2

Если бы я сказал, что не подавал крупных надежд, когда за помощь в деле Сатой-сэнсэя Кондо-сан пригласил меня в качестве благодарности на ужин, я бы лгал. Это потому, что я до сих пор не нашел новой работы. Отупляя в бедности, я продолжал свою безработную жизнь на остатки выходного пособия. Я помог Кондо-сану с делом Сатой-сэнсэя и, чувствуя себя немного виноватым, хотел попросить его помочь мне с поиском работы. В результате, после этого, думая, что я точно буду помехой ему с просьбой помочь мне разрешить мою ситуацию, я сдержал свои мысли, но он – человек надежный, так что без всяких слов с моей стороны я решил, что он точно собирается «поблагодарить меня» новым местом работы. Поэтому я пошел в ресторан с дресс-кодом на деловые костюмы, куда один я бы ни за что не зашел.

Но когда меня провели в частный зал, я убедился в обратном, когда Кондо-сан внезапно спросил меня:

– Якусуке, ты знаешь писателя по имени Сунага Хирубэ?

В прошлый раз я не знал про мангаку Сатой Арицугу, с которой работал Кондо-сан, но сейчас я не был застигнут врасплох при имени Сунаги Хирубэ.

– О боже, да как его можно не знать, Кондо-сан. Если говорить о японской литературе, то имя Сунаги-сэнсэя сложно обойти стороной. Мастер среди мастеров, это лидер детективного жанра в Японии. И я, и мои родители читают его, и, наверняка, мой дедушка тоже, он тоже писатель. Если зайти в книжный магазин, в детективный отдел, и схватить первые попавшиеся десять книг, среди них половина будет за авторством Сунаги Хирубэ.

– Хехе. Немного преувеличено, но сравнение достаточно точное. – довольно кивнул Кондо-сан.

Естественная реакция, поскольку его компания также выпускает книги Сунаги-сэнсэя. Кстати, до того, как стать главным редактором у мангак, Кондо-сан работал в отделе коротких рассказов. Возможно, там он и познакомился с Сунагой-сэнсэем.

– Итак? … Неужели с Сунагой-сэнсэем приключилось что-то вроде того телефонного звонка, и вы хотите поговорить об этом? Тогда другое дело. Хотя в этот раз это я должен благодарить вас за то, что откликнулись на мой звонок.

Я слишком разошелся. Но, если он попросит еще об одной услуге, я без всяких сомнений возьмусь за дело. Хотя в прошлый раз дело Сатой-сэнсэя и телефонной угрозы раскрыла Кёко-сан, а я был всего лишь посредником. Наверняка, Кондо-сан уже выплатил соответствующую сумму Кёко-сан (для сегодняшней ее – стандартная плата), но он не должен был платить что-либо мне.

Если и говорить кто кому должен, так это я ему. Но даже если на это уйдет вся моя жизнь, я не смогу выплатить ему весь долг.

– Нет, нет, успокойся, Якусуке. Про каких бы злых демонов редакции ты ни слыхал, таких странных инцидентов у нас почти нет. И авторы, и редакторы проводят свои дни достаточно скучно, у нас не такая насыщенная жизнь, как у тебя.

– Да уж, переборщил. Не могу ничего возразить на это. Однако, что же случилось с Сунагой-сэнсэем? – спросил я.

Неужели он нанимает на подработку молодежь – об этом разговор? Не стоит отметать данный вариант, ведь он ровесник моего деда, и может ему нужна помощь от молодежи в домашних делах… Я начал эгоистично задумываться о таком удачном стечении обстоятельств, однако Кондо-сан понял, о чем я думал, и развеял мои ожидания:

– Сунага-сэнсэй в полном здравии, и ему точно не нужны молодые, неаккуратные руки.

Можно поздравить его за это, но тогда я тем более не понимаю, зачем я сюда пришел. Кажется, Кондо-сан забавлялся, глядя на мое сбитое с толку лицо.

– Сейчас с сэнсэем работает мой сотрудник Конака, и он сказал, что тот написал рукопись нового детективного романа.

– Это отличная новость. Поздравляю.

– Не стоит. Когда становятся писателями, люди быстро уходят в отставку. Такова профессия: ты делаешь ее один, не повязан браком или организацией, и можно уйти с нее, как только начинаешь отлично продаваться. Так что, Сунага-сэнсэй – это подарок издателю, поскольку он все еще продолжает писать. Но и тут все относительно. Хоть он уже в преклонном возрасте, он все еще полон задора.

– Задора…?

– «Любопытство» тоже подойдет. Как только напишет произведение, он не отдает его в издательство. Сначала он проверяет ответственного редактора.

– Проверяет… То есть, хорошо ли читается?

– Нет-нет, его задор заключается в игре. «Забава» тоже подойдет. Он не проделывал это со мной, но он протестировал моего знакомого старшего редактора. Вместо рукописи он дал ему некую карту, типа к сокровищам, и сказал: «Раз вы редактор детективного писателя, то вы сможете найти спрятанную мною рукопись».

– Хм, странный человек.

Вроде бы думаешь, что стоит как можно раньше выдать рукопись в печать, но видимо, этого не скажешь о писателях детективов.

Поиск сокровищ – стандартная забава энтузиастов-детективов.

– Что поделать, такой он чудак. Ответственный редактор получает подсказки, и, если он не отыскивает рукопись, автор отдает произведение другому издательству.

– А-А вот это совсем не весело.

– Сейчас он такое не проворачивает, разумеется. Однако, сейчас, пока бизнес идет хорошо, некоторые издательства проводят состязание между собой. Ради этого они арендуют парки развлечений и бейсбольные стадионы…

– Весьма экстравагантно. Чувствуется, что такие сейчас времена.

– Самое экстравагантное мероприятие, на моей памяти, прошло, когда издательства арендовали казино за границей. Там они повсюду рыскали в поисках пятиста страниц романа. Однако, все страницы были спрятаны по отдельности, а находившие их не могли так собрать полноценную книгу, так что они начали играть на них, ставя вместо них фишки в рулетке и карточных играх.

Слушать про дела других людей кажется забавным, но в современном обществе, где информация почти не блокируется, такое мероприятие может обернуться проблемой. У человека, которому нравится смотреть, как издатели носятся за страницами рукописи, дурной вкус, как может показаться. Но глядя на выражение лица Кондо-сана, когда он описывал Сунагу-сэнсэя, завершив это словами «Что поделать, такая вот он заноза», создается впечатление, что издатели любят этого автора. Будто это добродушный и озорной старик. Мне завидно, поскольку меня постоянно подозревают и ненавидят, но возможно это разница в обаянии.

– Получается, даже если в этот раз он написал книгу, то такая охота за сокровищем будет весьма некстати.

– Согласен, но на этот раз будет не так вычурно, как раньше. Сунага-сэнсэй организовал мероприятие в своем коттедже. Конака уже отправился туда.

При слове «коттедж» я уже подумал о вычурности, но я живу в другом мире. Не было похоже, что вопрос моей занятости будет решен. И, что бы там ни было с Конакой, у Кондо-сана, судя по всему, не было проблем. Хоть я и продолжал слушать историю о Сунаге-сэнсэе, я отделился от этой истории.

Но тут разговор поменял направление. Поклонившись передо мной, Кондо-сан вернулся к новой работе Сунаги-сэнсэя.

– Так вот. На эту игру по поиску рукописи разрешают звать помощников. Так что, Якусуке, не хотел бы ты с Окитэгами-сан съездить в коттедж Сунаги-сэнсэя?

– Э?

Он неожиданно упомянул в разговоре Кёко-сан. Я удивился.

О чем это он? Попросить Кёко-сан найти рукопись?

– Нет-нет, это невозможно, Кондо-сан. Что бы вы там ни предлагали, сколько ни просите, невозможно. Конечно, Кёко-сан – детектив. Даже известный детектив, и поиск сокровищ и пропавших вещей – ее специализация, но эта работа не для профи. Эта игра для любителей не стоит ее участия.

– Хо-хо, Якусуке. Не слишком ли грубо? Сунага-сэнсэй, который уже более полвека поддерживает литературный жанр детектива – и любитель?

Действительно, я грубо отозвался о нем, но Кондо-сан выглядел забавляющимся. Моя реакция была ожидаема и о многом говорила. А мне, кто не знает истинных намерений Кондо-сана, лишь остается плясать под его дудку.

– Р-разумеется, я не называю Сунагу-сэнсэя любителем. Я не считаю, что найти рукопись будет легко.

– Бери выше, почти нереально. Если мы говорим о трюках и загадках, авторы детективов могут быть даже профессиональнее настоящих детективов.

– Да, наверное. Но проблема не в этом. На этой игре будет множество разных детективов, и если будет нужно решить загадку или вопрос, там уже будет много людей. Но Кёко-сан работает детективов, ее бизнес – раскрывать тайны. Но как бы ни была привлекательна загадка, она не станет ее делать, если это игра – на ней не заработать. Можно поднять ставку, но никак не урезать. Позвать ее решить игровую загадку, все равно что оскорбить ее. Сама просьба – уже верх грубости.

Вообще-то, я ничего не знаю о таком в политике детектива Кёко-сан. Но сколько бы инцидентов я не участвовал, все предсказуемо. Профи не продают свои навыки по дешевке.

– Сунага-сэнсэй легко рукопись не отдаст, и редактору нужно участвовать в этом нелепом ритуале, хотя возможно причина там одна и та же… Но, как бы там ни было, я не думаю, что Кёко-сан согласится на такую работу.

– Если это работа, так? Но что если это не работа?

– М? В смысле? Если это не работа, то что? ...Я сегодня вас совсем вас не понимаю, Кондо-сан. Разве это не значит, что она тогда не поедет? С виду и по поведению не скажешь, но она всегда интересуется деньгами. Я думаю, даже вы это поняли.

– Ты весьма твердолобый, Якусуке. Конечно, поиск рукописи Сунаги-сэнсэя – не более, чем времяпрепровождение влиятельного автора. Ты не заметил, когда я сказал, что он отдаст рукописи другому издательству, но такой случай – редкость. Пока редактор не найдет рукопись, Сунага-сэнсэй будет давать подсказки, но он так и не нашел ее. После этого, автор сказал «Вообще, есть другая», и стал готовить другую рукопись. Если появится профессиональный детектив, будет весьма забавно.

– Тогда…

– Якусуке, - сказал Кондо-сан. – я прошу тебя позвать Окитэгами-сан на свидание.