Глава 11. Тёмный рыцарь

Вечер одного из дней в середине июня.

Харуто ужинал в комнате Ицуки, листая ленту «Twitter» на смартфоне, когда ему на глаза попалась новость о запуске нового лейбла от компании «Branch Hill».

— О, новый лейбл «Branch Hill» наконец-то анонсировали!

— А ведь Мя-сан говорила, что анонс будет сегодня, да? — отреагировала на слова Харуто попивавшая пиво Наюта.

В комнате находились только трое: Харуто, Ицуки и Наюта. Ужинали они готовой едой из супермаркета, запивая её «Orval» — бельгийским пивом, которое довольно часто встречается в японских магазинах.

— Хм...

Ицуки тоже взял смартфон и открыл новостной сайт, посвящённый индустрии развлечений.

Лейбл, судя по всему, получил незамысловатое название — «Branch Hill Bunko».

В статье содержалась лишь краткая сводка, поэтому он нажал на прикреплённую ссылку, ведущую на официальный сайт «Branch Hill Bunko».

На главной странице красовался помпезный слоган, набранный огромным шрифтом поверх иллюстрации от известного художника.

А, так «Branch Hill» переводится как водораздел? А я-то думал, это отсылка к префектуре Гифу...

С этими мыслями Ицуки принялся изучать сайт.

На странице была представлена стартовая линейка из пяти книг, а также список из примерно двадцати авторов, которые будут публиковаться в будущем.

Среди них оказались и довольно популярные писатели. Харуто, тоже открывший сайт на своём смартфоне, с интересом пробормотал:

— Надо же, Китаката тоже будет писать для «Branch Hill».

— Новый лейбл, значит... Посмотрим, что из этого выйдет, — произнёс Ицуки.

— Зная Сирогаминэ, у него наверняка есть план, да? И состав авторов весьма солидный.

В прошлом индустрия ранобэ видела множество новых лейблов, которые появлялись и тут же исчезали. Некоторые открывались настолько незаметно, что о них почти никто не знал даже внутри индустрии, и так же тихо канули в Лету. Благодаря громкому имени Нобунаги Сирогаминэ к «Branch Hill Bunko» было приковано много внимания, но ждёт ли его успех — пока неизвестно.

— Наю-чан, а Мияко ничего не рассказывала? — спросил Харуто.

— Хм... Мя-сан дома почти не говорит о работе, — ответила Наюта. — Но я слышала, что недавно ей впервые поручили вести автора.

— Ого, и кого же?

— У него, кажется, какое-то странное имя. Такуан?.. Вроде бы так. А в названии книги было что-то про тёмного рыцаря.

— Надо же, значит, Мияко стала редактором «Тёмного рыцаря».

Ранее, когда Мияко спрашивала, на какие сетевые романы сейчас стоит обратить внимание, именно Харуто порекомендовал ей «Тёмного рыцаря». Он был рад, что смог помочь ей в работе.

— А, кстати, этот автор, оказывается, изначально дебютировал в «GF Bunko».

— Серьёзно? Кто?

Наюта склонила голову, отвечая удивлённому Харуто:

— Имя я забыла. Какой-то новичок, которого выгнали из «GF Bunko».

— Новичок, которого выгнали из «GF Bunko»... Погоди, Сома Камисака?!

— А, точно. Кажется, именно так его и звали.

— Вот это да... Цукимоно Стейк — это Камисака...

Харуто был поражён, но вместе с тем искренне рад, что Сома снова сможет публиковаться. И пусть Сома сам был отчасти виноват, Харуто всё равно было больно от того, что автора, дебютировавшего благодаря премии для новых авторов, где он сидел в жюри, выгнали из лейбла.

И тут до него внезапно дошло.

— Постойте. Камисака ведь, кажется, довольно красивый парень, да?

— Хм... Точно не помню, но вроде бы да, — равнодушно отозвался Ицуки.

Харуто тоже лишь немного пообщался с Сомой на церемонии награждения, поэтому не мог отчётливо вспомнить его лицо, но в памяти остался образ миловидного юноши, которому очень шла школьная форма с воротником-стойкой.

— Первый автор Мияко — симпатичный писатель-старшеклассник...

— И чего ты так разволновался? Они просто работают вместе.

На эти слова Ицуки Харуто скривился и тяжело задышал через нос:

— Дурак! Писатель и редактор — это же классический сценарий! Я даже знаю автора ранобэ, который женился на своём редакторе! Сначала они вместе работают над книгой, между ними вспыхивает искра, и в итоге партнёры по работе становятся партнёрами по жизни!..

— А, кстати, Ямагата вроде тоже встречается со своим автором, — Наюта добила Харуто, который и так уже дрожал от тревоги.

— Серьёзно?! Для меня это вообще-то тоже громкая новость!.. — Харуто знал, что его редактор Кавабэ неравнодушен к своей коллеге Кираре Ямагате. Но сейчас его куда больше волновали собственные проблемы.

— А-а, как же бесит!.. Я-то успокоился, узнав, что в редакции «Branch Hill» работают одни мужики в возрасте...

— Если тебя так бросает в пот от появления какого-то молодого красавчика, надо было действовать настойчивее и давно уже забрать её себе...

Под изумлённым взглядом Ицуки Харуто неуверенно пробормотал:

— Я вообще-то изо всех сил стараюсь... во всяком случае, мне так кажется...

— Если после стольких попыток ничего не вышло, значит, у тебя просто нет шансов, не так ли? — Наюта безжалостно вонзила нож в сердце Харуто.

— Угх... Легко тебе говорить такие жестокости, когда самой это не касается...

И тут Наюта обронила:

— Хм... Но, честно говоря, мне тоже не хочется, чтобы Мя-сан увёл какой-то случайный красавчик... Уж лучше Принц-бабник, это хотя бы меньшее из зол.

— Э? Неужели Наю-чан мне поможет?

— Что? Ни за что.

— А я-то решил, что к этому всё идёт… — Харуто совсем поник.

Если бы Наюта, лучшая подруга Мияко, встала на его сторону, более могущественного союзника было бы не сыскать.

— Ничего не поделаешь, придётся стараться самому!..

Харуто достал смартфон и начал строчить сообщение Мияко.

Глядя на него краем глаза, Наюта произнесла:

— Честно говоря, я вообще не хочу, чтобы Мя-сан с кем-то встречалась. Я сама сделаю её счастливой, так что хочу, чтобы я всегда была для неё на первом месте. Ня-ха-ха.

Её тон казался шутливым, но Ицуки заметил, что щёки девушки слегка покраснели.

«Моё сердце не разрывается между вами и Такасиной».

Тот разговор, когда они с Наютой помирились, внезапно пронёсся в голове Ицуки.

Между мной и Такасиной... «не разрывается»?

Что же касается самой Мияко, то она в этот момент в отчаянии хваталась за голову.

Всего пару часов назад Идзуми прислал ей рукопись первого тома «Тёмного рыцаря», и она сразу же взялась за чтение...

— Э-э-э… — дочитав, Мияко невольно застонала. И этот стон не предвещал ничего хорошего — в нём сквозило полнейшее недоумение.

Она же вообще не изменилась, да? Э, что всё это значит?

Содержание присланной рукописи почти ничем не отличалось от версии, выложенной на сайте.

То, о чём они договаривались на прошлой встрече — добавить сюжету динамики, сделать концовку более захватывающей, чтобы читатель остался доволен, — не было учтено от слова совсем. Дело было даже не в том, что автор попытался что-то исправить, но у него не вышло. В тексте не было ни малейших следов правок.

Она бы посоветовалась со своей начальницей Аянэ, но та совсем недавно отправилась праздновать успешный анонс «Branch Hill Bunko» в компании других редакторов. Мияко тоже планировала присоединиться к ним, как только дочитает рукопись.

За неимением других вариантов Мияко попыталась разобраться сама и для начала отправила Идзуми письмо: «Вы, случайно, не перепутали файлы? Присланная вами рукопись почти не отличается от веб-версии... Пожалуйста, проверьте».

Она процентов на восемьдесят была уверена, что Идзуми просто отправил не тот файл.

Однако спустя полчаса пришёл ответ от Идзуми:

— Хм-м...

В словах Идзуми, конечно, была доля истины.

Вопрос о том, насколько сильно нужно перерабатывать сетевой роман при публикации, всегда вызывал споры. В одних книгах добавляли новых персонажей и кардинально меняли сюжет, другие же печатались слово в слово, как в интернете, и в обоих случаях находилось немало хитов.

И всё-таки.

— Мог бы хоть посоветоваться со мной... — с глубоким вздохом простонала Мияко.

С момента их первой встречи, где они обсуждали правки, прошёл уже почти месяц. Разве можно вот так, ни о чём не предупредив, просто взять и прислать текст, проигнорировав все договорённости?

Подавляя раздражение, Мияко принялась писать ответ:

Она нервно прождала ответа несколько минут, как вдруг смартфон на столе завибрировал.

Взяв телефон в руки, она увидела сообщение от Харуто: «Если будешь свободна на днях, может, сходим куда-нибудь перекусить вдвоём?».

— Ох!..

Перекусить вдвоём. Это же самое настоящее приглашение на свидание. Сердце Мияко ёкнуло, но сейчас ей было явно не до этого. Коротко ответив: «Сейчас много работы, напишу позже», она снова уставилась в монитор, ожидая письма от Идзуми.

Спустя чуть больше десяти минут от Идзуми наконец пришёл ответ.

— ...Чего?! — прочитав письмо, Мияко округлила глаза и невольно вскрикнула.

В сообщении говорилось:

— Да почему всё так обернулось-то?! — откинувшись на спинку кресла, она в отчаянии уставилась в потолок.

Отменить публикацию... Он это серьёзно?

Уже официально объявлено, что «Тёмный рыцарь» войдёт в стартовую линейку «Branch Hill Bunko», а иллюстратор Хэбомэси вовсю работает над дизайном персонажей и обложками. Отменить публикацию сейчас просто физически невозможно.

...Может, именно поэтому Идзуми и выдвинул столь нелепое требование?

Мияко вспомнила, что рассказывал Кэнджиро Токи о причинах ухода Идзуми из «GF Bunko».

Насколько мне известно, в случае с Камисакой-сэнсэем проблема была и с его стороны.

По словам Токи, отношения Идзуми с редактором в «GF Bunko» испортились из-за того, что он лишь выдвигал свои условия в ультимативной форме и совершенно не прислушивался к чужому мнению.

И правда, даже на первой встрече он сам начал называть желаемых иллюстраторов, хотя его об этом не просили. И вот теперь это письмо.

Неужели Идзуми из тех авторов, которых называют «проблемными»?..

Мияко почему-то была уверена, что они без проблем сработаются, но теперь её уверенность пошатнулась.

Мияко изо всех сил старалась сдержать подступающий гнев, дописывая это письмо. Она уже собиралась нажать кнопку отправки, как вдруг...

— Та-а-ак, а ну-ка тормози, — пропел чей-то голос, и чужая рука мягко перехватила её запястье, лежащее на мышке. Это была Аянэ.

— Аянэ-сан? Вы же ушли праздновать...

— Ты всё не шла, вот я и решила проверить, как ты тут. А письмо-то у тебя колючее, — заметила Аянэ, заглядывая в монитор. — Это Цукимоно-сэнсэю? Что стряслось?

— Ну… — Мияко показала письмо от Идзуми и объяснила ситуацию.

Аянэ выслушала её, немного подумала и сказала:

— Давай пока не будем отправлять это письмо. И никаких эмоций или требований переписать текст. Напиши максимально мягко и предложи встретиться и обсудить всё лично.

Указание Аянэ вызвало у Мияко сомнения. Идзуми ведёт себя абсолютно неразумно, зачем тогда с ним встречаться?

Заметив её недовольство, Аянэ слабо улыбнулась:

— В переписке многие часто либо перегибают палку, либо не могут нормально донести мысль. Прочитай своё письмо ещё раз, только спокойно.

— Ах...

Мияко перечитала текст, который собиралась отправить. Ей казалось, что она писала с холодной головой, но в словах и правда сквозила резкость.

— Конечно, кому-то проще чётко сформулировать мысли на письме, а кто-то терпеть не может личные встречи, поэтому нельзя однозначно сказать, что живое общение всегда лучше. К тому же, в переписке всё фиксируется, так что потом не будет споров в духе «я этого не говорил»… Но, как по мне, Цукимоно-сэнсэй из тех, кто в интернете становится немного дерзким.

— Понятно...

Мияко удалила черновик и написала новое сообщение, предложив Идзуми встретиться.

Неделю спустя.

Мияко снова встретилась с Идзуми в кафе рядом с его школой. В этот раз к ним присоединилась Аянэ.

— Здравствуйте. Заместитель главного редактора «Branch Hill Bunko», Митахора, — представилась Аянэ, протягивая Идзуми визитку. К слову, должность главного редактора формально занимал президент компании Сирогаминэ, но он почти не вмешивался в дела лейбла, так что фактическим руководителем была Аянэ.

— Д-да. Здравствуйте... Я Идзуми, — Идзуми поздоровался с заметным напряжением на лице. От той агрессии, что сквозила в его письмах, не осталось и следа — он выглядел всё тем же слегка застенчивым подростком.

— Судя по всему, между вами и нашей Ширакавой возникло недопонимание. Приносим извинения за доставленные неудобства, — сказала Аянэ и поклонилась.

Мияко подумала, что извиняться было необязательно, но раз уж начальница склонила голову, ей пришлось последовать её примеру.

— Н-нет... никаких неудобств... — пробормотал Идзуми, смущённо отводя взгляд.

Аянэ лучезарно улыбнулась ему:

— Поэтому сегодня мы бы хотели, чтобы вы высказали всё, что у вас на душе.

— Всё, что угодно... даже не знаю...

— Жалобы на Ширакаву, недовольство редакцией, любые ваши опасения — говорите всё, как есть.

— ...

Идзуми переводил взгляд с Аянэ на Мияко и обратно, а затем, опустив глаза, тихо произнёс:

— Это скорее не недовольство Ширакавой-сан... Просто... все редакторы оказались одинаковыми.

— А?.. Что вы имеете в виду? — растерянно спросила Мияко.

Идзуми обиженно надул губы:

— ...Вы вообще меня не слушаете, а только навязываете свои требования...

— Эт…

Это вообще-то мои слова?!

Мияко вспыхнула и уже открыла рот, чтобы возразить, но Аянэ мягко взяла её за руку, останавливая. Затем Аянэ ласково произнесла:

— Что именно вы имеете в виду, Идзуми-сан?

Идзуми робко начал:

— ...Когда выбирали иллюстратора, вы ведь в итоге не учли моё мнение и приняли решение сами.

— Что?! Но вы же сами говорили, что Хэбомэси-сан — отличный вариант! — поразилась Мияко.

Идзуми ответил ей с ноткой обиды:

— Я сказал так, только выбирая из тех трёх кандидатов, которых предложили вы... А я хотел, чтобы это был ●●-сан или ●●-сан.

Идзуми назвал имена штатных художников игровой компании, которых он предлагал изначально.

— Я же говорила, что с ними ничего не выйдет...

— Но почему?

— Потому что...

Мияко запнулась, и Аянэ тут же подхватила:

— Ширакава-сан, вы случайно не забыли подробно объяснить, почему кандидатуры ●●-санов не подходят?

— Ах!.. И правда... забыла, — вспомнив свои письма Идзуми, Мияко поняла, что написала лишь: «К сожалению, сотрудничество с этими художниками невозможно».

— Идзуми-сан, ●●-сан и ●●-сан... — начала Аянэ.

Когда Аянэ в деталях объяснила, почему они не могут работать с этими иллюстраторами, Идзуми всё ещё выглядел недовольным, но всё же произнёс: «Так вот в чём дело...» — и вроде бы смирился.

— Тем не менее, мы могли бы хотя бы попытаться отправить им предложение, даже если шансов почти не было. Это наша вина, приносим извинения, — Аянэ снова извинилась.

— Я тоже прошу прощения за то, что не объяснила всё как следует, — добавила Мияко.

— Кстати, Идзуми-сан, вы сказали, что «все редакторы одинаковые». У вас уже был подобный опыт?

Идзуми удивлённо распахнул глаза на слова Аянэ, а затем с угрюмым видом кивнул: «Да».

— Имеете в виду... ваш опыт в «GF Bunko»? — спросила Мияко.

Идзуми кивнул.

Затем Аянэ и Мияко расспросили Идзуми о том, что именно произошло между ним и его бывшим редактором.

По словам Идзуми, первое недовольство редактором у него возникло в тот же день, когда они впервые встретились.

Редактор, едва поздоровавшись, перешёл к делу: показал список правок, исписанный мелким почерком, огласил график публикации и поставил перед фактом: «Иллюстрации будет рисовать ●●-сан».

С некоторыми правками Идзуми был согласен, другие принимать не хотел. График он воспринял как должное, решив, что так принято. Но то, что иллюстратора выбрали без какого-либо обсуждения с ним, было невыносимо. И, что самое важное, Идзуми совершенно не нравился его стиль рисования.

Идзуми согласился на правки и график, но попросил поменять иллюстратора. Редактор же принялся переубеждать его: «Этот художник сейчас набирает популярность, и его стиль идеально подходит вашей книге». Когда Идзуми не сдался, редактор просто отрезал: «Выбор иллюстратора — это работа редактора».

Так и начались их разногласия с самого первого дня. Тем не менее Идзуми попытался настроиться на позитивный лад: «Я ещё новичок и ничего не смыслю в индустрии, а редактор — профессионал, так что нужно просто довериться ему».

Но в итоге...

Идзуми, он же Сома Камисака, внёс все требуемые правки, доверил редактору выбор иллюстратора и оформление книги. И его дебютный роман, «Война магических мечей»... с треском провалился.

Спустя две недели после выхода книги пришло письмо от редактора с сообщением о том, что второй том издан не будет. А приписка «Не расстраивайтесь, в следующий раз обязательно повезёт» стала последней каплей, переполнившей чашу терпения Идзуми.

В результате Идзуми втайне от редактора начал предлагать свои работы другим издательствам, за что и был изгнан из «GF Bunko».

— Почему я должен во всём слушаться редактора?!. Это же... моя книга! — воспоминания захлестнули Идзуми, и он выплеснул накопившиеся эмоции, едва сдерживая слёзы.

Узнав причину его недоверия к редакторам, Мияко не нашла что сказать и промолчала.

Идзуми разругался со своим предыдущим редактором именно из-за выбора иллюстратора для дебютной книги. Неудивительно, что после поступка Мияко он решил, что «все редакторы одинаковые», и разочаровался в ней.

Однако сама Мияко вовсе не собиралась игнорировать мнение Идзуми или навязывать ему свою волю.

Более того, Мияко знала редактора из «GF Bunko», который раньше вёл Идзуми. Это был ветеран, стоявший у истоков лейбла, он работал со множеством авторов и выпустил немало хитов. Он отличался честностью и никогда не халтурил, сколько бы работы на него ни навалилось. За это его уважали коллеги. И даже в случае с «Войной магических мечей», хоть затея и обернулась провалом, он наверняка искренне заботился о благе книги.

И писатель, и редактор — оба желают успеха книге. Почему же возникает такая пропасть в понимании?..

Мияко и Идзуми молчали, и над столиком повисла тяжёлая атмосфера.

Тишину разорвал бодрый голос Аянэ:

— А давайте закажем торт!

— А?

— Э?

Увидев их растерянные лица, Аянэ рассмеялась:

— Вкусная еда — залог хорошей встречи! Ширакава-сан, ты что, всегда ограничивалась одним кофе?

— А, да...

— Когда идёшь куда-то с автором, всё оплачивается за счёт компании, так что можно не скупиться на хорошую еду. У нас даже лимитов чётких нет. Правда, когда мы однажды сходили в суши-бар на двадцать тысяч с человека, бухгалтер пришёл в бешенство, так что это, видимо, предел, — Аянэ проговорила это, листая меню, а затем добавила:

— Так, я буду фирменный блинный торт с фруктами. А вы двое?

Честно говоря, Мияко сейчас было совсем не до сладостей, но она всё же ответила: «Тогда мне чизкейк». Идзуми тоже изучил меню, немного подумал и робко ткнул пальцем в картинку: «А мне... тарт с мускатным виноградом».

Аянэ подозвала официанта и заказала им троим десерты.

— Кстати, Идзуми-кун, а что тебе самому нравится? Ранобэ, аниме, игры — что угодно.

Идзуми, застигнутый врасплох этим дружелюбным вопросом, растерянно ответил:

— Э-э-э... Больше всего, наверное, «Fate».

Так я и думала... — пронеслось в голове Мияко. Она вспомнила, как Харуто на отборе премии сказал, что в книге Идзуми «слишком сильно чувствуется влияние Fate».

Если «Война магических мечей», повествующая о битве насмерть вместе с историческими и легендарными героями, была чистой копией «Fate», то «Тёмный рыцарь» представлял собой классический приключенческий боевик. Но влияние франшизы всё равно угадывалось в сеттинге, выборе имён и постановке боёв.

— Даже в твоём поколении много фанатов «Fate». Если бы мы тоже могли создавать такие долгоживущие франшизы, можно было бы ни о чём не беспокоиться. Кстати, а с чего ты начал? С игры или с аниме?

— В шестом классе я посмотрел аниме «Fate: Zero», и мне так понравилось, что я втянулся. Потом прочитал первоисточник, поиграл в «Stay Night» и в игры на PSP, прочитал «Apocrypha»... Как-то так.

— Ого... Тот, кто во время выхода аниме «Zero» учился в младшей школе, уже стал профессиональным писателем... Какой кошмар, я старею… — выслушав Идзуми, Аянэ сухо усмехнулась.

— А кроме «Fate» что-нибудь ещё нравится из недавнего?

— Много чего... Наверное, «Оверлорд» и «Резеро»… А, эм, я изначально читал их в интернете и полюбил ещё до всего этого, — видимо, не желая показаться ньюфагом, пришедшим после аниме, Идзуми поспешил добавить то, о чём его даже не спрашивали.

— Ого, ты держишь руку на пульсе. А я узнала об этих книгах только после того, как они были изданы.

Услышав похвалу от Аянэ, Идзуми смущённо улыбнулся.

Затем Аянэ перевела разговор на Мияко:

— Ширакава-сан, а тебе что нравилось, когда ты училась в старшей школе?

— Мне? Ну... Я вообще не читала ранобэ. Об аниме и манге тоже почти ничего не знала, разве что иногда читала мангу, по которой снимали дорамы.

— А как же вы тогда стали редактором ранобэ? — с удивлением спросил Идзуми.

— У меня в университете был однокурсник — профессиональный писатель ранобэ... Ицуки Хашима. Он давал мне почитать разные книги, поиграть в игры... Ну, а потом... многое произошло...

— Вот об этом самом «многом» я бы и хотела послушать поподробнее. Правда, Идзуми-кун?

— А, да. Мне тоже очень интересно.

Хитро ухмыльнулась Аянэ, и Идзуми согласно кивнул.

После этого они ещё часа три вели непринуждённую беседу обо всём на свете.

О том, почему Мияко решила стать редактором, а Идзуми начал писать, о любимых книгах, хобби, увлечениях детства, школьных кружках и, конечно же, о любви...

Заказав по второй порции десерта, они бесконечно болтали о пустяках.

— Ой, уже так поздно. Пора собираться, — заметив, что на улице уже стемнело, Аянэ подала знак, и все трое покинули кафе.

В итоге мы так и не поговорили о правках в «Тёмном рыцаре». Какой вообще был смысл в этой встрече?.. — мучилась сомнениями Мияко.

— Спасибо, что уделили нам сегодня время. Будем рады дальнейшему сотрудничеству, Идзуми-сэнсэй, — с улыбкой произнесла Аянэ.

— А, да... — кивнул слегка покрасневший Идзуми, а затем повернулся к Мияко.

— Эм... Ширакава-сан.

— Да? — отозвалась Мияко, слегка напрягшись.

— Я всё-таки хочу доработать рукопись первого тома... Вы не могли бы подождать ещё с неделю?

Мияко от удивления распахнула глаза, услышав эту неуверенную просьбу.

— Д-да. Конечно.

Идзуми с облегчением выдохнул и искренне улыбнулся:

— Спасибо. И я рассчитываю на вашу поддержку, — поклонившись Мияко и Аянэ, Идзуми развернулся и ушёл.

Мияко ошеломлённо смотрела ему вслед, когда Аянэ бодро произнесла:

— Фух, слава богу, всё обошлось. Ну что, пойдём поедим? Тут неподалёку есть отличный ресторанчик китайской кухни.

— Нет, мы же только что по два торта съели... Скажите лучше, почему Идзуми-сан вдруг согласился на правки?

На этот вопрос Аянэ небрежно бросила:

— Так ведь Идзуми-кун с самого начала считал, что книгу перед изданием нужно доработать.

— Серьёзно?

— Это лишь моя догадка, конечно. Ему просто не хотелось беспрекословно подчиняться редактору, вот он и заупрямился. Но после того, как мы поболтали, он лучше узнал тебя, расслабился и согласился на переработку... Как-то так.

— ...

Казалось, они просто несколько часов болтали о ерунде, но на самом деле этот разговор был далеко не бессмысленным. Напротив, для Идзуми и Мияко — и, к слову, для бывшего редактора Идзуми из «GF Bunko» — это время оказалось важнее любого делового совещания.

— Конечно, кто-то скажет, что автору и редактору не стоит слишком сближаться, да и сами писатели порой предпочитают сугубо деловые отношения. Но мне всё же нравится работать с людьми, когда мы хорошо знаем друг друга. А для этого разговоры о любимых книгах и прочей ерунде просто необходимы. Ну и возможность поесть вкусностей и выпить за счёт компании тоже никто не отменял!

Аянэ засмеялась, превратив всё в шутку, но лицо Мияко омрачилось:

— Спасибо вам большое.

— М?

— Если бы вы не вмешались, мои отношения с Идзуми-саном могли бы быть разрушены. Мне правда... очень жаль.

Видя, с каким горем на лице Мияко извиняется, Аянэ лишь криво усмехнулась:

— Ну, я тоже виновата, что спихнула на тебя такого очевидно проблемного клиента, как «старшеклассник, пишущий романы в интернете». Так что не бери в голову! Цукимоно-сэнсэй оказался куда более покладистым парнем, чем я ожидала. Работай с ним и дальше в том же духе.

— Хорошо… — Мияко послушно кивнула на ободряющие слова Аянэ, но перестать переживать она не могла.

Она ненавидела себя за собственную неопытность.

На сегодняшней встрече Мияко была абсолютно бесполезна. Проблема разрешилась исключительно благодаря Аянэ.

У неё даже не мелькнуло мысли о том, что для начала нужно просто понять друг друга и выстроить доверительные отношения. От осознания собственной никчёмности Мияко была готова расплакаться.

Всё-таки... я ни на что не гожусь...

Расставшись с Аянэ, которая в одиночку отправилась в тот самый китайский ресторанчик, Мияко тяжёлым шагом побрела обратно в офис.

У входа в здание она неожиданно столкнулась с президентом компании Нобунагой Сирогаминэ.

— Добрый вечер, Ширакава-сан. До меня дошли слухи, что у вас возникли трудности с автором.

— ...Да. Прошу прощения.

— И проблема решена?

— А, да. Каким-то чудом благодаря Аянэ-сан...

— Но вид у вас при этом не слишком радостный.

Мияко вяло кивнула на слова Сирогаминэ.

— Я просто осознала собственную некомпетентность. Как мне стать таким же редактором, как Аянэ-сан...

— Никак, — Сирогаминэ обрубил её переживания на корню.

— Э?..

Заметив растерянность Мияко, он загадочно улыбнулся:

— Эта способность Митахоры... так сказать, незаметно втираться в доверие — лучшая среди всех редакторов, которых я знаю. Если сравнивать с полководцами эпохи Сэнгоку, то она как Хидэёси. Такому нельзя просто взять и научиться, подражая.

Мияко удивилась столь высокой похвале в адрес Митахоры от самого Сирогаминэ.

— ...Разве вы раньше не называли Аянэ-сан бестолочью, президент?

— Ха-ха-ха, стал бы я лично переманивать к себе бестолочь? Но ей об этом лучше не говорить, а то зазнается.

Выслушав это ничуть не смущённое признание, Мияко неловко улыбнулась.

— И потом, Ширакава-сан, вы же не стремитесь стать таким редактором, как Митахора, верно?

Эти слова заставили Мияко вздрогнуть.

Ведь она хотела стать уникальной, найти свой собственный путь, а не быть чьей-то копией. Похоже, она настолько погрязла в унынии, что совсем забыла об этом.

— ...Кажется, вы расстроены куда сильнее, чем я предполагал. В любом случае, сегодня вам лучше пойти домой пораньше и отдохнуть.

— Да... так и сделаю, — Мияко слабо кивнула в ответ.

— Что ж, вынужден откланяться.

— А, президент... — окликнула Мияко уходящего Сирогаминэ.

— Да?

— ...Мне кажется, вам стоит время от времени её хвалить. Мне тяжело об этом говорить... но, возможно, она вас и правда терпеть не может...

— Э… — Сирогаминэ, судя по всему, был искренне удивлён и округлил глаза.

Как-то раз, выпивая наедине с Аянэ, Мияко невзначай поинтересовалась, что та думает о Сирогаминэ, — уж больно непринуждённо они общались тогда в якитори-баре. Ответ Аянэ с ледяным взглядом был таким: «Кандидат номер один на получение по морде, психопат-абьюзер в очках. А ещё он внешне немного похож на моего бывшего, который мне изменил, так что меня бесит одно только его лицо». Мияко не сомневалась, что та говорила совершенно искренне.

— ...Это ведь не какой-нибудь цундэрэ-заскок?

— Нет, — Мияко с серьёзным лицом кивнула Сирогаминэ, который даже не пытался скрыть свою панику.

— ...Какой ужас.

Судя по его реакции, сам Сирогаминэ, возможно, испытывал к Аянэ какие-то особые чувства.

...Даже столь блестящий редактор, как Нобунага Сирогаминэ, и признанный им талант в лице Аянэ Митахоры порой не могли найти общий язык. Что уж говорить о ней — зелёном новичке и писателях с их причудами. Сколько же ещё конфликтов ждёт её в будущем?

Мияко с ещё большей тревогой думала о том, сможет ли она вообще работать редактором.