011

Я не особо вдумчивый вампир, но даже я способен это понять, умерев пять раз. Подготовка к этой трапезе требует более радикальных мер.

Я пытался быть осмотрительным, но из-за того, что она вызывала мой аппетит, я стал нетерпеливым и начал думать только о том, как её убить. И в этом я не добился никакого прогресса.

Голод стал заметно сильнее.

Мне трудно смириться с этим положением, как и трудно смириться с голодом, но мне нужно сменить ход мысли.

Конечно, мне нужно провести революцию в собственном мышлении, но мне так же нужно устроить что-то вроде государственного переворота по отношению к принцессе.

Я должен заставить принцессу Ацеролу измениться.

Я хочу сохранить её натуральный вкус настолько, насколько это возможно, но он всё равно нуждается в приправах. Тонко регулируя привкусы, можно сделать трапезу куда приятнее.

Несмотря на имеющиеся сомнения по поводу целесообразности идеи оставить в замке простого человека, мой верный слуга, Тропикалеск Хоумэвэйв Догстрингс, отправился наружу для поиска решения проблемы пропитания (да уж, он просто олицетворение преданности), но я не могу просто сидеть и ждать его возвращения. Это против моей натуры — оставлять всю работу на своего подчинённого.

Есть некоторые продукты, которые друг с другом не сочетаемы.

…Кстати говоря о том, что против моей натуры. Как я и обещал Тропикалеску, я единолично взял на себя всю заботу о моей еде.

Я добываю человеческую пищу, готовлю её в человеческом стиле и доставляю в приготовленную для неё комнату три раза в день, с утра до вечера. Это весьма неприятно — выходить из замка в полдень, когда я обычно сплю, но я смог перетерпеть это, приняв как часть рецепта.

Поскольку я сплю в гробу, я ни разу не пользовался ни одной из кроватей в замке, но в список моих забот также входит и подготовка её спального места.

К счастью Тропикалеск в настоящий момент отсутствует.

Моя галантная забота о человеке — это не то, что я хотел бы демонстрировать перед своим подчинённым.

Но моей еде здесь должно быть комфортно.

Было бы ужасно, если бы её аромат ослаб из-за стресса в незнакомой обстановке.

«Я вполне способна сама о себе позаботиться».

Конечно, Прекрасная принцесса имеет достаточно опыта, потому она отказалась от моей помощи, но меня всё равно что-то тревожит.

Возможно, её воспитание даже лучше, чем я думал.

Безусловно, она способна о себе позаботиться, однако, покинув свою страну (попутно уничтожив её) она отправилась в далёкое странствие, и я уверен, что она справилась с этим исключительно благодаря людям, что окружали её.

Одежда, которую она носит, судя по всему, является «подношением» людей, мимо которых она проходила. Если бы она не приняла подарок, то, возможно, они бы предложили взамен свои жизни, поэтому принцесса Ацерола была не в состоянии отказать им.

Но в настоящий момент в этом королевстве не осталось ни единого человека, который мог бы предложить ей западную одежду, и об этом мне тоже надо было позаботиться. Возможно, принцессе будет это не по душе, ведь она привыкла жить просто и бережливо, но я не против посуетиться вокруг своей еды.

Я заказал для неё великолепное платье, впрочем, было бессмысленно заказывать такое платье для той, что безупречно выглядит в любой одежде.

Как бы то ни было, вопреки беспокойствам Тропикалеска, я отлично справляюсь со своими обязанностями.

Любая ошибка в том, как я с ней обращаюсь, может привести к моей незамедлительной смерти (на самом деле я уже дважды умер, глядя на неё), поэтому работа по уходу за ней была довольно страшной.

Но я обязан этим заниматься, что бы ни случилось.

Хоть я и бессмертен.

— Итак, принцесса Ацерола, я собираюсь изменить и твоё мышление.

— …Другими словами, вы каким-то образом планируете изменить мой менталитет, чтобы съесть меня. Вы это имеете в виду, Мастер суицида? Понятно, — согласилась принцесса.

Она в самом деле всё поняла?

Я полагал, что обладательница величайшей красоты, беспощадно убивающая людей, куда бы она ни отправилась, могла бы вполне впасть в отчаяние, но эта девушка, несомненно, обладала куда большей психической стойкостью. Даже наоборот, можно сказать, что именно её стойкость делает существующую проблему столь серьёзной.

Существует опасность, что она станет пресной.

— Я думаю, что на настоящий момент я перепробовала всё, что было в моих силах, однако, Мастер Суицида, что конкретно входит в ваш план по изменению моего менталитета?

— Мой преданный слуга уже озвучил это ранее. Вместо того, чтобы связывать наше нынешнее положение с проклятием ведьмы, было бы вернее сказать, что это результат действия твоей природной красоты. Итак, мы должны сосредоточить наши усилия не на проклятии, а на самой красоте.

— …?

Из-за её скромности было трудно сказать, в полной ли мере принцесса Ацерола осознаёт свою «красоту», и было не похоже, чтобы она полностью поняла сказанное мною.

Или, может быть, я просто очень плохо всё объяснил.

Но мне нужно, чтобы она поняла.

Я заставлю её понять саму себя.

Этот рецепт содержит несколько чрезвычайно сложных шагов. Это совсем не то же самое, что поставить ногу на спину Тропикалеску.

— По сути, принцесса, я говорю о том, что для того, чтобы остановить твою красоту от очарования людей, забирая тем самым у них драгоценные жизни, тебе нужно перестать быть красивой.

— …Но это не решит проблему, не так ли? Это не очень сильно отличается от идеи покончить жизнь самоубийством.

Она очень прямолинейна.

У неё нет никакого страха перед вампиром.

Конечно, она права.

Это решение не является моим истинным намерением. Если бы принцесса Ацерола могла отбросить свою скромность, заботливость и внимательность, своё благородство и врождённую доброту, своё чувство морали… то больше не было бы смертей.

Люди бы перестали умирать.

Она бы перестала уничтожать государства.

И тем не менее, я не думаю, что это то решение, которого желает принцесса Ацерола, и это не то решение, которого желаю я. Такой рецепт не раскроет в полной мере её вкусовые качества.

Это в конечном итоге повлияет на вкус.

— Хорошо, послушай меня, принцесса. На самом деле тебе не нужно отказываться от своей красоты. Всё, что тебе нужно будет делать — это притворяться. Это всего лишь аранжировка, декорации.

А теперь важно, что будет дальше.

— При… творяться?

— Из того, что я знаю, всему причиной было то, что люди были соблазнены твоей внешней красотой, и никому не было дело до того, какая ты внутри, не так ли? Именно поэтому ты пошла к ведьме, которая сделала так, чтобы никого не заботила твоя внешность, а все были бы очарованы твоей внутренней красотой. Разве не так? Конечно, я не говорю тебе отказаться от собственной внутренней красоты.

Это в любом случае было бы невозможно, даже если бы я это произнёс.

Если бы она могла так сделать, у нас бы с самого начала не было никаких проблем.

Таким образом, остаётся единственный способ, известный ещё с древних времён: изменение менталитета.

Я не могу контролировать свой голод, а принцесса Ацерола не может контролировать свою чистоту и благородство. Всё в порядке, всё хорошо.

Всё прекрасно, но.

— Но даже если ты не можешь изменить то, какая ты внутри, ты можешь изменить свои манеры.

— Вы говорите о… поведении?

— Проще говоря, я говорю о том, чтобы начать вести себя как «плохой человек».

Притвориться худшим человеком, чем есть на самом деле.

— Прекратить разговаривать в такой вежливой форме, так изящно себя вести — это не значит изменить сущность своей внутренней красоты, так что это не должно быть проблемой.

— …

Принцесса Ацерола прижала пальцы к губам в размышлении.

Она выглядела задумавшейся, но всё ещё несогласной, и я подумал про себя: «Это не хорошо».

— С этого момента, когда будешь думать о чём-либо, делай это скрестив руки. Не нужно прикрывать руками рот. Это же не будет значить, что твои мысли станут другими, так ведь? Жест другой, но мышление остаётся прежним.

— Скрестить руки…?

Принцесса Ацерола так смутилась, будто никогда в жизни не скрещивала руки на груди. Хотя что до моих желаний, то я бы не прочь взглянуть на неё сидящей на стуле, закинув ногу на ногу, или прыгающей на кровать, но думаю, что пока не стоит метить так высоко.

Не то, чтобы это было сейчас так уж важно.

Просто нужно постоянно работать над тем, что ей под силу.

— С этого момента я буду подготавливать для тебя платья с более яркими узорами. И перестань использовать столовые приборы, ешь голыми руками.

— Г… голыми руками?

Её реакция говорила о том, что она не может в это поверить, но в попытке одержать над ней верх я продолжаю наступать:

— С твоей точки зрения, должно быть, приём пищи с использованием одного только ножа выглядит куда более варварским.

Моя убедительность — единственная вещь, с которой пока что всё в порядке.

— Понимаешь, по-варварски это будет выглядеть или нет — это всего лишь нюансы местного этикета, это всего видимость, и именно на видимости нам и нужно сфокусироваться.

Нужно сфокусироваться на румяной корочке.[✱]В слове «фокус» (焦点, shouten) первый иероглиф означает «обгорать», который используется в слове kogeme (焦げ目), что буквально означает «след от прожарки», к примеру полоски, от гриля.

На том, как она выглядит и что она видит.

— Н-но, Мастер суицида, я…

— Перестань так высокопарно разговаривать. Представь, что каждый раз, когда ты используешь в речи величественный, королевский стиль, в мире будет умирать миллион человек. Разговаривай как самая обычная девушка.

— О-обычная? Ох… Так моя речь тоже должна измениться… Мне нужно разговаривать более заносчиво, более неприятным образом…

Принцесса Ацерола согласилась с серьёзным выражением лица.

Если эту идею она придумала сама, значит она всё поняла куда быстрее, чем я ожидал.

Её скорость понимания уже сама по себе была проблемой, и ей более не стоит делать такое задумчивое лицо, но не будем пытаться изменить всё и сразу. Начнём с того, что мы сейчас действительно можем изменить.

Медленно, но уверенно. Шаг за шагом.

— Я не говорю, что ты должна стать плохим человеком, к тому же я считаю, что заразить тебя злом совершенно невозможно. Я не говорю тебе делать что-либо, чего ты не можешь сделать. Просто притворяйся плохой. Хотя лучше сказать, что ты должна притворяться, что ты притворяешься хорошей.

Её внешняя красота более не могла скрывать красоты внутреннюю — это и есть проклятие ведьмы, дар «Прекрасной принцессе». Поэтому, если она избавиться от внешней красоты, сохранив при этом свой внутренний мир, то нам может удаться перехитрить проклятие, замаскировав внутреннюю красоту. Другими словами. Это словно обернуть что-то в пергамент, чтобы затем запечь.

Принцессе Ацероле больше не придётся убивать людей.

Я сам убью её.

…Гипотетически. И эту гипотезу предстоит проверить. Я бы назвал эту проверку «дегустацией яда».

Возможно, мы сейчас делаем что-то настолько забавное, что даже не можем посмотреть друг другу в глаза, но мы сейчас максимально серьёзны.

— Я вас поняла. Нет… уловила.

Принцесса Ацерола решительно выгнула спину. Вполне возможно, что она впервые в своей жизни приняла столь властную позу.

— Отныне… нет, теперь я буду стараться вести себя и выглядеть как можно более вульгарно. Нисколько это возможно. Суицид-Мастер, я буду следовать вашему примеру!

— …

Последняя фраза явно была лишней, но в ней было видно её старание. Теперь, раз уж мы добрались до сюда, неплохо было бы изменить это милое, элегантное имя принцессы Ацеролы.

Мне кажется, она не станет жаловаться, поэтому мне нужно придумать достойное имя, чтобы поместить её в своё меню. Перед лицом переполненной энергией принцессы, при тусклом свете надежды, которого я уже давно не видел, это было именно то, о чём я задумался.