Глава 2. Главные герои

«Если ты не против, прошу тебя, давай встречаться».

Мияко ответила на признание Харуто Фувы лишь спустя неделю.

Это произошло через день после того, как сама Мияко призналась Ицуки и потерпела сокрушительное поражение.

С того самого момента, как они расстались перед станцией после его признания в пивном баре, Мияко всерьёз размышляла над тем, стоит ли ей принять чувства Харуто.

Ей и раньше признавались в любви: в средней и старшей школе она пользовалась немалой популярностью. Несколько раз ей открывали свои чувства даже парни, которых она считала просто друзьями.

Всем им Мияко отказывала. Однако отвергать чужую симпатию — особенно от тех, с кем близко общаешься — было для неё невероятно тяжело и больно. К этому чувству вины невозможно было привыкнуть, сколько бы раз оно ни повторялось. Поэтому со второй половины второго года старшей школы она начала по возможности избегать общения с парнями, а поступив в университет, решительно отклоняла любые приглашения на групповые свидания.

Из-за этого сейчас в её окружении было всего трое парней, с которыми она поддерживала тесное общение: Ицуки, Харуто и заодно Чихиро.

Харуто ей ни в коем случае не был противен.

Внешне он был утончённым красавчиком, но на удивление оставался простым и наивным, а на деле — вообще девственником. К тому же в глубине души он скрывал пылкую страсть, что роднило его с Ицуки.

Хоть его аниме-адаптацию и постигла печальная участь, как писатель Харуто добился вполне солидного успеха. В отличие от Ицуки или Наюты, он всегда чётко соблюдал дедлайны. Не напивался, не раздевался и не устраивал дебошей, как Токи и другие сотрудники редакции «GF Bunko». Среди всех знакомых Мияко он был самым надёжным и состоявшимся взрослым человеком, достойным искреннего уважения.

И к тому же…

«Ты тогда в буквальном смысле спасла мне жизнь. Это чистая правда. Если бы ты не заплакала в ту ночь из-за меня, я бы сейчас, наверное, сорвался в бездонную пропасть».

«Если бы весь этот мир состоял из одних только слепяще «крутых» типов, жить в нём стало бы просто тошно и тяжело. Лишь благодаря таким добрым, чувствительным и замечательным девушкам, как ты, Мияко-чан… Тем, кто может проронить слезу ради других, крутые типы находят в себе силы не сдаваться».

Эти слова Харуто сказал ей прямо перед тем, как признаться.

И, честно говоря, они затронули её до глубины души.

Ей искренне, от всего сердца сказали, что она вовсе не «пустышка». Мияко чувствовала, что эти слова спасли её саму. Она почувствовала себя вознаграждённой за всё.

Крутой и добрый парень… На словах звучит, конечно, заурядно, но для Мияко Харуто был именно таким.

Стать с ним парой и идти по жизни вместе — Мияко искренне считала, что это было бы просто чудесно.

Она была уверена, что если они с Харуто начнут встречаться, у них всё обязательно сложится. Возможно, с ним она стала бы даже счастливее, чем рядом с Ицуки.

Но…

— Простите. Я не могу с вами встречаться.

После окончания смены на подработке Мияко встретилась в кофейне неподалёку от издательства с Харуто, который заходил в редакцию по делам, и дала ему свой ответ.

С напряжённым лицом, едва заметно дрожа, Харуто выслушал её, а затем тихо вздохнул:

— …Вот как.

Он улыбнулся с лёгкой грустью, словно изначально был готов к такому ответу.

— …Простите, — с навернувшимися на глаза слезами ещё раз извинилась Мияко.

Харуто натянул на лицо улыбку, в которой слишком явно читалось желание казаться сильным:

— Да я сам виноват, поставил тебя в неловкое положение, уж извини. Спасибо, что дала ответ.

Затем он произнёс неестественно бодрым голосом, выдавливая из себя беспечность:

— Да уж, все эти десять дней сердце так и колотилось, места себе не находил! Работать вообще не мог, просто беда. Но теперь хоть отпустило. Результат, конечно, печальный, но если честно — я даже почувствовал облегчение.

— Вот, значит, как…

— Ага. Стыдно признаться, но тогда я впервые в жизни вообще кому-то признавался в любви. Как подумаю, что все парочки в мире проходят через подобное, так проникаюсь к ним таким неподдельным уважением! Теперь даже язык не повернётся в шутку крикнуть: «Чтоб вы сдохли, успешные ублюдки!» Ха-ха-ха…

— А-ха… — Мияко выдавила дежурную улыбку, а затем добавила: — …А я позавчера тоже впервые в жизни призналась в любви.

— А? — Харуто, только что изображавший наигранное веселье, округлил глаза.

— Я призналась Ицуки… И получила мгновенный отказ. А-ха-ха… — с её губ сорвался сухой смешок.

— О, о-оу… В-вот как… — Харуто растерянно заморгал, явно не поспевая за потоком информации.

Лицо Мияко стало серьёзным:

— …Признаться другому парню, даже не дав ответа вам… Я просто ужасна, да?..

— А? А, да нет, с этим-то как раз всё нормально, но… — он пристально посмотрел на неё. — Как бы сказать… Отчаянный поступок, конечно. Ты ведь понимала, кто нравится Ицуки, верно?..

— …Да. Просто сделала это на эмоциях.

Харуто прыснул со смеху. А затем произнёс с искренним пониманием:

— На эмоциях, значит… Ну, тут уж ничего не попишешь. Справедливости ради, я ведь тоже знал, что ты любишь Ицуки, но всё равно признался — тоже на эмоциях.

— А?! Вы знали?! — Мияко ошеломлённо распахнула глаза, а Харуто лишь горько усмехнулся:

— А, угу.

— Э-э? Н-но откуда вы?..

— Я просто смотрел. Смотрел на тебя, Мияко, — ответил он с мягкой улыбкой.

— Понятно… — Мияко смущённо отвела взгляд.

Смотрел, поэтому и знал. Потому что любил, вот и смотрел... Та же самая логика, по которой она сама разгадала чувства Ицуки.

Харуто одарил её чуть ехидной улыбкой:

— Значит, вариант «мне отказал парень моей мечты, так что отпущу-ка я эти чувства и найду новую любовь»… ты даже не рассматриваешь?

Мияко криво усмехнулась:

— А-ха-ха, ну да… Наверное, так было бы куда конструктивнее, но… я решила попробовать побороться ещё немного.

— Понятно… Лично мне, конечно, обидно, но целеустремлённость — это хорошее качество. Взять те же аниме или гаремники: проигравшая героиня, которая быстро оправилась и нашла новую любовь, всегда уступает в популярности той, что продолжает хранить верность главному герою и до конца жизни ни с кем не заводит отношений, даже если он уже выбрал другую!

На эти полушутливые слова Мияко ответила совершенно серьёзным тоном:

— Если честно, меня совершенно не радует популярность по меркам аниме-персонажей.

— Ха-ха, ну да, логично.

— Да и вообще! Одно дело — «не смогла быстро отпустить», но «осталась одинокой до конца жизни» — это уже как-то слишком пугающе, не находите? От такой преданности не по себе станет и самому главному герою, и той девушке, которую он выбрал!

Видя, как Мияко искренне содрогнулась от такой перспективы, Харуто, будучи заядлым фанатом эроге, не удержался от возражения:

— Да нет же, в этой абсолютной преданности и кроется весь шарм!

— Какая к чёрту преданность, это уже попахивает сталкерством и откровенно пугает!.. Погодите-ка, только не говорите, что вам нравятся такие типажи.

Она посмотрела на него полуприкрытыми глазами, полными подозрения. Харуто поспешно отвёл взгляд:

— …Т-только если в 2D, окей?

— Да неужели?..

— Ч-честно! В реальности-то я мечтаю, чтобы ты поскорее забыла об Ицуки и обратила внимание на меня! — выпалив это на одном дыхании, Харуто вдруг осознал, что именно сказал, и густо покраснел.

Мияко тоже залилась краской и опустила голову:

— В-вот как…

Некоторое время они молчали, осторожно обмениваясь изучающими взглядами, а затем оба одновременно не выдержали и засмеялись.

— Пфф…

— А-ха…

Посмеявшись над всей этой нелепой ситуацией, Харуто проникновенно произнёс:

— …Да уж, сурова ты, реальная жизнь.

— И не говорите… — так же проникновенно кивнула Мияко, но затем добавила: — …И всё же. Но я всё равно не сдамся. Ни за что, — заявила она твёрдым голосом, подавляя слёзы.

— Я тоже, — кивнул Харуто. Лицо его сохраняло мягкость, однако в глазах чётко читался неугасимый огонь.

Вот так и началась новая история Мияко Ширакавы и Харуто Фувы.

Время отмотаем на два дня назад.

В ту ночь, когда Мияко рассказала Наюте о своём признании Ицуки, они легли в постель, обнявшись обнажёнными. Мияко уже начала проваливаться в дрёму, всем телом наслаждаясь теплом мягкой кожи Наюты, как вдруг подруга неожиданно заговорила:

— Кстати, Мя-сан.

— М-м?

— …Ты планируешь окончательно сдаться насчёт Ицуки-сэмпая?

От этого вопроса сердце Мияко ёкнуло.

Если честно, она и сама ещё не до конца всё решила.

Она призналась Ицуки и потерпела сокрушительное поражение.

Ицуки любит Наюту.

…Однако, несмотря на взаимные чувства, они с Наютой пока официально не встречались. Если не опускать руки после первого отказа и продолжить штурм, вероятность того, что Ицуки всё-таки обратит на неё внимание, вовсе не равна нулю.

— …А чего бы хотелось тебе, Наю? — намеренно ровным голосом спросила Мияко в ответ.

Шанс того, что Ицуки посмотрит в её сторону, конечно, существует, но он крайне мал. Им чудом удалось избежать ссоры, и было бы ужасно глупо ввязываться в столь безнадёжную авантюру только для того, чтобы в этот раз окончательно разрушить дружбу с Наютой.

— Думаю, Мя-сан должна поступать так, как подсказывает ей сердце.

Голос Наюты звучал абсолютно спокойно.

— …Ты это серьёзно?

— Да.

Наюта посмотрела Мияко прямо в глаза и подтвердила свои слова:

— Я ни за что никому не отдам Ицуки-сэмпая. Это решённый факт. Поэтому Мя-сан может делать всё, что ей вздумается: признаваться в любви, соблазнять, предлагать непристойные эротические услуги — я совершенно не против.

— Эй, я не собиралась никого соблазнять, а уж тем более оказывать эротические услуги! — густо покраснела Мияко. — …Но, знаешь, ты права. Сдаваться пока рановато.

— Вот как.

— …Ты точно не против? Ведь этот Ицуки может на удивление быстро пасть к моим ногам, знаешь ли.

— Мя-сан — потрясающая девушка, так что такое развитие событий вполне возможно… Но если это случится, я просто отобью его обратно. Столько раз, сколько потребуется.

Услышав это спокойное, но исполненное непоколебимой решимости заявление, Мияко невольно улыбнулась:

— …Ах ты, маленькая нахалка. Я тебе не проиграю, Наю.

Наюта тоже улыбнулась в ответ:

— Ради сэмпая я одолею даже Мя-сан.

В этот момент Мияко впервые почувствовала, что они с Наютой стоят на абсолютно равных позициях. Вне зависимости от социального статуса, возраста и писательского таланта. Просто как две обыкновенные влюблённые девушки.

…Если бы не этот ночной разговор, то спустя два дня Мияко, возможно, ответила бы согласием на признание Харуто… кто знает.

Однако этот диалог повлиял не только на будущее Мияко — он в корне изменил и судьбу самой Наюты.

…На следующий день, вскоре после полудня, в редакцию «GF Bunko» издательства «Gift» поступил телефонный звонок. Звонили Кираре Ямагате.

— Э?! — невольно вскрикнула Ямагата от удивления, взглянув на определитель номера.

Она хоть и числилась подопечной Ямагаты, но чтобы Наюта звонила ей сама по собственной инициативе — такого не случалось уже очень давно. Да что там… кажется, такого не было вообще никогда.

Слегка занервничав, редактор сняла трубку. Наюта заговорила о медиамиксе:

— Вы как-то упоминали, что поступало несколько предложений о создании медиамикса по моим книгам. Если какие-то из них ещё актуальны, не могли бы вы рассказать мне о них подробнее?

«Несколько раз упоминала» — это ещё мягко сказано. Предложения сыпались одно за другим: аниме, манга-адаптации, игры, театральные постановки, фильмы с живыми актёрами, телесериалы, спин-офф новеллы, коллаборации с ресторанами и модными журналами… Казалось, к ним поступали вообще все возможные офферы, какие только можно было придумать в индустрии.

До этого момента Наюта отвергала их все, даже не раздумывая. Однако среди партнёров периодически находились те, кто продолжал упорно стучаться в закрытую дверь, заявляя: «Мы готовы ждать сколько угодно лет, пока Кани-сэнсэй не изменит своё решение».

— …С чего вдруг такие перемены в настроении? — не удержавшись, спросила Ямагата.

На что Наюта ответила мягким, но пропитанным невидимым духом соперничества голосом:

— …Просто подумала, что и мне пора начать стараться в полную силу.

Ямагата не стала лезть с расспросами. Вместо этого она решила оперативно организовать личную встречу Наюты с главным редактором.

Ведь медиафраншиза по серии «Пейзаж» — это проект поистине грандиозного масштаба не только для редакции «GF Bunko», но и для всего издательства «Gift» в целом. Действовать нужно было предельно осторожно.

— Фу-ух… — повесив трубку, Ямагата устало вздохнула.

— Что-то случилось? — оказавшаяся поблизости стажёрка, Мияко Ширакава, бросила на неё недоумённый взгляд.

— Да так, ничего особенного, — уклончиво ответила Ямагата.

Она и понятия не имела, что причина неожиданной смены курса Наюты сейчас стоит прямо перед ней.