Глава 8. Первая встреча (Аниме)

В первых числах августа Ицуки отправился в здание издательства «Gift», которое находилось всего в пяти минутах ходьбы от его дома.

Обычно все рабочие вопросы они обсуждали дома у Ицуки — туда всегда приходил его редактор, Кэнджиро Токи. Поэтому, несмотря на то, что редакция была совсем рядом, сам писатель заглядывал туда нечасто.

Однако сегодня он пришёл сюда не для того, чтобы обсуждать дела, связанные с романами. У него была назначена первая встреча с ключевыми создателями аниме-адаптации.

О том, что по «Всё ради сестрёнки» снимут телевизионный сериал, Ицуки узнал ещё в конце мая.

Как правило, между запуском проекта и фактическим началом производства проходит немало времени. Случаи, когда автор оригинального произведения встречается с командой аниматоров менее чем через три месяца после подписания согласия, невероятно редки. Но в этот раз, когда до Ицуки дошли новости об экранизации, практически всё уже было решено заранее: и состав производственного комитета — спонсоров, телеканалов и самой студии, — и ключевой персонал, и даже сроки трансляции.

Причина такой спешки отнюдь не внушала оптимизма.

Изначально этот слот предназначался вовсе не для «Всё ради сестрёнки». Просто экранизация другого ранобэ от издательства «GF Bunko» — серии книг «SILLIES» за авторством Ёхэя Китагаты и с иллюстрациями Пурикецу — внезапно сорвалась. И произведение Ицуки выбрали на замену, чтобы заткнуть образовавшуюся брешь.

Естественно, пожелания самого автора при выборе студии и съёмочной группы никто не учитывал.

Дата премьеры уже была назначена на июль следующего года. Один год от утверждения проекта до выхода в эфир — срок до неприличия сжатый. Иными словами, времени на производство у них в обрез.

Это была экранизация, продиктованная исключительно «взрослыми обстоятельствами».

И всё же Ицуки дал своё согласие, прекрасно понимая ситуацию.

Он был твёрдо убеждён, что экранизация — это необходимый шаг, чтобы выйти на новый уровень писательского мастерства.

Ицуки отдавал себе отчёт в том, что ввязывается в весьма рискованную авантюру… И тем не менее, меньше всего на свете ему хотелось, чтобы из его детища слепили низкосортный шлак. Разумеется, в глубине души он таил надежду, что аниме выйдет отличным, и благодаря этому популярность первоисточника тоже взлетит до небес.

С замиранием сердца, разрываясь между тревогой и предвкушением, юноша на негнущихся от волнения ногах зашёл в лифт. Поднявшись на четвёртый этаж, где располагались переговорные, он позвонил Токи.

Редактор не заставил себя долго ждать.

Впрочем, пришёл он не один. Компанию ему составили главный редактор Сатоши Годо и Мияко Ширакава.

— Давно не виделись, Хашима-кун. Как твои успехи?

От мощного, давящего голоса главреда Ицуки рефлекторно вздрогнул. Натянув на лицо неловкую улыбку, он пробормотал:

— А, д-да, спасибо, грех жаловаться…

Со дня его дебюта в «GF Bunko» прошло уже почти четыре года, но с руководителем издательства он пересекался крайне редко, оттого и пасовал перед ним при каждой встрече.

Главред расплылся в дружелюбной улыбке, которая, впрочем, ничуть не портила его откровенно бандитскую физиономию:

— Мои поздравления с экранизацией. Теперь ты по праву входишь в элиту наших авторов. Надеюсь, с этого момента ты расправишь крылья и взлетишь ещё выше!

«Вообще-то, я тут просто на подмене у другой франшизы», — едва не брякнул Ицуки по инерции, но вовремя прикусил язык.

Годо понятия не имел, что Токи уже выложил своему подопечному всю подноготную этого проекта.

«Старый лис…» — мысленно огрызнулся парень, а вслух произнёс с перекошенной от натуги улыбкой:

— Большое спасибо.

— Что ж, пройдёмте в переговорную, — скомандовал Токи. — Представители студии уже должны подъехать.

Четвёрка двинулась по коридору.

Токи вместе с главредом шли впереди, задавая темп, а Мияко и Ицуки плелись следом.

— Ты тоже будешь на встрече? — вполголоса поинтересовался Ицуки у девушки.

— Ага, — кивнула та. — Попросили помочь с чаем и всё такое.

— Вот как…

— Ты чего такой деревянный? Перенервничал?

В её голосе проскользнуло искреннее беспокойство. Хашима залился краской:

— Е-ещё чего! Я спокоен, как удав! Будучи полноправным автором оригинала, я хладнокровно и мудро наставлю этих аниматоров на путь истинный, бу-га-га!..

— Ясно-понятно, — криво усмехнулась Мияко, а затем мягко добавила: — Удачи тебе там.

Буквально через несколько минут после того, как команда издательства заняла места в переговорной, двери открылись, и вошли создатели аниме.

Делегация состояла из четырёх человек: режиссёра, сценариста, ассистента производства и продюсера.

Обменявшись дежурными любезностями и визитками, стороны расселись друг напротив друга. Со стороны оригинала места в порядке почётности заняли Ицуки, Токи и Годо. Напротив них расположились режиссёр, сценарист, продюсер и ассистент производства. Мияко, шустро раздав всем зелёный чай, скромно встала у дверей.

Режиссёр — Мунэнори Таруи, сорок два года.

Мужчина среднего роста и непримечательного телосложения. Лицо добродушное, но в целом внешность довольно блёклая. Одет в помятый пиджак и классические брюки. Ицуки заранее навёл о нём справки: Таруи начинал как аниматор, и это кресло он занимал лишь в третий раз за карьеру. Обе его предыдущие работы были экранизациями манги в жанре ромкома и не снискали ни особой славы, ни громкого провала. Какого-то узнаваемого почерка у него не наблюдалось — он прослыл крепким ремесленником, способным просто и без рисков перенести первоисточник на экран.

Сценарист — Масахико Хиругано, тридцать восемь лет.

Судя по всему, это был псевдоним. Полноватый субъект в футболке с коротким рукавом и шортах, всем своим видом излучающий ауру типичного представителя индустрии. В профессии он задержался уже лет на десять и успел приложить руку к самым разным проектам, не привязываясь к конкретным жанрам. Роль ведущего сценариста, отвечающего за общую композицию сериала, он брал на себя трижды: две адаптации ранобэ и один оригинальный сценарий. Про экранизации говорили разное, но диски с ними продались вполне сносно. А вот его полностью авторский проект, честно говоря, приняли довольно прохладно.

Продюсер — Цутому Осима, сорок пять лет.

Крупный, широкоплечий мужик в деловом костюме. Вроде бы солидный корпоративный работник, но было в нём что-то неуловимо криминальное. Большую часть своей карьеры он курировал сериалы с обилием этти-сцен, причём в его послужном списке числилась парочка тайтлов, которые Ицуки действительно нравились.

Ассистент производства — Какэру Ямада. Тридцать два года.

Высокорослый тип в рубашке поло и брюках. Со своим загаром он больше походил на спортсмена, разве что лицо у него было до боли измождённым.

Производство аниме — процесс масштабный, в нём задействованы сотни людей, но именно этой четвёрке предстояло держать прямую связь с авторами оригинала.

— Благодарю всех, кто смог сегодня присутствовать, — низким, ровным басом начал Годо. — Поскольку это первая официальная встреча между нашей стороной и производственным костяком тайтла, предлагаю сверить часы: обсудить видение проекта и выслушать пожелания друг друга.

Обменявшись короткими кивками и дежурным «Рассчитываем на плодотворное сотрудничество», присутствующие приготовились слушать.

— Что ж, до эфира осталось меньше года, поэтому работать нам придётся в ускоренном темпе, — с места в карьер рубанул продюсер Осима. — Именно поэтому мы попросили господина Хиругано набросать черновой вариант композиции сериала уже к сегодняшнему дню.

Столь резкий старт застал издательскую команду врасплох.

— Вот как… Любопытно взглянуть, — протянул Годо.

Сценарист тут же достал из папки распечатки формата А4, ужатые всего до двух страниц, и пустил их по столу.

Волнуясь, Ицуки взял свой экземпляр и впился глазами в текст.

План на классические двенадцать серий.

Первые пункты послушно повторяли сюжет первоисточника. Описание событий не блистало подробностями, поэтому Ицуки воспринял это философски: «Ну, видимо, так и пишутся черновики…»

Скепсис постучался в его голову в районе описания четвёртой серии. Даже делая скидку на формат краткой выжимки, Ицуки почуял неладное.

Неясное предчувствие обрело чёткую форму, когда он дошёл до концовки девятого эпизода. Чёрным по белому там значилось: появляется новый злодей, придуманный специально для аниме.

Начиная с десятой серии, весь вектор сюжета смещался на битву с этим самым антагонистом. В двенадцатом эпизоде враг повержен, главный герой и героиня сливаются в экстазе, и сериал уходит в закат со своим, полностью оригинальным финалом.

— Оригинальный… противник? — выдавил из себя писатель, не скрывая острых ноток в голосе.

Сценарист ничуть не смутился. Всем своим видом он транслировал готовность к этому вопросу и тут же заученно затараторил:

— Видите ли, в оригинале нет ярко выраженной кульминации, которую можно было бы эффектно подать в финале сезона. Поэтому нам нужно искусственно поднять градус напряжения ближе к концу. Это необходимое условие, чтобы зритель, воспринимающий аниме как самостоятельное произведение, получил эмоциональное удовлетворение.

— …

А ведь в его словах есть здравое зерно, — мысленно признал юноша.

Тома ранобэ почти всегда прерывались на клиффхэнгерах. Ицуки и сам прекрасно знал, что в его сюжете нет аккуратной точки для завершения двенадцатисерийного марафона. Так что добавление филлеров казалось вполне рабочим вариантом, и новые персонажи под эту задачу тоже бы сгодились.

Дословный перенос текста на экран далеко не гарантирует шедевра на выходе. У каждого медиа свой язык, и расхождения неизбежны, как бы ты ни старался. Взять хотя бы великолепную, по мнению самого Ицуки, манга-адаптацию «Всё ради сестрёнки» — даже там пускали под нож целые диалоги, тасовали сцены и добавляли то, чего в книге отродясь не было.

Хашима невольно вспомнил фразу, которую как-то обронил в разговоре с Харуто: «Мы пишем книги, а не черновики для аниме».

И это не было дешёвой попыткой утешить друга. За этими словами стояла вся его гордость как творца, непоколебимая уверенность: стопроцентно скопировать его текст в другом формате попросту невозможно.

Следовательно, если того требует сценарная монолитность конкретного сериала, перекраивать первоисточник вполне допустимо… Ицуки считал, что это не просто нормально, а жизненно необходимо.

Если это действительно пойдёт на пользу финальному продукту.

Но это… Это был совсем другой случай.

Да, на бумаге двенадцать серий складывались в единый сюжет. Но именно что «складывались».

Бездумно вырубить кучу сцен, выбросить в корзину важнейшие сюжетные зацепки и утрамбовать остатки ногой — это не оптимизация текста под экранные нужды, это настоящее изнасилование истории.

И самое главное…

— Почему брату с сестрой Онизаки выделено так мало времени? — сухо констатировал Ицуки, изо всех сил сдерживая клокочущие эмоции.

Сюжет «Всё ради сестрёнки» вращался вокруг дуэта главных героев — Казумы Акацуки и его младшей сестры Ичики. Однако им противостояла другая не менее важная пара родственников: Шинго и Юкико Онизаки.

Будучи одноклассниками и близкими друзьями Акацуки, втайне они промышляли охотой на ёкаев. Не ведая об истинной сущности друг друга, эти двое то вступали в конфронтацию с демоническими полукровками Акацуки, то сражались с ними бок о бок, двигая сюжет вперёд. И суть была не просто в банальном противостоянии: динамика в семье Онизаки служила зеркальным отражением главных героев, позволяя раскрыть тему братской и сестринской любви во всех её нюансах. Пожалуй, их можно было назвать вторым комплектом протагонистов, и Ицуки вкладывал в них не меньше души и писательского пыла, чем в Казуму и Ичику.

Но в этой сценарной отписке о семействе Онизаки не было сказано почти ни слова.

Хиругано, ни на секунду не сбившись с ритма, выдал очередную заготовку:

— Понимаете, обилие второстепенных персонажей на экране распыляет внимание зрителя, мешая ему идентифицировать главных героев. Поэтому в рамках сериала мы решили максимально сместить фокус на дуэт Казумы и Ичики. Опять же, хронометраж не резиновый. Разумеется, Онизаки никуда не исчезнут, просто в черновике их линии прописаны тезисно. К тому же мы планируем разбавить сухой сюжет фансервисом, выделив для Юкико парочку пикантных сцен, которых не было в оригинале.

— Второстепенных… персонажей?

Красная пелена ярости застлала глаза Ицуки.

Шинго и Юкико — несущие опоры его истории! Называть их какой-то блёклой «массовкой» или «вторым планом» — это просто кощунство! Да и вообще, не важно, Онизаки это или кто-то ещё: для писателя каждый выдуманный им человек — словно родное дитя, со своим характером, судьбой и личной трагедией. И он не собирался мириться с тем, что с его детьми обращаются как с дешёвым расходным материалом.

В моей книге нет лишних людей! И вы не смеете пускать человеческие жизни под нож ради мифической удобной подачи или жалкого хронометража!

— Вы!..

— Что ж, концепция ясна, — вмешался Годо.

Главред перехватил инициативу за долю секунды до того, как Ицуки взорвался.

— Нестыковки с нашим текстом, конечно, имеются, но, учитывая специфику формата экрана, этого не избежать. В конце концов, в анимации мы люди сторонние, поэтому наша задача — доверять экспертизе профессионалов.

Годо обращался вроде бы к сценаристу, но Ицуки прекрасно понимал, в чей огород летит этот камень.

— Адаптацией займутся присутствующие здесь господа, а Хашиме-сэнсэю следует с головой уйти в написание продолжения цикла. График у нас, признаться, безумный, но давайте консолидируем усилия во имя успеха франшизы «Всё ради сестрёнки».

Довериться экспертизе…

Хашиме-сэнсэю следует с головой уйти в написание…

Консолидируем усилия…

Проще говоря, ошейник затянулся.

Главный редактор прямым текстом велел писателю: «Сиди и не вякай».

— Тц…

Ицуки до крови прикусил губу.

Токи же предупреждал: это проект-замена, и никто не станет подстраиваться под его хотелки. Он сам влез в эту петлю, клюнув на призрачные амбиции. Так какое он имеет право теперь качать права? Годо прав тысячу раз: нужно отделить мух от котлет, забыть про экранизацию как про страшный сон и спасать первоисточник. Телепроизводство ему неподвластно, его удел — скрипеть пером. Надо просто умереть и довериться спецам…

Парень отчаянно пытался потушить разгорающийся внутри пожар, как вдруг его мучительные терзания прервал звонкий возглас:

— Простите, но вы сейчас серьёзно?

Уверенный голос принадлежал Мияко, которая так и продолжала стоять у самых дверей.

— Ширакава-сан!.. — прошипел бледный Токи.

Редактор испепелил её взглядом, призывая к тишине, но девушка лишь упрямо надула губки:

— Да что не так-то?

— Девочкам на побегушках слова не давали, — отчеканил Годо.

От ледяного тона главреда Мияко в буквальном смысле передёрнуло. Однако, справившись с секундным оцепенением, она вперила в него не по годам суровый взгляд:

— Вы же… экранизируете роман Ицуки! А самому автору затыкаете рот! Разве это нормально?!

— Никто никому ничего не затыкает, — с нажимом процедил Годо. — Мы высоко ценим консультации создателя вселенной. Речь шла лишь о том, что фокус профессиональных интересов Хашимы-куна обязан лежать в плоскости литературы.

Аура главреда давила бетонной плитой — даже тёртые калачи из анимационной студии вжались в стулья. Но Ширакаву было не остановить:

— Если так, почему вы его игнорируете?! Каркас сюжета — это же фундамент сериала! Как можно отдавать такую жизненно важную вещь на откуп людям со стороны?!

— Писатель — дилетант в законах режиссуры! При всём уважении, пусть лучше доверится про…

— Вы сами прекрасно знаете, что ваш хвалёный профессионализм не даёт гарантий от провалов!

— Пфф! — Токи прыснул в кулак. — А аргумент-то железобетонный, — хмыкнул он. Годо просверлил своего подчинённого таким взглядом, что тот моментально сник.

— В общем… Я считаю, что мы обязаны всё досконально обсудить! И только потом решать, заслуживают эти люди доверия или нет!

— Я же сказал… Внештатным сотрудницам слова не давали!..

Нервы Годо сдали, и он почти сорвался на крик. Девушка с глазами, полными отчаяния, обернулась к Ицуки. Писатель, до этого момента наблюдавший за пикировкой в состоянии глубокой кататонии, вздрогнул. Туман в его голове рассеялся.

— Ицуки! А тебя самого всё устраивает?! Будешь сидеть и кивать?! Боишься, что получится как у Фувы-сана?! Да, может, они и сделают шедевр без твоего участия! А может, и нет! Но, чёрт возьми, это ведь ТВОЯ история!

Слова Мияко пробили брешь в его обороне.

— Ха-ха…

Уголки губ Ицуки поползли вверх, обнажая хищный оскал.

— Ширакава, отбой тревоги. Я в норме.

— Ой, д-да на здоровье, — буркнула та и, залившись краской, отвернулась к стене.

— И какого чёрта я вообще спасовал?.. Подумаешь, забрали слот у «SILLIES»! С какой стати я должен забиваться в угол и чувствовать себя виноватым?!

Главред резко повернулся к редактору:

— Кенкен, ты растрепал?

Токи лишь невинно захлопал ресницами и принялся с интересом разглядывать потолок.

— «Всё ради сестрёнки» — это моя интеллектуальная собственность! — отрезал Ицуки. — И если я хочу тратить свои нервы и время на эту экранизацию, закон мне не запретит! И уж тем более никто не вправе запретить мне называть дерьмовый сценарий — дерьмом!

С этими словами писатель схватил непорочный черновик и эффектно разодрал его пополам.

— Сэнсэй, вам не кажется ваше поведение… слегка неадекватным? — процедил Хиругано.

Сценарист чеканил каждое слово медленно и с расстановкой. Он отчаянно пытался сохранить лицо, но в его тоне отчётливо звенела ярость.

— Понимаю вашу фрустрацию как создателя вселенной… Но поймите и вы: я вложил массу усилий, чтобы адаптировать ваш материал под нужды телевидения. Это моя профессиональная трактовка! Потрудитесь же войти в положение, как говорится, «сделайте скидку на формат».

— Идиот!

— К-как вы смеете?!.

Безапелляционный вердикт Ицуки лишил сценариста дара речи.

— «Сделайте скидку на формат» — это гнилая отмазка бездарей, которые убивают атмосферные ранобэ, потому что у них силёнок не хватает раскрыть потенциал оригинала! Не смей цитировать эту чушь с таким пафосным видом, будто открыл мне истину в последней инстанции! «Вложил массу усилий»?! Да ты издеваешься! Твоя писанина — это дешёвая халтура, склёпанная на коленке за пять минут до дедлайна! У тебя даже совести хватает сидеть тут и заливать мне про «оптимизацию формата»! Ты даже не старался! А если ЭТО — пик твоих возможностей, то ты некомпетентный осёл! Шёл бы ты в дворники, «профессионал»!

Под градом оскорблений лицо Хиругано пошло пятнами, желваки нервно заходили ходуном.

— Да как ты смеешь… Выскочка, чью макулатуру взяли лишь потому, что подвернулось свободное место! И этот писака будет учить меня работать?!

— Эй-эй!.. Х-Хиругано-сан!..

— Сэнсэй, возьмите себя в руки!..

— Ицуки… Тормози, ты перегибаешь!..

Продюсер Осима, ассистент Ямада и Мияко впали в панику, пытаясь разнять сцепившихся оппонентов. Токи с Годо сидели, мрачные, как тучи, сокрушённо потирая виски.

Лишь режиссёр Таруи с любопытством и лёгкой улыбкой на губах наблюдал за этой вакханалией, словно зритель в театре.

— Твоя правда! Тиражи у меня пока так себе! — взревел Ицуки. — И именно поэтому я когтями выцеплю из этой долбанной экранизации всё возможное для своего роста! И я костьми лягу, но не позволю какому-то зажравшемуся сценаристу пустить мой шанс под откос!

На крик писателя Хиругано ответил не менее мощным выбросом яда:

— Аниме — это тебе не тренировочный полигон для прокачки писак! Это комплексное искусство, над которым корпят десятки спецов! И не суй свой нос туда, где ничего не смыслишь, малолетний дилетант!

— Ах, спецов?! Так и выдай работу, достойную спеца! Ты ведь наверняка решил: подумаешь, очередная подработка на проходном тайтле, можно и спустя рукава наваять, да?!

— Чушь собачья! Индустрия так не работает! Выдашь халтуру — поставишь крест на репутации и лишишься заказов! В век интернета послужной список гуглится на раз-два! Нас обсуждают, нас ненавидят и обожают! Никто не позволит себе гнать откровенный брак!

— Какого лешего ты тогда мне эту макулатуру принёс?!

— Я не халтурил!

— Ещё как халтурил!

— Нет!

— Так значит, это твой потолок?! Вся твоя креативная мощь вылилась в ЭТО?!

— Заткнись! Я сам плеваться хочу от этого плана!

— Так зачем ты его таким сделал?!

— Потому что твой оригинал — унылейшее дерьмо!

— Г-гяфу-у-ун?!

Этот чистый, дистиллированный хук справа стал для Ицуки полнейшей неожиданностью.

Хиругано тоже смущённо откашлялся.

— …Если честно, я не совсем понял, в чём прелесть этого оригинала. Изначально я большой фанат серии «SILLIES» Китагаты-сэнсэя. Услышав, что по ней планируется аниме, я напрямую обратился к режиссёру и добился, чтобы меня назначили сценаристом! А потом этот проект внезапно накрылся, и экранизировать решили совсем другую работу… Я вообще ничего не понимаю!

…Судя по всему, в пучине обстоятельств непреодолимой силы барахтался не только автор оригинала Ицуки, но и команда аниматоров.

— Структура была уже полностью утверждена, оставалось только дождаться официального старта производства! Подумаешь, у героини оказался член, а эти так называемые фанаты тут же отвернулись от нас, вот же свиньи!.. Но всё равно, это моя работа, поэтому я добросовестно попытался понять суть «Всё ради сестрёнки» и по несколько раз перечитал все тома. Но это просто невозможно! Я в принципе не понимаю этой одержимости младшими сестрёнками! У меня в реальности четыре младшие сестры… и от одной мысли о том, чтобы воспринимать этих дур как девушек, меня тошнит. Поэтому я попытался как-то переделать первоисточник в форму, которую смог бы понять сам, и в итоге получилось вот это… — опустив взгляд на лежащий перед ним черновик структуры, Хиругано от досады затрясся всем телом.

Глядя на него, Ицуки крепко сжал кулаки:

— Кх… ах ты… ах ты ж… счастливчик!!!

Столкнувшись с этим оскорблением, в котором смешались гнев, печаль, досада и самая искренняя зависть, Хиругано недоумённо моргнул, а затем тяжело вздохнул.

— …После всего сказанного я больше не имею права работать над этим произведением. Прошу прощения за то, что вспылил и наговорил лишнего.

Хиругано покаянно склонил голову, но Ицуки вдруг спросил:

— …Вы хотите сказать, что отказываетесь от места сценариста?

— Да.

— Я вам этого не позволю.

— А?

Обращаясь к растерянному Хиругано, тот продолжил:

— Наговорить такого, а потом просто слиться — это безответственно. Будьте добры, выполните свой долг как профессиональный сценарист.

— …Я же сказал. Я совсем не понимаю вашу работу.

— Раз не понимаете, читайте до тех пор, пока не поймёте… Да нет, можете и не понимать прелести «Всё ради сестрёнки», но вы обязаны осознать всю глубину великолепия младших сестрёнок в целом. Я буду вдалбливать это в вас до тех пор, пока до вас не дойдёт. У него, видите ли, четыре младшие сестры… Я заставлю тебя всем сердцем осознать, в какой благословенной среде ты живёшь!..

В ответ на эти слова Ицуки, явно пропитанные личной завистью, Хиругано виновато улыбнулся и произнёс:

— …Что ж, я постараюсь.

И тут в разговор вмешался режиссёр Таруи, который до этого хранил молчание.

— Раз мы решили, что место сценариста остаётся за Хиругано-саном, структуру сериала нам придётся существенно пересмотреть.

— Таруи-сан!.. Но тогда наши графики… — с упрёком произнёс продюсер Осима.

Однако Таруи проигнорировал его и, глядя прямо на Ицуки, заговорил спокойным тоном:

— Поскольку сэнсэй и Хиругано-сан были с нами кристально честны, я тоже скажу прямо. В данном проекте моя роль сводится, так сказать, к ликвидации последствий поражения.

— Что?!.

Хоть он и предупредил, что будет говорить прямо, но заявление оказалось настолько откровенным, что Ицуки и все остальные присутствующие потеряли дар речи.

— Наша главная задача — жёсткое соблюдение сроков. Мы должны максимально сократить сцены с ярким экшеном или толпами персонажей, требующие больших затрат на анимацию. Нужно урезать количество героев в одном эпизоде, чтобы сэкономить на актёрах озвучки, всеми способами минимизировать производственные расходы и вывести на первый план фансервис, чтобы обеспечить продажи на физических носителях — в общем, сделать всё, чтобы хоть как-то покрыть убытки. Это наш высочайший приоритет. И черновик сценария Хиругано-сана опирался именно на этот фундамент.

— Таруи-сан… — Осима окончательно сник.

Тут Ицуки подал голос:

— …Подождите, режиссёр… Свести убытки к минимуму — это наивысший приоритет?.. То есть вы хотите сказать, что собираетесь делать это аниме, заранее смирившись с его провалом?!

— Разумеется, в душе все мы надеемся на успех. Однако шишки в производственном комитете считают шансы на этот успех крайне призрачными. Основная причина, конечно, кроется в проблемах с графиком и составом команды, возникших из-за того, что мы выступаем в роли экстренной замены. Но есть и другая, не менее весомая: оригинал представляет собой романтическую комедию в реалиях японской старшей школы, да ещё и с тематикой инцеста. А значит, высока вероятность того, что на зарубежных стриминговых платформах сериал попросту провалится.

Ицуки, как человек из смежной индустрии, прекрасно понимал, что бизнес-модель современного аниме всё больше смещается от продажи дисков в сторону получения прибыли со стримингов. В эпоху, когда физические носители продаются со скрипом, для успеха аниме — то есть для получения прибыли — критически важно, чтобы проект выстрелил не только в Японии, но и за рубежом.

— Как же так… — выдохнул Ицуки поникшим голосом.

Услышать от кого-то, что оригинал вряд ли зайдёт за границей, — это настоящий удар для автора. Да, Ицуки всегда мечтал об аниме-адаптации своей работы, но он ведь не писал её с прицелом на экранизацию.

Видя, как Ицуки помрачнел, осознав, что преградой для аниме стало то, на что он никак не мог повлиять, Таруи добавил:

— Но, откровенно говоря, я и сам не горю желанием создавать произведение, заранее настраиваясь на поражение.

— Что?

— Возможно, с моей стороны прозвучит самонадеянно говорить такое перед автором оригинала, но каждую работу, которую я режиссирую, я воспринимаю как собственного ребёнка. А где вы видели родителей, которые воспитывают детей с мыслью, что те станут неудачниками?

— Режиссёр…

Таруи говорил спокойно, но в его глазах безошибочно читалось жгучее пламя истинного творца.

— К тому же, в нашей индустрии иногда случается и так, что проект, от которого никто ничего не ждал, внезапно выстреливает и становится невероятно популярным. Я не хочу мыслить негативно и готовиться к провалу. Я твёрдо намерен идти вперёд, веря в победу… Так ведь гораздо круче, согласитесь. Прямо как главный герой в каком-нибудь аниме.

С этими словами на губах Таруи заиграла по-мальчишески задорная улыбка.

— Огромное вам спасибо.

Ицуки был благодарен ему от всей души. Глядя режиссёру прямо в глаза, он серьёзно добавил:

— Прошу, позаботьтесь о «Всё ради сестрёнки».

— Безусловно. Я сделаю всё, что только в моих силах, чтобы это аниме стало успешным. Но для этого мне понадобится и ваша помощь, сэнсэй.

— Кон…

— Конечно, — уже хотел было ответить Ицуки, но в этот момент в разговор вмешался Годо.

— Разумеется. Как представители оригинального произведения, мы окажем вам полное содействие: проверим дизайн персонажей, проконтролируем рамки сюжета и всё в таком духе.

— Этого будет недостаточно, — невозмутимо парировав исходящее от Годо давление, отрезал Таруи. — Чтобы преломить эту неблагоприятную ситуацию, сэнсэю придётся принять самое активное участие в работе. Прежде всего, вам нужно будет срочно переписать структуру сериала вместе с Хиругано-саном. Во-вторых, вам предстоит присутствовать на каждом сценарном собрании. В-третьих, если нам понадобятся новые оригинальные персонажи или элементы сюжета, их созданием займётесь именно вы. Вполне возможно, что в какой-то момент вам даже придётся самостоятельно написать сценарий. Кроме того, мы ждём от вас бонусных рассказов, которые войдут в комплекты с дисками. И думаю, это далеко не полный список того, о чём я попрошу.

— Сэнсэю необходимо в ускоренном темпе писать продолжение оригинала. У него нет времени на такие…

— Я в деле, — решительно перебив Годо, ответил Ицуки.

Годо поморщился и, словно пытаясь образумить его, произнёс:

— …Хашима-кун. Полноценное участие в создании аниме — это гораздо более изматывающий процесс, чем ты думаешь. Это непременно скажется на твоей писательской деятельности. Если ты настолько увлечёшься аниме, что упадёт темп выхода новых томов оригинала, то мы потеряем всё, ради чего старались.

— …И всё-таки я хочу участвовать в создании этого сериала. И я приложу все усилия, чтобы постараться не сбавлять темпы выхода книг! — твёрдо заявил Ицуки. В этот момент Токи добавил:

— …Босс. Редакционный отдел не имеет права препятствовать автору оригинала, если тот сам изъявляет желание участвовать.

— …

Годо молча зыркнул на Токи и перевёл взгляд на Ицуки. Ицуки смело встретил этот пронзительный взор.

— …Боже правый. Пеняй на себя, — бросив это напоследок, Годо отвернулся.

— В таком случае, Ицуки Хашима-сэнсэй. Позвольте сказать ещё раз: я искренне надеюсь на наше плодотворное сотрудничество.

— Я тоже надеюсь на ваше содействие, — почтительно склонил голову Ицуки.

Вот так он с головой погрузился в работу над аниме «Всё ради сестрёнки».

После завершения ознакомительной встречи в издательстве Ицуки, Токи, режиссёр Таруи и сценарист Хиругано вчетвером отправились в бар, чтобы за кружкой выпивки наладить дружеские отношения и обсудить рабочие моменты.

Продюсер Осима и ассистент производства Ямада тоже покинули переговорную, так что внутри остались лишь хмурый Годо да Мияко, собиравшая пустые чашки из-под напитков.

— …Писателю достаточно воспринимать медиамикс как очередную рекламную кампанию, пусть и слегка раздутую в масштабах. Не обращая внимания на успехи или провалы, он должен просто сосредоточиться на своей, и только своей, работе... Впрочем, если бы они были способны мыслить столь прагматично, то изначально никогда бы не стали писателями… — пробормотал Годо, глядя куда-то вдаль.

— …Главный редактор, почему вы так яростно противитесь участию авторов в работе над аниме? — спросила Мияко.

— …Чем сильнее они вкладывают душу в адаптацию, тем глубже будет их рана в случае провала. Я видел множество авторов, которые ломались и теряли способность писать именно после выхода сериала. Да что тут говорить, иногда даже в случае успеха создатели оригинала попросту выгорают дотла.

— …Но ведь не факт, что Ицуки ждёт та же участь, верно?

— Верно. Но и обратного никто не гарантирует. И мой личный опыт подсказывает, что именно исход с выгоранием гораздо более вероятен.

В словах Годо таилась та самая тяжесть, которая присуща только человеку, проработавшему редактором более двадцати лет и повидавшему на своём веку множество писателей.

Опыт.

Против столь весомого аргумента Мияко ничего не могла возразить. И всё же:

— …Но в таком случае, может, и вовсе не стоило затевать это аниме?

Услышав столь наивные слова Мияко, которые в корне противоречили всему, что сказал Годо, но были абсолютно естественными для человека, не знакомого с закулисьем индустрии, редактор лишь тихо хмыкнул и промолчал.

Вплетая в себя множество чувств самых разных людей, шестерёнки аниме пришли в движение…