И затем

Драматург пришёл ко мне почти ровно через год после тех адских весенних каникул. Драматург — охотник на вампиров, который охотится на себе подобных. Строго говоря, прошло ровно 360 дней с той ночи, когда я сразился с этим мускулистым гигантом с двумя мечами на территории старшей школы Наоэцу.

Прошёл год, но сейчас не весенние каникулы, по крайней мере для меня, ведь я уже окончил школу.

Я кое-как пережил целую цепочку событий, хоть они и оставили неприятный привкус во рту.

— Удивлён видеть тебя живым, парень, — внезапно поприветствовал он меня.

И поскольку я уже решил, что никогда больше его не увижу, по возможности, я был удивлён его внезапным визитом. Конечно, даже не будь это неожиданностью, как если бы мы договорились встретиться снова спустя год, появление гиганта ростом больше двух метров, наверное, удивило бы любого.

— Не обижайся, я не имел в виду ничего такого. Просто ты казался мне слабым. Я предположил, что даже если тебе удастся победить нас троих, ты, скорее всего, вскоре покончишь с собой, как и первый последователь Киссшот Ацеролы-орион Хартандерблейд.

— …Ты так говоришь, словно я в самом деле покончил с собой… прямо сейчас.

Вот такой вот небольшой блеф.

— И что с того? Поскольку ты не мёртв, что бы ты почувствовал, если бы я сказал, что пришёл уничтожить тебя?

— Нет уж. Как человек, важный для Ханэкавы Цубасы, я не собираюсь ни во что вмешиваться.

И вообще, что это за рассуждения такие?

Разве тебе не кажется, что ты проиграл нашу битву ещё год назад, вполне честно, или около того?

Наведя кое-какие справки, я пришёл к выводу, что этот похожий на бодибилдер специалист имел немало шансов работать за границей над устранением странностей вместе с Ханэкавой в течение последнего года. Я знал, что она «училась за границей» с середины прошлого семестра, но что, чёрт возьми, она на самом деле делала всё это время?

Серьёзно, что она вообще за человек?

Она не просто продолжала ладить со всеми. Хотя, думаю, что эта сторона Ханэкавы хорошо объясняет, почему она помогла мне во время весенних каникул в прошлом году. Если задуматься, то желание, чтобы девушка, которая спасла меня, несмотря на моё плачевное положение, не помогла одному из моих врагов, кажется немного, ну, эгоистичным что ли…

— Так и есть. «Помочь моему врагу не значит пойти против меня».

— Чьи это слова?

— Ханэкавы Цубасы.

— Интересно, неужели Ханэкава могла сказать подобное…

— На самом деле она выразилась немного иначе.

— Это я и имею в виду. Обычно она избегает таких вот резких выражений.

— Она сказала: «Если ты помог моему врагу, это не знячит, что твоя цель — восстать против меня».

— Э? Чёрная Ханэкава никуда не исчезла, так получается?

Кошка, которая овладела Ханэкавой во время Золотой недели, должна была уже покинуть её тело… Но я полагаю, что есть обстоятельства, о которых я не знаю.

Ладно, не важно. Думать об этом так утомительно.

Поскольку Драматург не намерен сражаться и не превратил свои руки в пару гигантских фламбергов[✱]Фламберг (от нем. Flamme — пламя) — двуручный меч с клинком волнистой (пламевидной) формы., похоже, что цель его визита всё-таки не моё уничтожение. В отличие от Палача, этот специалист не из тех, кто прибегает к подобному обману.

— О, я отказался от намерений убить тебя. Но от чего я не отказывался, так это от вербовки. Нет ли у тебя интереса стать профессиональным специалистом?

…Вау, он и правда спросил меня об этом.

Он спросил меня, не хочу ли я стать вампиром-убийцей вампиров во время весенних каникул.

Убийство себе подобных кажется мне немного беспринципным, но, наверное, это правильное отношение, как для профессионального специалиста.

— Гаэн Идзуко, вероятно, находится в таком же положении, но моя организация столкнулась с нехваткой рабочей силы. В этом мире победившей науки, даже если не уменьшается количество странностей, уменьшаются темпы их уничтожения. Ты бы идеально подошёл для этой работы, если всё будет продолжаться в том же духе. Во всяком случае, найти честную работу тебе сейчас будет затруднительно.

До этого моменты было трудно сказать, куда именно он смотрит, но в какой-то момент взгляд Драматурга переместился таким образом, что казалось, будто он вглядывается в мою тень.

Тень, которая принадлежала вампиру. Тень, которой нет у человека.

— Ты уже не в том возрасте, чтобы верить во что-то вроде: «Если ты будешь верить в это, то твои мечты обязательно сбудутся». Правильней было бы сказать: «Если ты не можешь поверить в свои мечты, то они никогда не будут реализованы», — и ты, пережив весенние каникулы и прожив с тех пор целый год, кажется, до сих пор не можешь поверить в своё будущее.

— Я пас.

Его приглашение было больше похоже на плохой розыгрыш, но я полагаю, что он не самый остроумный парень.

В результате, после уже второй попытки меня завербовать я снова отказался от предложения.

— Даже если бы я стал специалистом, как сейчас, я бы не стал вампиром, убивающим себе подобных. Даже если ты считаешь, что я имею ту же природу, что и прежняя Убийца Странностей, я не возьму себе это имя. В противном случае я рискую стать врагом как людям, так и странностям.

— Хах, и этого ты боишься? Ты в самом деле слишком сентиментален. «Если ты помог моему врагу, это не знячит, что твоя цель — восстать против меня» — и всё.

Не надо цитировать Ханэкаву.

Ты сводишь на нет всю серьёзную атмосферу, когда начинаешь някать во время разговора…

— Пусть я и являюсь вампиром, который убивает себе подобных, но я никогда этого не стыдился. Моя работа заключается не в том, чтобы становиться врагом и демонам, и людям. Если уж на то пошло, я верю, что являюсь их союзником. Я помогаю и демонам, и людям.

— Не уж то? Что ж, возможно, наши намерения и совпадают. Но, несмотря на это…

Я слегка задумался, как бы это сформулировать, но не придумал ничего лучше, кроме как сказать напрямую то, что думаю.

— Я отказываюсь от твоего предложения, потому что всё ещё верю в своё будущее.

— А ты человек, который не стесняется в выражениях, даже когда стоило бы, не так ли? Это может даже отрицательно сказаться на твоём трудоустройстве[✱]Драматург использует игру слов, произнося сначала 修飾 (shūshoku), что в данном контексте значит «говорить красивыми словами», а затем 就職 (shūshoku) — «трудоустройство»..

— Нет, я не настолько весёлый парень.

— Гм.

С этим Драматург развернулся, собираясь уходить.

Как бы то ни было, хоть он и всего лишь развернулся, его тело было настолько огромным, что казалось, будто я, будучи намного меньше, могу быть сбит с ног образовавшимся потоком ветра. Ну, ладно, это было небольшим преувеличением.

— Сегодня я уезжаю, мне нужно ещё успеть на самолёт. В следующий раз я отправляюсь с Ханэкавой Цубасой истреблять странности в Сингапуре.

Почему у меня складывается такой чувство, что ты уже стал напарником Ханэкавы?

Серьёзно, что, чёрт возьми, происходило весь этот год?

Что, если у Ханэкавы в конце концов разовьётся фетиш на мускулистых гигантов, ведь она провела с ним много времени. Если так подумать, разве она не говорила что-то вроде того, что «продала свой мозг»? Но действительно ли она имела в виду, что продала его Драматургу…?

— До тех пор, пока ты веришь в свои перспективы, не переставай думать о своём будущем. Ты — человек, который важен для Ханэкавы Цубасы, и ты — человек, который победил меня, так что я окажу тебе такую любезность[✱]Драматург использует идиому 三顧の礼 (sanko no rei), которую я уже когда-то объяснял в рассказе «Бросок Хитаги». Если вкратце, то эта идиома используется, когда старший по званию просит что-то у младшего по званию или извиняется перед ним. По сути, Драматург говорит, что хоть он и «лучше» Арараги, но при этом «достаточно любезен», чтобы похвалить его в такой саркастичной манере..

После чего, мяукнув на прощание, Драматург ушёл.

Мяуканье вот вообще никоим образом не является общепринятым элементом общения, но, как бы то ни было, он вернулся на свою работу и на своё поле боя.

С того момента, как он появился, и до того момента, как он ушёл, хоть я и просто стоял на месте, я почувствовал себя так, будто меня оставили где-то позади. Будто я был оставлен позади, чтобы жить нормальной, будничной жизнью.

Но тем, кто на самом деле сбежал, вероятно, был я. С тех пор как начались весенние каникулы, я всё время убегаю. Даже сейчас мне кажется, что я всё ещё убегаю — вот почему я не могу принять приглашение Драматурга.

Хотя, если это обдумать, то всё вроде как в порядке.

Если подумать об этом получше, то люди не умрут, как и демоны.

Разве что только будут болеть мои раны, как свежие, так и старые.

Даже если мне будет всегда восемнадцать, мне уже давно пора начать беспокоиться о своём будущем. Я, который не стал взрослым только лишь оттого, что окончил старшую школу, направил свой взгляд к тени, отвёл его, закрыл глаза и задумался.

И затем…