Глава 9. Кастинг
В один из дней в середине октября.
В неприметной студии Синдзюку вот-вот должно было начаться прослушивание на роли в аниме «Всё ради сестрёнки».
На повестке дня стоял выбор голосов для четырёх главных героев: протагониста Казумы Акацуки, главной героини Ичики Акацуки, лучшего друга героя (и, по сути, второго протагониста) Шинго Онизаки, а также его младшей сестры — Юкико Онизаки.
Актёры на остальные, второстепенные роли утверждались иначе. Либо через прослушивание по аудиозаписям — без личного присутствия артистов, — либо назначались напрямую по пожеланиям режиссёра, звукорежиссёра или автора оригинала.
В сопровождении своего редактора, Кэнджиро Токи, Ицуки с лёгким мандражом переступил порог студии.
Излишне говорить, что сэйю — это те, кто вдыхает в персонажей жизнь. Роль колоссальной важности.
Конечно, у него заранее, как у создателя, всё же поинтересовались видением идеального каста. Ицуки тогда называл конкретные имена или говорил: «Кто-то с голосом такого-то персонажа». Этих людей обещали по возможности пригласить. Но кто придёт на прослушивание помимо них, писатель не знал вплоть до этой самой минуты.
Пройдя вглубь коридора, они наткнулись на дверь с табличкой: «Комплектование актёрского состава ТВ-аниме Всё ради сестрёнки». Похоже, им сюда.
Помещение делилось толстым звуконепроницаемым стеклом надвое: на аппаратную, заставленную всевозможным оборудованием, и непосредственно саму кабину звукозаписи с микрофоном.
Толстая дверь поддалась, и Ицуки с Кэнджиро вошли в аппаратную. Там их уже ждали режиссёр Мунэнори Таруи, продюсер Цутому Осима, ассистент по производству Какэру Ямада и ещё несколько человек из производственного состава.
— Доброе утро! — поздоровался Ицуки.
В ответ со всех сторон раздался нестройный хор голосов:
— Доброе у-утро!
На часах было начало одиннадцатого, так что сейчас эта фраза звучала абсолютно уместно. Впрочем, в индустрии аниме, будь на дворе день или глубокая ночь, принято всегда здороваться именно словом «утро».
— Ицуки-сэнсэй, рад вас видеть. Надеюсь на плодотворную работу, — произнёс режиссёр Таруи, поднимаясь с дивана.
— А, да. Взаимно.
— Прослушивание — дело не быстрое. Придётся запастись терпением, — всё тем же лёгким, непринуждённым тоном добавил режиссёр. Они виделись каждую неделю на обсуждениях сценария, так что успели неплохо поладить.
— Кстати, вот список и анкеты сэйю, которые сегодня будут пробоваться, — сказал режиссёр, передавая Ицуки пухлую стопку бумаг со стола.
На первых страницах располагалось расписание: время напротив каждого имени. Указывало, кто и во сколько должен подойти. Сам кастинг был разбит на два дня — сегодня и завтра. В сегодняшнем списке значилось около полусотни человек.
Дальше шли листы, где в качестве заголовка значилось имя персонажа, а под ним — столбец кандидатов. Человек по тридцать на каждую роль. Там же было указано агентство талантов.
Остальной объём макулатуры представлял собой личные досье на каждого артиста. Фотографии, возраст, место рождения, краткая биография, таланты и, разумеется, послужной список: названия проектов и сыгранные в них роли.
Пробежавшись глазами по строчкам, Ицуки то тут, то там натыкался на имена настолько известных сэйю, что даже он — человек, не особо погружённый в эту сферу, — их знал.
— Ого, на роль Ичики будет пробоваться… вот эта актриса?! И даже эта… и вот эта… Ого! Это же сэйю того самого персонажа! Ничего себе, да ладно?! Вот это крутизна!
Наблюдая за его бурной реакцией, режиссёр весело усмехнулся:
— Что, кровь закипела?
— Ещё как! — просияв до ушей, выпалил Ицуки.
Режиссёр окинул его взглядом, полным какого-то затаённого понимания, и тихо проронил:
— Надеюсь, до конца дня этот задор не угаснет.
В этот момент из-за внушительного пульта с сотней тумблеров и кнопок поднялся мужчина и повернулся к Ицуки.
— Позволите представиться?
На вид ему было около сорока. Стройный, длинноволосый, в идеально сидящем чёрном пиджаке. Чем-то похож на рок-музыканта, — подумал писатель.
— Рад знакомству. Я звукорежиссёр данного проекта. Фамилия Норикура, — сухо, без лишних эмоций произнёс мужчина.
На протянутой визитке значилось: «Звукорежиссёр / звукозапись — Такуро Норикура».
— Автор оригинала, Ицуки Хашима. Надеюсь на вашу поддержку, — ответил Ицуки, обмениваясь с ним карточками.
Следом к нему подошёл другой человек. Мужчина среднего роста и телосложения, лет сорока пяти, с тяжёлым, даже мрачноватым выражением лица, прилизанным пробором и в очках в толстой чёрной оправе.
— Кастинг-менеджер данного проекта, Асакура. Приятно познакомиться.
— Автор оригинала, Хашима… Прошу прощения, а кастинг-менеджер — это…
— Человек, который согласовывает графики актёров, ведёт переговоры с их агентствами и следит, чтобы все шестерёнки в механизме работы с сэйю крутились без сбоев.
Его визитка гласила: «Wanouchi Office. Первый отдел продаж — Масаки Асакура».
Ицуки обменялся визитками ещё с парой звукооператоров и представителем телеканала. Прошло минут пятнадцать за изучением анкет и лёгкой болтовнёй с режиссёром и Токи, когда Норикура подал голос.
— Что ж, время подошло. Давайте начинать.
Асакура кивнул, открыл дверь и вышел в коридор.
Вскоре в дверях показалась молодая девушка.
— Мика Ичиносэ из «Nagara Production». Рада знакомству!
Она вежливо поклонилась через порог и тут же скрылась из виду.
Ицуки слышал это имя впервые, но голос у неё оказался на редкость чистым и звонким. Да и внешне она была весьма привлекательна. Быстро пробежавшись по её анкете, он выяснил, что в индустрии она лет пять. Засветилась в парочке аниме и игр, но сколько-нибудь значимых ролей не получала.
Почти сразу же открылась дверь в кабину звукозаписи за стеклом, и Ичиносэ предстала перед микрофоном. Как только она заняла позицию, Норикура щёлкнул тумблером громкой связи:
— Для начала назовите своё имя, агентство и роль, на которую пробуетесь.
— Мика Ичиносэ, «Nagara Production». Пробуюсь на роль Ичики Акацуки.
Её голос, пропущенный через студийные динамики, заполнил аппаратную.
Взяв в руки листы со сценарием, она вошла в образ:
— Я староста класса, Ичика Акацуки. Если возникнут трудности — обращайся!
— О-о… — невольно вырвалось у Ицуки.
Тембр остался тем же, но впечатление от голоса изменилось кардинально. Теперь перед ними стояла энергичная, заботливая старшеклассница.
Так вот она какая… игра настоящего профессионала.
— Эй! Я же просила не цепляться ко мне на людях!
— Я в жизни не признаю тебя своим братом!..
— Хи-хи, эй… не хочешь заняться со мной… чем-нибудь неприличным?
— А-ах! Б-братик, не надо, так… а-ах, как же, хорошо…
Холодный укор, предназначенный исключительно для брата.
Дрожащая от бури эмоций интонация девушки, не способной честно признаться в своих чувствах.
Похотливый, вязкий шёпот жаждущей крови супер-стервы.
И, наконец, сладострастные стоны, где смешались искренняя любовь и животная жажда, пробудившаяся от глотка братской крови.
Ицуки густо покраснел. Слушать вживую, как привлекательная актриса с выражением зачитывает твои собственные пошлые фразы, оказалось невероятным испытанием для психики.
И всё же игра Мики Ичиносэ впечатлила его до глубины души. Дело было не только в широчайшем диапазоне эмоций и бесспорном таланте; каждая реплика била в самую суть персонажа Ичики Акацуки. Видимо, перед кастингом она специально прочитала оригинал, чтобы проработать образ.
А можно мы просто её и возьмём? — подумал Ицуки, обводя красной ручкой её фамилию в списке и оставляя пометку: «Отлично!».
— Достаточно. Спасибо за работу, — подал голос Норикура.
Девушка поклонилась в сторону стекла: «Большое спасибо!» — и покинула студию.
Буквально сразу же в дверях аппаратной показалась следующая кандидатка.
— Адзуса Макита из «Nanguu Office»! Рада с вами работать!
Она выглядела моложе предыдущей девушки — ровесница самого Ицуки. Очень ухоженная и эффектная. Имя ему снова ни о чём не говорило, но, судя по анкете, её карьера также началась около пяти лет назад. При этом на её счету числились четыре главные роли в проектах, которые смотрел даже Ицуки.
— Ого, так это её голос… — тихо пробормотал он.
Она быстро перешла в будку звукозаписи.
Звукорежиссёр выдал те же инструкции. Макита назвала себя, агентство, роль — и начала выступление.
— Я староста класса, Ичика Акацуки. Если возникнут трудности — обращайся!
— Эй! Я же просила не цепляться ко мне на людях!
— Я в жизни не признаю тебя своим братом!..
— Хи-хи, эй… не хочешь заняться со мной… чем-нибудь неприличным?
— А-ах! Б-братик, не надо, так… а-ах, как же, хорошо…
Тоже потрясающе.
Её Ичика получилась чуть более живой и звонкой, но это тоже отлично ложилось в образ. Кроме того, играла она как-то увереннее, раскованнее, чем Ичиносэ.
Ицуки пометил и её имя значком, приписав: «Звучит ярче. Тоже отличный вариант».
Следующим шёл тридцатилетний мужчина, пробовавшийся сразу на две роли: Казуму Акацуки и Шинго Онизаки. Очень востребованный актёр — даже сейчас он озвучивал главного героя в выходящей экранизации популярного ранобэ, поэтому его имя Ицуки было знакомо.
Отыграл он, ожидаемо, блестяще. Голос того самого персонажа озвучил Казуму и Шинго! — в полном экстазе мысленно вопил Ицуки, выводя около его анкеты: «Великолепно!».
Затем к микрофону подошла сэйю, чьё имя знал любой, кто хоть раз в жизни смотрел аниме. Она тоже претендовала на роль Ичики. В её игре явно прослеживались нотки цундэрэ из прошлых её ролей. Видимо, к оригиналу она не притрагивалась. Образ немного расходился с задумкой, но сам по себе уровень владения голосом был на голову выше, чем у Ичиносэ или Макиты.
— Ну, что скажете, сэнсэй? — тихо поинтересовался Таруи.
— Хм… Как-то не совсем Ичика. Получается довольно шаблонная цундэрэ.
— Согласен, — кивнул режиссёр, поворачиваясь к Норикуре. — Сейчас всё звучит слишком задиристо, словно у какой-то хулиганки. Нужно чуть-чуть серьёзнее.
Звукорежиссёр на мгновение задумался, включил тумблер и произнёс в сторону кабинки:
— Отыграйте так, будто на персонаже надеты очки.
От такой команды Ицуки и половина стаффа еле сдержали смех.
Однако странное указание каким-то волшебным образом достигло цели. Второй дубль оказался на порядок ближе к истинной сути Ичики.
Обалдеть… — хлопал глазами поражённый в самое сердце писатель.
Невероятна была актриса, моментально нашедшая нужное русло, но ещё невероятнее — звукорежиссёр, сумевший вот так парадоксально, но ёмко перевести мысль на язык сэйю.
Вот она, работа настоящих профи… — с благоговением подумал Ицуки.
А дальше процесс пошёл конвейером. Бесконечная вереница популярных, известных, безмерно талантливых, прекрасных как на подбор актёров и актрис входили в будку, дарили голоса придуманным Ицуки героям и уходили. Да, иногда тембр в корне не подходил персонажу, и дело там было вовсе не в актёрском мастерстве, но в подавляющем большинстве случаев Ицуки щедро ставил в бланках «отлично» и «очень хорошо».
После двадцатого человека объявили короткий перерыв.
Распаковав принесённые из комбини онигири и сэндвич, Ицуки устроил себе поздний обед, не отрываясь от изучения анкет.
— Ну как впечатления, Хашима-сэнсэй? — подходя с чашкой кофе, поинтересовался Таруи.
— Это… просто потрясающе, — выдохнул Ицуки.
— Иной раз авторы, не особо жалующие кастинг, сходят с ума после двадцати повторений одних и тех же строчек. Вам как, ещё не приелось?
— Что вы! Мне безумно нравится! Слышать, как целая армия первоклассных сэйю на разные лады называет тебя «братиком» — это же просто рай.
— Ха-ха, другого от вас и не ждал, — рассмеялся режиссёр, понимая, что писатель абсолютно искренен.
— А можно мне потом забрать аудиозаписи прослушивания на память?
— Без проблем.
— Да! — тихо, но торжествующе вскрикнул Ицуки.
— Да, для любого ценителя сэйю эти плёнки — на вес золота. Знаете, в индустрии ходят слухи про кастинг в сериал «Скучный мир, в котором не существует концепции грязных шуток». Говорят, это было нечто. Десятки именитых актрис на серьёзных щах часами выкрикивали «секс» и «вагина».
— Серьёзно?! Господи… как же я завидую их автору!
Жгучая зависть смешалась в нём с искренним удивлением.
— Кстати, я даже и не думал, что звёзды такой величины будут пробоваться на общих основаниях. Сплошной шок.
Таруи кивнул:
— Да. Конечно, иногда им предлагают роли напрямую, но чаще им приходится вгрызаться за место под солнцем в общей очереди.
— Ужас какой… Жестокая схема. Значит, это как если бы состоявшемуся писателю каждый божий раз приходилось подавать рукопись на конкурс новичков, чтобы просто выпустить книгу?
Ицуки поёжился.
Взять, к примеру, самую первую конкурсантку, Мику Ичиносэ. Она отыграла великолепно. Будь его воля, он бы без лишних разговоров отдал ей Ичику. Но у этой актрисы за пять лет карьеры не было ни одной крупной роли. А сегодня на кастинг пришло немало людей, чьё мастерство превосходило даже её выдающийся уровень.
Отвоевать единственное свободное место, когда твои соперники — титаны индустрии, ветераны и мастодонты озвучки… Шанс один на миллион.
— Вы правы, — глубоко вздохнул Таруи. — Изнанка этого мира действительно пугает.
Прослушивание первого дня завершилось лишь в начале девятого вечера. С учётом перерывов процесс растянулся более чем на девять часов.
На следующий день кастинг проходил по столь же плотному графику.
В первые часы Ицуки был на взводе, его переполняли эмоции всякий раз, когда к микрофону выходила знаменитость или просто очень талантливая актриса. Но постепенно силы — как моральные, так и физические — начали иссякать. Ко второй половине второго дня, какие бы звёздные гости ни появлялись и сколь бы великолепной ни была их игра, он лишь безучастно ставил галочки в списке и делал дежурные пометки.
Впрочем, хоть внешние реакции и сошли на нет, слушал он всё так же предельно внимательно, цепляясь едва ли не за каждую гласную в репликах.
Выбор голосов для собственных персонажей — задача поистине первостепенная, да и для каждого пришедшего на пробы сэйю это битва насмерть. Занимая кресло судьи, расслабляться категорически нельзя.
«Большое спасибо за работу».
Последний кандидат в списке покинул кабинку. Звукорежиссёр Норикура объявил:
— Всё, на этом закончили.
Вся постановочная команда разом выдохнула с облегчением.
Время уже перевалило за девять вечера.
— К-как же это было долго…
У Ицуки непроизвольно вырвался стон сочувствия к самому себе.
Так или иначе, всё наконец-то осталось позади.
Но стоило Ицуки с облегчением откинуться на спинку дивана, как сидевший рядом режиссёр Таруи слегка злорадно усмехнулся:
— Нет, для нас самое интересное только начинается.
— А?
— Разве вы забыли? Нам предстоит выбрать всего четверых из более чем сотни кандидатов.
— Точно…
Услышав слова режиссёра, Ицуки лишь нервно скривился в лице.
Наскоро поужинав готовыми бэнто, они расставили стулья прямо в звукозаписывающей будке и приступили к обсуждению кастинга.
В совещании принимали участие шесть человек: сторона оригинала в лице Ицуки и Токи, режиссёр Таруи, звукорежиссёр Норикура, продюсер Осима и кастинг-менеджер Асакура.
— Итак, для начала давайте утвердим на роли главных героинь Ичику Акацуки и Юкико Онизаки, — бесстрастно произнёс Асакура.
— Двух героинь выбираем раньше главного героя? — удивился Ицуки.
— Дело в том, что этим двум актрисам предстоит сформировать музыкальный юнит, исполнить опенинг и эндинг на двоих, а также вести еженедельную радиопередачу. Поэтому их кандидатуры — наш абсолютный приоритет, нам нужно закрыть этот вопрос сегодня же.
— Понятно…
Ицуки был вынужден согласиться, хотя о тематической песне и радиошоу он слышал впервые в жизни.
Не заметив внутреннего смятения автора, Асакура деловито продолжил:
— Что ж, сэнсэй, кого вы видите в этой роли?
Услышав вопрос, Ицуки опустил взгляд на список сэйю, пробовавшихся на роль Ичики, и начал восстанавливать в памяти их выступления.
Особой пометкой «◎» он выделил около десяти девушек.
По правде говоря, Ицуки считал, что любая из них прекрасно справилась бы с задачей, но всё же назвал троих, чья игра показалась ему самой феноменальной.
— Понял… — кивнул режиссёр и обратился к контрольной комнате. — Включите, пожалуйста, записи этих трёх кандидаток.
Сквозь звуконепроницаемое стекло было видно, как звукооператор ответил кивком. Похоже, их разговор транслировался на ту сторону в полном объёме.
Вскоре из динамиков по очереди зазвучали голоса трёх утверждённых Ицуки сэйю.
…Да, всё-таки звучит великолепно.
Слушая их, Ицуки едва заметно кивал головой.
Одна — популярная актриса, сверкающая на передовой индустрии уже более пятнадцати лет. В каждом звуке чувствовалось истинное мастерство, подкреплённое гигантским опытом. Ей было уже тридцать пять, но голос принадлежал самой настоящей семнадцатилетней школьнице.
Вторая работала около семи лет и уже исполняла роли главных героинь во множестве проектов, в том числе в невероятно популярном аниме, которое обожал сам Ицуки.
Третья дебютировала года три назад, ей едва перевалило за двадцать, но она уже считалась сильной исполнительницей ключевых ролей в топовых сериалах.
— …Да, отличный выбор, — пробормотал Таруи, слушавший записи с закрытыми глазами.
— Хм-м, одни титулованные профессионалки, значит… — почему-то с явным недовольством протянул Осима.
Если у человека есть достижения и мастерство, в чём вообще может быть проблема? — озадаченно подумал Ицуки.
— Хорошо, а что скажет режиссёр? — не унимался Асакура.
— Пожалуй, я бы выделил…
Таруи озвучил имена трёх сэйю.
Одна из них совпадала со вторым выбором Ицуки, а остальные две входили в его заветную десятку «отличниц».
Послушав записи этих двух кандидаток ещё раз, Ицуки убедился, что они ничуть не уступают первой тройке.
— И та, и другая — отличный вариант, — уверенно произнёс Ицуки, проникаясь к Таруи безграничным уважением к его профессионализму.
Тут подал голос Норикура:
— Добавлю от себя — меня устроит любая из этой пятёрки. Судя по всему, сэнсэй и режиссёр поддерживают Мидори Ёкою, она у нас пойдёт первым номером?
Казалось бы, голос главной героини, Ичики Акацуки, был выбран гладко и без лишних споров…
— М-да, Ёкоя-сан, значит… — пробормотал Осима, натянув весьма неловкую улыбку.
— Могу сказать, что актриса она и правда замечательная, но… видите ли, с концертами могут возникнуть сложности, — всё так же бесстрастно констатировал Асакура.
— Сложности? — переспросил Ицуки.
— Мидори Ёкоя категорически отказывается петь на мероприятиях. У неё ярко выраженные актёрские амбиции, она считает, что работа сэйю — это игра у микрофона, а не песни и пляски перед публикой. Записать песню от лица персонажа она, пожалуй, ещё согласится, но вот выступать с ней вживую — гарантия скандала. Да и приглашения на радио и телешоу она в последнее время принимает крайне редко.
— …
Самого Ицуки подобный подход к профессии безмерно радовал, но он был не глуп и прекрасно осознавал, что в нынешние времена работа сэйю не ограничивается одной лишь озвучкой. Раз ей нельзя поручить песни, живые выступления и промо-кампании, брать её на роль главной героини — значит серьёзно усложнить жизнь проекту.
— Хм… тогда Ёкоя-сан переносится в резерв. Что насчёт остальных четырёх? — поинтересовался Таруи.
И тут Осима, вновь скорчив извиняющуюся гримасу, умудрился забраковать всех четверых по каждому из пунктов.
Первая уже имеет контракт с музыкальным лейблом, не входящим в производственный комитет их аниме, а значит, возникнет юридическая морока с правами на исполнение главной темы и концертов.
Вторая утверждена на несколько крупных ролей в сериалах, стартующих в июле — одновременно с трансляцией «Всё ради». Согласовать графики будет адски трудно, плюс пересекаться основным актёрским составом с проектами-конкурентами — плохой тон.
Третьей за тридцать, и её внешность, мягко говоря, оставляет желать лучшего.
Четвёртая весной озвучивала титульную героиню в аниме от той же студии, что делает «Всё ради сестрёнки». Диски с этим шоу раскупались из рук вон плохо даже с бонусными билетами на ивенты, и теперь в кулуарах эту сэйю называли «отпугивающей покупателей»…
…
Да вы издеваетесь, мать вашу!
Выслушав доводы Осимы, Ицуки из последних сил прикусил язык, чтобы не сорваться на крик.
Четыре девушки, четыре причины — и ни в одной из них нет их личной вины!
Если есть трудности с утверждением певицы — значит, вообще не надо никого заставлять петь опенинг.
Бешеный график работы — прямое доказательство востребованности и мастерства.
То, что нынче сэйю оценивают по смазливому личику — это вообще полнейший бред.
А списывать свои бездарные продажи на актрису, называя её «отпугивающей» — верх наглости и попытка переложить ответственность.
Пока Ицуки тихо закипал, Осима включил режим дипломата:
— Поверьте, я прекрасно понимаю желание сэнсэя и режиссёра взять в проект опытный и проверенный каст. Но тогда нам придётся распрощаться с музыкальной активностью, да и эффекта новизны не будет. Почему бы нам не поискать кого-нибудь более свежего?
Новизны?! Свежего?!
От этого слова у Ицуки дёрнулась бровь.
Всего пару дней назад он обсуждал с Харуто грядущий кастинг и просил совета.
Именно тогда Харуто посмотрел на него максимально серьёзно и сказал:
— Ради Бога, берегись как огня слова «свежий».
— Свежий?
Харуто с горькой усмешкой кивнул:
— У актёров без бэкграунда есть свои плюсы — зрителям они кажутся свежими открытиями, из них легко сколотить юнит, гонять на живые выступления, по радиоэфирам и телешоу. Я и сам прекрасно понимаю, что голос — уже давно лишь малая часть всей этой кухни. Но какими бы выгодными они ни были, если из-за нехватки мастерства пострадает само произведение, то грош цена этой вашей новизне.
К примеру, в аниме-экранизации ранобэ Харуто, «Шевалье. Святые рыцари далёких земель», на роли четырёх главных героинь утвердили молоденьких дебютанток.
Их объединили в юнит, заставили спеть эндинг, отправили в турне по радио и ТВ, забабахали несколько концертов… Вот только и играли они ужасно, и пели не лучше. Результат оказался плачевным.
— …Мне тогда наплели, что давать молодым дорогу и опыт — это жизненно важно для всей индустрии, и я, дурак, повёлся. Но если вдуматься… Какого хрена они должны набираться опыта именно на моём произведении?! С какой стати книга, в которую я вложил все силы, должна превращаться в тренировочный полигон для зелёных юнцов?! Для этих бизнесменов это лишь один проходной проект из сотни, а для меня — может быть, единственный шанс за всю жизнь!..
Харуто до боли прикусил губу; в его интонации сквозило чистое, незамутнённое сожаление.
— …Ицуки, остерегайся «свежести». Если тебе предложат безымянного, но по-настоящему талантливого самородка, который идеально попадает в образ — к этому стоит прислушаться. Но если они попытаются внаглую протолкнуть чью-то протеже просто ради раскрутки — бейся насмерть, но не пускай её. Вот мой тебе совет.
Ярко вспомнив этот диалог, Ицуки медленно выдохнул.
Постаравшись скрыть любые эмоции в голосе, он обратился к Осиме предельно ровным тоном:
— Кого именно вы подразумеваете под «свежими» кандидатами?
Осима сделал задумчивое лицо:
— Хм-м… Например, Саори Фукусиму или Юи Симидзу.
Эти имена не вызывали у Ицуки никаких ассоциаций, поэтому он пробежался глазами по своим заметкам.
Напротив Саори Фукусимы красовался треугольник и комментарий «немного картонно». Возле Юи Симидзу вообще не было никаких отметок.
Согласно анкетам, Фукусима — девятнадцатилетняя дебютантка, только в этом году окончившая училище и подписавшая контракт с агентством; в её портфолио значились лишь две эпизодические роли. Симидзу было семнадцать, и, судя по всему, она оказалась гравюрным айдолом, решившим податься в сэйю — ролей за ней не числилось вовсе. Зато обе девушки были весьма миловидны.
— …Давайте для начала просто послушаем, — предложил Таруи, слегка нахмурившись.
Звукооператор переключил треки: сначала пошла Фукусима, затем Симидзу.
Выступление Фукусимы на все сто подтвердило пометку «немного картонно». Тембр не то чтобы идеально ложился на Ичику, но в теории этот вариант сносен.
А вот Симидзу звучала так, что хотелось провалиться сквозь землю: абсолютно бесчувственная читка текста, к тому же ещё и с неподходящей хрипотцой.
…Да ни за что в жизни.
Раньше, чем Ицуки успел это озвучить, Осима торопливо затараторил:
— Н-ну, они всё-таки новички, поэтому звучат немного скованно, но ведь это дело поправимое — их можно будет натаскать на записи! Зато они юные, свежие, потрясающе выглядят и будут отлично смотреться на сцене!
— …Ну, свежести им точно не занимать, — бросил Норикура.
Осима энергично закивал в ответ на поддержку:
— Вот именно, в самое яблочко!
«Но если они попытаются внаглую протолкнуть чью-то протеже просто ради раскрутки — бейся насмерть, но не пускай её».
Ицуки пришёл к выводу, что Цутому Осима — это как раз этот случай.
Поэтому, не дав продюсеру перехватить инициативу, он заявил безапелляционно:
— Эти две девушки в роли Ичики — абсолютное табу.
— А-абсолютное? — лицо Осимы перекосило.
— Совершенно. Вы же слышите, что они просто читают по слогам.
— Но послушайте, мы же рассчитываем на их будущий рост…
— Прошу прощения, Осима-сан, но я солидарен с мнением сэнсэя, — резко обрубил оправдания Таруи.
Осиме пришлось сделать шаг назад. — Понятно… Тогда… — и он предложил ещё трёх «свежих» актрис.
Когда прослушали их записи, оказалось, что по уровню мастерства они ушли от Саори Фукусимы буквально на миллиметр.
Ицуки и Таруи вынесли мгновенный отказ, но Осима не планировал сдаваться. Поняв, что уговоры бесполезны, он выкатывал всё новые и новые имена.
— Если мы планируем активную фазу с мероприятиями, нам необходимы молодые лица!
— Качество самого сериала превыше любых мероприятий! — стоял на своём Ицуки.
Таруи, встав на сторону автора, задал прямой вопрос:
— …Кажется, одним из спонсоров производственного комитета выступает профессиональное училище «▊▊»? Вы с таким упорством продвигаете их выпускниц именно поэтому?
Осима даже не попытался отпираться:
— И это тоже! Пристроить их хотя бы на роли второго плана — обязательное корпоративное условие. Но делать ставку на новые лица — это и чисто моё профессиональное мнение!
Ицуки с режиссёром предлагали талантливых сэйю, не вошедших в стартовую пятёрку. Осима упрямо продвигал протеже с упором на внешность и новизну.
Звукорежиссёр Норикура демонстративно сохранял позицию стороннего наблюдателя: «Кого бы вы ни выбрали, я просто сделаю свою работу так, как нужно».
Асакура лишь сухо сыпал фактами: «У этой запрет на живые выступления», «Эта будет занята в конкурентном тайтле», «У той агентство будет лезть в постановку». Причём вся эта информация странным образом била в основном по проверенным кандидаткам Ицуки.
— Понимаю, что звучит как циничная математика, но я скажу так: хорошее аниме — это то, которое приносит доход. Каким бы шедевром оно ни было, если в итоге мы получаем минус по балансу — мы потерпели крах!
— Подавляющему большинству зрителей нет дела до ваших концертов! Жертвовать основой ради побочных ивентов — это курам на смех! — вновь сорвался на крик Ицуки.
— Наш приоритет — это не те девяносто девять процентов, которые посмотрят трансляцию бесплатно, а тот самый один процент, который принесёт реальные деньги за диски и билеты! — парировал Осима.
— Но позвольте, разве эта аудитория не готова платить как раз потому, что влюбляется в сам сериал? — спокойным, но полным искренней убеждённости тоном возразил Таруи.
— Будь у нас многомиллионный бестселлер с гигантским бюджетом — тогда да, одной лишь сильной экранизацией можно было бы выйти в плюс, — отбивал Осима. — Но здесь специфика иная! Если мы не создадим мощный пласт добавочной стоимости и не вложимся в активную — и самое главное, дешёвую — рекламу, сериал просто сгинет в небытии!
Ицуки и Таруи, как творцы, бились за высочайшее качество продукта.
Осима, как бизнесмен, видел своей целью сухие цифры чистой прибыли.
Нельзя было сказать, кто из них абсолютно неправ. Обе стороны понимали, что говорят на разных языках просто в силу своих должностей.
Но и уступить без боя тоже никто не решался.
Споры продолжались бесконечно. Пришлось переслушать записи почти всех кандидаток на роль Ичики. В конце концов, была найдена золотая середина — компромисс.
Двадцать пять лет. Четыре года стажа. За плечами несколько главных ролей в не самых хитовых проектах, поэтому огромной базы фанатов нет. Достаточно симпатичная, голос приятный, есть опыт пения в юнитах, согласна на радио и сценические выступления.
Эту девушку-середнячка, в анкете которой Ицуки оставил кружок «○» с пометкой «Слегка детский оттенок», утвердили на роль Ичики Акацуки.
Роль Юкико Онизаки ради баланса на сцене отдали девушке с аналогичным статусом и опытом. Казуму Акацуки и Шинго Онизаки озвучат парни-сэйю слегка за двадцать, которые тоже совсем недавно начали получать главные роли и набирать популярность.
В сухом остатке каст получился не то чтобы «свежим», но и не совсем уж приевшимся. Отнюдь не звёздным эшелоном, но узнаваемым в узких кругах. Нечто максимально безопасное, хоть и слегка блёклое.
…Вышло ли то, что роль Юкико досталась актрисе агентства самого Асакуры, случайным стечением обстоятельств или хитрой многоходовкой, осталось за кадром.
Был ли этот выбор правильным — отвечать на этот вопрос было ещё рано.
В любом случае, это двухдневное испытание на износ, именуемое кастингом, наконец-то завершилось.
