Песня Ёцуги

— Слушай, братец-демон. Не хочешь создать группу?

Ононоки Ёцуги, кукла-труп, способная попасть под влияние окружения за считанные секунды, влезла в мою комнату через окно, притащив на своей спине гитару, бас, барабаны, кларнет и напольный микрофон. Я было хотел сказать ей, что нести всякую бессвязную чепуху положено во сне, а не бодрствуя, однако мне хватило мудрости не спорить с монстром, обладающим достаточной силой, чтобы нести на спине гитару, бас, барабаны, кларнет и напольный микрофон, да ещё и при этом с лёгкостью перемещаться. Она сейчас создавала впечатление прежней Хитаги, до зубов вооружённой канцелярскими принадлежностями.

…Кларнет?

Зачем тебе кларнет-то?

— Ононоки, если ты хочешь покрасоваться на обложке альбома, то у меня есть и своё мнение на этот счёт.

— Ох. Я что, задела чувства нашей звезды старых сезонов?

— Умолкни. Кто это тут ещё звезда старых сезонов?

К настоящему моменты тебя саму уже давно можно назвать старым персонажем.

Если так подумать, Ононоки и правда неплохо подходит на роль теневого главного героя[✱]回し役 (mawashiyaku) — это персонаж художественного произведения, который, не являясь главным героем, способствует продвижению сюжета, играя роль своеобразного катализатора., как по характеру, так и по положению.

— Братец-демон, тебе, как заслуженному ветерану, я дарю гитару. Я взяла с собой несколько гитар, так что можешь выбрать любую. А я возьму барабаны.

— Потому что ты любишь сильно бить?

— Потому что хочу быть единственной, кто выступает сидя.

— Кусинака Когуси? [串中小串][✱]Кусинака Когуси — персонаж другого цикла романов Нисио Исина под названием Sekai. Впервые появилась в романе «Жуткий и безыскусный замкнутый мир» (不気味で素朴な囲われた世界, Bukimi de Soboku na Kakowareta Sekai) в 2007 году. Упомянута здесь исключительно из-за визуального сходства её имени с барабанной установкой.

Впрочем, со времён сестрёнки Когу уже много изменилось. В Японии сейчас даже кассиры почти всегда работают сидя. Группа, в которой все участники выступают сидя, возможно, никого бы не удивила.

— А кто на вокале?

— Я. Барабанщица-вокалистка.

— Ты ещё и петь собралась? Своим-то плоским безжизненным голосом?

— Давно не помирал, что ли?[✱]В оригинале Ононоки пообещала его убить на окинавском диалекте.

Меня резко осекли, угрожая расправой.

Плоским безжизненным голосом.

— Ничего удивительного в этом нет. В основе всех странностей лежит простой принцип: «Слышно, но не видно». Поскольку у каждой странности есть своя длина волны, они способны проходить сквозь стены и заставлять содрогаться людские тела — заставлять содрогаться людские сердца.

Волны, значит.

Прямо как «Девятый вал».

— «NO MUSIC, NO LIFE» — эту цитату вполне можно причудливым образом перефразировать. «MUSIC IS UNDEAD».

Музыка бессмертна.

К моему собственному удивлению, эти претенциозные слова, произнесённые трупом, заставили содрогнуться моё сердце, поэтому я пожал плечами и потянулся к гитарам, которые принесла Ононоки. Они были на любой вкус: электрическая, акустическая и даже двухгрифовая.

— Ононоки, а у тебя есть гитара для левшей, которая бы подошла мне, как человеку, который носит часы на правой руке?

— Завязывал бы ты уже со своим восхищением левшами, братец-демон.