Глава 9. Сошествие ангела

Начало мая, четыре часа дня.

Хотя в мире продолжалась череда выходных, Ицуки с самого полудня заседал в здании издательства «Gift Publishing» на совещании по поводу сценария аниме, где он жарко спорил с Хиругано и остальными. Затем он провёл минут тридцать с Токи, обсуждая свои романы (а в основном ведя переговоры о сроках сдачи), после чего спустился на лифте на первый этаж.

Ицуки, с недовольным лицом из-за того, что переговоры прошли не слишком удачно, направился к выходу из здания, как вдруг его взгляд упал на одного мужчину.

Это был крепко сложенный старик в традиционной японской одежде, чем-то напоминающий мастера боевых искусств.

А это тот крутой старик, кажется…

Его звали Ёсихиро Кисо. Он был писателем-новичком, дебютировавшим в марте, а его редактором был Кэнджиро Токи.

Учитывая, что у них был один редактор, Ицуки стало любопытно, что же за ранобэ мог написать человек в возрасте за шестьдесят. Поэтому он прочитал его дебютную работу «Святая меча Цуруги — SWORD OF SENGOKU». Изящный стиль письма, динамичные описания боёв и живые, привлекательные персонажи, начиная с главной героини Цуруги — всё это заставило Ицуки отбросить предубеждения насчёт возраста и искренне признать, что этот новичок действительно потрясающий.

Тем не менее лично Ицуки с Кисо никогда не разговаривал, поэтому он решил ограничиться лишь лёгким поклоном, проходя мимо. Однако…

— Прошу прощения… Вы случайно не Хашима Ицуки-сэнсэй?

К немалому удивлению Ицуки, Кисо сам окликнул его.

— А, э-э, да, это я… Эм, мы разве уже когда-то знакомились?.. — робко поинтересовался Ицуки.

Но Кисо покачал головой:

— Нет, я видел вас на церемонии награждения, так что заочно был с вами знаком.

…Во время лотереи Ицуки действительно поднимался на сцену и называл своё имя, но он никак не ожидал, что кто-то запомнит его в лицо.

— Я получил поощрительный приз на прошлогодней Премии для новых авторов и дебютировал в марте этого года. Меня зовут Ёсихиро Кисо. И я, как и вы, сэнсэй, нахожусь на попечении у господина Токи.

Кисо вежливо представился и глубоко поклонился.

Ицуки растерялся, ведь ему никогда в жизни не приходилось сталкиваться с тем, чтобы человек в летах общался с ним настолько почтительно:

— А, о-очень приятно, я Хашима. Э-э, я имел честь прочитать вашу дебютную работу. Смею сказать, это было чертовски интересно.

— Для меня огромная честь слышать такие слова от сэнсэя. Мои знания скудны, а талант невелик, но я надеюсь на ваше дальнейшее руководство и поддержку.

— Д-да, я тоже.

Пока Ицуки стоял, словно окаменевший, Кисо снова поклонился:

— Что ж, у меня сейчас назначена встреча с господином Токи, потому…

Не успел Кисо договорить, как…

— А-а! Дедушка, вот ты где-е!

В вестибюле офисного здания раздался невероятно звонкий и невинный детский голосок, совершенно не вписывающийся в эту обстановку.

Кисо и Ицуки одновременно обернулись в сторону входа в здание и увидели бегущую к ним девочку.

На вид она училась где-то в младших классах. На ней было нарядное фурисодэ с цветочными узорами, выполненное в зелёных тонах. Невероятно милая девочка со светлыми, гладкими, как шёлк, волосами и сапфирово-синими глазами.

Она подбежала и прямо с разбегу обняла Кисо.

— Эхе-хе-е.

Прежняя суровость сошла с лица Кисо, и он растерянно вздохнул.

— Надэсико… Как ты здесь оказалась?

— Я приехала на электричке!

В ответ на её сияющую улыбку растерянность Кисо сменилась мягким, хотя всё ещё озадаченным выражением лица.

— Какая ты умница, Надэсико, раз смогла сама доехать. Но разве я не говорил тебе, что нельзя идти за мной без спросу?

— Но мне тоже хотелось посмотреть на издательство!

— Хм-м…

Тут Кисо заметил остолбеневшего Ицуки:

— Ох, прошу простить мои манеры. Это моя внучка. С тех пор как я получил премию, она стала проявлять огромный интерес к писателям и издательствам. Видимо, увязалась за мной без моего ведома.

— Д-да уж…

Девочка оторвалась от Кисо, повернулась к Ицуки и мило поклонилась:

— Здравствуйте! Я Надэсико Кисо, ученица четвёртого класса!

Не привыкший общаться как с людьми в возрасте, так и с младшеклассницами, Ицуки растерялся ещё больше:

— А, да, привет. Я Ицуки Хашима, двадцать один год.

Она — Надэсико — посмотрела прямо ему в лицо.

— Дяденька, а вы тоже писатель, как и дедушка?

— Д-да, верно.

Глаза Надэсико распахнулись ещё шире, а на лице расцвела лучезарная улыбка.

— Ва-а! Вы писатель! Как здорово-о! Вы ещё такой молодой, это просто удивительно-о!

— Д-да ну что ты, не стоит… хе-хе-хе… — засмущался Ицуки под взглядом сияющих глаз маленькой девочки.

— Но теперь возникла проблема… У меня сейчас встреча с господином Токи… — произнёс Кисо.

— Встреча-а! Надэсико тоже хочет пойти на встречу!

— Нет, туда нельзя… Хм, отправить её одну домой… нет, это слишком опасно…

Ицуки, видя терзания Кисо, который волновался за внучку, как любой нормальный дедушка, робко предложил:

— Эм-м, если позволите, пока у вас идёт встреча, она может побыть у меня. Я живу буквально в пяти минутах ходьбы отсюда.

— Ну нет, что вы, Хашима-сэнсэй, я не могу вас так утруждать… Кажется, тут в здании есть комната отдыха… хотя нет, она ж там перевернёт всё вверх дном…

— Надэсико хочет посмотреть на дом писателя!

Кисо нахмурился, а у Надэсико заблестели глаза.

— Ну, у меня самая обычная однокомнатная квартира, ничего особенного… но там полно игр и манги, так что убить время ей точно будет чем.

— Вот как… В таком случае, позвольте с благодарностью принять ваше предложение.

Кисо обеспокоенно добавил:

— Надэсико, веди себя хорошо, поняла?

— Да-а!

— Если бы ты ещё делала так же хорошо, как обещаешь…

Несмотря на вздох, на губах Кисо заиграла улыбка, когда Надэсико так энергично отозвалась.

— …Хашима-сэнсэй, оставляю Надэсико на ваше попечение.

— Хорошо.

— Дяденька, пойдёмте скорее-е?

Надэсико взяла Ицуки за руку.

…Её ладонь была такой маленькой и мягкой.

От незнакомого ощущения губы Ицуки непроизвольно расплылись в улыбке, но тут резкий голос Кисо вернул его в реальность:

— Хашима-сэнсэй. Если вы хоть пальцем тронете Надэсико…

— Е-если я что?..

— Я отрублю вам голову.

— Г-голову?!.

Кисо несколько секунд буравил взглядом побледневшего от ужаса Ицуки, а потом тихо добавил:

— Это шутка.

— …А, ага.

Не в силах даже выдавить смешок, Ицуки с дёргающейся улыбкой зашагал следом за Надэсико, которая тянула его за руку.

Надэсико была дочерью второй дочери Ёсихиро Кисо. Судя по всему, её отец — швед. Она родилась и выросла в Японии, у неё японское гражданство, она никогда не выезжала из страны и говорит только по-японски.

— Хм-м… Прямо как Канико, — пробормотал Ицуки по пути к дому, выслушав биографию Надэсико.

— Канико-о? — мило наклонила голову Надэсико, отчего губы Ицуки снова тронула улыбка.

— Есть у меня одна знакомая — Наюта Кани. Её отец из России. У неё серебристые волосы и голубые глаза.

— О-о, прямо как у моих мамы с папой. Международный брак! А Канико тоже писательница?

— Ага.

— Ничего себе-е. Я бы хотела с ней познакомиться!

— Ну, может, как-нибудь представится случай.

— Ура-а! Буду ждать этого дня-я!

Надэсико от радости запрыгала на месте, и у Ицуки на душе тоже стало как-то легко и прыгуче.

…Что это за ангел.

Ицуки почувствовал, как его душа, изрядно потрёпанная из-за бесконечных дедлайнов последних дней, постепенно исцеляется.

— Я дома-а.

Когда они вошли в квартиру, Чихиро как раз готовила на кухне ужин.

— А, с возвращением, брат…

— Это здесь живёт дяденька?

— Да.

Заметив Надэсико, которая вошла следом за Ицуки, Чихиро потеряла дар речи.

— А, Чихиро, эта девочка… Чихиро? — озадаченно спросил Ицуки, глядя на дрожащую Чихиро.

— Брат… А я в тебя верил… Пусть ты и пишешь немного странные романы, но ведь у тебя есть нормальная девушка! Я думал, ты хотя бы понимаешь разницу между тем, что можно и чего нельзя делать в реальной жизни!

— Нет, Чихиро, ты что-то не так понял!

— …Давай вместе пойдём в полицию? Я буду ждать тебя…

— Ха-ха-а! Я понял! Ты думаешь, что я, случайно встретив на улице какую-то незнакомую лунную лолю, совратил её, заставил называть меня «дяденькой» и притащил домой?!

— Угу.

— Да как тебе такое в голову пришло! — яростно возразил Ицуки, получив такой серьёзный утвердительный ответ.

— …Так это неправда?

— Конечно!

Даже несмотря на недоверчивый взгляд Чихиро, Ицуки всё же объяснил ей всю ситуацию:

— …Вот так всё и было. Я просто посижу с ней, пока у господина Кисо не закончится совещание.

— …Понятно. Вот оно как…

— Ты только что посчитал меня преступником, и мне вообще-то стало очень обидно.

Пылкость Чихиро моментально угасла.

— …Извини. Просто в последнее время я стал немного недоверчивым к людям…

— Э-э, да… Что-то случилось?..

Видя, как сильно Чихиро подавлена, Ицуки почувствовал себя неуютно.

Но тут Надэсико с невинным видом поинтересовалась:

— Простите-е. А эта сестрёнка — младшая сестра дяденьки?

— И-ик?! — вздрогнула Чихиро от неожиданного вопроса.

Ицуки криво усмехнулся:

— Это Чихиро. Мой младший брат.

— Ой-ой, так вы старший братик! Прошу прощения.

— А, э, ага… всё верно, я парень, — с натянутой улыбкой произнесла Чихиро.

— Ва-а! Так вот какая комната у писателя-я! — Надэсико, оказавшись в гостиной, глазами, полными восторга, оглядела помещение.

И затем добавила:

— Ого, тут всё так обычно!

— Я же говорил, что ничего особенного, — усмехнулся Ицуки.

— А у дедушки в комнате стоят мечи и доспехи!

…Как стереотипно.

Ицуки даже сделал серьёзное лицо, представив себе эту картину.

— Дяденька, а какие из этих книг ваши-и? — спросила Надэсико, подбежав к книжной полке.

— Мои книги, это…

Ицуки потянулся за одной из своих книг и внезапно замер.

Его произведения — все сплошь про сестрёнок, но не в этом суть. Проблема в том, что почти во всех его томах присутствуют иллюстрации полностью обнажённых девочек.

Можно ли показывать такое девятилетнему ребёнку…

Ёсихиро Кисо читал его ранобэ, якобы для изучения жанра, и вряд ли он из тех зашоренных людей, которые считают, что всё пошлое — это зло. Но вот когда речь заходит о том, можно ли показывать это его собственной внучке, вопрос встаёт совсем иначе.

К тому же сам Ицуки внутренне сопротивлялся тому, чтобы показывать пошлятину столь ангельскому созданию.

После ожесточённой внутренней борьбы Ицуки сказал:

— В-вот, это книга, которую написал я.

Он достал с полки первый том «История аякаси»[✱]Реально существующее ранобэ за авторством Ватари Ватару. и протянул его Надэсико.

Надэсико с радостью приняла книгу и внимательно посмотрела на обложку.

— …Пере… лёт?..

— Ватари Ватару. Это означают иероглифы. Это мой псевдоним.

Ицуки с гордым видом соврал ей в лицо.

— А-а? А вас разве зовут не Хашима Ицуки?

На это проницательное замечание лицо Ицуки немного перекосило.

— Ицуки Хашима — это моё настоящее имя. Твой дедушка, видимо, публикуется под своим настоящим именем, но многие авторы используют так называемые псевдонимы при издании книг.

— Ого-о, вот значит как. А вы сами его придумали?

— Ага.

— Дяденька, а почему вы выбрали стать Ватари Ватару?

Да откуда я знаю историю псевдонимов других писателей! — в панике мысленно воскликнул Ицуки, лихорадочно соображая.

— Ватари Ватару означает «пересекать море». Я выбрал такое имя, чтобы показать свою решимость: пересечь безбрежный океан и стать выдающимся писателем, которого будут любить во всём мире!

— О-о! Дяденька круто-ой! Какая масштабная амбиция-я!

— А-ага, ну так ведь?

Почувствовав на себе восхищённый взгляд, Ицуки натянуто улыбнулся. Зато на него из кухни неодобрительно смотрела Чихиро.

— Можно я тогда буду называть вас Ватари-сэнсэй?

— Э-э, давай без этого! Серьёзно! …Лучше зови меня «братиком Ицуки».

— Хорошо-о. Братик Ицуки!

— Хе-хе-хе… — губы Ицуки растянулись в непристойной улыбке, в то время как рука Чихиро крепче сжала рукоятку кухонного ножа.

Пролистав книгу Ицуки (которой на самом деле была «История аякаси»), Надэсико переключила своё внимание на шкаф с настольными играми.

Поскольку она захотела во что-нибудь поиграть, Ицуки вспомнил про игру, которая должна была понравиться школьнице младших классов, и выбрал «Большую гонку кошек и мышек».

— Ух ты, мышки! Какие миленькие-е.

Надэсико с улыбкой на лице взяла в руки деревянные мышиные фишки, которые были в коробке.

Какая же она милая… — мысленно умилялся Ицуки, глядя на неё.

«Большая гонка кошек и мышек» — это немецкая настольная игра. Бросая кубики, нужно передвигать несколько фишек-мышек к комнатам с сыром. Игрок, собравший большее количество сыра, побеждает.

Комнат с сыром несколько, и чем дальше от старта находится комната, тем крупнее кусок сыра можно получить, но мышка, зашедшая в такую комнату, больше не может двигаться. Из-за этого хочется отправить как можно больше мышек в дальние комнаты, но на кубике есть грань с котом, и если кот догоняет мышку, она выбывает из игры.

Правила просты, однако результат зависит не только от удачи. Игроку приходится принимать непростые решения: пойти ли безопасным путём и собрать кусочки сыра поблизости, гарантированно заработав очки, или же рискнуть, отправившись в дальнюю комнату и избегая кота. Можно сказать, что это образцовая «игра для детей и взрослых», в которую интересно играть вместе.

— Ооооох, мою мышку снова съели-и-и!

— Братик, не стоит быть таким неосторожным, правда-а?

— Понимаешь, порой мужчине приходится вступать в схватку, даже зная, что это чистое безумие.

— Разве это так должно быть? Но мне всё равно жалко мышек, когда их ловят…

— !.. Да-да, конечно… Какая ты добрая, Надэсико…

Видя её погрустневшее личико, Ицуки с видом не то старшего брата, не то вообще дедушки погладил её по голове.

— Мне щекотно-о, — засмеялась Надэсико.

Ицуки и Надэсико играли вдвоём, и Надэсико уселась прямо между его ног.

Когда она просто так непринуждённо устроилась прямо перед ним, он растерялся, но поза была просто восхитительной.

При каждом её движении мягкие золотистые волосы, от которых исходил приятный аромат, щекотали ему лицо, вызывая непередаваемое чувство эйфории.

…Так вот где находится рай…

Теперь Ицуки стал понимать чувства Субару Хасэгавы[✱]Субару Хасэгава — главный герой аниме, манги и ранобэ «Баскетбольный клуб!» (Ro-Kyu-Bu!). По сюжету тренирует женскую баскетбольную команду младшей школы. и Яичи Кудзурю[✱]Яичи Кудзурю — главный герой ранобэ и аниме «О том, кем работает король драконов». Является профессиональным игроком в сёги, который тренирует младшеклассницу..

— Младшеклассницы… это просто высший класс… — с чувством пробормотал Ицуки.

— А-а? Ты что-то сказал, братик?

— А-а? Да ничего такого-о.

Глядя краем глаза на ухмыляющегося Ицуки, Чихиро мощным ударом ножа отрубила голову рыбе-луфарю.

Время перевалило за шесть, и за Надэсико пришли Ёсихиро Кисо и Токи.

У самого входа Надэсико бросилась в объятия Кисо.

— Дедушка, ты хорошо потрудился-я!

— Ну-ну. Надэсико, ты хорошо себя вела?

— Да-а! Братик Ицуки много со мной играл-л!

Взгляд Кисо переместился на Ицуки, которому было явно жаль расставаться с девочкой.

— Хашима-сэнсэй, огромное вам спасибо за сегодняшний день. В другой раз я обязательно приду поблагодарить вас как следует.

— Н-нет, что вы, ни к чему благодарности! Да пусть она здесь остаётся хоть навсегда!..

Кисо, услышав вырвавшееся у Ицуки чистосердечное признание, лишь отмахнулся со смехом.

— О-о, кстати, раз уж вы здесь, может, останетесь поужинать вместе с нами?!

Ицуки был невероятно настойчив, но Кисо медленно покачал головой:

— Нет-нет, мы не можем так злоупотреблять вашим радушием. Ну же, Надэсико, поблагодари Хашима-сэнсэя.

— Да-а! — Надэсико снова повернулась к Ицуки.

Неужели ему придётся так скоро распрощаться с этим ангелочком? Ему захотелось расплакаться.

— Братик, большое вам спасибо-о! Можно я как-нибудь приду снова поиграть?

— К-конечно можно! Приходи когда захочешь! К следующему разу я прикуплю ещё больше настолок, подходящих для твоего возраста!

— Ура-а, буду с нетерпением ждать! Ну, пока, брати-ик.

— У-ух, до скорого… До скорого, Надэсико!..

Надэсико вместе с Кисо вышла из квартиры и помахала ему рукой. Ицуки махал в ответ с порога, провожая её взглядом, пока они не скрылись за углом.

— Ха-а… Она ушла… Ха-а… Ну что, будем ужинать?

Когда Ицуки, понурив плечи, произнёс это лишённым всякой жизни голосом, Чихиро с явно выраженным недовольством стала расставлять блюда на столе.

Звонко брякнув о столешницу тарелкой с жареным луфарём, Ицуки удивлённо поднял на неё глаза.

— …Чихиро, ты что, обиделся?

— Вовсе нет!

— …Да точно обиделся.

— Я же сказал, что нет! …Просто я понял, что ты готов расплываться в улыбке перед любой девчонкой, которая назовёт тебя «братиком»!

Когда Чихиро с надутым видом выпалила это, Ицуки немного поразмыслил и выдал:

— …Честно говоря, так оно и есть.

Услышав это невероятно искреннее подтверждение, лицо Чихиро приобрело ещё более угрюмое выражение.