013

Как бы то ни было.

Вероятно, принцесса хочет быть съеденной мною.

Значит в настоящий момент её жизнь для неё не представляет особенной ценности.

Она определённо не из тех людей, которые бы стали думать о спасении собственной жизни в то время, как миллионы, а то и десятки миллионов людей жертвуют своими жизнями ради неё.

Независимо от того, насколько она сейчас эмоционально отчаялась, отказ от самоубийства и продолжение путешествия ничего не решат.

С моей точки зрения самоубийство было бы самым разумным из решений, но с её точки зрения это было бы побегом от проблемы, а не решением.

Принцессе Ацероле всё равно, жива она или нет, если она сможет найти решение проблемы. Более того, она решит, что это вполне справедливая сделка — обменять свою жизнь на концовку сказки о «Прекрасной принцессе».

Не то, чтобы этот конец был счастливым. Возможно, он даже не сможет удовлетворить читателя. Но независимо от этого, по мнению принцессы, история, которая будет передана потомкам, не может быть внезапно оборвана. История должна иметь свой конец.

Не думаю, что могу так сразу назвать эту мысль «глупой» и без размышлений отвергнуть.

Этот ход мыслей подарит мне возможность вкусить лучшего мяса, поэтому, наверное, меня должна переполнять благодарность, однако я всё ещё испытываю беспокойство и никак не могу полностью от него избавиться.

Что-то, более ценное, чем ваша жизнь. Что-то, на что вы были бы готовы обменять свою жизнь. Однако мне лишь приходит в голову, что такая вещь должна быть не иначе как самим идеалом. Неужели это то, что невозможно понять бессмертному вампиру? Если это так, может я просто слишком глуп? Или может недостаточно красив?

Не важно.

В любом случае мне нужно продолжить свой проект по реконструкции Прекрасной принцессы. Даже если это будет не ради еды, я уже сыт по горло заботой о человеке.

Быть надсмотрщиком — роль, недостойная мастера.

Хотя, Тропикалеску я бы эту роль никогда не доверил, конечно, поэтому мой раб снова отбыл из замка, чтобы собрать новую информацию, а мне предстоит продолжить свой проект самостоятельно.

Кстати, раз уж я не планирую кардинально изменять её внутренний мир, не лучше бы это было назвать переоформлением, нежели реконструкцией?

Я хочу быть основательным в обучении её личным местоимениям, манере разговора и поведению. Я не только не ставлю на её стол столовые приборы, но и стараюсь готовить самую примитивную пищу, какую только знаю.

К сожалению, я всё ещё на стадии проб и ошибок в том, что касаемо её одежды.

Об элегантных платьях не может быть и речи, но если в её юбке сделать разрез или укоротить настолько, что видно слишком много кожи, то она становится слишком соблазнительной.

Поскольку соблазнительность и красота достаточно схожи, то это определённо не то, что мне требуется. Было бы неплохо попробовать что-нибудь нестильное, но даже если я это делаю ради еды, я всё равно есть некая эстетическая черта, которую я не хочу переступать. И у принцессы Ацеролы такая линия тоже есть, я уверен. Попытка создать такой образ, который был бы не слишком изящным или стильным, но при этом не испортил бы содержимое, обернулась настоящими хлопотами.

Что ж, у нас ещё будет возможность обсудить этот вопрос, я полагаю.

Сегодня днём (хотя по расположению духа был скорее вечер) я как обычно направился в комнату, которая была выделена принцессе Ацероле, чтобы накормить её и дать несколько уроков. Стучаться в дверь не входило в список моих привычек, поэтому я просто открыл дверь.

Уж не знаю, хорошо это было или плохо.

Я застал абсолютно неожиданную сцену. В самом центре комнаты принцесса Ацерола пыталась сделать то, во что мне было сложно поверить.

Принцесса Ацерола дрожащими руками держала один из серебряных подсвечников и намеревалась вбить его себе в правый глаз. В этот прекрасный серебряный глаз.

Я не очень хорош в размышлениях, но действовать прежде, чем подумать — это мой профиль. Отбросив тарелку, которую нёс, я со всей своей вампирской силой мгновенно прыгнул в комнату.

Подхватив подсвечник правой рукой, я оттолкнул принцессу левой рукой, но так как подсвечник был сделан из серебра, мою ладонь пронзила жгучая боль, впрочем, для меня это была просто царапина. Ну, скорее не царапина, а ожог.

Когда я оттолкнул принцессу Ацеролу, она упала на кровать. Подняв своё лицо, она посмотрела на меня.

— М-мастер суицида?!

На её лице читалось удивление. Но удивлённым в данной ситуации должен быть я. Более того, я очень зол.

— Ты идиотка?! После того, как ты пришла сюда, после всего сделанного, зачем ты пытаешься лишить себя жизни таким образом?!

Возможно, мои слова были чересчур нравоучительными для такого монстра, как я, однако я действительно так думал. Неужели у принцессы совсем нет никаких желаний, пусть даже их осуществление будет стоить ей жизни?

Если она покончит жизнь самоубийством, то все драгоценные продукты, собрать которые для меня стоило больших усилий, пропадут даром. И поэтому, став свидетелем этой сцены, я сильно разозлился.

Однако, похоже, я поторопился с выводами.

Сильно поторопился.

— Вы глубоко заблуждаетесь, Мастер суицида, — принцесса Ацерола поднялась с кровати и начала говорить. — Вы не правы, Мастер суицида.

Она старается подбирать слова. Чтобы быть более грубой.

— Я… э-э… конечно, не возжелала… не хотела совершать самоубийство. Если бы я выколола себе глаз, то… ну… я думала, что стану похожа на пирата, и это сделает мой облик менее благородным.[✱]В оригинале Ацерола использует редкий фразеологизм «Haku ga Tsuku» (箔が付く), что буквально значит «наносить позолоту», «облагораживать».

Она, должно быть, очень смущена моим серьёзным обвинением в её адрес, так как её стиль речи, который она начала использовать недавно, перемешался, но всё в порядке. По крайней мере она смогла донести до меня, чего же она намеревалась добиться своим актом самопожертвования.

Менее благородным, хм…

Ну, на самом деле пиратские повязки далеко не всегда являются следствием отсутствия глаза, но если рассматривать этот случай в контексте наших с ней занятий, то мне, как профессору грубости и вульгарности, следовало бы похвалить принцессу Ацеролу за восхитительную смелость. Но я вместо этого говорю другие слова:

— Не делай так больше. Я признаю твои усилия, но это немного не то, что нужно. Я уважаю твою решимость сделать что-то подобное для достижения нашей цели, но такой поступок ничего не решит.

— П-почему?

После её вопроса я задумался о причине. Боюсь она будет слегка притянута за уши.

— Ты не бессмертна, как я. Есть раны, от которых люди, вроде тебя, не смогут излечиться. Даже если ты лишишь себя своего благородства, если заставишь свой блеф работать, он должен оставаться именно «блефом», «притворством». Что бы ты делала, если бы действительно себя покалечила? Разве это не то же самое, что делали те люди ради тебя? Ты не должна приносить никаких жертв, чтобы перестать быть Прекрасной принцессой. Если ты так поступишь, то это не будет сильно отличаться от решения проблемы путём самоубийства. Это лишь попытка уйти от проблемы.

В конце я повторил слова, которые говорила сама принцесса.

— Вы правы… вы совершенно правы. Простите, Мастер суицида. Я подумаю над этим. Пожалуйста, простите меня.

Когда она стала настолько подавленной, даже я чувствую себя немного неловко. Даже не так, не неловко. Виновато? Это не есть хорошо. Я вполне могу расстаться с собственной жизнью из-за своего чувства вины по отношению к принцессе Ацероле.

Во всяком случае, я принимаю решение, что продолжение нашего разговора будет нецелесообразным, поэтому я решаю его пока что завершить.

— Твоя манера речи снова испортилась. То есть я хочу сказать, что она снова перестала быть испорченной.

— Ваша правда… Вы правы. Моя ошибка, Мастер суицида.

Исправив свою осанку, а если быть точным, испортив её, принцесса Ацерола величественно извиняется. Это хорошо. Или это всё-таки плохо? Если я об этом буду много думать, то в конец запутаюсь.

— Хм.

Дождавшись момента, когда я наконец могу взять паузу, у меня появилась возможность рассмотреть интерьер её комнаты. В ней царил полный беспорядок.

Не только подсвечники, вся мебель переместилась по сравнению с тем, в каком состоянии я видел её в последний раз. Почти всё было перевёрнуто с ног на голову. Поначалу я подумал, что это я вызвал своеобразный вихрь, когда ворвался в комнату, однако оказалось, что тем, кто выполнил подобную «перестановку», была принцесса Ацерола.

Ещё одна из её попыток, ха.

Полагаю, она пыталась «стать плохой», создав в комнате беспорядок. Ну, конечно, «красивым» состояние её комнаты я назвать не могу. Если на минутку забыть, в каком именно направлении она прилагает свои усилия, то её действительно можно назвать очень трудолюбивой. Жаль, что её усердия до сих пор не увенчалось успехом.

Порочный круг попыток не бивать людей в конечном итоге приводит к смерти людей именно по этой причине.

Ничего не поделаешь.

Однако, присмотревшись внимательнее, я заметил некоторую закономерность в беспорядке. Все вещи были разбросаны на одинаковом расстоянии друг от друга.

Замысел художника так просто не скрыть.

По сравнению с тем, как я смотрел на этот беспорядок раньше, его можно даже назвать эстетичным. Представляя тот долгий путь, что нам ещё предстоит пройти, я смог только рассмеяться.

— Ка-ка!

— З-здесь есть что-то смешное? — с досадой спросила принцесса Ацерола.

Но я действительно смеялся, потому что это было забавно. Хотя, может быть я смеюсь от отчаяния.

— О, нет, я всего лишь показал тебе пример. Пример смеха, который звучит не столь благородно, но зато очень круто.

Своей фразой я уклонился от её вопроса, но теперь я задумался. Мне кажется, что я до сих пор не видел ничего, похожего на улыбку, со стороны принцессы. Я не видел её улыбки, не слышал её смеха. Строго говоря я помню, лишь как я пытался её убить и съесть. Сложно представить, чтобы она улыбалась в такой ситуации. Смеяться над кем-то, кто совершает самоубийство на ваших глазах, это больше похоже на поведение вампира.

— Ты когда-нибудь смеялась раньше?

Её эмоции вообще достаточно скудны. Её лицо меняется только когда она удивляется или смущается. Может она сознательно изображает отсутствие эмоций? Является ли частью этикета для благородных леди сокрытие своих эмоций? Я так думал, но на самом деле всё оказалось наоборот.

— Если я опрометчиво улыбнусь, то будут разрушены целые страны, — сказала принцесса Ацерола.

И это отнюдь не преувеличение.

Если вы способны отнять жизни людей лишь улыбнувшись или нахмурившись, то нет ничего удивительного в том, чтобы привыкнуть заглушать свои эмоции. Даже без моих указаний, бессознательно, принцесса прилагала все усилия, чтобы скрыть свою красоту. Но жить, будучи неспособным посмеяться, очень скучно. Я боюсь, что стресс окажет плохое влияние на её вкус, поэтому нужно срочно придумать какие-нибудь контрмеры.

— Итак, принцесса Ацерола, отныне ты должна смеяться так, как я показал тебе ранее. Это будет совершенно не красиво.

— Вы имеете в виду смех «ка-ка»? Да?

— Именно. Вот такой. Ка-ка!

— Ка-ка!

Даже такая образцовая ученица, как принцесса Ацерола, не смогла справиться с таким внезапным и необоснованным требованием. Её улыбка получилась очень натянутой, но для первого раза и так сойдёт.

— Очень хорошо. От такого смеха точно никто не умрёт.

— Ах, я вам премного благодарна. То есть, никаких проблем. Ка-ка.

— Да, всё именно так, принцесса. Нет, не всё так. Я пойду заново приготовлю тебе еду, а ты продолжай практиковаться, пока я не приду.

Отдав приказ, я вышел в коридор. К счастью тарелка, которую я бросил, не разбилась. Хотя вокруг была разбросана еда. Глядя на это, я даже не знал, что сказать.

Я.

Потерял дар речи.

Конечно, отчасти это было из-за чувства сожаления, что еда, которую я специально приготовил, пропала даром, но не только. Ну, было бы слишком жестоко сказать принцессе, чтобы она ела пищу с пола. Я всё-таки расстроен не настолько, чтобы заходить так далеко. Если я так поступлю, то это может сказаться на её внутренностях.

Внешность и внутренности.

Так сложно провести чёткую границу, однако…

Вы могли бы даже сказать, что между ними нет разницы.

Она даже не колебалась, когда хотела выколоть свой собственный глаз. Она бы точно сделала это, если бы я её не остановил. Но если я буду неосторожен в своих указаниях, то они могут быть расценены не так инструкция к действию, а как жестокое обращение, и будет существовать реальная угроза, то «атака» отразится на меня.

— Оу…

Ожог на моей правой ладони всё ещё болел, когда я начал собирать еду с пола. Хоть я и обладаю бессмертием, но раны, нанесённые мне серебром, требуют определённого времени, чтобы залечиться. Тем более, что я давно ничего не ел.

Никогда не думал, что скажу что-то столь банальное, но от этой принцессы столько хлопот.[✱]Дословно фраза «Sewa no yakeru hito» (世話の焼ける人) означает человека, забота о котором «сгорает», или же «человек, от которого много хлопот» Да уж, не простой рецепт, хах. Может мне стоит убрать из её комнаты все острые предметы на всякий случай?

И в тот момент меня осенило.

Если так подумать, рана на моей правой руке осталась, однако моя левая рука абсолютно цела, несмотря на то, что я оттолкнул принцессу Ацеролу. Ни единой царапины. Никакой урон не отразился на меня. Я полностью невредим.

— …

Это не считалось нападением, потому что я толкнул её на мягкую кровать, и она не получила никакого вреда? Ну, я думаю, что-то вроде того. И если это действительно так, то мне стоит рассматривать это не более, чем удачу.

Одно небрежное касание принцессы будет означать смерть для меня.

А мне следует избегать смерти.

Даже если я обладаю бесконечной молодостью, это не значит, что у меня бесконечное количество жизней.

— Ка-ка.

С той стороны двери послышался неловкий смех.

Хмм.

Признаю её старание, но, похоже, что должно пройти какое-то время, прежде чем я смогу её научить крутому, грубому, громкому смеху, которым я могу похвастаться, когда нахожусь в наилучшем настроении. Размышляя об этом, я успокаиваюсь.