Глава II

Кадзивара казался ниже, чем тогда, в душевой. Бунсичи тут же понял: там он был в деревянных сандалиях. Но не теперь. Обувь сделала его чуть выше, но Бунсичи всё равно был ещё выше. Рост Кадзивары был где-то 185-186 сантиметров. Он был полнее Тамбы. На животе у него были небольшие складки. Казалось, он был не слишком мускулист. Ноги и руки его казались тонкими по сравнению с торсом. На голове у него был такой короткий «ёжик», что его можно было считать лысым.

Гонг ещё не прозвенел. Они просто стояли друг напротив друга посреди ринга. Лоб Кадзивары прочертили широкие длинные линии. Вокруг них кожа у него была особенной. Как мандарин в самый разгар лета, она вся была испещрена впадинками. Бунсичи задумался, а есть ли что-нибудь у него в голове.

Кое-кто из каратистов может лбом разбивать черепицу. Двадцать штук одним ударом.

В Тайване некоторые люди умели забивать головой гвозди. Если его укрепить, лоб — вполне действенное оружие. А ещё... Бунсичи продолжал поглощать Кадзивару глазами. Он посмотрел на его уши и нос. Они были расплющены. Нос у него был свёрнут набок, хрящ там — полностью изломан и похож был на мясо под кожей. Если постучать по нему пальцем, наощупь он будет как желе. Уши у него были как смятая бумага. По ним наверняка врезали не раз и не два.

Про боксёра в таком случае можно было бы сказать, что у него так себе с обороной, но теперь речь шла о рестлере. Они сами выбирают, как проводить бои. Похоже, Кадзивара совсем не знал ни карате, ни кикбоксинг. Опасен он был своими борцовскими техниками.

Они есть и в карате и в дзюдо, но с борьбой в про-реслинге Бунсичи был незнаком. Скорее всего, в этим стиле как-то по-своему берут в захват и проводят болевые. Ещё Бунсичи решил, что в про-реслинге борьбы может быть даже больше, чем в таких боевых искусствах, как дзюдо; но чтобы взять Бунсичи в захват, сначала нужно было его схватить. Нельзя провести никакие захваты, если простаивать без конца в обороне. Чтобы взять Бунсичи в захват, нужно было быть готовым выдержать любые удары, хоть руками, хоть ногами.

Шансы на победу были примерно равны. У Кадзивары будет преимущество, если он его схватит. Пока он этого не сделал, оно останется у Бунсичи. Он не притворялся намеренно, но тот пинок по мешку для Бунсичи был ещё не самым сильным.

Если бы он захотел, его нога могла бы оказаться в точке выше и за меньшее время. Он показал удар из кикбоксинга, но то был ещё не удар из муай-тай.

Бунсичи чётко разделял и карате, и кикбоксинг, и муай-тай. Они похожи, но есть и небольшие отличия. Для бунсичи кикбоксинг располагался где-то между карате и тайским традиционным боевым искусством муай-тай. Муай-тай ещё называют тайским боксом, и многие считают, что это в общем-то то же самое, что и кикбоксинг, но на самом деле это разные виды боевых искусств.

Муай-тай — это бокс с ударами ногами. Как, например, у борьбы сумо из Японии, у этого стиля долгая история; однако развивался он именно в сторону настоящих боёв. Никто не назовёт борцов сумо про-рестлерами, так же странно считать муай-тай тайским боксом. Некоторые особенности характерны именно для муай-тай. Удары ногами там идут от взрывной силы внутренней стороны бедра.

Когда Кавабэ сказал, что у Бунсичи поставлен удар ногой, он больше имел в виду удары карате, чем муай-тай. Его нога прошла по широкой дуге. Удар из муай-тай шёл бы от колена по прямой вверх, и именно такими Бунсичи собирался воспользоваться на ринге.

Кадзивара вжал шею, коснувшись подбородком груди, и встал, как столб, прямо. Он наклонил лицо так, что его расчерченный шрамами лоб смотрел теперь на Бунсичи. Его тёплый взгляд стал пристальным взором похожих на щёлочки, смотревших исподлобья глаз. Они словно принадлежали теперь другому человеку. Пронзительные и ещё более устрашающие, глаза, похожие на двух змей, вот-вот готовых выползти на свет.

Наконец прозвенел гонг. Ни тот, ни другой не сдвинулись с места. Они вперили взгляд друг в друга. Оба были пока слишком далеко друг от друга, чтобы первыми броситься в бой. Сделав шаг вперёд и пошире ударив ногой, они могли бы полностью покрыть эту дистанцию, но враг в это время мог бы успеть увернуться. Прошли примерно десять секунд. Кадзивара провёл правой рукой по лбу. На его губах была дерзкая усмешка — небольшой изгиб в правом уголке его рта.

Он стал медленно двигаться влево. Бунсичи тоже начал шагать вправо, подняв руки на уровень лба и слегка сжав пальцы. Его ноги взяли боевой ритм. Кадзивара держал правую руку тыльной стороной слева от своего подбородка. Он сделал джеб правой рукой перед собой, слегка сжимая пальцы. Бунсичи чуть сильнее сжал кулаки. Кадзивара немного расслабил пальцы.

Бунсичи вдруг двинулся в противоположном направлении. Его правая нога оторвалась от покрытия ринга. Удар муай-тай, он шёл от колена. Его ступня в районе большого пальца вошла в живот Кадзивары. Тот с готовностью принял удар. Прекрасная реакция.

Кадзивара расслабил тело, подался вперёд и чуть согнулся в животе. Когда Бунсичи возвращал свою ногу назад, он почувствовал что-то странное. Он будто ударил не человека, а пресмыкающееся. Будто пнул стену, обёрнутую резиной. Не такой уж и твёрдый предмет, но удивительно мощный и как бы состоявший из нескольких слоёв. Нет, это не просто тренированные мышцы. Он бы ещё сильнее почувствовал удар о твёрдый предмет. Но Бунсичи пнул ногой что-то совсем другое. Он не встречал ещё такие мышцы. Вернув ногу на место, он сблизился с Кадзиварой. Тот отшатнулся, прикрывая голову руками.

Удары посыпались на него сверху.

«Вырубить его прямо сейчас, — подумал Бунсичи. — Возможно, этой мой единственный шанс против Кадзивары». Ни один его удар не попал Кадзиваре точно в голову. У него была очень крепкая оборона. Бунсичи затрясся от страха, продолжая сыпать ударами. Он понял, что Кадзивара уже вернулся в норму после прошлого удара ногой; прошло каких-то секунды три.

Впрочем, даже в глухой обороне он получал удар за ударом. Он должен был чувствовать удары в голову. Бунсичи ощущал что-то странное от Кадзивары, идущее у него изнутри. Голова Кадзивары вдруг нырнула вниз.

По спине у Бунсичи пронёсся электрический разряд. Он машинально отвёл тело назад и ударил Кадзивару локтем по голове. Кадзивра бросился на Бунсичи, его рука прошла рядом с ним.

Из-за локтя, нацелившегося в его голову, Кадзивара явно не смог бы взять Бунсичи в захват, но всё равно, врезавшись в него, он мог заставить Бунсичи подлететь, и удар стал бы слабее примерно вполовину.

Но... Удар ногой был таким сильным, что любой человек без хорошо нетренированного пресса остался бы с повреждениями внутренних органов; и даже своим ударом вполсилы Бунсичи мог оставить человека с сотрясением. Вот так он продолжал бой, получив удар в живот и удар в затылок. Вот она, сама суть про-реслинга.

Бунсичи издал утробный рык. Он дрался всего-то навсего с начинающим про-рестлером. Бунсичи и Кадзивара вновь оказались на ринге лицом к лицу. Красная полоса осталась справа под носом у Кадзивары. Кровь. Она капала на его губы. Он слизал кровь; на его лице проступила зловещая улыбка.

— Ты как-то побледнел, — сказал Кавабэ, стоя снаружи ринга.

Бунсичи его не слышал.

По телу его начал расползаться страх.