Глава 12. Церемония вручения премии для новых авторов
В один из дней середины ноября.
Мияко Ширакава находилась на минус втором этаже роскошного отеля, расположенного примерно в двадцати минутах ходьбы от здания издательства «Gift Publishing».
Сегодня в подземном банкетном зале проходила церемония награждения, а также праздничная вечеринка в честь лауреатов пятнадцатой премии новых авторов «GF Bunko» и десятой премии новых авторов «Comic Gifted».
Как следует из названия, эта церемония предназначалась для чествования авторов-новичков и отмечала их старт в индустрии. Традиционно она совмещалась с торжественным фуршетом-нетворкингом.
Хотя у разных импринтов есть свои особенности, обычно на таких мероприятиях собирается множество людей: лауреаты, члены жюри, победители прошлых лет, а также авторы, уже печатающиеся в этом издательстве, и представители индустрии медиамикса.
Это ценная возможность повидаться с коллегами, которые живут в провинции или совмещают писательство с основной работой, из-за чего редко появляются на публике. А ещё это повод отметить: «Я смог продержаться в этой индустрии ещё один год», тем самым признавая собственные усилия и труды товарищей по ремеслу (хотя, строго говоря, церемония проводится не ровно раз в год — иногда её переносят на раннюю осень или конец декабря по организационным причинам).
Поскольку награждение «GF Bunko» проходило совместно с «Comic Gifted», на него приглашались и ассистенты мангак, из-за чего число гостей превышало полтысячи человек. Подготовка к такому масштабному событию требовала огромных усилий, и рабочих рук катастрофически не хватало.
По этой причине редакция связалась с Мияко, предложив ей подработать в качестве временной помощницы на церемонии.
С самого утра она помогала обустраивать зал, а ровно в семнадцать ноль-ноль начала провожать прибывающих лауреатов в комнату ожидания.
— Уважаемые лауреаты, пожалуйста, прикрепите эти ленточки.
Облачённая в строгий костюм Мияко лично вручала каждому красную ленту-розетку с его именем на грудь, обозначающую статус победителя.
Свой костюм она покупала ещё к поступлению в университет и с тех пор ни разу не надевала. На её груди красовалась белая лента — знак принадлежности к стороне организаторов.
«GF Bunko» награждало шестерых авторов. Возраст и пол у всех были абсолютно разными. Внешний вид тоже варьировался от иголочки выглаженных костюмов до глухих школьных мундиров, блейзеров, традиционных кимоно, откровенных вечерних платьев и даже небрежного сочетания толстовки со спортивными штанами.
Поскольку Мияко лично присутствовала на отборочном заседании жюри, ей было жутко интересно посмотреть, что это за люди. И, судя по всему, компания подобралась весьма эксцентричная.
— Пожалуйста, подождите здесь до начала церемонии.
Покинув комнату ожидания, Мияко направилась в фойе перед банкетным залом.
Пока она общалась с редакторами и другими подрабатывающими ребятами, народ всё прибывал.
Само мероприятие начиналось в шесть вечера, а регистрация гостей — в полшестого.
Оставив верхнюю одежду и сумки в гардеробе, гости выстраивались к стойке регистрации за бейджами.
Как и у лауреатов, контингент приглашённых был смешанным. Большинство отдало предпочтение формальному стилю вроде костюмов и пиджаков, однако хватало и тех, кто нарядился вызывающе или же вовсе заявился в повседневной одежде.
Так вот ты какая, вечеринка в честь победителей…
Мияко, никогда ранее не бывавшая на столь масштабных светских раутах, оглядывалась с восхищением, когда вдруг услышала:
— О, Мияко?!
Окликнул её Харуто Фува. Рядом с ним стоял Ицуки Хашима.
На Харуто был надет в меру строгий, но стильный пиджак, а на Ицуки — чёрный костюм.
Грудь Харуто, как члена жюри, украшала красная лента-розетка, но, в отличие от лауреатских, она была без имени — под ней просто висел отдельный бейдж. У Ицуки был только бейдж.
— Мияко, ты всё ещё подрабатываешь здесь?
— Нет, только сегодня, на подхвате.
— Понятно.
Харуто кивнул и принялся пристально разглядывать девушку.
— Тебе идёт костюм.
Ицуки тоже кивнул и добавил:
— Согласен. Даже не похожа на шлюху.
— Я и не шлюха!
Мияко возмущённо повысила голос, а затем смерила Ицуки взглядом с ног до головы:
— …А вот тебе костюм совсем не идёт. И вообще, он же тебе не по размеру, да?
От этого замечания Ицуки залился краской.
— З-заткнись… Я специально купил на размер больше, чтобы хватило до самого выпускного, но с момента зачисления моя фигура совершенно не изменилась…
— Надо же. Значит, ты свой костюм тоже к поступлению покупал.
— …Ага. Как выяснилось, абсолютно бесполезная была покупка.
Мияко возразила в ответ на его угрюмое бурчание:
— Вовсе не бесполезная.
— А?
— …Благодаря тому, что ты поступил в университет, мы с тобой встретились. Поэтому ничего не бесполезно, вот что я имею в виду, — произнесла Мияко, покраснев.
— О-оу… Ну, может, в этом и есть доля правды…
Щёки Ицуки тоже неловко порозовели.
Но тут в их милый разговор с натянутой улыбкой вклинился Харуто:
— Так-так, а ну прекращайте устраивать тут ванильные сцены на моих глазах.
— В-в моих словах вообще не было никакого скрытого смысла!.. — Мияко покраснела ещё гуще и, пытаясь сменить тему, заозиралась по сторонам. — К-кстати, а где Наю?
— Канико не пришла, — ответил Ицуки.
— Э? Почему?
— Сказала, что терпеть не может толпы.
— Наю-чан ведь и в прошлом году пропустила, — Харуто криво усмехнулся. — Она и правда не жалует большие скопления людей, но, сдаётся мне, у неё просто травма после того случая.
— Того случая?
— Блевотины.
Харуто ответил на удивлённый взгляд Мияко предельно лаконично.
— А-а…
Мияко понимающе протянула, а Ицуки поморщился со словами:
— Не напоминай об этом…
Мияко уже была наслышана об этой истории: два года назад, на церемонии награждения, Наюту до того скрутило от нервов, что её вырвало прямо на Ицуки.
— Кстати, среди нынешних дебютантов есть один ярый подражатель Наю-чан. Ты случайно не знаешь, кто это? — поинтересовался Харуто.
— Я, конечно, провожала их в комнату ожидания, но они почти не разговаривали, так что кто какую книгу написал, без понятия… Вы знаете хотя бы пол и возраст?
— М-м, по псевдониму и не поймёшь, парень это или девушка…
Названия победивших работ, их синопсисы и псевдонимы авторов уже давно висели в интернете и печатались во вкладышах к книгам, но вот их настоящий возраст и пол держались в секрете.
— Ладно, неважно. Скоро и так всё узнаем, пусть это останется сюрпризом.
Ицуки и Харуто ещё немного поболтали с Мияко, но вскоре её отозвали редакторы, и парни вошли в зал.
Прихватив на входе бокалы с игристым вином, они пристроились у случайного столика.
Торжество проходило в формате фуршета: по всему банкетному залу были расставлены круглые столики, а в самом центре тянулся длинный стол с закусками.
Впереди возвышалась сцена. Над ней висел широкий транспарант с надписью: «Церемония награждения пятнадцатой премии новых авторов GF Bunko и десятой премии новых авторов Comic Gifted». Прямо под ним располагался огромный экран, на котором по традиции крутили видеопрезентации победивших работ, а также нарезки из аниме-адаптаций этого года, вышедших под эгидой «GF Bunko» и «Comic Gifted».
В данный момент транслировался опенинг аниме «Шевалье. Святые рыцари далёких земель», которое начало выходить в эфир с апреля этого года.
— …Зря я в этом году пришёл… — произнёс Харуто, глядя на экран омертвевшим взглядом.
— Пусть это и ежегодная традиция, издательство поступает слишком жестоко…
Ицуки мысленно пожалел друга, но уже в следующую секунду внутренне содрогнулся при мысли о том, что в следующем году на этом самом месте покажут адаптацию «Всё ради сестрёнки».
В этот момент к ним подошёл какой-то мужчина.
Сутулый, тощий и болезненный на вид, с огромными мешками под глазами — это был Макина Кайдзу.
На нём висел тот же помятый пиджак, в котором он был на судейском заседании комиссии, а грудь украшала красная розетка. В руке он держал бокал с чаем улун.
— …Приветствую… вас двоих… — приветствовал их Кайдзу своим обычным мрачным тоном, на что парни вежливо ответили взаимностью.
— А, здравствуйте, Кайдзу-сан.
— Добрый вечер.
— Давненько не виделись, Хашима-кун. Как поживаешь?
— Ну, потихоньку…
— Анализы сдаёшь? Диспансеризацию проходишь?
— …Не прохожу.
Получив такой ответ, Кайдзу нахмурился.
— Эт-то скверно… А ты, Фува-кун? Смог выбраться на обследование?
— Нет, пока не вышло…
— В таком случае отправляйтесь вдвоём. Если хотите, могу подсказать одну отличную клинику.
— Э, а, да. Будем признательны.
Ицуки растерянно кивнул, и Кайдзу тут же переслал на их электронные почты ссылку на рекомендуемое медучреждение. По его словам, клиника специализировалась на комплексных медосмотрах, располагала передовым оборудованием, а все процедуры там проводились очень быстро.
— Запишетесь через интернет, но по телефону договариваться удобнее, так что советую звонить напрямую. Прямо завтра наберите им и запишетесь.
— А, хорошо, — невольно согласился Ицуки.
Читать нотации авторам об их здоровье было для Кайдзу в порядке вещей, однако по отношению к Ицуки он проявлял какую-то маниакальную назойливость.
Хотя я же вовсе на него не похож… — подумал Ицуки, но в глубине души был искренне благодарен за проявленную заботу.
— Обязательно, слышишь?
Взяв с Ицуки обещание, Кайдзу перевёл взгляд на Харуто и ехидно ухмыльнулся:
— Кстати, Фува-кун. Как там ваши с Мияко-тян отношения? Что-то сдвинулось с мёртвой точки?
— …Она меня отшила.
Харуто ответил коротко и так глухо, что Кайдзу молча отвёл взгляд.
— …А-а… Может, угостить тебя чем-нибудь в следующий раз?
— Да не нужна мне ваша жалость!
Харуто залпом опрокинул остатки шампанского из бокала.
— …К тому же, я ещё не опустил руки.
На эти слова Кайдзу понимающе улыбнулся.
— Ку-ку-ку… Мне нравится твой настрой. Пока ты не сдаёшься, всегда остаётся хотя бы малая доля вероятности.
— Так точно! Я буду стараться! — выпалил Харуто с горячностью.
Пока троица обменивалась любезностями, незаметно подобралось время начала церемонии.
«Дамы и господа, мы начинаем церемонию вручения пятнадцатой премии новых авторов «GF Bunko» и десятой премии новых авторов «Comic Gifted», а также торжественный банкет в честь лауреатов!»
За стойкой ведущих в левой части сцены стояли молодые парень и девушка, чьи звонкие голоса разносились по залу. По слухам, это были сэйю, принимавшие участие в озвучивании летнего аниме по мотивам одного из ранобэ «GF Bunko».
Первым на сцену поднялся главный редактор «GF Bunko», Сатоши Годо.
— Э-э, позвольте мне обратиться к вам с этого возвышения… Я Годо, главный редактор «GF Bunko».
Услышав этот низкий, угрожающий баритон, приглашённые, которые продолжали тихо перешёптываться даже после начала церемонии, вмиг умолкли.
Речь Годо сводилась к радости по поводу пятнадцатилетнего юбилея премии, обсуждению текущей ситуации в индустрии ранобэ, манги и аниме, восторгу от того, что в этом году им удалось взрастить так много талантливых новичков, и благодарности присутствующим авторам. …Подобные речи толкают каждый год на каждой премии без исключения, так что если вам ну очень хочется узнать подробности — просто выиграйте награду для дебютантов сами.
Далее настало время награждения.
Сперва на сцену гурьбой поднялись победители «GF Bunko», заняв заранее подготовленные для них стулья с правой стороны. Их было шестеро.
Следом за ними для вручения памятных грамот поднялся сам президент издательства «Gift Publishing». Его звали Ёсифуми Гияма. Это был мужчина средних лет, ничем не примечательного телосложения, с длинными, совершенно не идущими ему усами.
«Победительница Гран-при пятнадцатой премии дебютантов GF Bunko — Уи Айой».
После того как ведущий огласил имя, обладательница главного приза поднялась с места и вышла в центр сцены, прямо перед президентом издательства.
— О-о…
— Ого…
— Ничего себе…
По залу, преимущественно среди мужской половины гостей, прокатился гул удивления. И немудрено: лауреаткой оказалась прехорошенькая молодая девушка лет двадцати с небольшим, с выдающимся бюстом, который только подчёркивало откровенное вечернее платье.
— Весьма неожиданно, что у этого произведения автор женщина… — пробормотал Харуто.
Ведь её работа, взявшая Гран-при, повествовала о главном герое, который пользовался бешеной популярностью у кучи красоток, и пестрила весьма пикантными сценами, что делало её типичным чтивом для мужской аудитории.
— Ку-ку-ку… Я так и знал, моё чутьё меня не подводит… Надо бы подойти к ней и нашептать на ушко: «А ведь это я продвигал твою работу на Гран-при»!
— …Разве? Вы же вроде выбрали её методом исключения, скрипя зубами… — смерил Харуто Кайдзу, на лице которого расплылась похотливая улыбочка, подозрительным взглядом.
Тем временем президент, откровенно пялясь в глубокое декольте девушки, принялся зачитывать текст наградного листа:
— Э-э, почётная грамота. Обладательница Гран-при пятнадцатой премии новых авторов «GF Bunko», Уи Айой. Ваше произведение «Я проснулся утром и обнаружил, что стал повелителем демонов в ином мире, поэтому для начала решил создать гарем» продемонстрировало выдающиеся результаты, за что и удостаивается данной награды.
…Стоило Уи склониться в поклоне, принимая диплом, как взгляд президента намертво примагнитился к ложбинке между её грудями.
Когда она вернулась на своё место, огласили имя обладателя «Приза за выдающиеся заслуги».
«Обладательница Приза за выдающиеся заслуги — Аоба Касамати».
Когда обладательница премии поднялась, по залу вновь поползли шепотки.
— Хм-м… Как я и думал, старшеклассница, — констатировал Кайдзу.
На ней была надета форменная одежда, по которой любой бы легко опознал школьницу: бордовый блейзер и клетчатая юбка.
Возраст — лет шестнадцать, не больше. Длинные чёрные волосы собраны сзади.
Весьма миловидная девушка, вот только её лицо было перекошено от напряжения. Со стороны даже могло показаться, что она чем-то недовольна.
— …Это и есть та фанатка Канико? — шёпотом поинтересовался Ицуки у Харуто, на что тот просто кивнул:
— Ага.
— Почётная грамота. Обладательница Приза за выдающиеся заслуги пятнадцатой премии дебютантов «GF Bunko», Аоба Касамати. Ваше произведение «Воспоминания Соры» продемонстрировало выдающиеся результаты, за что и удостаивается данной награды.
Аоба забрала грамоту и уступила место у микрофона следующему победителю.
Им оказался мужчина лет тридцати, в очках и строгом костюме, производивший впечатление предельно серьёзного офисного сотрудника.
— Почётная грамота. Обладатель Приза за выдающиеся заслуги пятнадцатой премии дебютантов «GF Bunko», Макото Янагасэ. Ваше произв… пффф!
Не успев дочитать текст, президент внезапно прыснул от смеха, из-за чего микрофон пронзительно зафонил.
— П-прошу прощения. …Итак, ваше произведение «Наказание для богини! — Я спасу этот мир, так что для начала подставляй зад!» продемонстрировало выдающиеся результаты, за что и удостаивается данной награды.
Изо всех сил пытаясь сохранить серьёзное лицо, президент с подрагивающими от сдерживаемого смеха губами всё же сумел дочитать всё до конца. На словах «для начала подставляй зад» по залу вновь прокатился смешок.
…Порой подобное случалось, если у произведения было уж слишком экстравагантное название. Точно такая же ситуация произошла на награждении шестой премии дебютантов «MF Bunko J». И нелегко же приходится президенту, — подумал Ицуки.
Победитель Макото Янагасэ с мрачным, непроницаемым лицом молча забрал свою грамоту и вернулся на место.
Вслед за ним свою награду получил Сома Камисака, автор «Войны магических мечей». Подросток-первогодка старшей школы с весьма андрогинной внешностью, одетый в тёмный гакуран, производил впечатление робкого, даже несколько слабохарактерного юноши.
Дальше шёл Ёсихиро Кисо, чья работа «Сказание о ветре мечей эпохи Сэнгоку» удостоилась поощрительного приза. Это был коренастый пожилой мужчина, которому давно перевалило за шестьдесят; облачённый в традиционное кимоно, он словно сошёл со страниц своего собственного романа в образе умудрённого опытом мастера меча.
Последним на сцену вышел обладатель специального приза жюри за роман «Незаконное судебное разбирательство» Тадаси Камо. Мужчине было под тридцать. Нарядился он по-простому: спортивные штаны да толстовка. Тощий, небритый. Во время церемонии он всё время пугливо озирался по сторонам, а когда ему пришлось подойти за своей наградой, и вовсе споткнулся и едва не растянулся на полу.
После того как Камо получил заветную грамоту, всех остальных победителей также попросили выйти в центр сцены.
— Поприветствуйте громкими аплодисментами новых авторов, за которыми стоит будущее «GF Bunko»! — громогласно произнёс ведущий.
Под аплодисменты ветеранов индустрии новички отвесили прощальный поклон и спустились в зал.
— Ку-ку-ку… Сколько из них, интересно, сумеют выжить в этой мясорубке?..
— Да брось…
Ицуки, изобразив злодейскую ухмылочку, отпускал зловещие комментарии прямо во время аплодисментов. Харуто лишь натянуто усмехнулся.
Шанс на то, что дебютант продолжит выпускать успешные книги и останется востребованным профессионалом многие годы, был крайне невелик. Из всей пятёрки победителей десятой премии «GF Bunko» на сегодняшнем мероприятии присутствовали только двое — Ицуки и Харуто.
— …Главное, чтобы эти новички нас не обскакали.
— Хмпф, пусть попробуют, если силёнок хватит!..
На безразличное пожатие плеч Харуто Ицуки ответил дерзкой насмешкой.
Для них эти ребята были одновременно и выходцами из одной песочницы, и боевыми товарищами, сражающимися бок о бок под крылом одного издательства, и прямыми конкурентами в жестокой литературной индустрии.
— Ха-а… Ещё порция талантливых юнцов вылупилась… Мне всё сложнее удерживаться на плаву… Надеюсь, их книги ждёт оглушительный провал, — меланхолично вздохнул Кайдзу.
Харуто же решил его поддразнить:
— Но ведь вы, Кайдзу-сан, каждый раз скупаете все новинки лауреатов. Даже наши книги брали. И не по одной, а по три копии на каждый дебют.
На что Кайдзу, напустив на себя свой фирменный мрачный вид, скривил губы:
— Я просто хочу, чтобы книги этих одарённых выскочек как можно быстрее исчезли с полок магазинов…
— Только вот их быстрое исчезновение с полок ведёт лишь к одному — к дополнительным тиражам, — усмехнулся Харуто. Короче говоря, этот ветеран был самым обыкновенным цундэрэ.
Как только писатели-лауреаты «GF Bunko» покинули сцену, настал черёд мангак-новичиков — на подмостки вышли четыре победителя «Comic Gifted». Грамоты победителям вручал всё тот же президент компании.
К слову, среди них не было Кайко Микуниямы, ответственной за манга-адаптацию романа «Всё ради сестрёнки». Редакция «Gifted» рассматривала не только тех, кто подавал заявку на премию, но и авторов, которые присылали свои рукописи напрямую. И дебют Кайко состоялся именно благодаря такой отправленной заявке.
Почему же редакторы манги охотно принимали рукописи «с улицы», а отделы ранобэ опирались лишь на премии? Ответ прост: чтение текстового романа занимает гораздо больше времени.
— Давайте ещё раз одарим бурными овациями свежую кровь, на которую отныне возлагается светлое будущее «Comic Gifted»!
Когда под нескончаемый грохот аплодисментов спустилась последняя четвёрка новичков, ведущая объявила:
— Уважаемые гости, просим вас насладиться вечером в непринуждённой обстановке. В центре зала накрыты столы с угощениями, угощайтесь на здоровье!
Настало время для того, чтобы набить живот, почесать языками со старыми знакомыми, обменяться визитками и познакомиться с нужными людьми. Положа руку на сердце, большинству гостей было абсолютно наплевать на каких-то там дебютантов — именно эта часть вечеринки считалась настоящим гвоздём программы.
— Ну, тогда и мы пойдём за едой… — начал было Харуто, но осёкся и озадаченно нахмурился. — Постойте, а где Кайдзу-сан?
— М? И правда…
Ицуки тоже завертел головой по сторонам, но ветерана и след простыл.
Окинув взглядом зал ещё раз, они заметили:
— А!
Вдоль длинных столов выстроилась очередь за едой. В самом её начале стоял Кайдзу.
В одной руке он держал самую большую тарелку, а другой с помощью щипцов накладывал на неё ломтики ростбифа один за другим.
— И когда он только успел…
Ошарашенные Харуто и Ицуки решили подождать, пока очередь хоть немного рассосётся.
Попивая игристое вино и наблюдая за происходящим у столов, они вскоре увидели возвращающегося Кайдзу.
Еда на его тарелке громоздилась горой; он совершенно не переживал о том, что соусы от разных блюд смешались, так что даже суши плавали в этой подливке.
— Хе-хе-хе… В этом году я снова успешно рванул со старта…
Ицуки и Харуто смерили довольного Кайдзу укоризненными взглядами.
— …Это всё моё. Не поделюсь.
— Нам и не нужно… — со вздохом ответил Харуто.
— Может, и нам уже пора взять еды?..
— Угу.
Вдвоём они направились к шведскому столу, однако самые популярные деликатесы — ростбиф, стейки, суши, икра, фуа-гра, крабы и омары — были уже подчистую сметены.
Делать нечего; набрав углеводной пищи вроде пасты, плова и паэльи, приготовленных в огромных количествах, они вернулись за свой столик.
— Хе-хе-хе… Фуршет — это поле боя, — с самодовольным видом заявил Кайдзу вернувшимся парням.
Неизвестно когда, но перед ним успели появиться ещё две тарелки: на одной красовались десерты, вроде тортиков и клубники, а на другой — прошутто, канапе, спринг-роллы, курица тандури и прочие блюда, относившиеся к категории «не то чтобы хиты, но весьма популярные».
— …Вот оно что… Сначала на старте захватить самое ценное, затем не спеша собрать блюда второго эшелона, попутно обеспечив себя десертами, на которые в начале никто не обращает внимания… Так действуют профессионалы!..
— Ха-ха-ха… Я стал Волком фуршетов пятнадцать лет назад… У меня опыта побольше вашего.
Ошеломлённому Ицуки Кайдзу ответил горделивой улыбкой, а Харуто тихо буркнул: «Тоже мне, достижение…».
И тут…
— Извините… Фува-сэнсэй.
— М-м?!.
Услышав своё имя, Харуто небрежно обернулся, но его взгляд тут же оказался прикован к гигантской груди.
Перед ним стояла красавица в сексуальном вечернем платье с глубоким декольте — обладательница Гран-при нынешней премии, Уи Айой.
— А, э-э… Айой-сан, верно? Приятно познакомиться, я Фува.
Харуто поприветствовал её, не зная, куда деть глаза. По лицу Уи пробежала тень лёгкой грусти, но затем она расплылась в мягкой, завораживающей улыбке:
— Огромное спасибо, что удостоили мою работу Гран-при.
В этот момент Кайдзу втиснулся рядом с Харуто:
— Кхм-кхм! Э-э, я член жюри, Кайдзу! Открою секрет, именно я активнее всех продвигал ваше произведение на Гран-при…
— Я смогла выиграть только благодаря вам, Фува-сэнсэй, — абсолютно проигнорировав Кайдзу, произнесла Уи, глядя на Харуто разрумянившимися щеками.
— А?
Растерявшемуся Харуто она пояснила:
— Вы и вправду меня не помните.
— Э, ну, простите… Мы где-то встречались?..
Харуто попытался порыться в памяти, но ничего не выходило. Ему казалось, что уж такую-то сексуальную красотку он бы точно запомнил…
— Да. Один раз, когда вы, Фува-сэнсэй, приезжали в училище как приглашённый лектор.
— Училище?..
Теперь он припоминал. Где-то через полгода после дебюта один старший коллега-писатель попросил его провести гостевую лекцию в литературном училище.
Но чтобы там была такая красавица-ученица… Стоп! Лица он не помнил, а вот эта гигантская грудь казалась смутно знакомой!
В группе, где он читал лекцию, была одна жутко наглая брюнетка в очках, одетая во всё чёрное, этакая серая мышка (правда, с огромными буферами).
Она внаглую читала книгу «Boogiepop», абсолютно игнорируя лекцию. Когда Харуто сделал ей замечание, она заявила: «Я хочу писать не шаблонное исекай-ранобэ про всесильного героя без капли оригинальности, которое тупо следует нынешним трендам, прямо как ваши работы, а потрясающие, полные индивидуальности вещи из старых-добрых времён, в духе «Boogiepop»!».
У Харуто тогда сорвало крышу, и он хладнокровно и логично раскатал её: объяснил, насколько поверхностны её знания, что технически она полный ноль и ей как до луны до уровня профи; что она не «отказывается следовать трендам», а просто не обладает аналитическими способностями, чтобы их распознать и влиться; и вообще-то по «Boogiepop» до сих пор выходят новые тома, так что приводить его в качестве примера ранобэ «старых-добрых времён» просто глупо, идиотка. Когда она в итоге разрыдалась, он низким, угрожающим голосом бросил: «Не смей так пренебрежительно относиться к ранобэ!», после чего прозвенел звонок с урока. За это его потом хорошенько отчитали сотрудники училища и сэмпай.
…Да уж, молод я был.
Он только дебютировал, испытывал сильный стресс и остро реагировал на любую критику. Хотя он и сейчас считал, что был прав… Но дело не в этом.
— …Э. Неужели в тот раз…
Как только Харуто догадался, лицо Уи тут же просияло.
— Да! Я та самая ученица, на которую вы, Фува-сэнсэй, тогда так яростно набросились и довели до слёз. Вы были так жестоки… Я умоляла: «Пожалуйста, хватит…», просила пощады, но вы не останавливались… После этого я ещё долго не могла стоять на ногах в классе. …Фу-фу-фу, я была несведущим ребёнком, но Фува-сэнсэй сделал из меня взрослую женщину…
— Т-твои формулировки звучат как-то двусмысленно?!.
На разомлевшую, залившуюся румянцем Уи и лепечущего Харуто Ицуки и Кайдзу смотрели ледяными взглядами.
— …Всё-таки не зря тебя прозвали Принц-бабник…
— …Фува-ку-у-ун… Пойдём-ка выйдем на крышу… Давненько я… так не выходил из себя…
— Д-да говорю же, это недопонимание…
Ицуки и Кайдзу оказались не единственными, кто сверлил его холодным взглядом.
Неподалёку от них неожиданно нарисовалась студентка в строгом костюме — Мияко Ширакава.
— М-Мияко-чан?!
— …Кажется, я была о вас слишком хорошего мнения, Фува-сан, — бросила Мияко ровным тоном.
— Нет, тебе не кажется! То есть, то, как ты подумала — вот это и есть недопонимание!
Мияко развернулась и пошла прочь, а запаниковавший Харуто бросился за ней.
— Я думала просто слегка пошутить… А получилось даже лучше, чем я ожидала… — тихонько пробормотала Уи.
В её глазах, устремлённых вслед Мияко, вспыхнул едва заметный огонёк боевого азарта.
— Поверь мне, Мияко-чан! Я девственник! Самый настоящий девственник!
— Д-да поняла я, только не кричите так на весь зал о своей девственности!
В конце концов Харуто кое-как удалось развеять недоразумение с Мияко. Пока он общался с другими писателями и обменивался визитками, ведущий включил микрофон.
— Просим прощения, что прерываем ваши беседы, но сейчас мы бы хотели услышать общее заключительное слово от Харуто Фувы-сэнсэя, члена жюри этой премии «GF Bunko».
…Этот момент всё же настал.
Харуто тихонько вздохнул и направился к сцене.
Заключительное слово должен был произносить кто-то из трёх судей. Если не считать главного редактора Сатоши Годо, то сказать речь обязали одного из творцов. Харуто проиграл Кайдзу в «камень-ножницы-бумага», поэтому отдуваться пришлось ему.
— Фува-сэнсэй дебютировал в десятой премии для новичков «GF Bunko». Его победоносное произведение «Шевалье. Святые рыцари далёких земель» превратилось в невероятно популярную серию, которая в этом году получила аниме-адаптацию. Его по праву можно назвать автором, представляющим лицо издательства «GF Bunko»!
А-а-а! Хватит-пожалуйста-остановись!!
От такого представления Харуто захотелось завопить во всё горло. У «GF Bunko» была куча других популярных серий, и, самое главное, у них была Наюта Кани — недосягаемый лидер по продажам. Называть его «представителем» в обход неё было чистой воды самонадеянностью и наглостью.
Заглушив в себе чувство стыда, он взошёл на трибуну, вытащил из кармана шпаргалку и начал вещать:
— Э-э… Как меня только что представили, я Фува, один из членов жюри нынешнего конкурса. Думаю, судить работы для такого неопытного человека — непозволительная дерзость. Но, судя по всему, никто из других сэнсэев, реально представляющих лицо лейбла, не захотел брать на себя эту работу, так что мне, скрепя сердце, пришлось отдуваться за всех.
Приветствие Харуто вызвало по залу лёгкие смешки. С горем пополам снискав расположение публики, Харуто перешёл непосредственно к оценке.
Ничем не примечательная речь была по сути копией того, что уже вывесили на официальном сайте. Суть сводилась к следующему: «Общий уровень высок, но подавляющее большинство работ явно написано под влиянием существующих произведений. Были и оригинальные идеи, но в них авторы слишком зациклились на себе. Хотелось бы, чтобы в будущем вы искали собственное, уникальное оружие, не забывая при этом ориентироваться на читателей».
— …Да, прошу прощения за столь банальное и лишённое оригинальности резюме. Примерно то же самое из года в год повторяют на конкурсах любого лейбла.
При этих словах, сказанных шутливым тоном, раздался очередной смех, как и было задумано.
Мысленно вздохнув с облегчением, Харуто обернулся к лауреатам, столпившимся в правой части сцены:
— Ещё раз поздравляю всех победителей. Ваша жизнь как писателей только началась. Считайте всех присутствующих здесь старших товарищей — своими соперниками, работайте усердно и стремитесь превзойти нас. Это пойдёт на пользу развитию «GF Bunko», а также всей издательской индустрии в целом. …Спасибо за внимание.
Он поклонился лауреатам, затем залу, и присутствующие наградили его аплодисментами.
Харуто смахнул со лба крупные капли пота. Ему кое-как удалось в непринуждённой манере прочесть этот текст до конца без единой запинки, но поскольку он впервые выступал перед такой толпой, то нервничал просто невыносимо. Разумеется, он никому не расскажет, что дома многократно репетировал эту речь.
…Ступая по лестнице со сцены, он встретился взглядом с Уи; она адресовала ему чарующую улыбку, но он сделал вид, что ничего не заметил.
— Ха-ха-ха, отличная работа.
Ицуки, который не поленился подойти к самой сцене, чтобы его послушать, ухмыляясь, поприветствовал Харуто.
— …Я реально вымотался. Больше ни за что на такое не подпишусь… — сказал от всего сердца криво усмехающийся Харуто.
— А теперь перейдём к речам самих обладателей наград победителей премии «GF Bunko». Просим вас выйти на сцену.
Подбадриваемые ведущим, шесть новичков снова поднялись на помост.
Первой выступала победительница Гран-при Уи Айой. Она рассказала, что во времена учёбы в колледже один человек научил её, как тяжела жизнь профессионала; после этого она взялась за ум и добилась награды. Во время речи она то и дело поглядывала в сторону Харуто. Харуто с замиранием сердца слушал всё это, каждую секунду боясь, что всплывёт его имя, но, к счастью, прямо она его так и не назвала.
Следующим к микрофону смело подошёл обладатель приза за выдающиеся достижения, Макото Янагасэ. Человек, выглядевший как обычный офисный служащий (кем он, судя по всему, и являлся в реальности), произнёс такую же серьёзную и основательную, но абсолютно лишённую юмора речь. В общем, полную противоположность его эпатажной книге: «…так что подставляй зад!».
Вслед за ним к микрофону подошла другая лауреатка той же награды, Аоба Касамати. Со всё таким же слегка недовольным, как и во время вручения призов, выражением лица она для начала монотонно пробормотала: «…Благодарю вас за приз за выдающиеся заслуги» — а затем…
— Тем не менее, итогами нынешней премии я категорически недовольна, — отрезала она грубым, резким тоном.
Ицуки и вся остальная донельзя скучающая аудитория мгновенно обратили взоры на девушку.
Аоба нахмурила свои изящной формы брови и бросила свирепый взгляд на сидевшую справа на стуле Уи:
— Это же просто шаблонный роман, написанный на волне популярности жанра! Перерождение в ином мире в качестве повелителя демонов, создание гарема — неужели вы считаете, что этот шлак больше достоин Гран-при, чем моя работа?!
Получившая внезапное оскорбление Уи сперва растерянно моргнула, а затем выдавила из себя вымученную усмешку.
Аоба продолжала гнуть свою линию:
— Говорю прямо, у судей напрочь отсутствует вкус! Уж не потому ли вы отдаёте Гран-при таким же шаблонным историям, что ваши собственные книги тоже не имеют ни грамма оригинальности, а лишь слепо подражают трендам?! И меня страшно бесит то, что награду, равнозначную моей, дали этому вульгарному куску мусора про спасение мира и подставленные задницы! Именно из-за таких вот низкоквалифицированных жюри в последнее время индустрия ранобэ скатывается на дно, заполняясь сплошными клише!
— …Что за дурочка? Таких в «Twitter» или на «2ch» пруд пруди, миллионов десять наберётся, — с усталым, ошарашенным лицом выдохнул Ицуки.
Это была не злость или отвращение, а просто чистой воды усталость от человеческой глупости.
Криво усмехающийся Харуто бросил короткий взгляд на сидевшую на сцене Уи: та склонила голову, красная до самых ушей, и предательски дрожала. …Наверное, вспомнив себя в те времена, ещё до встречи с Харуто, она просто сгорала со стыда.
— И прямо сейчас! Нам нужно сделать ставку на такие выдающиеся и по-настоящему «правильные» вещи, как, ну, например, моя работа… Да, или как серия «Пейзаж» Наюты Кани-сэнсэя! Так мы сможем исправить ту ужасную тенденцию, что захватила осквернённый коммерцией мир ранобэ-индустрии! Обещаю вам: когда я дебютирую как писатель, то обязательно встану плечом к плечу с Наютой Кани-сэнсэем в качестве мирового лидера новелл! Я положу конец эпохе доминирующего засилья бессмысленных пустышек про моэ, эротику, перерождение, гаремы, сестрёнок, повелителей демонов и прочих всемогущих болванчиков! Я создам эпоху, когда по достоинству будут оценивать по-настоящему прекрасные работы с глубоким философским подтекстом! У меня всё!
Но ведь в зале, помимо Харуто, присутствовало огромное количество творцов, которые как раз-таки специализировались на ранобэ, манге и аниме жанров мое, эротика, перерождение, гарем, сестрёнки, демоны и всемогущие герои.
Выступление Аобы Касамати оказалось крайне оскорбительным монологом, публично поливающим грязью большую часть всех присутствующих.
…Но.
Хоть некоторые и хмурились, большинство гостей одаривало её покровительственными улыбками и сдержанными аплодисментами. Всё из-за того, что подавляющее большинство сидящих в зале творцов в прошлом пережили ровно такой же период взросления.
Период незрелой, мучительной юности, когда ты свято веришь, что именно твои ценности — единственно верные, не понимаешь разницы между вкусами и объективной реальностью и слепо уверен, что только твои предпочтения имеют ценность по сравнению со всем остальным миром. И всем тут было прекрасно известно, что подобная юношеская резкость и категоричность вовсе не так уж плоха. Ведь она может выступить отличным катализатором творческих амбиций.
Меня не устраивают нынешние веяния моды — так я своими собственными руками изменю ход истории.
Все сидящие здесь авторы помнили, как подобное юношеское пламя может однажды породить шедевр, который перевернёт индустрию с ног на голову.
— А? Чё?
Наверное, ожидая бурного негодования, Аоба совсем опешила от столь лестной реакции. Она неловко, мило поклонилась и торопливо просеменила к своему стулу.
— …Хотелось бы свести эту малолетку с Канико. Та-то о всяких глубоких философских подтекстах, небось, и не задумывается.
— Согласен, — коварно усмехнулся Харуто в ответ на злобно оскалившегося Ицуки.
Как же отреагирует эта задравшая нос, пока ещё юная и жалкая копия на столкновение с истинным гением? Той, у кого нет великих целей или философских тем для размышлений, той, кто пишет гениальные вещи просто потому, что она настоящий гений…
Затем речи обладателей специального приза жюри и поощрительных призов (где кто-то неудачно пошутил, кто-то говорил себе под нос, но, в общем и целом, всё прошло относительно гладко) подошли к концу, следом благополучно завершилось вступительное слово премии «Gifted» и церемония выступления гостей. А финальным аккордом мероприятия стала беспроигрышная лотерея с призами.
Всем гостям при входе на ресепшене выдавали билетик с номером; счастливчик, чью цифру вытягивали, получал памятный приз. Награды были весьма недурные: широкоэкранный телевизор, игровая приставка последнего поколения, шоссейный велосипед, робот-пылесос, паровая печь, купон на бесплатное проживание в пятизвёздочном отеле. Вот только всего призов насчитывалось штук пятнадцать. Учитывая общее количество народу, шанс выиграть был катастрофически мал, поэтому Ицуки просто пропустил всё мимо ушей, наслаждаясь едой и выпивкой.
Но во время очередного розыгрыша…
— Э-эй, есть ли тут участник с номером сто двадцать шесть?
Поскольку победитель не отозвался, ведущему пришлось кричать громче.
— Эй, Ицуки, у меня номер сто двадцать пять, так ты ведь за мной на ресепшен стоял, разве нет?
Ицуки, опешив от слов Харуто, полез проверять свой билетик…
…Сто двадцать шестой.
— Э-э-э?! Я выиграл! Да-да! Номер сто двадцать шесть!
Когда Ицуки суетливо замахал рукой, привлекая к себе внимание, ведущий с лучезарной улыбкой произнёс:
— Наши поздравления! Просим вас пройти вперёд!
Преисполненный гордости, Ицуки поднялся на сцену. Для него, автора, чья книга в следующем году получит аниме-адаптацию, это был отличный знак судьбы.
Ицуки выиграл последний концепт робота-пылесоса. Это была штука для автоматической уборки полов, способная вычистить до блеска даже те труднодоступные щели, до которых прошлым моделям было не добраться.
…С этой штукой я смогу хоть немного облегчить жизнь Чихиро, который вечно убирается в моей комнате.
Ицуки радовался всё сильнее; ему достался не телевизор или велосипед, которым вечно не найдёшь места, а вещь, действительно полезная в хозяйстве.
— Представьтесь, пожалуйста!
Поднявшийся на сцену Ицуки подошёл к микрофону и рассказал о себе:
— Я Ицуки Хашима, дебютировавший на десятом конкурсе авторов-новичков «GF Bunko»! В данный момент публикую сразу две работы: «Сестромагическая битва» и «Всё ради сестрёнки»! Я — тот, кто должен возвести новую эпоху! И я ни за что не позволю какому-то новичку обогнать меня!
Взбудораженный Ицуки ляпнул на эмоциях много лишнего, но зал всё равно поддержал его громкими возгласами и аплодисментами.
Когда розыгрыш лотереи подошёл к концу, вечеринка плавно начала близиться к завершению.
С прощальной речью выступил главный редактор «GF Bunko». В самом конце все гости, по ежегодной доброй традиции, совершили один синхронный хлопок в ладоши, пожелав тем самым дальнейшего процветания «GF Bunko» и «Comic Gifted».
Все дружно крикнули «Пан!» и зааплодировали. Церемония награждения и торжественный банкет подошли к своему логическому финалу.
С этого момента каждый мог развлекаться как душе угодно: пойти домой, забуриться выпить с коллегами-писателями или отправиться в караоке.
— Ицуки. Я собираюсь пойти в бар с Кайдзу-саном и остальными, ты с нами?
Услышав предложение Харуто, Ицуки покачал головой:
— Нет, сегодня я отправляюсь домой.
— Серьёзно? Случилось что-то?
— У меня рукопись шестого тома под угрозой срыва.
…И к тому же Наюта тоже сейчас должна писать свою новеллу. Я не могу проиграть.
— Понятно. Ну, тогда до скорого.
— Ага.
Харуто направился к Кайдзу и его компании. Их набралось около десяти человек, включая нескольких новичков, среди которых была Уи Айой.
— Вы ведь Ицуки Хашима, не так ли?
Развернувшись на резкий, колючий голос сбоку, Ицуки замер. Перед ним стояла школьница в форме — Аоба Касамати.
С агрессивным, враждебным блеском в глазах она впилась взглядом в него:
— Эту вашу новую эпоху возведу я!.. Прошу простить!
Отвесив торопливый поклон, Аоба быстрой походкой удалилась прочь. Ицуки ещё какое-то время с открытым ртом пялился ей вслед, а затем на его губах заиграла улыбка:
— …Дерзай, мелочь.
Это я, и только я стану человеком, достойным стоять плечом к плечу с Наютой Кани. Я ни за что не проиграю ни Аобе Касамати, ни другим новичкам, да вообще какому-либо автору!
Благодаря этой наглой писательнице-новичку в груди снова запылало пламя азарта. И пока эти жаркие, кипящие чувства не остыли, надо срочно выплеснуть их в рукопись.
Ицуки покинул зал церемониала, горя жаждой сражения.
