012

Если бы Ононоки не сказала об этом заранее, я бы, наверное, и не понял, что это библиотека, потому что в комнате было мрачно и пыльно, словно испортились не только книги, но и сам воздух. Кагэнуи сидела на корточках на постаменте из книг, невоспитанная, как и всегда — её проклятие запрещало ей «ходить по поверхности земли», но мы же находились в здании, и каким бы изношенным оно ни было, я полагал, что под нашими ногами не поверхность земли, а пол. Что ж, возможно, это просто вошло у неё в привычку.

— Хаха. Видеозвонки не такая уж и плохая штука, но вживую ты производишь совсем иное впечатление, Арараги. Теперь действительно видно, что тебе уже стукнуло двадцать.

Даже в этой мрачной комнате качество изображения было намного лучше… Эта 5G наступит ещё не скоро. С нашей последней личной встречи прошло около года, но фактически я встречался с ней только в сценах кровавой бойни, не так ли?

Возможно, она сама была воплощением кровавой бойни.

Или дело во мне.

— Тем не менее, выше я не стал. Как ни печально это говорить, но скорее всего мой рост уже не изменится. Однако волосы отросли у нас обоих.

— Зато бывшая Хартандерблейд, я смотрю, немного подросла.

Конечно, она не могла упустить такую деталь.

Я немного напрягся… Я старался выбрать возраст Синобу таким, чтобы она стала старше Ононоки, чтобы и Кагэнуи не слишком гневалась на нас, но сейчас мне начинает казаться, что это решение было опрометчивым.

Возможно, именно этот дешёвый трюк и навлечёт на нас её гнев.

Если бы мы в самом деле хотели найти компромиссное решение, чтобы защититься сразу от двух пандемий, разве не правильней было бы нацелиться на двадцатилетнюю форму…? Да и вряд ли Кагэнуи оценит нашу попытку подлизаться к ней.

Пусть это и весьма архаичная точка зрения, но она казалась по-прежнему верной: есть вещи, которые можно решить, только встретившись лицом к лицу, а не по видеозвонку.

— Хм. Что ж, сейчас не время для душевных разговоров после долгой разлуки. Ёцуги, можешь возвращаться. Хорошая работа. Отдохни немного.

— Поняла. Сестрица, тебе тоже стоит отдохнуть, когда появится такая возможность.

Необычно было слышать, что Кагэнуи выразила Ононоки свою благодарность, и ещё более необычно, что Ононоки ответила ей своими словами благодарности — вот в такой вот ситуации мы оказались.

Затем кукла-труп направилась в сторону двери, чтобы выйти тем же путём, которым и зашла внутрь, но вдруг обернулась и едва слышно произнесла:

— Говорить это братцу-демону всё равно бесполезно… правда ведь?

После чего она отправилась в комнату с гробами, расположенную внизу — эта девочка в очередной раз продемонстрировала своё снисходительное отношения в мой адрес.

Несмотря на то, что я всего лишь держался за её талию, я всё равно не могу сказать, что совсем не устал от долгой дороги, однако у меня не хватит наглости разделить постель с Ононоки.

Моя решимость с самого начала подверглась испытанию.

И я должен решительно противостоять соблазнам.

— Эх, сколько же должно пройти времени, чтобы Ононоки начала меня уважать?

— Господин мой, ты правда считаешь, что тебя есть за что уважать?

Тринадцатилетняя Синобу категорично осекла меня, после чего продолжила говорить, но уже не в мою сторону:

— Кагэнуи.

К сожалению, даже после прочтения «Обручённых» я не мог вести приятную болтовню, когда моим собеседником была Кагэнуи — с этим человеком было попросту невозможно шутить.

Риск слишком велик.

Одно дело, если бы это была видеоконференция, но при личной встрече наш диалог грозил превратиться в типичный мандзай-дуэт со всеми вытекающими[✱]«Мандзай» — это комедийный сценический жанр, подразумевающий диалог двух людей, отыгрывающих роли глуповатого и путающегося «бокэ» и прагматичного «цуккоми», который поправляет и подшучивает над «бокэ», зачастую используя сложенный веер, чтобы раздавать подзатыльники. Также стоит сказать, что большинство выступлений в этом жанре проходят с использованием кансайского диалекта, на котором говорит Кагэнуи. Так что Коёми неиллюзорно боится, что любая его шутка в адрес Кагэнуи будет встречена прагматичным цуккоми-ответом с применением физического насилия.… Так что вынужден признать, что у онлайн-встреч есть свои преимущества.

— Скажу начистоту. Я бы хотела, чтобы мне позволили увидеться с моей заклятой подругой. Я готова оказать тебе любую помощь, какую пожелаешь, но для начала не могла бы ты отойти в сторону и дать мне поговорить с Дэс?

Ух, её просьба прозвучала неожиданно и очень прямолинейно.

Тон её голоса оставался таким же высокомерным, как и всегда, что, впрочем, неудивительно, учитывая, что она — бывшая королева странностей. Однако Синобу никогда прежде не склоняла голову перед Осино, даже когда ей отрубили все конечности… Неужели она выросла не только внешне, но и внутренне?

Или же причина в том, что её заклятая подруга была её заклятой подругой?

— Я и не собиралась тебе мешать. В конце концов, я потому и позвала вас двоих. Но тебе придётся соблюдать правила. Есть некоторые меры предосторожности — в конце концов, ты же не хочешь быть ответственной за смерть своей любимой Дэс на больничной койке, не так ли, бывшая Хартандерблейд?

— …Хорошо.

Несмотря на то, что её требование было мягко (как для Кагэнуи) отклонено, Синобу не стала закатывать истерику или топать ногами в расстройстве… Я бы сказал, что она готова пойти на компромисс.

Она предпочла разговор раздору.

Похоже, не будет преувеличением сказать, что Суицидмастер была для Синобу тем же, чем Ханэкава была для меня (хоть меня и заставили отказаться от этого заявления).

Если так, она даже могла бы встать на колени.

Но я не хотел бы, чтобы она заходила так далеко.

— Ну так что? Какие меры предосторожности? Между прочим, и я, и мой господин готовы умереть от вампирского вируса, если понадобится.

— Эй, погоди, Синобу, я бы не сказал, что уже решил умереть…

—Не только сейчас, но вообще — принимая судьбоносные решения, люди почти всегда выбирают между жизнью и смертью. Но нередко бывает и так, что выживаешь, но мучаешься до конца своих дней.

Кагэнуи ответила, проигнорировав мою нерешительность. Она пыталась донести до нас, что и Суицидмастер, и другие вампиры, борющиеся с болезнью, рискуют закончить именно так.

— Но это я так, абстрактно. Пожилые люди могут быть подвержены большему риску заразиться новым коронавирусом, чем молодые, но отчасти это связано с тем, современная медицина позволила обществу состариться, не так ли? Даже не будучи бессмертной странностью, в наши дни кто угодно способен дожить до ста лет, как Ёцуги. Есть какая-то ирония в том, что развитие системы здравоохранения создало нагрузку на эту самую системы здравоохранения, хм?

«Как те же вампиры, прибегающие к самоубийству из-за слишком долгой жизни», — насмешливо добавила Кагэнуи, но не в адрес Синобу, а в адрес всех вампиров в целом. С другой стороны, существует баланс, вернее, дисбаланс, вызванный снижением рождаемости.

Нет такого вируса или, возможно, нет такой красоты, которая могла бы украсть нерождённую жизнь — вот что приходило мне на ум, когда я вспоминал ту бесплодную страну.

— Говоря об иронии, что может быть более ироничным, чем то, что ты, сделавшей смыслом своего существования уничтожение бессмертных странностей, теперь руководишь карантинным изолятором для оных? Поистине пронзающая ирония.

Казалось, Синобу не могла оставаться невозмутимой, когда речь зашла о недуге, которым страдают все вампиры, об их суицидальных порывах, и естественно она не могла не ответить — погодите, недуг, которым страдают все вампиры?

Синобу же приехала в Японию, чтобы умереть…

— Твоя правда. Даже такой свободолюбивый человек, как я, не может заниматься только тем, что мне хочется. Что уж говорить, в такие времена я должна быть благодарна, что у меня вообще есть работа. Не время сейчас быть разборчивой в работе или методах.

Под методами она имела в виду то, как она пригласила нас, дилетантов, в Европу? Похоже, она осознавала, что это не совсем корректный метод работы — или же она следует такому простому принципу, как «пьёшь яд — пей до дна»[✱]По сути, это аналог русской пословицы «сгорел сарай — гори и хата», т.е. «Если всё и так хуже некуда, можно отбросить правила и логику, всё равно хуже не будет»..

Яд…

— …Кагэнуи-сан, а как давно вы занимаетесь этой работой? Вы сказали, что уже были в Европе в тот момент, когда был закрыт въезд и выезд из Японии, но, если более конкретно… Был ли к тому моменту новый коронавирус обнаружен в Японии?

Возможно, мой вопрос был не очень-то содержательным, но мне было любопытно. Поскольку Синобу решила занять более скромную позицию, ссориться смысла не было, так что я хотел бы прочесть настроение и вклиниться в их разговор, но также было бы неплохо понять, когда именно началось это явление.

Время появления болезни, а точнее, её вспышки.

В какой момент времени Суицидмастер была госпитализирована в этот Замок Трупов?

— Меня вызвали сюда ещё до пандемии. Однако… Суицидмастер оказалась в таком состоянии ещё раньше.

Казалось, она поняла, что скрывается за моим вопросом, но Кагэнуи ответила всё тем же — однако, ещё раньше?

— Судя по всему, её здоровье уже давно не в порядке. Бывшая Хартандерблейд. Ты знала об этом?

— …Хотя она никогда не говорила об этом напрямую.

Синобу нехотя дала утвердительный ответ.

Было приятно видеть её честной, но… Что?

— Ты хочешь сказать, что, когда она приехала в Японию в апреле прошлого года, Суицидмастер уже была в плохой форме?

— Я же говорю, она ничего мне об этом не говорила. Мы вообще не обсуждали вопрос её здоровья. Я и ранее знала о её анорексии. И всё же, будучи её прямой наследницей, я не могла не видеть, что она ослабла. Кагэнуи тоже видела это.

И вот, следуя своей не поддающейся определению интуиции «просто так», она убедила себя в том, что это путешествие должно состояться. И хотя заражение и прочие факторы превзошли все её ожидания, было достаточно предвестий, что с её заклятой подругой что-то случилось.

— Значит, к тому моменту Суицидмастер уже была заражена вампирским вирусом…

— …Нет, не думаю. Определённо нет. Будь оно так, инфекция бы захватила куда более обширные территории — включая Японию. Но к тому времени, как меня вызвали с Северного полюса, стало известно, что у Суицидмастер в её шестилетней форме уже появились симптомы.

В таком случае, трудно вообще сказать, когда она заразилась…

Если попытаться провести аналогию с коронавирусом, то получается, что и без того ослабленная из-за неправильного питания Суицидмастер оказалась более лёгкой мишенью для вируса, нежели другие вампиры? При этом момент, когда она подхватила вирус, и момент, когда она начала заражать других, также могут не совпадать…

В апреле прошлого года я решил, что будет бестактно подслушивать разговор Синобу и Суицидмастер, поэтому решил этого не делать… Сам же я с Суицидмастер никаких откровенных разговоров не вёл.

Я чувствовал себя как друг друга.

Или, возможно, как родственник родственника.

Важно то, что я совершенно ничего о ней не знал.

— Но я могу сказать следующее. В то время Суицидмастер знала, что её смерть неминуема, и посетила Японию, чтобы в последний раз увидеть лицо своей заклятой подруги, бывшей Хартандерблейд — сама она в этом не признается, и я готова поспорить, что тебе она тоже этого не говорила, но это факт.

— …

Это заявление не особо удивило Синобу — вероятно, она действительно не слышала от Суицидмастер ничего подобного, но, скорее всего, догадывалась об этом ещё год назад.

Время смерти.

Если в этом эпизоде Синобу пришла увидеть момент смерти своей заклятой подруги, то в прошлом эпизоде Суицидмастер пришла увидеть свою заклятую подругу перед своей смертью.

Чтобы не осталось никаких сожалений.

— Итак, если она уже была заражена в апреле прошлого года, то даже без каких-либо ограничений на поездки или тщательного наблюдения Суицидмастер не отправилась бы в путешествие. Покуда существует риск передачи инфекции бывшей Хартандерблейд — если она, конечно, знала об этом, но вы же двое пока ещё живы, верно?

Это было немыслимое в своей возмутительности клиническое испытание, или экспертиза, но, в общем и целом, это правда — хотя, учитывая, как нагло мы прибыли прямо в эпицентр пандемии, возможно, ситуация уже успела поменяться.

— Я слышал, что смертность составляет сто процентов, но какие именно симптомы проявляются после заражения вампирским вирусом? Очевидно, это не превращение в пепел…

— Ты начинаешь постепенно слабеть и спустя время теряешь способность пить кровь или воду, в результате чего оказываешься на грани смерти от обезвоживания, сморщившись, как выжатая тряпка.

Обезвоживание было также симптомом нового коронавируса, но поскольку это заболевание было респираторном, так далеко оно не заходило — пока что связи между двумя болезнями не было, но подождите. Что произойдёт с тем, кто заразится двумя болезнями одновременно?

Он не сможет ни дышать, ни пить?

Мы решили усилить наш вампиризм впервые за год, основываясь на суждении, что сможем таким образом избежать заражения обеими болезнями, но не могло ли это, наоборот, повысить наши шансы заразиться? Словно мы погнались за двумя зайцами, но не просто не поймали ни одного, но ещё и оказались укушенными обоими.

— Было бы идеально, если бы оказалось, что эти вирусы конфликтуют друг с другом и заражение одним делает невозможным заражение другим…

— Господин мой, не похоже, чтобы ты хоть раз в жизни достигал идеала. Кагэнуи, ты хочешь сказать, что труп вампира не исчезнет, но и не сохранит свою изначальную форму, верно?

— Именно. Зрелище не из приятных. Думаю, это звучит странно, применительно к вампирам, но от них остаются лишь тени их прежних сущностей. Если тебе интересно можешь заглянуть в любой из приглянувшихся гробов.

Приглянувшихся гробов…

К тому же, выжатая тряпка… Как человек, имеющий опыт выжимания, это сравнение было близко моему сердцу.

— Тогда я бы хотела подтвердить это состояние, похожее на выжатую тряпку, не у трупов, а у самой Дэс, — сказала Синобу, не теряя из виду свою первоначальную цель. — А Дэс случаем не знает, что я здесь?

— Я сказала ей об это, но она практически в коме, так что не могу сказать, дошли ли до неё мои слова… Бывшая Хартандерблейд, если ты думаешь, что переливание крови поможет ей поправиться, то извини. Как я уже сказала, она не способна принимать никакие жидкости, не только кровь. Даже если попытаться напоить её из чашки или из капельницы, она всё равно отторгнет любую жидкость.

— …Значит ли это, что есть она тоже не может?

— В точку. Хотя, на поверку, она не потеряла ни вкуса, ни обоняния — когда мы попытались дать ей томатный сок, она почувствовала его вкус. Но она не смогла его проглотить.

Почему она использовала томатный сок в качестве примера?

Потому что люди раньше считали его ядовитым?

— Что бы она ни пыталась пить, она всё выплёвывает обратно. Она не способна глотать, словно её иммунная система работает против жидкости, а не против вирусов.

Водобоязнь была симптомом бешенства, так что это в самом деле похоже на симптом вампиризма… Но даже если просто подумать, эта болезнь просто ужасала.

В целях информационного контроля от нас скрыли определённую информацию, но если бы я заранее услышал подробности, то, наверное, не решился бы ехать сюда.

— Подобно тому, как люди обнаруживают, что заразились коронавирусом, теряя чувство вкуса, вампиры узнают о заражении, когда теряют возможность пить кровь. Другими словами, бывшая Хартандерблейд, тот факт, что ты смогла принять тринадцатилетнюю форму, означает, что ты не заражена. И, следовательно, можешь наслаждаться кровью Арараги.

Опять же, эта информация была верна «три часа назад».

Хм… Кстати, если учесть, что Суицидмастер — вампир-гурман, разве она не отказалась от принятия какой-либо пищи после того, как испила роскошной крови Прекрасной принцессы? И в конце концов, в апреле прошлого года…

К тому моменту она уже была в плохом состоянии… Она уже чувствовала, что её смерть неминуема… Чёрт, мне казалось, что всё вот-вот встанет на свои места, но этого не произошло. Может быть, это всё из-за пресловутой смены часовых поясов?

— Это ад для вампира. Да что там, это ад для кого угодно. Сама мысль о смерти от голода или обезвоживания — но будь уверена. Я и не думала вылечить Дэс таким простым методом. И на этот раз я не стану предлагать ей испить крови из Кровавого Адского пруда.

Правдивость этих слов вызывала некоторые сомнения, поэтому Кагэнуи отмахнулась от Синобу, сказав: «Вот как», прежде чем продолжить.

— Что ж, вот и все меры предосторожности. Если ты настаиваешь на том, что хочешь навестить заклятую подругу, тогда вперёд, — она указала большим пальцем в сторону задней части библиотеки. — Согласно правилу, которое выработала наша коалиция, одновременно с ней может видеться только один человек, но для вас это не имеет смысла, верно? Вы можете пойти вдвоём.

Интересно, это правило было нужно для того, чтобы предотвратить излишнюю близость?

Судя по тому, как она говорила, было похоже, будто мы какие-то нарушители — причём она нарушала свои же правила так, будто это совершенно нормально. На самом деле, по сравнению с Кагэнуи, отправившейся в командировку, мы попали в Европу гораздо более иррациональным путём, и не было никаких причин проделывать этот в разрушенные страны, если бы нас всё равно не собирались никуда пускать. Однако я всё равно чувствовал некую нерешимость, связанную не с правилами посещения, а с кое-чем другим — это были мои личные сомнения насчёт того, имею ли я право вмешиваться в воссоединение двух вампиров, двух заклятых друзей?

Я чувствовал себя настолько лишним, что мне казалось, будто я заслуживаю наказания.

Разве не будет правильным поступить тактично и сделать шаг назад, оставив дело молодым? Или, скорее, тем, кому за шестьсот.

Синобу была привязана к моей тени, но сейчас, когда ей было тринадцать, она была способна находиться на некотором расстоянии от меня, подобно радиотелефону и его док-станции — и неважно, будет ли аналогия с радиотелефоном в эпоху Рэйва понятна хоть кому-либо. И пока подобные мысли роились в моей голове…

— Господин мой. Нет нужды в этих глупых заботах.

Меня опять осекла тринадцатилетняя девочка.

Даже здесь.

Моя жизнь только и состояла что из упрёков со стороны девочек.

— Будет даже проще, если ты пойдёшь вместе со мной. Если это последняя наша встреча, то я хотела бы официально представить Дэс моего господина.

В прошлый раз мы действительно не стали вносить ясность. Я просто плыл по течению. Да и Синобу хотелось немного покрасоваться.

— Хорошо. Я останусь с тобой. Поскольку наше с ней общение было исключительно обрывочным, я бы тоже хотел официально представиться. Твоей заклятой подруге.

— Только постарайся избегать странных формулировок вроде «златовласая лоли-рабыня» или «гарем Арараги».

Она как следует осадила меня, словно вбивая кол в моё сердце.

К тому же, «гарем Арараги» придумал не я.

— И развяжи свои хвостики.

— Я их и не завязывала. Пока что.

— Если сможешь поговорить с ней в таком состоянии, то я буду рада, если ты сможешь вытянуть из неё как можно больше информации. Мы с ней не то чтобы чужие друг другу, но я, по сути, её враг, так что, очевидно, она не станет раскрывать мне свою душу.

Получается, это было что-то вроде процедуры отслеживания контактов, верно? Нам было поручено сложное, и при этом важное задание. Возможно, будь я студентом-медиком, всё было бы иначе, но учитывая заразную природу вампирского вируса и состоянии Суицидмастер, отдыхавшей в тронном зале, мы не могли вести особенно продолжительную беседу.

— Сложнее всего будет заставить её поделиться своими мыслями — в конце концов, Дэс из того же рода, что и я, так что тщеславия ей не занимать. Неважно, будь то шестьсот лет назад или год назад, она никогда не показывала никаких признаков слабости или уязвимости.

Понятно.

Именно этого я и ожидал от твоей подруги.