Глава 8: Недогадливый
Мне исполнилось шесть лет. Жизнь почти не изменилась. До полудня я тренировался с мечом, а после обеда, если выдавалась свободная минутка, изучал окрестности или практиковался в магии под деревом на холме.
В последнее время я начал экспериментировать: пытался сочетать магию с фехтованием. Например: выпускать порыв ветра для ускорения удара, создавать ударную волну для резкого разворота тела или превращать землю под ногами противника в болото, дабы лишить его подвижности…
Наверняка кто-то решил бы, что из-за этих дешёвых фокусов мои навыки владения мечом совсем не развивались. Но я рассуждал иначе.
В файтингах существовало всего два способа стать сильнее:
Первый — придумать, как победить, обладая более слабыми характеристиками, чем у соперника;
Второй — упорно тренироваться и прокачивать свои параметры.
На данном этапе я сосредоточился именно на первом пути.
Моей главной задачей было одолеть Пауло. А он был невероятно силён. Как отец он всё ещё оставлял желать лучшего, но мечник он первоклассный. Конечно, если бы я тупо пошёл по второму пути и без конца качал тело, то рано или поздно наверняка победил бы.
Сейчас мне шесть. Через десять лет мне стукнет шестнадцать, а Пауло будет тридцать пять. Ещё через пять лет мне исполнится двадцать один, а ему — уже сорок. Рано или поздно я бы взял верх, но в такой победе не было никакого проку.
Победи я дряхлеющего старика, в ответ услышал бы лишь банальное: «Эх, а вот в мои лучшие годы ты бы со мной не справился…». Поэтому настоящая ценность была лишь в победе над ним на пике его сил.
Пауло сейчас было двадцать пять. Пусть он и оставил тропу авантюриста, физически он находился в лучшей своей форме. Мне хотелось победить его хотя бы раз в ближайшие пять лет. В идеале — чисто на мечах. Но это казалось невыполнимым, поэтому я планировал использовать ближний бой в сочетании с магией.
С такими мыслями я и проводил свои ежедневные мысленные тренировки, сражаясь с воображаемым Пауло.
***
Стоило мне прийти к дереву на холме, как с огромной вероятностью вскоре появлялся Сильф.
— Извини, долго уже тут?
— Да нет, совсем не долго.
Обменявшись этими фразами в духе парочки на свидании, мы начинали играть.
Поначалу к нам приставал Сомар со своей сворой сопляков. Позже к ним присоединились ребята постарше, на вид ученики средней школы, но я раз за разом раскидывал их всех. И каждый раз после этого мамаша Сомара врывалась в наш дом с криками.
Тогда-то до меня и дошло: дело было вовсе не в детских разборках, просто эта женщина запала на Пауло. А детские драки служили лишь удобным поводом для встречи с ним. Какая же дура.
Сам Сомар, которого таскали к нам из-за каждой царапины, казалось, и сам был сыт этим по горло. Выходит, он вовсе не был малолетним симулянтом. Прости, что сомневался в тебе.
Всего нападений было около пяти, не больше. А затем в один прекрасный день они прекратились вовсе. Изредка мы видим их шайку вдалеке, иногда даже проходим мимо друг друга, но больше никто ни с кем не заговаривает.
Похоже, они решили нас попросту игнорировать. Так эта история сама собой разрешилась, а дерево на холме стало нашей с Сильфом территорией.
***
Но хватит о мелких засранцах, вернёмся к Сильфу.
Под видом игр я стал обучать его магии. Ведь если бы он освоил магию, то смог бы в одиночку отбиваться от всяких задир.
Поначалу Сильф выдыхался уже после пяти-шести простейших заклинаний начального уровня, но за этот год его запас маны заметно вырос. Теперь он мог без проблем заниматься магией полдня.
«Запас маны строго ограничен от природы», — правдивость этого утверждения вызывала у меня большие сомнения.
Впрочем, до настоящего мастерства Сильфу было ещё далеко. Хуже всего ему давался огонь. Магией ветра и воды он управлял на удивление ловко, но вот с огнём ничего не выходило.
Почему же? Из-за примеси эльфийской крови? Вовсе нет.
Всё дело было в так называемых сильных и слабых стихиях каждого, о которых мне рассказывала Рокси. Если говорить буквально, то у каждого были предрасположенности к одним элементам и трудности — с другими.
Однажды я прямо спросил:
— Сильф, ты боишься огня?
Он замотал головой, ответив короткое: «Не-а», но затем показал мне свою ладонь. На ней красовался уродливый шрам от ожога. Оказалось, что года в три он схватился за железную кочергу в камине, когда родители отвлеклись.
— Но сейчас я уже не боюсь, — уверял он, однако страх явно остался где-то на уровне инстинктов.
Подобные переживания как раз и влияли на несовместимость со стихией. К примеру, дварфам чаще всего не даётся стихия воды. Они живут у гор, с детства возятся в земле, а подрастая, учатся у своих отцов кузнечному делу и добывают руду, поэтому магия огня и земли даётся им проще всего. Однако во время работы в горах они нередко ошпаривались водами горячих источников, которые внезапно начинали свою активность, или тонули в потоках воды после сильных ливней — по этим причинам магия воды становилась для них чуждой. Так что сама по себе раса здесь роли не играла.
К слову, у меня несовместимых стихий не было вовсе. Я ведь рос в холе и неге. Да и вообще, даже без магии огня вполне можно нагреть воду или поднять тёплый ветер.
Но объяснять ему эти концепции было слишком муторно, поэтому я всё равно заставлял его практиковать магию огня. Ведь умение разжечь огонь всегда могло пригодиться. Та же сальмонелла погибала при нагревании. И если не хотелось помереть от пищевого отравления, еду следовало подвергать термической обработке.
Впрочем, судя по всему, простенькая магия детоксикации могла нейтрализовать большинство ядов.
Сильф хоть и пыхтел от натуги, но продолжал тренироваться без единой жалобы. Наверное, потому, что сам об этом попросил. Сжимая мой жезл (подаренный Рокси) и мой учебник магии (притащенный из дома), Сильф с серьёзным лицом читал заклинания, и в эти моменты он был по-настоящему прекрасен.
Раз уж даже я, будучи парнем, так считал, то в будущем от девчонок у него точно отбоя не будет.
«Ревность присуща отцам…»
Мне показалось, будто откуда-то донёсся этот голос, и я поспешно тряхнул головой.
Нет-нет. Ревновать было бессмысленно. В конце концов, разве не в этом и заключался мой план? Операция «Ловля на живца-красавчика». Сильф — красавчик, я — обычный парень, делим девчонок пятьдесят на пятьдесят ♪
— Слушай, Руди. Как это читается?
Пока я напевал это в уме, Сильф указал на страницу в учебнике магии и посмотрел на меня снизу вверх. И этот его направленный на верх взгляд был просто убойным. Мне невольно захотелось обнять его и расцеловать. Но я с трудом сдержал этот порыв.
— Это читается как «лавина».
— А что это значит?
— Когда в горах скапливается огромное количество снега, он не выдерживает собственного веса и обрушивается вниз. Представь, как зимой снег собирается на крыше, а потом внезапно с грохотом падает. Так вот, это то же самое, только в разы масштабнее.
— Вот как… Ничего себе. А ты когда-нибудь её видел?
— Лавину-то? Ну, конечно же… нет.
Разве что по телевизору.
Я заставлял Сильфа читать учебник магии. Это заодно помогало обучить его и грамоте. Умение читать и писать ещё никому не вредило. Я понятия не имел, каков был уровень грамотности в этом мире, но он явно не достигал почти ста процентов, как в современной Японии. В этом мире не существовало магии, позволяющей мгновенно понимать текст. А чем ниже была грамотность населения, тем выгоднее становилось умение читать.
— Получилось!!! — радостно вскрикнул Сильф.
Взглянув на него, я увидел, что он блестяще справился со средним заклинанием воды «Ледяной столб». Из земли торчала здоровенная глыба льда, сверкающая под лучами солнца.
— А здорово вышло.
— Ага! Но, слушай… тут ведь не написано про то заклинание, которым пользовался ты, Руди? — спросил Сильф, озадаченно склонив голову.
— Хм?
Услышав про заклинание, я сообразил, что он имел в виду создание горячей воды. Я полистал учебник магии и ткнул пальцем в два места.
— Ну как же, вот здесь всё написано: «Водопад» и «Пылающая рука».
— ?..
— Их нужно использовать одновременно.
— ???..
Он непонимающе наклонил голову.
— Но как можно прочесть два заклинания одновременно?
Вот чёрт… Я сказал так, словно это само собой разумеется. Ну да, произнести два заклинания вслух одновременно физически невозможно…
Смеялся над Пауло за то, что тот делает всё, полагаясь на интуицию, а сам…
— Э, ну-у… Ты создаёшь «Водопад» безмолвно, а затем нагреваешь его «Пылающей рукой». Одно заклинание вполне можно и проговорить, или же просто набрать воды в ведро, а уже потом нагреть.
Я наглядно продемонстрировал, как сотворить оба заклинания одновременно без слов.
Сильф наблюдал за мной, округлив глаза. Похоже, в этом мире безмолвная магия и впрямь считалась техникой высшего уровня. Рокси так не умела, да и среди преподавателей Университета магии, по слухам, на такое был способен лишь один человек. Поэтому Сильфу следовало осваивать именно комбинированную магию, а не безмолвную.
«Одинакового результата можно добиться и без лишних сложностей», — так я думал.
— Научи меня этому.
— Чему именно?
— Тому, как колдовать без слов.
Видимо, Сильф рассуждал иначе. Ну да, выдать всё за один раз казалось куда круче, чем чередовать два заклинания. Хм-м… Ладно, попробую объяснить, а если не выйдет, то он сам перейдёт на комбинированную магию.
— М-м, ну смотри. Помнишь то чувство во время чтения заклинания, когда мана со всего тела собирается на кончиках пальцев? Попробуй воссоздать это чувство без проговаривания заклинания. Как только почувствуешь, что мана скопилась, представь нужную магию и как бы выдави её из кончиков пальцев. Как-то так. Лучше начать с чего попроще, например, с «Водяного шара».
Интересно, он вообще понял? Объяснить как-то лучше у меня вряд ли бы вышло.
Сильф закрыл глаза, начал мычать и извиваться в каком-то странном танце. Объяснить то, что делаешь по наитию, было непросто. Безмолвная магия творилась исключительно в голове. И у каждого наверняка был свой, наиболее удобный подход.
Я считал, что в начале важнее всего основы, поэтому весь этот год заставлял его читать заклинания вслух. Возможно, чем больше колдуешь с проговариванием заклинаний, тем сложнее потом отказаться от этого. Всё равно что всю жизнь писать правой рукой, а потом вдруг пытаться делать это левой — переучиваться всегда тяжело.
— Получилось! У меня получилось, Руди!!!
Впрочем, судя по всему, мои опасения были напрасны.
Сильф радостно закричал и начал выстреливать шарики с водой один за другим. Пусть он и читал заклинания, но длилось это всего лишь год. Видимо, отказаться от них было так же просто, как снять дополнительные колёсики с детского велосипеда. То ли это гибкость юного ума, то ли личный талант Сильфа.
— Отлично. Тогда попробуй-ка сотворить безмолвно все заклинания, которым я обучал.
— Угу!
Как бы там ни было, обучать безмолвной магии мне было куда проще. Ведь я мог просто обучать тому, что делал сам.
— М-м?
И тут заморосил дождь.
Взглянув на небо, я заметил, что его незаметно заволокло чёрными тучами. А уже через мгновение на нас обрушился настоящий ливень. Обычно я следил за погодой и разгонял тучи, чтобы дождь не начался до нашего возвращения, но сегодня, обрадовавшись успехам Сильфа с безмолвной магией, я потерял бдительность.
— Да уж, ну и ливень…
— Руди, ты же умеешь вызывать дождь… А остановить его не можешь?
— Могу, конечно. Но мы уже промокли, да и урожаю нужна вода. Без особой нужды я погоду менять не стану.
Переговариваясь на ходу, мы бегом вернулись в дом Грейратов. Дом Сильфа находился слишком далеко.
***
— Мы дома!
— П-простите за вторжение…
Стоило нам переступить порог, как нас встретила горничная Лилия с большим полотенцем в руках.
— С возвращением, юный господин… и друг юного господина. Горячая вода уже подготовлена. Вытритесь, чтобы не простудиться, а затем поднимайтесь на второй этаж. Скоро вернутся господин и госпожа, поэтому я должна заняться приготовлениями к их приходу. Вы сможете помыться сами?
— Да, всё в порядке, спасибо.
Лилия, увидев проливной дождь за окном, видимо, заранее предвидела, что я вернусь насквозь промокшим. Она была немногословна и редко заговаривала первой, но дело своё знала отлично. Ей даже не пришлось ничего объяснять — едва заметив Сильфа, она тут же метнулась внутрь дома и принесла ещё одно большое полотенце.
Мы разулись, вытерли головы и ноги, после чего поднялись на второй этаж.
В моей комнате нас уже ждала большая бадья, наполненная горячей водой. В этом мире не было ни душа, ни ванны в привычном смысле, так что мыться приходилось именно так. Хотя Рокси как-то упоминала, что горячие источники здесь всё же существуют. Впрочем, я не особо любил мыться, так что меня всё вполне устраивало.
— Хм?
Когда я разделся догола, Сильф вдруг покраснел и начал смущённо переминаться с ноги на ногу.
— Ты чего? Раздевайся давай, а то простынешь!
— Э? Д-да…
Однако Сильф так и не двинулся с места. Стесняется раздеваться при других?.. Или всё ещё не умел делать это сам? Ну и ну, что за ребёнок, а ведь уже шесть лет от роду.
— Ну-ка, поднимай руки.
— Э-эм… ладно...
Я заставил Сильфа поднять руки и снял с него насквозь промокшую рубаху. Обнажилась бледная, совершенно не тронутая мышцами кожа. Но стоило мне потянуться к шортам, как он схватил меня за руку.
— Н-не надо…
Стыдно показываться нагишом? В детстве я и сам был таким. Вроде бы ещё в детском саду. Перед бассейном нас заставляли голышом идти в душ, и мне почему-то было жутко стыдно перед сверстниками. Однако руки у Сильфа были просто ледяными. Если бы мы не поторопились, он бы точно слёг с простудой. Поэтому я силой стянул с него шорты.
— Х-хватит, не надо…
Едва я потянулся к его детским панталончикам, как тут же получил по голове. Подняв взгляд, я увидел, что Сильф свирепо зыркал на меня полными слёз глазами.
— Да не буду я смеяться, честно.
— Д-дело не в э… н-нет, не надо!..
Отпор был на удивление не шуточным. За всё время нашего знакомства Сильф впервые так яростно сопротивлялся. Я даже немного опешил.
В чём же дело? Может, у эльфов существовал какой-то закон, запрещающий показывать другим своё голое тело? Если так, то заставлять его силой было бы свинством.
— Ладно-ладно, понял. Но тогда пообещай переодеться. В мокрых трусах ходить неприятно, да и живот застудишь.
— У-угу… — Стоило мне отпустить его, как Сильф, всё ещё шмыгая носом, закивал головой.
До чего же он милый. Мне ужасно захотелось сблизиться с этим очаровательным мальчишкой.
И тут в моей голове внезапно зародилась озорная мысль: нечестно же, если голым буду только я!
— Попался!
Я схватился за его трусики и одним рывком сдёрнул их вниз.
Явись же миру! Голый маятник!
— Э… НЕ-Е-Е-Е-Е-ЕТ!
— Э?..
Истошно закричав, Сильф в ту же секунду рухнул на корточки, прикрывая своё тело руками.
В то самое мгновение моим глазам предстал вовсе не тот невинный короткий меч, к которому я успел привыкнуть за последнее время. И уж тем более это был не зловещий клинок тьмы, покрытый мрачными рунами.
Там было… вернее, там не было…
Да… Его там не было. Там было то, чего быть никак не должно…
То самое, на что я в своей прошлой жизни столько раз пялился через монитор компьютера. Иногда это скрывалось за цензурой в виде мозаики, а иногда — красовалось без неё. Глядя на это, я мечтал когда-нибудь попробовать оригинал на вкус и вставить в него и вместе с тем выстреливал белыми залпами тёмной похоти прямо в салфетки…
Мой друг… оказался девушкой.
В голове у меня всё помутнело.
Неужели я только что сотворил нечто совершенно непростительное?..
— Рудеус, что ты тут устроил…
Я резко обернулся и увидел стоящего в дверях Пауло.
Когда он успел вернуться? Прибежал на крик?
Я застыл на месте. Пауло тоже оцепенел. На полу, заливаясь слезами и сжавшись в комок, сидела совершенно голая Сильф. А в руке у полностью обнажённого меня были зажаты её трусики.
К тому же мой милый маленький дружок юношески, но дерзко заявлял о своём присутствии. Ситуация сложилась такая, что оправдаться было попросту невозможно.
Трусики выскользнули из моих рук. И хотя на улице вовсю хлестал дождь, этот тихий звук падения трусиков показался мне оглушительно громким.
От лица Пауло
Вернувшись домой после работы, я застал сына за нападением на подругу детства.
Я едва не накричал на него прямо на месте, но вовремя сдержался. Наверняка у него снова были на то свои причины. Нельзя повторять прошлую ошибку.
Первым делом я передал рыдающую девчонку жене и горничной, а сына решил обтереть тёплой водой.
— Зачем ты так поступил?
— Простите…
Год назад, когда я отчитывал его, он до последнего не хотел извиняться, а тут сразу же покаялся. Да и вёл он себя тише воды, ниже травы. Совсем поник, вон как себя корит.
— Я спрашиваю о причине.
— Она насквозь промокла… Я всего лишь хотел её раздеть…
— Но она ведь сопротивлялась?
— Да…
— Я же говорил тебе, что с девочками нужно быть понежнее.
— Да… простите, пожалуйста.
Рудеус даже не пытался оправдываться. А вот я в его возрасте, помнится, только и делал, что твердил всякие «а вот», да «но ведь». Был настоящим малолетним болтуном, вечно ищущим отговорки. Мой сын на моём фоне выглядел куда достойнее.
— Ну, в твоём возрасте это вполне естественно — проявлять подобный интерес. Но принуждать никого нельзя.
— …Да, простите. Больше такого не повторится…
Глядя на своего убитого горем сына, я даже почувствовал укол совести. Слабость к женщинам была у нас в крови. Смолоду я был горяч и неутомим, так и норовил приударить за каждой смазливой мордашкой. С годами я, конечно, немного остепенился, но в юности совершенно не умел держать себя в руках.
Видимо, это передалось ему по наследству.
Для такого умного мальчика, как он, подобные первобытные инстинкты наверняка становились поводом для переживаний. И как я только раньше этого не замечал…
Нет, сейчас было не время для сочувствия. Я должен был показать ему на собственном примере, как поступать правильно.
— Ты должен извиняться не передо мной, а перед Сильфиеттой. Понял?
— Сильфи… етта?.. Как думаете, она меня простит?
— Никогда не извиняйся с мыслью, что тебя обязательно простят.
Услышав это, сын поник ещё сильнее. Если подумать, он с самого начала был привязан к этому ребёнку. Даже та ссора годичной давности случилась из-за того, что он защищал её. В итоге его за это даже ударил собственный отец.
После этого он каждый день играл с ней и оберегал от других детей. Он упорно занимался фехтованием и магией, но всё равно всегда находил время для неё. Он так с ней сблизился, что даже подарил свой самый ценный жезл и учебник магии.
Вполне понятно, почему он так расстроился — решил, что такая девочка могла его возненавидеть.
Я и сам в молодости был таким же. Постоянно унывал, когда меня отвергали девушки. Но не переживай, сынуля. Судя по моему опыту, у тебя ещё полно шансов всё исправить.
— Да пустяки, всё обойдётся. Если ты до этого её не обижал, то просто извинись от чистого сердца, и она обязательно тебя простит.
После моих слов лицо сына немного прояснилось. Он же у меня умный мальчик. В этот раз он немного облажался, но наверняка быстро исправит ситуацию и повернёт её в свою пользу. Более того, он мог даже ловко использовать этот момент, дабы окончательно покорить её сердце. До чего же надёжный, но в то же время пугающий ребёнок…
После мытья сын посмотрел на Сильфиетту и первым делом выдал:
— Прости, Сильфи! У тебя были такие короткие волосы, поэтому я и думал, что ты мальчик!!!
«Мда… Я-то думал, что мой сын идеален, но он оказался тем ещё идиотом», — такая мысль пришла мне в голову впервые.
От лица Рудеуса
Я извинялся, делал комплименты и успокаивал её, пока наконец не вымолил прощение. Раз уж Сильф оказалась девочкой, я решил отныне называть её Сильфи.
А как выяснилось позже, настоящее её имя — Сильфиетта.
Пауло лишь поражался, куда я смотрел, раз умудрился перепутать такую милаху с мальчиком. Я и сам не ожидал, что в реальности выдам классическую фразу в духе: «Так ты на самом деле девчонка?!».
Да и как тут было не ошибиться? При первой встрече у неё волосы были даже короче, чем у меня. Не какая-нибудь стильная короткая стрижка, но и не под ноль — что-то среднее. Да и одевалась она совсем не как девочка: блёклая курточка да шортики, больше ничего. Носи она хоть какую-то юбку, я бы ни за что не перепутал.
Хотя… если рассуждать здраво… Над ней издевались из-за цвета волос, поэтому она и стриглась коротко, чтобы лишний раз не привлекать внимания. Когда тебя задирают, приходится удирать со всех ног, так что шорты куда удобнее юбки. Да и семья Сильфи жила небогато: если уж купили шорты, то на юбку денег просто не оставалось.
Познакомься мы года на три позже, я бы ни за что не перепутал. Это я сам себе вбил в голову, будто передо мной миловидный мальчик, хотя ничего подчёркнуто бесполого в ней не было.
Вот если бы она… нет, хватит. Что ни скажи, всё будет звучать, как жалкое оправдание. Узнав правду, я невольно переменился в поведении. Теперь, когда смотрел на одетую по-мальчишески Сильфи, на душе становилось как-то не по себе.
— С-Сильфи, ты ведь такая милашка, может, тебе стоит отрастить волосы?
— А?..
Если бы она изменилась внешне, мне было бы куда проще начать общение с чистого листа. С такими мыслями я и предложил ей подобное.
Сама Сильфи свои волосы ненавидела, но на солнце её изумрудные пряди прямо-таки сияли. Мне ужасно хотелось, чтобы она их отрастила. А ещё лучше — завязала в два хвостика или один.
— Не хочу…
Однако с того злополучного дня Сильфи стала относиться ко мне с явной настороженностью. Особенно заметно она начала избегать любых физических контактов. Раньше она во всём со мной соглашалась и во всём слушалась, поэтому такая перемена меня немного поразила.
— Вот как. Ну тогда давай и сегодня потренируем безмолвную магию?
— Угу.
Я постарался скрыть свои истинные чувства за натянутой улыбкой. Друзей, кроме меня, у Сильфи всё равно не было, так что мы коротали время вдвоём. Осадок остался, но играть со мной она не отказывалась.
Так что на первое время сойдёт и так.
***
Если перевести мои текущие навыки по меркам этого мира, то картина получалась следующей:
[Фехтование]
Стиль Бога Меча: начальный уровень. Стиль Бога Воды: начальный уровень.
[Атакующая магия]
Огонь: продвинутый уровень. Вода: святой уровень. Ветер: продвинутый уровень. Земля: продвинутый уровень.
[Магия исцеления]
Лечение: средний уровень. Детоксикация: начальный уровень.
Магия исцеления тоже делилась на семь уровней и состояла из четырёх направлений: лечение, барьеры, детоксикация и святое очищение. Правда, в отличие от атакующей магии тут не водилось крутых титулов вроде Святой Огня или Святой Воды. Таких магов называли просто: Целитель Святого уровня или Мастер Детоксикации Святого уровня.
Лечение, как и следует из названия, предназначалось для лечения ран. На начальных уровнях его хватало разве что на царапины, но на уровне императора вроде как можно было отрастить даже потерянные конечности. Впрочем, даже на божественном уровне воскресить умершего было невозможно.
Детоксикация говорила сама за себя: избавление от ядов и болезней. С ростом мастерства можно было не только создавать яды, но и изготавливать противоядия. Магия, которая позволяла накладывать необычные статусы, начиналась со святого уровня и считалась крайне сложной.
Барьеры повышали защиту и возводили щиты. Проще говоря, это была магия поддержки. Точных тонкостей я не знаю, но предполагаю, что она ускоряет обмен веществ для затягивания мелких ран и стимулирует выработку эндорфинов, притупляя боль. Рокси, к слову, этой магией не владела.
Святое очищение наносило ощутимый урон призракам и нечестивым демонам. Однако эту магию держали в строжайшем секрете. Даже в Университете магии не обучали ей, так что и Рокси не так уж много знала. Я в глаза не видел никаких призраков, но, судя по всему, в этом мире они водились.
Без понимания самих принципов работы я не мог использовать эти заклинания безмолвно, что связывало руки. Я знал, что атакующая магия подчиняется законам физики, но не имел ни малейшего понятия, применим ли научный принцип к остальным школам магии. Мана казалась мне неким универсальным элементом. Вот только я совершенно не понимал, как именно её нужно изменить, чтобы получить желаемый результат.
Взять тот же телекинез — способность поднимать предметы на расстоянии или притягивать их к себе. В теории воспроизвести такое казалось реальным, но я ведь в прошлой жизни не был экстрасенсом и понятия не имел, на чём этот феномен держится.
К слову, биологический процесс заживления ран я помнил лишь смутно. Полагаю, именно поэтому безмолвное исцеление мне и не давалось. Обладай я познаниями врача, исцеляющая магия покорилась бы мне без труда.
Умей я в прошлой жизни что-то ещё, наверняка смог бы повторить это с помощью магии здесь. А занимайся я тогда спортом, то и фехтование давалось бы куда проще. Если так подумать, то какую же уйму времени в прошлой жизни я потратил впустую. Хотя нет… ничего не было впустую.
Да, я не работал и не ходил в школу. Но это вовсе не значило, что я впал в спячку. Я успел перепробовать всевозможные игры и хобби, пока остальные корпели над учёбой или работой. И эти игровые знания, опыт и образ мышления непременно пригодятся мне в этом мире. Должны пригодиться!..
Вот только сейчас от них не было никакого толку… эх…
***
Это произошло во время тренировки по фехтованию с Пауло.
— Ха-а… — невольно у меня вырвался тяжёлый вздох.
Я уж было подумал, что мне влетит за столь откровенное уныние, но Пауло лишь ехидно ухмыльнулся.
— О как. Руди, дай-ка угадаю. Сильфиетта тебя возненавидела, поэтому ты и ходишь мрачнее тучи?
Вообще-то я вздыхал совсем по другому поводу. Хотя, признаться, ситуация с Сильфи тоже не давала мне покоя.
— Ну да, в общем-то. С фехтованием не ладится, Сильфи меня избегает, тут поневоле начнёшь вздыхать.
Пауло с ухмылкой воткнул свой деревянный меч в землю. Опёршись на него, он снисходительно посмотрел на меня сверху вниз.
Неужели этот придурок решил посмеяться надо мной?..
— Так и быть, папка может дать тебе пару советов, — неожиданно сказал Пауло.
Хм… Мой отец, Пауло, пользовался бешеной популярностью у женщин. Зенит была настоящей красавицей, да и та история с женой Эта о многом говорила. Даже Лилия не выглядела особо недовольной, когда Пауло притронулся к её заду. Наверняка он знал какой-то секрет, как не отталкивать от себя дам. Секрет, который приведёт меня прямо к жизни дамского угодника. Он, конечно, полагался на инстинкты, так что я вряд ли бы понял всё до конца, но советы вполне могли быть полезными.
— Пожалуйста, расскажите.
— Хм-м, даже не знаю, стоит ли…
— Хотите, сапоги вылижу?
— Эй, ты чего так резко стал пресмыкаться?
— Если не расскажете, я сообщу матушке, что Вы заигрывали с Лилией.
— А теперь вообще перешёл на шантаж… Стоп, чё?! Погоди-ка, так ты всё видел?! Ладно-ладно! Прости, что набивал себе цену.
Вообще-то про заигрывания я ляпнул наугад, просто чтобы взять его на слабо… Но, неужели он правда флиртовал с ней?
Впрочем, неважно. Это лишь доказывало, насколько этот мужик популярен. Что ж, послушаем лекцию от нашего местного дамского угодника.
— Слушай сюда, Руди. Женщины устроены так…
— Да.
— Что им нравятся сильные стороны мужчин, но и их слабости они любят ничуть не меньше.
— Ого.
Где-то я такое уже слышал. Речь о материнском инстинкте что ли?
— Ты ведь перед Сильфиеттой только силу и выставлял напоказ, разве нет?
— Как знать, сам я за собой такого не замечал.
— А ты подумай. Что бы ты почувствовал, если бы кто-то явно сильнее тебя начал приставать, да ещё и обнажив свою похоть?
— Наверное, страх.
— Вот именно!
Скорее всего, он намекал на тот самый день. День, когда «он» стал «ею».
— Поэтому ты должен показать свою слабость. Ты защищаешь её своей силой, а она оберегает тебя в моменты уязвимости. Вот к каким отношениям нужно стремиться.
— О-о-о!
Как всё просто и понятно! Даже не верилось, что это говорил Пауло, который всегда полагался на инстинкты!
Быть просто сильным нельзя, быть только слабым — тоже. Но совместить в себе и то и другое — вот ключ к успеху!
— Но как именно мне показать эту слабость?
— Проще простого. Ты ведь сейчас переживаешь, так?
— Ну да.
— Вот и перестань это скрывать, покажи всё Сильфиетте как есть. Прямо всем своим видом дай понять: «Я мучаюсь и места себе не нахожу из-за того, что ты меня избегаешь».
— И… и что тогда будет?
Пауло ехидно ухмыльнулся. Выражение лица у него стало откровенно коварным.
— Если всё сработает, она сама к тебе потянется. Может, даже попытается утешить. И вот тогда ты должен повеселеть. Нет никого, кто не порадовался бы тому, что после общения с ним другому человеку стало лучше.
— !!!
Вот оно что. Контролировать чужие эмоции с помощью собственного поведения… просто поразительно! Но ведь план может и провалиться?
— Э… а что если ничего не выйдет?
— Тогда снова придёшь ко мне. Я расскажу тебе об ещё одном приёмчике.
У него есть и запасной план?! Да этот мужик гениальный манипулятор!
— П-понял! Тогда я прямо сейчас побегу к ней!
— Давай, беги.
Пауло небрежно махнул рукой. Я же, не в силах больше усидеть на месте, сорвался с места и помчался к ней.
— И чему я вообще учу своего шестилетнего сына?..
Мне показалось, я услышал эти слова у себя за спиной.
***
Я прибежал к нашему дереву слишком рано, так что Сильфи ещё не было.
Я прихватил с собой деревянный меч как и всегда, но в этот раз прибежал весь в поту, хотя обычно успевал обтереться.
Что же делать? Да ничего тут не поделаешь. В такие моменты выручают мысленные тренировки. Я принялся размахивать мечом, проигрывая сцену в голове. Силу я уже показал, теперь пора продемонстрировать слабость. Слабость… как же её показать? Ах да, нужно выглядеть подавленным. Но как именно? Да и в какой момент? Сразу с ходу? Нет, это будет слишком странно. Нужно подвести к этому в разговоре. Смогу ли я? Нет, я обязательно смогу!
Пока я витал в этих мыслях и бездумно махал мечом, пальцы как-то сами собой разжались, и деревянный меч со свистом улетел в сторону.
— Ой…
Там, куда упал меч, стояла Сильфи. В голове у меня тут же всё опустело.
Ч-что же делать? Что следует сказать?
— Ч-что с тобой, Руди?..
Увидев меня, Сильфи округлила глаза. К чему был этот вопрос, неужели я пришёл слишком рано?
— М-м, фу-ух… хм-м… Просто я так д-давно… не видел твоего милого личика…
— Я н-не о том, ты весь в поту.
— Ха-а… ха-а… п-пот? К-какой ещё пот?..
Когда я, тяжело дыша, попытался подойти ближе, она с испуганным видом отшатнулась. Как и всегда она не позволяла мне приблизиться больше, чем на определённое расстояние.
Меня к ней так и тянуло, а она от меня шарахалась. Вот ведь каламбур.
— …
По лбу катился пот. Дыхание понемногу выровнялось. Отлично. Я с убитым видом опёрся рукой о дерево, изобразив раскаяние. Понуро опустил плечи и тяжело вздохнул:
— Э-эх… В последнее время Сильфи так холодна…
Повисло молчание. Всё ли я сделал правильно? Так ли надо было, Пауло? Может, стоило выглядеть более жалким? Или вышло чересчур наигранно?
— !!!
Кто-то сзади крепко сжал мою руку. Почувствовав это тёплое и мягкое прикосновение, я обернулся и увидел Сильфи.
О-о-о! Она так близко! Впервые за долгое время Сильфи подошла так близко! Пауло-сан! Я сделал это!
— Просто в последнее время Руди ведёт себя как-то странно… — произнесла Сильфи с лёгкой грустью на лице.
Я пришёл в себя. Да, я и сам всё понимал. Мне и говорить не требовалось: я вёл себя с ней совсем не так, как раньше. В глазах Сильфи это была резкая перемена. Моё отношение к ней изменилось так же быстро, как у девицы на выданье, которая резко переменилась в лице, узнав о богатстве жениха. Разумеется, ей было неприятно.
Но как мне следовало вести себя? Общаться как ни в чём не бывало я уже просто не мог. Невозможно было не волноваться рядом с такой милашкой. Маленькая, симпатичная девочка моего возраста. Я понятия не имел, как с такими заводить отношения.
Будь я взрослым или Сильфи постарше, я бы пустил в ход весь свой богатый опыт из эротических новелл. Будь она мальчишкой, мне пригодился бы опыт общения с младшим братом. Но она была девочкой, моей ровесницей и совсем ещё крохой. Конечно, я играл в игры, где сближался с девочками и такого возраста в интимном плане, но всё это были лишь фантазии. К тому же я вовсе не стремился к подобным отношениям. Сильфи была ещё слишком мала. Она не входила в мою зону интересов.
По крайней мере, пока что. На будущее я возлагаю большие надежды!
Но если отбросить шутки, над ней издевались. Когда издевались надо мной, на моей стороне никого не было. Поэтому я хотел стать для неё надёжной опорой. И неважно, мальчик это или девочка. Эта часть меня не изменится. Но общаться по-прежнему было чертовски трудно.
Я ведь всё-таки парень и хотел построить с такой красивой девчонкой хорошие отношения. В будущем! Только в будущем!
Ох… не знаю даже. Что мне вообще делать? Может, спросить об этом у Пауло?..
— …Прости, но ты мне вовсе не противен, Руди.
— С-Сильфи…
Пока я строил жалкую физиономию, Сильфи бережно погладила меня по голове. А затем застенчиво и нежно улыбнулась. Какая же мягкая улыбка… Меня это тронуло до глубины души.
Виноват был явно я, но извинилась она. Я перехватил её ладошку и крепко сжал. Сильфи немного удивилась, покраснела и, глядя на меня снизу вверх, произнесла:
— Поэтому, пожалуйста, веди себя, как обычно, ладно?
Эти слова и её взгляд обладали невероятной силой. Этого было более чем достаточно, чтобы подтолкнуть меня к решению. Я сделал свой выбор! Точно! Она хотела, чтобы всё было, как раньше!
Ей нужны были наши прежние отношения. А значит, мне следует общаться с ней максимально естественно. Чтобы она больше не пугалась и не смущалась, я должен был тщательно скрыть свою мужскую натуру.
Иными словами, мне нужно было стать — им. Ну что ж, так тому и быть! Я стану типичным недогадливым главным героем!