Глава 34 (125) — Синтез и распад
Райан уже видел, на что способен Фоллаут, поэтому не стал размениваться на мелочи.
— Нам нужно увести его подальше от населенных районов, — сообщил он Ливии, пока они вдвоем парили высоко над Новым Римом, выслеживая приближающуюся красную комету. — Когда он так взбешен, его перестает волновать сопутствующий ущерб. А раз уж мы разнесли дело всей его жизни, он будет немного...
— Нестабилен? — с усмешкой закончила за него Ливия. — Эта шутка была ужасной, Райан.
— Лучшее я приберегу на десерт, — отозвался курьер.
Бронированный дуэт перехватил Фоллаута в сотнях метров над Неаполитанским заливом. Красный Геном из Dynamis предстал перед ними во всем своем сияющем величии, проносясь по небу благодаря двум багровым потокам энергии, бьющим из его рук. Киборг значительно превосходил размерами и Райана, и Ливию, даже с учетом их брони. Они выглядели как два обычных солдата перед лицом летающего танка.
Огненный череп Фоллаута смотрел на них из-за защитного купола, и в его пустых глазницах пылала атомная ярость.
— С дороги! — проревел он и бросился в атаку.
Ракетные установки на его плечах активировались, выпустив залп в Райана, который первым перехватил цель.
Курьер среагировал мгновенно. Он активировал свою способность, заморозив в воздухе пару десятков снарядов, и вскинул руки, пуская в ход оружие на перчатках. К его облегчению, в застывшем времени оно сработало идеально, выпустив в сторону киборга две красные ударные волны. Они сдетонировали все ракеты на своем пути и ударили Фоллаута в упор.
Стоило времени возобновить ход, как мощный удар и серия взрывов сбили застигнутого врасплох Альфонса Манаду с курса, едва не сбросив его в Средиземное море. Однако, хоть методам киборга и не хватало элегантности и маневренности джетпака Райана, он сумел выровнять полет.
— Это... застывшее время... — произнес корпоративный киборг, свирепо уставившись на противника. — Ты — Квиксейв.
— Вопрос, жестянка, — ответил Райан, пытаясь навязать ближний бой. — Твой знак зодиака — Рак? [1]
Вместо того чтобы ответить на колкость, Альфонс резко сменил траекторию, уклоняясь от Райана.
— Мне следовало прикончить тебя давным-давно, — процедил киборг, одной рукой удерживая себя в воздухе, а другую направив на курьера. — Я исправлю эту ошибку прямо сейчас!
Райан едва успел моргнуть, как небо озарил ослепительный красный луч, и по его спи...
Время перепрыгнуло вперед, и когда оно возобновилось, Райан уже оказался слева от Фоллаута. Ошеломленный киборг не успел среагировать: Ливия вступила в ближний бой.
Восемь телескопических черных щупалец вырвались из спины ее брони, извиваясь, словно змеи. Они ударили Фоллаута в плечи, с мясом вырывая интегрированные ракетные установки, и впечатались в грудь. Стальные когти на концах искусственных конечностей вспороли щиты киборга Dynamis.
— Какая расточительность, — хихикнула Ливия. — Настоящие ядерные отходы! [2]
«Стоит ли мне сейчас просто застонать или все же рассмеяться?» — подумал Райан.
В качестве ответа Фоллаут активировал энергетический миниган в правой руке, заставив Райана и Ливию спешно отступить.
— Вам меня не победить! — яростно прорычал он; курьеру было трудно разобрать слова из-за гула плазменных выстрелов, прорезавших воздух. — Я пережил Августа! Вы не смож...
Где-то вдалеке грохнул взрыв, донесшийся прямо со стороны штаб-квартиры Dynamis.
Киборг на мгновение прервал обстрел, чтобы взглянуть в ту сторону, и сияние его черепа погасло от ужаса. Над зданием поднимался густой столб дыма — команда Энрике уничтожила этаж, где располагалась Лаборатория шестьдесят шесть [3].
— Нет, нет... — прошептал Фоллаут, когда его шок сменился чистым отчаянием. — Нет!
Забыв об атаке, киборг помчался к штаб-квартире в тщетной попытке спасти дело всей своей жизни.
— О нет, уж этого я не допущу, — бросил Райан и бросился в погоню.
Фоллаут открыл заградительный огонь в упор, чтобы отогнать его, и тогда Ливия задействовала свою...
Когда время возобновилось, кулак Райана с размаху врезался в стеклянный купол шлема Фоллаута. Внутри пропущенного времени своей девушки курьер оставался неосязаемым, что делало его полностью неуязвимым для атак. По отдельности их способности были мощными, но вместе?
Как и говорила Ливия — непобедимыми.
Стеклянный купол Фоллаута треснул, и он окончательно потерял управление. Вместо того чтобы приземлиться в районе, подконтрольном Dynamis, киборг рухнул прямиком в Средиземное море. Поверхность воды мгновенно обратилась в пар от удара, когда Красный Геном скрылся под волнами.
Райан искренне надеялся, что корпоратам не пришло в голову сделать киберкостюм водонепроницаемым, но он не был настолько наивен, чтобы считать битву оконченной.
— Думаешь, он любит морские грибы? [4] — спросил он свою девушку, зависнув над водой в ожидании всплытия Фоллаута. Океан в радиусе сотен метров начал закипать, хотя курьер не мог точно засечь эпицентр.
— Это было бы весьма... тревожно для ЦЕРНа, — ответила Ливия, сканируя море взглядом и явно просчитывая вероятности, чтобы обнаружить источник ядерной аномалии. На поверхность уже начала всплывать вареная рыба.
«Отличная отсылка, — подумал Райан, — хотя интересно, многие ли ее поймут».
— Эй, принцесса, а ты знала, что я посещал их ускоритель частиц?
— Уверена, они были очень благодарны за контакт, — ответила она и указала телескопическим щупальцем в точку слева от себя. — Вот здесь, Райан.
Курьер обрушил туда ударные волны, подняв в воздух столбы брызг. Вода в точке удара завибрировала, но Райан так и не понял, задел ли он Фоллаута.
— Почему он все еще не вылез? — спросил он. Корпорат был таким же непробиваемым, как Лео Харгрейвс, так что столь жесткое погружение должно было стать для него лишь досадной помехой.
— Я... — Ливия замерла, а затем резко схватила Райана за руку. — Выше!
Дуэт мгновенно взмыл вверх ровно в тот миг, когда из-под волн вырвался багровый свет. Катастрофический взрыв выбросил в небо тонны кипятка, словно на дне проснулся вулкан. Хоть пара и успела уйти в безопасную зону, густое облако пара заволокло обзор и сбило сенсоры брони.
Когда они вырвались из тумана, то заметили ярко-красное свечение под бушующими волнами — свет стремительно двигался к берегу Нового Рима.
— Он бежит по дну океана! — предупредила Ливия.
Райан снова обрушил серию ударных волн, но они лишь вспенили воду, ничуть не замедлив продвижение цели.
— Черт, он использует воду как щит! Где он выберется? — крикнул Райан, наконец-то поняв тактику киборга.
— Кладбище кораблей, — предсказала его возлюбленная-оракул, и они тут же рванули вслед за светом. — Он сбрасывает костюм!
Дерьмо. Не самый лучший расклад. Кладбище кораблей было безлюдным, особенно после того, как Покров перенес свою базу в бункер, но оттуда было рукой подать до жилых кварталов.
Та же мысль явно промелькнула и в голове его девушки.
— Райан, как быстро ты сможешь активировать Гравитационную пушку? [5] — спросила она.
— Почти мгновенно, но тогда я отправлю его прямиком в открытый космос, — напомнил ей Райан. — Его брат будет не в восторге.
— Я лучше столкнусь с гневом Терновника, чем увижу смерти невинных. А это случится, если мы позволим ему пройти гавань.
— Ты это видишь?
Она ответила мрачным кивком. Проклятье. Райан немедленно отправил сигнал бедствия союзникам на земле, требуя масштабной эвакуации местных жителей.
Дуэт достиг берега первым. Они кружили над кладбищем кораблей между Ржавым городом и старой гаванью. Лишь крабы ползали по ржавым остовам танкеров, лежащим на песке, а забытый склад Покрова давно покрылся толстым слоем пыли. Убедившись, что в периметре нет случайных зевак, пара стала ждать.
И он всплыл.
К тому времени, как Фоллаут добрался до мелководья, море вокруг начало испаряться. Густое облако пара поглотило остовы судов, и из тени проржавевшего супертанкера возник светящийся призрак. Альфонс Манада сбросил свою кибернетическую броню, как змея сбрасывает кожу, явив себя во всей радиоактивной красе. Его тело превратилось в обгоревший черный скелет, где плотью служило радиоактивное пламя, а дымом — частицы Красного Потока.
— Я узнаю твою силу, Августи, — прохрипел он, вперив взгляд в Ливию; его голос походил на треск тлеющих углей. — Это объявление войны? Неужели твой отец настолько состарился и обезумел от трусости, что посылает дочь сражаться вместо себя?
— Это не имеет никакого отношения к моему отцу, но имеет самое прямое отношение к тебе, — холодно ответила Ливия, пока температура вокруг продолжала расти. Песок под ногами Манады начал плавиться, превращаясь в стекло. — И ты не в том положении, чтобы рассуждать о грехах моего отца, учитывая, что сам совершил ровно такое же преступление. Ты отравил тысячи людей.
От ярости Альфонс вскинул правую руку.
— Я спас тысячи! — прорычал он; его фаланги засияли, как сверхновая. — Я дал простому народу силу защитить себя!
Из его ладони ударил мощный поток красных частиц размером с дом. Райан и Ливия разлетелись в разные стороны, уклоняясь от атаки и растягивая внимание вице-президента Dynamis.
— Лаборатория уничтожена, а Кровоток стерт с лица земли! — крикнул Райан, пытаясь отвлечь ходячую ядерную катастрофу. — За что тебе теперь сражаться?
— За все, — ответил Фоллаут, хотя обрушил весь свой гнев на Ливию. К счастью, провидица умело использовала мобильность брони, чтобы ускользать от лучей. — У нас достаточно данных, чтобы перезапустить производство Подделок в другом месте.
— Мы распространили вакцину, Черно Билл [6], — крикнул Райан, после чего заморозил время, подобрался вплотную и позволил секундам возобновиться ровно перед тем, как нанести удар. — Все кончено!
Бронированная перчатка с оглушительным хрустом впечаталась в челюсть Фоллаута. Но Красный Геном даже не шелохнулся. Райану показалось, что он ударил монолитную стальную стену.
— Ты хоть представляешь, насколько я могу быть силен? — прошипел Фоллаут. Его рука с неестественной скоростью метнулась к кулаку курьера, намертво захватив его. Красный Геном с силой дернул Райана на себя, вглядываясь в линзы шлема пылающими провалами глаз. — Думал, я ношу эту броню для собственной защиты?
Райан попытался отбросить врага ударными волнами, но они не возымели никакого эффекта — словно легкий ветерок. Фоллаут обхватил оба запястья курьера своими обугленными руками и начал сминать металл перчаток одной лишь грубой силой.
— Я уничтожил город в тот самый день, когда принял Эликсир, — произнес Альфонс, и свет вокруг него становился невыносимо интенсивным. Датчики Брони Сатурна истерично предупреждали о критическом жаре и радиации; Оранжевый Поток разлился по щитам, пытаясь компенсировать урон. — Стер его с лица земли. Я не смог проконтролировать силу и убил тысячи. Даже сейчас мне требуется все самообладание, чтобы не сжечь Новый Рим дотла.
— Нет, ты, безумец! — крикнула Ливия, спикировав сверху. Она попыталась сковать корпората телескопическими щупальцами, но их сплав — куда более слабый, чем металл Брони Сатурна — расплавился еще до того, как коснулся его. — Рядом живут тысячи невинных людей!
— Я поклялся, что все эти смерти не перечеркнутся пустым звуком, — прохрипел Фоллаут, и его череп стал слепить не хуже солнца. — Что я не перестану сражаться во имя общего блага, с чем бы мне ни пришлось столкнуться. И что бы мне ни пришлось сделать.
«Он собирается взорвать себя», — с леденящим ужасом осознал Райан, когда Красный Поток вокруг Фоллаута сжался в плотное пульсирующее облако. Перенаправив всю доступную энергию на джетпак, курьер всем весом толкнул Альфонса назад, стремясь максимально увеличить расстояние между живой бомбой и жилыми кварталами. Облако стало нестерпимо ярким, Райан почувствовал, как по спине пробежал холодок, а затем Фоллаут сдетони...
Взрыв продолжал бушевать даже после скачка во времени. В восприятии Райана его со всех сторон поглотил беснующийся океан огня. Хотя щиты модернизированной Брони Сатурна были рассчитаны на прямые атаки Августа, курьер кожей чувствовал, как защита прогибается под чудовищным давлением. Доля жара пробилась сквозь сталь, усиленную Оранжевым Потоком, опалив кожу на груди. Райана отшвырнуло, он сильно ударился головой о шлем, и перед глазами все поплыло.
Когда инфернальное пламя стихло и зрение начало возвращаться, курьер понял, что лежит на дне колоссального кратера.
Альфонс Манада стер кладбище кораблей в пыль. Он аннигилировал ближайший танкер, превратил весь песчаный пляж в лужи расплавленного стекла и испарил сотни тонн морской воды. От склада Покрова не осталось и следа, а гигантский остов корабля отбросило на полсотни метров к берегу. Из старой гавани гудели сирены Службы безопасности — ударная волна выбила стекла в огромном радиусе. Огромный столб черного дыма полз в небо в нескольких шагах от курьера.
И там, на краю дымящегося кратера, Райан увидел бронированную руку Ливии, торчащую из спекшегося стекла. В этот миг мозг отключился, уступив место голым инстинктам.
— Ливия! — выкрикнул Райан и вскочил на ноги; сервоприводы брони натужно заскрежетали. Он попытался взлететь, но взрыв выжег двигатели джетпака.
Он замер, заметив силуэт внутри дымного столба.
— Все еще жив? — спросил Альфонс Манада, величественно выходя из дыма. Его огненная аура померкла, но сам он ничуть не пострадал. Сейчас он действительно выглядел как демон, восставший из глубин преисподней. — Значит, мне придется убить и Вулкан, чтобы она больше никогда не собрала подобную броню.
— Что ты сделал? — прошипел Райан. Он с трудом слышал собственные слова — в ушах стоял противный гул, а звуки казались приглушенными.
Альфонс равнодушно размял плечи:
— Какой толк в даре провидицы, если ты не можешь избежать неизбежного?
Дар Ливии имел жесткий лимит. А этот безумец поддерживал взрыв как минимум полминуты, блокируя ей любой шанс покинуть радиус поражения.
Нет.
«Она могла сбежать, — осознал Райан. — Но она не видела будущего для меня. Не могла быть уверена, что я выживу. Она осталась здесь... ради меня».
Если бы не неуязвимость внутри пропущенного времени, Броня Сатурна никогда бы не выдержала такой мощи. Даже с ней взрыв уничтожил внешние бронеплиты и краску, обнажив оплавленные схемы электроники. Кулаки Райана судорожно сжались, когда волна Зеленого Потока залила забрало. Боль от ожогов стихла, слух восстановился — медкит брони спешно латал плоть. Курьеру хотелось броситься к разрушенному стеклу, к Ливии, но Фоллаут не оставлял ему такого выбора.
— Ты мог угробить весь район, — с глухой яростью прорычал Райан, вставая в боевую стойку.
— Я скорее сожгу половину Рима, чем отступлю перед такими, как ты, — ледяным тоном бросил Альфонс, и его уцелевшая левая рука заискрилась Красным Потоком. — А когда ты сдохнешь, я вскрою твою сестренку. Я заставлю ее выплевать всю эту драгоценную кровь до капли и компенсирую ущерб от вашей выходки.
Если состояние Ливии просто вызывало у Райана желание убить этого ублюдка, то последняя фраза стала контрольным выстрелом в судьбу корпората.
С гортанным рыком Фоллаут рванул к курьеру, метя левой рукой прямо в грудную пластину. Он намеревался прожечь остатки Брони Сатурна и испепелить сердце внутри.
— Знаешь, что общего у твоей мамки и ядерного реактора? — небрежно поинтересовался Райан, активируя свой дар. Густая тьма окутала его руки, а время замедлилось до вязкого желе. Чёрный Поток втягивал багровые частицы радиации, словно черная дыра, пожирающая свет. — Я никогда не лезу туда без защиты.
Правая рука Райана встретилась с левой рукой встречного удара, и Черный Поток мгновенно дезинтегрировал пальцы, ладонь и все предплечье Фоллаута вплоть до локтя.
Когда секунды возобновили бег, Альфонс Манада не сразу понял, что произошло. Но затем его настигла боль. Фоллаут жутко взревел, осознав потерю. Его пылающий взор померк, уставившись на идеальный срез обрубка.
— Ч-что?.. — только и сумел выдавить он.
— Дай мне дюйм, и я заберу всю руку [7], — ледяным тоном констатировал Райан. Он занес кисть для рубящего удара и снова щелкнул тумблером времени. — Ты уничтожил целый город, когда получил искру...
Почерневшая ладонь курьера, словно острая коса, обрушилась на правое плечо Альфонса, отсекая вторую конечность под корень.
— А я уничтожил само время.
Фоллаут сорвался на визг, когда хрономагия отпустила мир; его отрубленная правая рука осыпалась на стекло безвредным пеплом красных частиц. Райан подозревал, что где-то в недрах этого радиоактивного облака у Манады есть твердое ядро — точно так же, как у Солнышка.
Путешественнику во времени просто придется счищать слой за слоем, как кожуру с яблока, пока он до него не доберется.
— Как? Даже Август... — пролепетал уже безрукий Фоллаут и попятился, а его похожая на гуля челюсть исказилась.
В нем проснулся страх.
— На колени, пока я не обрубил тебе еще и ноги, — приказал Райан. — Я дал клятву не убивать тебя. Но поверь, ты не хочешь знать, через какие круги ада я могу заставить тебя пройти.
Фоллаут стиснул зубы и покосился на огненные обрубки. Они пульсировали багровым светом, но конечности не восстанавливались.
— Ладно, — выплюнул он, и его почерневший остов начал разгораться, готовясь к новому взрыву.
— Достаточно, — повелительно раздалось сверху.
Вспышка Фоллаута захлебнулась, когда в небе над ними появился новый дуэт. Виверна парила над кратером, держа на руках Энрике — тот был без маски и походил на бледную, смущенную невесту. Она мягко опустилась на стеклованное дно и позволила своему то ли бывшему, то ли нынешнему бойфренду встать на ноги.
— Дальше мы сами, — бросил Энрике курьеру. Пока он говорил, толстые деревянные корни прошили край кратера и крайне деликатно извлекли Ливию из-под обломков. — Ей срочно нужна помощь медиков.
— Если она мертва, этот кусок дерьма последует за ней, — пообещал Райан, ткнув пальцем в Фоллаута.
— Понимаю, — со вздохом ответил Энрике. — Но позволь мне все закончить.
Райан смерил старшего Манаду уничтожающим взглядом, но жизнь девушки была важнее. Курьер оставил троицу разбираться со своими скелетами, бросившись к Ливии, которую корни бережно опустили на расчищенную землю. К счастью, она лежала достаточно далеко от эпицентра, а броня доказала свое заявленное качество. Взрыв начисто сжег верхние слои щитов, но Райан отчетливо слышал ее дыхание.
— Ливия? — Он дрожащими руками сорвал с нее покореженный шлем; платиновые локоны рассыпались по плечам.
— Я... — Глаза девушки слабо затрепетали, взгляд блуждал, не в силах сфокусироваться. Верный признак сотрясения. — Я в норме...
Нет, она не была в норме. Но она была жива, и Райан оперативно взялся за аптечку первой помощи.
Тем временем температура Фоллаута упала до уровня знойного летнего дня, а убийственные частицы Красного Потока выцвели до бледного ореола вокруг черных костей.
— Энрике? — сдавленно произнес Альфонс, поняв, что брат и его телохранитель даже не пытались остановить Райана. До него начал доходить ужас ситуации. — Что ты наделал?
— То, что был обязан сделать еще несколько лет назад, — невозмутимо ответил Энрике. — Наш отец арестован за сговор со шпаной из Мета-банды, а Фредди Сабино окончательно стерт с лица земли. Его дочь об этом позаботилась.
Челюсть Фоллаута сжалась с такой силой, что Райану показалось, будто кости сейчас треснут.
— Ты позволил ей?! — воскликнул он.
— Да, — спокойно кивнул Энрике.
— Ты действовал у меня за спиной! — прорычал Фоллаут, источая клубы дыма из-под ног. Райан, положив голову Ливии себе на колени, продолжал краем глаза следить за братьями — просто на случай, если придется добить корпората.
Несмотря на внешнее хладнокровие, золотая роза на лацкане Энрике потеряла пару лепестков.
— Совсем как ты когда-то. Согласись, премерзкое чувство.
— Но почему? — гнев Альфонса надломился, сменившись жгучей скорбью. — Зачем предавать нашу мечту?
— Я предал мечту в тот самый день, когда закрыл глаза на производство Подделок, — холодно отозвался коммерческий директор Dynamis. — Я предал собственную совесть, когда позволил этой опухоли дать метастазы. Но с меня хватит. Я ставлю на этом крест.
— Еще не поздно всё исправить, — упрямо цепляясь за иллюзии, твердил Фоллаут. — У нас остались запасные склады в Испании и на Сицилии. С доктором Тирано мы сможем воссоздать...
— Мы ничего не будем воссоздавать, — отрезал Терновник. — Я уже отдал приказ сжечь все тайники. А вакцина доктора Стича обнулит даже те крохи, что вы успели припрятать.
— «Карнавал»? — Фоллаут в шоке уставился на полубессознательную дочь Августа. — Невероятно... Да они бы в жизни не стали с ней сотрудничать.
— В этом деле мы работали как одна команда, — сурово добавила Виверна. — Неужели ты ослеп и не видишь, что вся эта затея была чистым безумием с самого начала?
— Лучший мир не родится, пока такие, как они, — Альфонс с ненавистью кивнул на израненную Ливию, — держат монополию на власть! Когда одни могут низвергать молнии, а другие — просто пыль под ногами, мир всегда будет уродлив. Справедливость восторжествует только в тот день, когда каждый грёбаный человек станет Геномом!
— Забавно слышать это от парня, который толкает дозы по пятьдесят кусков евро за флакон, — едко парировал Райан, продолжая ласково гладить Ливию по щеке; на её бледных губах промелькнула слабая улыбка.
— Это время придет само по себе, Ал, — устало возразил Энрике. — Я изучал статистику. Дети обычных людей и Геномов в ста процентах случаев рождаются с силами. Пройдут поколения, и способности будут абсолютно у всех.
— Пройдут поколения... А Август правит здесь и сейчас! — мотнул головой Альфонс. — Мы обязаны воевать с ним тем оружием, что доступно нам сегодня.
— Цель не оправдывает средства, Ал. Ты запятнал всё. — Энрике покачал головой. — Гнусные методы, которыми ты оперируешь, вымазали грязью ту светлую суть, за которую мы боролись. Я предупреждал тебя о срывах Кровотока, слал отчеты...
— Это решаемо! — не сдавался Фоллаут. — У нас есть Гении, они выпустят патч...
— Ты больше никогда не пустишь меня на клоны, — прошипела Виверна металлом в голосе. — Будь здесь моя воля, я бы швырнула тебя в ту же камеру, где теперь гниет твой папаша. Вы оба вызываете у меня физическое отвращение.
— Считаешь, я получал от этого удовольствие? — вскинулся Альфонс. — Пока вы упивались славой и играли в благородных героев перед репортерами, я харкал кровью, сражаясь с армиями Августа на Мальте! Без Подделок нас просто сметут в открытом столкновении, мы пустое место!
Терновник глубоко вздохнул:
— Брат. Ты принес на алтарь этого чудовищного проекта так много, что твоя психика просто блокирует любые мысли об альтернативных путях.
— Их нет, — отрезал Фоллаут, и его череп угрожающе вспыхнул. — Уйди с дороги, брат. Если мы возьмем в заложники дочь Августа, проект еще можно реанимировать.
— Нет, — спокойно сказал Терновник.
— Энрике... — Гудение живого распада стало угрожающим. — Отойди! Прочь с дороги!
В ответ Энрике медленно поднял руку и коснулся пальцем собственного лба.
— Тогда тебе придется убить меня, — тихо и твердо произнес он.
Виверна болезненно вздрогнула. Фоллаут оцепенел. Райан бросил беглый взгляд на статус Гравитационной пушки — система подтвердила готовность к выстрелу.
— Брат, ты сам не понимаешь, что несешь, — ошеломленно произнес Фоллаут. Он явно рассчитывал, что Энрике в последний момент дрогнет, а не выстроит стену.
— Я всё прекрасно понимаю. И я не сделаю ни шагу назад. — Энрике не опускал палец со лба, его взгляд оставался непреклонным. — Если ты намерен и дальше топить этот мир в крови, Ал, начинай с меня. Хочешь абсолютной власти над Dynamis? Хочешь вернуть этот проклятый инкубатор? Тебе придется перешагнуть через мой труп.
— Ты рехнулся, — прохрипел Фоллаут. — Ради памяти матери, что дала нам жизнь...
— Нет, — ответил Энрике. Мягко, но с железобетонной непреклонностью. Стоящая позади Виверна посмотрела на него с абсолютно новым, глубоким уважением. — Ал. Когда мы были сопляками... еще до того, как вкололи Эликсиры... ты всегда говорил, что мы будем стоять вдвоем против всего мира. Я пронес эти слова через всю жизнь. Я знаю — в отличие от нашего отца, где-то глубоко внутри у тебя действительно были благие намерения.
— Значит, ты признаешь мою правоту, — ухватился за это Альфонс.
— Суть — да. Методы — нет. Но для тебя еще не всё потеряно. — Энрике опустил руку от лба и протянул её брату. — Я хочу, чтобы мы вместе строили это светлое будущее. Нормальный мир. Где властвует буква закона, а не право сильного или толщина кошелька. У нас есть ресурсы, есть блестящие умы, есть крутые союзники — мы найдем безопасный способ дать людям защиту! Если объединимся, мы сможем легально стащить Августа с его трона. Вместе мы способны перевернуть ход истории.
Над стеклянной пустыней повисла звенящая, невыносимо тяжелая тишина. Братья неотрывно смотрели друг на друга, разделенные пропастью идеологий. Виверна напряглась в готовности к рывку, Райан держал палец на спуске незримого механизма.
— Умоляю тебя, — с надрывом попросил Энрике.
У Фоллаута отсутствовала мимика, и Райан не мог прочесть эмоции за огненным черепом. Вероятнее всего, в эту секунду на Манаду-старшего рухнуло чудовищное осознание цены, которую нужно заплатить.
Шаг вперед означал убийство родного брата. Но Альфонс Манада никогда не избегал зверств, если они вели к воплощению его грандиозного замысла. Когда мертвая челюсть Фоллаута плотно сжалась и вновь разжалась, Райан вспомнил одну самую важную деталь о характере старшего из братьев.
— Всё ради мечты, — вынес приговор Фоллаут, выбрасывая в воздух плотное облако Красного Потока.
Он просто никогда не умел вовремя остановиться.
Райан рванулся заморозить время, но кто-то ударил первым.
Прямо за спиной Альфонса раздался сухой металлический щелчок. Человек-распад едва успел дернуть огненной головой, как позади него материализовалась черная, искажающая пространство сфера.
Колоссальная гравитационная тяга рванула бывшего киборга к эпицентру аномалии, засасывая вместе с ним тонны стеклянного крошева. Виверна едва успела вцепиться Энрике в плечо, чтобы того не унесло следом, когда тело Фоллаута намертво впечатало в непроницаемую сферу.
Черный объект мгновенно, с ослепительной скоростью, стартовал в зенит, утаскивая Альфонса Манаду за собой. К тому моменту, как ядерный фанатик осознал происходящее, всё было кончено. В мгновение ока точка скрылась за облаками. Райан, задрав голову, молча наблюдал за вспышками багровых взрывов в стратосфере — каждый следующий отзвук становился всё тише и дальше.
Покров сбросил маскировку. В руках он сжимал массивную высокотехнологичную винтовку, покрытую толстым слоем оплавленного стекла. Гравитационную пушку Dynamis.
Альфонс Манада сам профинансировал создание этого устройства, желая сокрушить Августа. Но в итоге стал его идеальной мишенью.
— Мне так жаль, Энрике, — тихо произнесла Виверна, пытаясь поддержать своего руководителя. — Мне правда очень, очень жаль.
— Это было необходимо, — с бесконечной тоской откликнулся корпорат, провожая взглядом гаснущий кометный хвост.
— Как она? — Покров подошел к Райану, с искренней тревогой глядя на Ливию. — Я уже связался со Стичем, запросил эвакуацию.
— Я... — Ливия болезненно сощурилась. — Я в норме...
— Тебе нужно лежать, — мягко осадил ее Райан. Ускоренный метаболизм Генома спас её от фатальных повреждений мозга, но восстановление явно займет не один день.
Курьер перевел уставший взгляд за горизонт, туда, где маячил силуэт острова Искья.
Они выжгли из Нового Рима одну раковую опухоль. Но вторая всё еще ждала своего часа.
---
Отсылки в тексте:
[1] Твой знак зодиака — Рак? — Игра слов, построенная на двойном смысле: английское слово "Cancer" означает как заболевание ("рак"), так и знак зодиака. Райан иронизирует над радиационной природой способностей киборга (Fallout).
[2] Настоящие ядерные отходы! — Каламбур. В оригинале используется слово "waste", означающее и мусор/отходы (в контексте ядерных), и бездарную растрату ресурса/потенциала.
[3] Лаборатория шестьдесят шесть — Отсылка к культовому шоссе в США "Route 66", а также сценарный кивок на правительственные секретные зоны вроде «Зоны 51».
[4] Думаешь, он любит морские грибы? — Отсылка к постапокалиптической вселенной "Fallout" (в частности к локации Светящееся Море с мутировавшими грибами), а также возможная отсылка к усилениям во франшизе "Super Mario".
[5] Гравитационная пушка — Культовое оружие "Gravity Gun" из компьютерной игры "Half-Life 2", способное притягивать и метать тяжелые объекты.
[6] Черно Билл — "Cherno Bill", ироничное прозвище, созвучное с Чернобылем, как символ главной ядерной катастрофы, а также возможный каламбур с именем (Chernobog/Bill).
[7] Дай мне дюйм, и я заберу всю руку — Обыгрывание английской поговорки "Give an inch, and they'll take a mile" (Дай дюйм, а они отхватят милю / Дай палец, по локоть откусят) в жестоком контексте прямого отсечения бронированной конечности.