088 Ценность денег «Дай десять тысяч золотых!»

— Эй, эй. Дай мне денег, — сказала принёсшая напиток дворняжка, пока я отдыхал на шезлонге.

Хм. С голубым небом и белыми облаками отлично сочетается охлаждённый дайкири... И мой тропический рай испортила дворняжка.

— А? — ответил я как якудза. Но дворняжка продемонстрировала твердолобость и никак не отреагировала на мою угрозу.

— ... И зачем они тебе?

— Когда доберёмся до острова, я хочу что-нибудь купить на рынке, мне нужны деньги!.. Карманные деньги, верно? Дай, пожалуйста, — Алеида протянула руку.

Так естественно говорит это.

— И почему я должен сделать это? — просто спросил я.

Кстати, все предметы и золото, которые мои девочки добывают в подземельях, храню я.

Раньше все деньги сами хранили, но я не доверяю их чувству понимания, что это такое, потому решил, что лучше сам буду управлять финансами.

Так что сейчас у нас централизованное управление.

Если подумать, дикарка, сирота-монстр, бывшая принцесса, богачка... Ни у кого из них не было карманных денег.

Разве что у бывшей авантюристки Кузаку. Но она не входит в группу визгливых школьниц, а сидит над потолком и её звать приходится.

— Пожалуйста, дай карманные деньги. Жмотяра.

— «Пожалуйста» — странно прозвучало. Да и «гони» странно смотрелось бы.

— Будто это важно. Жадина. Жадина. Жмот. Карманные деньги. Пожалуйста.

— Ладно. Тогда заработай за раз тысячу золотых.

— Дурак. Вот ведь дурак.

Ах, краснеет, краснеет. Вот я и победил!

— Орион! Ты мне ничего не покупаешь. Так хоть дал бы карманные деньги.

Я что-то упустил?

— Недавно же покупал.

Заколка была.

Просьба была мелкой, вот я и купил украшение, лишь бы не доставала.

— Ты её использовал как наживку! Использовал как наживку! Использовал как наживку!

— Ну да, и что?

По сути я использовал то, что купил для себя.

Чего она расшумелась?

— Ске. Мы получим карманные деньги. Я так жду этого. У меня они будут впервые. На что ты их используешь? — спросила Мития у Скелтии.

— Блестящее. Сияющее. Ске. Купит.

— Да уж, Ске. Нравятся тебе красивые камни и стекляшки собирать. Но покупать надо одежду.

Похоже Алеида собралась купить одежду. Одежда ей ни к чему. Когда она ходит в этой мини-юбке, у неё трусики видно. Отличные же засветы.

— Мерцающие... Тоже куплю.

— Эй, Мития. Мития, ты тоже ведь одежду хочешь?

— А? А, да... Одежду. Да. Хочу, наверное...

Опустив взгляд, Мития посматривала на меня.

М? А? Я? Она моего мнения спрашивает?

Да. Ну. Я...

Я бы хотел увидеть её в красивой одежде.

Платье ей точно пойдёт.

Правда не знаю, будут ли чем-то таким на следующем острове торговать.

— Бу. Я прошу, и мне нельзя, а Митии можно, — дворняжка дуется.

Недавно ей хвост прицепил чуть пониже, так она столько недовольства выказала.

Блин. Какой же дворняжка была милой...

— ... Так и сколько надо? — спросил я у Алеиды, а сам щёлкнул пальцами, вызывая Морин.

— Это... Тогда. Сто тысяч золотых.

— А? — снова у меня голос как у якудза.

— А? Нет? Т-тогда... Десять... Тысяч?..

— А? — и вот мой голос в третий раз прозвучал как у якудза.

— Ты знаешь сколько десятков тысяч йен стоят десять тысяч золотых?

— А?.. Десятков тысяч йен?..

А, точно. Тут про йены не знают.

Я посмотрел... Наставница Зайка сдерживала улыбку.

Но вот не выдержала и стала хихикать.

Она про йены поняла?

— Слушай. По поводу десяти тысяч йен. Как бы сказать...

Какой тут обменный курс.

Зырк... Я посмотрел на Морин.

Она какое-то время смотрела вдаль...

— Один золотой... В зависимости от товара цена варьируется. С точки зрения еды один золотой — тысяча йен. А производственные товары, лекарства и народное творчество, то есть то, что не является необходимым в повседневной жизни, идут по курсу сто йен к одному золотому.

— Да что за «йен»?

— То есть... — я не дал Алеиде договорить. Не охота отвечать. — Десять тысяч золотых, про которые ты говоришь, — это десять миллионов йен. Если будете покупать оружие или броню, то это миллион йен.

— Да что за «йен» такой?

— Если ремесленник в городе будет работать целый месяц, то сможет заработать тысячу золотых.

— А?

— И ты говоришь, что собираешься потратить годовой заработок такого человека? — спросил я.

— А? Нет, я... Не о том... — Алеида стала паниковать.

Дочь вождя племени кочевников не знала про ценность денег.

— Но я... А, ну же! Я себя выкупила за двести тысяч золотых... Это же почти те же деньги, за какие ты меня освободил...

— И в тебе кровь королевской семьи?

Я вспомнил нашу первую встречу и улыбнулся.

Она сидела в деревянной клетке и смотрела точно дикий зверь.

— Те двести тысяч... Если в зарплате ремесленника, это...

— Где-то на семнадцать лет жизни.

— Да насколько ты богат? Отдал за незнакомую рабыню столько денег...

— Ты и Ске столько за день зарабатывали.

— Но ведь я должна была сто пятьдесят...

— Если бы я сказал, что ты столько за день зарабатываешь, ты бы вообще на деньгах помешалась.

— У...

После этого, она поникла.

Я посмотрел на лица всех своих девочек, кроме Алеиды...

У Митии на лице выступил пот. Она только сейчас узнала.

Восьмёрка впечатлённо кивала. Она тоже только узнала, но реакция была совсем другой. И лицо наглое. Когда она была мужчиной, это бесило, но теперь это даже мило.

И последняя. Скелтия оставалась безразличной. Она ничего не поняла.

Я принялся подражать Алеиде:

— Эй, ♡ я хочу карманные деньги. Мне бы десять тысяч золотых, а взамен я позволю разочек сделать это... Вот такой бы шлюшкой ты стала.

— Я ничего такого не говорила.

— Ладно. Проститутку можно снять за двести золотых. Сколько ты стоишь?

— Я такого не говорила.

— Точно, девственность твоя стоила двести тысяч золотых. Так. Сколько это? Двадцать миллионов йен?

Алеида вся покраснела.

— Блин! Поняла я! Ладно... Это, дай тысячу золотых!

— Просишь сто тысяч йен...

— Да что это за «йен»? Это... Ну и ладно! Так столько дашь? Или не дашь?

— И почему просящий столь высокомерен?

Я достал золото из кошелька, который принесла Морин.

И насыпал в руки Алеиде около двух с половиной тысяч.

— Что? Тут же около дух с половиной тысяч золотых...

— Это на пятерых.

— Что? Жадина.

— Слушай-ка. Сто золотых — это десять тысяч йен. А у вас на человека по пятьдесят тысяч йен выходит.

— Я не понимаю, что за «йен».

— И банан [✱]Суть шутки не понял. Есть вероятность, что это связано с акциями компании, которая сладостями торгует, у них на логотипе банан. Там можно было 10.000 йен выиграть, прислав этикетки от пяти упаковок.сюда не входит.

— Вообще не понимаю, о чём ты.

Алеида разделила деньги на пятерых.

Над потолком была Кузаку, но она своё чуть позже получит... Да уж. Ей скорее не деньги, а немного «заботы» надо.

— Ох. И мне тоже? — удивилась наставница Зайка.

— Это за особые услуги развратницы.

С её техниками даже дорогие проститутки не сравнятся.

Если будет серьёзна, сможет страны покорять.

Так...

Отправляемся к крупному острову с магазинами женской одежды.

Темой сегодняшнего занятия была «ценность денег».

Господин Орион. Весело тебе. Здорово.

Рыбалка. Здорово. Похоже это весело.

А? Есть, убивать и заниматься реслингом — это вообще хорошо с божественной точки зрения?

Да. Конечно. Как боги говорят: «Стой и борись. Если победил, можешь съесть». Так что всё в порядке. Можно и съесть. И реслингом заняться.

Жизнь цикличная. Вот если бы это было не так, было бы плохо. Мы многомерные существа, и остальные для нас как планктон, мы не принимаем участие в вашей жизни и смерти.