Бонусная глава 4: Серый Крысёныш

[П.П.: *В оригинальном названии главы 灰色鼠小僧 (хайиро нэдзуми кодзо), заложена двойная игра слов: 灰色 (хайиро) — «серый», а 鼠小僧 (нэдзуми кодзо) — переводится как «мальчик-крыса». Это прозвище знаменитого японского вора эпохи Эдо, Накамуры Дзирокити, который стал героем множества народных баек, книг и прочего. В общем, японский Робин Гуд. Для каламбура с фамилией Рудеуса я оставил как Серый Крысёныш.]

Ну-с, хе-хе! Прошу любить и жаловать. Звать меня Рудеус Грейрат.

Я мелкий воришка, орудующий в деревенской глуши. Хоть я и мелкий, в этом деле уже пять лет. Имя моё мало-помалу разошлось по округе, и стал я называть себя «Серым Крысёнышем деревни Буэна».

Грейрат и Серый Крысёныш — ловко же придумано, от такого каламбура даже солнышко со смеху покатится и простит мне все мои пригрешения. И вот пока смеётся, солнышко меня палить не будет, а мне этого времени аккурат, чтобы дельце провернуть.

В этот раз работёнка намечалась крупная. Сорвать большой куш, целясь по-крупному — это был как раз тот самый случай.

Прежде за такие крупные дела я ещё не брался, так что руки и ноги прямо-таки тряслись. Но это дело поправимое. Унять дрожь в конечностях с пятилетним воровским опытом для меня — плёвое дело. Послушные конечности теперь двигались тихо, словно у кошки, а шаги мои были осторожны и бесшумны —  я был готов ко всему. И вот, когда дрожь в руках и ногах унялась, я наконец-то приступил к своей работёнке.

Местом действия стало поместье Грейратов. Здесь жила пара: статный красивый владелец поместья и писанная красавица, которая являлась его супругой. Жили они душа в душу. Чуть ли не каждую ночь усердно трудились над тем, чтобы подарить единственному сыну братика или сестрёнку. Впрочем, я их за это ни капли не винил. Ведь именно благодаря этому мне и перепадала добыча.

Ну да ладно. Хоть я и звался вором, но, в отличие от великих воров вроде Дзирокити, у меня не было навыков, чтобы лезть напролом в лобовую атаку. Полез бы внаглую — мгновенно повязали бы. Однако если силушки нет, можно ведь и мозгами пошевелить, чтоб стащить задуманное.

В качестве своего первого шага… О, а вот и горничная с целой горой белья для стирки показалась. Так уж было заведено, что утренняя работа горничной всегда состояла из готовки да стирки. Солнце сегодня жарило вовсю, так что погода прекрасна. Бельё должно было высохнуть на ура.

Я дождался, пока горничная уйдёт в прачечную, и только тогда ступил на кухню. Ни на кухне, ни в гостиной никогошеньки не было. Супруги сегодня ушли вдвоём по делам. Учитель, что обучала единственного сына в поместье, тоже отлучилась по своим заботам, так что в здании остались только горничная и я. Иначе говоря, стоило лишь отвлечь её, и дело было в шляпе.

Хе-хе, а ведь эта горничная, хоть и ходила с каменным лицом, собой была весьма недурна. С виду неприступная, без капли кокетства, но стоило ей оказаться рядом с владельцем поместья, так сразу расцветала, как истинная женщина. И до чего ж соблазнительным становилось тогда её лицо. Я каждый день трясся, как осиновый лист на ветру, думая, как бы владелец поместья не распустил руки, а супруга не озверела, как демон. Как-никак, я всего лишь Крысёныш, хе-хе.

Но и морока с этой горничной была ещё та. Стоило мне сделать хоть одно подозрительное движение в сторону сокровища, как она тут же звонко шлёпала меня ладонью по руке. Впрочем, именно тут мне и предстояло блеснуть умом.

Я взял в руки чашку и прямиком направился к кувшину с водой. С таким видом, будто просто хотел зачерпнуть воды и попить. А кувшин этот был мне чуть ли не в рост. Пытаться зачерпнуть из такой громадины воду было задачей не из лёгких. Рассуждая так, я ухватился за край кувшина и изо всех сил потянул его на себя. С оглушительным грохотом кувшин повалился набок.

Услышав этот шум, горничная в спешке примчалась из прачечной. Её глазам предстала кошмарная картина: залитая водой кухня, где разлилось всё содержимое кувшина, и я — промокший до нитки.

Замысел удался, оставалось лишь пожинать плоды.

— Ох, простите, Лилия. Я хотел попить воды, но случайно опрокинул кувшин… 

И при всём при этом служанка даже не вздохнула. Вот уж воистину железная леди.

— Господин Рудеус. Вы не ушиблись?

— А, да.

— В таком случае ступайте в прачечную, снимите одежду и положите её в корзину. Тряпка лежит на привычном месте, хорошенько вытритесь ею и переоденьтесь. Вы справитесь сами?

— Да. А Вы, Лилия?

— Я пока приберусь здесь.

— Хорошо… простите меня, пожалуйста. Из-за меня Вам прибавилось работы.

— Ничего страшного.

— Я потом помогу Вам.

Строя из себя паиньку, я на лёгких, как пёрышко, ногах направился в прачечную. И там, в пустой комнате, я тайком завладел своим сокровищем.

Когда я взял его в руки, оно всё ещё хранило влагу. Моё возбуждение при виде этого непросохшего перед стиркой сокровища было просто неописуемым. А уж когда я утащил его к себе в логово, прижал к лицу и глубоко вдохнул этот дивный аромат…

Ух, вот уж точно: ни в сказке сказать, ни пером описать.

Так я, Рудеус Грейрат, из-за секундного порыва чувств завладел трусиками Рокси.