12

Многие думают, что не стоит говорить о мотиве, когда преступник найден, но я не из их числа. Я знаю, что великие детективы говорят с многозначительным видом: "Если есть загадка, я хочу ее разрешить. Меня не интересуют, почему кого-то убили." Но как человек, которого подозревают без всякой причины, я отказываюсь признавать преступника без всякого мотива.

Гифубэ-сан действительно украла данные, чтобы передать их крупной компании. Похоже, что люди оттуда хотели использовать технологию Эми и как можно скорее найти ей практическое применение, чтобы выиграть среди конкурентов. По словам Гифубэ-сан, она украла данные не ради денег. Она живет со своей матерью, и хотя та не серьезно больна, у той за последние несколько лет ухудшилось зрение в одном глазу. Если потерять зрение в одном глазу, то сразу нарушается перспектива, ощущение расстояния, а также глубины. Это кажется незначительным, но человек не может видеть в 3Д.

Она нанялась на работу в лабораторию, приняла участие в исследовании под руководством Эми-сана. Как и он, она гордилась плодами их трудов. Она хотела, чтобы ее мама смогла видеть.

Однако, она не знала, сколько еще потребуется лет, чтобы технология получила практическое применение, и решила передать данные исследований в более крупную организацию. Но похоже, что она тогда не выбрала в какую.

Такой чистосердечный мотив. Однако, может она совершила это ради денег, или была неизвестная ссора с руководителем Эми... Можно думать много об этом, но я решил поверить в то, что рассказала Гифубэ-сан. Это был мой маленький подарок за то, что она защищала меня, неважно, по какой причине.

Вечно подозреваемый я может только верить. Что ж, какие бы ни были причины, данное дело не будет предано огласке и будет решаться во внутреннем кругу. Разумеется, в лаборатории Эми разразился скандал, Гифубэ-сан стала жертвой дисциплинарного наказания, бюджет был сокращен. По иронии судьбы, из-за действий Гифубэ-сан практическое применение технологии стереоскопии наступит еще позже. Нет, теперь это уже не чужая проблема.

Сокращение бюджета означало, что они не могут нанимать ассистента, поскольку это повысит расходы. И так, я снова оказался без работы. Как было обещано, я должен был отнести оплату от лаборатории Сарасина Кёко-сан, и по крайней мере в этом было хоть какое-то спасение...

— Благодарю за ваш вклад.

Сказала Кёко-сан мне. Эта была ее типичная бизнес-фраза. Для меня это повторное напоминание, что я получил помощь от нее.

Кёко-сан вернулась домой почти в 9 вечера.

Закончив тяжелое задание, она умыла лицо. Кстати, как сказала Гифубэ-сан, она использовала лекарство от простуды в комнате, но добавила его не в стакан, а в термопот. Получается, что все приняли его, но на Кёко-сан, которая не принимала такие лекарства, это возымело усыпляющий эффект. Можно сказать, это наша ошибка, что мы не заметили изменившийся вкус, но в то же время мы не обратили внимание на содержимое термопота. Поэтому Гифубэ-сан в тот момент повернулась в сторону ящика, а не в термопоте, поскольку знала, что карта памяти не в горячей воде. Пусть даже она даже не предвидела прибытие Кёко-сан, можно ли говорить, что она не сделала ничего плохого? Исключая то, что она разбудила гнев Кёко-сан, Гифубэ-сан откопала себе могилу, когда попыталась скрыть свое преступление.

Как и ожидалось, Гифубэ-сан знала о Кёко-сан. Пока я находился под следствием, Хонда-сан услышал от Гифубэ-сан о разных случаях связанных со знаменитостями и Кёко-сан. Она также рассказала другим о забывчивости Кёко-сан, чтобы запутать личность преступника. Маленькая деталь, но это только к лучшему.

— Что ж, Какусидатэ-сан. Я помолюсь, чтобы с вами ничего похожего не случилось, но если что-то понадобится, смело звоните в детективное агентство Окитэгами.

— Да, так и сделаю.

Хотя я это и сказал, я знал, что при следующей встрече я снова услышу "Приятно познакомиться". Я не уверен, что стал бы просить у нее помощи, и позволить ей расследовать дело, в другой раз, когда у меня будут неприятности. Ну уж нет, лучше, если она не будет ввязываться в неприятности...

Будто заглянув в мой мечущийся разум, Кёко-сан сказала:

— Я с радостью помогу. Я не забуду вас, Какусидатэ-сан.

Я слегка удивился, когда она далеко далеко зашла со своим деловым тоном, но она с простоватым видом показала на свой живот.

— Оказывается, я написала это нестирающимся маркером.

А, вот оно что...

Такое банальное объяснение в тот момент разочаровало меня, но, с другой стороны, тот факт, что надпись "Ему можно верить" с почерком Кёко-сан останется на ее животе несколько дней спустя, был чарующим, будто я умудрился нарушил какое-то строгое правило. В таком смысле, это немного захватывающе.

Возбужденный, я сказал:

— Хорошо. Я обязательно так и сделаю. Я вас не забуду. Когда понадобится, я обращусь к вам. Полагаюсь на вас.

Я достаточно наговорил вежливых фраз.

Услышав это, Кёко-сан расплылась в широкой улыбке.

— Хорошо, пожалуйста, не забывайте.

Она взялась за длинную юбку и изящно поклонилась.

— Я всегда к вашим услугам. Если возможно, то попадайте в невероятные переделки.

(Приятно познакомиться, Кёко-сан – ЗАБВЕНИЕ)