Осторожно

Молодой парень в белой одежде и с женской левой ногой, закинутой на плечо, произнёс:

— Поначалу я гадал, что из этого выйдет, но в конце концов, благодаря нашим совместным усилиям, всё прошло на удивление хорошо.

Огромный мужчина, держащий правую женскую ногу, ответил:

— Всё совершенно не так. Мы загнали её в угол, но упустили. Нам, как группе, скорее должно быть стыдно.

Следующим заговорил мужчина с колючей причёской, державший левую и правую женские руки так, словно они совершали рукопожатие:

— Как всегда, я буду наиболее резок. Правда я не буду заходить настолько далеко, чтобы называть себя излишне скромным, я понимаю, что вы имеете в виду, но даже так я предпочитаю думать, что это был успех.

Полувампир, Эпизод.

Вампир, который охотится на себе подобных, Драматург.

Человек, считающий себя богом, Палач.

Это разговор между специалистами с тремя разными менталитетами. Первый борется за собственные интересы, второй выполняет работу, а третий считает, что такова его судьба. Этот разговор проходит сразу после того, как железнокровный, теплокровный, хладнокровный вампир, Киссшот Ацеролаорион Хартандерблейд, улетела от них.

Ей удалось сбежать от охотников, но, как вы знаете, они всё равно отняли у неё четыре конечности. Было уже слишком поздно, чтобы убивать её… слишком поздно.

«Уже», — вот на чём их мнения разошлись.

Эпизод был оптимистом, Драматург был пессимистом.

А Палач был объективен.

— Ты предпочитаешь считать это успехом. Честно говоря, я думаю, что самый слабый из нас должен быть принесён в жертву. И всё же мы здесь, втроём, в безопасности.

— Кого-то нужно принести в жертву? Извиняюсь за свой вопрос, но я впервые слышу нечто подобное, мистер Палач.

— Это то, к чему я был готов. Когда мы сражались с Хартандерблейд, я не хотел оставлять сожалений.

— Это так похоже на тебя, Драматург. Аналогичное могу сказать и про тебя, Эпизод… И, очевидно, на меня это тоже очень похоже. Наша самая главная заслуга в бою заключается в том, что мы столкнулись с этим бессмертным вампиром, Убийцей Странностей, и двое из нас могли умереть, но не умерли.

Палач спокойно анализировал произошедшие события, но в его словах, казалось, был страх.

— О чём вы говорите, мистер? Никто же не погиб во время боя, верно? Разве вас это не устраивает? Вы хотите сказать, что Хартандерблейд пощадила нас?

— Я бы не сказал, что она нас пощадила, но во время боя она казалась рассеянной. Будто с её телом что-то не так.

— Что-то не так? Словно она потеряла сердце[✱]Как я говорил раньше, под «сердцем» часто подразумевают душу, поэтому, вероятно, Драматург мог в том числе иметь в виду и это.?

Драматург очевидно шутил, однако Палач, вместо того, чтобы опровергнуть его аргумент, ответил: «Возможно».

— Я ничего не понимаю. Если это правда, что Хартандерблейд была чем-то отвлечена, как вы и сказали, тогда нам же лучше, нет? Если бы мы продолжили погоню, то с лёгкостью могли бы прикончить её. Мы могли бы убить её, ничем не рискуя.

— Ты и правда ничего не понял, Эпизод. Даже будь с её телом какие-то проблемы, она всё равно легко уклонилась от нашей внезапной атаки. И если бы она во время своего побега обнаружила, что что-то не так, то ситуация была бы кардинально другой.

— Если Хартандерблейд была пуста внутри ещё до того, как мы отняли её конечности, разве не получается, что мы боролись лишь с её пустотой[✱]Драматург назвал Киссшот 張りぼて (haribote), словом, которым называют кукол из папье-маше — красивых снаружи, но полых внутри. То есть он хочет сказать, невелика их заслуга, если они «пустую» Киссшот втроём победить не смогли.?

Драматург был более осторожен с аргументами Палача, но боевой дух Эпизода был таким же, как и всегда.

— Это же так тупо, — заявил полувампир в ответ на доводы Палача.

— В ней было что-то «пустое». Пустота, которую невозможно заполнить, в которой нет смысла. Что-то, чего она не могла найти. Что-то вроде ножен, которые идеально подходят к своему мечу.

— Это не что-то, а скорее кто-то.

Всё ещё стоя, Палач продолжил, высказывая аналогичное мнение:

— Сойдёмся на том, что мы просто были очень осторожны в своей подготовке. Да, очень осторожны… Давайте не будем отвлекаться и приготовимся к тому, что будет дальше.

— Да, давайте действовать осторожно.

Драматург подвёл итог. После чего трое охотников, не выпуская из рук своих трофеев, растворились в ночной тьме.