Глава четвёртая. Королевский рыцарь
Мерный перестук копыт — цок-цок-цок — навевал сон. Был как раз такой послеобеденный час. В отличие от вчерашнего дня, сегодня небо затянули плотные облака, поэтому ветер, гуляющий по земле, был в меру прохладным. Идеальная погода для полуденного сна.
— У-у...
Простонал Шаннон на козлах кареты.
Карета Шаннона и юный рыцарь Леопольд всё так же двигались по узкому просёлочному тракту.
Они уже находились на землях Пауза. По словам Лео, деревня, куда он направлялся, располагалась на окраине этих земель. Судя по карте, они уже должны были прибыть на место, но...
— Ну-у-у...
Земли Пауза. Если уж говорить о глуши, то это была самая настоящая глухомань. Манурин, где раньше жили Шаннон и остальные, тоже был провинцией, но он находился к востоку от реки Моссберг, в так называемом Внутреннем пограничье. А вот глушь к западу от реки Моссберг, во Внешнем пограничье, — это совсем другое дело.
Проще говоря... к слову «глушь» здесь можно было смело добавлять приставку «супер».
Эти земли из поколения в поколение принадлежали роду виконтов Пауза, но молодой лорд и его семья постоянно пропадали в своей роскошной столичной резиденции и не проводили в своих владениях и полгода. В результате большая часть административных и полицейских функций легла на плечи отрядов самообороны, состоящих из местных жителей. Но и эти отряды были лишь фикцией, существующей только на бумаге.
Из-за этого на трактах постоянно орудовали разбойники, а в лесах водились такие опасные твари, о которых во Внутреннем пограничье даже не слышали... В общем, опасностей здесь хватало во всех смыслах.
Такое положение дел лишь усугубляло неудобства жизни в этом крае, создавая замкнутый круг. Но до сих пор ни отряды самообороны, ни сам лорд не предложили никаких радикальных мер по улучшению ситуации.
— Спать хочется...
После обеда Пасифика и Ракель, бессердечно спихнув управление каретой на Шаннона, быстренько улеглись спать. Слыша за спиной их мирное посапывание, Шаннон окликнул едущего рядом мальчика:
— Эй, Лео. Деревня, где живёт этот твой Дойл Барретт, она же где-то здесь?
Ответа не последовало.
— Эй, Леопольд...
Шаннон обернулся и увидел, что юный Лео молча едет вперёд, устремив взгляд прямо перед собой.
Его профиль всё ещё сохранял ту чуть наивную мягкость, свойственную мальчикам из хороших семей. Судя по его мастерству владения мечом, он наверняка немало трудился и преодолевал трудности... но судя по его лицу — если по‑доброму — тот был прямо-таки добряк; если по‑злому — беспечно смотрел на мир.
Однако... его глаза смотрели вдаль, спокойно, но решительно.
В них горел тот самый свет твёрдой воли, щемящий и жаждущий, который присущ тем, кто преследует свою мечту.
«Надо же, он и так умеет смотреть», — подумал Шаннон и снова позвал его:
— Леопольд. Лео. Эй, рыцарь недоделанный.
Ответа всё так же не было.
Шаннон нахмурился и остановил карету.
Лео вроде бы не натягивал поводья, но его белый конь «Парабеллум» остановился вместе с ними. Шаннон подошёл вплотную, пристально посмотрел на Лео... и обратился к его коню:
— Натерпелись мы с тобой, да, приятель?
Вряд ли конь его понял, но «Парабеллум» издал звук, похожий на тяжёлый вздох.
— Жуткий тип...
Лео спал с открытыми глазами.
Всё, что вам нужно, — это одна палка.
И немного решимости, чтобы потом ни о чём не жалеть.
— ...Что вы делаете?
Дело близилось к вечеру. Пасифика, проснувшись после долгого послеобеденного сна, выглянула из кареты. В ответ на её вопрос Шаннон лениво пожал плечами, а Лео смахнул пот со лба и натянуто улыбнулся. К слову, Ракель, дежурившая прошлой ночью, всё ещё спала.
Карета всё так же стояла на ухабистом просёлочном тракте. Судя по времени, они уже должны были добраться до деревни Хоуланд[✱]Может быть отсылкой к британской оружейной компании Holland_&_Holland. — цели Лео... но никаких домов поблизости не наблюдалось. Зато прямо посреди дороги лежала ветка дерева.
Если присмотреться, то там, куда указывала эта ветка, дорога раздваивалась.
— Выбираем судьбу, так сказать.
— Чего? ...Только не говорите, что...
— ...Мы заблудились.
Шаннон признал это без тени смущения.
— Наш благородный рыцарь указывал дорогу во сне. Так что я понятия не имею, где мы сейчас находимся.
— Простите меня.
Лео виновато опустил голову. Он выглядел как щенок, которого отругал хозяин.
— Ну, я тоже виноват, что не заметил этого раньше.
— И после этого вы ещё и судьбу палкой решать собрались?
Пасифика вылезла из кареты и подняла ветку. Кстати, ветка, словно издеваясь над несчастными заблудшими путниками, указывала прямо на развилку, не отдавая предпочтения ни одной из дорог.
— Пусть Ракель использует магию...
— Поисковая магия может быть точной, но вот радиус её действия увеличить сложно... Но, пожалуй, это лучше, чем ничего. Главное, чтобы эта деревня была где-то поблизости...
С этими словами Шаннон открыл дверь кареты, чтобы разбудить Ракель. В это время Лео чуть нерешительно окликнул его в спину:
— Эм... вы уверены? Поездка в Хоуланд — это моё дело, а вы с госпожой Пасификой не имеете к этому никакого отношения...
— Да мы и не торопимся. К тому же, нам тоже захотелось посмотреть на этого знаменитого рыцаря... Мм?
Положив руку на плечо Ракель, которая беззаботно сопела в обнимку с подушкой... Шаннон вдруг поднял голову. Лео, видимо, тоже что-то заметил и посмотрел в том же направлении.
Сзади по дороге к ним приближалась чья-то фигура.
— ...А, это же вчерашняя старуха.
Пасифика, проследив за их взглядами, воскликнула наполовину удивлённо, наполовину обрадованно.
— Ого. Это же вы.
К ним подошла старушка, с которой они вчера встретились у озера.
На ней всё так же был надет железный шлем со свечой, а в руках она держала железный молот. Снаряжение, мягко говоря, странное. Если подумать, всё это должно было весить немало, но старушка держалась на удивление бодро. Молот — ладно, но шлем, возможно, был сделан из папье-маше.
— О, бабушка.
Шаннон оставил попытки разбудить Ракель и повернулся к старушке. Окинув их внимательным взглядом, она произнесла укоризненным тоном:
— Вы всё ещё тут болтаетесь? Ночью в этих краях опасно. То звери дикие бродят, то разбойники шастают.
Если уж говорить об опасности, то куда опаснее выглядела сама старушка, разгуливающая тут одна, но Шаннон благоразумно промолчал. У него не было никаких доказательств, но он нутром чуял, что эта бабка одним только взглядом может прогнать пару-тройку диких зверей.
— Да вот, немного заблудились. Слушай, бабуль, ты ведь местная? Не подскажешь дорогу до Хоуланда?
— Ишь ты. Значит, вы к нам в деревню направляетесь?
Непринуждённо спросила старушка.
— Ну, мне всё равно по пути, так что провожу вас... Но что вам понадобилось в такой глухой деревне, которой даже на картах нет?
— Мы хотим встретиться с бывшим королевским рыцарем, господином Дойлом Барреттом!
С энтузиазмом выпалил Лео. То ли он так им восхищался, то ли просто был полон энергии, но он горячо доказывал это, сжав кулаки и размахивая ими вверх-вниз.
— Бывшим вице-капитаном «Эмбер Найтс», виконтом Дойлом Барреттом, одним из величайших героев в истории королевства!
— Королевский рыцарь? «Эмбер Найтс»?
Старушка нахмурилась и прервала Лео.
— Ну, Дойл-то в нашей деревне есть, это точно... Но вы ничего не путаете? Какой из него, к лешему, рыцарь.
— А?
Лео уставился на неё с обескураженным видом. Старушка с лёгким недоумением продолжила:
— Такой... хотя, чего объяснять, проще один раз показать. В общем, пошли. До другой деревни вы сегодня всё равно не доберётесь, солнце уже садится. Переночуете у меня.
— Правда, можно?
Пасифика склонила голову и переспросила. Откровенно говоря, Пасифика и остальные даже имени старушки не знали. Хоть Пасифике и до смерти надоело ночевать под открытым небом, она не была настолько наглой и беспечной, чтобы принять приглашение старушки, списав всё на простую доброту.
— М-да... вы же успокоили нашего Хранителя.
И тут старушка впервые улыбнулась.
Старушку звали Рита Золотурн[✱]Отсылка к швейцарской оружейной компании Solothurn..
Её семья из поколения в поколение жила в деревне Хоуланд, а отец и дед были командирами отряда самообороны. Благодаря этому и она сама с молодости размахивала мечами и боевыми молотами, сражаясь с разбойниками, орудующими в окрестностях.
Конечно, в старости она уже не совершала безрассудных поступков, но озеро было местом с историей, поэтому она взяла за правило каждый день ходить туда с дозором.
— То ли там бродит недобитый демон, то ли проклятие Владыки Демонов Браунинга наложено. Сама-то я этого Хранителя с детства пару раз видела. А то мало ли что случится, потом поздно будет.
С этими словами старушка посмотрела куда-то вдаль.
— Как бы это сказать... Когда я видела Хранителя, мне всегда казалось, что он не хочет никому причинять зла или мстить людям... Скорее, он от чего-то страдал и словно искал спасения.
Не нападать на людей... а словно просить их о помощи.
— Поэтому я и подумывала, нельзя ли как-то ему помочь.
Сказав это, она пригласила Шаннона и его спутников в дом...
— Доктор?
Лео переспросил, и старушка Рита кивнула.
— Не то чтобы он какой-то там выдающийся лекарь, но в нашей глуши во многих деревнях вообще никаких докторов нет. Так что все ему очень благодарны.
За ужином Шаннон и остальные слушали рассказ о человеке, которого искали.
Хотя старушка Рита жила одна, поместье Золотурнов было весьма просторным и насчитывало немало комнат. Неудивительно, ведь раньше здесь жила семья из семи человек: супруги и пятеро детей. Однако дети выросли и разъехались, муж умер два года назад... и теперь пустые комнаты выстроились в ряд, храня в себе тишину.
Возможно, она пригласила их на ночлег не только из-за истории с Хранителем озера, но и потому, что одиночество стало для неё слишком невыносимым...
— На вступительном экзамене в «Эмбер Найтс» проверяют знания по оказанию первой помощи и лекарственным травам, так что в этом нет ничего удивительного...
Сказал Лео, склонив голову.
— Ох и упрямый же ты. Если мне скажут, что этот человек когда-то был рыцарем... я, честно говоря, ни за что не поверю.
— Может, это его тёзка?
Ракель попыталась сгладить ситуацию.
— Жаль вас, конечно, столько проехали и всё зря.
— Нет, но...
— Ну, завтра встретишься с ним и сам всё спросишь, тогда и станет ясно.
Шаннон поднял руку, останавливая Лео, который всё ещё пытался что-то доказать, и произнёс это ленивым тоном. Действительно, сколько здесь ни спорь, толку от этого не будет.
— М-да, так будет лучше всего, — подытожила старушка Рита.
На следующий день.
— ...И это?
Лео стоял в оцепенении на краю деревни Хоуланд.
Он невольно проверил бумажку в руке, но судя по карте, нарисованной старушкой Ритой, дом Дойла Барретта находился именно здесь. Карта была настолько простой, что ошибиться было невозможно.
— Ого, впечатляет, — сказала Пасифика со смесью удивления и шока на лице.
И было от чего... Перед Шанноном и остальными стояла даже не лачуга, а самая настоящая развалюха, которую и домом-то назвать язык не поворачивался.
Для жилища человека, который когда-то был дворцовым рыцарем и имел резиденцию в столице, это было слишком убого. Честно говоря, когда Шаннон увидел это, он подумал, что это заброшенный дом.
— Ну, не дом же определяет человека.
— Д-да, вы правы.
Согласившись с Шанноном, Лео сделал серьёзное лицо.
То, что он пришёл сюда в лёгких доспехах и с мечом, было в его духе, но... его лицо было настолько напряжено, что это выглядело даже комично.
— Эм... эм... а-а...
Лео бросил короткий взгляд на Шаннона и остальных.
— Я ведь нормально выгляжу?
— Нормально, — с улыбкой заверила Ракель.
— А... причёска... не растрепалась?
— Да зови уже давай, — ответил Шаннон тоном, полным равнодушия, глядя на робко спрашивающего Лео. Вместо него Пасифика сжала кулаки, подбадривая его.
— Всё отлично, выглядишь здорово!
— Д-да!
Поддержка от девушки, в которую он был влюблён, возымела действие. Лео энергично кивнул и громко крикнул:
— Господин Дойл Барретт! Господин Дойл Барретт, вы дома? Меня зовут Леопольд Скорпус, я старший сын барона Скорпуса, лорда земель Таско!
Он на секунду замолчал, ожидая реакции.
Ответа не последовало.
— М-может, я был недостаточно вежлив?
Тут же с жалким видом спросил Лео.
И в это самое мгновение.
— ...Нуооооооооо!
Раздался вопль, похожий то ли на боевой клич, то ли на крик ужаса, и дверь распахнулась с невероятной силой.
— Что?..
Мимо отпрыгнувшего Лео пронёсся какой-то человек. Дверь с грохотом ударилась о стену, отскочила и захлопнулась. И затем...
Взрыв.
На секунду Шаннону и остальным показалось, что развалюха увеличилась в размерах. Но в следующее мгновение колоссальное внутреннее давление вырвалось наружу через все щели в стенах, окнах и крыше, а следом повалил дым странного цвета...
Судя по всему, внутри что-то взорвалось.
— Ч... что происходит?
Ошеломлённо обернувшись, спросил Лео, но, разумеется, Шаннон и остальные не могли ему ответить.
— М-да. Чуть было не зацепило.
Вместо них ответил мужчина, стоящий со скрещенными на груди руками — тот самый, что только что выскочил из лачуги.
У него было круглое лицо, среднее телосложение... в общем, выглядел он как самый обычный мужчина. Коротко стриженные чёрные волосы, а правый глаз... мутно-серого цвета.
Левого глаза не было. Там, где он должен был быть, красовалась чёрная повязка.
— Провал, значит. То ли пропорции перепутал, то ли огонь был слишком сильным... А ведь если бы получилось, вышло бы революционное лекарство от грибка стопы.
— ...Может, вы хотели сказать «взрывчатка»?
Невольно вставил Шаннон. Мужчина с повязкой на глазу моргнул правым глазом и удивлённо уставился на них, словно только что заметил.
— Незнакомые лица. Вам что-то нужно?
— Эм... вы ведь... господин Дойл Барретт?
Робко спросил Лео мужчину с повязкой.
— Да, это я. А, вы от Люси? Извините, ингредиенты для «мужского» снадобья ещё не готовы, так что придётся немного подождать.
— Нет, мы не за этим...
— Тогда срочный больной? Ну, для начала раздевайтесь.
— Да говорю же, мы не за этим!
Шаннон схватил за шиворот Дойла, который как ни в чём не бывало потянулся к Ракель, и оттащил его назад. Дойл, не меняя выражения лица, но с явно похотливыми намерениями, пошевелил пальцами и заявил:
— Что вы делаете? Пальпация — основа медицины!
— Мы пришли к вам не как к врачу. И вообще, как можно раздевать пациента прямо на улице, а не в смотровой?
— Мне это доставляет удовольствие.
Гордо ответил Дойл. Шаннон лишь вздохнул, глядя на него.
— Послушайте, мы пришли встретиться с вами... с бывшим вице-капитаном ордена «Эмбер Найтс», Дойлом Барреттом.
С этими словами Шаннон указал на Лео, который стоял с открытым ртом.
— …………！
На мгновение лицо Дойла лишилось всякого выражения.
Точнее, это было не отсутствие эмоций, а скорее... Шаннону показалось, что в нём столкнулось столько чувств, что ни одно из них не смогло пробиться наружу.
— Опять вспомнил старое, — наконец произнёс Дойл, и на его лице появилась горькая усмешка. — ...Действительно, когда-то я носил этот титул. Но это было пятнадцать лет назад.
— Я, я...
Лео наконец-то закрыл рот и выдавил из себя слова:
— Я стремлюсь вступить в орден «Эмбер Найтс». В начале следующего года я планирую сдавать вступительный экзамен. Поэтому я пришёл просить вас, господин Барретт, рассказать мне хоть немного о том, что такое рыцарство...
— Рыцарство?
Услышав это слово, горькая усмешка на лице Дойла сменилась... сложным выражением, в котором смешались жалость и отвращение.
— Рыцарство, значит... Тогда вы зря потратили время.
— А?
— Спросите лучше... у кого-нибудь из действующих рыцарей. Я больше не рыцарь.
— Нет, но я...
Лео, хоть и был растерян, не отступал.
Дойл, словно загнанный в угол этим искренним взглядом, обвёл глазами Лео и Шаннона с девушками. Презрительно фыркнув, он выплюнул:
— ...Рыцарство — это всего лишь иллюзия. Все эти россказни об идеалах и справедливости — пустой звук, жалкий самообман. Ничего не стоящее лицемерие.
И добавил тоном, полным издёвки, словно насмехаясь над Лео:
— ...Теперь ты доволен?
— …………
Лео застыл с открытым ртом.
Он явно не ожидал услышать такое от рыцаря, которым так восхищался. Вместо него ответила Пасифика:
— Ч-что за тон?! Не знаю, какой ты там бывший гвардеец или кто ещё, но Лео пришёл к тебе с таким уважением! А ты...!
— Это уже ваши дела...
Начав говорить, Дойл запнулся.
Он посмотрел на блондинку с голубыми глазами, которая уперла руки в бока и гневно смотрела на него. Взглянув на её лицо... Дойл, словно испугавшись чего-то, отвёл взгляд.
Но разгорячённая Пасифика не замечала таких мелочей. Она продолжила с вызовом в голосе:
— Чего молчишь?
— Ничего. В любом случае, разговор с вами — пустая трата времени. Прошу вас уйти.
— Эй, подож...
Пасифика хотела продолжить спор, но вдруг её тело оторвалось от земли. Это Шаннон поднял её за шиворот.
— ...Мы уходим.
— Эй, брат Шаннон, ты чего, отпусти...
Шаннон, словно котенка, держа брыкающуюся сестру в одной руке, отвернулся от Дойла и пошёл прочь.
— Простите за беспокойство, но мы ещё вернёмся.
Ракель слегка поклонилась и, подтолкнув всё ещё ошеломлённого Лео, последовала за Шанноном.
Дойл молча провожал их взглядом.
Голос девочки, которая продолжала кричать на брата, пока тот нёс её, разносился по округе. Глядя на их удаляющиеся спины, Дойл издал звук, похожий на стон.
— Пятнадцать лет... Мне понадобилось пятнадцать лет, чтобы разочароваться в себе как в рыцаре и привыкнуть к этой жизни. А теперь... теперь вы говорите о... рыцарстве...
— ...Ну, я же говорила?
Сказала старушка Рита, развешивая бельё на верёвке во дворе.
— Да уж, того человека мы нашли, но...
Ответил Шаннон, снова опуская топор на полено.
Лео, желая отплатить за ночлег и еду, вызвался наколоть дров. А поскольку Шаннон не мог просто сидеть сложа руки, пока мальчик обливается потом, ему пришлось присоединиться к работе.
Ракель и Пасифика тем временем убирались в доме.
— Он вообще не стал нас слушать.
— У-у...
Простонал Лео со слезами на глазах. Но, к его чести, колоть дрова он не перестал.
— Обычно он довольно приветливый парень.
Действительно, пока речь не зашла о рыцарстве, он казался вполне дружелюбным.
Шаннон увёл Лео, потому что понял: если давить на Дойла дальше, тот просто упрётся. Видимо, в прошлом что-то произошло... что-то, что заставило его отвергнуть рыцарство, в которое он верил.
А может, это как-то связано с делом «Выброшенной Принцессы».
Как бы там ни было, Шаннон решил, что сейчас лучше всего просто понаблюдать.
— Не зная всех деталей, сложно сказать что-то наверняка, но... м-м?
Шаннон остановился и нахмурился. Лео удивлённо поднял голову и спросил:
— ...Что-то случилось?
— Извини... я отойду ненадолго.
Шаннон положил топор и пошёл к забору, на ходу подхватывая прислонённый к нему меч.
— ...Фью, чуть не попался, чуть не попался.
Скрыв своё присутствие, мужчина сидел на дереве... прячась в густой летней листве.
— Только я её нашёл, как на тебе... этот парень оказался ещё опаснее, чем о нём говорят. В лобовой атаке он бы меня в мгновение ока порешил. Жуть.
Почесав щеку указательным пальцем, мужчина легкомысленно усмехнулся.
Это был долговязый и тощий парень лет двадцати пяти. Судя по всему, его вес был сильно ниже нормы, а светлые волосы до плеч выглядели как-то дёшево... но, как ни странно, болезненным он не казался. И его лицо, и его речь были на удивление жизнерадостными.
Одет он был в коричневый кожаный костюм — то ли рабочую одежду, то ли ещё что, — а к костюму тут и там были прикреплены какие-то металлические застёжки. Вдобавок на плече у него висела огромная сумка.
— Но! ...За неё назначена награда в пять миллионов. И мне очень хочется получить эти пять миллионов. Поэтому я, недостойный профессиональный убийца Кидарф Джайрот[✱]Отсылка к семейству экспериментальных американских пистолетов и карабинов Gyrojet, стрелявших вместо пуль миниатюрными ракетами. по прозвищу «Сайленсер»[✱]Катаканой написано サイレンサー — английское Silencer, «Глушитель»., прибегну к подлым методам... хотя, если честно, других методов у меня и нет.
Пропев всё это, парень взмахнул рукой, словно фокусник. В следующий миг на его раскрытой ладони, словно по волшебству, появился маленький чёрный комочек... жук.
— Ну, лети.
Словно отвечая на слова парня, жук расправил прозрачные крылья и взмыл в воздух.
Ракель, сидевшая в столовой с закрытыми глазами, открыла их и повернулась к стоящему рядом Шаннону.
— ...В радиусе обнаружения никаких подозрительных личностей нет.
— Вот как...
Магия защитного барьера «Райская обитель» («Асгард») передаёт магу детальную информацию обо всех объектах, находящихся в определённом радиусе. Если это человек, то магия сообщает не только его рост и вес, но и частоту сердцебиения, ритм дыхания, а также наличие у него каких-либо предметов. Задав определённые условия, можно найти конкретного человека.
Однако у этой магии есть и свои недостатки: радиус её действия относительно невелик, и она не может засечь атаку с дальнего расстояния, например, выстрел из тяжёлого лука.
Проведя поиск, Ракель обнаружила множество сигнатур, похожих на жителей деревни, но никого, кто был бы вооружён для боя, или излучал бы жажду крови... точнее, никого с учащённым сердцебиением или дыханием, характерным для человека, намеревающегося убить.
Конечно, оставалась вероятность атаки из-за пределов радиуса действия магии или присутствия профессионального убийцы, способного убить голыми руками, не теряя при этом хладнокровия, словно разбивая яичную скорлупу...
— А мне показалось, что я почувствовал жажду крови.
Хотя Шаннон и обладал невероятно острым чутьём, иногда он бывал излишне подозрителен. Вполне возможно, что ему просто почудилось.
— Если это маг, то мы не сможем его засечь, пока он не применит магию... В любом случае, постарайся не отходить от Пасифики.
Сказала Ракель, бросив взгляд на Пасифику, которая мыла пол шваброй в углу столовой.
— Эй, сестра Ракель, чем вы там занимаетесь?
Спросила Пасифика, опираясь на швабру. Ракель слегка кивнула Шаннону и встала.
— Прости. Просто пришла в голову одна мысль.
— Только не говори, что ты опять собираешься вызвать «Тора», чтобы он тут всё убрал.
— Э-э? Нельзя? Он же такой милый~
— Это опасно!
Слушая привычную перепалку сестёр, Шаннон криво усмехнулся.
Не сдаваться. Не унывать. Не опускать руки.
Бросаться вперёд, не боясь ошибок и не учась на них, — это, по сути, просто безрассудство. Это нельзя назвать силой. Скорее, это слабость — неспособность принять реальность.
Однако.
Бояться ошибок. Страшиться самодовольства. И всё же, преодолевая это, оставаться верным своим убеждениям — вот это настоящая сила.
И Шаннон с остальными считали, что именно в этом заключается суть Леопольда Скорпуса.
Так что... на следующий день.
— Я пошёл!
Объявив это, Лео, к удивлению Пасифики и остальных, быстро восстановивший силы, с новыми силами направился к Дойлу.
Шаннон куда-то запропастился с самого утра под предлогом каких-то дел. Пасифика хотела пойти с Лео... но Ракель её остановила. Если эта вспыльчивая девчонка пойдёт с ним, всё станет только сложнее.
— Послушай, сестра Ракель, — задумчиво произнесла Пасифика, глядя вслед бодро шагающему Лео. Ракель склонила голову и посмотрела на сестру.
— Что такое?
— Как ты думаешь... какова настоящая причина, по которой тот дядька... ушёл из рыцарей?
Видимо, Пасифику это тоже очень волновало. По слухам, он руководил операцией по убийству «Выброшенной Принцессы», но потом заболел из-за её проклятия и ушёл в отставку.
Конечно, проклятие — это всего лишь слух... но ведь это рыцарь, который, как говорят, убил её. Неудивительно, что её это интересовало.
— Судя по его виду, версия с болезнью вряд ли соответствует действительности. Да и если бы ему нужно было восстанавливать здоровье, то в окрестностях столицы, где много хороших врачей и лекарств, было бы куда удобнее, чем в такой глуши.
— И то верно, — с растерянным видом согласилась Пасифика.
— Господин Барретт! Господин Барретт! Вы не выйдете, господин Дойл Барретт?
Раздался голос юноши — одного из вчерашних посетителей. Чистый, серьёзный голос. Голос юноши, горящего идеалами и амбициями.
Да. И у него когда-то было такое время.
Он понимал его чувства. Очень хорошо понимал. Но Дойл не мог ему ответить. У него больше не было на это права.
Голос Лео, полный энтузиазма, продолжал звучать за дверью, но Дойл сидел на кровати, не двигаясь с места.
— ...Рыцарь... значит...
Дойл посмотрел на свои ладони.
Узловатые руки. Даже спустя пятнадцать лет мозоли от меча на пальцах и ладонях оставались свидетельством половины жизни, посвящённой мечу и королевству.
Защищать короля и его народ своими руками как рыцарь... Движимый этим идеалом, когда-то он без устали махал мечом. Стать сильным. Ещё хоть немного сильнее. Чтобы эта сила послужила его любимому королевству. Его господину. И народу. Идеалы. Справедливость. Мечты. Горячая страсть, поддерживающая всё это...
— Кх...
Он прикусил губу.
Вспоминая тот самый момент.
Тот момент, когда он понял, что совершил непоправимое. Сделал шаг, который нельзя было делать... и понял это только после того, как сделал.
Даже сейчас, спустя пятнадцать лет, Дойл мучительно думал об этом. Всего на мгновение. Если бы только можно было отмотать время назад на одно мгновение... его дальнейшая жизнь сложилась бы иначе.
— Какое к чёрту рыцарство... Какая справедливость...
Тяжесть, ускользающая из его рук.
Такая лёгкая, но ощутимая тяжесть в его руках. Но когда он очнулся, было уже поздно. Он стоял, словно парализованный, с пустыми руками.
С того самого момента.
Всё в его жизни пошло наперекосяк. Словно вместе с этой тяжестью он выронил всё, что было у него внутри.
Нет, не пошло наперекосяк.
Всё было кончено.
В тот момент... когда он с отчаянием и раскаянием посмотрел на дно того тёмного ущелья, жизнь королевского рыцаря Дойла Барретта оборвалась.
— Я хотел бы попросить вас хотя бы о паре слов наставления...
Голос Лео не унимался. Этот глупый, но искренний энтузиазм причинял Дойлу невыносимую боль.
Невероятную боль.
— Умоляю... оставь меня в покое...
Под градом слов Лео... Дойл в отчаянии рвал на себе волосы.
Этот звук был почти неразличим, но Пасифика перестала мыть посуду после завтрака и обернулась. Тихий звук вибрирующего воздуха. Жужжание крыльев.
— Ння?
Прямо рядом с ней медленно летел чёрный жук.
Для насекомого он был довольно крупным, но почему-то не вызывал отвращения. Возможно, из-за своих слишком простых для живого существа очертаний. Он больше походил на концептуально упрощённую модель насекомого.
— Что это за жук... Откуда он взялся?
— А? Что случилось?
Спросила Ракель, вытиравшая тарелки в глубине кухни, и обернулась.
— Да тут какой-то здоровенный жук...
Пасифика повернулась к сестре.
Брюшко жука с треском раскрылось... и в следующую секунду оно выстрелило крошечной иглой прямо в её белую шею.
— ...Хорошая погодка.
Шаннон окликнул юношу, раскладывающего какие-то вещи на обочине дороги на окраине деревни.
— И не говори.
Юноша с дешевыми светлыми волосами весело ответил незнакомому Шаннону, не отрываясь от своих вещей... точнее, инструментов.
Кем он был — бродячим артистом или странствующим бардом... но в руках у него был странный музыкальный инструмент.
Плоский чёрный корпус с небольшим рядом клавиш. Однако, в отличие от пианино или органа, этот инструмент был, видимо, портативным. Юноша повесил его на плечо с помощью кожаного ремня и закрепил металлическими застёжками, которые были пришиты к его кожаному костюму.
Необычный инструмент. По крайней мере, Шаннон никогда такого не видел.
Но... самое странное было то, что юноша уже какое-то время быстро перебирал клавиши, а инструмент не издавал ни звука.
— Твой инструмент... сломан?
— Похоже на то.
Но юноша не переставал играть. Может, он не хотел терять ни минуты и тренировал своё мастерство?
— Раз сломан, значит, он тебе не нужен.
В это мгновение.
Правая рука Шаннона выхватила меч, и лезвие, оставив серебристый след, устремилось к груди юноши.
Один удар — точно в цель. По возможности — нейтрализовать противника первым же ударом на максимальной скорости, не давая ему шанса на контратаку. Основа тактики.
Однако.
— Воу-воу!
Клинок Шаннона рассёк лишь легкомысленный голос юноши. Одетый в кожаный костюм парень мгновенно отпрыгнул назад.
— ...Так ты всё-таки убийца.
— М-да. Ну ты и простак. Я бы предпочёл, чтобы меня называли профессиональным убийцей, «Элиминатором». И как ты догадался?
На слова юноши, в тоне которого не было ни капли напряжения, Шаннон ответил лениво:
— Я тоже когда-то немного занимался музыкой. Даже если нет звука, по движениям пальцев можно угадать мелодию или ноты. Так вот, глядя на твои пальцы, я понял, что ты играешь не музыку, а какую-то белиберду.
— Ого. Мой прокол.
Юноша театрально пожал плечами и лучезарно улыбнулся.
— Меня зовут Кидарф Джайрот. Известен как «Сайленсер». Будем знакомы.
— Не имею привычки знакомиться с убийцами.
— Ой, как грубо.
Проигнорировав его слова, Шаннон шагнул вперёд для следующего удара. Он уже понял, как двигается этот парень. Следующий удар станет для него последним.
— Ты уверен, что хочешь этого? Думаю, у твоей сестрёнки сейчас большие проблемы...
— ...Что?
Мгновенная растерянность... и в эту секунду пальцы Кидарфа бешено затанцевали по клавишам.
Инструмент по-прежнему не издавал ни звука, но...
— Я — «Сайленсер», мастер беззвучной мелодии. Раз они беззвучны, значит, и слушатели мои — не люди.
В следующее мгновение между Шанноном и Кидарфом внезапно выросла чёрная стена.
Нет, это была не стена. Она издавала низкий, тяжёлый гул...
— «Магические жуки»![✱]Фуриганой написано バグ — английское Bug. Что означает как собственно «Жук», так и «Системная ошибка».
Крик Шаннона потонул в жужжании бесчисленных крыльев.