029

— Отиба-тян, верно? Фух, слава богу я смог тебя найти. Твои родители попросили меня приехать и забрать тебя.

После двух часов ожидания в машине, припаркованной на обочине, мне наконец удалось дождаться нужного момента, опустить стекло и позвать старшеклассницу, которая проходила мимо, уткнувшись в смартфон.

Дзёраку Отиба.

Форма школы Наоэцу. Короткая юбка. Стрижка каре. Я не мог ошибиться.

Всё совпадало с информацией, которую мне предоставила Хигаса, кроме того, что она вовсе не выглядела так, будто сбилась с пути или даже превратилась в гяру — возможно, такова особенность моего родного города, но если всё её плохое поведение ограничивалось ходьбой со смартфоном в руках, то этот город можно было назвать идиллическим.

Подумать только, я уехал из такого славного места.

— Запрыгивай. Твои родители беспокоятся о тебе.

С водительского места я нажал на кнопку и разблокировал задние двери. Я действовал импульсивно, словно хотел, чтобы события продолжали развиваться по инерции. Отиба медленно оторвала взгляд от смартфона с озадаченным выражением, но затем её взгляд упал на детское кресло, установленное на пассажирском сиденье, и…

— …

Несмотря на свои колебания, она молча села в машину, которая за неё приехала.

Это был крайне опрометчивый поступок со стороны старшеклассницы, но если она решила довериться мне из-за наличия детского кресла, то это был очень удачный просчёт… Мошенники часто пользуются таким чрезвычайно эффективным приёмом, как представление жертве своего ребёнка или пожилого родителя, так что, возможно, я выглядел, как родитель.

Или, может быть, она просто поддалась своему отчаянию… Сев на заднее сидение, она сразу вытянула ноги, как это сделал бы бывший член команды по лёгкой атлетике. Может быть, она просто придерживалась принципа «будь что будет». Тем более, что она тут же вновь сосредоточилась на изучении социальных сетей в своём смартфоне.

— Не могла бы ты пристегнуть ремень? И выключи, пожалуйста, телефон. Это иномарка, управляемая компьютером, так что твой телефон может повлиять на вождение.

— …? Угу.

Несмотря на то, что её лицо выражало сомнение, старшеклассница сделала так, как ей было сказано… Пристёгивать ремень безопасности было проявлением здравого смысла, поэтому, конечно, она подчинилась этому правилу, но тот факт, что мне удалось заставить её выключить смартфон, притворившись, что это необходимо, был совершенно неожиданной удачей.

Ведь было бы очень не кстати, позови он кого-то на помощь на полпути.

Разве это не ещё один приём мошенника, начать с маленького «да», чтобы затем вытянуть большое «да»? Хм. Ну, возможно, назвать меня мошенником было недалеко от правды.

В конце концов, я сейчас занимался самым настоящим похищением детей… Даже поступив в университет, я продолжал похищать несовершеннолетних девочек.

Моё преступное мышление вышло из-под контроля.

Одним извинением я уже не отделаюсь.

Как бы то ни было, я нажал на педаль газа. Чтобы как можно быстрее убраться оттуда… Поворачивая на перекрёстке направо, я ещё раз убедился в присутствии Отибы на заднем сиденье с помощью зеркала заднего вида.

Честно говоря, я не помнил, чтобы когда-либо видел эту девушку на втором году обучения, когда ещё сам учился в школе… Хотя, я и Хигасу по-настоящему узнал только после выпускного, так что, по сути, я вообще никого из второкурсников не знал, кроме Камбару.

Ведь невозможно запомнить человека, всего лишь однажды с ним встретившись.

Из того, что я мог видеть, она казалась обычной серьёзной старшеклассницей… У меня не сложилось впечатления, что она легкоатлетка. Хотя, может быть, это потому, что она уже завязала со спортом? Для спортсменки она выглядела на удивление изящной. Возможно, напряжённая учёба привела её к атрофии мышц, как у космонавтов.

— Они что-нибудь сказали? — спросила она.

До этого момента она сохраняла молчание, но вдруг обратилась ко мне на водительском сиденье… А? О ком она? О моём информаторе?

— Мои мама и папа. Они злились на меня?

— А. Ну, они волновались. Ведь вступительные экзамены на носу…

— Хаха.

Она презрительно засмеялась.

— Вступительные экзамены, да? Здесь не о чем волноваться, я сдам все экзамены, в которых приму участие. Даже не перенапрягаясь — в отличие от вас, Арараги-сэмпай.

Она нанесла удар как раз в тот момент, когда я расслабился.

Как и в случае с Бойфи-куном, то, что я не знал её, совершенно не значило, что она не знала меня. Значит ли это, что её доверие было завоёвано не детским креслом, а моим лицом?

— Мы случайно не встречались в школе?

— Нет, не встречались. Но мне доводилось часто слышать ваше имя от консультанта по профориентации — имя легендарного выпускника, который прошёл путь от круглого двоечника до студента престижного университета.

Мне захотелось рассмеяться.

Презрительным смехом, но над самим собой.

Быть самым большим бездельником за всю историю Наоэцу и стать не легендарным вампиром, а легендарным выпускником… Раздуванию слухов не было видно ни конца, ни края.

Серьёзно? Круглый двоечник?

— «Тебе следовало бы взять с него пример», — говорили учителя. Но им не стоит ожидать от меня многого. Если уж на то пошло, вы — реальность, от которой я бы предпочла отвести глаза, Арараги-сэмпай. Великий сэмпай.

— …После того, как ты встретилась со мной лично, я уже не кажусь настолько крутым, не так ли?

— Не сказала бы. Вы ездите на весьма впечатляющей машине, отрастили волосы, как хиппи. Я могу лишь сделать вывод, что мой великий сэмпай после поступления в университет наслаждается невиданной свободой. Как тут не восхититься?

Её сарказм чувствовался даже через зеркало заднего вида.

Единственной причиной, по которой я отрастил волосы, было желание скрыть следы укусов вампира, но я не думаю, что могу озвучить такое оправдание — и, если бы я объяснил, что машину мне подарили родители, и что в Японии на ней трудно ездить, потому что руль расположен с левой стороны, это, вероятно, возымело бы обратный эффект.

Поскольку у нас с ней был похожий негативный опыт учёбы в элитной школе, я думал, что мы сможем найти взаимопонимание, но, похоже, она была настроена ко мне враждебно… Впрочем, я чувствовал по отношению к ней схожие чувства.

В конце концов, я пришёл к Отибе не только ради неё одной… Мои мотивы были порочными и даже оскорбительными.

— Ну так что, они рассердились? Мои мама и папа.

— …

Значит она на самом деле не поняла, что я лгу.

Она была просто кроткой девочкой, так что это даже немного разочаровывало… В том смысле, что её действительно беспокоило, не отчитают ли её родители. Для меня этот разговор был одним из самых серьёзных противостояний с тех пор, как я столкнулся с тремя охотниками на вампиров — Драматургом, Эпизодом и Палачом.

Хотя, это противостояние другого рода, верно?

Больше похоже на моё противостояние с Оги.

Лицевая и обратная сторона — хоть нас с этой девушкой и объединяли общие неудачи, но фактор времени несколько отличался… Ну, если вам интересно моё мнение, то было преувеличением назвать её неудачницей только потому, что она пересмотрела свои приоритеты в выборе университета, но она, вероятно, не хотела слышать это от меня.

— И что бы ты сделала, если бы они рассердились? Извинилась бы?

— Конечно, я бы извинилась. Простите, что создаю столько проблем. Папа, мама, мне так жаль, что у вас такая глупая дочь.

Сказав это, Отиба демонстративно склонила голову — но это была именно что демонстрация, поскольку на её лице появилась слабая улыбка.

— Арараги-сэмпай, а вы умеете извиняться?

— Хм… Перед родителями? Даже не знаю.

После её вопроса у меня появилось чувство, что я перед ними никогда особо и не извинялся. И хотя на данный момент у нас были довольно хорошие отношения, в школьные годы они были напряжёнными. Возможно, даже нынешняя стабильность является лишь следствием того, что мы держали дистанцию между друг другом.

— Не только перед родителями. Перед учителями, друзьями, девушкой. Вернее, не просто извиняться, а извиняться и получать прощение — насколько вы хороши в этом?

— …Если выбирать что-то одно, то, наверное, я в этом плох.

Это могло значить, что я совершил много всего, за что меня не следовало бы прощать, но в моём случае было слишком много вещей, за которые я даже не хотел, чтобы меня прощали.

И похищение ребёнка, которым я занимался в настоящий момент, было как раз одной из таких вещей. Как и лечение, которое я собирался применить к Отибе — естественно, в списке моих намерений было не только отвезти её обратно домой.

Я направлялся в другое место.

В одно довольно знакомое место.

— А у меня это получается неплохо, как видите. Получать прощение. Другими словами, притворяться, что извиняюсь.

— Притворяться… что извиняешься?

Не это ли говорила Хигаса о своих кохаях из баскетбольного клуба?

Иерархия в спортивном обществе была за пределами моего понимания.

— Говоря откровенно, опыта извинений на коленях у меня нет. Если уж на то пошло, это больше отталкивает людей. Прибегая к таким приёмам, не удивляйтесь, если люди подумают, что вы просто наслаждаетесь своим выступлением.

«Когда собираешься признать поражение, главное — выглядеть по-настоящему побеждённым», — продолжила Отиба, всё ещё легко улыбаясь.

— Вместо того, чтобы склонять голову, важнее сгорбить плечи. Опустить взгляд. Можно даже сделать так, чтобы на глазах навернулись слёзы, но нельзя начинать плакать, потому что людей это просто раздражает. Неразумно пытаться их насильно заставить простить вас. В этом нет смысла, если вам это аукнется в будущем. Лучше делать вид, что вы всеми силами пытаетесь не плакать — говорить как можно тише и… Правильно, вы должны сделать вид, что пытаетесь справится с чувством собственного стыда.

— …И что, можно не демонстрировать никаких признаков раскаяния?

Я понятия не имел, к чему она клонит этим разговором, но решил продолжить — не потому, что надеялся таким образом получить подсказку, как с ней общаться, а из чистого любопытства.

Или для того, чтобы подготовиться.

— Если показаться чересчур понимающим, это может иметь обратный эффект. Если уж на то пошло, вместо раскаяния следует создать впечатление, что вы хотите продолжить сопротивление, чтобы у вашего оппонента возникло ощущение, будто он «заставил вас признать поражение». Чтобы он испытал радость от того, что заставил своего противника подчиниться силой, интеллектом, логикой или правосудием. Если вы позволите людям испытать подобное сексуальное возбуждение, их гнев остынет, и они будут более снисходительными.

Было весьма неожиданно услышать слова «сексуальное возбуждение» из уст старшеклассницы, ехавшей в запертой машине — но мне казалось, что ей это простительно.

— Но, Отиба-тян. В конце концов, это же не извинение, а просто притворство, что ты извиняешься, разве нет? Если человек узнает об этом, то может разозлиться ещё сильнее… В таком случае, разве не будет лучше, если извинения будут неуклюжими и без какой-либо стратегии?

— Вы говорите про тот редкий случай, когда искренность находит отклик у собеседника? Однако немало людей просто ненавидят, когда вы извиняетесь перед ними с чем-то столь эгоистичным, как «искренность». Словно вы стараетесь проявить своё истинное «я». Напротив, настоящий кайф от извинений возникает только тогда, когда отбрасываешь своё «эго», отбрасываешь своё «я» и полностью подчиняешься. На самом деле, это довольно забавно, когда к этому привыкаешь. Но отбросим это в сторону. То, что мои извинения притворны, совершенно не значит, что у меня нет искренности или чувства вины, Арараги-сэмпай.

? Что она имеет в виду?

В моём понимании, если я по-настоящему чувствую себя виноватым, мне не нужно притворяться — как, например, тот факт, что я одолжил королевскую мантию у королевы странностей, не делает меня королём странностей.

— Это правда, что я чувствую вину перед мамой и папой. И именно потому, что мне жаль, я хочу передать свои чувства наиболее эффективным способом.

— …Потому что в чувствах, которые не были переданы, нет смысла?

— Верно. Как и то, что нет смысла в любви, если не передать свои чувства — когда мой папа делал предложение моей маме, он разработал целый план с бронированием столика в ресторане с романтическим ночным видом или заучиванием сонета Шекспира. Как-то так.

Как бы человек не извинялся, если он просто выплеснет свои чувства наружу — тот, на кого это чувство будет выплеснуто, не почувствует ничего, кроме недоумения, как Мэнико и я.

Нетрадиционные извинения, не соответствующие стандартам, игнорируют чувства другого человека, ничем не отличаясь от простого избиения — поэтому, когда вы извиняетесь, вы должны убедиться, что выглядите извиняющимся. Вот что она имела в виду.

Это был хороший урок.

— Отиба-тян, ты назвала извинения на коленях представлением, но разве не все извинения являются своего рода представлениями? Выход за рамки простых манер, ритуалов или условностей — проявление избыточного гостеприимства.[✱]Коёми имеет в виду философию «омотэнаси» (御持て成し), лежащую в основе традиционного японского гостеприимства. Собственно, весь японский сервис пронизан принципами омотэнаси, включая все отрепетированные фразы и поклоны. К слову, это слово вовсе не родственно слову «омотэ» («лицевая сторона»), хотя его можно записать как 表なし, что можно понять как «без лицевой стороны».

— Гостеприимство. Совершенно верно — если кто-то на вас злится, вы бы предпочли, чтобы он вместо этого улыбался, верно? Так что вы вынуждены делать всё, что в ваших силах, чтобы добиться желаемого.

«Не имея лицевой стороны, не имеешь и обратной».

«Если улыбка — это фасад, то извинения — это то, что сокрыто позади».

«И это лишь заставляет меня ещё больше вовлекаться в своё представление».

Сказав всё это, Отиба снова склонила голову — дрожа и опустив плечи.

Сейчас было совсем не время впечатляться, но она действительно была хороша в этом… Если бы Хитаги или Ойкура вели себя так, я бы, возможно, полностью им поверил.

Но если посмотреть на это с другой стороны, то совершенно не обязательно, что агрессивные извинения выпускников Наоэцу, поступивших в университет Манасэ, начавшиеся с Хитаги, Ойкуры и Бойфи-куна, на самом деле являются следствием замысла или интриг Отибы.

Возможно, всему причиной закон, а не она.

Возможно, к ним ведут ниточки, но не она за них дёргала.

Взять, к примеру, случай Бойфи-куна. Если бы он был под контролем Отибы, то не появился бы в таком оборванном состоянии, а вместо этого пришёл бы в накрахмаленном костюме и принёс с собой коробку пирожных. Это уже само по себе было бы дезориентирующим фактором, и мне, скорее всего, было бы трудно повернуть ситуацию против него.

Ну… Так мне хотелось думать.

В противном случае это бы не имело никакого смысла.

Заставлять их извиняться, вспоминая дела давно минувших дней, которые уже были прощены, или заставлять их просить прощения за проступки, в которых их никто не обвинял… Это было не конструктивно и не продуктивно. Выражаясь словами Отибы, такие извинения никому не показались бы гостеприимными.

Но это всё ещё возможно.

Юриспруденция не была моим профилем, но даже я знал, что суть закона, его толкование или применение не всегда совпадают в каждом конкретном случае — даже плохой закон может быть законом, но в конечном итоге все законы зависят от того, как их применить. Вполне возможно, что гипотетический эксперт по праву, который решил истребить всю человеческую расу, придерживаясь идеала, что «все плохие люди должны быть казнены», был не просто вопросом мысленного эксперимента.

Аямарэй.

Закон, вышедший из-под контроля — или из-под контроля вышло сердце Отибы?

Её неконтролируемые чувства — вырвались на свободу.

Извинись.

— Эти пресс-конференции с извинениями часто критикуют за то, что они похожи на публичные казни ради развлечения, но в первую очередь, будь то в Японии или в других странах, казни всегда были зрелищами, проводимыми в публичных местах, не так ли? Всё ради шоу. Всё показуха.

Показуха.

После этого слова я вспомнил, как передо мной публично извинялся Бойфи-кун.

— Если пойти ещё дальше, это шоу-бизнес. Вместо того, чтобы быть нравоучением, смертная казнь становится зрелищем. Людям просто нравится это. Им нравится смотреть, как другие извиняются, особенно смотреть, как люди вроде меня увлекаются извинениями, считая, что они в этом профессионалы. В таком случае только и остаётся встать на колени и извиниться, удовлетворяя их желания, не так ли? Да, конечно, на самом деле я не встаю на колени, но справляюсь с этим похожим образом.

— …Не рано ли сдаваться?

Я перебил её.

Я уже тщательным образом обсудил точку зрения извиняющейся стороны с Оги, Мэнико, Синобу, Хигасой и Хатикудзи, так что, честно говоря, было приятно услышать и о точке зрения стороны, перед которой извиняются. И пока я хотел продолжать говорить на эту тему, продолжать пытаться понять её философию, к сожалению, мы приблизились к нашему пункту назначения — поэтому, прежде чем мы остановимся, я должен был предоставить ей его.

Я должен был дать ей шанс. Второй шанс.

— Ха? Сдаваться? Что вы имеете в виду?

— Я про тот университет, в который ты так хотела поступить. Ты решила поменять свой выбор — видишь ли, год назад в начале января я вообще был при смерти. О, я имею в виду мои оценки, конечно… Но мне хватило времени, чтобы восстановиться…

— …

Нет, не то.

Насколько я мог судить по её реакции в зеркале заднего вида.

Я явно испортил ей настроение. До этого момента она почти с гордостью объясняла эстетику извинений, но теперь она просто хмурилась.

— …Если хочешь, я могу побыть твоим частным репетитором на полную ставку. Днём и ночью, двадцать четыре часа в сутки, я готов уделить тебе всё своё внимание.

Это было то же предложение, которое я сделал Хигасе, и в тот раз я был настолько же серьёзен.

Всё потому, что я в своё время получил такое же предложение. Поэтому это был максимум, на что я способен — максимум, на что был готов пойти. Но даже так, говоря эти слова, я мог сказать, что всё это было не то. Я дал неверный ответ.

— …Вы говорите то же самое, что и остальные. Я немного разочарована. Я думала, что услышу что-то более уникальное от легендарного Арараги.

Её лёгкая улыбка полностью исчезла, и теперь Отиба заговорила с откровенной насмешкой.

— Не сдавайся, продолжай в том же духе, усердно трудись, если я смог, то и ты сможешь — вы такой же, как те люди.

— …Те люди?

Я переспросил, хоть и понимал, что она имела в виду, но школьница ответила, покачав головой: «Те люди — это те люди».

— Выпускники Наоэцу, которых я встретила на дне открытых дверей. И те, кого я знала, и те, кого видела впервые, у всех был такой красочный список заслуг. Каждый из них был словно раскрашен всеми цветами радуги. Словно они все заболели какой-то неведомой болезнью, стоило им окончить школу…

— …

— Но в конце концов они все говорили одно и то же. Не сдавайся, продолжай в том же духе, усердно трудись, если я смог, то и ты сможешь — это всё не то. Не то, что я хочу услышать.

«Я лучше прочих знаю, что я на это способна», — сказала Отиба.

— Именно потому, что я не сдалась, а продолжала упорно трудиться, я так страдаю. В ином случае меня бы это вообще не волновало. Говорят, что лучше жалеть о том, что сделал, чем б упущенной возможности что-либо сделать, но где же это лучше-то?! Что хорошего в том, что я теперь так сильно об этом жалею, а?!

Она внезапно наклонилась к водительскому сиденью, хотя её движения были ограничены ремнём безопасности — это был всего лишь предлог, но я рад, что заставил её пристегнуться.

Впрочем, даже это может быть небезопасно, так что, возможно, мне стоило посадить её в детское кресло. Но даже так, этого было бы достаточно для моей цели.

— Мне не нужна ваша поддержка. Я не хочу, чтобы вы говорили мне продолжать в том же духе. Я не хочу, чтобы вы говорили мне усердно трудиться. Даже когда я была в команде по лёгкой атлетике, эти слова лишь подавляли меня. Я не могла справиться с ожиданиями, возложенными на меня… Я ни разу не смогла пробежать во время настоящего соревнования быстрее, чем на тренировке. Но даже так я думала, что смогу перенести силу воли, которую приобрела на тренировках, на свою учёбу, и мои оценки действительно немного улучшились — но мой прогресс остановился гораздо раньше, чем я ожидала. Способны ли вы понять это? Легендарный Арараги. Вы хоть раз разочаровывались в себе?

«Постоянно», — сказал я в ответ, но она не услышала. Даже сейчас я был в себе разочарован.

Я не смог спасти ни одну терзаемую страданиями девушку.

Не таким образом, каким был спасён сам.

— И чем больше я понимала, что не справлюсь, тем больше эти подбадривания звучали как насмешка. Это звучало, как проклятие. Нет — как приказ.

— …Раз так, Отиба-тян. Что бы хотела услышать?

Признаюсь честно, этот наводящий вопрос был ещё хуже, чем у Хатикудзи. Я пытался вытянуть из неё окончательное признание… Мои родители-полицейские наверняка были бы недовольны тем, как я применяю этот метод.

— Что бы я хотела услышать? Ну, на дне открытых дверей, даже когда я с уважением слушала речи выпускников, я постоянно думала об этом. На протяжении всей встречи, чтобы убедить моих родителей в том, что я всё ещё мотивирована, и что сдаю экзамен не просто для вида, я не переставала думать об этом. Что мне не нужны такие слова, как «не сдавайся, продолжай в том же духе, усердно трудись».

Извинитесь.

За то, что живёте в достатке, за то, что веселитесь, за то, что радостны, за то, что вам повезло, за то, что достигли вершин, за то, что богаты, за то, что смотрите свысока, за то, что свободны, за то, что гордитесь, за то, что хорошо выглядите, за то, что ко всему готовы, за то, что улыбаетесь, за то, что всё успеваете, за то, что не одиноки, за то, что веселитесь, за то, что держитесь вместе, за то, что хорошо проводите время, за то, что считаетесь элитой, за то, что не волнуетесь, за то, что не страдаете, за то, что добры, за то, что имеете выбор, за то, что преодолеваете, за то, что имеете завтрашний день, за то, что мечтаете о будущем, за то, что не имеете забот, за то, что в безопасности, за то, что получили второй шанс, за то, что встали на ноги, за то, что имеете друзей, за то, что имеете любимых, за то, что имеете семью, за то, что родились мужчиной, за то, что родились женщиной, за то, что совершенны, за то, что значимы, за то, что достигли цели, за то, что умны, за то, что эрудированны, за то, что двигаетесь вперёд, за то, что двигаетесь вверх, за то, что в самом центре, за то, что популярны, за то, что можете дышать, за то, что сыты, за то, что всё уладили, за то, что имеете воспоминания, за то, что у всех на виду, за то, что дует ветер, за то, что идёте против ветра, за то, что опытны, за то, что над вами не идёт непрекращающийся дождь, за то, что звёзды мерцают на ночном небе, за то, что сакура цветёт, за то, что добились своего, за то, что получили результат, за то, что удачливы, за то, что всё понимаете, за то, что милы, за то, что внимательны, за то, что получаете помощь, за то, что встретились, за то, что живёте вместе, за то, что не одиноки.

За то, что счастливы.

За то, что вам есть что рассказать.

— Извинитесь передо мной, — сказала Отиба. Кукловод отдал свой приказ.

Словно сжигая собственную жизнь.

— Извинитесь, извинитесь, извинитесь, извинитесь, извинитесь, извинитесь, извинитесь, извинитесь, извинитесь, извинитесь, извинитесь, извинитесь, извинитесь, извинитесь, извинитесь, извинитесь, извинитесь, извинитесь, извинитесь, извинитесь, извинитесь, извинитесь, извинитесь, извинитесь, извинитесь, извинитесь, извинитесь, извинитесь, извинитесь, извинитесь, извинитесь, извинитесь, извинитесь, извинитесь, извинитесь, извинитесь, извинитесь, извинитесь, извинитесь, извинитесь, извинитесь, извинитесь, извинитесь, извинитесь, извинитесь, извинитесь, извинитесь, извинитесь, извинитесь, извинитесь, извинитесь, извинитесь, извинитесь, извинитесь, извинитесь, извинитесь, извинитесь, извинитесь, извинитесь, извинитесь, извинитесь, извинитесь, извинитесь, извинитесь, извинитесь, извинитесь, извинитесь, извинитесь, извинитесь, извинитесь, извинитесь, извинитесь, извинитесь, извинитесь, извинитесь, извинитесь, извинитесь, извинитесь, извинитесь, извинитесь, извинитесь, извинитесь, извинитесь, извинитесь, извинитесь, извинитесь, извинитесь, извинитесь, извинитесь, извинитесь, извинитесь, извинитесь, извинитесь, извинитесь, извинитесь, извинитесь, извинитесь, извинитесь, извинитесь, извинитесь, извинитесь, извинитесь, извинитесь, извинитесь, извинитесь, извинитесь, извинитесь, извинитесь, извинитесь, извинитесь, извинитесь, извинитесь, извинитесь, извинитесь, извинитесь, извинитесь, извинитесь, извинитесь, извинитесь, извинитесь, извинитесь, извинитесь, извинитесь, извинитесь, извинитесь, извинитесь, извинитесь, извинитесь, извинитесь, извинитесь, извинитесь, извинитесь, извинитесь, извинитесь, извинитесь, извинитесь, извинитесь, извинитесь, извинитесь, извинитесь, извинитесь, извинитесь, извинитесь, извинитесь, извинитесь, извинитесь, извинитесь, извинитесь, извинитесь, извинитесь, извинитесь, извинитесь, извинитесь, извинитесь, извинитесь, извинитесь, извинитесь, извинитесь, извинитесь, извинитесь, извинитесь, извинитесь, извинитесь, извинитесь, извинитесь, извинитесь, извинитесь, извинитесь, извинитесь, извинитесь, извинитесь, извинитесь, извинитесь, извинитесь, извинитесь, извинитесь, извинитесь, извинитесь, извинитесь, извинитесь, извинитесь, извинитесь, извинитесь, извинитесь, извинитесь, извинитесь, извинитесь, извинитесь, извинитесь, извинитесь, извинитесь, извинитесь, извинитесь, извинитесь, извинитесь, извинитесь, извинитесь, извинитесь, извинитесь, извинитесь, извинитесь, извинитесь, извинитесь, извинитесь, извинитесь, извинитесь, извинитесь, извинитесь, извинитесь, извинитесь, извинитесь, извинитесь, извинитесь, извинитесь, извинитесь, извинитесь, извинитесь, извинитесь, извинитесь, извинитесь, извинитесь, извинитесь, извинитесь, извинитесь, извинитесь, извинитесь, извинитесь, извинитесь, извинитесь, извинитесь, извинитесь, извинитесь, извинитесь, извинитесь, извинитесь, извинитесь, извинитесь, извинитесь, извинитесь, извинитесь, извинитесь, извинитесь, извинитесь, извинитесь, извинитесь, извинитесь, извинитесь, извинитесь, извинитесь, извинитесь, извинитесь, извинитесь, извинитесь, извинитесь, извинитесь, извинитесь, извинитесь, извинитесь, извинитесь, извинитесь, извинитесь, извинитесь, извинитесь, извинитесь, извинитесь, извинитесь, извинитесь, извинитесь, извинитесь, извинитесь, извинитесь, извинитесь, извинитесь, извинитесь, извинитесь, извинитесь, извинитесь, извинитесь, извинитесь, извинитесь, извинитесь, извинитесь, извинитесь, извинитесь, извинитесь, извинитесь, извинитесь, извинитесь, извинитесь, извинитесь, извинитесь, извинитесь, извинитесь, извинитесь, извинитесь, извинитесь, извинитесь, извинитесь, извинитесь, извинитесь, извинитесь, извинитесь, извинитесь, извинитесь, извинитесь, извинитесь, извинитесь, извинитесь, извинитесь, извинитесь, извинитесь, извинитесь, извинитесь, извинитесь, извинитесь, извинитесь, извинитесь, извинитесь, извинитесь, извинитесь, извинитесь, извинитесь, извинитесь, извинитесь, извинитесь, извинитесь, извинитесь, извинитесь, извинитесь, извинитесь, извинитесь, извинитесь, извинитесь, извинитесь, извинитесь, извинитесь, извинитесь, извинитесь, извинитесь, извинитесь, извинитесь, извинитесь, извинитесь, извинитесь, извинитесь, извинитесь, извинитесь, извинитесь, извинитесь, извинитесь, извинитесь, извинитесь, извинитесь, извинитесь, извинитесь, извинитесь, извинитесь, извинитесь, извинитесь, извинитесь, извинитесь, извинитесь, извинитесь, извинитесь, извинитесь, извинитесь, извинитесь, извинитесь, извинитесь, извинитесь, извинитесь, извинитесь, извинитесь, извинитесь, извинитесь, извинитесь, извинитесь, извинитесь, извинитесь, извинитесь, извинитесь, извинитесь, извинитесь, извинитесь, извинитесь, извинитесь, извинитесь, извинитесь, извинитесь, извинитесь, извинитесь, извинитесь, извинитесь, извинитесь, извинитесь, извинитесь, извинитесь, извинитесь, извинитесь, извинитесь, извинитесь, извинитесь, извинитесь, извинитесь, извинитесь, извинитесь, извинитесь, извинитесь, извинитесь, извинитесь, извинитесь, извинитесь, извинитесь, извинитесь, извинитесь, извинитесь, извинитесь, извинитесь, извинитесь, извинитесь, извинитесь, извинитесь, извинитесь, извинитесь, извинитесь, извинитесь, извинитесь, извинитесь, извинитесь, извинитесь, извинитесь, извинитесь, извинитесь, извинитесь, извинитесь, извинитесь, извинитесь, извинитесь, извинитесь, извинитесь, извинитесь, извинитесь, извинитесь, извинитесь, извинитесь, извинитесь, извинитесь, извинитесь, извинитесь, извинитесь, извинитесь, извинитесь, извинитесь, извинитесь, извинитесь, извинитесь, извинитесь, извинитесь, извинитесь, извинитесь, извинитесь, извинитесь, извинитесь, извинитесь, извинитесь, извинитесь, извинитесь, извинитесь, извинитесь, извинитесь, извинитесь, извинитесь, извинитесь, извинитесь, извинитесь, извинитесь, извинитесь, извинитесь, извинитесь, извинитесь, извинитесь, извинитесь, извинитесь, извинитесь, извинитесь, извинитесь, извинитесь, извинитесь, извинитесь, извинитесь, извинитесь, извинитесь, извинитесь, извинитесь, извинитесь, извинитесь, извинитесь, извинитесь, извинитесь, извинитесь, извинитесь, извинитесь, извинитесь, извинитесь, извинитесь, извинитесь, извинитесь, извинитесь, извинитесь, извинитесь, извинитесь, извинитесь, извинитесь, извинитесь, извинитесь, извинитесь, извинитесь, извинитесь, извинитесь, извинитесь, извинитесь, извинитесь, извинитесь, извинитесь, извинитесь, извинитесь, извинитесь, извинитесь, извинитесь, извинитесь, извинитесь, извинитесь, извинитесь, извинитесь, извинитесь, извинитесь, извинитесь, извинитесь, извинитесь, извинитесь, извинитесь, извинитесь, извинитесь, извинитесь, извинитесь, извинитесь, извинитесь, извинитесь, извинитесь, извинитесь, извинитесь, извинитесь, извинитесь, извинитесь, извинитесь, извинитесь, извинитесь, извинитесь, извинитесь, извинитесь, извинитесь, извинитесь, извинитесь, извинитесь, извинитесь, извинитесь, извинитесь, извинитесь, извинитесь, извинитесь, извинитесь, извинитесь, извинитесь, извинитесь, извинитесь, извинитесь, извинитесь, извинитесь, извинитесь, извинитесь, извинитесь, извинитесь, извинитесь, извинитесь, извинитесь, извинитесь, извинитесь, извинитесь, извинитесь, извинитесь, извинитесь, извинитесь, извинитесь, извинитесь, извинитесь, извинитесь, извинитесь, извинитесь, извинитесь, извинитесь, извинитесь, извинитесь, извинитесь, извинитесь, извинитесь, извинитесь, извинитесь, извинитесь, извинитесь, извинитесь, извинитесь, извинитесь, извинитесь, извинитесь, извинитесь, извинитесь, извинитесь, извинитесь, извинитесь, извинитесь, извинитесь, извинитесь, извинитесь, извинитесь, извинитесь, извинитесь, извинитесь, извинитесь, извинитесь, извинитесь, извинитесь, извинитесь, извинитесь, извинитесь, извинитесь, извинитесь, извинитесь, извинитесь, извинитесь, извинитесь, извинитесь, извинитесь, извинитесь, извинитесь, извинитесь, извинитесь, извинитесь, извинитесь, извинитесь, извинитесь, извинитесь, извинитесь, извинитесь, извинитесь, извинитесь, извинитесь, извинитесь, извинитесь, извинитесь, извинитесь, извинитесь, извинитесь, извинитесь, извинитесь, извинитесь, извинитесь, извинитесь, извинитесь, извинитесь, извинитесь, извинитесь, извинитесь, извинитесь, извинитесь, извинитесь, извинитесь, извинитесь, извинитесь, извинитесь, извинитесь, извинитесь, извинитесь, извинитесь, извинитесь, извинитесь, извинитесь, извинитесь, извинитесь, извинитесь, извинитесь, извинитесь, извинитесь, извинитесь, извинитесь, извинитесь, извинитесь, извинитесь, извинитесь, извинитесь, извинитесь, извинитесь, извинитесь, извинитесь, извинитесь, извинитесь, извинитесь, извинитесь, извинитесь, извинитесь, извинитесь, извинитесь, извинитесь, извинитесь, извинитесь, извинитесь, извинитесь, извинитесь, извинитесь, извинитесь, извинитесь.

Будто стреляя словами.

Будто нанося удары ножом.

Будто цитируя каждую статью всех шести кодексов[✱]«Шесть кодексов» — это шесть основных законодательных документов Японии: конституция, гражданский кодекс, гражданско-процессуальный кодекс, уголовный кодекс, уголовно-процессуальный кодекс, торговый кодекс. — Дзёраку Отиба требовала больше, чем простое извинение.

—- …Прости, Отиба-тян.

Девушке, которая мучалась такими мыслями, я дал свой ответ. И нажал на тормоза.

— Я не стану извиняться. Я не могу извиниться — и я заранее прошу прощения за это.

— …? Где мы? Это не мой дом…

Похоже, она, выдвинув свои требования, не услышала моего противоречащего себе дважды отрицательного извинения и просто с недоумением смотрела на незнакомый пейзаж за окном машины. Возможно, она наконец осознала своё феноменальное отсутствие инстинкта самосохранения или то, насколько она была беспечна, сев в машину парня, которого едва знала, когда он просто окликнул её поздним вечером — но, к сожалению, было уже поздно.

В конце концов, это как лицевая и обратная сторона — я устроил этой девушке такой же сюрприз, как и тот, что получил от Оги вчера, но мне было далеко до его уровня закулисных манипуляций, поскольку пункт нашего назначения был слишком унылым, чтобы это можно было назвать сюрпризом.

Фактически, это был пустырь. Поросший сорняками.

Участок земли, на который никто не осмеливался ступить, хоть на нём и не было знака «Проход воспрещён!»

— …Здесь раньше была вечерняя школа. Она сгорела в результате поджога, так что от неё ничего не осталось, но… я многому здесь научился.

Ну, ещё до того, как гореть, это здание было уже заброшено к тому моменту, как я о нём узнал, но при всём при этом у меня не было сомнений, что я многому здесь научился.

— И дальше что? Я уже сказала, мне не нужна ваша помощь в учёбе, Арараги-сэмпай. Я не такая, как вы. Я — не вы.

— Нет, ты — это я. Ты тоже моя обратная сторона.

Вот почему — тебе следует учиться. Учиться на плохом примере Арараги Коёми.

Осознай это.

— Обратная сторона? Хаха, предлагаете какой-то закулисный приём? Наконец-то, я услышала что-то интересное…

— Bon appétit, принцесса.

У меня блюдо от шефа.

Худшая кухня с худшими ингредиентами — с худшим искуплением.

По моему сигналу из пассажирского сиденья, на котором было установлено детское кресло, появилась златовласая тень, чьё появление никоим образом не отразилось в зеркале заднего вида.

Конечно, она была вольна сама выбирать, отражаться ей или нет — в частности, когда она была настроена серьёзна, она предпочитала не отражаться.

Будто она не хотела показывать мне сцену своего обеда или будто впервые за долгое время обрела свою истинную полуночную сущность, златовласая девочка вонзила свои клыки, но не в шею, а в лодыжку. Возможно, это было сделано из того соображения, что при маловероятном стечении обстоятельств на шее этой девушки с короткой стрижкой могли бы остаться следы от укуса, а так она могла по крайней мере скрыть их под высокими носками — судя по всему, даже королева странностей уже прекрасно вписалась в человеческое общество.

Однако несмотря на то, что она учла все нюансы, прощению места не было.

Теперь, когда она вонзила свои клыки, ей предстояло выпить всё без остатка.

— Кья — кья-а-а-а-а-а-а-а-а-а-а-а?!

Старшеклассница закричала так, будто ей нанесли ночной визит, но на самом деле ей нанесла визит сама ночь — двери были заблокированы, а она сама пристёгнута ремнём безопасности, так что сбежать не было никакой возможности.

— А-а-а-а-а-а-а-а-а-а-а-а-а-а-а-а-а-а-а-а-а-а-а-а-а-а-а-а-а-а-а-а-а-а-а?!

Она продолжала кричать в панике.

Но она ничего не могла сделать. Она словно проходила лечение пиявками, все «плохие вещи» высасывались из её тела вместе с кровью, но даже если они были «плохими вещами», они всё ещё были важной её составляющей.

Её индивидуальность стиралась прямо у меня на глазах.

Правовая система — претерпевала реформу.

— А-а-а-а-а-а-а-а-а-а-а-а-а-а-а-а — а-а-а-а-а-а-а-а-а-а-а — а-а-а-а-а-а-а — а-а-а-а-а-а-а-а-а — а-а-а-а-а…

Её школьные туфли отчаянно били по златовласой девочке, но даже эта тщетная борьба не могла испортить ей аппетит. Жадность девочки лишь возросла, будто у неё на ужин были какой-то живой и всё ещё двигающийся моллюск.

Как бы то ни было, это место выбрал именно я.

Оно оказалось ещё более заброшенным, чем я думал, так что шикарным рестораном с романтическим ночным видом его не назвать, но для меня эти руины вечерней школы уже стали особенным местом.

В этом памятном месте мне хотелось быть вместе с тобой.

— А-а-а-а-а-а-а-а-а-а-а-а-а — а-а-а — а-а-и-и-и — и-и — и — извинитесь!

Несмотря на то, что само её существование находилось под угрозой со стороны её ног, а может быть именно по этой причине, Отиба повторяла свою мантру. Будто проклиная. Будто ненавидя. Будто отрицая. Будто преследуя. Будто умоляя.

Будто упиваясь своей местью.

«Извинитесь, извинитесь, извинитесь, извинитесь, извинитесь, извинитесь, извинитесь, извинитесь, извинитесь, извинитесь…»

«…Вы все, сбейтесь со своего пути!»[✱]В конце она крикнула другую фразу, 道を誤れ (michi wo ayamare), что дословно значит «Сбейся с пути!» или «Ошибись!» Но сам глагол звучит так же, «ayamare»..

Наконец, она затихла, но моё сердце продолжало бешено колотиться.

Как человек, проживший всю свою жизнь с комплексом неполноценности, я искренне верил, что смогу лучше понять чувства Отибы… Несмотря на то, что у меня не было опыта общения с ней, я был достаточно самонадеян, чтобы думать, будто смогу что-то внушить ей на правах сэмпая.

Но это было бесперспективно.

До самого конца я не мог ей сочувствовать, и до самого конца она испытывала в мой адрес больше неприязни, чем я по отношению к ней… Если бы я всё ещё учился в старшей школе, на том же году, что и она, смог бы я спасти Отибу более правильным способом, вместо грубого применения силы?

Смог бы я помочь ей?

Возможно, погрузившись по самые плечи в тёплую воду моратория, я уже утратил способность понимать чувства, переживания и уныние старшеклассников — возможно, окунись я с головой, то сказал бы совсем другие слова.

Те вступительные экзамены, которые должны были стать для меня мучением, остались в памяти приятными воспоминаниями. Почему я воспринимал серьёзные переживания экзаменующихся как незначительные мелочи? Мучение от того, что твои оценки всё никак не растут, разочарование от невозможности поступить в университет мечты — может, это всё обычные явления в том возрасте…?

Теперь, когда я исправил свои слабые места, чужие слабости стали для меня очевидными? Хотя, когда дело доходит до умения просто жить, то тут у меня больше слабых мест, чем у кого-либо другого… Если уж на то пошло, сейчас я справляюсь с этим даже хуже, чем в прошлом.

Но даже это могло быть простой ностальгией… Я взял свои обычные воспоминания и приукрасил их, убедив себя, что они хорошие. На самом деле в старшей школе я не был так уж полезен ни для Хитаги, ни для Ойкуры, ни для Камбару, ни для Сэнгоку, ни для Хатикудзи.

Так что я вовсе не стал слабее.

Я просто вырос в соответствии со своим возрастом.

И даже несмотря на то, что я смог поступить в университет, я не смог стать лучше… Я всё равно оставался самим собой.

Даже закон не в силах изменить тот факт, что я — это я.

Слушая чавкающий звук пережёвывания всех шести кодексов, в которых записаны все эти скучные законы, раздававшийся позади меня, я ввёл в навигатор адрес дома Отибы, который получил от Хигасы.

«Сбейтесь со своего пути».

Даже это прекрасное желание, созданное из сконцентрированных страданий этой обескураженной девушки, было тем, что я не смогу исполнить сегодня вечером.