Глава 11

Внезапно вагон резко изменил угол и начал стремительно подниматься вверх. Сила толкнула всех к задней стенке так, будто гигантская рука схватила состав и швырнула в небо. Люди отчаянно цеплялись за поручни, кто-то не удержался и с криком покатился по полу.

— Что происходит?! — вопила девушка с зелеными дредами, вцепившись в металлический поручень так сильно, что костяшки побелели.

Борис ощутил себя космонавтом на старте ракеты — тело наливалось свинцом, дышать становилось все труднее. Перегрузка давила на грудь, выжимая воздух из легких. Голова кружилась так, что перед глазами плясали черные пятна.

В углу вагона кто-то тихо плакал, всхлипывая между молитвами. Голос дрожал от ужаса, бормоча что-то неразборчивое — каждый взывал к тому, во что верил.

Игорь прижался к стене, его лицо было бледным как мел. В глазах читалось отчаяние — он внезапно вспомнил название их группы в мессенджере.

— "Пятнадцать адских остановок", — прошептал он сквозь стиснутые зубы. — Почему я не назвал их "райскими"? Почему не "райскими"?!

И тогда рядом с Борисом прозвучал спокойный, почти довольный голос:

— Миссия выполнена.

Борис с трудом повернул голову. Рядом с ним как ни в чем не бывало сидел Николай. Тот не хватался за поручни, не боролся с перегрузкой. Он просто сидел, словно ехал в обычном автобусе по ровной дороге.

Борис попытался отползти, но невидимая сила прижимала его к сидению с нечеловеческой силой. Руки не слушались, ноги отказывались двигаться.

Николай повернулся к нему и улыбнулся — и в этой улыбке не было ничего человеческого.

— Отлично сработано, — сказал он с искренним восхищением. — Можешь больше не притворяться.

И в тот же миг Борис отпустил поручень. Вся сила, давившая на него, исчезла в мгновение ока. Перегрузка словно растворилась в воздухе, оставив лишь легкое головокружение.

— Кто ты? — процедил Борис сквозь стиснутые зубы.

— Кто я? — Николай удивленно приподнял бровь. — Хм, я — это ты. Головой ударился по пути сюда?

— Я не понимаю. — Борис хватался за голову, пытаясь навести порядок в мыслях. — Как ты можешь быть мной?

Остальные пассажиры смотрели на них с нарастающим ужасом. Вокруг этой парочки теперь витала непостижимая аура страха — такая плотная, что даже просто глядеть на них становилось невыносимо. Словно сам ужас царапался изнутри наружу, пытаясь вырваться из-под их кожи.

В первом вагоне осталось всего одиннадцать человек. Не считая Бориса и Николая.

Николай тяжело вздохнул. Он понимал, что где-то что-то пошло не по плану.

— Мы... я, кхм, — он поморщился, словно подбирая правильные слова. — Жнец. Когда мы — одно целое, то в нас течет энергия смерти, которую безусловно ощущают живые.

Николай уже поднял руку для фейспалма, но Борис вдруг заговорил:

— Я вспомнил. — Голос его стал хриплым, чужим. — Я все вспомнил. Эта банда. Мы долго их выслеживали, но они как-то умудрялись ускользать от нас. Пришлось пойти на крайние меры.

Он схватился за голову обеими руками, морща лоб от нахлынувших воспоминаний.

— Мы разделились, чтобы один стал человеком, а другой подготовил "почву".

— Именно так, — кивнул Николай с облегчением. — Но где наша связь разорвалась? Почему ты меня забыл?

Борис смотрел в пустоту широко распахнутыми глазами, словно видел перед собой ужасные картины прошлого.

— Двадцать восемь замученных людей, — прошептал он. — Они проводили бесчеловечные обряды в подвале парка развлечений. Пять человек каждый год. Им оставалось найти еще две жертвы до полного круга их безумия.

— Двадцать девять, если точно, — мрачно поправил Николай. — Они уже нашли предпоследнюю жертву и... — он помолчал, глядя на Бориса с сожалением. — Ты должен был стать тридцатой, последней жертвой в этом круге.

Борис побледнел. Глаза расширились от шока, словно он только сейчас осознал всю глубину ловушки, в которую попал. Руки задрожали.

Одиннадцать выживших в первом вагоне ничего не знали о происходящем в подвалах парка развлечений. Они были прикрытием, невинными лицами, чтобы полиция не вышла на след настоящих убийц. Николай использовал безумие убийц, чтобы разделить компанию, как они и планировали изначально.

Те, кто остался в четвертом вагоне, были настоящими монстрами. Они увидели лица своих жертв среди замороженных статуй и прикованных к скалам фигур. Их обуяла ярость от того, что жертвы каким-то образом оказались в этом странном месте, а некоторые даже были живы. Это нарушало логику их плана по призыву могущественного демона.

Хотя Борис и Николай прекрасно знали — никакого демона тем ритуалом не призвать. Убийцы просто скрывали за великой целью свои истинные мотивы. Им нравилось мучить людей. Просто нравилось.

— Как мы поступим с оставшимися? — Борис кивнул в сторону перепуганных пассажиров. — Они не понимают увиденного.

— Дадим им наводку, где захоронены тела, — спокойно ответил Николай. — Пусть обнародуют происходящее.

— А что в отношении нас? — Борис посмотрел на полных ужаса людей в вагоне.

— Они нас не вспомнят. Справедливость... — Николай задумчиво кивнул. — Пусть сами определят ее значение.

В этот момент две ауры начали сближаться, словно два мощных магнита, притягивающихся друг к другу. Контуры Бориса и Николая становились размытыми, нечеткими. Люди в вагоне ощутили могильный холод, который пробирал до костей.

— Ах, опять забыл про ауру, — существо, которое еще мгновение назад было двумя разными людьми, поднялось со своего места. — Сейчас станет легче.

Оно подняло правую руку, и черный свет залил весь вагон, поглощая последние проблески реальности.

Люди начали медленно просыпаться и приходить в себя. Они находились в вагоне в полной темноте. Снаружи слышались какие-то звуки и лай собак. Металлический скрежет, голоса, топот ног.

Кто-то силой открыл дверь.

— Они здесь! — закричал мужской голос снаружи. — Тут одиннадцать человек, нужна помощь!

Мощные прожекторы осветили весь вагон ослепительно белым светом. Они находились на той же самой платформе, куда спустились несколько часов назад. Поезд был целым — весь состав, включая четвертый вагон.

В открывшиеся двери вагона первой забежала собака с привязанной на спине сумкой первой помощи. За ней в вагон зашли пять человек в униформе спасательной службы. Они быстро осмотрели всех пассажиров, проверили пульс, зрачки, дали команду на эвакуацию.

Для этих измученных людей спасатели выглядели как ангелы, которые вырвали их из лап невероятного ужаса.

— А что с остальными? — слабым голосом спросила девушка с зелеными дредами, пока спасатель проверял ее давление.

Спасатель, привязывающий другую девушку к доске для безопасного подъема на поверхность, покачал головой:

— Мы обнаружили только вас одиннадцать. Правда, в четвертом вагоне есть еще более десятка тел, но все без признаков жизни. Словно умерли несколько лет назад. И что самое жуткое — выражения их лиц... будто они умирали в страшных мучениях. Не от аварии или удушья, а от чего-то гораздо более ужасного. — Он застегнул последний ремень. — За тридцать лет службы такого не видел.

Он покачал головой и продолжил:

— Надеюсь, вы расскажете нам интересную историю. Очень странно, как вы попали в это место. Хотя поезд здесь уже стоит несколько лет, но открыть его двери без питания крайне сложно, а вы даже стёкла умудрились не разбить.

Вдруг девушка схватила руку спасателя, фиксирующего последний ремень:

— В парке! — прошептала она с трудом. — В парке развлечений... Отправьте туда команду...

Ее голос растворился в эхе пустой станции, но семя было посеяно. Справедливость найдет свой путь.