023

— Ох, как жаль, что Камбару так срочно вызвали с практики. Она ведь даже ещё не дипломированный врач. Неужели срочный пациент?

Вот он, настоящий медовый месяц.

Камбару действительно так сказала, и это было правдой, но теперь внутри минивэна, где мы остались вдвоём, царила непривычная пустота — особенно пустым выглядело детское кресло на заднем сиденье.

Прямо как обычная семейная пара с ребёнком.

Но возникает вопрос: «А где, собственно, ваш ребёнок?» Вроде обычная ситуация, но не заподозрят ли нас в чём-то, и не остановит ли полиция?

В таком случае мне придётся предъявить своё полицейское удостоверение, которое, конечно, не является моим секретным оружием… Но я надеюсь, что смогу избежать проблем.

— Ну, что поделать. У неё свои обстоятельства.

«Свои обстоятельства» были скорее у меня, но Камбару велела мне молчать… Как бы то ни было, по её мнению, не стоит нагружать Хитаги лишними переживаниями. Это правильно, но неужели это так трудно — не иметь секретов от своего партнёра?

Я уже объяснил, что Синобу ведёт ночной образ жизни, поэтому на этот счёт вопросов больше не было. Но когда наступит ночь, придётся как-то объяснить, почему девочка не выходит из тени. Что сказать-то?

— Ну что, поехали штурмовать Ирохадзаку?

— Может, скажешь «подниматься», а не «штурмовать»? Дождь только усиливается… Серьёзно, может, включить радио с оповещением о селях?

— Я только что проверяла, всё в порядке. Без паники. Дальше мы пропускаем лодки-лебеди на Тюдзэндзи и едем прямиком в Тюгудзи, святилище Футарасан, так?

— Нет, знаешь, кажется, его тоже можно пропустить. В Тосёгу было неожиданно людно, да и время поджимает.

— Вот как? А разве Синобу не хотела посмотреть Нэнэкиримару?

— А, ну да, хотела, но, я так понимаю, передумала. В конце концов, у неё же есть свой огромный меч.

— ? Хм-м.

— Она из тех, кто сначала что-то предлагает, а потом в последний момент теряет интерес.

— Да уж, проблемно.

Мы ещё даже не въехали на перевал, а разговор уже заставляет нервничать. Раньше за такую неуклюжую ложь у меня бы уже из глаза торчал механический карандаш.

Все, наверное, уже забыли, но и такое бывало.

— Значит, едем сразу на Сэндзёгахару, так?

— Да. Прямиком туда.

— Прямиком-то прямиком, но попетлять придётся.

Если бы это была та, колючая «Сэндзёхара Хитаги», она бы легко раскусила моё враньё, но двадцатичетырёхлетняя Арараги Хитаги, кажется, поверила и просто повернула на Ирохадзаку.

И это хорошо.

Я не в том смысле, что мне так удобней, просто не хочу, чтобы она возвращалась в то состояние, когда была всегда на взводе.

Но если честно, что бы она сделала, узнав, что Синобу пропала? Если вспомнить тот раз, когда Синобу пропала накануне школьного фестиваля, я задействовал все свои связи (а именно — трёх человек) и бросился на поиски. Хитаги в них участия не принимала.

Я попросил — она отказалась.

Тогда я был очень удивлён.

У неё были свои причины отказаться, но нынешняя Хитаги… прервала бы медовый месяц и отправилась на поиски вместе со мной?

Хорошо это или нет — честно, не знаю. Не хочу повторять плохую концовку весенних каникул, но есть же мнение, что супруги должны делить и несчастья, и трудности.

У нас была свадьба в японском стиле, так что такой клятвы мы не давали, но вот «в болезни и здравии» — это было, да.

Даже если бы она не была странностью, даже если бы не питалась людьми, — предложить любимому человеку вместе растить дочь, которая периодически сбегает из дома, — это вообще нормально…? Хотя, наверное, именно так и бывает, когда берёшь приёмного ребёнка.

…С другой стороны, Синобу уже не та, что раньше. Она больше не существо на полпути между человеком и вампиром — тот её «поиск себя» был до того, как её запечатали в моей тени.

Моя тень стала для неё чем-то вроде гроба.

Прошлый побег и нынешний — разные. Я сгоряча сказал «опять», но это не «опять». Пусть Ханэкава со мной не согласится, но Синобу сбежала не для того, чтобы привлечь внимание, как делал тот кот.

Хотя, это же голос внутренней Ханэкавы, так что, по сути, мой собственный голос… Как бы то ни было, если она ушла из тени молча, по своей воле, — могу с уверенностью сказать, что она сделала это не для того, чтобы меня позлить.

Скорее, она это сделала ради меня.

Вполне возможно, она тактично удалилась, чтобы мы с женой пережили «настоящий медовый месяц» — и даже предусмотрела, что Камбару отправится на поиски в одиночку. Хотя сложно поверить, что она просчитала так далеко. Но у этих двоих тоже свои счёты — чуть не поубивали друг друга когда-то. Можно сказать, они понимают друг друга, как два бывших хулигана после драки.

А может, они сговорились и разыграли нас? Нет, вряд ли. Ни та, ни другая не способны на такие сюрпризы — ни в хорошем, ни в плохом смысле.

Хотя, с другой стороны, они действительно умеют общаться без слов. Может, это просто моя надежда, но если так и есть, то я должен был бы разозлиться на такое вмешательство.

Медовый месяц вдвоём.

Ночь на Сэндзёгахаре вместе с Хитаги.

В самую важную ночь в моей жизни я хотел, чтобы ты была рядом. Уверен, Хитаги чувствовала то же самое по отношению к Камбару.

Неважно, что у нас разные фамилии.

Неважно, что мы разных видов.

Неважно, что у нас разный рацион.

Но это и значит быть семьёй.

— Ну всё, въезжаем на Ирохадзаку. У-ху-ху, смотри, смотри! На навигатор смотри. Написано «следуйте прямо», а сама дорога извивается, как змея. Удивительно, как она ещё в клубок не свернулась.

— Похоже, для тебя самым интересным во всей поездке является не Сэндзёгахара, а эта дорога. Э? Ничего себе… Это точно не баг? Минивэн точно сможет заехать на такой холм?

— Положись на меня. Я с этим справлюсь в два счёта.

— Прекращай!