022

— Безусловно, закон не всесилен.

В нём полно дыр и лазеек.

Он просто изрешечён дырами.

Я уже говорила, что в зависимости от того, кто занимается интерпретацией, закон можно трактовать как угодно, но прежде всего, поскольку закон не является неизменным, он также не абсолютен.

Более того, верховенство закона хуже беззакония.

Существует огромное количество всевозможных ситуаций, когда у тебя нет иного выбора, кроме как соблюдать правила, которые ты всей душой хотел бы игнорировать, и то, что они существуют, отнюдь не означает, что ты их одобряешь.

Вынужденное принесение неискренних извинений, безусловно, вещь унизительная, однако, не испытывая никаких чувств благодарности к жизни или к ингредиентам, ты можешь со всей готовностью сказать: «Спасибо за еду», сев за стол, без сопротивления или намерения лгать, потому что так принято.

А сказать, что «всё было вкусно» — это уже часть этикета, полагаю.

Даже если ты не испытываешь чувство благодарности, ты говоришь «спасибо», и даже если ты не чувствуешь себя виноватым, ты говоришь «извините».

Эти слова даже могут заставить тебя почувствовать, будто ты сделал что-то хорошее. Осознание, что ты следуешь правилам или поступаешь правильно — разве это не воодушевляет?

Вместо того, чтобы извиняться за то, что ты сделал что-то плохое.

Ты извиняешься, потому что это правильно.

Извиняться — это правильно, а значит и я прав.

Благодарю вас за то, что позволили мне извиниться.

Это чрезвычайно позитивная форма самооценки — самоотрицание и самокритика могут казаться приятными, но то чувство справедливости, которые ты получаешь, считая, что ты прав, что ты не ошибаешься, что это не твоя вина… Это всё может привести к ощущению всемогущества.

Закон, возможно, не всесилен, но он заставляет нас чувствовать себя всесильными.

Может, ты и склоняешь голову, но внутри ты раздуваешься от гордости — гордости за то, что соблюдаешь правила праведности.

Даже если ты извинишься, это не затронет твоё самолюбие.

Думая таким образом, извиняться становится так легко, не правда ли? Если извинения полезны, то хочется извиняться постоянно, верно? Ты просто не можешь обойтись без извинений.

Ты даже можешь начать намеренно совершать ошибки, чтобы извиняться за них — намеренные ошибки. Это звучит почти как синдром Мюнхгаузена[✱]Синдром Мюнхгаузена — это термин для описания поведенческого паттерна, когда человек преувеличенно симулирует симптомы какого-либо недуга, стремясь получить внимание, заботу или психологическую поддержку., однако опьянение от правосудия опасно, не так ли?

Я уверена, что ты, чьими младшими сёстрами являются бывшие Огненные сёстры второй средней школы Цуганоки, постоянно испытываешь это чувство — ты хорошо осознаёшь опасность отстаивания справедливости.

Но есть и люди, которые не способны извиниться, не прибегнув к силе такого опасного монстра, как закон.

Если бы ты сказал, что эти люди — настоящие монстры, то у меня не нашлось бы слов, чтобы это опровергнуть, — так же, как и у тебя нет слов, чтобы сказать мне это.

Точно так же, как у тебя нет чар, которые ты мог бы наложить на меня.