Bakemonogatari Anime Complete Guidebook

Буфет Хитаги

Увидеться с Сэндзёгахарой в школе, как правило, у меня не составляет труда, но по воскресеньям встретиться с ней получается не часто. На удивление, мы встретились именно в этот день.

Если быть точным, она получила от своего отца бесплатный купон на посещение буфета с пирожными, срок действия которого истекал в это воскресенье, так что ей внезапно захотелось им воспользоваться. Это кафе-кондитерская, которая была слишком дорогой для простых людей, и для поддержания собственного имиджа здесь обычно не устраивают таких пиратских мероприятий, как шведский стол, но сегодня, по-видимому, у них был юбилей.[✱]Стоит отметить, что слово «buffet» в английском языке имеет помимо прочих смысл «фуршет» или «шведский стол», что и подразумевается в этом рассказе. В дальнейшем слово «buffet» будет переводится как «шведский стол», а не «буфет».

Кстати говоря о беспрепятственном поедании пирожных, стоя перед прилавком, полным пончиков, я не могу гарантировать, что Синобу не появится внезапно из моей тени. Конечно, она никогда раньше не показывалась при Сэндзёгахаре, да и кроме пончиков из «Мистер Донат» её никогда ничего не интересовало (человеческую пищу она, как правило, не ест), так что я мог немного расслабиться.

Если меня что и напрягало, то это дизайн кафе. Парням, похоже, требовалось определённое мужество, чтобы зайти сюда. Это раздражало настолько, что я сидел в напряжении, но с этим нужно было смириться.

Издёвки Сэндзёгахары меня больше не задевали, а местные тортики были дорогими и разнообразными. К тому же они были самыми вкусными из всех, что я когда-либо пробовал, так что всё остальное мне было безразлично.

Ммм, вкуснятина.

Даже важные вещи меркли на фоне этих лакомств. Поистине, люди — всего лишь животные, находящиеся под властью еды. Я как никогда остро осознал эту истину.

Нет, это справедливо и для вампиров.

— Сэндзёгахара, ты что, набрала вес? — сказал я.

Я расслабился и нечаянно обронил эти слова.

И хоть в последнее время я не смотрел никаких комедийных шоу, в моей голове отчётливо всплыла та самая сцена, ибо в следующее мгновение в моё лицо полетел кусок красивого торта.

Я не знаю, то ли из-за нежелания доставлять неудобства другим посетителям, то ли так и было задумано, но этот кусочек был гораздо меньше, чем я предполагал. Можно даже сказать, что он был миниатюрным, так что, к счастью, ни моё лицо, ни одежда не пострадали. Он попал прямиком мне в рот.

Чрезвычайно прямолинейный способ приёма пищи.

— Ха? Ты сказал что-то, чего не следовало говорить? Арараги-кун.

Глаза Сэндзёгахары широко раскрылись. Её невозмутимый взгляд невероятно пугал.

— Девушки не толстеют.

— Оу… Вот как?

— Именно. Девушки только растут.

Сэндзёгахара взяла в руки вилку и начала чрезмерно жадно поедать кусочки торта один за другим.

— Это не набор веса, а всего лишь рост.

— …

Какое удивительное толкование!

— Если я продолжу есть в таком количестве, как сейчас, то скоро меня станет двое.

— Это страшно во всех смыслах.

Само объяснение уже пугает, а две тебя пугают вдвойне.

— Послушай, ты же раньше была слишком худой, так что если ты сейчас немного прибавишь в весе, то твой лишний жирок будет хорошо заметен.

— Прекращай говорить что-либо про мой жирок.

Сэндзёгахара застыла с вилкой в руках. Предо мной, её парнем.

…Стоит заметить, что если бы это была Сэндзёгахара из недавнего прошлого, то вместо торта она бы безжалостно запустила в меня вилкой. Судя по всему, она стала намного спокойней.

Хотя терпимости у неё всё ещё недостаток. Как и следовало ожидать.

— Прежде всего, Арараги-кун, обсуждать с девушкой её вес — верх бестактности.

— Мм.

А ведь она права.

Однако Сэндзёгахара с таким удовольствием поедала сладости, не глядя ни на меня, ни на чай, что я не удержался и подколол её.

Я хотел, чтобы на её железном лице, вернее на её железной маске, появилась хоть маленькая трещина.[✱]Коёми оговорился не случайно, потому что выражение «железное лицо», «тэцумэмпи» (鉄面皮) имеет смысл «бесстыдство» или «наглость».

В общем, я просто решил позабавиться.

— Я не хотела этого говорить, но в последнее время я и правда немного набрала в весе.

— Хмм. Так значит я был прав.

Я думал, что мне показалось.

— Да. Около пяти килограммов, если быть точной.

— Так много?!

Пять килограммов!

Это же сопоставимо со всем её весом, когда она была одержима крабом!

В некотором смысле её действительно стало больше на одного человека.

— А что не так? Про это даже есть популярная передача, выходящая в последнее время.

— Всё не так! Выходящая наружу плоть — это же просто ужасно!

— Ой помолчи, а то выходящими наружу будут твои внутренности.[✱]Весьма сложный для понимания момент. Я понял его так. Сэндзёгахара сказала, что в наборе веса для худого человека нет ничего страшного и привела в пример некую передачу (предположу, что это реалити-шоу, в котором людей лечили от дистрофии). У Коёми же в свою очередь разыгралась фантазия и он представил себе стрёмное зрелище, как из одной Сэндзёгахары неведомым образом выходит другая Сэндзёгахара.

Выходящие наружу внутренности.

Ненавижу подобные 3D-эффекты.

На самом деле я не могу сказать, что она располнела… Но набрала она действительно много.

— Может в самом деле будет лучше, если ты вернёшься в легкоатлетическую команду? Таким образом ты сможешь поддерживать себя в форме.

— Ага.

Сэндзёгахара ненавидела всё, что связывало её с прошлым, особенно со средней школой, но на этот раз она не стала спорить, будто глубоко задумалась о чём-то.

— Позволь мне кое-что тебе объяснить, — сказала Сэндзёгахара, отправляя в рот очередной кусочек торта. — Возможность есть то, что тебе нравится, а также наедаться до отвала… До недавнего времени для меня это было невообразимо. Именно поэтому я так счастлива.

— А?

— Сам подумай. Тогда из-за краба у меня почти не было веса. Таким образом, так же как я была вынуждена ограничивать вес своей одежды, я должна была и ограничивать потребление пищи.

«Слишком много съешь — станет слишком тяжело».

Сказала Сэндзёгахара.

— А-а…

Я кивнул.

Теперь понятно.

Вот из-за чего она была такой худой.

Но в конечном итоге Сэндзёгахара считается высокой среди девушек (она даже выше меня). Так что, несмотря на то, что она набрала пять килограммов, на самом деле, она всё ещё далека от нормального веса.

— Возможность есть то, что тебе нравится, до тех пор, пока не объешься — это замечательно. В этот момент познаешь истинное чувство такой любви, — Сэндзёгахара повторяла это неоднократно. — Когда я что-то люблю, у меня появляется слабое чувство того, что я спасена. Да, я тоже человек и могу допускать ошибки. Но, по крайней мере, когда я вижу нечто прекрасное, я могу осознать, насколько оно прекрасно, и за это я могу себя немного простить.

— Простить себя…

Чувствовать себя спасённым.

Нет, я могу понять её точку зрения.

Даже не просто понимаю… Лучше сказать, что я тоже испытывал подобные чувства.

Возможно, всё даже наоборот.

Только полюбив что-либо, ты можешь почувствовать себя спасённым или прощённым. Только у таких людей, как я и Сэндзёгахара, может возникнуть подобное чувство.

— Я люблю такую себя, которая что-либо любит. Можно даже сказать, что я влюблена во влюблённую девушку. И пусть эта фраза в некоторой степени противоречива, но разве здесь есть что-то неправильное?

«Это тебе говорит человек, который никогда не ненавидел себя», — сказала она.

— Всё это может и так… Но это всё ещё не может служить оправданием для переедания сладкого. Всему же есть предел.

— Именно так.

Сэндзёгахара кивнула, но руки её не остановились.

В конце концов, финансовое положение семьи Сэндзёгахары всё ещё было шатким, так что, возможно, у неё редко выпадала возможность съесть столько за раз.

И пускай вы назовёте меня сумасшедшим, но я действительно считаю, что девушки в теле симпатичнее. Я бы даже сказал, что хочу, чтобы она набрала ещё пару килограммов.

— И что же, считаешь мне стоит начать ходить на пробежку вместе с Камбару?

— Забудь. Её дието-дзюцу[✱]«Дзюцу» (術) — умение, техника, мастерство. не применимо к обычным людям.

— Кстати говоря, я тут подметила, что Арараги-кун действительно много ест. Предупреждаю тебя заранее, Арараги-кун, если твой индекс массы тела превысит 20, я безжалостно порву с тобой.[✱]Индекс массы тела (ИМТ) — это показатель, равный массе человека в килограммах, разделённой на квадрат роста в метрах. Учитывая, что рост Коёми около 1,65 м, Хитаги потребовала от него, чтобы он весил не более 55 килограммов.

— Как-то уж слишком жёстко.

Двадцать. Это даже строже, чем при риске метаболического синдрома.[✱]Метаболический синдром — увеличение объёмов висцерального жира (т.е. в области живота) с сопутствующей резистивностью к инсулину, артериальной гипертензией и другими негативными последствиями. Группой повышенного риска приобрести этот синдром считаются среди прочих люди с ИМТ больше 25.

— Хм, но для меня это не должно стать проблемой.

— Ты выглядишь очень уверенным. Почему?

— Просто я тут недавно обнаружил то, что можно считать одним из немногих физиологических преимуществ вампиров. Особенность тела вампиров заключается в том, что оно стремится всегда поддерживать здоровую форму. Так что даже если мой вес превысит определённое значение, то естественным образом вернётся в норму. Другими словами, я не потолстею.

Дзынь.

Вилка Сэндзёгахары упала на пол.

Её лицо застыло в шоке. Кстати говоря, такого выражения лица я у неё никогда не видел.

Вся её невозмутимость рухнула в один момент.

— Нет-нет, это всего лишь побочный эффект. Таким поджарым как Камбару я всё равно не стану. И я всё ещё могу слегка располнеть. Так что я даже немного ей завидую… Э-э, Сэндзёгахара-сан?

— Зависть…

На меня очень сурово посмотрели.

— Это нечестная тактика, и я никогда её не приму… У тебя такое тело, а ты смотришь на меня своим снисходительным взглядом и порицаешь мой лишний вес.

— Нет, нет, я не порицаю тебя.

— Хорошо, вот увидишь. Арараги-кун, который полагается на странности, я позволю тебе увидеть, на что способны человеческие существа. Всё то, что набрала, я потеряю в одно мгновение. Я объявляю это здесь и сейчас. Сэндзёгахара приводит в действие план по сбросу веса.

— План по сбросу веса…

Разве это не диетой называется? Слишком громкое заявление.

— Ах. Я начну свою битву, как только закончу есть.

С этими словами Сэндзёгахара начала кусок за куском поедать торт голыми руками (поскольку её вилка лежала на полу). После чего она с пугающей быстротой принялась уплетать торт уже с моей тарелки.

Поначалу я даже беспокоился, что она собирается съесть всё сладкое в этом заведении, но видя, как бесстрастно она наслаждается ощущением любви к чему-то, я решил её не одёргивать.

Пока Сэндзёгахара счастлива, даже если мне не достанется торта, я всё равно буду счастлив.

Я считаю, что сегодняшний день был лучшим.

…Кстати, напоследок скажу, что после этого случая Сэндзёгахара действительно начала тренироваться вместе с Камбару и, словно шутя, за короткое время успешно похудела.

Да уж, нельзя недооценивать её упорство.

Комната Маёй

В то воскресенье я сидел в своей комнате, зайдя в полнейший тупик.

— Это плохо. Что же мне делать? Так всё обернулось... Э-эх. Не могу прийти в себя. Я думал, что я дурак, дурачина, но подумать, что я такой идиот... Даже до конца довести не могу, — бормотал я едва ли не в бреду слова раскаяния.

Я поднял голову и взглянул на кровать.

Что мне подумалось от увиденного, так это, конечно, «было бы отлично, будь это галлюцинацией».

Точно, наверное, это просто сон.

Подобное в реальности не случается.

— Покорнораги-сан, — сказало видение.

Галлюцинация сидела на моей кровати и говорила мне:

— Сколько бы ты ни молил о спасении, я не исчезну, и ты не проснёшься, Покорнораги-сан.

Видение.

Точнее, Хачикудзи Маёй говорила.

— Нет, конечно, сейчас более подходящего мне имени нет, и ничего не остаётся, кроме как покориться этому прекрасному примеру, где имя и естество часто совпадают, но Хачикудзи, меня зовут Арараги.

— Прости, оговорилась.

— Нет, это специально...

— Огоровилась.

— Нарочно же?..

— Утомилась.

— Ну, после стольких-то оговорок...

У меня даже не было настроения на наш обычный диалог.

Ну, оно понятно.

В любом случае сейчас моя жизнь в кризисе невиданного масштаба, не сравнимого с весенними каникулами и Золотой неделей.

Хочется просто сидеть, уткнувшись лицом в колени.

Хачикудзи в моей комнате.

Пятиклассница в моей комнате.

Ну и дела.

Чтобы объяснить сложившуюся ситуацию, придётся повернуть часы вспять — ненамного, лишь на час (это действительно немного).

Я взял перерыв от подготовки к экзаменам и выскочил покататься на велосипеде. По пути я заметил фигуру с рюкзаком и двумя хвостиками, пятиклассницу.

— О, это же Хачикудзи? Давненько не виделись.

Я могу вспомнить только до этой своей мысли.

То есть я был в сознании до этого момента.

Но мгновением позже, будто внезапно одержимый чем-то, я бросился к Хачикудзи, схватил её миниатюрное тельце, привязал к багажнику велика и в таком виде увёз к себе домой.

— Это же похищение, да?

Я стал преступником.

Не стоит упоминать, что это похищение несовершеннолетней.

Насколько я знаю, разве это не худшее преступление человечества?

— «Похищение» довольно лёгкое для оговорок слово, ага... Ахаха.

Мои мысли снова вернулись к уничижению меня.

Какая хрупкая у меня психика.

— Это не моя вина... Это потому что ты, Хачикудзи, слишком милая... Серьёзно, это я здесь жертва.

— Худшего оправдания не придумаешь, Арараги-сан.

Она стояла с рюкзаком на постели, и в её глазах так и читалось: «Я всегда подозревала, что ты совершишь нечто такое, и ты наконец пошёл на это преступление». Хачикудзи тяжело вздохнула.

— Ты как всегда невероятно нелеп, — проговорила она. — Подумать только, ты похитил меня, уличного духа, и притащил к себе домой. Более того ты впихнул меня в свою комнату! Ты вообще наплевал на все правила странностей. Ошино-сан был бы в шоке от тебя, но не я.

— Чего? Но ты же поднялась на два ранга с духа, который привязан к месту, на бродячего духа, разве теперь ты не можешь свободно ходишь где хочешь?

Я думал так и есть.

— Моя основа так не поменялась. Я не настолько свободна как люди. Просто сам принцип «Я не могу никуда попасть», который привязан к заблудшей корове, теперь ушёл. Я просто больше не потерявшийся ребёнок.

— Хм-м.

— Говорят, вампиры не могут сами войти в чужой дом, так ведь? Без приглашения хозяина, они даже дверь открыть не в состоянии. Что-то такое вот. В моём случае улицы — это мой дом.

— Хм-м... улицы, значит?

Прямо покровитель путников.

Я никогда об этом так не задумывался, но даже после того случая с заблудшей коровой мы с Хачикудзи встречались только на дорогах.

— Разговор спойлерный, хорошо, что это дополнительная история, да?

— Не говори так беззаветно. То есть не говори так беззаботно. Попробуй поставить себя на моё место, меня же арестуют из-за этой дополнительной истории!

— Да это нормально. Я просто так выразилась, но ты напал и похитил духа умершей больше десяти лет назад, так что это не преступление.

— В наши дни уже и не разберёшь, преступление это или нет...

Всё-таки все эти тенденции по защите персонажей, которые даже не существуют, набирают обороты день ото дня.

— Ну и что же тут не так? Давай просто забудем, как всё это произошло, и оставим остальное на удачу. К тому же я впервые в комнате у парня, так что можно просто назвать это комнатным свиданием.

— Комнатным свиданием?

Хм-м.

Ну ладно.

Бесполезно плакать над прокисшим молоком, так что я просто смирюсь.

Я действительно Покорнораги-сан.

— Сыграем в карты? В короля и нищего, например?

— О, можно. Я позову сестёр тогда.

— Правилом скорой помощи можно пользоваться?

— Ни разу о таком правиле не слыхал!

Вообще, Карэн и Цукихи, скорее всего, не смогут увидеть Хачикудзи (а если и увидят, как мне её им представить-то), так что думаю, в короля и нищего нам не сыграть.

Наверное, Хачикудзи уже поняла это.

— Какая же у тебя захламлённая комната, Арараги-сан. Вместо того, чтобы всё аккуратно сложить... как бы это назвать, думаю, «пещера дикаря» хорошо подойдёт.

— Не надо так грубо о моей комнате.

— Так где ты там прячешь порножурналы?

— Не говори то же самое, что и Камбару!

— Только не говори, что под кроватью... если тебя возбуждает, что я сижу над твоей порнушкой, то ты конченный извращенец!

— Я не настолько конченный!

Я исключительно нормален!

И вообще мои младшие сестры могут пролезть в мою комнату в любой момент, так что ни за что бы не стал прятать столь ценные книги в таком банальном месте.

— Хах. Тогда, где же они спрятаны?

Услышав этот вопрос, я довольно ухмыльнулся и горделиво выпятил грудь:

— Это несколько неожиданно, но я расскажу тебе, где они, Хачикудзи... Сейчас мои порножурналы в... комнате моих сестёр!

Она полностью сбила меня с нужного русла.

Хачикудзи, которая принимала все мои выходки с улыбкой (даже после похищения), теперь глядела на меня, как на истинного извращенца.

— Теперь понятно, почему даже Камбару-сан не смогла их найти... Эм, Арараги-сан, как бы это сказать... не приближайся больше ко мне, пожалуйста.

— Прекращай трястись от страха у меня на кровати.

Зрелище ужасное.

— Я слышала слухи о втором сезоне или о фильме, и если ты, Арараги-сан, не исправишься, то нечто ужасное, боюсь, воплотится в жизнь.

— Пф. Прости, но я не буду менять в себе то, что делает меня мной.

— То, что делает тебя тобой, в общем-то преступно... Ну, раз под кроватью ничего странного, то нормально.

— Нормально для чего?

— Лечь в постель.

Хачикудзи впервые на моей памяти сняла свой рюкзак (хотя, она уже снимала его в аниме), открыла его и начала выкладывать вещи.

— Прости, Арараги-сан, я хочу переодеться, отвернись, пожалуйста.

— Чего? Ты шутишь?

— Нет.

Она говорит так решительно.

Я неохотно подчинился.

Переодеться? Во что? Зачем?

Кстати, когда в мою комнату приходила Сэнгоку, произошла такая же ситуация. Я думал, Хачикудзи там в одних лишь трусиках, и не мог сдержать волнения, сердце колотилось со скоростью мотора, но время шло, а заветного «я всё» не звучало.

Чувствуя себя дедом из «журавлиной благодарности», сказки где спасённый журавль пытается отблагодарить спасителя, я обернулся, не в состоянии больше ждать.

Хачикудзи распустила хвостики, переоделась в пижаму и тихо уснула.

Без рюкзака и хвостиков Хачикудзи...

...совсем не похожа на улитку.

Очень милая девочка, соответствующая своему возрасту.

— А, точно, она же шла к маме домой... потому и положила пижаму в рюкзак.

И она... прошла весь путь.

Десять лет.

И даже теперь она всё время идёт.

Она определённо устала.

— Ладно, отдохни немного. Сладких снов.

Я дам тебе поспать, когда только захочешь.

Лицо спящей Хачикудзи сияло счастьем и умиротворённостью.

Это выражение лица наполняет радостью и меня.

Думаю, сегодня лучший день в моей жизни.

Кстати, позже это преступление раскрыла Ханэкава и жестоко меня наказала.

Чувствую, я могу спать так вечно.

Площадка Суруги

Когда, наконец, настал день уладить все дела с Камбару, он выпал на воскресенье. Ну, поскольку места у меня немного, я не буду вдаваться в подробности, но если кратко, то недавно эта девушка стала совершенно невыносима. И ладно бы я, но заволновалась даже Сэндзёгахара, поэтому я сделал вывод, что ситуация приняла серьёзный оборот. Мне бы следовало отругать её на правах сэмпая, пока не стало слишком поздно.

Мне нужно проявить всё своё достоинство сэмпая, иначе я подам дурной пример.

И тогда мы устроили дуэль.

Я написал Камбару письмо с вызовом.

Я реально его написал.

Написал кистью.

В такие моменты, как этот, очень важно создать нужную атмосферу, поэтому я даже пошёл в магазин для хобби и закупился всем необходимым. Впервые за долгое время я растёр тушь на тушечнице.[✱]«Тушечница», или «чернильный камень» (судзури, 硯) — инструмент, используемый в традиционной восточной каллиграфии для смешивания сухой туши с водой. Представляет собой овальный камень с плоским верхом и небольшими бортами. Правда в итоге я так не смог написать все иероглифы настолько хорошо, насколько планировал, да и заняло это у меня почти всю субботу, но можно сказать, что результатом я был удовлетворён.

Местом нашего поединка был назначен спортивный центр на окраине города, а видом соревнования — баскетбол, то есть специализация Камбару.

Нет, это даже не специализация, ведь она играет на национальном уровне, так что лучше сказать, что это её цитадель. Хе-хе, хотите сказать, что у меня были бы шансы, брось я ей вызов на дуэль по математике?

Что ж.

Я одолею Камбару один на один!

— Хах, Арараги-сэмпай, вы выглядите чрезвычайно спортивно.

Меня, пришедшего в назначенное место в приподнятом настроении, встретила Камбару-сан, одетая в кружевную блузку, пышную юбку и туфли на каблуках, с волосами, собранными розовой лентой. И хотя я не знаю, можно ли её назвать готической лолитой, но она была очень на неё похожа, будучи одета в таком чрезмерно вычурном стиле.

И всё это совершенно не сочеталось с её забинтованной рукой.

— …

Несомненно, она контрастировала со мной, одетым в баскетбольные кроссовки, которые выбрала для меня Карэн, шорты, майку и даже полотенце, обёрнутое вокруг головы. Однако, стоя рядом друг с другом, в конечном итоге, мы выглядели как два косплеера.

Нет-нет-нет-нет.

Был бы я тут один, мой вид не вызывал бы вопросов.

— Э-э… Камбару-сан. Может это глупый вопрос, а может даже абсурдный, но к чему такая необычная внешность?

Такой была моя необдуманная и неуклюжая реакция.

— Разве ты из тех девушек, которые носят юбки и всё такое?

— Я же всегда хожу в юбке, разве нет? Это же часть нашей школьной формы.

— Так-то оно так, но…

— Ну, я действительно в кои-то веки решила со знанием дела подойти к вопросу следования моде. Это же моё второе свидание с Арараги-сэмпаем, в конце концов.

— …

Походу письмо с вызовом не смогло передать его намерения.

Эта девушка была из тех, кто не только не слушает, что ей говорят, но и не читает, что ей пишут.

При том, что моя вчерашняя битва с чернилами была на уровне игры в бадминтон с моими сёстрами.

Надо было просто написать ей сообщение на телефон.

— Да уж, в этом весь мой Арараги-сэмпай. Если прокомментировать то, насколько вам идёт одежда без рукавов, то я бы сказала, что не идёт вовсе. Однако есть такая пословица: «нельзя тряхнуть рукавом, которого нет», — но Арараги-сэмпай может трясти даже отсутствующими рукавами.[✱]無い袖は振れない (най содэ ва фурэнай, «нельзя тряхнуть рукавом, которого нет») — японская пословица, которая берёт своё начало в те времена, когда кошелёк носили в рукаве кимоно, поскольку карманов не было. Поэтому пословица означает примерно: «нельзя воспользоваться тем, чего у вас нет». То есть Камбару имела в виду: «Вам не идёт, но тем не менее смотритесь вы круто».

— И это должно было прозвучать как комплимент? И что-то я не припомню, когда я это стал твоей собственностью!

— Я хотела сказать «мною уважаемый Арараги-сэмпай», просто сократила.

— Не надо таких сокращений!

— Я правда похвалила ваше чувство стиля, Арараги-сэмпай, но сделала это не из-за своей честности. Наоборот, я смогла сказать это лишь из-за уверенности в том, что вы не поймёте меня неправильно, словно я подлизываюсь или пытаюсь польстить, ведь в самом деле нет в мире другого такого человека. Человека, который так бы круто смотрелся с полотенцем, обёрнутым вокруг головы.

— Погоди, то есть на самом деле ты не хвалила меня, так получается?!

— Ну, чтобы проделать в таком виде весь путь от вашего дома, требуется немалое мужество, так что я всё же вами восхищаюсь, — сказала Камбару, улыбаясь.

По её мнению это действительно могла быть похвала, но звучала она скорее как порицание.

— Итак, какое же сегодня число? То есть, какое же у нас будет свидание, Арараги-сэмпай?[✱]И слово «дата», и слово «свидание» по-английски можно произнести как «date». А так как в японском можно встретить оба этих слова в качестве заимствований, и звучат они тоже одинаково (デート, dēto), игра слов тоже сохраняется.

— Пожалуйста, читай хотя бы первую строчку письма, прежде чем приходить. Неужели ты думала, что мы будем заниматься чем-то, кроме баскетбола, в этом спортивном центре?

— Ну, что есть много других вещей, которыми мы могли бы здесь заняться… Впрочем, я понимаю.

Камбару кивнула.

— Я предполагала, что что-то подобное может случиться, так что хорошо, что я взяла с собой баскетбольный мяч.

— То есть ты взяла его не осознанно?!

Она определённо не дочитала до конца.

В общем, мы подошли к стойке регистрации и заплатили за два часа (и так как это было не свидание, мы разделили сумму поровну), заняв половину площадки. Даже с нами двумя она казалась слишком просторной.

Там даже было место, где можно было арендовать спортивную одежду, но Камбару сказала: «Мне нормально». Если бы я был с ней честен, то сказал бы, что стиль готик-лоли не очень-то ей подходит, но ей, похоже, он нравился, и она определённо не желала переодеваться.

Итак.

Я чувствовал себя немного глупо из-за того, что на меня смотрел свысока противник, одетый подобным образом, однако я старался не придавать этому большого значения.

В первую очередь, разве не было чрезвычайно необычно, что Камбару не захотела раздеваться? Впрочем, кто знает, как долго это продлится.

Когда мой счёт станет вдвое больше твоего, будет уже слишком поздно начинать снимать одежду, договорились?

— Так. Раз у нас всего половина площадки, то предлагаю играть не в атаку и защиту, а просто воспользоваться правилами стритбола, хорошо, Арараги-сэмпай?

— Да какими угодно. Я позволю тебе выбирать правила, но всё равно не позволю забить.

— Эй, ну я так не играю.

Какая неожиданная критика с её стороны.

Что ж, поскольку мне вскоре предстояло одержать сокрушительную победу, я должен был проявить терпимость и простить ей это.

Кстати, касаемо того, почему у меня так много уверенности в своих силах, несмотря на то, что я сражался с Камбару на баскетбольной площадке. Вы можете найти это в некоторой степени странным.

Ну, думаю, мне не стоит рассказывать вам всё слишком подробно, но вчера, как раз после того, как я доставил письмо с вызовом на дуэль к дому Камбару, случайно, совершенно случайно, ведь у меня для этого не было совершенно никаких причин, в обмен на угощение я попросил Синобу выпить немного моей крови, так что возможности моего тела в настоящий момент были повышены до сверхъестественных, и поскольку это отчасти имеет отношение к делу, думаю, что стоит это упомянуть.

Нечестно?

Возможно.

Однако я предпочёл считать, что ступаю на тёмную сторону исключительно ради своего кохая, так что вопрос справедливости уже не казался таким уж однозначным.

— А теперь, Камбару! Начнём!

— Да!

И с небольшим дриблингом я пошёл в атаку на Камбару. Что случилось дальше, я уже не помню.

Это был тот самый хронический недуг, одолевающий меня, как в предыдущем рассказе, когда я встретил Хатикудзи. Иными словами, в последнее время я страдаю провалами в памяти.

Что? Вы хотите сказать, что я ими уже не страдаю?

Ну, значит об этом я тоже забыл.

В чём я точно уверен, так это в том, что спустя два часа счёт на табло был 120:0, и это было уже далеко не двойное преимущество. Это же называют «сканк», верно?[✱]Сканк (от англ. skunk) — победа всухую в спортивных соревнованиях.

Настоящий баскетбольный сканк, верно.

Как это вообще возможно?

— Знаешь, если назвать это «сухарём», то и ощущение такое, будто бы и не проигрываешь…

— Откуда в вас столько позитива, Арараги-сэмпай?

Обильно вспотев после стольких перемещений, Камбару заговорила со мной, опустившим голову от стыда. Если присмотреться, то она держала мяч одной левой рукой. Какой же у неё хват мяча?

— Но это правда удивительно, что вы смогли играть целых два часа подряд. Хотя, возможно, это звучит так, словно я хочу вас утешить.

— …Если ты взаправду так считаешь, то тебе следовало бы быть полегче со мной.

120:0

Она набирала по одному очку в минуту. Если подать это в такой форме, интересно, будет ли это звучать так, будто я в какой-то мере храбро сражался? Нет, даже так это звучит слишком уж позитивно, не правда ли? Моя голова шла кругом. Как и моё зрение.

— «Полегче»? Что вы имеете в виду? — Камбару рассмеялась. — Прошло так много времени с тех пор, как я могла играть в баскетбол в полную силу, так зачем же мне делать что-то подобное?

— …

— С такой левой рукой моим соперником может быть только Арараги-сэмпай, обладающий силой вампира.

«Спасибо», — сказала Камбару, держа мяч в руке, отчего я только сильнее опустил голову.

Я ничего не ответил.

Ну и ну.

Вот же ж, она всегда всё и вся толкует в свою пользу, ох уж эта кохай. Но на самом деле она была разлучена с баскетболом так долго, что в последнее время совсем сникла, но при этом упорно делала вид, будто оставалась бодрой и энергичной, как всегда, и это было настолько невыносимо, что Сэндзёгахара начала волноваться, даже я слегка запереживал.

Но я смог понаблюдать за игрой аса баскетбольной команды с ближайшего из самых близких мест. Я смог увидеть тот самый данк,[✱]Вид броска, при котором игрок выпрыгивает вверх и одной или двумя руками бросает мяч сквозь кольцо сверху вниз. абсолютно беспощадный по отношению к её оппоненту, её сэмпаю. И я смог увидеть ту яркую, счастливую улыбку на её лице.

От этого даже я мог почувствовать себя счастливым.

Честно говоря, я действительно хотел выиграть, но даже так, я считаю, что сегодняшний день был лучшим.

…Кстати, она так резко двигалась по площадке, что в конце концов мне удалось заглянуть ей под юбку.

Пускай это будет моим маленьким секретом.

Бассейн Надэко

Сэнгоку попросила меня научить её плавать, так что в это воскресенье мы отправились в общественный бассейн. Даже не помню, когда последний раз бывал в общественных бассейнах. Он был слишком далеко, чтобы ехать туда на велосипеде, поэтому решили воспользоваться автобусом.

— Послушай, Сэнгоку, если ты так хочешь научиться плавать, то почему бы тебе просто не попросить Карэн или Камбару научить тебя? — спросил я, пока мы ехали в автобусе, сидя рядом друг с другом.

— Да… Да, но… — Надэко запнулась, — Надэко сильно расстроится, если Камбару-сан или Карэн-сан потратят на неё своё драгоценное время.

— …

Что за самоуничижительная позиция?

А что важнее, получается, что тратить моё время впустую она не возражает?

Может по мне и не скажешь, но я вообще-то готовлюсь к экзаменам. Для меня время эквивалентно полученным знаниям.

— К тому же, братик Коёми, ты же очень хорошо плаваешь, разве нет? Ты когда-то говорил об этом.

— Ну, не хочу хвастаться, но я действительно не так уж и плох.

Нет, это не было попыткой покрасоваться перед девочкой из средней школы.

Всё на самом деле было так.

— В детстве мы с сёстрами часто купались в реке. Они были так впечатлены тем, как я плавал вверх и вниз по течению, что прозвали меня каппой.[✱]Каппа (河童, «дитя реки») — существо из японского фольклора. Разновидность водяного.

— Ух ты, как круто! — Сэнгоку закивала с несвойственной ей энергичностью. — Надэко тоже хочет, чтобы из неё достали шарик![✱]Под «шариком» имеется в виду «сирикодама» — мифический орган в виде шарика, который каппа может украсть у человека через его анус.

— …

Чувство юмора у этой девушки порой было очень своеобразным. Ей даже понравилось, что меня называли «каппой» (на самом деле я даже хотел, чтобы она пошутила по этому поводу).

А может она понабралась всего этого от Камбару? Если так, то мне нужно серьёзно поговорить со своим кохаем.

— Разве ты не умеешь плавать, Сэнгоку?

— Да. Ради того, чтобы братик Коёми мог обучить меня, Надэко не умеет плавать.

— Это что вообще за причина такая?

Её причинно-следственная связь казалась вывернутой наизнанку.

— На уроках плавания в школе Надэко приходится пользоваться доской.

— …Едва ли нам позволят такое экранизировать.

Хотя, когда дело доходит до экранизации, образ этой девушки всегда сопровождается определённым риском.

Как бы то ни было, в какой-то момент нашего бессмысленного разговора мы прибыли на место.

Несмотря на то, что бассейн был достаточно далеко от дороги, автобусу всё же не пришлось ехать по грунтовке, чтобы попасть сюда. Я не помню, чтобы наша поездка была особо ухабистой, однако Сэнгоку постоянно то ударялась об меня, то облокачивалась на меня, так что моё плечо даже немного побаливало. (Она неплохо так меня бортанула!) Ну, не думаю, что это сильно повлияет на моё плавание.

Купив билеты, мы разошлись по своим раздевалкам.

Запах хлорки, который чувствовался ещё снаружи, стал ещё сильнее, когда я вошёл в раздевалку. Есть в нём что-то ностальгическое. Если не считать купаний в реке, то я уже очень давно не плавал в бассейне, особенно в общественном бассейне.

Старшая школа Наоэцу сосредоточена на том, чтобы готовить учеников к поступлению в университет, поэтому в ней даже не было школьного бассейна, чтобы я мог туда сходить. Получается, что я не плавал в бассейне с тех пор, как поступил в старшую школу.

Если так подумать, то я совершенно забыл, как плавать. Впрочем, мне не о чем волноваться, ведь плавать — это как кататься на велосипеде. Я уверен, что всё вспомню, как только зайду в воду.

Обязательно покажу Сэнгоку, как я классно плаваю под водой![✱]Если дословно, то Коёми сказал, что покажет, как он умеет делать «басаро». Этим словом в Японии называют стиль подводного плавания, когда руки вытянуты над головой, а ноги сомкнуты вместе. Как правило первые 10-15 метров любых дистанций спортсмены проплывают именно таким образом. А само слово «басаро» является искажённой фамилией пуэрториканского пловца Джесси Вассало, который и изобрёл этот стиль.

Я не хочу быть хвастуном, но не вижу ничего плохого в том, чтобы время от времени выставлять на показ свои навыки. Сэнгоку — одна из немногих, кто не смотрит на меня свысока (кстати, Камбару в их число не входит), поэтому я обязан в полной мере воспользоваться этим шансом.

Я надел новые шорты-плавки, которые Цукихи помогла мне выбрать вчера в торговом центре. Затем я положил свои вещи в шкафчик с монетоприёмником (это такой, который вернёт вам вашу монету в 100 иен, когда вы вернёте ключ от шкафчика), пристегнул ключ к запястью и направился к бассейну.

Чтобы добраться до бассейна, нужно было сперва пройти через душевую.

Когда я проходил через душевую в начальной школе, я представлял себя монахом, медитирующим под водопадом. Эти неловкие воспоминания меня прямо задели за живое. И вот передо мной оказался восьмиполосный, пятидесятиметровый бассейн.

Вот уж настоящее излишество. Сплошная растрата денег налогоплательщиков.

В выходные здесь было на удивление мало людей. Однако, несмотря на то, что посетители были рассредоточены равномерно по всему бассейну, их внимание было сосредоточено на одной точке. Естественно, я направил свой взгляд в ту же сторону. Если быть точным, то в сторону девушки, стоящей там. В сторону Сэнгоку Надэко.

Это впечатляло, что она может переодеться быстрее меня, будучи девушкой и всё такое. Глядя на неё, я мог бы предположить, что она медлительна, но, возможно, она куда шустрее, чем кажется.

Или может она всё это время носила купальник под одеждой? И прежде чем я успел подумать об этом ещё раз, всё моё внимание сосредоточилось на происходящем передо мной.

— …

Если бы меня спросили, как я себе представляю сцену под названием «Вместе с Надэко в бассейне», то я определённо представил бы Сэнгоку в её школьном купальнике.

Тот факт, что это была первая мысль, пришедшая ко мне в голову, вероятно, говорит о том, что я таки заразился от Камбару. С другой стороны, справедливо ожидать, что ученица средней школы наденет в бассейн школьный купальник.

Но наряд Сэнгоку моих ожиданий не оправдал.

Позвольте мне выразиться точнее. Купальник, который был надет на ней, не был школьным. Скорее это было чрезвычайно откровенное бикини, которое оставляло очень, очень мало места для воображения. Я никогда раньше не видел настолько экстремального бикини, даже на гравюрах.

Она была практически голой.

Купальники, закрывающие как можно большую часть тела, чтобы создавать минимальное трение между телом и водой, в наши дни становятся всё более популярными среди профессионалов. Вопрос о законности использования таких купальников до сих пор является предметом обсуждений. Законность же купальника Сэнгоку тоже была весьма сомнительна, но по обратной причине. Можно сказать, что дизайн купальников как один камушек создаёт рябь в мире водных видов спорта.

Может это немного подло, но я бы хотел запатентовать фразу: «Один камень вызывает волны, а Сэнгоку вызывает цунами».[✱]Японская пословица «Один камень вызывает волны» означает, что каждая мелочь может повлиять на ход событий («эффект бабочки»). При этом имя Сэнгоку (千石) дословно значит «тысяча камней».

— Эм… Братик Коёми.

Фирменная чёлка Сэнгоку была убрана в сторону, вероятно, чтобы было легче плыть. Она, как обычно, избегала зрительного контакта, уставившись в землю. Бесцельно стоя в стороне, она выглядела довольно подозрительно. Как только она заметила меня, застывшего на полпути, на её лице промелькнуло облегчение, и она подошла ко мне.

Слова вроде «Держись от меня подальше!» были опасно близки к тому, чтобы вырваться из моего рта, но я сумел их сдержать.

— Ух ты, братик Коёми. Ты такой мускулистый! Как круто.

— Э-э, ну да.

Я не знал, как реагировать на её комментарии о моём теле.

Немного отвлекаясь от темы скажу, что моё стройное тело является побочным эффектом того, что я вампир, так что здесь нет повода для гордости. Как будто я принимаю допинг.

— …И твои плавки действительно классные.

— Э… Мне немного неловко, они слишком уж обычные. Я только вчера их купил.

— Правда!? Надэко тоже. Надэко тоже купила купальник вчера. И как он тебе? Купальник. Надэко решила попробовать немного авантюрный вариант.

— Ну… Он действительно очень авантюрный.

Не найдя подходящих слов, я ответил в стиле капитана из GoGo Sentai Boukenger.[✱]«GoGo Sentai Boukenger» (轟轟戦隊ボウケンジャー) — японский фантастический сериал из вселенной Super Sentai (прообраз Power Rangers), выходящий в 2006-2007 годах. Слово «Boukenger» является акронимом слов «bōkensha» (冒険者, авантюрист) и «ranger» (рейнджер). На самом деле, её купальник был на порядок авантюрнее, чем любое из их приключений. Откуда она вообще его взяла? Не думаю, что что-то подобное можно найти в обычном торговом центре. Да и кто, чёрт возьми, продал его девочке из средней школы!?

Не в силах смотреть ей в глаза, я был вынужден полностью отвести взгляд.

Минуту назад я сказал, что все в бассейне смотрели на Сэнгоку, но на самом деле никто на неё не смотрел. Скорее всего, все намеренно избегали смотреть на неё. Как будто их глаза плавали в глазницах, пытаясь найти хоть что-то другое, за что можно зацепиться взглядом. Как это подходит для бассейна.

Общественный бассейн — это то место, куда родители приводят своих детей, так что, возможно, эта ситуация походила на просмотр телевизора всей семьёй за обеденным столом, в то время, как там начиналась постельная сцена. Нет, это было даже больше, чем смущающая эротика, это было что-то из разряда вещей, просмотр которых считается преступлением, поэтому никто не хочет иметь с этим ничего общего. Над бассейном повисла атмосфера дискомфорта.

Сэнгоку всё ещё находилась в состоянии полового созревания, так что её тело ещё не полностью сформировалось. Судя по выступам её рёбер и костей таза, можно сделать вывод, что едва уловимые мышцы пресса были не результатом упорных тренировок, а лишь следствием отсутствия костей в этом месте у человека. На неё было жалко смотреть.

Если бы кто-то спросил моё честное мнение по поводу её внешнего вида, я бы назвал его «плачевным».

— Ну так что ты думаешь? — снова спросила Сэнгоку, на этот раз с лёгким беспокойством в глазах.

Нет. Я ни за что не назову её вид плачевным.

По её глазам было ясно видно, что она начинает беспокоиться, не закончилась ли её большая авантюра огромным провалом. Она выглядела так, словно вот-вот расплачется.

Это нехорошо. В таком случае, этот эпизод станет тёмной главой в дневнике Сэнгоку. Рассказывая девушке, что её наряд является модной катастрофой, ты определённо наносишь ей ущерб. Какой же я идиот. Почему я не могу понять желания робкой девушки превратиться в дерзкого экстраверта? Подумай хорошенько.

Я вспомнил инцидент, когда она была связана невидимыми змеями. Может оно и к лучшему, что она может так открыто выставлять напоказ своё тело. Если так, то мне даже стоит её похвалить. Я должен сделать ей комплимент. Сейчас не время беспокоиться о том, что обо мне подумают люди. Мне уже всё равно. Я теперь даже жалею, что не предугадал действия Сэнгоку и не надел обтягивающие плавки.

— Э-э-э, ну выглядит классно, Сэнгоку. Ты реально всех уделала. Этим летом ты будешь на волне моды. Можешь даже надеть этот купальник в школьном бассейне.

— Хмм. Хорошо, раз так говорит братик Коёми, — сказала Сэнгоку, сияя от счастья.

Её улыбающееся лицо сделало счастливым и меня.

…Кстати говоря, после этого в бассейне, который становился всё менее и менее заполненным, я выставил себя полнейшим дураком перед школьницей, которая так восхищалась мной.

Видите ли… Вампиры не могут плавать.

Песня Цубасы

В то воскресенье вместо того, чтобы быть разбуженным своими младшими сёстрами, Карэн и Цукихи, я проснулся от звонка телефона, который прозвучал, когда на него пришло сообщение от Ханэкавы. Обычно я хвастался тем, что никакой телефонный звонок не способен помешать моему крепкому сну, однако в этот раз моё пробуждение было весьма дальновидным, ведь отправителем была именно Ханэкава, а не кто бы то ни было другой. Как впрочем и всегда, её послание было невероятно формальным, а к тому же и отнюдь не коротким, так что для его расшифровки мне потребовалось некоторое время, но если его переводить в стиль, понятный каждому, то:

«Давай сходим на свидание ♥».

Такое у меня сложилось впечатление.

…Нет, я сейчас не шучу.

Не волнуйтесь, я не сошёл с ума.

Поэтому я отменил все свои планы на этот день (а вот тут я шучу, так как у меня всё равно не было никаких планов) и отправился на велосипеде к назначенному месту встречи.

Ханэкава, как обычно, приехала раньше меня (и, как обычно, была одета в школьную форму. Хотя в последнее время свидания в школьной форме были довольно популярной штукой).

— Я-хо! Ну что, пошли?

Вот так вот с очень милой улыбкой она повела меня за собой.

Следуя за потоком своих мыслей, я пытался предугадать, куда мы направляемся, и пришёл к выводу, что, вероятно, мы окажемся в библиотеке, но разве библиотеки не закрыты по воскресеньям? Однако, к моему удивлению, по дороге мы сели на поезд (я оставил свой велосипед на станции), и когда мы, наконец, приехали, то передо мной предстало караоке, работающее по утрам.

— …Караоке?

— Ага.

И пока я был не в состоянии что-либо ответить, она уже говорила: «Только мы вдвоём. Три часа, пожалуйста», — и быстро провела нас через стойку администратора. Что это за навык принуждения такой? Вместо обычного свидания, казалось, что она следует типично мальчишечьему плану, где парень играет роль вроде: «Ничего не говори и просто иди за мной», — в таком темпе, который не подразумевает подтверждения или согласия, а девушка должна быть этим очарована. Я хочу научиться у неё этому.

А дальше мы пели.

Ханэкава-сан пела с энтузиазмом.[✱]Буквально, она пела «засучив рукава» (歌いまくった).

Стыдно признаться, но мой опыт в отношении караоке был довольно скудным, или же само моё тело сопротивлялось акту пения вместе с Ханэкавой, поэтому когда она устала наблюдать за моей вознёй с пультам управления, она сказала:

— Хорошо, давай я начну.

После чего она взяла в руки микрофон и начала петь. А ввиду того, что из-за неуверенности и смущения я не решался ставить свои песни, получалось так:

«Давай я спою ещё раз, хорошо?»

«Я ещё раз спою, хорошо?»

«Ещё раз, хорошо?»

Таким образом, очередь Ханэкавы петь никогда не кончалась.

Я бы даже назвал это сольным концертом.

Впрочем, я ничего не мог поделать с этой ситуацией, и даже если бы к нам в комнату зашёл кто-то посторонний и сказал: «Эй, какого чёрта ты делаешь?» — ну, я бы захотел послушать её ещё разок.

Я хотел услышать пение Ханэкавы ещё раз.

Это было настолько прекрасно, что я готов был умереть здесь и сейчас.

И если в отношении уровня мастерства такие слова, как «я готов умереть», не имеют для вас никакого смысла, до давайте исправим это таким образом: «Это было настолько прекрасно, что я готов был воскреснуть». Для меня, вампира, который возрождался независимо от того, сколько бы раз мне ни приходилось умирать, это, безусловно, была идеальная метафора.

Судя по всему, Ханэкава считала нарушением этикета петь песни, неизвестные другим людям в комнате, потому что каждая следующая песня в её исполнении была известной поп-песней, которую знал даже такой человек, как я. При всём при этом все эти песни были наполнены такими мажорными тональностями, что любой бы устал их слушать, поэтому я был ещё больше восхищён замечательным исполнением Ханэкавы.

Ввиду этого, пока я слушал, находясь в экстазе, у меня не было и секунды, даже чтобы перевернуть страницу песенника.

Я неумышленно сидел, выправив осанку.

— Большое спасибо. А? Арараги-кун, ты ещё не выбрал песню? В таком случае я спою ещё одну.

— Погоди, погоди, погоди, Ханэкава-сан. Как бы ни был прекрасен вид счастливой Ханэкавы-сан, подожди минутку.

Я остановил руку Ханэкавы, тянущуюся к пульту. Если бы она продолжила петь для меня, я был бы настолько тронут, что не смог бы сдержать слёз.

Это было бы нехорошо, так ведь?

— Антракт. Давай устроим антракт. Давай на минуту успокоимся и приведём наши умы в исходное состояние.

— ? У меня с этим всё в порядке.

Наконец-то, она отложила микрофон в сторону и села.

Пока она пела, она всё время была на ногах.

Она была старостой, способной танцевать и петь одновременно.

— Однако же я удивлён… Не думал, что караоке является частью твоего имиджа, Ханэкава. Сколько раз ты была здесь, чтобы дать волю своему голосу?

— Э? Нет, я в караоке впервые в жизни.

— …

Услышав озадаченный ответ Ханэкавы, я и сам был озадачен.

— Впервые? Но ведь ты так привычно обращалась с пультом управления.

— Для того, чтобы понять, как с ним обращаться, достаточно на него всего лишь взглянуть, разве нет? — сказала Ханэкава абсолютно буднично.

Если так посмотреть, то Ханэкава, по-видимому, была из тех людей, что никогда не читают инструкции.

Или лучше сказать, что она была из тех, кому инструкции и не нужны вовсе.

— Э-э… Но твоё пение… Я и без того считаю его прекрасным, но даже если опустить субъективную оценку, на экране всегда было 100 баллов, разве нет?

— Я даже не знаю, ты так говоришь. Разве он не сделан так, чтобы показывать 100 баллов всегда, независимо от того, кто поёт? Это как омикудзи, в которых кроме «большой удачи» ничего не выпадает.[✱]«Омикудзи» (御神籤) — это популярная японская традиция гадания в синтоистских и буддистских храмах. Человек загадывает какую-либо свою проблему, которую он хотел бы решить, после чего тянет бумажку, на которой написано, с каким успехом у него это получится. Традиционно предсказания распределялись от «большой неудачи» до «большой удачи», однако в последнее время от различных «неудач» во многих храмах стали отказываться, чтобы не отпугивать прихожан, поэтому худшим вариантом, как правило, бывает «отсутствие удачи».

— …Разве?

Я в этом не очень хорошо разбираюсь, но слышал, что стандарты оценки караоке были довольно суровыми… Во всяком случае, эта девушка не способна получить меньше 100 баллов, даже если это не школьный тест, ха.

Нелепость какая-то.

— Это первый раз, когда я пою перед другими людьми ещё со времён уроков музыки в начальной школе, поэтому я не считаю, что пою хорошо. Правда, хватит мне льстить, Арараги-кун.

— Но твоё пение говорит об обратном! Каким бы ты человеком не была, просто признайся, что вчера репетировала здесь часов шесть ради сегодняшнего дня, и покорно прими похвалу!

Выражая свои мысли подобным образом, я лишь пытался себя успокоить.

Любая эмоция, зашедшая настолько далеко, может быть выражена лишь в форме страха.

— Начнём с того, Ханэкава, что ты не смотрела на экран, когда пела.

— Хм? Ну так я помню наизусть тексты всех этих песен.

— Я не пытаюсь придираться к тебе, но почему ты не можешь быть нормальной хотя бы в караоке?

Сказав это, я вздохнул и замолчал.

Почему она не может быть нормальной.

На самом деле, для Ханэкавы это было серьёзным поводом для беспокойства, и именно поэтому в ней уже дважды пробуждалась кошка — на Золотой неделе и всего несколько дней назад, уже дважды историю с кошкой не удавалось предотвратить. И что меня дёрнуло ляпнуть подобное? Но Ханэкава не дала мне времени пожалеть о своих словах:

— Хороший вопрос… — она спокойно кивнула. — Я много думала о том, что недавно произошло, и пришла к выводу, что попытка быть нормальным сама по себе уже не нормальна, не так ли?

— …

— Именно. Разве можно грезить о том, чтобы стать обычным человеком?

«И именно поэтому я видела кошмары не один, а два раза», — сказала Ханэкава, будто обращаясь не ко мне, а к самой себе.

— Кроме того, все обычные люди хотят, чтобы они не были обычными, не так разве? Теперь-то я осознала, что стремление стать нормальным — это нечто ненормальное. А теперь я в этом вопросе вообще запуталась, хах. И да, Арараги-кун, прости, что беспокою тебя всеми этими вещами.

Хотя Ханэкаве казалось, что она сейчас шутит, похоже, что эти слова в действительности исходили прямиком из её сердца.

— И хотя я не думаю, что сделала в своей жизни что-либо плохое, я также не думаю, что это хорошо. Быть всегда правильным — это тоже не совсем правильно. Я больше не хочу замыкаться в себе, и если я перестану демонстрировать свою индивидуальность, то однажды я снова могу стать жертвой кошки.

— …Это правда.

Да, это может произойти.

В конце концов, кошка просто была другой стороной Ханэкавы, более того, она и была самой Ханэкавой, так что не важно, сколько раз мы позаимствуем силу Синобу, чтобы усмирить её, кошка от этого никуда не денется.

Осино сказал, что обычно это занимает двадцать лет, но Ханэкава не могла просто сидеть и ждать всё это время.

Всё время до, всё время после.

Ханэкава определённо должна была встретиться с кошкой лицом к лицу внутри себя. Не отгораживаться от неё, а принять.

— Что ж, как-то так получается, хорошо? С этого момента вместо того, чтобы накапливать в себе стресс и обиды, я бы хотела время от времени пробовать различные способы этот стресс снимать. И сегодня была моя первая попытка.

— Хм. Так вот почему.

Так вот почему мы пришли в караоке.

Такое громкое пение, безусловно, может помочь снять стресс.

— И что же, это всё? Тебе следовало просто сказать мне об этом. Я был настолько уверен в том, что это свидание, что был без ума от счастья.

— Я же не писала ничего подобного в сообщении.

— Разве?

— Ты слишком много читал между строк. Я бы не стала делать ничего подобного, у тебя же есть Сэндзёгахара-сан, — сказала Ханэкава, улыбнувшись. — Но да, ты прав. Наверное, мне стоило сказать тебе об этом раньше. Я имею в виду, что могла бы прийти сюда и одна, но так как это был мой первый раз, мне было немного страшно.

— Так значит ты нервничаешь. Значит для Ханэкавы и это не чуждо? Ну зато я теперь понимаю, что происходит. Как только тебе снова захочется отвлечься для снятия стресса, можешь просто позвонить. Как и сегодня, я готов прийти в любое время.

— Правда? Все нормально?

— Разумеется. Разве я могу отказать в просьбе Ханэкаве-сан?

— В таком случае, может мне стоит попросить тебя о чём-нибудь прямо сейчас?

Сказав это, Ханэкава достала из симпатичной маленькой сумочки (которая не очень-то подходила к её школьной форме), висевшей у неё на плече парикмахерские ножницы.

— Это не имеет никакого отношения к Арараги-куну, но недавно моё сердце было разбито. Итак, чтобы преодолеть это, — сказала она, продолжая улыбаться, — Эти косы, не мог бы ты отрезать их одним быстрым движением?

— …

Похоже, что именно это было главным событием сегодняшнего дня.

Кстати, с какой-то стороны, я в том числе был источником стресса Ханэкавы.

Для снятия стресса это уж как-то слишком жёстко, или же это была месть за мои домогательства, но как бы то ни было, озорная кошачья улыбка, с которой Ханэкава подала мне ножницы, казалась, пускай и отчасти, говорила о том, что она наслаждалась собой, что она была счастлива.

А поскольку она тем самым сделала и меня счастливым, я ничего не мог с этим поделать.

Сегодняшний день определённо был лучшим.

…Кстати, это ведь не было спонтанной шуткой. Ханэкава действительно заставила меня отрезать ей обе косы. Она даже заставила меня сделать ей каре. Поверить не могу. Она даже взяла с собой средство для очистки рук, чтобы не пришлось искать магазин, так что это всё явно было спланировано заранее. Хотя Ханэкава, конечно, потом сходила к хорошему парикмахеру, чтобы всё поправить.

Но эти две косы до сих пор хранятся в моей комнате.