Глава 18

Из-за парня, который постоянно находился в возбуждённом состоянии, я опоздал на вечеринку. Говоря откровенно, мне не очень хотелось туда идти. Следовательно, опоздание не особо меня волновало. Но я знал, что в таком случае мне придётся выслушивать ворчание двух людей, и в итоге оказался прав.

Как только я вошёл, менеджер и Хансу рванули ко мне. Если бы они нарядились в золотой пиджак и ханбок, как изначально планировали, я бы просто сделал вид, что не знаю их. Однако внешний вид этих двоих оказался удовлетворительным. Тем не менее их психическое состояние всё ещё стояло под большим вопросом.

— Тэмин-а, почему ты пришёл только сейчас? Внутри много людей, с которыми тебе нужно познакомиться!

— Да! Почему вы так опоздали? Пришли главные звёзды, генеральные директора телеканалов и… Боже, там столько влиятельных личностей!

Они оба покраснели от возбуждения, но сейчас меня интересовала только одна вещь.

— А рис там тоже есть?

Хансу и менеджер перестали улыбаться и уставились на меня.

— …Для тебя важнее всего рис? — спустя какое-то время спросил господин Чой, и, естественно, я кивнул.

Секс с Сумасшедшим отнял у меня все силы, и я порядком проголодался, однако был вынужден покинуть дом в спешке, поэтому даже не успел перекусить. Сейчас мне хотелось поесть рис, а не хлеб или что-то мучное. Я оставил двух остолбеневших людей позади и двинулся к длинному шведскому столу.

Обычно на подобных мероприятиях бывает жареный рис. Держа в руках тарелку и вилку, я с энтузиазмом шагал вперёд, пристально оглядывая разложенные блюда, как вдруг кто-то преградил мне путь. Я попытался избежать столкновения, не отрывая взгляда от еды, однако был снова заблокирован.

Но теперь кем-то другим. Только после этого я наконец поднял глаза и увидел перед собой трёх человек. Нет, четырёх, если считать того, что стоит на расстоянии и откровенно пялится на нас. Узнав в этом человеке чеболя в третьем поколении, я напрягся. Однако, на удивление, они не выглядели так, будто хотели затеять конфликт.

— Ли Тэмин, давай поговорим.

***

Четверо парней, включая чеболя, следовавшего за нами на расстоянии, завели меня в угол коридора. Я был очень голоден, поэтому рассчитывал на драку, ведь в таком случае можно было быстро разобраться с ними и пойти поесть. Но вместо этого они начали расспрашивать меня угрожающим тоном:

— Блять, и чего ты хочешь? Я сделаю всё, что скажешь, только прекрати это.

Мне было не совсем понятно, о чём говорит Чернобровый, поэтому я переспросил:

— Прекратить что?

— Ты сейчас на полном серьёзе спрашиваешь? На Чонхёка сейчас серьёзно давят.

— Кто?

Заговоривший следом Напиток нахмурился и ответил мне:

— Кто, спрашиваешь? Твой спонсор.

— …

— Ты притворяешься или действительно не знаешь? Из-за твоего спонсора Чонхёк…

Его взгляд метнулся к чеболю в третьем поколении. Похоже, это и есть Чонхёк. Выступив вперёд, он перебил Напитка:

— Блять, просто скажи, чего хочешь, подонок. Не знаю, что за старик твой спонсор, но у него достаточно власти, чтобы оказывать давление на моего отца, — пытаясь подавить гнев, Чонхёк на секунду замолк и уставился на меня, стиснув зубы. — Сейчас я отступлю, но в следующий раз ни тебе, ни старику, которому ты лижешь зад, это не сойдёт с рук.

Его резкие слова заставили остальных троих вмешаться и оттащить чеболя назад. Кто-то из них тихо прошептал: «Не надо», и, судя по их нервным лицам, они действительно находились в неловком положении. Но то, что мой спонсор давит на них, странно. Откуда, чёрт возьми, Сумасшедший вообще мог узнать об этих парнях? Желая убедиться в своих подозрениях, я обратился к Напитку:

— Но почему вы все уверены, что именно мой спонсор давит на него? — и получив в ответ взгляд, вопрошающий: «Ты опять делаешь вид, будто не знаешь?», поспешно добавил. — Просто я впервые слышу об этом.

Все четверо одновременно уставились на меня с недоверием.

— Правда? — переспросил Напиток.

— Да.

— …

— Ещё раз спрашиваю, почему вы так уверены, что это дело рук моего спонсора? — резким тоном повторил я.

Чеболь осторожно переглянулся со своими друзьями и дал ответ. Однако и в этот раз совсем не подбирая слов.

— Сукин сын, хочешь унизить меня, заставляя произносить это вслух? Мало того, что головорезов, которых я к тебе отправил, избили до полусмерти, так какой-то ублюдок угрожал мне по телефону. Хочешь сказать, что ничего не знаешь, уёбок?! — его громкий крик эхом разнёсся по коридору.

Пока трое парней снова пытались остановить своего друга, я наконец-то понял, о чём идёт речь, и не смог сдержать улыбку.

— О, так это ты? Тот, кто нанял четверых бандитов, чтобы избить меня?

Заметив удивление в моём голосе, Напиток насупился.

— То есть ты действительно не знал? Разве это не ты избавился от ублюдков, посланных Чонхёком?

— Нет.

— Если не ты, то кто?

Вопрос показался мне странным. Разве не проще было выяснить это у тех бандитов? Но затем я вспомнил четыре окровавленных лица.

— Ах, вот в чём дело. Должно быть, те уроды с разбитыми лицами до сих пор не в состоянии говорить, — понимающе пробормотал я.

— Что? Если тебе известно, что им разбили лица, значит, ты был там?

— Да, но это сделал не я.

— Тогда кто…

Однако слова удивлённого парня не смогли вырваться наружу.

— В чём дело? — строгим тоном поинтересовался кто-то из другого конца коридора.

Послышался звук приближающихся шагов. Обернувшись, я увидел человека в костюме телохранителя с гарнитурой в ушах. Но, в отличие от всех молодых охранников на мероприятии, это был мужчина средних лет с седеющими волосами. Бросив быстрый взгляд на четверых молодых людей, он спросил:

— У вас тут всё в порядке?

— Ничего особенного, так что просто сделай вид, будто ничего не видел, и иди дальше, — нервно выпалил один из них, но мужчина спокойно продолжил:

— Банкет уже вовсю идёт, и президент начал свою речь. Он собирается представить всем своих артистов. Разве вам не следует быть там?

Удивлённая троица быстро развернулась и, схватив чеболя, который не хотел никуда уходить, поспешно выбежала из коридора. Когда их громкие шаги стихли, я повернулся к человеку, который мне помог, и в тот же момент не поверил глазам. Но ошибки быть не могло. Это роуд-менеджер.

— Что вы здесь делаете?

Вернувшись к своему привычному тону, он пробормотал себе под нос:

— Джей попросил меня возглавить охрану компании… Я отказался, ведь у меня больное колено, а он сказал, что поедет со мной в больницу и проверит это…

Таким образом роуди снова получил работу. Но, судя по всему, новый заработок совсем не приносил ему радость. Я попытался найти в этом что-то позитивное и утешить его:

— Ваша жена, должно быть, очень довольна.

Кажется, мои слова сделали ему только хуже: на его невыразительном лице возникла печаль.

— Да. Она в восторге. Зарплата высокая, и меня целый день нет дома… Я не знаю, что буду делать, когда моё колено полностью восстановится…

***

Посочувствовав роуд-менеджеру, я вернулся к столу с едой, ожидая, что на этот раз обязательно смогу поесть. Вилка и тарелка уже были наготове, а глаза жадно скользили по знакомым блюдам. Однако мне пришлось остановиться. Точнее, меня вновь остановили. Чья-то рука схватилась за мою лодыжку. Теперь, когда раздражение стало сильнее голода, я яростно уставился на скорчившегося на полу мужчину. Фотограф Ли быстро огляделся по сторонам и шёпотом спросил:

— Тэмин, могу я с тобой поговорить?

Покидая банкетный зал во второй раз, я следовал за фотографом, как вдруг кто-то окликнул меня сзади:

— О? Тэмин.

Ну кто на этот раз? Когда я развернулся, удивлённый Чимин, которого я видел впервые после того инцидента, шёл в мою сторону. Слышал, его выписали ещё раньше меня, и последнее время он был в другом городе на съёмках какой-то исторической драмы. Остановившись напротив, он быстро поздоровался с господином Ли и нервно обратился ко мне:

— Ты куда? Разве ты не слышал, что здесь должен появиться Кевин?

Кевин? Найнтин, которого Дэдди увёз в Штаты?

— Насколько мне известно, он вернулся в Америку.

— Ты не видел мои сообщения? Несколько дней назад он сбежал из дома. Кевин услышал, что ты можешь оказаться на этой вечеринке, и пообещал обязательно её посетить. Похоже, он ещё не пришёл.

Господин Ли моментально вмешался и с возмущением спросил:

— Кто такой Кевин?

— Это... начинающий актёр, которого спас Тэмин, гм, — неловко произнёс Чимин.

Но никаких объяснений больше не требовалось. Как только двери стоящего неподалёку лифта раскрылись, оттуда выскочил молодой парень и, заметив меня, закричал:

— О! Тэмин-щи! Май лаб Тэмин-щи!!!

Я уже слышал это, поэтому сразу разобрал слово «любовь». А вот фотограф Ли, похоже, понял всё с первого раза. Смотря на бегущего в нашу сторону пацана, он указал на него дрожащим пальцем.

— К-кто это такой? — спросил он, второй рукой крепко сжав мою, и я нехотя ответил:

— Кевин.

— Почему какой-то Кевин называет моего любимого Тэмина своей любовью?

Когда фотограф громко запротестовал, подошедший к нам Кевин впился в него взглядом.

— Ха? Кто этот мужчина средних лет? И почему он держит май лаб Тэмин-щи за руку и называет его своим любимым?

Почему они спорят о моей любви, даже не спросив об этом меня?..

Но эти двое не дали мне возможность что-либо опровергнуть. Господин Ли разозлился и, резко опустив мою руку, уставился на Кевина.

— Мужчина средних лет? Этот уродливый мальчик назвал меня мужчиной средних лет?

— Уродливый? Я?! Да в каком месте я уродливый? И папочка говорил, что когда я стану старше, то меня будут называть мужчиной средних лет. Так почему же мужчина средних лет говорит, что я уродливый?

— Маленький уродливый мальчик, ты снова назвал меня мужчиной средних лет?

В итоге капризный ребёнок и тридцатилетний «мужчина средних лет» вступили в жаркий спор. Чимин пытался их как-то остановить, но я без сожалений оставил эту тройку и вернулся в зал. От голода уже начал болеть живот. Почему нужно приложить столько усилий, чтобы просто поесть? После двух неудачных попыток я пришёл к выводу: эта сторона стола какая-то несчастливая. Теперь, когда мне уже было всё равно, что есть, я встал у другого края стола, готовясь взять любую еду, но меня снова окликнули:

— Тэмин?

Я со всех сил напряг лицо, чтобы не нахмуриться. Подошедшим ко мне человеком оказался продюсер Чон, которому я был многим обязан. Нам всё это время не удавалось поговорить, потому что к нему постоянно подходили люди. И даже сейчас кто-то сзади позвал его, но он обернулся и произнёс: «Сейчас, подождите минутку», а затем неловко улыбнулся мне.

— Здесь так много людей, это с ума сводит.

Оглядывая просторный зал, я ответил:

— Но даже так, те, кто бездействует, останутся стоять на месте.

— Знаешь, а ведь раньше я тоже принадлежал к этой группе, — посмотрев в ту же сторону, что и я, он горько произнёс. — Сейчас я изо всех сил пытаюсь не забывать то время, когда мой фильм испортили, и все отвернулись от меня. Только держа это в памяти, можно отличить фальшивое от настоящего.

— Тогда вы сможете быстро подняться, даже если снова потерпите неудачу. Потому что вокруг вас будут находиться только искренние люди.

Он с улыбкой кивнул и пробормотал: «Да, пожалуй». Затем кто-то из зала снова позвал его, и господин Чон быстро перешёл к теме, ради которой изначально подошёл ко мне:

— Тэмин, я хотел спросить у тебя кое-что.

Уловив мой вопросительный взгляд, он на мгновение заколебался.

— Не знаю, можно ли спрашивать о таком, но я слышал, что у тебя есть спонсор. И именно он оплатил тебе ВИП-палату в больнице и не позволил уволить тебя из компании.

— Верно, но почему вы спрашиваете?

— Эм, просто мне любопытно, почему ты не использовал его влияние, когда пробовался в драму? Нет, на самом деле, на меня давили…

— …Как именно?

Мой голос понизился, но он не заметил этого потому что наклонился ко мне поближе.

— Конечно, твои навыки всё ещё недостаточно хороши, но я получил предупреждение, что если ты получишь роль, то меня уволят. Я был очень удивлён, когда директор Юн прямо сказал мне об этом. По этой причине на твоём прослушивании я очень сильно нервничал.

Сумасшедший ублюдок. Он действительно хотел, чтобы я провалился. Во мне вспыхнул гнев, но как раз в момент, когда я был готов взорваться, продюсера Чона позвали в третий раз. Бросив: «Договорим в следующий раз», он ушёл.

Внезапно у меня пропал аппетит. Поставив пустую тарелку на стол, я подумал о том, чтобы выпить чего-нибудь, как вдруг моё внимание привлекли трое человек, застывших в углу зала, точно статуи. Это была семья директора «Алисы».

И как я мог забыть о них? Если подумать, единственные, кого они здесь знают, кроме меня, – это менеджер и Хансу. Я поспешил в их сторону, виня себя за то, что не позаботился о них сразу.

Босс, вновь нацепивший солнцезащитные очки, его прекрасно выглядящая жена и сын, который был точной копией отца, нервно оглядывались.

— Простите за опоздание, — поклонившись, извинился я.

Босс заметил меня и удивлённо выпучил глаза.

— О, это Тэ-Тэмин.

И после этого просто молча уставился на меня. Я указал глазами на двух человек по обе стороны от него.

— Не могли бы вы представить нас друг другу?

— Что? Кого? Ах!

Должно быть, он так нервничал, что забыл о семье, которую привёл с собой. Босс откашлялся и подтолкнул жену и сына вперёд.

— Поздоровайтесь. Он для нашего Джея кто-то вроде…

— Мы просто живём в одном доме. Меня зовут Ли Юхан, приятно познакомиться, — прервав босса, я быстро поклонился его жене.

Она мягко улыбнулась и склонила голову в ответ.

— Этот хён – дядя Бэквон, — кивнул его сын.

Отлично, для этой семьи я навсегда останусь только Бэквоном и никем другим. Не нужно было к ним подходить. Меня накрыло небольшое сожаление. В это время директор с улыбкой указал на меня.

— Верно. Он Бэквон, но его сценическое имя – Ли Юхан… Да? — он резко повернулся ко мне и, приподняв одну бровь, спросил. — Твоим псевдонимом было «Ли Тэмин». Ты изменил его?

— Нет, всё правильно. Ли Тэмин.

— Тогда что насчёт Ли Юхана?

— Это моё настоящее имя.

— …Что?!! — его громкий крик заставил всех вокруг оглянуться. — Тогда чьё имя Ли Бэквон?

— Это просто прозвище.

— !

Не в силах справиться с потрясением от всплывшей правды, он споткнулся. Естественно, я просто оставил босса и повёл его жену и сына к столу с едой.

— Давайте поедим.

К счастью, господин Чой и Хансу почти сразу присоединились к нам. Менеджер был рад увидеть босса, с которым хорошо ладил, а Хансу, находящийся примерно на том же уровне развития, что его сын, повёл мальчика знакомиться с начинающими знаменитостями. Я же тем временем снова взял в руки тарелку, собираясь наконец-то поесть.

— Большое спасибо за сегодняшний день.

Я повернулся к жене босса, которая стояла рядом со мной и накладывала себе еду. Вскоре после этого, держа в руках палочки, она начала перекладывать суши и на мою тарелку.

— Вы даже представить себе не можете, насколько был взволнован мой муж, собираясь сюда сегодня. Бэквон, то есть Юхан. Слышала, вы сказали ему, что Джей сам пригласил нашу семью, верно? Однако сомневаюсь, что Джей когда-либо сделал бы это.

Она хихикнула, но я не мог ответить ей улыбкой – мой взгляд был прикован к тарелке с суши. Возможно, опасаясь, что я могу почувствовать себя виноватым, она быстро добавила:

— Всё в порядке. Я понимаю, что Джей держится от него на расстоянии.

Выходит, она понимает? Тогда почему не проклинает его и не говорит, как это грубо? Думая о том, насколько добрая у неё душа, я услышал вздох:

— Ха-а… Когда мой муж поехал встречать его в аэропорт, я сказала ему просто взять с собой табличку, но он позвал целый оркестр…

Я отложил на стол суши, которые собирался съесть. Оркестр? Музыкальный оркестр? Она, смеясь и держась за живот, оглянулась на беседующих менеджера Чоя и босса.

— Я просила его не впадать в крайности, но он устроил перед аэропортом настоящее представление, чтобы поприветствовать вернувшегося домой племянника. Ух, на месте Джея я бы очень устала, — она покачала головой и посмотрела на меня. — Дело в том, что он слишком его любит.

— Да, это действительно так, — ответил я и, извинившись, сказал, что ненадолго отлучусь.

Я обошёл длинный банкетный стол, глазами выискивая в зале нужного человека. Затем, найдя его, вытащил из кармана телефон и позвонил. Послышались гудки, и вскоре стоящий вдалеке парень ответил на звонок. В трубке послышался его голос:

[Да?]

— Выглядишь довольно занятым.

Медленно оглядевшись, он заметил меня и прислонился к стене.

[Немного.]

— Можешь отвлечься на одну минутку? Семья твоего дяди здесь, так что хотя бы выйди и поздоровайся.

Сумасшедший пристально посмотрел на меня издалека и слегка прищурился, но кто-то прошел между нами, поэтому я не смог разглядеть его лицо в этот момент.

[Где они? Я и так собирался поздороваться с ними через немного.]

Я сказал ему, где они сейчас находятся, и он оторвался от стены. Но прежде чем повесить трубку, услышал приказ:

[Ты тоже будь там.]

Смотря на потухший экран телефона, я мысленно выругался и вернулся обратно. Но из-за кучи людей, которых нужно было поприветствовать, Сумасшедший смог прийти только спустя двадцать минут. Он шёл в нашу сторону в компании пожилого мужчины, но директор «Алисы» стоял к нему спиной, поэтому ничего не заметил. К счастью, менеджер Чой, который поделился с ним очередной шуткой, узнал директора Юна издалека и слегка толкнул босса.

— Что такое? — заливаясь смехом, он обернулся и вдруг застыл. — Ах, Дж-Джей.

— Я пришёл поздороваться с вами.

— Поздороваться? За-зачем вообще беспокоиться из-за такой ерунды… — сказав это, дрожащей рукой он указал на жену и сына. — Кхм. Кажется, с моей женой вы уже встречались пять лет назад, не так ли? Но моего сына ты, вероятно, видишь впервые.

Сумасшедший просто кивнул и подозвал стоящего позади него человека. Президент «Dream», которого я видел на парковке компании, с любопытством поглядывал на нас. Директор Юн тут же представил его боссу «Алисы»:

— Это президент нашей компании.

Босс заметно напрягся, поскольку не знал, как следует представиться начальнику Джея. Тронутый и одновременно сбитый с толку, он заговорил дрожащим голосом:

— Кхм, т-так вы президент?

Затем Сумасшедший обратился к президенту:

— А это мой дядя, о котором я тебе рассказывал.

***

Неизвестно, было ли это вызвано стрессом или чем-то ещё, но после этих слов у владельца «Алисы» снова появилась аллергия на пыль. Он даже не заметил, как начал плакать, чем сильно удивил нас. Жена постаралась сразу увести его, но все и так уже всё увидели.

Затем президент «Dream» покинул нас, но Сумасшедший остался рядом со мной и наблюдал за тем, как босс ползёт, держась за свою хрупкую жену. Стоящие сбоку менеджер и Хансу были озадачены тем, что сейчас произошло. Вероятно, они не могли взять в толк, почему у нас с директором Юном общий дядя. Находясь в поле зрения этих двоих, мне следовало быть осторожнее, но я не мог не похвалить Сумасшедшего.

— Отличная работа.

Бросив небрежный комплимент, я почувствовал на себе его пристальный взгляд. Не желая производить впечатление, будто мы хорошо знакомы, я намеренно отвернулся и прошептал так, чтобы мог услышать только он:

— Перестань на меня пялиться.

Однако ответ так и не последовал. Сумасшедший уже ушёл? Переведя взгляд обратно на менеджера и Хансу, я увидел, что они стоят, широко разинув рты. Мысленно задаваясь вопросом: «Что с ними не так?», я повернул голову в другую сторону. Нет, вернее, кто-то другой развернул меня. Неожиданно сильная рука обвила меня за талию, а другая схватила за подбородок.

Какого?.. От недоумения я раскрыл глаза, но это было бесполезно. Накрыв своими губами мой рот, он проскользнул языком внутрь. Поцелуй был настолько внезапным, что, на мгновенье позабыв, где мы сейчас находимся, я неосознанно на него ответил. В голове стало совсем пусто.

Вскоре меня накрыло понимание сложившейся ситуации, однако, даже осознавая происходящее, я не мог сопротивляться должным образом. Единственное, что мне удавалось, – это не упасть. Но я бы в любом случае не упал, так как его рука по-прежнему крепко держала меня за талию.

Его язык выскользнул, и влажная слюна потекла между нашими скользящими губами. Прежде чем отстраниться, он ещё несколько раз быстро поцеловал меня. Когда я медленно поднял голову, моё внимание привлекла окружающая обстановка. Тело окоченело. Вокруг стояла гробовая тишина. Музыканты, которые до этого играли на инструментах, остановились, и вокруг не было слышно даже чьего-либо дыхания.

Однако я прекрасно знал, что вокруг нас куча людей, потому как от их пристальных глаз по коже пробежали мурашки. Ко мне вернулась способность мыслить, и первым, о чём я подумал, было: «Этот ёбанный псих». Он заметил, как мой взгляд наполнился злостью, и, посмотрев на меня сверху вниз, улыбнулся.

— Я хочу большего, но остальное уже сделаем дома.

Откуда-то донёсся звук бьющегося стекла, но я по-прежнему не слышал ни слова. Напротив, из-за мёртвой тишины и напряжённых взглядов казалось, будто мы сейчас находимся на сцене. Он нежно погладил меня по лицу и заправил прядь моих волос за ухо. Только спустя какое-то время я открыл рот:

— …Эй.

Это было единственное, что мне удалось из себя выдавить. Но Сумасшедший понял, что я имею в виду, и улыбнулся ещё шире.

— В чём дело? Думаешь, кто-то поймёт, что между нами?

Послышался громкий стук – кажется, несколько человек рухнули на пол. Я стиснул зубы. Поймёт? Все уже всё увидели. Так о чём он, чёрт возьми, говорит? Слова этого психа прозвучали в сердце эхом. В состоянии сильного смущения я отвёл взгляд, но на глаза попались именно те люди, которых хотелось видеть меньше всего.

Чеболь в третьем поколении стоял с разинутым ртом, а у его ног лежали осколки разбитого бокала. Чуть дальше от него я увидел фотографа Ли и Кевина, сидящих бок о бок на полу. Продюсер Чон и руководитель Пак были настолько поражены, что, казалось, их глаза вот-вот выскочат из орбит.

Тем не менее ни одна реакция не могла сравниться с реакцией бледного как снег Хансу и схватившегося за сердце менеджера. «Дерьмо», — мысленно выругался я, быстро опустив глаза. Но Сумасшедший продолжал вести себя так, будто вокруг никого не было.

— Не волнуйся. Я без ума от тебя, поэтому растопчу и убью любого, кто тебе не понравится. А о том, что мы любим друг друга… — он поднял глаза, огляделся вокруг и тихим, но острым, словно холодный клинок, голосом договорил. — Никто никогда не узнает.

***

Предсказание Сумасшедшего сбылось. Никто не знал о наших отношениях. Присутствующие на вечеринке видели наш поцелуй и даже слышали, что мы влюблены, но делали вид, будто ничего не знают. По крайней мере, передо мной. Но это только больше раздражало.

То, как люди смотрели на меня, скрывая свои чувства. Теперь, считая, что мною кто-то владел, никто не смел ко мне прикасаться. Они даже близко не подходили. И только через некоторое время я понял: он заточил меня в толпе. Чёрт возьми, сумасшедший ублюдок.