026 Станешь моей? «Позволь мне... Забыть»

Я очень долго думал, держа кольцо женщины в руках.

Так и наступил вечер.

Я расположился за угловым столом, она же молча приняла меня, как ни в чём не бывало.

Как и всегда она сама прибиралась в своём заведении.

Когда уже половина таверны была приведена в порядок...

— Я не стану твоей, — вдруг сказала она.

— Я уже говорила. Я не стану твоей. Прости.

Если точнее, она говорила, что у неё есть муж.

И её муж...

Время ломать голову подошло к концу.

Я достал кольцо из кармана... Со звоном оно упало на тарелку.

Это должно было привлечь женщину.

Если она не поймёт, то это и к лучшему.

Но женщина...

— Это... Откуда?

— Пошёл по следу и нашёл. Думаю, оно должно быть у тебя.

Вообще его Морин нашла. Ну, это не важно.

Неуверенной походкой она приближалась...

Она взяла кольцо... Женщина принялась читать символы на внутренней стороне.

— ... «От Жозефины Лонсему. Клянусь в вечной любви»... Да. Оно точно принадлежало ему. Это я дала ему кольцо, — сказав это, женщина сняла кольцо со своего пальца.

Такое же кольцо. На этом должно быть выгравировано «от Лонсема Жозефине».

— В какой-то степени... Я знала. Он уже не вернётся... Но не желала признавать этого. Если буду стараться, буду присматривать за заведением, он обязательно вернётся и улыбнётся мне...

Неуверенно, пошатываясь... Она едва могла стоять.

— Хоть мне и говорили, что он умер, я не верила... Он не может сбежать с поля боя, боится наказания, просто не может вернуться и всё... Он ведь, знаешь, настоящий трус...

Она смотрела на меня, улыбаясь.

И пока улыбалась, плакала.

— Он обязательно... Вернётся... Если буду ждать... Придёт... Поэтому... Поэтому я...

— Он вернулся, — сказал я.

Пусть и в качестве памятной вещицы...

... Пусть всего лишь одной.

Её муж вернулся.

В этом была причина.

Я отдал её кольцо... Именно поэтому.

Она отворачивалась от правды. Возможно так она и могла оставаться счастливой.

Но женщина хотела бы, чтобы мужчина, которого она ждёт, вернулся.

В любом виде...

Это кольцо дала мне Морин. Хотела, чтобы я сам всё решил.

Морин и сама ждала, когда же я вернусь. На её теле была печать раба...

Женщина плакала.

Прямо там, усевшись, она рыдала.

Рыдала так, будто вновь стала ребёнком.

И всё это время я смотрел на неё.

Выпивка закончилась. Я допил то, что осталось на донышке.

Я ничем не мог ей помочь, только быть рядом.

Находиться рядом с кем-то. На языке современного мира...

Быть рядом с ней всегда.

— Он... Умер.

Из-за плача было ничего не слышно... Но она сказала именно это.

— Да. И всё же он вернулся.

— Да. Вернулся.

Женщина встала с пола.

Она уверенно стояла на своих ногах.

— Он... Сказал мне.

Приблизившись, она казалась моложе и какой-то озорной девчонкой.

Я чувствовал жар её тела.

Она разжала руку. Там сверкало кольцо.

— Можешь не ждать меня. Будь счастлива... кажется именно это он хотел сказать.

Я не отвечал. Не мог ответить. Это было её дело. И я не мог знать, о чём она думала.

Но я был согласен с ней.

Женщины должны быть счастливы. Особенно хорошие женщины.

Она отошла от меня. И уселась на уже убранный стол.

Рукой она смахнула с него всё.

А второй подзывала меня.

— Позволь мне... Забыть.

Проще простого.