть моральная травма, лёгшая в основу дуэльного аватара.

Риса не знала, в чём состоит травма подруги. Тем более, Нодзоми никогда не выставляла свои шрамы, муки и сокровенные желания напоказ. Она старательно отыгрывала роль «родителя» Рисы — иногда ласкового, иногда строгого — и вела её вперёд.

Что, если у Рисы было нечто, что она могла подарить ей? Она больше не хотела отмахиваться от протянутой руки.

— ...Хорошо, семпай. Могу я попросить тебя… пойти вместе со мной?

— Ещё бы! — Нодзоми широко улыбнулась, но сразу же помрачнела. — Правда… не уверена, что мы справимся вдвоём…

— В смысле?

— Ты ведь собираешься встретиться с Нюктой, поговорить с ней и вернуться целой и невредимой? В подземелье нужно идти как минимум вшестером.

— Вшестером?..

Только сейчас Рисе пришло в голову, что на этот раз Нюкта может и не остановить Энеми, живущих в подземелье. Энеми Малого Класса они с подругой, быть может, и одолели бы, но пара аватаров шестого уровня ни за что не совладает с противниками Дикого или Звериного Класса.

— Мм… может, ты и права, но у меня не так много знакомых… а уж попросить о помощи я могу одну только Кометти…

Едва услышав имя Комет Сквикер, «девочки-волшебницы с игрушечным молотом», Нодзоми скривилась.

— Её?.. Сил ей действительно не занимать, но чувствую, она у нас в печёнках сидеть будет… Ладно, Риса, будем считать, что она с нами, но где взять ещё троих?.. Если ты не против, я могу пригласить своих знакомых.

— Хм-м, на самом деле… немного против. Понимаешь, я рассказала Кометти о том, что состою в секции гимнастики. Не хотелось бы, чтобы она ещё кому-нибудь проболталась.

— Да, согласна...

Нодзоми погрузилась в раздумья. Глядя в лицо подруги, Риса вдруг вспомнила.

Разве можно сказать, что у неё нет друзей-бёрст линкеров кроме Нодзоми и Комет? Конечно, прошло совсем немного времени, но он… и его товарищи вполне могли поддержать безумную затею Рисы.

— Нодзо-семпай… я попробую обратиться за помощью к Чёрному Легиону.

— Ч… что?! К Негабью?.. — Нодзоми вытаращила глаза от изумления, но на её лице тут же появилась печать глубоких раздумий. — Они, конечно, замечательные люди и, может быть, даже согласятся… но вряд ли прямо сейчас.

— Ах да… Прошло ведь всего пять часов после битвы с Нюктой…

Пока Риса просто спала, в небе над подземельем Ёёги развернулась битва, достойная эпического фильма. Бёрст линкеры не могут избавиться от накопившейся усталости всего за несколько часов… подумала Риса, но Нодзоми покачала головой, показывая, что дело не в этом.

— Это, разумеется, тоже… Но сейчас есть бедствие поважнее.

— Бедствие?..

Нодзоми кивнула и посмотрела в окно. Светлый июньский вечер заливал комнату жёлтым светом и рисовал отчётливые тени на простыне.

— Я сама многого не знаю, но дело вот в чём… — этими словами Нодзоми начала неторопливый рассказ.

Оказалось, что за ту неделю, которая Риса провела в палате, в Ускоренном Мире произошли невероятные события. Сначала бёрст линкерам пришлось победить Энеми Легендарного класса Бога солнца Инти, которого все до сих пор считали стихийным бедствием, выжигающим всех, кто подойдёт к нему слишком близко.

Затем изнутри него вылупился самый огромный в истории Ускоренного Мира Энеми-великан Ультра класса Бог апокалипсиса Текскатлипока, который наводил на неограниченное нейтральное поле даже больше ужаса, чем Инти. Сотни бёрст линкеров из малых и средних Легионов объединились в огромную армию «Эксерцитус», чтобы бросить ему вызов, но их сил не хватило. Ужасная катастрофа лишила всех очков больше двух сотен человек, после чего Тескатлипока остановился и самоуничтожился.

Его останки разваливались, пока не остались только ноги. Оказалось, что внутри тела скрывался красный портал. Через него в Ускоренный Мир пришли странные люди, назвавшиеся драйв линкерами. Они объявили войну бёрст линкерам.

— Драйв… линкеры, — повторила Риса новый термин, оставивший на языке неприятное послевкусие.

Подождав, пока закончившая рассказ Нодзоми промочит горло минералкой, она спросила:

— То есть они не бёрст линкеры… не игроки в Brain Burst 2039?

— Верится с трудом, но это так, — тихо ответила Нодзоми и вновь перевела взгляд на Рису. — По слухам, они пришли из игры, которая называется Dread Drive 2047. Если у этого названия такая же логика, как у BB2039, то DD появилась только в этом году.

— Что?.. Но я слышала, что все первые бёрст линкеры были первоклашками в начальной школе. И драйв линкеры тоже?..

— Не знаю.

Нодзоми покачала головой. Риса собиралась продолжить расспросы, но передумала. По всей видимости, её «родитель» тоже почти ничего не знала.

После затянувшейся паузы Нодзоми моргнула, словно вынырнув из раздумий.

— Возможно, Нега Небьюлас знает об этом больше, но я не успела их расспросить. Но кое-что из их слов я запомнила очень хорошо: настоящая война с драйв линкерами начнётся в полночь 28 июля.

— Двадцать восьмого… в полночь… — повторила Риса и снова скосила взгляд в угол виртуального рабочего стола.

Она трижды проверила дату время, затем уставилась на Нодзоми…

— Но это же через семь часов!

— Так и есть…

— И ч-что это будет за война? За территорию, как между Легионами?

— Нет… В битвах за территорию хотя бы есть строгие правила, но в войне с DD есть только условия победы, а остальное — это просто тотальная война по всем фронтам. Кстати, я так и не спросила, какие это условия.

— Мм… — промычала Риса, не в силах переварить невероятные новости своим скудным воображением.

Впрочем, Брейн Бёрст всегда был полон загадок. Кто-то считал, что это обкатка новой технологии, кто-то — что реклама новой игры. А тем временем прошло уже восемь лет со дня его запуска. Эксперименты и рекламные кампании не длятся так долго, и никто по-прежнему не понимал, какую выгоду получает загадочный администратор Ускоренного Мира.

Само существование этой игры находилось за рамками логики, поэтому в ней могло происходить всё что угодно… и всё-таки Рисе казалось, что война против игроков из другого мира — это всё-таки перебор. Едва ли все бёрст линкеры с удовольствием примут участие в таком мероприятии, более того, наверняка большая их часть вообще его проигнорирует. По крайней мере у Рисы эти новости не вызвали никакого энтузиазма, да и у Нодзоми, скорее всего, тоже.

— Нега Небьюлас собирается участвовать в войне? — спросила Риса, ожидая услышать очередное «не знаю», однако Нодзоми кивнула.

— Похоже, что да… но я не заметила, чтобы они этому сильно радовались. Они ведут себя так, словно у них нет выбора…

— Хмм… Ну да, это ведь один из Великих Легионов. Кстати, Нодзо-сэмпай, ты большая молодец, что приехала живьём на их территорию и поговорила с ними лицом к лицу.

Нодзоми смущённо почесала свои короткие волосы, явно поняв, что Риса говорит без какой-либо иронии.

— Просто я слышала о том, что Шоколад с подружками перешла в Негабью… Хотя нет. Если бы не это, я бы просто напала в Сугинами на кого-нибудь из Негабью и встала на колени. Я ведь была в отчаянии и даже не знала, вернёшься ли ты когда-нибудь с неограниченного поля.

Как только Нодзоми замолчала, Риса ткнула её пальцем в поясницу.

— На-адо же, Нодзо-сэмпай. Ты слишком сильно меня любишь.

— И что, плохо, что ли?! — выпалила Нодзоми, покраснев до ушей.

— Прости. Конечно же, не плохо, — поспешила заверить Риса. — Я тоже тебя люблю.

Нодзоми бросила на Рису не поддающийся описанию взгляд, но тут же отвернулась и протяжно вздохнула.

— Вроде, слова похожие, а вес у них совсем разный… Ладно, неважно. Вернёмся к разговору, а то у меня всего десять минут осталось. Короче говоря, Негабью сейчас полностью занят приготовлениями к войне против DD2047. Не думаю, что они могут отвлечься на прохождение подземелья Ёёги.

— Гмм, вот как?.. — невразумительно отозвалась Риса, вспоминая свой разговор с Сильвер Кроу на похожем на космос высшем уровне.

Хотя прошло всего пять часов, эти события окутались туманом, словно произошли во сне. Но она ещё помнила свой вывод: «он хороший парень». Хотя в реальности она встречала парней своего возраста только на соревнованиях, и даже в Ускоренном Мире не имела ни одного знакомого мужского пола, ей всё равно казалось, что Кроу можно доверять. Тем более что перед прощанием он предложил обращаться, если ей что-то понадобится. Едва ли он сделал это просто из вежливости.

— Слушай, Нодзо-сэмпай, — немного поколебавшись, вновь заговорила Риса. — Я всё-таки обращусь за помощью к Сильвер Кроу…

— А?.. Не к Негабью, а лично к нему?

— Угу. Что скажешь?

— Э-э… — Нодзоми покрутила головой настолько, насколько позволяла шея, и в конце концов кивнула. — Ну, это лучше, чем ничего. Кроу сейчас отдан в «аренду» Осциллатори Юниверсу, так что ему, наверное, проще отвлечься.

— А, вот как?.. Но ведь он «ребёнок» Чёрной Королевы, да? Как так получилось?

— Не знаю. У Великих Легионов насыщенная жизнь… И кстати, вот ты говоришь, что попросишь его о помощи, но у тебя вообще есть его контакты?

— А… — обронила Риса.

Она видела Сильвер Кроу лишь на загадочном высшем уровне и не обменялась почтовыми адресами. Усмехнувшись при виде застывшей подруги, Нодзоми заговорила чуточку заносчивее:

— Ла-адно уж, так и быть, поделюсь с тобой почтовым адресом Кроу.

— Что?.. Ты обменялась с ним контактами?

— Да, на всякий случай, когда приехала в Сугинами. Не только с Кроу, но и с Блэк Лотос, Скай Рейкер и ещё парой человек из Проминенса: Скарлет Рейн и Блад Леопард.

— Ух, завидую.

— И ещё с Аш Роллером из Грейт Волла.

— Да ладно? С этим разнузданным байкером?

— Тут такое дело… — Нодзоми замолчала и почему-то улыбнулась. — Хотя ладно, ты наверняка однажды увидишься с ним в реальности. Ой, меня уже скоро выгонят. В общем, я сама напишут Комет. Как встретимся внутри игры?

— Мм, у нас в шесть ужин, так что давай в семь.

— Окей. Перед больницей, хорошо?

— Нет, всем придётся делать слишком большой крюк, чтобы заскочить в Хироо. Лучше я дойду до… нет, Коэндзи слишком далеко, но хотя бы до Сасадзуки.

— Я не могу позволить, чтобы ты ходила на такие расстояния сама, ты же только пришла в сознание, — ответила Нодзоми таким серьёзным тоном, что Рисе пришлось уступить.

— Угу, поняла… Хорошо, будь по-твоему.

— Вот и славно. Я свяжусь с Кроу и перешлю тебе его почту.

С этими словами она упёрлась руками в кровать, приподнялась над ней и соскочила на пол гимнастическим приёмом. Тут же прокрутившись на месте, она вытянула правую руку.

Риса стукнула в её кулак своим, и Нодзоми покинула палату, пообещав: «Увидимся вечерком».

Когда дверь закрылась, Риса медленно выдохнула и ещё раз поднесла пальцы к губам.

Давным-давно она читала, что слезы гнева и досады солёные, а печали и радости — сладкие. Слезы Нодзоми показались Рисе и солоноватыми, и сладковатыми одновременно. Риса не знала, какие чувства Нодзоми собрались в этих капельках. С самого детства она думала лишь о своих выступлениях, а разобраться в мыслях других людей даже и не пыталась.

В ушах ожили слова, которые она когда-то услышала от Нодзоми:

«Я… не хочу видеть соревнования, в которых гимнасты стремятся к секунде славы в обмен на собственную жизнь. Спорт ведь был придуман не для того…»

Её высказывание посвящалось румынской гимнастке Раковицэ, которая восемь лет назад совершила настоящее чудо, исполнив на Олимпиаде четырёхкратное сальто, но при этом получила травму и покинула спорт.

В какой-то степени и Риса тоже была готова потерять всё ради хотя бы одного-единственного блестящего выступления.

Именно поэтому она впала в глубокое отчаяние, когда две недели назад во время чемпионата в отдельных категориях под ней сломался трамплин, и её прыжок превратился в полет головой прямо в пол. Она не смогла вынести того, что мир отобрал у неё так и не осуществившуюся мечту, сбежала на неограниченное поле, где и повстречала богиню Нюкту.

Почему Нюкта услышала мольбы Рисы? Почему была готова разрушить весь Ускоренный Мир ради того, чтобы исполнить её мечту о вечном покое?

Сейчас Риса решила, что если услышит от Нюкты ответ на вопрос, который она без конца задавала себе с самого пробуждения, то поймёт, к чему именно стремилась всю жизнь. И наоборот: не узнав ответа, не сможет вернуться в гимнастику даже избавившись от телесных ран.

— Прости, Нодзо-семпай… обещаю, это моя последняя прихоть… — прошептала Риса, откинула на кровать и стала ждать сообщения.

Глава 3

Мелодичный звук входящего сообщения выдернул Харуюки из короткого сна.

Он вскочил, как встрёпанный, и забегал взглядом по сторонам. В комнате, освещённой оранжевыми лучами вечернего солнца, не было никого, кроме него.

Харуюки почесал затылок, в котором всё ещё ощущалась приятная давешняя мягкость, и пробормотал:

— Наверное, мне всё-таки приснилось… Метатрон ни за что не разрешила бы уснуть у неё на коленях…

Помотав головой, Харуюки слез на пол и вышел в коридор.

Просторная гостиная тоже пустовала, в ней раздавался лишь тихий гул кондиционера. Несмотря на воскресенье, мать Харуюки отправилась на какой-то там семинар инвесторов и вернуться обещала лишь поздно ночью.

Чтобы освежиться, Харуюки достал из холодильника газировку и залпом выпил целую чашку. Часы показывали семнадцать минут шестого.

С трудом верилось, что прошло всего пять часов после напряжённой битвы с Энеми Ультра класса Богиней ночи Нюктой. Харуюки решил было, что это ему тоже приснилось, но стоило открыть приложение с новостями, как перед глазами выстроились заголовки, как один посвящённые крупному сбою в сети социальных камер. Убедившись, что теперь в новостях говорится уже о восстановлении работы камер, Харуюки закрыл приложение, испытав двойное облегчение. Помыв стакан, он вернулся в гостиную, сел на диван и откинулся так, что почти сросся с ним.

Через шесть часов и сорок минут Brain Burst 2039 и Dread Drive 2047 начнут полномасштабную войну за выживание. Если четверо из семи высших существ неограниченного нейтрального поля падут, то DD одержит верх, и BB исчезнет. Битвы займут трое суток до полуночи 31 числа.

В теории бёрст линкеры должны были собирать все силы и отправляться на защиту высших созданий. Идеальным вариантом было бы спрятать их внутри Имперского Замка, но боги на воротах наверняка, да что там, гарантированно не захотят сотрудничать. А изматывать высших существ битвой против защитников ворот — это играть на руку драйв линкерам.

Раз так, можно выбрать одно из четырёх, нет, пяти Великих подземелий. Если собрать там всех рядовых Энеми и нести вахту Великим Легионами, то даже Юнифаерзам, самым элитным из игроков DD, придётся сильно постараться, чтобы пробить такую оборону.

Но прежде, чем строить такие планы, следует выяснить, пожелают ли вообще существа, чтобы их защищали бёрст линкеры. Они крайне гордые создания и, за исключением Метатрон, наверняка хотят держать оборону в своих крепостях. Харуюки не видел способа их переубедить.

Хотя… Возможно, что они смогли бы отговорить от такой мысли хотя бы Богиню ночи Нюкту, пусть она и казалась наименее сговорчивой среди существ.

Выпрямив спину, Харуюки во всех подробностях вспомнил встречу с Нюктой на высшем уровне.

Между Нюктой и Найтрайд Уникой, точнее, её хозяйкой Цукиори Рисой, существовала связь, которая не уступала по крепости той, что возникла между Метатрон и Харуюки. Это было ясно любому с первого взгляда. Харуюки же сделал для себя ещё один вывод: Уника понравилась Нюкте. И раз так, Богиня ночи вполне могла согласиться с оборонительным планом, если бы переговоры вела именно эта девушка.

Во время сна Харуюки предположил, что драйв линкеры, увидев исходящую от чёрной тучи опасность, не решатся нападать на Нюкту, но это неточно. Наоборот, они могут решить, что оборона этого существа истощена, и бросить основные силы на штурм именно подземелья Ёёги. Поэтому следовало ещё подумать насчёт того, стоит ли Нюкте оставаться внутри него, но главное, чтобы она согласилась сотрудничать с бёрст линкерами.

— Вот только я не спросил контакты Уники-сан… — пробормотал Харуюки и тяжело вздохнул.

Прощаясь на высшем уровне, он по-пижонски сказал девушке, чтобы та написала, если ей что-то понадобится… но при этом сдуру забыл обменяться с ней почтовыми адресами. Должно быть, Уника неприятно удивилась тому, с каким придурком имеет дело.

С другой стороны, Харуюки сомневался, что ему хватит духа написать ей, даже имея её контакт. Даже в образе видения на высшем уровне Риса, хозяйка Уники, оказалась девушкой сногсшибательной красоты и силы духа

Впрочем, удивляться нечему. Риса — юниор-кандидат, то есть, гимнастка всеяпонского уровня. Харуюки никогда ещё не приходилось встречать настолько знаменитых бёрст линкеров. Сама Риса вела себя непринуждённо, и спокойно общалась даже с колобком по имени Харуюки, но тот всё-таки разглядел за улыбкой некое напряжение, словно девушка окружила свою душу стеной. Возможно, именно поэтому он так волновался во время разговора.

Конечно, каждый бёрст линкер хранит какие-то моральные травмы и поддерживает стену, которая их защищает. Однако у Харуюки всё равно осталось впечатление, что по сравнению с его примитивной травмой Риса борется с чем-то куда более глубоким и намного более запутанным.

На обратном пути Харуюки запустил словарь и выяснил, что цветовое имя «Найтрайд» означает «нитрид», то есть азотное соединение. Цвета у нитридов бывают самые разные, но, судя по внешности и крепости брони аватара, которого Харуюки видел на неограниченном поле, речь шла о нитриде некоего металла… А значит, аватар относился к металлическим.

— ...Прекрати, — вслух приказал себе Харуюки, помыл чашку и поставил на место.

До душевных травм других бёрст линкеров не стоило докапываться даже мысленно. И вообще, едва ли они с Рисой снова увидятся в ближайшее время. Да что там, если она и в самом деле стремилась выступить на Олимпиаде, сегодняшняя встреча могла стать не только первой, но и последней.

Харуюки выдохнул и уже собрался задуматься об ужине…

...Как вдруг заметил иконку входящего сообщения в правом верхнем углу поля зрения. Именно его звук разбудил Харуюки.

Он тут же щёлкнул по иконке, и перед глазами открылось окно.

— А-а?! — воскликнул Харуюки, увидев имя отправителя.

Письмо прислала Инадатэ Нодзоми, она же Мимоза Бонко, с которой он сегодня утром встретился в Сугинами. Харуюки уже сообщил ей письмом обо всём, что узнал о Рисе и поэтому удивился — неужели им ещё осталось о чём говорить? Открыв письмо, он вчитался в текст. Нодзоми ещё раз лаконично благодарила за помощь в спасении Уники, а затем спрашивала, можно ли передать Рисе контакт Харуюки. Подумав пару секунд, он отправил утвердительный ответ.

Всего через полминуты телефон звякнул ещё раз. Снова письмо, на сей раз от Цукиори Рисы. Поразительная скорость с учётом того, что Нодзоми только что передала ей его почту. Неужели она ускорилась для того, чтобы набрать текст или же составила его заранее? Оба варианта слегка пугали. Харуюки робко нажал на иконку.

«Большое спасибо за сегодняшнее, Арита-кун. Хоть я и считаю наглостью обращаться с такой просьбой к человеку, который меня спас, но пишу именно тебе, поскольку мне не к кому больше обратиться».

Харуюки снова посмотрел по сторонам. Разумеется, ни Черноснежки, ни Тиюри, ни Фуко, ни Метатрон рядом не оказалось, но Харуюки всё равно инстинктивно втянул голову в шею, добежал до дивана и постарался спрятать окно с письмом от «посторонних глаз».

«Все подробности сообщу при встрече. Буду ждать звонка с погружением в любое удобное для тебя время. До скорой встречи».

— С погру…

Харуюки зачем-то в очередной раз обвёл гостиную взглядом, затем несколько раз перечитал письмо, но текст и не думал расплываться или изменяться.

Если голосовой звонок, который иногда по старинке называли «телефонным», позволял общаться только голосом, то звонок с погружением перемещал собеседников в виртуальное пространство, где они могли общаться с глазу на глаз — разумеется, через аватары. По понятным причинам, такие звонки требовали предварительной подготовки, поэтому ни в рабочих переговорах, ни даже среди близких друзей практически не использовались. Самому Харуюки доводилось разговаривать через звонок с погружением только с Такуму, Тиюри, Черноснежкой и Идзэки Рэйной из комитета по уходу за животными.

К тому же нельзя было забывать о том, что Цукиори Риса на год старше и метит в олимпийскую сборную. От этих мыслей Харуюки чувствовал головокружение, но, если подумать, он уже общался с ней на высшем уровне Ускоренного Мира во время битвы с Нюктой. Разговор в этом пространстве подобен слиянию душ, и после него звонок с погружением должен казаться такой же ерундой, как и текстовое сообщение.

«...Должен», — мысленно повторил себе Харуюки и заставил палец приблизиться к полю «отправитель».

Отогнав оставшиеся сомнения, он нажал на имя Рисы. Выскочил список возможных действий, в котором Харуюки выбрал звонок с погружением. Всплывающее окно запросило подтверждение, и Харуюки поспешил нажать «Да», пока не передумал.

Надпись «Идёт звонок» моргнула пять раз, затем изменилась на «Соединение установлено». Перед глазами сидевшего на диване Харуюки резко побелело, а сам он ощутил, что падает в пропасть.

Пролетев через световое кольцо, Харуюки приземлился на пляже, освещённом закатным солнцем. Тихо шумел прибой, насколько хватало глаз, простиралось фиолетовое море, а ярко-красное солнце, казалось, вот-вот опустится за горизонт. При звонке с погружением пространство как правило определяет вызывающий, поэтому это был выбор Харуюки: пляж Хэноко в Окинаве.

За спиной раздался мелодичный звуковой эффект. Харуюки обернулся и увидел аватар в виде девушки в обтягивающей гимнастической форме, с длинным хвостом и кошачьими, нет, скорее, леопардовыми ушками. Зелёные глаза с острыми уголками напоминали о настоящей Цукиори Рисе.

— Ух ты… какой красивый закат… — проговорила Риса, засмотревшись на горизонт.

Потом она опустила взгляд, заметила Харуюки, несколько раз хлопнула ресницами и улыбнулась.

— У тебя такой милый аватар, Арита-кун.

— Э-э, а-а, ну, спасибо…

Харуюки окинул взглядом свой аватар в виде розового поросёнка и запоздало подумал, что его стоило сменить на что-нибудь покруче. Почесав в затылке, он решил ответить взаимностью:

— У-у тебя тоже очень симпатичный аватар, Цукиори-сан. Ты сама его сделала?

— Нет, просто поработала над лицом и цветовой схемой готового.

— Ого… неужели где-то продаются аватары с леопардовыми ушами?..

— Хе-хе, я долго искала.

Риса улыбнулась, а затем вдруг сделала двойное обратное сальто. С учетом того, что скорость и высота прыжка аватаров в виртуальном мире ограничены возможностями настоящего тела, Харуюки оставалось лишь восхититься ловкостью гимнастки и поаплодировать.

Риса грациозно поклонилась, а затем заговорила более серьёзным тоном:

— Прости, Арита-кун. Ты только-только разобрался с таким сложным делом, а я уже ни с того ни с сего требую встречи.

— Н… ничего страшного, это я прошу прощения за медленный ответ.

— Ты позвонил как раз вовремя, медсестра только что закончила обход. Так… — Риса покрутила головой, после чего указала пальцем на торчащий из песка ствол выброшенного волнами дерева. — Давай присядем вот там?

Харуюки кивнул и пошёл куда велено.

Усевшись сбоку от девушки с леопардовыми ушами, он увидел прямо перед собой огромное солнце. Будучи легионером весьма богатого бёрст линкерами женского пола Нега Небьюласа, Харуюки уже почти разучился нервничать в присутствии аватаров-девушек… но теперь он осознал, насколько многозначительным мог показаться выбор «пляжа на закате» в качестве места встречи. Харуюки уже успел задуматься, не пора ли начать оправдываться и утверждать, что он просто забыл поменять давным-давно выбранную обстановку, а вовсе не установил её намеренно, как…

— Арита-кун. Вы с Блэк Лотос-сан… Черноснежкой-сан встречаетесь?

Риса задала настолько прямолинейный вопрос, что Харуюки чуть не свалился с бревна. Кое-как восстановив равновесие, он замахал короткими лапками.

— Ну-у, понимаешь, э-э… как бы да, просто… сэмпай — мой «родитель» и командир моего Легиона. Наверное, на данный момент в наших отношениях важнее всего именно это…

— Ясно… прости за вопрос.

— Нет-нет, ничего страшного… у тебя что-то приключилось?.. — спросил Харуюки и тут же понял, какую глупость сморозил.

Она предложила Харуюки звонок с погружением, хотя всего час назад вышло из комы. Отсюда следовало, во-первых, что у неё действительно что-то приключилось, а во-вторых, что это что-то имело отношение к недавно закрытому делу о чёрной туче.

Риса чуть наклонила голову и тихо ответила:

— Ты уже знаешь моего «родителя» Мимозу Бонго, Инадатэ Нодзоми-сан, да? В том мире я называю её Мимо-тян, здесь Нодзо-сэмпай. Она очень добрая, мне хорошо быть рядом с ней, она великолепная подруга и замечательный «родитель», но я… я не могу ответить ей такими же сильными чувствами. И не только ей… наверное, я перед всеми прячусь в скорлупу, скрывая настоящую суть. Даже перед моей матерью…

Хотя Харуюки не ожидал таких внезапных откровений, он сразу понял, что именно пыталась сказать Риса. Дело в том, что он и сам проходил через это. Он и сам окружал себя стеной, даже общаясь с Тиюри и Такуму, своими лучшими друзьями. Он боялся раскрыться даже перед лицом матери.

Но Черноснежка, Фуко, Утай, Акира, Нико, Пард-сан, Рин, Сихоко с подружками, Сэри, Метатрон… и многие другие изо всех сил, неустанно ломали его скорлупу. Пускай она ещё не раскололась, но Харуюки чувствовал тепло, свет и свежий воздух, которые проникали в бесчисленные трещины. Иногда ему даже удавалось просунуть сквозь них руку и до кого-нибудь дотянуться.

— Я сейчас скажу очень... странную вещь, Арита-кун. Пожалуйста, приготовься.

— Л… ладно, — Харуюки кивнул.

Риса боязливо покосилась на него. Несколько раз она сжимала губы, словно никак не могла решиться, и наконец, заговорила ещё тише:

— Мне кажется, что за всю мою жизнь до глубины моей души смогла достучаться только… Нюкта.

— Ню…

Пару секунд Харуюки пытался вспомнить, какому бёрст линкеру принадлежит это имя. Потом до него дошло, что Риса говорила не о бёрст линкере, а об Энеми Ультра Класса, равной Четырём Богам, властительнице подземелья под парком Ёёги — о Богине Ночи Нюкте.

От удивления Харуюки шумно втянул виртуальный воздух, но вместо вопля лишь шумно выпустил его через пятачок аватара.

Пожалуй, любого другого бёрст линкера признание Рисы несказанно бы ошеломило — но только не Харуюки. Дело в том, что Харуюки уже и сам знал о том, что прожившие целую вечность и достигшие внушительной глубины мышления Энеми — вернее, высшие существа среднего уровня — обладают не только интеллектом, который уже трудно назвать «искусственным», но и чувствами, почти неотличимыми от человеческих. Если подумать о том, сколько раз уже Архангел Метатрон подбадривала, утешала и придавала сил Харуюки, разве можно удивляться тому, что богиня Нюкта сумела достучаться до глубины души Рисы? В конце концов, они провели вместе достаточно времени, чтобы между ними возникла крепкая связь.

— ...Понятно.

Харуюки кивнул, и теперь пришла очередь Рисы вытаращить глаза.

— Ты… не удивился?

— Д-да нет. Подумал: «Ну да, почему бы и нет…»

И тут Харуюки понял, зачем Риса попросила о звонке с погружением. Едва ли она пришла просто посидеть и поболтать.

Скорее всего, она хотела попросить помощи у бёрст линкера, который знал все обстоятельства дела о чёрной туче. Она хотела вновь отправиться в тот мир… и поговорить с той, к которой привязалась всей душой.

— ...Ты хочешь ещё раз увидеться с Нюктой, Цукиори-сан? — спросил Харуюки, глядя на покупной, но тем не менее очень похожий на настоящую Рису аватар с леопардовыми ушами.

Теперь уже Риса подпрыгнула так, словно хотела воскликнуть: «ЧТО-О-О?!»

— К… как ты догадался?!

— Ну-у, наверное, чутьём… На самом деле не совсем чутьём, но подробно расскажу уже на неограниченном нейтральном поле, — почёсывая затылок, ответил Харуюки, чем изумил Рису ещё сильнее.

— К-как ты догадался про неограниченное поле?.. Я ведь про него ни слова не говорила…

— Вот на этот раз точно чутьём. Знаешь, меня иногда самого туда сильно тянет.

— ...Понятно.

Риса медленно кивнула и перевела взгляд на закат.

Похоже, этот комплект виртуальной реальности умел ко всему прочему подстраиваться под время реального мира — солнце уже более чем наполовину скрылось за горизонтом. Небо приобрело глубокий фиолетовый оттенок, на нём уже загорелись первые звёздочки.

Риса помолчала секунд десять.

— Я… — наконец, прошептала она, — ...я наломала очень много дров и попортила кровь многим людям как в Ускоренном Мире, так в реальном… Но как раз поэтому мне кажется, что я обязана вновь увидеть Нюкту. Я должна знать, что всё это значило… и почему Нюкта просто не бросила меня лежать в парке…

— Правильно. Пойдём же встретимся с Нюктой, — Харуюки вытянул правую лапку и коснулся левой руки Рисы черным копытцем. — Я попрошу товарищей о помощи, ведь мы с тобой… ну, ведь мы друзья.

Пусть конец фразы и получился смазанным, Риса всёе равно пожала копытце Харуюки и с улыбкой ответила:

— Ага. Спасибо, Арита-кун.

Глава 4

Когда Риса вошла на неограниченное нейтральное поле после семи часов в реальном мире, её встретили украшенные старинными лампами накаливания улицы, тянущиеся до самого горизонта подозрительные обшарпанные ларьки и снующие повсюду бесплотные тени уровня «Шабаш».

На автомобильном кольце у входа в больницу играла не попадающая в такт музыка, под которую тени водили странный хоровод. Риса знала, что они лишь украшают уровень и не представляют опасности, но всё равно не хотела приближаться, наблюдая издалека.

— А вот и я! — раздался голос, и со здания напротив спрыгнула Мимоза Бонго.

На уровне «Шабаш» в здания обычно заходить нельзя, зато на нём очень удобно перемещаться по крышам. Вполне возможно, Мимоза не спускалась с них от самой Сэтагаи.

— Приветик, Униппе. С этим уровнем не поймёшь, счастливый он или нет, — высказалась Мимоза Бонго, помахивая рукой и приближаясь к подруге.

Риса тоже подняла левую и помахала в ответ.

— Добрый вечер, Мимо-тян. Ты сегодня без опоздания.

— Ещё бы. Правда, вместо меня опаздывает кое-кто другой… — Мимоза упёрла руки в боки и посмотрела в ночное небо.

— Настоящая героиня всегда появляется в самый последний момент☆, — вдруг раздался звонкий голосок, и с железнодорожного моста спрыгнула чья-то фигурка.

В полёте она сделала пару блестящих сальто — словно тоже стремилась попасть в олимпийскую сборную. Грациозно приземлившись, она, конечно же, приставила к глазам растопыренные в виде полумаски указательный и средний пальцы, и осыпала всё вокруг светящимися звёздочками.

Общая подруга Рисы и Нозоми, пресловутая «девочка-волшебница с игрушечным молотом» по имени Комет Сквикер покрасовалась ещё несколько секунд, а затем взмахнула рукой.

— Давно не виделись, Уни-уни, Мимо-мимо.

Сидящее на её левом плече загадочное животное, похожее то ли на белку, то ли на обезьянку, то ли на кролика, замахало лапами и заверещало:

— Давно не видюлись!

— …

— …

Нозоми и Риса молча переглянулись.

— ...Может, всё-таки не стоило её приглашать?

— Н-но ведь она уже пришла, теперь будет некрасиво выгнать её взашей.

— Меня о-очень раздражает один вид той мелюзги у неё на плече.

— Вот тут соглашусь…

Видимо, перешёптывания аватаров достигли ушей девочки-волшебницы. Она завопила, размахивая молотом:

— ...Ну-ка, ну-ка, ну-ка-а! Я слышу очень нелестные высказывания в свой адрес!

— Я тоже слышю!

— …

— …

Риса убедила себя в том, что раз эта девушка согласилась примкнуть к затеянному ей в высшей степени безрассудному предприятию, то её придётся потерпеть, и помахала рукой как аватару, так и зверьку на плече:

— Добрый вечер, Кометти, Болери. Спасибо, что пришли.

— Ну чего ты, я же просила без благодарностей! Нет, я, конечно, удивилась, когда Мимо обратилась ко мне, но всё-таки это ведь я посоветовала тебе тренироваться на неограниченном поле.

— Что ты, Кометти, не вини себя. Именно благодаря такой тренировке я одолела страх перед трамплином.

— Понятно… — Комет кивнула, качнув украшавшим голову большим бантом.

Затем она перехватила молот и похлопала Рису по левому плечу, словно извиняясь за злополучный разрыв связок. Риса задалась вопросом о том, уж не знает ли та о случившемся на чемпионате, однако спросить не успела.

До её ушей внезапно донёсся мелодичный посвист, и с небес спустился серебристый огонёк.

Броня, ярко блестевшая в свете ретро-лампочек, однозначно принадлежала Сильвер Кроу, которого Риса мельком видела в ходе дела о чёрном облаке. Аватар приземлился, музыкально прозвенев металлическими крыльями. Руками он прижимал к себе двух других дуэльных аватаров.

На правой сидел аватар, похожий на храмовую жрицу, с редкой по меркам Ускоренного Мира броней сразу двух цветов — белого и красного.

Левой Сильвер Кроу прижимал к себе аватар ближнего боя в блестящей, словно чёрный хрусталь, броне и с клинками вместо конечностей…

— Убф!.. — издала непонятный звук Мимоза Бонго.

— Ой, мама!.. — Комет Сквикер подпрыгнула и застыла в странной позе.

Риса не стала мешать застывшим аватарам, а подошла к объявившейся троице и низко поклонилась.

— Добрый вечер, Кроу-кун, Блэк Лотос-сан и…

Риса остановила взгляд на аватаре, которого до сих пор в Ускоренном Мире не встречала. Жрица спрыгнула на землю, отвесила очаровательный поклон и звонко представилась:

— Меня зовут Ардор Мейден. Очень приятно познакомиться, Уника-сан.

— И мне, Мейден-сан.

— Можно просто «Мей»!

Закончив с приветствиями, Риса обернулась к Мимозе с Комет и озадаченно склонила голову.

— Ну и чего вы застыли?

— Е-ещё бы мы не застыли!.. Это же «Конец Света» и «Тестаросса»!!!

— Ты же видела их в реальности, Мимо-тян!

— К их виду за один-два раза не привыкнешь!

— А я вообще вижу их впервые!

Поскольку аватары говорили вполголоса и с места двигаться не спешили, Риса обошла их сзади и подтолкнула.

— А-а, что ты… — начала было возмущаться Комет, но тут голубой зверёк на её левом плече вновь звонко заголосил:

— Очень прюятно познакомиться! Я Болери, подрюга Комет! Надеюсь, мы с вами пюладим!

Разумеется, после такого приветствия даже Чёрная Королева и алая жрица недоуменно заморгали, не зная, как реагировать. Риса уже хотела посоветовать им просто не заморачиваться на счёт этого создания, но следом пришёл уже её черёд изумляться, когда над Сильвер Кроу раздался ещё один голос.

— О, как любопытно. Кажется, этот автономный аксессуар имеет достаточно функциональный языковой модуль, — заявила трёхмерная иконка в виде белого веретена с нимбом и парой крылышек.

Ничего подобного Риса в Ускоренном Мире ещё не встречала. Зверёк, которого иконка обозвала «аксессуаром», задёргал лапами.

— ...Я никакой не аксюссуар! Я прюятная, очюровательная, верная и классная подруга! А вот ты чересчур дерзкая, хоть и малюнькая!

— «Ты»?.. «Дерзкая»?.. Слуга Сильвер Кроу, я приказываю тебе от моего имени щёлкнуть эту мелюзгу по лбу.

На этот раз иконка обозвала уже Сильвер Кроу, да ещё и «слугой». Риса ожидала, что он возмутится, но летающий серебристый аватар втянул голову в плечи и постарался ответить как можно подобострастнее:

— Ну что ты, Метатрон, она ведь явно не со зла.

— Да говори она со зла, я бы ей уши открутила!

Имя «Метатрон» показалось Рисе смутно знакомым. Но не успела Риса раскопать нужные воспоминания и разобраться, где же она его слышала…

— П-прошу прощения, Кроу-кун, но Метатрон — это случайно не…

Даже Мимоза Бонго, относившаяся к числу ветеранов игры, выглядела на редкость робко, указывая на иконку пальцем.

Кроу смущённо почесал в затылке и кивнул.

— Д… да, это она. Э-э, познакомьтесь, с нами на правах советника пойдёт последний босс подземелья под парком Сиба, Энеми Легендарного Класса Архангел Метатрон-сан…

— Ч… ЧТО-О-О-О?! — совсем не по-девичьи заорали Мимоза с Комет, синхронно подпрыгнув на метр в воздух.

Самый простой способ добраться из подрайона Хироо района Сибуя до парка Ёёги — это пойти на север по улице Роппонги до пересечения с 246 автодорогой, которая ведёт на Омотэсандо.

После довольно драматического обмена приветствиями группа из шести аватаров и примкнувших к ним двух созданий (спутницы Комет Болери, а также Метатрон, представившейся «хозяйкой» Сильвер Кроу) выстроилась в две колонны и побежала по освещённым старинными лампами рельсам. Возглавляли колонны Блэк Лотос и Ардор Мейден, как два самых сильных аватара, в середине бежали Сильвер Кроу и Комет Сквикер, а замыкали строй Риса и Мимоза Бонго.

Почти сразу же Сильвер Кроу обернулся, умудряясь не сбиваться с ритма, и извиняющимся тоном обратился к Рисе:

— Прошу прощения, Уника-сан, четверых я бы ещё мог перенести по воздуху, но пятеро — это уже перебор…

— А? Ой, да брось ты, ерунда. До Ёёги каких-то три километра, — ответила Риса, мотнув головой.

— А мне бы хотелось попробовать полетать, — заметила бежавшая рядом Комет. — Что скажешь, Кро-кро? Сделаешь со мной кружочек вокруг Токио, когда всё закончится?!

— Кометти, ну-ка, перестань нагл…

— Будет очюнь весело! Всегда мючтала побывать над облаками!

— Ох, да помолчи ты хоть немного! — не сдержалась Комет и отругала приютившееся на плече животное-аксессуар.

— Вот именно, Болери или как там тебя, — надменным голосом заговорила Метатрон, все ещё висевшая иконкой над головой Кроу. — Сильвер Кроу — мой слуга, поэтому прежде чем просить его покатать тебя, сначала спрашивай ме…

— Ты слишком высокюмерная! Мы с тобой подрюги, так что разговаривай со мной вежливее!

— «Ты»?.. «Подруги»?..

Риса ощутила, что воздух вокруг десятисантиметровой иконки уже подрагивает от скопившейся злости, и поспешила вмешаться:

— Ой-ой-ой, прошу прощения, Метатрон-сан! А ты, Кометти, начни уже как следует воспитывать свою подругу!

— Да ладно тебе, наши две малышки так умилительно играют друг с другом. Я всегда мечтала завести в реальном мире хомячков.

— А-а-а-а-а! Вот хомячком её называть точно нельзя!

— Найтрайд Уника или как там тебя, что означает «хомячок»? Учти, в зависимости от ответа вас всех может ждать наказание.

— Э-это такие очень миленькие и всеми любимые зверушки… — попыталась хоть как-то замять ситуацию Риса, мысленно вопрошая, с какой стати эта обязанность выпала именно ей…

И тут раздался смех. Сначала не удержались Чёрная Королева и Ардор Мейден, а за ними — бежавшая рядом с Рисой Мимоза Бонго.

— А-ха-ха-ха… я твой «родитель», но даже я никогда не видела, чтобы ты так терялась, Униппе!

— Я т-тут, знаешь ли, не от хорошей жизни теряюсь…

— Да ладно тебе, продолжай, смотреть приятно.

— Ну и вредина же ты, Мимо-тян! Будешь продолжать в таком духе, начну пользоваться второй половиной твоего имени!

— Что-о?! А я тогда буду тебя называть не Уникой, а Унк…

— А-а, не смей!

Перепалка подруг заставила рассмеяться и Сильвер Кроу с Комет Сквикер. Рисе хотелось схватиться за голову, но в то же время она ощутила, как от происходящего становится тепло в груди.

До сих пор Риса считала Брейн Бёрст хорошим способом снять стресс, инструментом для поддержания психического здоровья и убежищем на случай чёрных дней. Она не хотела переживать из-за событий ещё и этого мира, поэтому стремилась свести общение с другими бёрст линкерами к дежурным словам и жестам, а от Найтрайд Уники просила лишь быстро бегать и высоко прыгать.

Поэтому сейчас она и удивлялась, и радовалась тому, что так весело болтает в компании почти незнакомых бёрст линкеров и умудряется получать от этого удовольствие. Вскоре она тоже начала хихикать и тайком подумала: вот бы и Нюкта почувствовала себя так же весело.

Пробежав по улице Омотэсандо, заставленной подозрительными ларьками, а затем через полный странных теней район Харадзюку, они увидели впереди чёрные деревья вокруг храма Мэйдзи. Если выбежать из этого леса на запад, как раз попадёшь в парк Ёёги.

Гирлянды ламп накаливания и уличные ларьки наводнили и сам парк, а из его глубин доносилась какофония, похожая на искажённую музыку фестиваля Обон. Смутные силуэты один за другим исчезали на территории храма, но наружу никто не выходил.

Группа сделала остановку на путепроводе линии Яманотэ. Отсюда хорошо виднелись огромные, как в реальности, тории сразу после начала леса. На храмовой дороге за ними тоже виднелись ларьки. Кто-то играл праздничную музыку на флейтах и барабанах, но делал это ужасно неумело.

Миниатюрная Ардор Мейден встала на цыпочки и попыталась посмотреть за тории.

— Конечно, я люблю и Обон, и прочие праздники, — с беспокойством проговорила она, — но в этом принимать участие не очень-то хочу…

— Да, я тоже, — согласилась Чёрная Королева, а затем заговорила наигранно мрачным голосом: — Слышала я, что на уровне «Шабаш» иногда случается «Обон мертвецов». Если тебя втянут в него — придётся плясать до самого Перехода.

— У-у-у, что угодно, но только не это!

— Нам нужно в самый центр парка Ёёги, мы не можем взять и уйти. Мейден, если нас всё же поймают, танцуй изо всех сил, как только сможешь. Вдруг тебе удастся очистить и спасти нас?

— У-у-у…

На глазах Ардор Мейден появились слезы, и она испуганно спряталась за спину Комет Сквикер. Комет ойкнула от удивления, но тут же гордо выпятила грудь и покрутила молотом.

— Ничего не бойся, Мей-мей, всех зловещих танцоров я прогоню своей магией!

— Откуда у тебя магия? Это простые физические атаки… — удручённо заметила Мимоза…

А в следующее мгновение из глубин парка Ёёги — то есть с запада, а не севера, где находился собственном храм — в небо вознёсся огненный столб, и ещё через секунду докатился грохот столь мощный, что от него задрожала земля. Стоявшие рядом Риса и Сильвер Кроу подпрыгнули на месте и тут же встали в боевые стойки.

— Ч-что это было?! — воскликнул Кроу.

— Спокойно, слуга, так погибают крупные существа, — ответила висевшая над его головой Метатрон.

— А, понятно… с-стоп, что это значит?! — с некоторой задержкой переварила её слова Риса.

Если погибло некое крупное существо — то есть, Энеми — получается, его кто-то убил. Как правило, друг друга Энеми не убивают, а значит, за этим стояли бёрст линкеры… и явно в немалом числе.

— Н… неужели Нюкта… — хрипло выдохнула Риса, но Метатрон немедленно перебила:

— Нет. Если бы погибло существо по имени Нюкта, я бы узнала. Я полагаю, это явление спровоцировало нечто, что вы называете Энеми Звериного класса.

— П… понятно…

Уяснив, что речь идёт о заурядной охоте на Энеми, Риса с облегчением выдохнула, но тут Сильвер Кроу неожиданно схватил её за правое плечо.

— Рано радоваться… сэмпай только что рассказала, что в парках на уровне Шабаш можно столкнуться с опасными эффектами. На Энеми обычно охотятся прямо на дорогах, но если охотники всё же направились в парк Ёёги…

— Должно быть, у них какая-то иная цель, — согласилась Чёрная Королева, обвела всех взглядом и суровым тоном приказала: — Мы должны незаметно приблизиться к тем, кто сражается внутри парка, и выяснить их личности и цели. Быстрее!

— Есть! — решительно откликнулась Мейден изменившимся до неузнаваемости голосом.

— Так точно! — присоединилась Риса к общему хору.

На уровне «Шабаш» в парке Ёёги росли такие же огромные деревья, как и в реальности, а гирлянды ламп освещали только дороги. Группа перебегала во тьме между деревьями, стараясь не издавать ни звука.

Примерно через полкилометра деревья кончались, и начиналась просторная площадь. В одном из её углов высилась причудливая вышка, вокруг которой водило хоровод множество зловещих силуэтов, но внимание Рисы привлёк вовсе не Обон мертвецов.

Почти в самом центре площади стоял огромный отряд бёрст линкеров во главе с особо крупным аватаром, который громким голосом вёл какую-то речь. Правда, из-за большого расстояния и режущей слух музыки мрачного Обона слов разобрать не удавалось.

— Если мы не подойдём, то так ничего и не расслышим… — прошептала Мимоза, но если бы аватары выскочили из кустов, их бы непременно заметили.

Риса закусила губу, не зная, что делать. Внезапно Комет спустила своё загадочное создание с левого плеча на землю и тихо приказала:

— Болери, подберись к ним так, чтобы всё слышать.

— Бюдет сделано!

Дёрнув пару раз большими ушами, Болери кинулась вперёд и на удивление быстро пропала из глаз.

Секунд через двадцать наконечник молота Комет начал вибрировать, словно барабан, издавая зычные звуки. Это были голоса, смешанные со статическим шумом:

— ...Но у нас есть ноу-хау, о котором не знает ни один охотничий отряд Великих Легионов! Да, риск очень велик, но награда будет ещё больше! Если мы упустим такой шанс, имя Охотников Аргуса не будет стоить и выеденного яйца!

— Так это… Охотники Аргуса? — тихо прошептала Чёрная Королева.

— Ты их знаешь, семпай? — спросил Сильвер Кроу.

— Да… Это Легион охотников на самых сильных Энеми Ускоренного Мира. Их угодья — Эдогава и ещё более восточные районы, но на этот раз они, видимо, выбрались в Сибую…

На словах «Легион охотников» Риса нахмурилась, поняв, что её опасения подтвердились. Но пока что она молчала и вслушивалась в грубый голос, который передавала Болери:

— ...Мы уже победили всех Энеми Легендарного класса, притаившихся в глубинах Четырёх Великих Подземелий, но Короли и их прихвостни давным-давно забрали хранившиеся там Артефакты! Однако никто и никогда не заявлял о том, что прошёл подземелье Ёёги и победил Энеми Ультра класса Нюкту! Короче, если мы её завалим, имя Охотников Аргуса войдёт в историю Ускоренного Мира, а мы получим целую гору сокровищ!

— !.. — Риса шумно вдохнула, остальные тоже напряглись.

Голос, доносившийся из молота, звучал всё агрессивнее:

— Чёрная туча навела такую панику, что сейчас ни один Легион не решится отправить своих людей в эту часть неограниченного нейтрального поля. Более того, Великие Легионы сейчас полностью заняты DD! Если струсим, второго такого шанса больше не будет!

Послышался хор одобрительных возгласов. Наконец громогласный командир подытожил:

— Собирайтесь с силами, главное ещё впереди! Как только воскреснут те двое, которые сдохли в битве против Звериного, мы врываемся в подземелье Ёёги! Пока объявляю перерыв — жрите, спите, что угодно! Но сначала — ну-ка все дружно!

«Аргус, Аргус, Аргус, о-о!»

Риса услышала боевой клич охотников и без помощи Болери — он без труда преодолел двести с лишним метров и докатился до группы громогласным рокотом.

Судя по тому, что из молота теперь слышался только шум разговоров, часовой перерыв уже начался.

— Возвращайся, Болери, — прошептала Комет, наклонившись к молоту.

Усадив на плечо быстро вернувшегося зверька, Комет шёпотом спросила:

— Думаете, они в самом деле хотят бросить вызов Нюкте?

— Как ни посмотри, настроены они серьёзно-пресерьёзно-препресерьёзно.

Комет решила не спрашивать, зачем Мимоза издевается над языком, и задала другой вопрос:

— Но ведь Богиня ночи Нюкта — вроде как страшно опасный противник с богатой историей? Её не победил ни один королевский Легион, и она даже погубила нескольких игроков бесконечным истреблением, даже подземелье пришлось опечатать. Собственно, как раз поэтому её и записали в Ультра класс и поставили наравне с Богами… Как-то не верится, что даже Легион охотников-специалистов сможет её победить, не говоря уже о том, что дело о чёрной туче должно было их припугнуть. Тогда зачем они…

— Именно поэтому, — вмешалась трёхмерная иконка над головой Харуюки по имени Архангел Метатрон. — Я могла бы поспорить с мнением о том, что Нюкта стоит выше Четырёх Святых, но её «Черная туча» — действительно грозная сила. Однако в то же время… захватив Найтрайд Унику и пытаясь исполнить ее желание, Нюкта вышла далеко за рамки своих возможностей. Она пыталась повлиять на Основной Визуализатор, самое ядро Брейн Бёрста 2039…

Стиснув левую руку в кулак, Риса вжала его в середину груди.

Нюкта… в самом деле пыталась навечно упокоить Ускоренный Мир ради неё. Она пыталась преобразовать Токио в огромную зону, закрытую для ускорения, чтобы никто не посмел помешать сну Рисы.

Зачем Нюкта, Энеми Ультра класса, так далеко зашла ради одной Рисы, которая в масштабах Брейн Бёрста практически ничего не значила? Риса пришла сюда именно затем, чтобы узнать ответ.

Однако затем она услышала от Метатрон слова, которых никак не ожидала:

— ...Прямо сейчас Нюкта расплачивается за то, что израсходовала так много энергии. Она практически не способна сражаться в полную силу. Возможно, её слабость сказалась даже на первой форме, хоть та и считается автономной. В таких условиях эти ваши Охотники Аргуса вполне могут её одолеть нынешним составом.

— Стойте-стойте!.. — перебил Сильвер Кроу. — Победа над первой формой ведь никак не вредит истинному телу, ведь так? Ты же говорила, что по-настоящему со Святыми можно сразиться, лишь одолев первые формы каким-то крайне замороченным образом?..

— Так и есть. В моем случае требуется победа над первой формой без помощи уровня «Ад», что пока удалось только тебе, Белл и Трилиду. Но в случае Нюкты… насколько я могу судить по наблюдениям с высшего уровня, в Святилище Венеры нет никаких, как вы говорите, «ухищрений», которые могут быть связаны с такого рода условиями.

— Короче говоря, может случиться так, что после победы над первой формой они столкнутся с истинной формой. А с учетом того, что пока она практически бессильна… — задумчиво проговорила Чёрная Королева.

Трёхмерная иконка вспыхнула.

— Стойте-стойте!.. — вмешалась в разговор бывалых аватаров теперь уже Мимоза, поскольку Риса не могла выдавить из себя ни звука. — Нюкта ведь просто Энеми, да?.. Она ведь должна воскреснуть после Перехода, даже если её победят?..

Мимоза вполне могла видеть в Нюкте грозного противника, чуть не погубившего Ускоренный Мир, но Рису поразило, как искренне подруга переживала за Энеми.

— Конечно, Энеми воскресают после Перехода… — ответил ей Сильвер Кроу, но голос его звучал подавленно, — но при этом создаётся новый экземпляр, у которого нет воспоминаний о прошлом. Полагаю, воскресшая Нюкта не признает Рису и безжалостно нападёт на неё…

— Нет!.. — Риса крепко сжала сложенные на груди руки…

Но тут Комет Сквикер бодро похлопала ее по плечам.

— Ну, тогда нам остаётся одно!

— А?..

— Мы добежим до Ню-ню быстрее них и как-нибудь вытащим её наружу!

— Что-о-о?!

Комет предложила настолько незаурядное решение, что Риса не сдержалась и удивлённо разинула рот. То же самое произошло с Сильвер Кроу, Блэк Лотос и Ардор Мейден, но что ещё удивительнее — их советник, Архангел Метатрон, отреагировала вполне спокойно:

— Полагаю, это лучший из вариантов. Правда, я не могу обещать, что Нюкта вас послушает.

— Но есть одна сложность, — прошептала Чёрная Королева и указала острием одного из клинков на Охотников Аргуса. — Вход в подземелье парка Ёёги расположен внутри фонтана, прямо за спиной у наших соперников. Мы не сможем войти незаметно или обогнать их уже после начала штурма.

Оспорить её заявление не смог бы никто. Осознав, с каким препятствием столкнулась группа, все погрузились в раздумья. Даже агрессивная девочка-волшебница не стала предлагать пойти напролом — противники привели больше двадцати человек. Оправдать просьбу о прекращении охоты группа тоже бы не смогла.

Риса печально покачала головой. Ах, если бы они погрузились на минуту, нет, хотя бы на десять секунд раньше, то однозначно оказались бы в подземелье раньше охотников…

Но в Ускоренном Мире кусать локти бесполезно, ведь верно и обратное: начни они секунд на десять позже, и за эти три часа Охотники Аргуса уже наверняка победили бы Нюкту.

Нужно думать, а не сдаваться. Пора перестать зажмуривать глаза от отчаяния и беспомощно сворачиваться в клубочек. Риса понимала, что если остановится, то обесценит ту решимость, которая пробудила её от вечного сна…

— А…

Как только её мысли пересеклись с воспоминаниями, в голове зажглась искорка.

Риса вскинула голову и обратилась к товарищам:

— В подземелье парка Ёёги можно войти не только через фонтан.

— Что?.. — Чёрная Королева прищурилась.

— Я напрягла память и вспомнила, что когда Нюкта позвала меня в подземелье, я вошла не отсюда, — пояснила Риса. — К югу отсюда первый спортзал… в его подвале есть коридор, который ведёт в подземелье!

— Меня бы это не удивило, — ответила Архангел Метатрон. — Святилище Венеры — крупнейшая крепость среди обителей Святых. Она занимает территорию не только под так называемым «парком Ёёги», но и под так называемым «святилищем Мэйдзи». Я не удивлюсь тому, что её подземелье имеет несколько входов.

— Значит, нужно спешить, — заявила Чёрная Королева.

— До воскрешения Охотников Аргуса осталось 52 минуты, — подхватила Ардор Мейден. — Нужно добраться до спортзала как можно скорее!

Группа вернулась в тень деревьев и поспешила к видневшемуся на юге зданию первого спортзала.

Пока они петляли по узким тропинкам, трёхмерная иконка Метатрон над головой Сильвер Кроу повернулась и обратилась к Комет:

— Кстати, Комет Сквикер или как там тебя.

— М?.. Чего?

— Слово «Ню-ню», которое ты употребила, означает Нюкту?

— Конечно! Чудесное ведь имечко вышло, куда лучше «Нюкты»! — подтвердила Комет, ни капли не смутившись.

Даже Метатрон после такого на мгновение растерялась.

— ...Ладно. Главное — не относись к высшим существам легкомысленно и не забывай о почтении.

— Как скажешь, Мета-мета! Или… или лучше Меро-меро?

— Она вообще ничего не боится… — прошептала Мимоза.

Риса закивала в ответ, а через пару секунд заметила, что деревья закончились.

Если на уровне «Снег и лёд» священный для многих гимнастов стадион, где Риса и Нозоми не раз показывали своё мастерство, выглядел почти как в реальности, то теперь напоминал огромный храм. Вот только впечатление от него складывалось не величественное, а сумбурное, словно в храм его перестраивали наспех и неловко.

Группа миновала ларьки, расположившиеся на парковке, и устремилась к западному входу. За решётчатой дверью царила непроглядная тьма.

Как правило, «Шабаш» не позволял входить в здания. Если это правило распространялось и на спортзал, они остались бы у разбитого корыта.

— Пожалуйста… — прошептала Риса и толкнула дверь.

Створка… сдвинулась с жутким скрипом. Изнутри подул холодный сухой ветер. Где-то вдалеке слышался вой Энеми.

— Ух… и правда, такое чувство, что мы сейчас окажемся в подземелье … — Мимоза попятилась назад, но её остановила Комет.

— Да-да, мы поняли, а теперь вперё-ёд.

— Ты бы хоть сейчас испугалась!

— Девочки-волшебницы не пугаются! — Комет пропела слова, так и просившиеся на обложку какого-нибудь ранобэ, и воздела свой молот.

Драгоценные камни в наконечнике засияли, и проход наполнился голубым светом.

— ...Какой-то у тебя молот слишком уж универсальный … — со вздохом поделилась мнением Мимоза, затем решилась и шагнула внутрь.

Риса и Сильвер Кроу быстро переглянулись и вошли следом.

В прошлый раз внутренности спортзала выглядели как в реальности с поправкой на ледяную корку. С тех пор его внутреннее строение изменилось до неузнаваемости. Повсюду стояли толстые деревянные колонны, соединённые то бумажными, то деревянными перегородками, словно какой-то лабиринт в японском стиле.

Как ни странно, девушка всё равно знала, куда идти. Они прошли вперёд, завернули за угол, раздвинули одну из бумажных стен и вскоре дошли до огромной лестницы, ведущей вниз. Спустившись по ней бегом, они обнаружили гигантский дощатый зал метров сто в ширину и полсотни в глубину. Хотя форма изменилась с круглой на прямоугольную, арена всё равно узнавалась с первого взгляда.

— Вроде бы дальше уже вход в подземелье! — воскликнула Риса и собралась было подбежать к двери…

— Стоять, — скомандовала Метатрон.

В то же мгновение Чёрная Королева обогнала Рису и перегородила проход рукой.

— Мм?!

— Запомни, Уника: в подземельях неограниченного поля в таких крупных залах нужно соблюдать предельную осторожность, — пояснила Чёрная Королева, беззвучно подлетела ко входу в помещение и заглянула внутрь.

В самом центре дощатого пола арены высилось словно небольшая гора. Энеми. Звериный класс.

— О-откуда?.. В прошлый раз его здесь не было…

— Вероятно, Нюкта ради тебя заставила его уйти, — ответила трёхмерная иконка над головой Харуюки, пульсируя светом в точности, как это делал огонёк, который призвала Нюкта. — Но сейчас она спит, причём крепко. С этим существом нам придётся разобраться самим.

— Кстати, Метатрон, — заговорил Сильвер Кроу под иконкой, — ты не можешь его приструнить своими силами, как на базе Общества?

— Тебе не кажется, что ты начал рассматривать меня в качестве всемогущего аксессуара, слуга?

— Я так н-ни капельки не считаю.

— Это существо относится к Нокс Корам — «ночной армии» Нюкты. У него уже есть командир, так что я ничего не смогу поделать.

— В общем, остаётся сражаться! — заявила Ардор Мейден, проявляя удивительную для своей внешности смелость.

— Получается, что да, — Чёрная Королева кивнула. — К счастью, отсюда Аргусы в Ёёги ничего не услышат. Нападаем в полную силу!

Как и следовало ожидать, в словах легендарной «девяточницы» звучали величие и мощь. Первыми её поддержали Кроу и Мейден, следом Комет и Мимоза. Риса тоже выкрикнула «Есть!», хоть и с небольшой задержкой.

Чёрная Королева первой ворвалась на арену. В то же мгновение гора пришла в движение.

— Дгр-р-р-р… — содрогнулся воздух от рыка, похожего на барабанную дробь.

Когда Энеми неспешно поднялся на ноги, они наконец-то увидели его настоящую длину — метров двадцать, не меньше. У него была длинная шея, похожая на бочку мощная грудь, две длинные руки, четыре мощные ноги и хвост со скорпионьим жалом. Глаза горели красным светом.

— Драконид!.. — приглушённо воскликнула Мимоза.

В ту же секунду послышался ясный голос Ардор Мейден:

— Энеми Звериного Класса «Ядовитый Дракон Сирруш»[✱]На самом деле Мушруш, но в силу нескольких исторических ошибок у нас прижилось такое название (а у японцев, к слову, Мушфуш).! Дыхание и жало на хвосте отравляют ядом, который постепенно наносит урон! Когти на руках смазаны слабым паралитическим ядом!

— Кроу, отвлеки его на себя! — приказала Чёрная Королева.

— Есть! — незамедлительно отозвался Сильвер Кроу и побежал прямо на дракона.

Крылья на спине на мгновение включились, и аватар заскользил по полу, словно конькобежец. Острый носок правой ноги вонзился дракону в грудь.

— Дрга-а! — в ярости взревел Сирруш и повернул голову вправо, не выпуская Кроу из виду.

Следом он широко раскрыл пасть и приготовился выдохнуть.

— Пора! Нападаем сбоку и сзади! — выкрикнула Блэк Лотос.

Риса тут же устремилась на противника, но не сдержалась и воскликнула:

— А Кроу-кун… точно справится в одиночку?!

Хотя Сильвер Кроу и относился к металлическим аватарам, вряд ли его худощавое тело смогло бы выстоять под натиском ударов. Да и успеть выскочить из сектора поражения ядовитого выдоха Энеми — тоже задача не из простых.

Тем не менее Чёрная Королева, приказав не волноваться, сверкнула руками-клинками и атаковала дракона с фланга. Риса за свою жизнь практически не участвовала в битвах против Энеми, так что ей оставалось лишь покорно выполнять указания. Она собралась с силами и приказала своему телу, напоминающему барса, не отставать от товарищей.

Пасть Энеми со звуком прорвавшейся дренажной трубы испустила чёрное облако. Выдох полностью накрыл Сильвер Кроу, который только и успел скрестить перед собой руки.

В тот же миг Риса и остальные разрядили спецприёмы в оставшееся без защиты тело врага.

— «Энгулар Чардж»[✱]Angular Charge, Рогатый Натиск.! — Мимоза Бонго кинулась вперёд, наставив на противника рога.

— «Спининг Страйкер»[✱]Spinning Striker, Вращающийся Молот.! — Комет Сквикер раскрутила игрушечный молот.

— «Флейм Вортекс»! — Ардор Мейден выпустила стрелу, объятую огненным вихрем.

— «Дес бай Пирсинг»! — Блэк Лотос устремила вперёд правую руку, словно копье.

Взрывы и грохот следовали друг за другом. Риса прыгнула в самую гущу спецэффектов.

— «Вертикал Хёрлинг»[✱]Vertical Hurling, Вертикальный Бросок.!

Риса сгруппировалась и начала с бешеной скоростью кувыркаться в воздухе. Через мгновение она врезалась в бок дракона, обдирая его со скрежетом, похожим на звук работы мощного электроинструмента.

Обычно бросок на противника заканчивается тем, что аватар отлетает обратно, нанеся урон лишь единожды, прямо как когда она разбила лёд на воротах на уровне «Снег и лёд». Но Найтрайд Унике с самого начала был доступен спецприём «Вертикальный Бросок», с помощью которого можно раскрутить свернувшееся в клубок тело и стачивать шкалу вражеского здоровья в течение довольно длительного времени. При этом Уника становилась крайне уязвимой с боков, и пришедший в себя противник мог ответить сильной контратакой, но прямо сейчас вниманием дракона безраздельно владел Сильвер Кроу.

Риса терзала Энеми целых пять секунд, после чего отпрыгнула и сделала в воздухе обратное сальто. Общими усилиями аватары опустошили первую из двух шкал здоровья противника более чем на треть, но и попавший под удар Кроу должен был серьёзно пострадать.

Риса оторвала взгляд от бока дракона одновременно с тем, как тот закончил выдох. Сквозь рассеивающееся чёрное облако проступила фигура так и не вышедшего из защитной стойки Сильвер Кроу. По правилам неограниченного поля Риса не видела шкалы его здоровья, но он только что на ее глазах перенёс особую атаку Энеми Звериного Класса. Риса считала чудом, что он ещё не умер от растянутого по времени урона, и не сомневалась, что серебристый аватар находится при смерти…

— К… как?! — изумлённо воскликнула она, когда Сильвер Кроу показался во всей красе.

Серебристая броня немного почернела по краям, но в остальном ничуть не пострадала. А стоило Кроу шелохнуться, как и чернота осыпалась на пол.

— Он уцелел?! — Мимоза изумилась не меньше подруги.

Чёрная Королева сразу раскрыла карты:

— Сильвер Кроу — второй «Король дезинфекции» Ускоренного Мира. Органические яды на него не действуют.

— Получается, Кро-кро может стоять против этого Энеми вечно? — восхищённо уточнила Комет.

— При условии, что будет уклоняться от всех физических атак, — добавила Чёрная Королева и тут же встала в стойку. — Оп, кажется, он переключился на меня. Пока бейте как можете, копите энергию!

Чёрная Королева на огромной скорости зашла Энеми за спину, прочертив в полу борозду. Дракон крутил головой, а Риса, Мимоза и Комет исполнили приказ, пустив в ход обычные атаки.

Риса сдирала чешуйки острыми когтями, Мимоза бок о бок с ней проводила один мощный пинок за другим.

— Ты знаешь, — шепнула ей Риса, — я всегда считала, что битвы против Энеми Звериного Класса должны быть похожи на кровавую резню со множеством трупов, а они, оказывается, очень даже лёгкие.

— Следи за словами, — шепнула в ответ Мимоза, переменившись в лице. — Обычно это действительно та ещё резня. Помнишь легионеров из парка? Они привели двадцать человек, и всё равно не победили без потерь. Нам отчасти помогает то, что Кроу-кун оказался Королём дезинфекции, но самый большой вклад вносят Чёрная Королева и Мейден.

— Они подавляют все атаки Энеми, которые только могут, а прочие — блестяще избегают, — добавила Комет, сражавшаяся с другой стороны. — Уверена, это не первый… не десятый, и даже не сотый Сирруш, которого они побеждают.

— Даже не сотый?.. — прошептала Риса, взглянув на голову Энеми.

Она осознала, что даже этот грозно рычащий, размахивающий руками, выдыхающий яд и всё ещё наводящий ужас дракон по своей сути — «внутриигровой монстр». Всего лишь одно существо из тех, на которых охотятся бёрст линкеры, чтобы набирать очки. Возможно, что и более могущественные создания… включая Метатрон и Нюкту, ничем не отличались от него.

Но раз так, почему создатель Брейн Бёрста наделил их мыслями? Для чего дал им эмоции и память, которым суждено обнулиться, если однажды они будут побеждены?

Для Рисы, как и для других бёрст линкеров, смерть на обычном или неограниченном поле означала всего лишь потерю части очков, но Метатрон и Нюкта гибли окончательно. Воскресало уже другое существо, пусть и обладающее той же внешностью.

Обе они должны были смотреть на бёрст линкеров как на заклятых врагов. Но если так, почему Метатрон не убила Сильвер Кроу… а Нюкта — Найтрайд Унику? Почему они защищали игроков, почему сближались с ними, почему пытались исполнять их желания?

Риса в очередной раз задалась вопросами, а аватары, тем временем, благодаря чётким указаниям Чёрной Королевы уверенно побеждали. От второй шкалы здоровья дракона осталось совсем чуть-чуть.

Сирруш совсем разбушевался, его когти и хвост кружились в смертоносном вихре, но Сильвер Кроу постоянно смещался в стороны с помощью крыльев и уворачивался от всех атак, а Блэк Лотос парировала их скрещёнными клинками.

— Гр-ро-а-а-а!

Сирруш взревел ещё громче и оттолкнулся от пола с помощью задней пары ног. Огромное тело поднялось в воздух, и Риса заметила, что его уязвимый живот оказался без защиты.

— Давай, Уника! Добей его спецприёмом! — скомандовала Лотос.

— Есть! — воскликнула Риса и переместила центр тяжести ближе к задним лапам, готовясь к «Вертикальному Броску».

Оставалось только выкрикнуть название техники и оттолкнуться от пола. Дальше аватар начнёт бешено вращаться, стачивая шкалу здоровья Энеми.

Но вдруг…

Напружинившаяся Риса увидела глаза взмывшего ввысь дракона.

Фиолетовый свет почти погас, сквозь него уже виднелись вертикальные зрачки. А в них сквозила… ярость?.. Нет… смирение?..

Риса осознала, что ей предстоит убить Энеми собственными руками, и замешкалась. Её замешательство продлилось лишь доли секунды. Но перед лицом чудовищно сильного врага, с которым бы она никогда не совладала в одиночку, ошибка оказалась непростительной.

— Дгр-р! — взревел дракон, и его хвост расплылся в воздухе.

— Риса!.. — выкрикнула Мимоза… — нет, сердечная подруга Нозоми — и стремительно прыгнула вбок.

Едва она толкнула Рису в сторону, как ещё даже не приземлившееся тело её аватара пронзило опустившееся сверху ядовитое жало.

В следующее мгновение охваченная огненным вихрем стрела Ардор Мейден проткнула шею дракона, и он рассыпался на голубые спецэффекты, Риса этого даже не заметила.

— Мимо-тян! — крикнула она, подбежала к упавшей Мимозе и подхватила аватар с зияющей дырой в животе. — Прости, я…. Я!..

Голос её прервался, хотя она хотела кричать и дальше, а Мимоза подняла руку. Губы на её маске двинулись, послышался хриплый голос:

— Не волнуйся обо мне, я скоро воскресну. Поспеши, Уника… вы должны добраться до Нюкты раньше Аргуса…

Складывалось впечатление, что все эти мгновения Мимоза держалась исключительно на силе воли — стоило ей договорить, как тело охватило светло-фиолетовое пламя. Аватар подруги растаял в руках Рисы, остался лишь молчаливый маркер смерти.

Безусловно, Рисе уже доводилось видеть, как кончается здоровье Мимозы, и как её аватар исчезает прямо на глазах. Мимоза не раз гибла раньше Рисы во время командных боев или проигрывала «ребёнку» во время дуэлей.

Но сейчас Риса не могла сказать: «Подумаешь, одна смерть», и отмахнуться от случившегося. Во-первых, она сама погубила подругу собственной нерешительностью, а во-вторых, смерть от отравления должна была обернуться для Мимозы страшными мучениями, ведь на неограниченном поле боль ощущалась гораздо острее.

Риса склонилась над маркером смерти, словно пытаясь обнять его. Она услышала, как приблизился и остановился прямо перед ней левитирующий аватар.

— Что скажешь, Уника? — раздался тихий голос Чёрной Королевы, и следующие слова поставили ее перед выбором: — Мы можем прождать час, пока Мимоза не воскреснет, или мы можем послушать её и поспешить к Нюкте. Вся эта операция проводится ради тебя… поэтому и выбирать тоже тебе.

— … — какое-то время Риса молчала, затем поднялась на ноги.

— Мы побежим вперёд… Я больше не хочу ни о чём сожалеть.

Она отвела взгляд от Чёрной Королевы и посмотрела в пустоту рядом с маркером.

Погибший на неограниченном поле воскресает спустя час. Весь этот час он проводит внутри игры в образе призрака, глядя на мир в черно-белых тонах и невидимый для других бёрст линкеров.

— ...Прости, что не дождусь тебя, Мимо-тян… — с чувством обратилась Риса к невидимой Нозоми. — Как воскреснешь, беги к подземному фойе, там есть портал. Я свяжусь с тобой, как только выберусь сама… Спасибо, что спасла меня. Я обязательно встречусь с Нюктой.

Разумеется, ответа не последовало, но Риса ощутила, как незримая рука похлопала её по спине.

Риса развернулась, кивнула четырём оставшимся аватарам и побежала вглубь арены к проходу, который соединял спортзал с подземельем.

Преодолев похожий на лабиринт проход с помощью воспоминаний и интуиции, группа спустилась по длинной лестнице к огромной двери. На уровне «Снег и лёд» она была украшена ледяной мозаикой, а на «Шабаше» материал сменился на дерево. Но узор по-прежнему изображал полную луну и звёздное небо.

В прошлый раз двери были заперты на какой-то замок со сложным названием, который сумела открыть только Нюкта. Риса знала, что если головоломка вернулась на место, то им придётся либо просить о помощи Метатрон, либо пробиваться силой.

«Впрочем, такие двери вряд ли возможно сломать», — поправила себя Риса, толкая двери.

Вдруг руки ощутили покалывание. Как только оно улеглось, мозаика пришла в движение. Детали щёлкали с умопомрачительной скоростью, полная луна сменилась новолунием, а звёзды постепенно погасли. Как только последний фрагмент встал на своё место, двери автоматически открылись. Обернувшись, Риса сказала ошарашенным спутникам:

— Можем идти.

— А… ага, — согласилась Чёрная Королева и возглавила шествие через открывшийся проход.

Именно здесь начиналось подземелье Ёёги — Святилище Венеры.

Уровень «Шабаш» проявлялся и здесь в чёрных деревянных мозаиках на стенах и полу, а также на высоких фонарях, которые стояла с регулярностью столбов. В проходе царила тишина. Закончились и ларьки, и тени.

— ...Что-то мне вспоминается дворец Имперского Замка… — прошептал Сильвер Кроу.

— И мне, — Ардор Мейден кивнула. — Такое чувство, что мы сейчас столкнёмся с невероятно сильными Энеми…

Из их слов следовало, что эта парочка побывала в стенах неприступного Имперского Замка, но Риса решила, что сейчас не время для расспросов.

— Ладно, вперёд! — скомандовала Чёрная Королева, и пятёрка товарищей продолжила путь.

«В бою против следующего Энеми я не дрогну. Конечно, я не избавилась от сомнений окончательно, но буду сражаться изо всех сил ради всех, кто прислушался к моей прихоти, и ради Нодзоми-семпай, подтолкнувшей меня в спину».

Риса решительно сжала кулаки, но…

По иронии судьбы, в подземелье под парком Ёёги сражаться с Энеми не пришлось.

Конечно, они видели праздношатающихся рыцарей и демонов, на вид ещё более опасных, чем Сирруш, но Метатрон каждый раз предупреждала о приближении к Энеми, и схваток удавалось избежать. Трёхмерная иконка утверждала, что в бою ни на что не способна, однако её способность обнаруживать противников давала практически читерское преимущество. Рисе хотелось выведать, каким образом Энеми Легендарного класса, относившийся к Четырём Святым, так привязался к Сильвер Кроу, но нынешнее психологическое состояние не располагало к беседам.

Целых сорок минут они выбирали дорогу на развилках и спускались по лестницам.

— Остановитесь, — прошептала Метатрон, висевшая над головой шедшего во главе Сильвер Кроу. Группа замерла на месте.

Перед этим они как раз прошагали больше сотни метров по самому длинному из всех прямолинейных участков подземелья, который пока что им попадался. В отличие от «Снега и льда» сейчас Риса понятия не имела, что скрывается вдалеке.

Однако затем Метатрон заговорила на редкость напряжённым голосом:

— Впереди комната сорок на сорок метров, в конце которой лестница на последний уровень. Однако её охраняют двое караульных существ, и обойти их невозможно.

— Ну, значит, будем воевать! Прикончим их!

— Помогю чем смогю!

Но стоило Комет Сквикер и её загадочному зверьку отозваться нисколько не утомлёнными голосами, как Метатрон продолжила строгим тоном:

— Всё не так-то просто. Врата охраняют Немесис и Танатос — сильнейшие бойцы среди Нокс Коров.

— …Опять они?! — громким шёпотом воскликнула Чёрная Королева, а Сильвер Кроу молча содрогнулся.

— Но во время дела о чёрной туче вы смогли одолеть одного из них, разве нет? — спросила Ардор Мейден.

— А, п-понимаешь, мы на всю катушку использовали Инкарнацию… — тут же затараторил Сильвер Кроу. — К тому же бой шёл снаружи, я смог как следует разогнаться. Здесь, в подземелье, особо не полетаешь, а если мы применим Инкарнацию…

— Сбегутся все Энеми, которые только есть в этой крепости, — шёпотом договорила за него Чёрная Королева. Кроу закивал.

Молчание продлилось ещё секунд пять. Наконец его нарушила Комет:

— М-м-м, интересно, а проход можно открыть, не убивая Неме-неме и Тана-тану?

— Должно быть можно… жёсткой привязки вроде бы нет, — ответила Блэк Лотос. Приложив клинок правой руки к полупрозрачному визору, она начала вызывать из памяти давние воспоминания: — Мне уже доводилось как-то раз здесь бывать — очень давно, ещё до создания Нега Небьюласа. Битва против Немесиса и Танатоса шла тяжело, они разбили наш строй и некоторые бойцы убежали вниз… и пробудили ждавшую там Нюкту. Воплей было очень много.

— Ух-х… — Сильвер Кроу втянул голову в шею и кивнул. — Но всё-таки… если перед лестницей нет двери, у нас появляется выход. Мы вчетвером отвлечём внимание Немесиса и Танатоса, и уведём их от двери. Тем временем Уника-сан сможет проскользнуть мимо…

— Нет!.. — перебила его Риса. — Я не могу подвергать вас такому риску. Если вы умрёте в зоне внимания таких сильных Энеми, да ещё и в глубине лабиринта, можете оказаться в бесконечном истреблении…

— О чём ты, Уника? Рискуешь здесь ты, — с усмешкой в голосе бросила Чёрная Королева. — Мы до сих пор не знаем, как отреагирует на тебя первая форма Нюкты. Возможно — нет, вероятно, она просто нападёт на тебя. Если дойдёт до такого, тебе придётся сделать всё возможное, чтобы сбежать.

— Может… вы и правы, но…

— За нас не беспокойся. Если мы не будем пытаться вырвать победу, а сосредоточимся на защите и уклонении, даже таким сильным стражам придётся попотеть, чтобы с нами справиться. К тому же мне… тоже интересно. Даже наша всемогущая архангел-сама не знает, почему Нюкта откликнулась на твой зов. Возможно, ответ поможет нам приблизиться к разгадке ещё более важной тайны: «Для чего существует Ускоренный Мир?»

— Для чего… Ускоренный Мир?.. — шёпотом повторила Риса и опустила взгляд на свою правую руку.

Из кончиков покрытых шерстью пальцев Найтрайд Уники выглядывали потайные когти.

Риса вдруг задумалась о том, что дошла до шестого уровня, но до сих пор почти ничего не знает о Брейн Бёрсте. Временами ей смутно казалось, что она начинает понимать смысл существования бёрст линкеров, Энеми и всего Ускоренного Мира, но Риса никогда не задумывалась на эту тему всерьёз. Зато Чёрная Королева, Сильвер Кроу и их товарищи искали настоящий ответ.

Риса крепко сжала кошачью лапу в кулак.

— Спасибо вам… Я хочу поговорить с Нюктой. Для этого мне нужна ваша помощь.

— Выражаясь словами Мимо-мимо, «не маэдайся кракендурью, мы и так знаем!» — жизнерадостно выкрикнула Комет.

Риса чуть пошатнулась и машинально переспросила:

— Ч… чего?

— Ну-у… это выражение такое. Возникло после того, как Маэда Кейдзиро Ёсимасу поймал здоровенного кальмара…

— Кхм!.. — кашлянула Чёрная Королева, перебивая их. — Хотя истоки выражения меня, безусловно, заинтриговали, времени у нас нет. Полагаю, Охотники Аргуса уже воскресли и вошли в подземелье. Стоящие на пути Энеми их на какое-то время задержат, но поспешить всё равно стоит.

— ...Есть! — ответила Риса.

Остальные аватары кивнули, и группа вновь зашагала вперёд.

Вскоре они увидели зияющий проём распахнутых дверей. За ним ожидали Немесис, Танатос и богиня Нюкта.

Все четверо, нет, пятеро не могли не почувствовать, как в воздухе повеяло холодом и давлением. Но все продолжали молча идти вперёд, ничего не говоря.

Лотос остановился в паре метров перед проёмом. Кроу и Мейден бесшумно встали по левую руку от неё, Комет и Риса по правую и заглянули внутрь.

Как и сказала Метатрон, впереди виднелось идеально квадратное помещение сорок на сорок. Доски на полу напоминали даже не спортзал, а додзё, а в дальней стене проглядывался следующий проход без двери. Бесчисленные фонари, подвешенные к потолку, светились голубым, подсвечивая пол и двух огромных Энеми, преклонивших колени в самом центре помещения.

Похожие на демонических рыцарей стражи выглядели худощавыми, но носили мощные доспехи и излучали величие, достойное звания сильнейших бойцов «Нокс Корпус». Ноги сами останавливались при мысли о том, насколько мощные атаки этот дуэт обрушит на незваных гостей, как только придёт в движение.

— ...Одного взгляда достаточно, чтобы прочувствовать всю сложность грядущей битвы… Тем не менее план остаётся в силе, — прошептала Чёрная Королева так тихо, что даже чуткие уши аватара Рисы едва расслышали её слова. — Мы разведём их по флангам. Левого, Немесиса, ведём мы с Комет, правого, Танатоса, — Кроу с Мейден. Когда они отойдут от дверей, Уника побежит напролом точно по центру. Что дальше — зависит только от неё.

Остальные аватары молча кивнули. Черноснежка занесла клинок правой руки.

Но когда она уже собиралась им взмахнуть…

— Стойте! — резко бросила Метатрон, переместившаяся к левому плечу Сильвер Кроу. — Сзади приближается отряд воинов!

— Что?..

Риса и Чёрная Королева развернулись одновременно.

В глубине прямого как стрела коридора раздавались лязгающие звуки, становившиеся громче с каждой секундой. К ним бежали люди, причём целая толпа. Риса сразу поняла, что их заметят не позже, чем через тридцать секунд.

— Охотники Аргуса!.. Не зря они называют себя специалистами по Энеми — похоже, они сумели избежать всех битв!..

— Ч-что нам делать, Лото-лото?! Здесь негде спрятаться! — воскликнула Комет.

Но не успела Чёрная Королева хоть что-то ответить, как за спиной аватаров раздался тяжёлый металлический лязг.

Вновь развернувшись, Риса увидела, что Энеми начали подниматься на ноги. Скорее всего, их внимание привлекли звуки шагов Охотников Аргуса.

С учетом размеров Энеми, они как раз уместились бы в проходе, заняв всю его ширину. Если бы они так и поступили, отряд Рисы угодил бы в клещи между ними и Охотниками Аргуса.

— Выбора нет!.. Немедленно начинаем разводить Энеми! Уника, беги к лестнице! — скомандовала Чёрная Королева.

Сильвер Кроу и Ардор Мейден бросились в зал, не теряя ни секунды. Следом в направлении левого рыцаря побежали Лотос и Комет.

— Хр-р-р-р!.. — послышался рёв, похожий на треск сухого дерева. Немесис и Танатос начали расходиться в стороны.

В ту же секунду из прохода донеслись голоса:

— Там кто-то есть!

— Плевать, идём напролом!

«Времени не осталось. Нужно добраться до дверей, пока в этом зале не началось побоище».

«Давай, Рисаппе!» — померещился Рисе голос Нодзоми. Ещё мгновение, и Риса бросилась вперёд.

Она вытянула туловище так, словно разгонялась перед трамплином, и старалась делать прыжки как можно шире. Два огромных рыцаря всё ещё преследовали Блэк Лотос и Сильвер Кроу, не замечая бегущей Рисы. Промчаться между Энеми — и на пути к дальнему проёму уже не останется преград.

Как правило, проворная Найтрайд Уника не считала стометровку за расстояние, но сейчас мысли Рисы ускорились до того, что лестница почти не приближалась. Она прыжок за прыжком летела вперёд, утопая в плотном, сейчас подобном воде, воздухе.

Возможно, тело казалось тяжелее обычного из-за последних крупиц нерешительности, оставшихся в её сердце. Именно из-за Рисы появилась чёрная туча, доставившая немало хлопот многим бёрст линкерам и ввергшее в смятение даже реальный мир. Тем не менее никто не привлёк её к ответственности и не наказал. Более того, сейчас Риса пыталась пробудить опасного Энеми Ультра Класса лишь ради себя самой.

«Но…»

Встреча с Нюктой не могла остаться бессмысленной. Риса уже не могла подавить горящее в груди любопытство.

«Вперёд!» — мысленно воскликнула она, что было сил оттолкнулась от пола и ощутила, как окутавшее тело воздушная пелена разорвалась.

Аватар ускорился, но в ту же секунду Немесис и Танатос испустили гулкий рёв. Они словно клялись никого не пускать к своей хозяйке.

— Хр-р-ро-о-о-о!

Рыцари резко закрутились на месте, их зазубренные клинки устремились к Рисе с обеих сторон. Они летели так близко, что увернуться она бы не успела. Значит, оставалось перепрыгнуть.

Риса свела ноги вместе, прыгнула вперёд, упёрла руки в первый меч и оттолкнулась от него, словно от гимнастического коня.

Сверху приближался второй. Риса сгруппировалась и кувыркнулась вперёд, избегая орудия. Лезвие царапнуло спину, но урона практически не нанесло. Затем ещё сальто и ещё. Мир бешено вращался, но она правильно оценила расстояние до пола, прекратила группироваться и приземлилась на ногу.

Прыжок на трамплине с тройным сальто и группировкой. Оно же четырёхкратное сальто Раковицэ.

Выпрямившись, она увидела перед собой лестницу. Сзади друг за другом раздались несколько взрывов. Скорее всего, Кроу и остальные использовали спецприёмы, чтобы вновь привлечь внимание Немесиса и Танатоса.

Далее послышались яростные возгласы. Похоже, Охотники Аргуса добежали до зала.

«Только не умирайте!» — помолилась Риса и бросилась вниз. Она летела, почти не касаясь десятков ступеней, но потом запнулась и докатилась до самого низа.

Девятый уровень Великого подземелья парка Ёёги, также известного как Святилище Венеры, совершенно не изменился, в отличие от верхней части подземелья. Всё тот же огромный купол диаметром двести метров. Те же вмурованные в него самоцветы, блестящие словно звёзды. Большую часть пола покрывала вода, на которой красовались лотосы, гиацинты и другие цветы.

Из того места, куда приземлилась Риса, шла окружённая колоннами дорога прямо в середину купола. Первой формы Нюкты, встречи с которой ожидала Лотос, Риса не увидела. Стало быть, ей предстояла встреча сразу с настоящим телом.

Кое-как поднявшись на непослушные ноги, Риса побежала между колоннами. Шаги по ониксовому полу отдавались приятными щелчками. Огромные двери становились всё ближе и ближе. Преодолев 75 метров коридора за десять с небольшим секунд, Риса надавила на двери. Хотя Нюкта уже говорила, что они не запираются, девушка всё равно мысленно попросила, чтобы её впустили.

Как и в прошлый раз, двери начали открываться сами после небольшого толчка. Дождавшись, пока между створами появится достаточно широкий проход, Риса юркнула внутрь.

Внутри ничего не изменилось. Посреди островка, где росли совершенно чёрные георгины, немофилы, лютики и так далее, стояла огромная постель с балдахином. Риса подошла к ней на ватных ногах и аккуратно раздвинула чёрные шифоновые занавески.

Увидев хрупкую девочку, лежавшую посреди белоснежных простыней, Риса невольно вздохнула.

Длинные волосы, похожие на нити чёрного шелка, такого же цвета платье и кожа белей простыней. Несмотря на детский вид, она обладала возвышенной, благородной красотой. Да, так могла выглядеть только Богиня ночи Нюкта.

Однако уже через секунду облегчение уступило место панике. В прошлый раз богиня выглядела не настолько худой. Из чёрного платья выглядывали кукольно хрупкие ручки и ножки.

В ушах ожили слова Архангела Метатрон:

«Прямо сейчас Нюкта расплачивается за то, что израсходовала так много энергии. Она практически не способна сражаться в полную силу…»

Рисе казалось, что лежащей перед ней Нюкте стоит огромных усилий просто поддерживать своё существование, не говоря уже о битвах. Едва ли даже Энеми Ультра класса сможет остановить двадцать с лишним бёрст линкеров в таком состоянии. Да что там, Нюкта могла и вовсе не проснуться вовремя.

Риса преклонила колено у кровати и протянула руку. Полностью втянув когти, она погладила мягкие волосы и прошептала:

— Нюкта… я пришла ещё раз увидеть тебя.

Ответа не было. Тело девочки не шелохнулось; она не разомкнула веки.

И вдруг Риса поняла.

Семь часов… или, по меркам неограниченного поля, 290 дней назад Нюкта попыталась исполнить желание Рисы и вышла за рамки возможного. Она создала чёрную тучу, которая отменяла ускорение любого бёрст линкера, к которому прикасалось, затем распространила его на весь центр Токио и попыталась накрыть Ускоренный Мир вечной ночью.

Если бы замысел Нюкты удался, расплата за вечную ночь погубила бы богиню ещё тогда. Энеми Ультра класса, прожившая более восьми тысяч лет, пыталась пожертвовать собой ради никчёмного создания по имени Риса.

— Почему?.. Зачем ты… — еле слышно прошептала Риса. В уголках линз на её маске собрались прозрачные капли.

Слезы покатились по щекам, упали на лоб спящей девочки и разбились в белые искорки. И тогда…

— Это она Богиня ночи Нюкта? — раздался за спиной голос, и Риса обернулась.

В широко раскрытых дверях появился крупный дуэльный аватар, а затем зашагал к ней быстрым шагом, на ходу расшвыривая чёрные лепестки.

Аватар был закован в тёмную бирюзовую броню. С правой руки свисал ужасающе огромный пистолет. Маска в виде солнечных очков наглухо закрывала глаза.

Голос и внешность аватара давали понять, что именно он стоял во главе Легиона охотников на Энеми, собравшегося в парке Ёёги. Следом за ним в зале появилось ещё пять… нет, шесть подчинённых.

Аватар с пистолетом остановился метрах в десяти от Рисы и Нюкты и зычно представился:

— Я Тил Поучер[✱]Teal Poacher., командир Охотников Аргуса. Это твои товарищи сражаются с охранниками?

Риса молча кивнула. «Браконьер», если судить по имени, продолжил, покручивая пистолет на пальце:

— Как правило, в охоте на Энеми прав тот, кто добрался первым, но тут мы стоять в сторонке не согласимся. Тебя убивать не станем, но на Нюкту нападём одновременно с тобой. Кто нанесёт последний удар — того и добыча. Думаю, так будет честно.

По всей видимости, Поучер счёл Рису и её товарищей соперниками за победу над Нюктой. Конечно, Риса не могла согласиться на его предложение, но понимала и то, что Охотники Аргуса не откажутся от планов, как бы она их ни уговаривала.

«Что же делать… как же быть?»

Риса посмотрела на спящую Нюкту, затем на распахнутые двери.

Сверху еле слышно доносился грохот — битва против Немесиса и Танатоса продолжалась. Охотники Аргуса отправили против стражей большую часть состава, но даже с таким подкреплением бёрст линкеры вряд ли одолеют Энеми быстро. Риса должна была справиться здесь самостоятельно.

— Чего зависла? Не, если хочешь, можем с тобой сразиться за право добить Нюкту, — раздражённо бросил Поучер и шагнул к Рисе.

Никакие уловки не сработают. Рисе оставалось последовать зову сердца и сделать всё возможное.

Собрав решимость в кулак, она встала на постель на коленях и раскинула руки в стороны.

— Я не дам вам напасть на Нюкту.

Тил Поучер озадаченно покрутил головой, но тут же ответил:

— Это значит, ты хочешь присвоить всю добычу себе?

— Нет. Нюкта моя… — Риса на мгновение запнулась, а потом уверенно заявила: — ...Моя подруга. Поэтому я не дам её в обиду!

Ненадолго воцарилось молчание…

…Которое нарушил громогласный хохот.

Одного из красных аватаров от смеха сложило пополам.

— П-подруга?! — воскликнул он. — Энеми?! Это же надо, о простом монстре такое сказануть… или это такой отыгрыш?!

— Следи за словами, Рик. Мы все тоже охотников отыгрываем.

Невозмутимый Поучер успокоил товарищей, демонстративно взвёл курок пистолета и уставился на Рису сквозь непроницаемые черные очки.

— Что же, если ты так хочешь, мы принимаем твой вызов. Но учти, мы будем сражаться всерьёз и целый час с твоим трупом нянчиться не собираемся. Если окажешься в бесконечном истреблении — пеняй на себя.

Поучер щёлкнул пальцами левой руки, и шестеро его товарищей обошли его с разных сторон.

Семеро против одного. Если противники смогли войти на неограниченное поле, все они не ниже четвёртого уровня. А поскольку опыта битв против игроков у Рисы почти не было, она оказалась в крайне трудном положении.

И тем не менее мысль о том, чтобы сдаться без боя, не пришла в её голову даже на миг.

Пусть она не услышала ни слова, но смогла кое-что понять.

Она узнала, зачем Нюкта пригласила Рису в свой лабиринт и попыталась исполнить её желание в обмен на собственную жизнь.

Скорее всего, после стольких прожитых лет Нюкта начала ощущать одиночество. Она искала связи с кем-нибудь. Да, система дала Нюкте устрашающую силу, но она так и осталась маленькой девочкой, пленницей одиночества. Другими словами, по своей сути она ничем не отличалась от Рисы.

Правда была в том… что и бёрст линкеры, и Энеми — жители Ускоренного Мира. Даже оскорбительное слово «Энеми» — не более чем термин, придуманный первыми бёрст линкерами.

За делом о чёрной туче стояло то, что Нюкта и Риса встретились в Ускоренном Мире, открыли друг другу душу и подружились. А теперь пришёл черед Рисы сделать все возможное ради Нюкты.

— ...Начали! — скомандовал Поучер, и вся семёрка вступила в бой.

— «Вертикал Хёрлинг»! — воскликнула Риса, отталкиваясь от пола.

Она сгруппировалась, закрутилась и устремилась к Тил Поучеру. Хотя мир перед глазами норовил размыться в мешанину вертикальных линий, Риса всё равно разглядела, как вскинутый пистолет Поучера изверг жёлтое пламя. С такого расстояния противник просто не мог промахнуться, но аватар Рисы вращался так быстро, что без труда отбил пулю.

В следующее мгновение она попала единственным спецприёмом Найтрайд Уники точно в грудь Поучера.

— Гхо…

Поучер пытался остановить Рису левой рукой, но «Вертикальный Бросок» не из тех приёмов, которые можно просто взять и прервать голыми руками. Броня Поучера испускала фейерверки искр, истончаясь на глазах. Правильнее всего было бы не сопротивляться, лечь на пол и смириться с полученным уроном, однако Поучер, как и многие другие, впервые встретившиеся с вращением Рисы, инстинктивно пошёл на принцип.

Но стоило Рисе задуматься о том, что после победы над вражеским командиром появится шанс победить…

— …Вот куда надо! — раздался голос, и что-то сильно ударило Рису в правый бок.

Чей-то выпад кулаком попал точно по оси вращения аватара. Спецприём немедленно прервался, Рису с силой впечатало в пол.

Она видела, как сквозь поднявшиеся в воздухе лепестки на неё несутся несколько фигур. Риса попыталась подняться, но система всё ещё не вернула управление после применения спецприёма, тело не слушалось.

Ещё удар. Носок башмака крупного аватара попал точно по животу и лишил Рису значительной части здоровья.

Она отлетела, несколько раз отскочила от пола и в конечном счёте упала лицом в пол перед самой кроватью-клумбой Нюкты.

За спиной уже раздавались приближающиеся шаги, а Риса изо всех сил тянула правую руку.

Пальцы коснулись маленькой бледной ручки.

Нечто излилось из самых глубин Рисы и вошло в спящую девочку…

Ресницы Нюкты вздрогнули, веки приоткрылись. Глаза чарующе-изумрудного цвета посмотрели сначала на Рису, потом на нападающих бёрст линкеров.

Еле заметно двинулись губы. Послышался тихий голос:

— Усните навеки в объятиях ночи…

Риса поняла, что эти слова служили аналогом того, что бёрст линкеры называют объявлением спецприёма, лишь когда вокруг кровати Нюкты возникли серые клубы, мгновение спустя начавшие бешено вращаться, постепенно охватывая всю комнату. Плотная мгла мигом захватила в плен охотников и скрыла их с глаз Рисы.

Через несколько секунд туман рассеялся, и Риса вновь увидела семерых аватаров, застывших в неестественных позах.

Приглядевшись, Риса заметила, что броня у всех охотников почернела и потускнела. Они словно… нет, они на самом деле превратились в каменные изваяния.

Риса продолжала лежать, недоумевая и держа Нюкту за руку…

— Прошло столько лет… с тех пор, как я последний раз видела «Дарк Клауд» богини Нюкты, — послышался голос, и следом по ту сторону каменных изваяний появились фигуры Чёрной Королевы Блэк Лотос, Сильвера Кроу, Ардор Мейден и Комет Сквикер.

Все они выглядели изрядно потрёпанными, но на ногах держались уверенно.

— «Дарк Клауд»?.. — шёпотом переспросила Риса.

Чёрная Королева подплыла вплотную и кивнула.

— Да. Именно так называется спецприём Нюкты, которым она истребляла всех без исключения смельчаков, решившихся войти в лабиринт. Этот туман вызывает окаменение, сон, слепоту, немоту, а также наносит периодический урон и вытягивает энергию для спецприёмов.

— Да уж, целый комплексный обед из эффектов… а ведь, казалось бы, одного окаменения достаточно… — высказался Сильвер Кроу.

Пока он говорил, Риса сумела приподняться и посмотреть в лицо Нюкте. Девочка, как и раньше, лежала неподвижно и с закрытыми глазами, но в том, что Рису спасла именно она, сомневаться не приходилось.

— Это и есть Нюкта? Она гораздо меньше, чем я думала.

— Очюнь страшная, но очюнь миленькая!

Выслушав мнения Комет и Болери, Риса покачала головой.

— Нет, она… не всегда была такой. Она истратила слишком много сил, поэтому…

— Именно, — подхватила Архангел Метатрон, всё ещё висевшая над левым плечом Кроу. — Нюкта на пороге гибели. Я удивлена, что ей хватило сил выпустить чёрное облако.

Трёхмерная иконка подтвердила опасения Нюкты. Риса переменилась в лице, и, не удержавшись, осторожно приподняла маленькое тело и прижала к груди.

— Почему… почему ты спасла меня, Нюкта?.. — спросила она почти беззвучно.

Прошло несколько секунд, и в сознании Рисы раздался голос:

— Это я должна спросить, почему ты пришла сюда, хотя больше не требуешь вечного сна.

— Потому что я… хотела ещё раз увидеть тебя, Нюкта, — прошептала Риса, обнимая тельце богини ещё крепче. — Я хотела встретиться с тобой и столько всего спросить… но ответ пришёл и без слов. Я поняла… что мы с тобой ничем не отличаемся. Между бёрст линкерами и Энеми на самом деле нет никакой разницы…

— … — рядом с её ухом послышался тихий вздох. — ...Уже скоро… я исчезну. Но я рада, что смогла перед этим увидеться с тобой. Большего мне не нужно…

Краем глаза Риса заметила голубое свечение, и тут же перевела взгляд вниз.

Она увидела, что пальчики босых ножек Нюкты начали превращаться в частицы света и растворяться в воздухе.

— Нет!.. — воскликнула Риса, обернувшись и ища взглядом Чёрную Королеву. — Мы можем хоть что-нибудь сделать?!

В её голосе звучала мольба, но девяточница, досконально разбиравшаяся в Ускоренном Мире, лишь покачала головой.

— ...Даже если мы каким-то чудом не дадим Нюкте окончательно исчезнуть, это почти ничего не изменит. Через какое-то время Охотники Аргуса воскреснут, и даже если они откажутся от мысли победить Нюкту, это может сделать другой Легион…

— Тогда я…

Риса в последний момент сдержала слова «останусь здесь и буду защищать её вечно!», чуть не вырвавшиеся из горла.

Бёрст линкер не может оставаться на неограниченном поле вечно. Да и не сама ли Риса решила пробудиться от вечного сна, который даровала Нюкта, чтобы вернуться в реальный мир?

Пока они говорили, Нюкта продолжала исчезать. Ноги растаяли до колен, развоплотилась половина волос.

— Пусть будет так, — вновь снова раздался голос в голове Рисы. Ей показалось, что он звучал теплее и нежнее, чем когда-либо раньше. — Я искала смысл своего существования очень, очень долго. Может быть, я и не нашла ответа, но согласна сгинуть в твоих объятиях.

— Нет… нет…

«Нет, ты не можешь!» — хотелось завопить Рисе, но она не могла спорить с тем, что слова Нюкты в точности отражали ее собственные мысли.

Риса готова была пожертвовать всем и даже погибнуть, лишь бы исполнить на Олимпиаде, величайшей спортивной сцене мира, прыжок Раковицэ. Она настолько заполнила своё сознание этой целью, что перестала понимать, зачем занимается гимнастикой. В детстве она вдохновлялась Михэелой Раковицэ и искренне мечтала прыгать как она, но со временем запал угас, а на смену ему пришли другие мысли, например: «лишь бы не разочаровать маму и тренеров».

Прошло уже много времени после того, как Риса пробудилась от нежного сна, который подарила ей Нюкта, и теперь ей начало казаться, что после выздоровления она и в самом деле сможет вернуться в гимнастику и продолжить тренировки.

Но она не могла согласиться с тем, что Нюкта исчезнет.

— Ты уверена, что сделала правильный выбор, существо Нюкта? — неожиданно раздался голос трёхмерной иконки над левым плечом Сильвер Кроу.

Голос словно придал Нюкте сил. Она приподняла веки и пошевелила губами:

— Слишком поздно, существо Метатрон. Даже тебе уже не под силу спасти меня от гибели.

— Нет, ещё не все потеряно. Слушай меня, воин Уника.

Риса услышала имя своего аватара и подняла заплаканное лицо.

Излучавшая белоснежный свет иконка заговорила величественным, достойным архангела голосом:

— Существо Нюкта наладило с тобой связь на высшем уровне. Ты можешь воспользоваться ей, чтобы слиться с ней телами.

— С… связь?.. Высший уровень?

Риса не поняла ни слова из речи Метатрон. Ради спасения Нюкты она была готова на всё, даже на какое-то там «слияние», но не понимала, чего от неё хотят.

— Уника, — продолжил Сильвер Кроу. Он говорил спокойным, уверенным голосом. — Все очень просто. Открой свою душу и просто молись.

— «Молись»?.. — недоуменно повторила Риса.

Следующим раздался обеспокоенный голос Ардор Мейден, поравнявшейся с Кроу.

— Но разве это не опасно, Ку-сан?

— Ну… думаю, ничего страшного не случится. Максимум, начнут встречаться во сне … — ответил Кроу, почти не внеся ясности.

Затем он подошёл к Рисе, наклонился, положив правую руку ей на спину, и уверенно кивнул.

— Не бойся, я помогу. Ты уже бывала на высшем уровне, а значит, у тебя обязательно получится. А теперь закрой глаза и попытайся прочувствовать вашу с Нюктой связь…

Риса послушно сомкнула веки и сосредоточила всё своё сознание на лёгком теле, которое прижимала к груди.

И тогда она впервые ощутила какое-то слабое тепло.

Во тьме появилась еле заметная дорожка из света. Разгонная прямая.

Чуть дальше — трамплин и гимнастический конь. А ещё дальше — маленькая девочка, стоящая спиной к Рисе.

Риса вытянулась, подняла правую руку и начала разбег.

Между ней и девочкой росла чёрная стена, пытаясь перегородить путь.

В ушах послышался голос Нодзоми:

«Да не бойся ты, Рисаппе. Просто хорошенько разбегись и перепрыгни эту стену».

Рисе показалось, её толкнули в спину. Она резко ускорилась. Трамплин становился ближе с каждой секундой. На мгновение сердце сковало страхом.

Но Риса не остановилась и продолжила ускоряться, вдавливая пальцы ног в пол. Стена по ту сторону коня уже стала выше Рисы и полностью скрыла девочку. И тем не менее Риса чувствовала, что Нюкта всё ещё там.

— ...Я смогу! — воскликнула она и оттолкнулась от трамплина обеими ногами.

Ударив по коню руками, Риса устремилась в небо, сгруппировалась и начала вращаться.

Первое сальто, второе… на третьем она преодолела чёрную стену. Риса сделала ещё одно сальто, а затем вытянула руку.

Черноволосая девочка обернулась и уставилась на Рису изумрудными глазами. Тонкие губы на залитом слезами личике еле слышно позвали Рису по имени.

— Нюкта!!! — крикнула Риса в ответ и крепко схватила маленькую ручку.

Ещё миг — и из сцепившихся ладоней полился золотистый свет, который растопил и призрачную стену, и пол, и оба тела.

Остались лишь две души, которые соприкоснулись, слились и…

Глава 5

Первыми через портал в подземном фойе первого спортзала прыгнули Комет Сквикер и Мимоза Бонго. Оба аватара бесследно исчезли.

Найтрайд Уника собиралась выйти третьей, но остановилась перед пульсирующим светом голубого портала, развернулась и низко поклонилась Харуюки и его товарищам.

Половина её светло-серого аватара стала чернее ночи. Более того, левый глаз теперь светился ясным изумрудным светом, а за спиной виднелись два маленьких крыла, торчавших, словно концы шарфа.

Уника выпрямилась и лёгким прыжком исчезла в портале. Харуюки опустил руку, которой махал на прощанье, и проговорил:

— Я так удивился. Кто бы мог подумать, что у её аватара поменяется цвет …

— Ну же, Кроу, это ведь ты её надоумил, — с усмешкой в голосе ответила Черноснежка.

— Я был уверен, что Нюкта на манер Метатрон превратится в иконку, — удивлённо пожал плечами Харуюки. — Но они с ней, кажется, слились полностью и нераздельно… Надеюсь, обойдётся без последствий в реальном мире …

— Волноваться не о чем, — уверенно заявила трёхмерная иконка над его головой. — Слияние Уники и Нюкты произошло на высшем уровне, то есть на сервере BB2039. На низшем уровне они разве что начнут встречаться во сне.

— П-понятно…

Черноснежка многозначительно покосилась на Харуюки, но следом раздался привычно радостный голос Утай:

— А вот я рада, что нашего полку двуцветных прибыло!

— Ну… и я, пожалуй, порадуюсь тому, что появился новый чёрный аватар.

Засмеявшись, Харуюки обернулся. На фоне ночного неба чёрной горой высился силуэт первого спортзала Ёёги.

Скорее всего, у Нюкты уйдёт ещё очень много времени, чтобы вернуть себе настоящую силу. Но пусть подземелье под Ёёги и лишилось хозяйки, Нокс Коры во главе с Немесисом и Танатосом наверняка сумеют его защитить.

Но оставался ещё один повод для волнения.

Настоящее тело высшего существа Богиин ночи Нюкты соединилось с Найтрайд Уникой и временно исчезло из Ускоренного Мира. Как на эту необычную ситуацию посмотрит загадочный судья, определивший условия победы в межсерверной войне?

Логичнее всего предположить, что теперь вместо семи существ целями будут только шесть. Но если Уника во время слияния унаследовала статус ключевой цели, то дела её плохи.

Уже через пять часов, как только сменится дата в календаре, вспыхнет война против драйв линкеров. Начнутся битвы, подобных которым не видели даже Короли. Травмированной Цукиори Рисе и спрятанной внутри неё Унике нельзя в них участвовать.

— Как вернёмся, надо будет сказать Унике, чтобы она какое-то время не ходила на неограниченное нейтральное поле, — раздался сзади голос Черноснежки, которая по-видимому подумала о том же самом.

— Ага…

— Что же, Кроу. Пора возвращаться.

— Поздравляю с успехом, Ку-сан.

Звук собственного имени привёл Харуюки в чувство. Он шагнул навстречу протянувшим ему руки Блэк Лотос и Ардор Мейден, кивая на ходу.

— ...Ага!

(Конец)