Глава 1: Давай создадим авто-куклу (Часть 1)

Часть 1: День, когда кукла вышла на прогулку

В ту ночь бушевала буря. Ливень заливал равнину, а мощные молнии одна за другой рассекали небо, вонзаясь в землю. В их ярких вспышках на мгновения возникал силуэт уединённого дома, стоявшего среди пустынной степи. Внутри этого дома звучал смех двух учёных, охваченных волнением.

— Ха-ха-ха-ха! Мы наконец это сделали! 

— Точно! Мы сделали это!

Обрадованные своим успехом учёные взялись за руки и начали плясать по комнате.  

— Добраться до этого этапа мы смогли лишь благодаря невероятному мастерству мастера!

— Перестань, Заноба! Без твоих знаний и смелых идей ничего бы не получилось!

Это были Рудеус и Заноба. Прекратив пляски, они не скупились на взаимные похвалы. В дальнем углу комнаты, где они стояли, возвышался необычный предмет — каменное ложе, источавшее загадочное сияние. На ложе находилась обнажённая девушка.

— Сколько же сил и времени мы на это потратили... 

Рудеус вспоминал череду неудач. С самого начала они даже не могли привести куклу в движение. Прежде чем завершить первый прототип, им пришлось бесчисленное количество раз вносить небольшие исправления и доработки. В результате куклу всё же удалось запустить, но она оказалась бездушным големом, лишь точно исполнявшим отданные приказы. На такую конструкцию, возможно, нашлись бы желающие, однако это было далеко от их мечты.

Со второго прототипа их усилия были сосредоточены на создании ядра с искусственным интеллектом и совершенствовании тела, всё более приближающегося к человеческому. Конечно, трудности не прекращались. Пытаясь сделать движения куклы более естественными, они сменяли материалы, но сталкивались с утратой прочности. Когда же модифицировали ядро ради большей естественности движений, запуск беспрестанно заканчивался неудачей.

Порой они восторгались сложностью и гармонией человеческого тела, но чаще падали духом, видя собственные ошибки. Неудачи следовали одна за другой. Они многократно перечитывали заметки Безумного Короля Драконов Хаоса. Советами помогал Бронированный Король Драконов Пергиус, раскрывая тайны магических кругов и призыва духов. От Бога Драконов Орстеда они получили редкие магические камни и ценные знания о материалах.

Однако даже после этого их постигали неудачи.

Им пришлось ступить на территорию, куда не ступал даже Безумный Король Драконов. Порой отчаяние охватывало их, казалось, что достичь цели невозможно. Слёзы и разочарование сменялись новыми попытками, но снова следовала неудача. Тем не менее, каждый раз им удавалось делать маленькие открытия, и шаг за шагом они продолжали двигаться вперёд.

Около месяца назад им наконец удалось добиться долгожданного успеха. Кукла, собранная из временных деталей, впервые заработала. Это был третий прототип — безликая кукла с гладким, лишённым черт лицом. Запуск прошёл успешно, и они горячо радовались этой победе. Собрав данные с третьего прототипа, они сразу приступили к созданию четвёртого.

Четвёртый прототип был уже близок к завершённой версии. Он имел тело и лицо, схожие с человеческими, мог двигать губами и разговаривать, а также свободно использовать руки и ноги. Тем не менее, все необходимые испытания третьего прототипа не были завершены, оставались ещё нерешённые проблемы. Однако их стремление увидеть ожившую куклу в её окончательном облике оказалось настолько сильным, что они решили пропустить несколько предусмотренных этапов и сразу взялись за создание следующей версии, максимально приближенной к совершенству.

Но в том не было ничего плохого. Всё, что работало в третьем прототипе, должно было успешно работать и в четвёртом. На этом этапе они намеревались проверить всю систему и её совместимость с телом готового изделия. Для них это был следующий важный шаг и достижение, ради которого они трудились так долго. Ведь без страсти невозможно работать над подобным проектом. Это был тот самый автоматон, над созданием которого они мечтали столько лет.

— Итак! Запускаем! — произнёс Рудеус.

— Да! — с воодушевлением ответил Заноба и, с нетерпением на лице, коснулся пальцем магического камня, располагающегося в центре скромной груди куклы. В глубине этого камня, в самом сердце искусственной девушки, находилось ядро.

Ядро, испещрённое сложными и изящными магическими кругами, было для девушки и мозгом, и в буквальном смысле сердцем. С запуском ядра кукла могла перемещаться на своих ногах, учиться, принимать решения, самостоятельно добывать ману и почти бесконечно двигаться. Она становилась полностью автономной.

Конечно, были и недостатки — из-за нехватки маны кукла могла внезапно рухнуть. В таком случае её просто следовало вновь уложить на ложе и подзарядить. Когда Рудеус впервые предложил такую конструкцию, Заноба возразил:

— Разве это не несовершенство — оставлять перезапуск в человеческих руках?

Но Рудеус ответил, что, напротив, именно в этом заключается совершенство. Ведь, когда человек падает и не может встать сам, он обращается к другим за помощью.

— …

Палец Занобы замер в нерешительности. Быть может, даже он испытывал смущение перед тем, чтобы дотронуться до груди куклы с внешностью юной девушки? Но нет, смущение почти никогда не было над ним властно.

— Мастер… может, Вы сами запустите её?

— Нет, мы пришли к этому благодаря твоим усилиям. Запускать должен ты.

Заноба ощутил мандраж. Настала минута, когда должна была воплотиться давняя мечта, плод почти десятилетней работы и надежд. Хотя малодушием он и не страдал, но сейчас испытывал волнение. Раньше он даже не знал, что такое нерешительность.

— Понял… тогда я приступаю! — произнёс он.

— Давай!

Палец Занобы медленно опустился к груди девушки. С бережностью, будто касаясь чего-то хрупкого, он скользнул по коже и коснулся магического камня. Для активации требовалось совсем немного маны — с этим бы справился любой.

— «Пробудись, моё творение»…

В тот же миг, стоило Занобе произнести заклинание, мана с мягким потрескиванием устремилась по каналам. Красный огонёк на краю ложа сменился на синий. Убедившись в этом, Заноба убрал руку.

— …

На несколько секунд воцарилась тишина. Оба мужчины затаили дыхание, следя за пробуждением девушки. После активации процесс шёл автоматически — теперь оставалось только наблюдать.

— …

Щёлк!

В тот же миг распахнулись тёмные глаза девушки.

Щёлк!

Почти сразу раздался ещё один щелчок: физическая связь с ложем оборвалась. Освободившись, верхняя часть тела девушки медленно приподнялась. Кожа её была тонкой и удивительно белой. Стройная фигура казалась столь хрупкой и худой, будто бы и вовсе лишённой мышц. Грудь была небольшой, но изящной формы, а очертания тела больше напоминали тщательно вылепленный художественный образ, нежели обычную человеческую девушку. Это было воплощение многолетнего опыта Занобы и Рудеуса в искусстве создания кукол.

Тело девушки было собрано из искусственной плоти и скелета из того же материала, что использовался в магической броне. Глину для её плоти Рудеус создавал с помощью магии земли, затем добавлял материалы с высокой проводимостью маны, например, чешую красного дракона. В завершение, в состав замешивались сок древнего трента и кровь бессмертных демонов. Благодаря множеству проб и ошибок, а также использованию редких компонентов, искусственная плоть приобрела высокую прочность, близкую к неразрушимой, и текстуру, почти не отличимую от человеческой кожи.

Движение обеспечивал скелет с выгравированными на нём магическими кругами. Эти круги заставляли плоть сокращаться, имитируя работу настоящих мышц. Принцип действия был схож с магической бронёй, но в суставы внедрялись элементы, выполненные из костной муки смертоносного скелета-разрушителя: высокоранговый материал, обладающий необычайной проводимостью маны. Благодаря ему движения стали ещё более естественными, почти не отличимыми от человеческих.

Девушка подняла руки, потянулась и мягко сжала, затем разжала ладони. Жесты были удивительно плавными, лишёнными всякой механичности — настолько естественными, что они невольно подчёркивали изгибы подмышек и груди, придавая облику живую соблазнительность.

— Глоть… — Рудеус сглотнул слюну. — Когда мы её создавали, я не отдавал себе в этом отчёта, но теперь, когда вижу, как она двигается… это действительно впечатляет…

— … — Заноба промолчал.

Однако по его лицу было понятно, что он испытывал схожие чувства.

Девушка молча легла на спину и поочерёдно начала поднимать ноги. Её белые изящные бёдра плавно сменяли друг друга в движении, и в том же положении она сгибала и разгибала колени, сводя и разводя ноги. В результате таких движений скрытые детали тщательно выполненной куклы порой невольно открывались взгляду двух наблюдавших мужчин. Между тем, эти движения были лишены какой-либо эротической или демонстративной окраски. Система автоматически запускала проверку суставов во время первого включения. В случае возникновения неполадок кукла должна была устно сообщить о проблеме с соответствующей частью. Однако всё прошло без ошибок.

— Запуск завершён, — произнесла кукла, слегка покачав тёмными волосами, сигнализируя о том, что все проверки окончены. Её голос, доносившийся из искусственных голосовых связок, поразительно напоминал голос знакомого этим мужчинам человека.

— Фух…

Оба мужчины облегчённо вздохнули, но напряжение на их лицах ещё не спало. На этом этапе им уже не раз приходилось сталкиваться с неудачами: то рука неожиданно отрывалась от локтя и отлетала к потолку, будто запущенная ракета; то с глухим треском колено сгибалось в обратную сторону; то повреждался пах, и кукла застывала в странной, неестественной позе, сопровождающейся хриплыми металлическими звуками.

Такие сцены, где если бы на месте куклы был человек, всё бы заливалось кровью, неоднократно разворачивались во время создания третьего прототипа. Основная сложность была в том, что каркас куклы изготавливали из того же материала, что и магическую броню. В доспехах носитель способен сам регулировать силу движений с помощью магии и мускулов, чему учится со временем. У куклы же этого умения быть не могло, поэтому она невольно использовала полную силу и рисковала разрушить себя.

По этой причине по всему телу пришлось встроить специальные ограничители. Основой при этом оставался прочный материал, идентичный магической броне: даже с ограничителями кукла сохраняла высокую прочность и могла двигаться с силой, сравнимой с мечником святого уровня.

Однако это было не самым важным. Убедившись, что настройки искусственных мышц — сгибания коленей и локтей, над которыми они так долго трудились, а также параметры подвижности — работают без сбоев, оба испытали глубокое удовлетворение.

— Похоже, проблем нет.

— Угу.

Будто откликаясь на их слова, кукла, всё ещё лежавшая на столе, повернула к Занобе свои стеклянные, лишённые жизни глаза. Затем раскрыла рот.

— Мастер. Пожалуйста, назовите Ваше имя.

— Я — Заноба.

— Мастер Заноба. Регистрация завершена. Ожидаю Ваших указаний.

— Зарегистрируй этого человека как второго мастера.

— Поняла. Пожалуйста, назовите Ваше имя.

— Рудеус.

— Второй мастер Рудеус. Регистрация завершена. Ожидаю Ваших указаний.

Подобный диалог они отрабатывали множество раз во время экспериментов с третьим прототипом. Прежде всего, кукла должна была зарегистрировать хозяина, иначе вовсе не реагировала на команды.

— Хорошо. Встань же с ложа и спустись на пол.

Кукла медленно сошла с ложа и выпрямилась. Увидев это, Рудеус победно сжал кулак.

— Отлично. Регистрация имени прошла успешно, и команды выполняются.

Рудеус наблюдал за куклой с замиранием сердца. С самого начала было крайне сложно объяснить ей, кто кем является. Когда ей говорили: «Я — Заноба», она принимала эти слова как единое имя и регистрировала: «Мастер ЯЗаноба». Порой она не могла покинуть ложе, поскольку не понимала частицу «же» в команде «встань же».

Все эти трудности удалось преодолеть благодаря советам самого Пергиуса. Получив его наставления, они много раз переделывали магические круги, начинали с нуля, пока не добились результата. Теперь, наконец, их мечта была воплощена в жизнь: призывной круг, выгравированный в ядре, позволял управлять всеми базовыми действиями куклы.

— Слегка подпрыгни, — попросил Заноба.

— Слушаюсь, мастер, — ответила кукла.

Сомкнув ноги, она начала подпрыгивать довольно энергично. Сила искусственных мышц была достаточно велика, чтобы сломать искусственно-созданный скелет, но система управления работала корректно.

— Во время прыжков раскинь руки в стороны.

— Слушаюсь, мастер.

— Расставь ноги… стоп.

— Слушаюсь, мастер.

— А теперь снова начинай прыгать и размахивай при этом руками.

— Слушаюсь, мастер.

— С каждым прыжком разводи и своди ноги.

— Слушаюсь, мастер.

Кукла следовала указаниям Занобы абсолютно точно. Короткие волосы едва заметно колыхались, когда она энергично подпрыгивала. Движения были уверенными и плавными, равновесие сохранялось прекрасно.

— А теперь изобрази смешную гримасу.

От своеобразной команды Занобы кукла замерла на мгновение.

— Слушаюсь, мастер.

Она приложила ладонь к щеке и исказила черты лица, в результате чего вышла необычная, немного странная гримаса с вдавленными щеками и бесстрастным выражением. Забавной её было назвать сложно, но кукла пришла к этому решению сама, как умела. В каком-то смысле, результат был вполне предсказуемым.

— Хм, неплохо.

— Да…

Нахмурившись, Рудеус наблюдал за происходящим с лёгким беспокойством. Его взгляд скользнул по небольшой, чуть подрагивавшей при каждом прыжке груди куклы, и искусно выполненным интимным частям между ног. Надо отметить, что смотрел он без вожделения — ведь это творение было делом его собственных рук. 

Гораздо больше его тревожила степень продуманности и реалистичности, с которой удалось воссоздать куклу. Сделал ли он это намеренно? Нет. Всё получилось случайно…

— Как же много сходств… И лицо, и голос случайно вышли настолько похожими.

Рудеус посмотрел кукле в глаза. Она встретила его взгляд спокойно, не улыбнувшись. Несмотря на то, что её учили улыбке, без специальной команды она к этому ещё не прибегала. Однако это волновало его меньше всего.

— Меня точно убьют за это…

Лицо куклы поразительно напоминало их общую знакомую.

— Вы про Нанахоси?

Кукла была похожа на Сидзуку Нанахоси — жительницу из другого мира, что находится в состоянии сна в летающей крепости. И лицом, и чёрными волосами, хотя длина отличалась, и ростом, и телосложением — очень напоминала её. Обнажённая кукла с явно женственной грудью и проработанными интимными частями.

— Сильфи и остальные убьют меня, если узнают об этом, дурак!

Он ощутил настоящий страх перед возможной реакцией своих жён.

— Но ведь Вы сами говорили, что нужна замена для уснувшей Нанахоси.

— Ну да…

В этом и заключалась причина.

Если предположить, что гипотеза о перемещении её друга окажется верной, то для передачи имени Нанахоси потомкам стоило бы передать и её внешний облик. Поэтому куклу решили сделать похожей на Нанахоси.

— Мастер, разве Ваши жёны не знают об этом?

— Они осведомлены о том, что мы делаем автоматон, но пока не знают, что его облик повторяет внешность Нанахоси.

Впрочем, Рудеус не думал, что его жёны сильно рассердятся из-за создания куклы, напоминающей Нанахоси. У него были на то веские причины, кроме того, сама Нанахоси дала согласие. Если всё честно объяснить, скорее всего, они поймут причины такого решения.

Однако возникала другая проблема — слишком подробно проработанная грудь и область промежности. Если кукла будет использоваться в интимных целях, ситуация меняется. Кукла, поразительно похожая на подругу, способная послужить для таких целей, точно не добавит жёнам Рудеуса спокойствия. Всё зависит от того, как это будет преподнесено — иначе Рудеуса могут ожидать непростые ночки. К примеру, Сильфи может надуться и сказать что-то вроде: «Если ты так постарался, может, твоя кукла и будет тебя обнимать?». Или же расстроиться до слёз. Для Рудеуса в таком развитии событий нет ничего хорошего.

— Не следовало делать её настолько детализированной.

— Но, мастер, это же замечательная работа, где Вы проявили все свои таланты! Особенно… соски — смотрятся очень эффектно!  

— Глупец! Я ведь нарочно говорю более обобщённо, а ты вот так прямо!  

— Простите.

Зачем он уделил столько внимания деталям груди и промежности? В самом начале у Рудеуса действительно были подобные мысли — что-то вроде секс-куклы. Сейчас же он отошёл от этих идей и понимал, что стоило бы поумерить свой пыл. Эти части могли бы быть выполнены более условно, а соски и вовсе были лишними.

К тому же это всего лишь четвёртый прототип. На этом этапе не было необходимости делать его столь похожим на Нанахоси — Рудеус просто поддался увлечению.

— В любом случае, Сильфи и остальным об этом знать не следует.

— Мастер, Вы просто побаиваетесь своих жён. 

— Лучше скажи, что я люблю их и пытаюсь сохранить их душевное спокойствие.

В настоящее время лишь немногие были осведомлены о создании куклы, имеющей поразительное сходство с Нанахоси. Орстед, Пергиус и сама Нанахоси входили в число посвящённых. Разумеется, когда работа будет завершена, он намеревался представить куклу и оповестить всех, кого это касается. В его планах было также использовать её для будущих проектов.

Тем не менее, даже эти заинтересованные лица могли воспринять всё иначе, узнав о столь точной детализации, и посмотреть на него с неодобрением. Рокси, например, могла бы пристально взглянуть на него и спросить: «Значит, по-твоему мнению, у этой куклы фигура лучше, чем у меня?». Или же просто отстраниться, погрузившись в мрачные мысли.

Если бы Рокси отдалилась от него, Рудеус чувствовал бы себя настолько виноватым, что, казалось, ему не оставалось бы ничего иного, как прибегнуть к харакири*.

[П.П.: *Харакири (腹切り) — традиционный японский ритуал самоубийства самураев путём рассечения живота. Использовался как способ сохранить честь, искупить вину или избежать позора. Официальное и более нейтральное название обряда — сэппуку (切腹); «харакири» — разговорный вариант.]

— Думаю, жёны мастера не станут устраивать скандал из-за такой мелочи. Всем ведь известно, что Вы человек со страстным характером.

— Если бы это была обычная кукла, я бы, возможно, не переживал. Но такое сходство с Нанахоси способно вызвать непредвиденные проблемы, — вздохнул Рудеус и лёгким движением коснулся груди куклы.

На ощупь она отличалась от человеческой, однако была удивительно мягкой. Если бы он не был автором этой работы, впечатления могли бы оказаться куда более волнительными. А в таком случае подобное возбуждение вполне могли бы принять за измену.

В случае подобных подозрений Эрис могла бы надуться, громко фыркнуть, ударить его кулаком, как обычно, а затем повалить его и буквально оседлать чтобы увериться, что он принадлежит только ей. Впрочем, возможно, ему даже понравилось бы такое развитие событий.

— …

Между тем кукла безразлично смотрела на его палец, не реагируя больше никак. Она просто ощущала прикосновения — он не закладывал в неё никаких реакций, связанных с удовольствием. Разумеется, если бы в создании участвовали Элинализ или Ариэль, всё могло обернуться иначе. Но обе они теперь были заняты воспитанием детей.

— Может, тогда просто утилизируем её? — предложил Заноба, на лице которого промелькнула тень огорчения. Мысль о том, чтобы утилизировать куклу, вызывала у него откровенное недовольство, какой бы ни была эта кукла.

— Нет! Она выполнена слишком хорошо, чтобы так просто её выбрасывать, — Рудеус скрестил руки и задумался.

В самом худшем случае стоило бы избавиться от неё и попробовать создать новую с самого начала. Заменить только грудную часть и область промежности с помощью современных технологий было невозможно. Если бы речь шла о массовом производстве, такие тонкости можно было бы продумать, но этот экземпляр был уникальным и создавался вручную.

— Но что если кто-то её найдёт?

— Никто не найдёт! Мы же именно для этого выбрали такое уединённое место для лаборатории!

— Ну да, но всё же…

Сейчас они находились на окраине области Фиттоа, в королевстве Асура. Они арендовали участок земли у семьи Бореас — на территории, которая только начинала восстанавливаться после недавних событий, — и построили там дом, который служил им лабораторией. Об этом месте знали лишь единицы.

Особенностью лаборатории было то, что обычного входа в неё не существовало: попасть внутрь можно было только с помощью магического круга телепортации.

— Тебе-то проще. Даже если тебя поймают, никто особо не станет разбираться.

— Нет, как я уже говорил, в последнее время Джули сердится на меня..

— Ах да, ты ведь упоминал…

Даже Джульетта, которая непосредственно участвовала в их проектах, ничего не знала о местоположении лаборатории. Она помогала создавать искусственную плоть и скелеты, но совершенно не догадывалась, где всё это собирается воедино. Об этом ей не рассказывали. Причина крылась в том, что в последнее время, когда Заноба приобретал куклы откровенно эротического характера, Джули это явно не одобряла. Она не ломала их, но иногда пыталась спрятать подальше от глаз Занобы. Что поделаешь — несмотря на то, что она уже давно считается взрослой, по человеческим меркам всё ещё находилась в возрасте, когда характер формируется и противоречия неизбежны. Оба это понимали и старались действовать деликатно в процессе её воспитания.

— Но ведь Джули может найти магический круг телепортации, который находится в подвале, разве нет?

Магический круг, ведущий в лабораторию, располагался прямо в подвале мастерской Занобы. Если бы Джули вдруг захотела спуститься туда, она наверняка обнаружила бы круг, и, поддавшись любопытству, могла бы ступить на него. В результате — вполне возможно — она оказалась бы свидетелем создания автоматона в виде обнажённой девушки, что стало бы для неё серьёзным потрясением.

— Дверь в подвал заперта изнутри, а ключ есть только у меня.

— Джули сможет без труда вскрыть такой замок. Я ведь сам учил её использовать магию земли для вскрытия замков.

— Нет, Джули не будет вскрывать дверь, которую запер я. Мы так договорились.

— Понятно.

Хотя Джули и Заноба уже прекрасно понимали друг друга, формально их отношения по-прежнему оставались в рамках господина и слуги. Джули хорошо знала, где пролегают границы дозволенного.

— Вернёмся к делу. Что будем делать? — спросил Заноба.

На его слова Рудеус скрестил руки и задумался. Если разобраться, у прототипа помимо сосков и промежности других особо опасных для Рудеуса мест нет. Кроме того, это был всего лишь четвёртый прототип — его всегда можно утилизировать после завершения испытаний и сбора всех необходимых данных.

— Что ж, конечно, жаль, — наконец решил Рудеус, — но сначала проведём все нужные эксперименты, а потом утилизируем.

Такой вывод показался ему разумным. Не стоит упрекать Рудеуса за то, что он не решился избавиться от куклы сразу — ведь в её создание было вложено немало средств и сил. К тому же некоторые эксперименты с третьим прототипом так и не были доведены до конца. Было бы неразумно торопиться с утилизацией только из-за вызывающего внешнего вида образца.

И в эту секунду у Занобы появилась гениальная идея.

— Кстати, мастер!

— Что?

— А что если просто одеть её?

— О! Точно! — Рудеус моментально понял, к чему ведёт Заноба. — Верное решение!

Оказалось, что вся проблема заключалась только в «опасных» участках тела. Если надеть на куклу одежду, то эротичный вид исчезнет. Вряд ли кто-то сразу попробует снять с неё платье, особенно если не будет повода об этом задуматься. А если не рассказывать лишнего, никто и не заподозрит.

— Хорошо, подожди немного, — сказал Рудеус.

Он отправился в соседнюю комнату, где уже была приготовлена одежда. Там лежало обычное для магического города плотное бежевое платье, а также новое нижнее бельё — трусики и лифчик. Первоначально планировалось, что кукла будет одета, но это просто вылетело у всех из головы из-за слишком эротичного вида голого прототипа.

— Надень эту одежду, — велел он.

— Слушаюсь, мастер.

— Когда переоденешься, ляг на ложе.

— Слушаюсь, мастер.

Рудеус немного помог кукле переодеться и аккуратно уложил её на ложе. Как только модель оказалась одета, любой намёк на непристойность исчез. Теперь перед ними была просто девушка, удивительно похожая на Нанахоси, лежащая на своей кровати, и в этом не было ничего вызывающего. Правда, неподвижные, широко открытые глаза куклы всё же могли показаться немного жуткими. Но просто глядя на неё в одежде Рудеус чувствовал, что все беды уже позади.

— Что-то я устал. Хотя и рано, пожалуй, на сегодня достаточно.

— Согласен.

Определившись с планом, Рудеус с облегчением вздохнул и опустился в кресло. Сегодня они успели провести лишь испытание запуска, но результат превзошёл ожидания. Нет смысла торопиться: продолжить обучение куклы новому можно и завтра.

С этими мыслями Рудеус ухмыльнулся и хлопнул в ладоши.

— Давай отпразднуем! Первый шаг нашего плана позади!

— Да! Я думал, что Вы так скажете, и заранее всё приготовил. Вот! — ответил Заноба.

Он поднял из угла бочонок и аккуратно переместил его в центр комнаты. Кулаком выбив крышку, выпустил наружу лёгкий аромат вина, несколько капель которого пролились на пол.

— Вот это подготовка! — оценил Рудеус.

Заноба взял стоявший рядом бокал, зачерпнул из бочонка, и он наполнился прозрачной фиолетовой жидкостью — вином из королевства Асура.

— А как насчёт закусончиков?

— У нас есть только консервы.

— Сгодится.

Вместе они принесли из подвала целую горку сушёных продуктов и уложили рядом с бочонком. Наполнив до краёв бокалы вином, они подняли их.  

— За успехи в проекте куклы!  

— За исполнение наших мечтаний!  

— Выпьем!  

Так началось их маленькое застолье.

***

— Но с чего же нам следует начать обучение?

— Пока мы опробовали только простые действия. Теперь интересно узнать, на что кукла способна в плане гибкости памяти и мышления…

— Испытать предстоит многое, будем проверять всё, что возможно.

Двое сидели с вином и обсуждали планы на завтра. Во время первого запуска кукле не давали сложных задач, однако она успешно справлялась даже с расплывчатыми командами, правильно их понимая и исполняя. Используя базовые знания, заложенные в неё при настройке, кукла проявила способность к самостоятельному обучению. Но до каких пределов сможет развиться её интеллект, оставалось загадкой. 

Сколько информации она в состоянии запомнить и чему научиться? Достанет ли ей самостоятельности для принятия решений?

— Оставьте это мне, — предложил Заноба. — Я возьму ответственность и обучу её всему необходимому.

— Только не учи её плохому, ладно?

— Эти слова я возвращаю Вам в неизменном виде, мастер.

— Ах ты, хитрец, и дерзить уже умеешь, да?  

— Ха-ха-ха-ха-ха!

Двое смеялись, думая о будущем, и наслаждались вином. Затем Заноба сменил тему разговора. 

— Ах да, кстати, продажи «побочных продуктов», созданных мастером, тоже идут хорошо.

— Точно, я же в процессе работы сделал разные штуки. Их правда продают?

— Да. Особенно востребован оказался «лягушачий мешочек».

— Вот как…

Рудеус провёл множество экспериментов, стремясь воссоздать фактуру человеческой кожи. Щёчные мешки дождевых лягушек оказались удивительно тонкими, эластичными и прочными. Сначала он собирался применить их при изготовлении кожи для куклы, но со временем нашёл более подходящий материал. Благодаря этим попыткам возникло кое-что другое.

— Презервативы.

Так называемая «резинка».

— Верно. Особенно они понравились господину Люку. Он даже задумал открыть производство в Асуре.

— Аристократы из Асуры действительно любят такие вещи…

— Хотя и мастер тоже ими пользуется, не так ли?

— Ну… да.

После рождения третьей дочери Лили и четвёртой — Крис, все негласно решили, что следующего ребёнка должна родить Сильфи. С течением времени Рудеус уделял Сильфи всё больше внимания, а времени для Рокси и Эрис становилось меньше. Однако, из-за особенностей расы, Сильфи не могла забеременеть. Возможно, с Люси и Зигом просто совпали нужные циклы, а возможно — это была причуда судьбы. Никто не знал.

Когда время, уделяемое на секс с Эрис сокращалось, она становилась особенно беспокойной. По сравнению с прошлым она научилась сдерживаться, но страсть в ней всё равно была сильна. Стоило только Рудеусу потерять осторожность, Эрис с лёгкостью могла взять инициативу и забеременеть. В этих ситуациях презервативы оказывались как нельзя кстати.

Используя эти средства, можно было удовлетворять желания Эрис, не задумываясь о рождении новых детей. А Сильфи не приходилось печально чесать щёчку, наблюдая за Эрис с уже третьим ребёнком под сердцем, и Эрис не нужно было с виноватостью оправдываться: «Ну и что…». Благодаря этому в семье не возникала неловкая атмосфера.

Такое чудо техники теперь стоило всего одну серебряную монету Асуры.

— Как бы то ни было, нехорошо, когда детей становится всё больше, а взрослых, способных о них заботиться, не прибавляется.

— Но ведь можно нанять прислугу.

— Если я доверю всех детей слугам, у меня не останется времени заниматься ими самому. Даже шестерых бывает непросто опекать. Пусть со стороны это не так заметно, но я хочу уделять внимание каждому ребёнку.

— Ха-ха-ха! Это так на Вас похоже, мастер, — рассмеялся Заноба.

Глядя на него, Рудеус вдруг вспомнил вопрос, который давно его занимал.

— Кстати, как у тебя с Джули складываются отношения?

— В каком смысле? — удивился Заноба.

— Не думал жениться во второй раз? — уточнил Рудеус.

— На Джули?

— Да, пусть между вами разница в возрасте, и статус у неё невысокий, но ведь ты уже не считаешь себя частью королевской семьи. Разве плохо быть женатым, в окружении детей, радоваться их успехам, иногда мягко ругать за шалости?..

Заноба медленно покачал головой.

— Я... не собираюсь жениться.

— Понимаю… — только и ответил Рудеус, услышав его решительный тон.

У каждого есть что-то личное, что он не готов обсуждать с другими. Очевидно, у Занобы были на это свои веские причины: его происхождение, прежний брак, убитый младший брат, трагедия с Паксом.

— На самом деле здесь нет ничего особенного. Хотите узнать?

— Если хочешь рассказать, то вперёд.

— Дело в том, что взамен необычайной силы и крепости тела у меня притуплена чувствительность кожи.

— То есть? — переспросил Рудеус.

— Это значит, что кожа живой женщины слишком мягкая, и этого недостаточно для… стимуляции, — признался Заноба.

Рудеус был ошеломлён этим признанием. Разговор становился довольно пошлым, но теперь многое стало понятнее, в частности, страсть Занобы к статуям.

— Конечно, дело не только в этом. Причины кроются в событиях, связанных  с Паксом, с Юлиусом и много каких ещё. Но главная причина в том, что брать в спутницы ту, с которой не можешь иметь детей, — это жестоко по отношению к ней.

— Понимаю… Но, знаешь, если представится возможность, стоит поговорить с Джули лично. Может быть, для неё этот вопрос не настолько важен. Или же всегда можно подумать об усыновлении.

Рудеус говорил виновато, ведь у него самого уже было шестеро детей.

— Ха-ха, возможно, — безжизненно улыбнулся Заноба.

После этого Рудеус решил больше не возвращаться к теме брака и сменил разговор на что-то другое. Сейчас они отмечали за бокалом вина, и вечер располагал к весёлой беседе.

— Ладно, забудем о презервативах! А как насчёт других товаров? Хорошо продаются?

— Остальные вещи интересуют лишь узкий круг ценителей. Их покупают скорее для коллекций, чем для повседневного использования.

— А ведь они действительно удобны… Вот, например, пылесос — Айша им просто восторгалась…

Среди его изобретений были разнообразные вещи: вентиляторы и пылесосы, основанные на магических кругах, водонепроницаемые изделия, холодильники. Всё это было очень практично, но особого распространения не получило.

Большинство людей предпочитали пользоваться магией — эффекты большинства предметов можно было повторить заклинанием, а редкие материалы делали производство дорогим. Можно было бы попробовать удешевить изделия, изучив подходящие материалы, но эта задача не входила в их планы.

— Конечно, всё это удобно. Но в Асуре и Милисе уже есть магические устройства с такими же функциями, а многим проще нанять слугу, — заметил Заноба.

— Но с прислугой ведь тоже немало хлопот… — бросил Рудеус, делая глоток вина. 

Несмотря на то, что он прожил здесь долгие годы и почти стал местным, воспоминания о прежней жизни иногда пробуждались в нём.

— Ну ладно, оставлю технологии — может, потомки ими воспользуются. Соберу хотя бы способы их создания в книгу.

— О, это отличная идея! Наверняка найдётся кто-то, кто продолжит дело мастера, и подумает, что это легендарная книга!

— Пусть называется, скажем, «Хроники Рудеуса Грейрата».

— Ха-ха-ха! Будущие маги ни за что бы не предположили, что в магическом трактате, за авторством правой руки Бога Драконов, описаны способы создания простых бытовых вещей!

Весёлое застолье продолжалось, и оба собеседника постепенно пьянели — бочонок вина явно был слишком велик для двоих.

— Жаль, что с нами нет Клиффа и Его Величества Бади.

— Клифф определённо не одобрил бы таких неприличных кукол.

— Он бы, скорее всего, прочёл нотации, но в конце концов простил бы. В следующий раз пригласим его. Можно даже устроить праздник прямо в комнате Клиффа в Милисе.

— Отличная идея! И давайте доделаем нынешний прототип, а первый завершённый экземпляр подарим Клиффу!

— Прекрасно! Только тогда кукла-девочка не подойдёт… Сделаем мальчика.

— Мальчик — тоже замечательно.

— О, Ваше Высочество Заноба, выходит, интересуется и таким?

— В мужеложстве я не испытываю интереса, однако могу понять очарование кукол, изображающих мальчиков. Разве мастер не разделяет этих чувств?

— Разделяю. Если бы почтенная Фитц оказалась парнем, она бы мне всё равно нравилась.

— Ха-ха-ха! Поистине достойный ответ мастера!

Пир шёл своим чередом, и оба становились всё веселее. Им было приятно проводить время вместе: выпивать со старым другом и обсуждать новые замыслы и открытия.

— Решено, следующий будет мальчик! Сделаем такого красавца, что Клиффу останется только завидовать.

— Ха-ха-ха, ха-ха-ха-ха-ха!

Они были так увлечены своей беседой, что не заметили — за их шумным застольем кое-кто внимательно следил, подслушивая каждое слово и ухмыляясь.

***

— Ох… башка трещит…

На следующий день Рудеус проснулся с тяжёлым похмельем и поспешил воспользоваться магией детоксикации. Взглянув в окно, он увидел, что буря уже утихла, а небо было ясным и безоблачным.

— Уже полдень, что ли… Кажется, перебрал вчера…

Но всё же, когда есть повод, выпить с другом — это несравнимое удовольствие. Особенно по случаю праздника. Вчерашние мысли о непристойности куклы уже не казались важными. Если даже экспериментальная модель получилась такой удачной, то впереди его ожидало нечто поистине захватывающее.

Безграничные мечты.

Окрыляющая надежда.

Любовь, готовая переполнить сердце.

Охваченный подобными чувствами, Рудеус наклонился, чтобы взглянуть на лицо куклы, и…

— Э? Что?..

Кукла исчезла. На ложе её не было.

— Погоди-ка, что? Э? Заноба?! Куда ты дел куклу?

Может, Заноба проснулся раньше и что-то объяснял ей?

С такими мыслями он осмотрелся по сторонам. Тут из груды одеял в углу комнаты медленно поднялся Заноба.

— М-м… мастер, разве Вы не отключили куклу и не уложили её на ложе?

— Отключил?

Тут Рудеус попытался вспомнить. Действительно, он одел куклу и уложил её на ложе. Он был уверен, что именно так и поступил.

— А… отключил ли?

Но чтобы отключить куклу, нужно было дать команду на отключение или переход в спящий режим. Нужно было приложить руку к магическому камню на груди и произнести заклинание. А этого он не делал.

— Н-нам нужно немедленно найти её!

— П-понял!

Оба в полном смятении бросились на поиски. Они осмотрели лабораторию, осмотрели за её пределами — но кукла исчезла, не оставив никаких следов.