Глава 221. Убийство

Дэвид стоял всё за той же стеной, а Сумеречный Слуга прошёл сквозь неё и смотрел, что делают четверо бронесолдат.

Глядя на их движения, Дэвид понял: внезапным ударом их не взять.

Оно и понятно: среди тех, кто дорос до мастера оружия, лёгких противников не бывает.

Вся его выгода была в тяжёлом топоре третьего уровня да в том, что сам он оставался в тени.

А как мастер тяжёлого топора против четверых мастеров оружия он проигрывал начисто.

Тут Дэвид заколебался: программа, оставленная в умном ядре, вполне позволяла ему спокойно уйти — вернуться на «Сигнальный огонь», а оттуда на лёгкий фрегат «Гром-Змей».

И тогда ни один корабль флотилии их бы уже не догнал.

Да только Дэвид понимал: случай убить сразу нескольких мастеров оружия выпадает нечасто.

Дело было даже не в том, часто ли встречаются мастера оружия: Дэвид не был убийцей и без причины человека не тронул бы.

А тут они были перед ним — четверо мастеров оружия, и с каждым у него была вражда насмерть.

Упусти он такой случай — когда ещё выпадет другой, неизвестно.

Да и брось он сейчас этих четверых — тем, что уже натворил, он окончательно настроил против себя отряд «Молния» — самый сильный из тех, с кем ему до сих пор приходилось сталкиваться.

Не покончи он с этим теперь — что же, ждать потом бесконечной мести?

А ведь Дэвид ещё и не знал, что по сравнению с отрядом «Молния» по-настоящему сильной была разведывательная организация Великого Божественного Мира, которую он успел задеть; просто ей нужно скрываться, и потому собрать сильных бойцов непросто.

Дэвид видел лишь то, что против него разом выслали целую флотилию и несколько сотен бронесолдат, и такой размах его, видевшего такое впервые, честно говоря, поразил.

Решение было принято, и колебаться больше он не стал.

Вот только биться здесь он не собирался: четверо мастеров были начеку, и выйди он сейчас — тут же оказался бы в кольце.

Он отошёл назад и побежал туда, где по схеме подходила ещё одна группа красных точек.

— Странно, куда он делся? — тихо проговорил Эрп, глядя на стену, от которой больше не веяло опасностью.

— Нет! Он пошёл за специалистами по электронному противодействию! — вдруг вскрикнул Нортон.

Сам он только что осмотрел умное ядро и понял, что подступиться к нему не сумеет, вот и вызвал двух специалистов по электронному противодействию из своего отряда.

Люди эти были не из простых: оба из армейской элиты электронного противодействия. В защите они, может, и недалеко ушли от гражданских, а вот в атаке разница огромная.

У армейских и оборудование лучше, и знаний больше, и сведения самые свежие.

Чтобы пригласить этих двоих, Нортону пришлось задолжать за немалые услуги.

Догадавшись, куда направился Дэвид, Нортон места себе не находил.

— Идём к ним! Нельзя дать Дэвиду убить специалистов! — обернувшись к троим мастерам, сказал Нортон.

— Есть! — сразу ответили трое.

И четверо мастеров оружия бросились туда, где были специалисты.

Увидев, что четверо сдвинулись с места, Дэвид чуть усмехнулся, повернул в другую сторону — и пошёл не к специалистам, а туда, где четверо мастеров обязательно должны были пройти.

По дороге он через экзоброню отдал умному ядру одну команду — и одна из дверей открылась.

Дэвид вошёл внутрь: это был малый боевой склад, таких на фрегате «Молния-два» было множество.

Держат их затем, чтобы в нужный час вооружить тех, кто окажется ближе всего, и тут же поставить их в строй.

Да только на корабль вошёл бронесолдат, а бронесолдату от такого оружия ни тепло ни холодно.

Обведя склад взглядом, Дэвид быстро нашёл, что искал: ящик с двумястами пехотными гранатами.

Пехотная граната в бою полезна: бронесолдату она ничего не сделает, зато для тех, кто без экзоброни, это лучшее средство подавления.

С ящиком в руках Дэвид быстро вышел со склада.

Впереди лежал тот самый коридор, мимо которого четверо никак не могли не пройти. Дэвид достал несколько десятков гранат, задал им время взрыва и разбросал все по коридору.

Сам же встал в комнате за стеной от коридора и стал ждать.

В этот миг Дэвид полностью расслабил тело и очистил сознание: вся его душевная сосредоточенность перешла в Сумеречного Слугу, а тот влетел в коридор и смотрел, как в него входят четверо мастеров оружия.

Этот способ против чутья на опасность Дэвид придумал сам: он решил, что враг чувствует опасность либо по взгляду, либо по сознанию, направленному на него.

Исчезнут и взгляд, и сознание — и он станет неотличим от камня: сколько враг ни пытайся его почувствовать, не найдёт.

Правда, помогало это только против душевного чутья: от сканеров так не укроешься.

Да только дело было внутри корабля, где сканированию мешают и стены, и оборудование: кроме мощных корабельных сканеров, одними лишь сканерами экзоброни Дэвида было не найти.

А чтобы его не выдало тепло, он выбрал комнату, где включил охлаждение и держал низкую температуру.

Нортон и трое мастеров вошли в коридор — и ничего опасного не почувствовали.

Разбросанные по полу пехотные гранаты их тоже ничуть не насторожили.

Будь на их месте обычный человек, он бы при первом же взгляде на них подумал: берегись.

Да только бронесолдату в экзоброне опасно только тяжёлое оружие, а огнестрельное или энергетическое оружие вреда ему не причиняет.

А пехотная граната слаба настолько, что на экзоброне от неё не останется даже царапины, — где уж тут обращать на неё внимание четверым мастерам оружия.

Они только решили, что кто-то из экипажа в суматохе растерял их, когда тащил оружие.

И как раз когда они поравнялись с той стеной, за которой стоял Дэвид, рванула первая граната, а за ней одна за другой и остальные.

От внезапных взрывов четверо мастеров вздрогнули: Браг по привычке закрыл щитом спину, остальные трое уставились туда, где гремело.

В тот же миг Дэвид вернул сознание из Сумеречного Слуги в себя, тело его двинулось, и тяжёлый топор третьего уровня в полную силу ушёл сквозь стену — этот удар он готовил заранее.

Не будь взрывов, четверо мастеров своим чутьём уловили бы его в ту же секунду.

Да только гранаты рвались разом, и их чутьё сбилось.

Душевная сила у них была крепче, чем у обычных людей, но управлять ею по своей воле они не умели: даже чутьё опасности было лишь инстинктом, а сбитый инстинкт перестаёт работать.

Бил Дэвид в Брага: его утолщённый щит второго уровня был единственным оружием, способным хоть немного сдержать его удар.

Зелёный свет только пошёл сквозь стальную стену, как стоявший за спиной у Брага Эрп его заметил — и без колебаний ударил боевым молотом второго уровня по тяжёлому топору.

Бил Эрп второпях, а всё же успел нацелиться в плоскость топора, мимо острия, — вот что значит мастер владения боевым молотом.

Да только Дэвид готовился заранее, а Эрп всё же опоздал на мгновение; да и сам Дэвид был мастером тяжёлого топора и владел им не хуже, так что увести удар из-под перехвата ему было несложно.

Зелёный и тёмно-синий свет вот-вот должны были столкнуться — и тут зелёный чуть смещается в сторону и, словно лёгкая рыба, проскальзывает мимо.

Тяжёлый топор третьего уровня прошёл по правому боку Брага и снёс целый кусок экзоброни вместе с мясом.

И всё же из-за этого поворота да врождённого чутья Брага на чужой смертельный удар убийственным он не вышел — только тяжёло его изувечил.

Давить дальше Дэвид не стал: добившись своего, он тут же отдёрнул топор обратно и сам перешёл в другую комнату.

— Меня задело! — У Брага от спины до поясницы был срезан большой кусок плоти, так что почти видны были кости.

Рана была тяжёлая: о бое теперь и говорить не приходилось, но при своевременной помощи жизнь ещё можно было спасти.

Да только мастера понимали: Дэвид их так не отпустит, а уж тяжело раненого Брага и подавно.

— Дэвид, давай поговорим как следует. В этот раз мы проиграли, признаю. Чего ты хочешь — я всё отдам! — глядя на еле стоявшего на ногах Брага, сквозь зубы сказал Нортон.

Человеку гордому, командиру отряда в несколько десятков тысяч человек, признать поражение было выше всякого унижения.

Он подождал — и никто ему так и не ответил, будто вокруг и не было никого.

А ведь Нортон знал: Дэвид где-то рядом. Ощущение опасности всё время перемещалось: точно места не укажешь, а что он здесь — несомненно.

Трое мастеров с оружием в руках держали Брага в середине: бросать товарища они не хотели, а где Дэвид, не знали.

Стоило кому-то из них поддержать Брага — и он уже не смог бы ударить в ответ, а новый удар в этот миг означал бы для него смерть.

— Уходите, а я останусь здесь! — сквозь зубы выговорил Браг, оперся на щит и тяжело поднялся на ноги.

Лечебный состав экзоброня ему уже ввела, да только рана была слишком велика и кровь никак не останавливалась: ещё несколько минут — и без всякого Дэвида он истёк бы кровью.

— Это моя вина. Не надо было браться за это задание, — тяжело произнёс Нортон.

Он понимал, что сейчас разумнее всего бросить Брага, — да только Браг был боевым товарищем, с которым он не раз смотрел смерти в лицо.

— Дэвид, выходи! Сразимся насмерть! Что ты прячешься, как черепаха? Есть смелость — выходи! — кричал Эрп, размахивая молотом, а потом тихо сказал в канал: — Я его выманю, а вы бейте.

Мид и Нортон крепче сжали оружие, готовые ударить в любой миг.

Эрп выставлял себя приманкой: размахивая оружием как попало, он открывал слишком много уязвимых мест — будь Дэвид рядом, такого случая он бы не упустил.

Да только не знали они, что прямо у них над головами Сумеречный Слуга смотрит на всю эту игру.

А Дэвид в той самой комнате, где стоял сначала, достал десять пехотных гранат, задал им три секунды и швырнул их в коридор через ту самую щель, что прорубил раньше топором.

— Снова гранаты! — едва те покатились по полу, трое мастеров разом встали в защиту и настороженно огляделись.

Эти десять гранат Брагу ничем не грозили: щит стоял перед ним, и до раны взрывам было не дотянуться.

Да только никто не заметил, как из пустоты вдруг возникла ещё одна граната — ровно в зазоре между щитом Брага и его телом.

Эта была установлена на мгновенный взрыв и, едва появившись, рванула вместе с остальными десятью.

Когда взрывы стихли, трое мастеров огляделись по сторонам, недоумевая, почему Дэвид так и не ударил.

А тело Брага в этот миг тяжело рухнуло на пол.

— Браг, что с тобой? — вскрикнул Эрп и бросился к нему.

Жизнь в Браге уже угасла: в том самом месте, где он был тяжело ранен и экзоброня больше не прикрывала тело, осколки пехотной гранаты вошли внутрь.

Силой взрыва ему разорвало внутренности в кровавое месиво — такая рана убила его мгновенно, а душу его тут же поглотил Сумеречный Слуга.

Могучий мастер обороны погиб от одной пехотной гранаты.

Подбежал и Нортон, а Мид с тяжёлым топором в руках осторожно оглядывался по сторонам.

— Как же так? Отчего Браг погиб? — громко спросил Нортон, никак не в силах понять случившегося.

Спрашивал он не других, а самого себя — и в вопросе этом был упрёк.

Когда гранаты катились к ним, он и двое других решили одинаково: Брагу от них ничего не будет, — и смотрели только за тем, не ударит ли Дэвид снова, воспользовавшись взрывами как прикрытием.

— Граната влетела между щитом и раной и рванула тут же! — осмотрев рану, сказал Эрп.

Глядя на эту рану, Эрп поймал себя на мысли, в которую сам не хотел верить: Дэвид, похоже, всё рассчитал заранее; каким умением он забросил гранату именно туда и так точно рассчитал время взрыва — оставалось только гадать.

Что это случайность, Эрп не поверил бы ни за что.

— Уходим! Нам нужно открытое место! — Нортон к тому времени уже овладел собой и, оглядевшись, понял: здесь удар мог прийти из-за любой стены.

Браг был мёртв, а им троим нужно было выжить: об убийстве Дэвида Нортон больше не думал вовсе.