§ 24. Всеведущий суд
Посреди мест для публики в сферическом главном зале суда был проход, по которому шли Хроно и остальные.
В центре показались гигантские весы. Они парили в воздухе.
— Это ведь и есть Всеведущий суд, верно? — спросила Шаль, оглядываясь по сторонам.
— Ну, на вид это зал суда, так что, наверное, да, — произнеся это, Карло вдруг ахнул. — Стойте!
Остановив Хроно и Шаль, он устремил взгляд в дальнюю часть зала суда, где был установлен роскошный судейский стол, за которым сидел жуткий скелет, облаченный в чёрную судейскую мантию.
— …Что это?.. Он мёртв?..
Шаль настороженно огляделась. Присутствия кого-либо поблизости не ощущалось, и кроме скелета здесь никого не было.
— Я — исполнитель этого Всеведущего Суда. Это ты открыла дверь, Шаль Ариан.
Исполнитель указал на Шаль.
— …Откуда вы…
— Здесь хранятся все знания.
Вероятно, это означало, что он знал имя Шаль с самого начала.
— Чего ты ищешь в этом суде, открывшая дверь? — спросил исполнитель.
Не колеблясь, Шаль ответила:
— Я хочу доказать невиновность Люки Эндимион, которую год назад казнили по ложному обвинению!
— Ты примешь испытание души?
— Если мне действительно откроют правду, я приму и испытание, и всё, что угодно.
— Хорошо.
Исполнитель вытянул палец и начертил магический круг на весах в центре.
— Весы Истины. Дайте ответ той, кто открыл дверь.
Весы испустили свет колоссальной магической силы. Постепенно он разделился на несколько сгустков света. Всего их было девять.
В следующее мгновение эти сгустки света, вспыхнув, лопнули. Из них что-то выпало.
— Ч-что это?
— Трупы.
— Э?
От слов Хроно глаза Шаль округлились. В главном зале суда действительно лежали девять тел.
— Подождите-ка. Я об этом не просила.
— Понюхай запах крови, — сказал исполнитель.
— Зачем? Я не понимаю.
— Если тебе не нужна правда, делай, что хочешь.
— ……
Исполнитель, похоже, больше не собирался ничего объяснять. Сомкнув челюсти, он лишь смотрел в пустоту пустыми глазницами.
— …Поняла. Понюхать, так понюхать.
Шаль шагнула к трупам и принюхалась. Лицо её изменилось.
— Ложь… Этого… Этого не может быть…
Побледнев, она подбежала к телам. Пальцем она стёрла кровь, прилипшую к руке одного из трупов, и слизала её.
Карло не мог скрыть своего удивления.
— Шалька, что ты…
— …Это слуги…
— …Что?
— Все девять являются слугами Люки…
Произнося это, Шаль была в полуошеломлённом состоянии, словно сама не могла поверить в сказанное.
Люка не должна была создавать слуг. Законы Корнцеля запрещали это. Чтобы соблюсти закон, она даже приняла смертную казнь.
Однако трупы перед ними, несомненно, были созданными Люкой слугами. Шаль, которая сама была её слугой, не могла ошибиться.
— Почему Люка Эндимион, пожертвовавшая собой ради закона, совершила противоречие, создавая слуг? Это и есть истина, которую ты хотела узнать, открывшая дверь, — торжественно объяснил исполнитель. — Люка Эндимион увеличивала число слуг, намереваясь подчинить человеческую страну Харестию, начав с Корнцеля.
— Ложь!
— Это правда. По той же причине она сделала слугой тебя и заставила поверить себе.
— …Невозможно… Этого ведь этого не может… быть… — слабым голосом пробормотала Шаль.
— Разве Люка Эндимион, которую ты знала, не была той, кто нарушил закон, создавая слуг?
— ……
Шаль бессильно покачала головой.
— Она не могла их создать… Люка ни за что бы так не поступила…
— Следовательно, эти трупы — доказательство того, что Люка Эндимион разыгрывала перед тобой спектакль. Она планировала государственный переворот и бдительно увеличивала число слуг, выстраивая искусную ложь, чтобы завоевать их доверие, так же, как она поступила с тобой.
Шаль почти не слышала бесстрастных слов исполнителя. То, во что она верила до сих пор, внезапно рухнуло прямо у неё на глазах.
— Поэтому Колдовской суд вынес ей смертный приговор. Поскольку это был заговор, касающийся выживания государства, информация была скрыта от общественности. Однако её ни в коем случае не обвинили ложно, — обрушил исполнитель эти слова на Шаль, которая могла лишь стоять в оцепенении. — Такова истина, которую ты искала.
Тело Шаль дрожало. Зубы стучали, и она обхватила себя руками, словно жалуясь на озноб.
— Если у тебя есть ещё вопросы, я отвечу на все. Если нужны доказательства, я предоставлю их все, — сказал исполнитель.
Но сколько бы они ни ждали, Шаль не произносила ни слова.
— Эй, Шалька. Ты уверена? Разве ты не хотела узнать что-то ещё? — с беспокойством обратился к ней Карло.
— …Что мне делать? — сказала она тоненьким, едва не срывающимся голосом. — …О чём я должна была спросить?..
— Дурочка, возьми себя в руки! Раз уж мы проделали такой путь, то сделай всё, чтобы потом не жалеть!
— Чтобы не… жалеть…
Пустым взглядом она смотрела на кровь, испачкавшую её руку. Доказательство того, что Люка лгала.
— …Я… Люку……
— Время вышло.
Одновременно со словами исполнителя из пола вырвались пять огромных кольев и пронзили тело Шаль насквозь.
— А!.. Кья-а-а!..
Кровь потекла по кольям и закапала вниз. В мгновение ока на полу образовалась лужа крови.
— По…чему?.. — с трудом выдавила из себя Шаль, лицо которой исказилось от боли.
— В твоей душе зародилась скверна. Всеведущий суд отверг твою душу. Поэтому тебе вынесен смертный приговор.
— …Подождите… я ещё!..
— Приговор будет приведен в исполнение безотлагательно.
В тот момент, когда исполнитель направил палец на Шаль, за его спиной появилась черная тень. Это был Карло. С невероятной скоростью он оказался за спиной исполнителя и взмахнул кинжалом. Голова исполнителя слетела с плеч.
— Не возвращайся призраком.
— К сожалению, атаковать меня бессмысленно.
Карло широко раскрыл глаза.
Обезглавленный исполнитель продолжал двигаться и начертил магический круг на теле Карло.
В то же мгновение произошёл мощный взрыв, и Карло отбросило прочь.
— Гха!..
Сильно ударившись о стену, Карло рухнул на пол.
Он попытался приподняться, но его руки, казалось, потеряли силу.
На туловище исполнителя появился магический круг, и потерянная голова восстановилась. Он направил палец на Шаль и начал концентрировать магическую силу.
— На этот раз приговор будет привед…
Исполнитель попытался использовать магию, но не смог. Хроно, стоя прямо перед ним, схватил его за руку.
— Что происходит? Что ты… делаешь? — спросил исполнитель с явным недоумением.
Хроно одной лишь правой рукой полностью подавил магию, которую тот собирался высвободить.
— Шаль, сейчас я впервые могу дать тебе два варианта. — удерживая исполнителя, обратился Хроно к Шаль, находившейся позади.
— Первый: если ты пожелаешь, я прямо сейчас одолею его. Второй: если ты готова пожертвовать своей душой, ты получишь правду и справедливый суд. Но если Люку не обвинили ложно, тебя постигнет вечная смерть.
— …Хроно… о чём ты… говоришь?.. — растерянно воскликнула Шаль.
— У меня есть сила. Выбирать тебе.
— …Я… выбираю…
— …Не надо, Хроно! — закричал Карло, поднимаясь, выжимая из себя последние остатки сил. — Не до светских бесед сейчас! Посмотри на раны Шальки!
Кровь обильно хлестала из тела Шаль, стекая по кольям. Её взгляд уже был рассеянным.
— Я… выбираю… я?..
— Шалька на пределе! С такой кровопотерей даже в сознании оставаться трудно. Давай вернёмся и придём в другой раз! Уничтожь его немедленно!
Пока она пронзена кольями, регенерация вампира не будет работать. Такими темпами Шаль умрёт.
Но Хроно сказал:
— Помолчи, Карло.
Карло широко раскрыл глаза.
— Н-нет, но Шалька!..
— Ты собираешься решать за жизнь Шаль? Это высокомерно.
Всего одна его фраза подавила Карло. Он оцепенел, и его тело самопроизвольно задрожало. Ему казалось, что он всё прекрасно понимал. Но только сейчас он наконец-то ощутил на собственной шкуре…
…Что Хроно Грамбефий — всеведущий и всемогущий Король Резни был существом совершенно иного порядка.
(…Да вы издеваетесь! Чего он блин добивается!? Почему он, обладая такой силой, не спасёт Шаль прямо сейчас? Неужели для него происходящее — лишь забава?!)
А тем временем жизнь Шаль с каждой секундой угасала.
— …Шалька, скажи Хроно уничтожить исполнителя!
Хроно сказал Шаль выбирать. Если она примет решение, он тут же приведёт его в исполнение.
Однако Шаль заговорила не сразу.
— …Давай… Шалька! Достаточно одного слова!
— …Я… — в то время как её жизненный огонёк был на грани того, чтобы погаснуть, едва удерживая ускользающее сознание, она произнесла: — …Хочу… узнать правду…
Карло не мог поверить своим ушам.
(Хуже… некуда!.. Шалька уже даже не понимает, что тяжело ранена!.. Черт!)
Словно в бреду, Шаль сказала:
— …Я должна… доказать… невиновность Люки…
— Нет, Шалька, ты ошибаешься! — произнёс Карло изо всех силы, пытаясь достучаться до сердца Шаль. — Даже если тебе удастся доказать невиновность подруги, разве она желала бы твоей смерти?!
Её замутненное сознание слегка отреагировало на эти слова.
— Правда не стоит того, чтобы отдавать за неё жизнь. Твоя подруга была спасена тем, что ты верила в неё до самого конца, — увещевая, сказал он.
— …Была спасена?..
— Да, именно так! Люка уже давно спасена. Тебе незачем рисковать жизнью!
— …Не… была…
— Что?..
— …Люка… вовсе не была спасена… Это просто неправильно!.. — словно в бреду, тихо произнесла Шаль, но эти слова были полны её собственных чувств.
Изо рта Шаль, закричавшей так, словно она приближала собственную смерть, хлынула кровь. Но, не обращая на это внимания, она продолжила:
— …У Люки была мечта стать Мудрецом Закона… Она каждый день изучала юриспруденцию и всегда была лучшей в ней… Говорила, что законы Корнцеля удивительны, ведь они позволяют всем расам жить вместе в одном месте…
Должно быть, ей было больно даже издавать звуки. Но слова девушки, находящейся на грани смерти, эхом раздавались сильнее чем что-либо.
— …Она говорила, что их нужно соблюдать… Люка говорила, что закону нужно подчиняться, даже если он ошибается… Если она была спасена тем, что я ей верила, она ведь могла просто сбежать!.. Могла просто проигнорировать то, что сказал Колдовской суд!.. — кричала Шаль, выплескивая всё, что было у неё на душе. — Но это не так!.. Люка умерла, чтобы защитить будущее законов Корнцеля… веря, что когда-нибудь они станут лучше!.. Тогда мы должны сделать их лучше! Мы обязаны заставить их признать, что ошибка — это ошибка!..
Шаль вкладывала всю душу в этот крик, выражая все свои чувства к погибшей Люке.
— …Люке было обидно, грустно, одиноко… и страшно… И всё же она приняла смертную казнь!.. Если сейчас я, живущая в этом городе, скажу, что её ложно обвинили, но она всё равно была спасена, то ради чего тогда умерла Люка?!
Крупные слёзы покатились из глаз Шаль, пуская рябь по луже крови.
— Я… хочу узнать правду!.. Сколько бы у неё ни было слуг, о которых я не знала, я всё равно абсолютно уверена, что Люка этого не делала!..
Чувства Шаль эхом разнеслись по главному залу суда.
— Суд начинается.
Стоило Хроно это произнести, как по весам в центре пошла трещина. И не только по весам — зрительские места, судейский стол, стены, колья, пронзившие Шаль, потолок — всё здание покрылось трещинами и разлетелось вдребезги.
Главный зал суда исчез, но они оказались не в горах Роуди.
Повсюду была ослепительно белая каменная брусчатка. Высились бесчисленные высокие, как башни, каменные плиты. Если посмотреть вверх, им не было конца, не было видно даже неба. Эти каменные плиты тянулись бесконечно.
— Где мы?
Исполнитель с недоумением огляделся по сторонам.
— Обладающий всеведением и всемогуществом способен на всё, и поэтому не чувствует разницы даже между уничтожением мира и утренней трапезой, — сказал Хроно. — Если продолжать бесконтрольно использовать эту силу, сердце вскоре перестанет что-либо чувствовать, и человек превратится в само явление, называемое всеведением и всемогуществом. Нужны оковы. Оковы, именуемые правилами.
Все присутствующие молча слушали слова Хроно. Никто, кроме него, не знал причины этого непостижимого явления.
— Суд начинается только тогда, когда тот, кто ищет правду и желает справедливого суда, принимает решение пожертвовать своей душой. Такова сила всеведения и всемогущества, превращенная в правило…
Проявились светящиеся письмена, высеченные на каменных плитах. Это место, чья высота казалась бесконечной, было заполнено неисчислимым количеством букв.
— …Всеведущий суд.
На мгновение исполнитель потерял дар речи. На лице скелета не было эмоций, но неловко дернувшиеся кончики пальцев явно выдавали его волнение.
— …Что это значит, Хроно? — спросила Шаль, медленно поднимаясь.
Поскольку колья разлетелись вдребезги, её раны начали понемногу заживать. Заживление шло медленнее, чем при ранах от обычного клинка, но её жизни ничто не угрожало.
— Разве то место, где мы только что были, не Всеведущий суд?
— Это подделка. Я покажу тебе доказательства, — сказал Хроно. — Явить свидетельскую трибуну Всеведущего суда.
Пол в центре поднялся, образовав широкую трибуну. Это и была свидетельская трибуна.
— Я призываю свидетеля, знающего правду об убийстве священника, в котором подозревали Люку.
— Свидетеля? Но откуда ему взяться?..
— Из прошлого.
На свидетельской трибуне высеклись бесчисленные светящиеся письмена. Буквы поднялись в воздух и образовали гуманоидный силуэт. Затем он постепенно превратился в того, кем являлся на самом деле. Это была Люка Эндимион.
Затем светящиеся письмена образовали тюрьму, в которой она сидела.
— …Люка…
Люка, которая должна была быть мертва, предстала целой и невредимой. От одного этого на глазах Шаль навернулись слёзы.
— Это иллюзия. Ты всего лишь создал человеческую фигуру, точь-в-точь похожую на Люку Эндимион. Где доказательства того, что это прошлое? — указал исполнитель.
Тогда Хроно указал на голову Люки.
— Эту заколку сейчас носит Шаль как память о Люке.
— …Откуда ты… это знаешь?..
Она никогда не рассказывала Хроно об этой памятной вещице. Неудивительно, что Шаль была поражена.
— Попробуй вмешаться, исполнитель.
— ……
Исполнитель вытянул палец и начертил магический круг.
— Вот так.
Тогда заколка Люки ярко засветилась и приняла форму звезды. Словно синхронизировавшись с ней, заколка Шаль, на которую не применяли магию, превратилась в точно такую же звезду.
— Не может быть…
— Как убого, — насмехаясь, произнёс исполнитель. — Ты просто изменил форму какой-то магией под трансформацию заколки Люки Эндимион. Шаль Ариан, открой эту заколку и посмотри, что внутри.
— Внутри? Это же заколка, у неё нет никакого «внутри»…
— Именно так. Однако я изменил заколку Люки Эндимион так, чтобы она открывалась. И внутрь я положил свой глаз.
Голова исполнителя представляла из себя череп. В его глазницах сиял свет, но сейчас свет в правом глазу действительно погас.
— Похоже, ты сымитировал только внешний вид, но этого недостаточно, чтобы назвать это прошлым…
— О, открылась.
Шаль открыла заколку. Из неё выпал сияющий глаз исполнителя. Хроно взял его у Шаль.
— Это самый что ни на есть твой глаз.
Хроно с силой сжал глаз.
— Гха! Гуа-а-а-а-а-а-а-а-а-а-а-а-а-а-а-а-а-а-а-а!!! — закричал исполнитель, схватившись за пустую правую глазницу.
Он определённо вложил свой глаз в заколку Люки, находящейся на свидетельской трибуне. То, что он выпал из заколки Шаль, было неоспоримым доказательством того, что на свидетельской трибуне — прошлое.
— …Не может быть!.. Как… это возможно?!
Исполнитель с недоверием посмотрел на Люку на свидетельской трибуне.
Хроно бросил глаз в сторону исполнителя.
— Помнишь ли ты, исполнитель, что произошло с Люкой год назад, в день приведения смертного приговора в исполнение?
— ……
Исполнитель не ответил. Однако его оставшийся левый глаз мелко дрожал.
— Слова не нужны. Свидетельская трибуна поведает правду.
Раздались звуки шагов. Это были шаги годичной давности. В тюрьму-свидетельскую трибуну пришёл старец с длинной бородой, облаченный в судейскую мантию.
— …Дедушка?! Почему?.. — удивлённо произнесла Шаль.
Перед Люкой стоял Мудрец Закона Мишель. Он пристально смотрел на Люку, которая сидела, не шевелясь.
— …Время пришло?
— Не хочешь ли заключить сделку?
Только тогда Люка впервые посмотрела в лицо Мишеля. Тут же опустив глаза, она открыла рот.
— Не думаю, что это хорошее предложение.
— По крайней мере, твою жизнь можно спасти.
— …Что я должна сделать? — холодным тоном спросила Люка.
— Ты должна будешь управлять Святой Шаль Ариан. Для Истинного Предка заставить своего слугу подчиняться должно быть проще простого.
— Вот как, — сказала Люка с таким видом, словно всё поняла. — Мудрец Закона Мишель. Вы и есть тот преступник, убивший отца Орана.
На мгновение Мишель опешил, но затем уголки его губ приподнялись. Это была настолько эгоистичная улыбка, что от нее веяло жутью.
— Именно так, — охотно подтвердил это Мишель.
Даже зная это, Люка уже ничего не сможет сделать. Должно быть, он сознался намеренно, чтобы ткнуть её лицом в этот факт.
— Как вы, страж закона, можете сами нарушать законы Корнцеля?! В этом городе закон превыше всего, поэтому представители разных рас могут дружить друг с другом!
Словно выплёскивая свое негодование, Люка гневно уставилась на Мишеля.
— Страж закона? Друзья? Всё это иллюзия. Львиный Император не собирается превращать этот город в подобную утопию, да и другие четыре царя заслали сюда своих подчинённых. Как великий бог нас, демонов, Бог-Царь Демонов Горлоаз!
Мишель достал посох из магического круга. Затем он легонько стукнул им по полу тюрьмы. С оглушительным грохотом, проломив каменный пол, из-под земли появился гротескный демон.
Его массивное тело было покрыто угольно-чёрной чешуей. На голове вместо волос извивались бесчисленные щупальца, а из огромной пасти торчали острые клыки.
Она никогда не видела такого демона, но некоторые его части казались знакомыми.
— …Вы перемешали несколько видов демонов?! — с отвращением во взгляде спросила Люка.
— В том-то и дело. Они плохо смешиваются. Если использовать только демонов.
Услышав многозначительные слова Мишеля, Люка мгновенно всё поняла.
— Не может быть… Вы?!
— И людей тоже. Человек с сильной магической силой как раз подходит в качестве связующего звена для смешивания демонов друг с другом. Но этого недостаточно. Будь у нас более крепкое связующее звено, демонов можно было бы смешивать бесконечно.
— Теперь я поняла причину, по которой вы нацелились на Шаль.
— Хе-хе-хе, — рассмеялся Мишель. — Бог-Царь Демонов приказал создать универсальное существо. С силой Святой Шаль Ариан это станет возможным.
— Рада за вас.
Тело Люки начало превращаться в красный туман.
— Не уйдешь!
Уродливый демон резво протянул щупальца со своей головы в Люку. В самый последний момент щупальца прошли сквозь её тело, полностью ставшее туманом, и вонзились в стену тюрьмы.
— Я не убегаю.
Исчезнувший красный туман собрался за спиной гротексного демона и принял форму тела Люки. Выпустив острые когти, она отсекла голову демону.
— Я должна поймать вас и доказать свою невиновность.
— Сможешь ли?
Из обезглавленного туловища гротескного демона начали стремительно расти щупальца. Ничуть не удивившись, Люка попыталась вонзить когти в эти щупальца, но в самый последний момент резко остановилась.
— В своих сородичей?
Кончик удлинившегося щупальца превратился в демона-ребёнка. В вампира — бессмертного монстра с острыми клыками и особенной кровью.
Более того, Люка уловила от этого вампира запах своего собственного слуги.
— …Что вы… сделали?
— Да так, ничего сложного. Во время допроса у тебя ведь брали кровь. Имея её, я могу создать сколько угодно слуг.
Слуга вышел вперёд и попытался схватить Люку.
— Ну что, сможешь ли ты убить своего ребёнка?
Она шустро увернулась от их рук и замахнулась острыми когтями.
(Даже если они слуги, унаследовавшие мою кровь, с учётом того насколько хаотично их перемешали с другими демонами, самосознания они лишены. А раз так, то пусть падут хотя бы от моей руки…)
— …Помоги мне, мама…
Когти, которые она собиралась вонзить, снова резко остановились.
— Это была ложь! — рассмеялся ребёнок-слуга и вонзил когти в живот Люки.
Хлынула кровь.
— Агх!..
Слуга превратился обратно в щупальце и обвился вокруг тела Люки, полностью сковав её.
— А теперь, к сделке, — произнёс Мишель с торжествующим видом. — Если подмешать тебя в это универсальное существо Вальбародде, я получу силу Истинного Предка. Хотя это займёт некоторое время, рано или поздно, я всё равно смогу управлять Шаль.
Это не было ложью. Ведь он смог создать слугу из крови Люки. Поглотить силу самой Люки для него тоже не составит труда.
— Следовательно и колебаться незачем, верно? Если ты согласишься на сделку, сможешь избежать смертной казни. Ты ведь хочешь блюсти законы Корнцеля? Я, как Мудрец Закона, могу отменить смертный приговор, не нарушая этот самый закон.
— …Если я стану вашей сообщницей, я в итоге всё равно нарушу закон.
Мишель покачал головой.
— Разумеется, и в этом нет проблемы. В законах всегда есть лазейки. Именно поэтому, несмотря на то, что я создал Вальбародде, я всё ещё Мудрец Закона.
Услышав это, Люка умолкла. Решив, что остался последний толчок, Мишель продолжил:
— Если ты поможешь мне, я сделаю тебя Мудрецом Закона.
Люка широко раскрыла глаза.
— Ведь это было твоей мечтой, так? Поможешь ты или нет, Шаль в любом случае умрет. Что поделаешь, на кону стоит твоя собственная жизнь. Чем меньше жертв, тем лучше и для друзей, не так ли? Та девочка, которую называют Святой, наверняка тебя поймет.
— …Святая, говоришь? — Люка едва заметно улыбнулась, а затем тихо заговорила: — На самом деле она плакса каких поискать. Чуть что дуется, ревнует, перед другими всё старается хорошей казаться, а со мной вечно капризничает. К тому же, хоть её и называют Святой, она даже не верит в Бога.
Не понимая намерений Люки, Мишель выглядел озадаченным.
— Поэтому она наверняка разозлится. До чего же проблемный ребенок… Эгоистичная, совсем не думает о моих чувствах. Прямолинейная, безрассудная… — Люка повернула голову, которая могла двигаться лишь самую малость, и открыла рот. — …Моя очаровательная дочь.
Клыки Истинного Предка вонзились в щупальце, и закапала кровь.
— Бесполезно. Думаешь сделать это своим слугой? Но оно уже твой слуга. Сколько бы ты ни пила кровь, управлять им ты не сможешь.
— Знаешь ли ты, что все Истинные Предки вампиров могут использовать ещё одну особую силу через питьё крови, помимо увеличения числа вампиров.
Постепенно в теле Люки начали происходить изменения. Начиная с конечностей, она медленно превращалась в щупальца.
— Что ты…
— Моя сила заключается в том, чтобы перенимать особые черты того, чью кровь я выпью. Однако количество выпитой крови должно ограничиваться всего несколькими каплями. Если я выпью больше, особые черты вампира будут переписаны, и я потеряю даже способность пить кровь.
Мишеля осенило.
(Несколько капель? Нет, эта женщина… выпила из Вальбародде, явно больше несколько капель…)
Всё тело Люки на глазах превращалось в щупальца, словно подвергаясь эрозии. Универсальное существо Вальбародде состояло из множества смешанных демонов и людей. Однако оно представляло из себя не какую-то конкретную расу, а лишь изначально разрозненные элементы, насильно слепленные воедино.
Иными словами, выпив кровь из щупальца, нельзя стать универсальным существом. Люка превратится в обычное щупальце, потеряв всю силу Истинного Предка.
— Невозможно!.. Неужели ты собираешься превратиться в безмолвное щупальце?!
— Теперь ты не сможешь поглотить мою силу Истинного Предка и управлять Шаль.
Тело Люки стремительно превращалось в щупальца, и теперь оставалась лишь часть от груди и выше.
— Вальбародде, убей её пока эта женщина ещё является вампиром!
Вальбародде растопырил пять пальцев. В них сконцентрировалась тёмная магическая сила. Рука выстрелила вперед, словно пружина, и пронзила сердце Люки.
— …Шаль… будь счастлива…
Освобождённое от пут тело Люки, словно опавший цветок, рухнуло на пол.
Мишель подбежал и стал ждать.
— …Бесполезно… Силы вампира больше не осталось…
Истинный Предок вампиров обладает бессмертием. Без соблюдения определенных условий убить его невозможно. Внешне она ещё сохраняла черты Люки Эндимион, но полностью превратилась в щупальца, и теперь была мертва.
Вальбародде подобрал голову и приложил её к туловищу. Затем он посмотрел на Мишеля и открыл пасть:
— Спина… яд.
В его спину был воткнут кинжал, созданный из крови. Должно быть, это дело рук Люки. Во время боя с Вальбародде она атаковала и Мишеля.
Плоть на спине стекла вниз, словно сгнила.
— Хм, до чего глупая женщина, — вся плоть сгнила и отвалилась, но Мишель невозмутимо стоял на месте. — На нежить яд не действует.
Движущийся скелет без мышц и внутренних органов. Таков был истинный облик Мудреца Закона Мишеля.
— Э?.. — воскликнула до сих пор лишь молча наблюдавшая за прошлым, рассказываемым свидетельской трибуной, Шаль.
Она перевела взгляд на исполнителя, который тоже смотрел на трибуну.
Они были похожи как две капли воды. Дело было не только в том, что оба были нежитью. Мишель и был исполнителем.
— Всё была ложь?.. Это ты был преступником?!
— Хм.
Исполнитель… точнее, Мишель усмехнулся.
— Именно так. Я сблизился с тобой, чтобы примешать тебя к Вальбародде. Если бы я подурил тебя ещё немного, универсальное существо было бы завершено.
И нападение демонов в переулке, и то, что чемпион подземной арены рассказал о Всеведущем суде — всё это было планом Мудреца Закона Мишеля.
— Что ж, это потребует некоторых усилий, но результат останется прежним.
Мишель взялся за свою судейскую мантию и разорвал её посередине. Внутри его обнаженного тела находилось чёрное иное измерение.
Оттуда медленно высунулась голова Показался гротескный демон — универсальное существо Вальбародде.
Он вырос почти вдвое по сравнению с тем, как мы его видели в прошлом.
— Вальбародде завершён на восемьдесят процентов. Он имеет бессмертное тело, безграничную физическую мощь и неисчерпаемую магическая силу. Что касается битв, он уже давно универсален!
Вальбародде бросил на Шаль взгляд полный убийственного намерения.
— Ну же, Шаль Ариан. Я поглощу тебя и преподнесу нашему великому Богу-Царю Демонов Горлоазу!!!
Оттолкнувшись от земли, Вальбародде прыгнул прямо на Шаль.
— Тишина, — произнёс Хроно, и в тот же миг несущийся Вальбародде застыл, словно само время остановилось.
— Что случилось, Вальбародде? Вперед, вперед!
По приказу Мишеля Вальбародде попытался со всей силы оттолкнуться от земли. Но сколько бы сил он ни прикладывал, он не мог пошевелить ни единым мускулом. Появилось несколько магических кругов, но ни одна магия не сработала.
— Невозможно!.. Универсальный Вальбародде не может пошевелить и пальцем?! И даже магию использовать!.. Как такое вообще возможно?!
— Приговор вынесен, — сказал Хроно.
За спиной Мишеля и Вальбародде собрались светящиеся письмена и превратились в деревянный крест для распятия.
— Что?!
Перед ними снова собрались светящиеся письмена и превратились в колья. Вальбародде воздвиг барьер против летящих кольев, но они легко пробили его. Руки и ноги обоих были пробиты кольями, и они оказались прибиты к крестам.
— …Эта сила, превосходящая универсальность… Этот суд, управляющий самим прошлым… Не может быть… это… то, о чём давным-давно говорил Бог-Царь Демонов…
— Оглашение приговора. Мудрец Закона Мишель убил отца Орана, свалил вину на Люку Эндимион и подверг её смертной казни. Также он применил запрещенную в Корнцеле магию, подобную слиянию существ, и создал Вальбародде. Посему, все грехи и наказания переносятся на истинного преступника.
Светящиеся письмена собрались и превратились в два копья.
— Ты… Хроно… нет… Вы… Вы тот самый…
— Ты приговариваешься к распятию.
Два копья полетели по прямой и пронзили Мишеля и Вальбародде. Кровь хлынула изо рта Мишеля.
— В-всеведущий и всемогущий… Король… Резни!..
Тела Мишеля и Вальбародде начали превращаться в светящиеся письмена и вскоре полностью исчезли. Вместе с тем кресты тоже превратились обратно в символы.
Шаль ошеломлённо наблюдала за происходящим. Казалось, она ещё не успела осмыслить столь быстро произошедшие события.
Хроно подошёл к ней.
— Твоя вера в Люку оправдала себя. Твоя подруга невиновна, Шаль, — сказал Хроно опустившей голову Шаль. — Твоя гордая душа очистила её от ложных обвинений. Ты спасла подругу.
— …Правда?
Хроно остановился.
Она стояла с мрачным лицом, опустив голову.
— …Люка… ведь могла убежать… — сказала она, вспоминая прошлое, которое она видела на свидетельской трибуне.
— Если бы она не пыталась меня защитить… ей не пришлось бы сражаться с этим монстром… Если бы меня не было…
— Но ты была. А Люка пыталась защитить тебя, –не пытался утешать её Хроно, а просто констатировал факт. — Должно быть, она хотела, чтобы ты жила. После её смерти… и сейчас.
Слёзы покатились по щекам Шаль.
— Ты исполнила то, чего она желала перед смертью.
— …Угу…
Слёзы текли непрерывно, её голос дрожал от плача.
— Хроно… знаешь… я не плакала, когда Люка умерла… Потому что твёрдо решила, что обязательно докажу её невиновность…
Она бессильно опустила голову и прислонилась к груди Хроно.
— Теперь мне ведь больше не нужно терпеть?
— Ещё рано.
На мгновение воцарилась тишина. Тихо, медленно Шаль подняла взгляд на Хроно.
— Все грехи и наказания переносятся на истинного преступника. Смертный приговор Люки отменён и приведен в исполнение над Мишелем. Приговор был пересмотрен, понимаешь?
— …Значит, честь Люки восстановлена, так?..
Хроно пристально смотрел на Шаль.
— …Но ведь больше… ничего нельзя сделать, так?..
— Шаль, — сказал он: — Приговоры Всеведущего суда приводятся в исполнение с помощью всемогущества.
Хроно посмотрел туда, где стояли кресты. Словно побуждаемая этим, Шаль тоже посмотрела в ту сторону.
Там появился туман. Красный, как кровь. В центре этого тумана, пугающего и одновременно прекрасного, стояла она.
Люка Эндимион.
— Люка…
Шаль сделала шаг вперед.
Люка тихо открыла глаза. И ясно увидела её.
— …Шаль?
— Люка!
Шаль сорвалась с места, словно чем-то подгоняемая. Задыхаясь, со сверкающими от слёз глазами, она бросилась к Люке и крепко обняла её.
— Шаль, что со мной произошло?.. Я думала, что умерла в бою с Вальбародде?.. — с недоумением спросила Люка, но ответа не последовало. — Шаль…
— …Ух… хнык… А-а… Люка-а… Люка-а!..
С искажённым от слёз лицом Шаль рыдала, как ребенок. Не в силах вымолвить ни слова, она лишь раз за разом звала Люку по имени, словно ластясь к матери.
Люка, хоть и была ошарашена, сменила выражение лица на нежное и крепко обняла Шаль.
— Я не очень понимаю, что происходит, но, наверное, ты приложила немало усилий, Шаль. — она ласково гладила по голове Шаль, которая уткнулась ей в грудь и всхлипывала. — Это самый счастливый день в моей жизни.
Всеведущий суд — место, где хранятся все знания и выносятся справедливые решения. Даже ошибки прошлого здесь исправляются, и лишь истина обретает силу. Ключом к открытию суда в этот раз стала благородная душа отважной девушки. Суд вынес высший приговор ей, той, кто, не щадя себя, продолжала непоколебимо верить в невиновность своей лучшей подруги.