Глава 8. 20 лет

Начало июля.

В одном из кинотеатров Токио состоялся закрытый показ готовой киноверсии «Серебряного пейзажа».

Режиссёром выступил прославленный маэстро, регулярно бравший призы на зарубежных фестивалях, а главную роль доверили молодому, но невероятно одарённому актёру. Плюс звёздный состав на вторых ролях и выдающаяся съёмочная группа — в масштабах современного японского кино это был по-настоящему крупный и амбициозный проект.

Ицуки, Харуто и Мияко пришли по приглашению Наюты и смотрели фильм с VIP-мест. Картина сумела блестяще перенести на экран тягучую, специфическую атмосферу оригинальной книги.

— Наю-ю-ю! Это было шикарно! Просто потрясающе! — выйдя из зала, Мияко заливалась слезами радости в ближайшем кафе.

— Хе-хе-хе… Ну-у, мне как автору оригинала показалось, что кое-что можно было сделать иначе… Но в целом, признаю — сняли достойно.

Наюта не спешила разражаться восторгами, но на её лице сияла вполне довольная улыбка.

— Лайв-экшены по книгам частенько превращаются в нелепый парад косплееров, но «Серебряный пейзаж» вышел реально классным. Конечно, сама история изначально просилась на экран, но то, как авторы уловили суть, вместо того чтобы маниакально копировать причёски и шмотки, — это моё уважение. Они прочувствовали оригинал и виртуозно адаптировали его под формат кино.

После такой тирады Харуто еле слышно добавил:

— …Всё-таки у выдающихся произведений всегда выдающаяся команда… Наверное, способность вызывать уважение у людей — это тоже часть магии самой книги…

Услышав это, Ицуки с мрачным лицом тихо произнёс:

— …Разрыв снова увеличился.

— Зато твоё аниме… — начал было Харуто, но оборвал себя на полуслове.

Он видел пока только первую серию аниме «Всё ради сестрёнки», но её качество было поразительным. Если сравнивать с адаптацией его собственного «Шевалье. Святые рыцари далёких земель», то это небо и земля.

Но эти слова никак не могли послужить Ицуки утешением.

Рассуждения о том, что в мире полно ужасных медиафраншиз или что сравнивать фильмы с кардинально разными бюджетами бессмысленно, — не приносят писателю никакого облегчения.

Чувство горечи от поражения — это вопрос «сердца», и его не заглушить никакими объективными и логичными аргументами.

Несколько дней спустя глубокой ночью.

В эфир наконец-то вышла первая серия телевизионного аниме «Всё ради сестрёнки».

Ицуки и его редактор Кэнджиро Токи сидели в комнате парня, прилипнув к экранам ноутбука и смартфона, чтобы отслеживать реакции зрителей.

«Адаптация очень бережно относится к оригиналу»

«Эротичненько»

«Интересно. Жду вторую серию»

«Для низкобюджетного аниме выглядит очень даже достойно»

«Вообще ничего не ждал, но оказалось весьма неплохо»

…и всё в таком же духе. Общий тон отзывов был сугубо положительным.

Когда трансляция завершилась, а шквал реакций в реальном времени стих, оба одновременно с облегчением выдохнули.

— …Ну что ж, первый блин точно не комом, — резюмировал Токи.

— Да… — согласился Ицуки.

Несмотря на то, что на предварительном показе им, как авторам, всё очень понравилось, окончательно расслабиться можно было только, увидев трансляцию и живую реакцию публики.

— Будет здорово, если те, кто узнал о «Всё ради» благодаря сериалу, потянутся к книгам… Правда, пока в рейтинге «Amazon» без изменений, — констатировал Токи, глядя в телефон.

Отзывы на само аниме — это весело, но для издательства куда важнее рост продаж оригинального ранобэ.

Разумеется, если аниме хвалят, продажи первоисточника обычно растут. Бывает и так, что старые фанаты плюются от качества картинки, но продажи всё равно взлетают до небес. А бывает, что и новички, и старички хором поют оды сериалу, а книги остаются пылиться на полках.

Время суток, сезон трансляции, рекламный бюджет, пул телеканалов, тренды рынка, экономическая ситуация в стране, соседство с другими тайтлами в сезоне, пересечение целевых аудиторий — помимо качества самой анимации, в игру вступает столько переменных, что гарантировать буст продаж первоисточника попросту невозможно.

Поднимет ли аниме продажи «Всё ради» — на данный момент оставалось загадкой.

Но одно было известно наверняка…

— …Всё, что в наших силах — сделать следующий том настолько крутым, насколько это возможно.

Токи удовлетворённо улыбнулся:

— А ты быстро схватываешь.

— Пф, естественно.

— Если быть совсем точным — сделать следующий том крутым и выпустить его чётко в срок.

— Д-да.

Релиз седьмого тома «Всё ради сестрёнки» был запланирован на октябрь, как раз к концу трансляции аниме. Заметим, что шестой том вышел совсем недавно, буквально в прошлом месяце.

Выпустить один том перед запуском аниме и ещё один — прямо во время или сразу после финала — считалось золотым правилом индустрии. Чем больше товаров на полках — манги, спин-оффов, артбуков — тем сильнее эффект синергии.

Никто не гарантировал, что адаптация поднимет продажи. Но если в момент хайпа книг не окажется в магазинах — шанс заработать будет равен абсолютному нулю.

Задача авторов сводилась к одному: писать так, чтобы заинтересовать привлечённую аудиторию, издавать новые книги, отвоёвывать как можно больше места на витринах и всеми силами раздувать огонь популярности своего детища.

— …Кстати, как там дела с рукописью седьмого тома?

— В-всё идёт п-по плану, разумеется, — слегка запнувшись, ответил Ицуки.

— Чудненько. Если так, то я спокоен.

Не став допытываться подробностей, Токи покинул квартиру.

Прошла пара дней. Вечер 10 июля.

Ицуки и Наюта сидели за обеденным столом вдвоём.

Лазанья с белой рыбой, мясной пирог, креветки в панировке, салат «Цезарь» и суп-пюре.

Весь этот роскошный ужин приготовила Аоба. Наготовив, она деликатно ретировалась до прихода Наюты, явно желая оставить их наедине.

В этот день Наюте Кани исполнялось двадцать лет.

— Ня-ха-ха, как пахнет! Ао-тян просто волшебница.

— Спору нет, стол сегодня что надо… Ты уверена, что хочешь провести этот вечер у меня дома? — спросил Ицуки, глядя на её сияющее лицо.

Он предлагал забронировать столик в элитном ресторане в честь юбилея, но Наюта настояла на скромных посиделках в его квартире.

— Конечно. Сэмпай, давайте скорее открывать алкоголь!

Наюта протянула ему свой стакан.

— Понял.

Ицуки аккуратно налил ей пиво.

Двадцать лет. С сегодняшнего дня Наюте официально разрешалось пить.

Она выбрала бельгийское пиво «Hoegaarden Forbidden Fruit». Наюта сама вытащила его из холодильника, аргументировав выбор «извращённой этикеткой», на которой голые Адам и Ева с картины Рубенса распивали алкоголь.

Плеснув пенного напитка и себе, он произнёс:

— Что ж… С днём рождения.

— Спасибо.

Они легонько чокнулись и сделали по глотку.

Если родственное ему «Hoegaarden White» — лёгкое, освежающее пиво с фруктовыми нотками, крайне популярное в Японии, то «Hoegaarden Forbidden Fruit» — это полная противоположность: густое, пряное, со сладковатым вкусом. Оно было вкусным, но явно не подходило для новичков.

— Ого-о, прямо в нос ударило! Ух! — радостно запищала Наюта. — Ах, так вот какая эта выпивка на вкус!

Она с благоговением разглядывала янтарную жидкость, колышущуюся в бокале.

— Я так мечтала вот так спокойно выпить с вами за одним столом.

Будучи несовершеннолетней, Наюта была вынуждена давиться содовой, пока Мияко, Харуто и все остальные пили алкоголь.

Пусть в прошлом году на Окинаве она и открыла для себя напиток богов — «рутбир», тоска от того, что ей нельзя прикасаться к спиртному, никуда не исчезала.

— Теперь я чувствую себя по-настоящему взрослой женщиной. Впереди у нас столько видов алкоголя, которые мы должны попробовать вместе, сэмпай!

— Д-да… ты права. С нетерпением жду, — выдавил из себя покрасневший Ицуки. Искренняя, лучистая улыбка девушки обезоружила его, и он залпом опрокинул бокал, чтобы скрыть смущение.

Они уплетали праздничные деликатесы от Аобы и дегустировали разные сорта пива.

Как выяснилось, Наюте больше по душе не лёгкие сорта с кислинкой, а плотные и сладкие, вроде «Hoegaarden Forbidden Fruit». Проблема была в том, что такие напитки отличались высоким градусом, и Ицуки, подстраивавшийся под её темп, довольно быстро начал пьянеть.

Наюта же отделалась лишь лёгким румянцем и чувствовала себя прекрасно.

Вскоре Ицуки достиг своего предела и рухнул на спину.

— М-м-м-м-мм-м…

— Ой-ёй…

Девушка подобралась к нему и положила его голову себе на колени. Стонущий Ицуки крепко зажмурил глаза.

— Вы в порядке, сэмпай?

— М-м-м… пустяки…

— …Видимо, я и вправду крепкая на алкоголь. Мой папа из России, так что я догадывалась, что меня просто так не свалить, но чтобы настолько.

— М-м… вот уж точно… суровая русская женщина…

Наюта снисходительно хмыкнула на эту нелепую шутку.

— Ня-ха-ха… Похоже, горячие обнимашки после ужина сегодня отменяются…

— …П-прости… Канико…

— Не переживайте. В другой день я стрясу с вас должок и получу любви за двоих.

Но, кажется, Ицуки реагировал не на её слова.

— …Прости… меня… — снова, словно в бреду, пробормотал он. — …Я такой жалкий… заставляю тебя вечно ждать…

— !..

Глаза Наюты широко распахнулись и наполнились слезами.

— Сэмпай… Ицуки!

— …Однажды… я обязательно… тебя…

На лице Наюты расцвела нежная, ласковая улыбка.

— …Всё хорошо. Я и сейчас невероятно счастлива. И буду ждать столько, сколько потребуется.

Ицуки уже тихонько сопел во сне.

А Наюта всё не могла оторвать влюблённого взгляда от его лица.