4
Десять вечера. Надев куртку, Бонда вышел через задних ход.
Поблизости был кампус университета. Там даже в такой час было людно. Потому он и выбрал этот дом.
С наступлением темноты Бонда предпочитал не пользоваться велосипедом. Чтобы не светить номер своего велосипеда. Ходить пешком было опасно, но до этого он как-то избегал проблем. В худшем случае использует поддельный студенческий.
Он добрался до игрового центра у станции.
Внизу людей было полно. Он миновал зону игры в дартц, и остановился у доски объявлений рядом с карточным столом.
Он проверил своё объявление.
«SR Даву на R Марию-Антуанетту».
Это была приманка для акул. С точки зрения редкости разница огромная, но он предлагал старую и непопулярную карту, а просил он за неё новую и умением очищать окружающую среду, к тому же иллюстратором была женщина. Сделка была нечестной, потому никто и не откликался.
Но на его листке остались следы, будто кто-то писал. Убедившись в этом, он направился в уголок ритм-игр. В пластиковый ящик он убрал пакет.
Он играл, и тут рядом показался ещё один одинокий игрок, как и Бонда он положил пакет. Парень не повернулся к нему. Он заметил его ещё раньше. На нём была куртка и бейсболка. Парень слышал его хриплый голос.
— Отлично, Дебурин.
Он закинул монетку и положил на свою панель объявление Бонды.
— Ты не знал? На той неделе было обновление, на котором всё понерфили.
Её звали Мани. Они были связаны. Её отец торговец на чёрном рынке и многим ему помог. Он один из тех, кто помог создать личность Бонды Дзюнити.
Мани ничего про него не знала. Для неё он просто был знакомым посетителем.
Дебурин она стала специально его называть. Просто парень не захотел представляться.
Продолжая играть, они разговорились.
— Так что ты хочешь?
— S&W хочу. От KSG серию Хайбол.
— Это?
Так они и говорили.
KSG — производитель моделей оружия. Серия произвела фурор благодаря реалистичному воплощению с гильзами и формированием газа.
А потом оказалось, что их легко переделать под двадцать второй калибр, и полиция запретила выпуск.
— Так есть штука и получше. И настоящий даже дешевле будет.
— Не нужен он мне.
— Вот как, ну, я вполне могу достать.
— И сколько?
— Тридцать.
— ...
После паузы Мани улыбнулась.
— Недорого. И их уже не выпускают. Если не нравится, иди на Яху. Мне без разницы.
— ... Предоплату десять принёс.
— Благодарствую.
Они договорились, Мани взяла пакет Бонды и ушла.
По пути домой он прошёл через подземный переход рядом со станцией.
Город точно вымер. Улицы пусты. Только фары машин на дороге и граффити на стенах.
Чем я занимаюсь? Когда стал таким?
Обычно он не думал держать под боком оружие. Когда появляется потребность в оружии, лучше просто сбежать от опасности. А он решил улучшить модель.
Сложно было победить искушение достать оружие.
Хотя он понимал, что когда делаешь такие исключения во время операции, это ведёт к краху.
— Можете идти на обед.
— Да.
Маленькая зубная клиника.
Ассистент пошёл за кошельком, и в смотровой остались он и пациент. На пациенте был розовый фартук, а на глазах полотенце, пока он лежал в кресле.
— ...
Бросив на него взгляд, врач сунул руку в сумку пациента. Внутри была жёлтая папка. Взяв её, он подменил её на другую, спрятанную под халатом, после чего вернул сумку на место.
Спокойно убрав папку в стол, он вернулся к пациенту.
— Задние зубы совсем плохие. Работа непростая, да?
— Давайте не будем.
Пациентом был «Фазан» из «Рассказчиков».
— Сверху хотят более подробную информацию.
Со словами врача начало крутить живот. Прямой разговор не был просто рутиной. Начальство недовольно, и он сам теперь в затруднительном положении.
Врач понизил голос.
— Больше и правда не получится. С той позиции можно лишь наблюдать, но не собирать информацию...
— Условия известны.
Он знал. Не приближаться, не вступать в контакт. В жильё не проникать. Ничего другого они и не могли.
— Хотя бы подумайте над целью операции. Чего хочет руководство? Если не поймём, то и выполнить не получится.
— ...
«Фазан» убрал полотенце и посмотрел на собеседника. Своими точно неживыми глазами.
У этого взгляда был смысл.
Кто шпионит за организацией — тот труп.
Зубные клиники есть везде. У всех болят зубы, потому в подобном месте никто не сомневался. Это было прикрытием агента.
Зубной врач выполнял роль вербовщика и называли его «Осветителем». Он мог связаться с любым шпионом и предоставить работников для задания. То есть занимался закулисной работой закулисья.
На этот путь он ступил около десяти лет назад. И успел набраться опыта.
Но такая странная работа у него была впервые.
Следить за простым старшеклассником. Наблюдать за ним круглые сутки.
Цель была не ясна. Ещё и жёсткие ограничения. Надо было добыть информацию, наблюдая издалека. Цель ведь простой школьник. Уже и так всё было ясно.
А организация хотела знать больше. Точно пыталась выжать из сухой губки воду.
Зубной враг посмотрел на пустое место.
Он знал силу организации.
Будешь копать — умрёшь. Не выполнишь обязанности — умрёшь.
Он сам знал тех, от кого избавились. Из-за того, что отвернулись от организации, или из-за некомпетентности.
Если всё вот так оставить, то и его самого ничего хорошего ждать не будет. Но что тогда делать?..
И тут в углу сознания загорелся свет.
Есть один подходящий человек.
Спящий агент.
Его личность была скрыта, он внедрился в общество и жил как обычный человек. Ради секретности его скрыли даже от организации.
Четыре года назад он получил спящего агента от своего предшественника.
Он вспомнил про него потому, что спящий был из замороженной операции. Как он слышал, со смертью ответственного за операцию, её отложили на неопределённый срок, а агента должны были переправить.
Но приказ не поступил. Может уже и в организации про него забыли.
Зубной врач не стал докладывать об этом. Он сильно не задумывался об этом. Просто решил придержать козырь. Все так делают. И возможно спящий скоро пригодится.
Наверное это время пришло.
У него были только контакты и возраст. Семнадцать лет. Столько же, сколько и объекту наблюдения.
Спящий сможет вступить с ним в контакт.
И организация ничего не узнает. Таким образом получится достать новую информацию.
Но это шло вразрез с правилами. Если об этом станет известно...
Не станет. И ответственный, и предшественник мертвы. Даже организация не знала всей картины. И про спящего известно лишь ему.
Похоже это единственный путь.
Предавать организацию нельзя, но и некомпетентность никто терпеть не станет.
— Отличная работа, — сказал учитель.
Шёл урок боевых искусств. Учитель опустился передо мной на колени и посмотрел на меня.
— Больше нет тех, кого бы ты не смогла убить. Твои руки принесут смерть. Как человеку. Так и монстру, — сказал учитель.
Руки учителя были красными. И одежда красной.
— Ты лучшая ученица. Лучшая убийца. Станешь даже сильнее меня.
Учитель прокашлялся.
Это мой учитель. Учитель убивать. Использование ножей, использование огнестрела, использование тела. Меня много чему научили.
— Хотелось бы ещё многому научить, но времени нет.
Учитель очень страшный.
Но в такие моменты страшный и добрый.
— Найотаке, — он назвал моё имя. — Выслушай последнюю просьбу.
Последнюю? Это следующая работа? Завтра? Мне придётся кого-то слушать?
— Всего раз. Ты должна убить одного человека. Покончить с жизнью этого монстра. Вместо меня.
Рука учителя оказалась на моей щеке. Температура была повешенной, и я ощутила неприятный запах.
— Ради этого ты и продолжаешь спать. Ты переродишься. Как новый человек. Забудь всё, что здесь было, и продолжай спокойно спать. Пока твоя рука не доберётся до этого монстра...
Я перерожусь? А потом всё закончится? Что потом будет?
Учитель не дал ответа. Он закрыл глаза. Его дыхание прекратилось.
— Твоё новое имя... Твоё имя...
— Серидзава! Серидзава Акихо!
Кто-то позвал, и Акихо проснулась.
— ...
Плохо соображая, она пыталась понять, что происходит вокруг.
Тёплое солнце. Белые шторы. Класс. Доска. Хихикающие голоса.
Точно.
Серидзава Акихо — моё имя.
Я не ребёнок из сна, а старшеклассница, это школа, а я на уроке, заснула на уроке...
Больше она ничего не понимала.
Подняв голову, Акихо ответила:
— ... Простите. Я не слушала.
